Хозяин Лазурных холмов. Часть 2 - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Екатерина Соловьева (самиздат)

Весенний ветер теребил шторы цвета пыльной розы, то втаскивая их в комнату, то утягивая на улицу. Я сидела перед ноутбуком и от волнения грызла ноготь. Полчаса назад я отправила в корпорацию ООО «Лазурное» письмо по электронной почте с кучей сканов документов: заявлением о переходе на дистанционную работу, требованием о перечислении процентов от доходов, копиями паспортных данных, краткой записью видео, что я – это я, и требованием предоставить полуторагодовую отчётность по всем финансовым операциям. Имела право, между прочим! Я всё ещё учредитель, хоть и пропала на два с лишним года. Но опять же пропала-то не своей вине... Приписала ещё в письме на всякий пожарный, что в случае отказа подам в суд и выиграю, а суд крайне негативно скажется на репутации компании. Такое заявление вроде должно напугать. Судиться и тратить время и деньги очень не хотелось.

Ветер теребил шторы, время шло, а ответа всё не было. Хотя пометка, что письмо прочитано, пришла. Солнце за окном клонилось к вечеру. Сейчас, весной, на закате уже холодает. Скоро уже вернётся Фея с детьми, а эти гады молчат. Что там Анька себе удумала? Даже не знаю, что и предположить. Ох...

Я уже успела сварить суп с фрикадельками и вишнёвый компот, а ответа всё не было. Я уже устала обновлять страницу с браузером.

Ещё с год назад постеры с моим фото висели по городу и в соцсетях. Искала, конечно, корпорация ООО «Лазурное». Но я упорно продолжала скрываться. Не выходила ни с кем на связь. И кошмары, где я снова в глухом чёрно-золотом зале отчаянно зову на помощь, не отступали. До сих пор страшно было вообще выходить из тени. Но надо. Деньги на счету всё равно когда-нибудь кончатся, а дети...

Почти два года назад Эфея отнесла меня на землю, беременную и убитую горем. Принесла на крыльях, аки ангел. Хотя сама никаким ангелом не была. Она и ей подобные называли себя вилы, самовилы, вейлы. Они жили себе испокон веков на небесах, не тужили. Когда-то они частенько гостили на земле, но люди отлавливали их и держали, как диковиных птиц, в клетках. История Эфеи тоже была трагичной. Она с сёстрами на земле купалась в озере. Оказалось, за ними подсматривал какой-то парень, он запал на Эфею и спёр её крылья. Потом, когда сёстры улетели, она осталась на берегу в слезах искать свои крылья. Парень с её крыльями в руках, конечно, показался, но она рано радовалась. Он обещал отдать крылья только при условии, что она станет его женой. А нахрена земной женщине крылья, спрашивается? Эфея согласилась, а что было делать? Только поставила условие не изменять ей никогда и не предавать.

– Ого! – удивилась я, когда она мне рассказывала всё это среди облаков. – А я знаю такую сказку!

– Люди пишут о нас сказки? – удивилась Эфея. – Хотелось бы увидеть, что в них.

Словом, вместе с супругом они прожили десять лет, в браке родились двое детей – мальчик и девочка. А потом муж перестал приезжать с ярмарок. По неделям там, в городе, задерживался. А приезжал злой, бил, всем, что под руку попадалось. Эфея, как все вилы, умела видеть незримое. Поэтому она загадала увидеть вещий сон. И приснилась ей жена хозяина трактира, в котором муж на ночь останавливался. Дама властная, чернобровая, с золотым монистом на белой шее, мужиками крутила, как хотела. Вот и злился муженёк, что хотел с этой дамой вместе быть, а она провела с ним ночь да выбросила, как изношенный сапог.

Напомнила Эфея супругу, что нарушил он данный обет, и поэтому покидает она его навечно. Естественно, тому такой расклад не понравился и он устроил скандал. А Эфея надела крылья и улетела. Тут бы и сказочке конец, но не смогла она без своих детей. Материнская любовь оказалась сильнее жажды свободы. Вернулась за ними, но унести удалось только одного – мальчика. А вот дочку отец отнял и запер в подполье. И как Эфея ни просила, ни умоляла, возвращать не желал. Сказал, отдаст замуж за вдовца с соседней улицы, а тот запрёт её под замок так, что никакая крылатая баба не доберётся. Долго Эфея бродила в слезах по небесам. Пока не встретила Чароита, который и попросил рассказать ему, чем она так опечалена. Ну она и рассказала. После чего они вместе полетели к земле. Только Чароит был на Змее Горыныче и с хорошей секирой за поясом. С такими весомыми аргументами ему и удалось убедить бывшего Эфеи выпустить дочь из подполья. Именно за это Эфея пообещала отплатить Чароиту, а тот только отмахнулся. И лишь год назад, когда привёл меня в Лазурные холмы, встретился с вилой и просил помочь мне, если выпадет случай, что я попаду в Небесные Чертоги.

Я долго думала над всей этой предысторией, пока мы летели над нашим городом, задымлённым трубами и фабриками. Серые тучи не добавляли радости в угрюмый пейзаж.

– Я тебя не понимаю... – я нахмурилась. – Ты так билась за своих детей, а теперь бросаешь их, чтобы помочь мне.

Эфея рассмеялась.

– Это было больше ста лет назад. Моя дочь уже бабушка, а сын женился в третий раз.

Я почувствовала себя круглой дурой среди этих рас, живущих по триста лет. Как меня только угораздило с ними связаться?!

В моей квартире пришлось забаррикадироваться и устроить временный штаб. Я понятия не имела, кто победил в битве в замке: Чароит или Морион. А рисковать не собиралась от слова совсем. От одного воспоминания о клетке в плену Мориона мороз по коже продирал. Нет уж, хватит с меня.

Для начала я вспомнила о тайном оружии, что вручил мне Чароит. А когда рассмотрела, чуть не выбросила от досады: это было ожерелье Опал. Нашёл ведь, что подбросить! Когда успокоилась, подошла к зеркалу, как он и советовал, и надела его. В отражении появилась совсем другая женщина! Да, моего возраста, но блондинка с голубыми глазами, почти полная моя противоположность! Вот, значит, как он хотел меня защитить. Этим глупо было бы не воспользоваться.

Для начала я восстановила документы, превращённые Морионом в мраморную крошку, онлайн. Паспорт, страховка, снилс, свидетельства. Причём на обе личности, и на настоящую, и на поддельную, которой я становилась в ожерелье. Даже через интернет это было тянулось долго, муторно и со скандалами. Не смущаясь, я во все инстанции совала взятки: мне было не до морали, до родов оставались считанные дни. Затем нашла через интернет хороший коттедж за городом в охраняемом посёлке: три этажа, большая лужайка, сад, новая сантехника, хорошая мебель. Отдельно я просканировала всех соседей: чтобы никакого криминала, скандальных политиков или богемных алкашей, всё-таки там будут жить мои дети. С этим свезло: в посёлке обитали малоизвестные бизнесмены, любители антиквариата и престарелые родственники богачей. Повезло ещё с тем, что коттедж продавал за бесценок бывший депутат, а мы с Эфеей только порадовались крытому бассейну, камерам по периметру и глухому бетонному забору. Сделка прошла быстро, видимо, хозяин срочно избавлялся от недвижимости. И в тот же день мы заселились.

В тот медицинский центр, куда меня возил Морион, я не поехала. Хотя врач там был что надо, да и всё исследования с анализами хранились там же, всё равно это было слишком опасно. Морион вполне мог ждать меня там, если, конечно, выжил. Так что я решила не рисковать и нашла неплохую клинику в другом районе.

Эфея всегда была со мной рядом и поддерживала. Проблема была в том, что на земле всё изменилось с последнего раза, когда она выручала дочь. И ей пришлось осваивать кучу техники: и бытовую, и автомобили, и мобильники. Но у неё всё быстро и классно получалось, она вообще была какая-то двужильная, прямо электровеник, одно слово – нечеловек. Я записала Эфею на курсы вождения, и она каждый вечер обсуждала со мной дорожные знаки и правила. Долго она въезжала в то, что такое Интернет, даже считала его коллективным разумом. Мне это казалось смешным: что это за разум, в котором рулят мемы да злобные тролли. Есть, конечно, и книги, и фильмы, и общение, но… словом, до разума далековато.

Эфея всё делала энергично: стирала, убирала, готовила, командовала. Она наняла первых охранников в дом. И она же потом уволила. Со скандалом. Потому что разрекламированные «лучшие из лучших» начали задавать неудобные вопросы: «А нафига двум тёткам с детьми охрана? Кому вы вообще, скучные бабы, нужны? Вы даже не политики и не олигархи!» На это Эфея прямо ответила: «Охраняете от бывшего», на что получила волну дикого возмущения, что мы скрываем детей от несчастного отца, живём на украденные у него алименты. Что поделать, видимо, среди охранников оказалось много бывших.

Тогда Эфея наняла откуда-то женщин-охранников – суровых валькирий с волчьим взглядом. Те лишних разговоров не заводили, предпочитали молчать и отваживать чересчур любопытных соседей, которым было страсть как интересно, кто же теперь занял дом депутата. Всего их было пятеро, двое потом ушли: скучно стало, ни адреналина, ни перестрелок. На их место пришли два бывших офицера, которые и стали костяком всей компании охранников. И в апреле, когда некоторые дома в нашем охраняемом посёлке обчистили, мой дом не тронули. Более того, наши охранники повязали грабителей, которые, кстати сказать, были в сговоре с поселковыми сторожами. Так что с нынешним составом охраны не страшно было никуда выйти, но я всё же предпочитала не рисковать. Ведь дети...

О том, что детей двое, я узнала в новой клинике и была, честно сказать, ошарашена. Один ещё ладно, но два? Что мне делать с двумя? Ни у кого из моей родни никогда не было двойни. Я была в панике. Справлюсь ли я с двумя? У меня ведь даже одного никогда не было!

После родов моя жизнь разделилась на «до» и «после». Изменилась кардинально. Когда мне показали малышей... таких крохотных, кричащих о том, что они пришли в этот мир, я заплакала. Накрыло невероятное чувство, что наша с Чароитом любовь ожила и стала реальной. Её теперь можно коснуться!

Близнецы. Два мальчика. Два маленьких синеглазых ангела. Такие крохотные. Такие беззащитные. Мои!

Если бы не Эфея, я бы, наверное, вообще не справилась. Она держала меня за руку во время родов. Да, я мечтала о том, чтобы это был Чароит, но Эфея мне всё же очень помогла. Она не хуже медсестры или педиатра научила меня, как правильно кормить малышей, укачивала, когда они не могли заснуть, меняла подгузники. Эфея отлично заботилась о них, пока я летала по врачам и магазинам. И обо мне, когда я слегла с температурой и кашлем. В бреду она казалась мне ангелом, который даёт лекарства и тёплый чай. Смешно, если вспомнить, что она на земле буднично сняла крылья и спрятала их в шкафу.

Вообще, весь первый год, когда родились малыши, запомнился, как один день, в котором кормление мальчиков сменялось купанием, потом прогулка, массаж и дальше по кругу. Проблема крылась в том, что близнецы (а сыновья оказались именно близнецами) всё делали одновременно. Если кричал один, второй всегда подхватывал. Игрушки приходилось покупать парные, потому что нравилось им всегда одно и то же, даже кашу ели только овсяную и никакую другую. Болели они и подавно напару. Всего вместе было вдвое больше: и любви, и беспокойства, и трат.

– Посмотри, какие у них глаза, – говорила Эфея, когда они возились в детской с игрушками. – У одного синие, как у тебя, у другого больше фиолетовые, как чароит. Прямо как Лазурит и Азурит.

– В детском саду засмеют с такими именами, – проворчала я. – А ласково их как звать? Лазурик и Азурик?

Эфея смутилась.

– Но надо же их как-то назвать.

Я задумалась.

– Тот, что с фиолетовым оттенком глаз, будет Аметист. А тот, что с тёмно-синим – Александрит.

– Да, так им подходит больше. А в саду дразнить не будут? – Эфея усмехнулась.

– Зачем? – я пожала плечами. – Александрита в свидетельстве запишем Александром, Аметиста – мм... Пусть будет Амадей. Да, как Моцарт... Алекс и Дей. Ох... Господи...

– Да что такое? – испугалась Эфея.

– А что писать в графе «отец»? Чароит? Да в загсе такой вой поднимется!

– Снова дашь взятку, – Эфея пожала плечами. – В конце концов скажи правду, мол, отец иностранец. Это ведь почти так и есть.

Ни на минуту я не переставала думать о нём. О моём Чароите. Чем закончился тот бой в замке? Кто победил? Выжил ли Чароит? Как мне помочь ему? Я готова была плакать над ним сутками, лишь бы разрушить каменные чары Мориона.

Иногда я думала, а если снова увижу всех их, мне ведь придётся рассказать всю правду о Морионе и Переливте. И кто мне поверит? Я чужая в их мире. Обсидиана не поверит точно. По поведению Переливта вообще было сложно заподозрить. А если она ещё и мстить начнёт? Ох…

Не раз я просила, даже умоляла Эфею слетать в Холмы и узнать хоть что-нибудь о Чароите. Но она упорно отказывалась.

– Ты понимаешь, почему Чароит в момент опасности отправил тебя в Небесные чертоги? Потому что ни одному чародею из чуди туда не попасть. Они – дети земли и камня, а мы, вилы – дети неба и свободы. Как думаешь, что случится, если победу одержал не Чароит, а Морион, и я смогу проникнуть в замок? Меня скуют и станут пытать о том, где ты находишься. Понимаю, я тебе чужая, но ведь я могу и не выдержать пыток. Могу не выдержать боли и рассказать, где ты и дети. Этого ли ты хочешь? Я дала обещание помогать тебе, и пока ты не в состоянии заботиться о себе и дети слишком маленькие, я останусь здесь.

Я понимала, что она права, но каждый раз, когда я заговаривала об этом, мы ссорились, и я уходила в спальню реветь в подушку. Я скучала по Чароиту. Тосковала по его рукам и поцелуям, которых, скорее всего, больше и не будет. Я плакала, когда мальчики самостоятельно пошли, и плакала оттого, что Чароит этого не видит. Они заговорили, и он этого не слышал. Это было горько... Иногда было так плохо, что хотелось сломя голову мчаться в Лазурное искать Чароита. Но мысли о детях всегда останавливали.

Потому что я поняла, осознала, что стала мамой, именно тогда, когда мальчики заговорили. Назвали меня мамой. Я плакала от счастья весь день и целовала их. Имя Эфеи они выговорить пока не могли, называли её просто – Фея. Что, в принципе, тоже было недалеко от истины.

Заботы о детях отодвигали на задний план все мысли об их отце. Стоило только задуматься, как тут же плакал кто-то из сыновей и я сломя голову бежала в детскую. Чем дальше, тем больше я начинала считать деньги – охрана, налоги, лучшие платные врачи, развивающие кружки, курсы вождения, налоги... Оставалось, конечно, ещё прилично, но что делать, если случится что-то непредвиденное? Авария, операция... На всякий случай я пробила информацию по стоимости демантоидового ожерелья, которое Чароит подарил мне на нашу свадьбу, по большому счёту выходило немало. Но и эти деньги когда-то кончатся. Вопрос с деньгами надо было решать и чем быстрее, тем лучше. Именно поэтому я решила выйти из тени. Для начала связалась с полицией, чтобы плакаты с моей физиономией убрали отовсюду. И на все запросы отвечали: человек найден, на связь выходить не желает. Затем собрала все документы и отправила в ООО «Лазурное». В конце концов, я и дети имеем на это полное право, это наши законные деньги. Поэтому и сидела сейчас в ожидании ответа перед ноутбуком, грызя наманикюренный ноготь. А ветер всё играл и играл занавесками…

Наконец на экране ноутбука мигнул значок письма и я торопливо кликнула его. Письмо было переслано с официальной почты приёмной и ответ с Анькиной почты пришёл мне.

«Привет. Это Аня.

Ты почему не отзывалась? Видела же, что мы тебя искали!

Мы думали, ты погибла. По деньгам: бухгалтера сейчас всё насчитывают. В течение недели перечислят.

Надо встретиться. Ты знаешь, где Морион?»

На встречу с Анькой я, конечно, поехала с охраной. Рада в штатском сидела на пассажирском сидении моего Лэндровера и поглаживала кобуру под плотным синими жакетом. Она сопровождала меня в поездках и охраняла от всех, кто пытался подрезать, избить, ограбить, изнасиловать. Как ни печально, но все эти попытки действительно были, и я думала о том, как же хреново приходится рядовой женщине без личной охраны.

За окном монотонно пролетали чёрно-жёлтые поля и берёзы. Сегодня на трассе было хорошо: никто не лихачил, не «играл в шахматы». Может, это хорошая примета и разговор с Анькой выйдет хорошим?

Кончились километровые сине-белые отметки на шоссе. За поворотом показался перекрёсток и табличка с названием города.

Рада сощурилась и привычно просканировала обстановку за стеклом авто:

– Какие риски у нас от сегодняшнего рандеву?

– Ну... – я въехала в город и сбросила скорость. – Бизнес – это всегда деньги. А тот бизнес, который закрутили мы с бывшим, ещё и на политике замешан. Две нации, одну из которых контролировать нереально. Слышала когда-нибудь про чудь?

Рада мрачно покачала коротко стриженой головой.

– Да, доводилось. Всемогущие колдуны, гипнотизёры… И ты взяла с собой одну меня... Молодец! Да тебе армия нужна, Нина. И как тебя угораздило в чудь-то вляпаться?

– Знаю... Слушай, у тебя дети есть?

– Ну есть. Сын. Женился уже.

– У-у-у...

– А чего ты спросила-то?

– Ну... Посоветоваться хотела... Понимаешь, Эфея уже полгода пилит меня насчёт детского сада. И её назидательный тон просто убивает: «Детям нужно общение! Им нужны друзья. Враги. Сверстники. Как ты не понимаешь?» А я-то всё прекрасно понимаю. Просто думаю, как бы не получилось так, что я приезжаю в сад, а мне говорят: детей нет, их забрал папа. Имеет право, он же отец. Всё по закону. Как это «только вы можете детей забирать»? А где у вас постановление суда о лишении отца родительских прав? А? Нету? Ну вот и ищите своих детей с их папашей.

– А она что?

– А она мне: «Да погоди! Можно же сразу предупредить, что забирать можешь только я или ты...» Ну и я её перебила тогда. Вот ещё случай был не так давно, ты знаешь, наверное, вся страна в ужасе была. Зашёл в сад шизофреник да и прирезал мальчика. И никто его не остановил. А вдруг это родитель за ребёнком пришёл? Что ж теперь, обыскивать родителей, что ли?

– Да, – мрачно отозвалась Рада. – Помню. Как не помнить. По всей стране прогремело. Придурка этого в психушку засунули, а мальчика не вернуть.

– Ну вот. Ты понимаешь. А Эфея рассердилась. Кричала, что у меня паранойя. И что я ищу любой повод, лишь бы не выпускать детей из дома! И что в этом такого? – я возмущённо пожала плечами и свернула на другую улицу. – У нас прекрасная площадка перед домом, песочница, батут, лазилки. Даже вон дом на дереве поставили. Штаб этот их военный. В каком саду такие игрушки есть? Вот то-то же. А запасных детей у меня нет.

– Так-то оно так, – вкрадчиво заметила Рада, – но не ты ли говорила как-то, что тебя какой-то родственник бывшего в клетке держал? Так ты и парней своих так всю жизнь держать собираешься?

Я затормозила так резко, что коробка передач издала жалобный стон. Перед глазами снова встала комната, в которой меня поселил Морион. Четыре грёбаные стены. А ещё мёртвый дворец из чёрного мрамора с золотыми прожилками. Кольцо на пальце сумасшедшего чудина. Получается, такую жизнь я готовлю своим детям?!

Я сглотнула и в ужасе посмотрела на Раду. Но та только развела руками: я не при чём, просто озвучила правду.

То есть Эфея ещё и жалела мои чувства?.. Вот оно как. Да твою-то мать!

– Тебе стоит немного расслабиться, – Рада покачала головой, цепко оглядывая стоянку. – Ты только отошла от родов, как тут же поскакала мышцы восстанавливать. Дроны над домом из арбалета сбиваешь. Щас вот у меня уроки по рукопашке берёшь. Молодец, конечно, да, не всё получается, но... выдохни. Я рядом. Твоя сестра Фая рядом. Дома дети под охраной. Выдохни, Нина. Дыши. И думай. Думай о том, что у тебя есть возможность ходить, где хочется, общаться с тем, кем ты хочешь. А у твоих детей – нет. Они не смогут научиться защищаться, потому что не узнают, что это делать надо. Не узнают мир только потому, что ты этого не позволишь.

– Ладно, – я раздражённо хлопнула ладонью по приборной панели. – Ладно! Я поняла! Пошли.

В кафе пахло выпечкой и крепким кофе, играла Fools Garden «Absolutly nothing probably». Вот только проблемы как раз только начинались… Народу было немного. В тёплую майскую погоду все гости старались занять места на крытых верандах под цветочными навесами. Внутри остались те, кому не хватило места на улице. И мы. Люди с секретами. Те, кто приходит на встречу в тёмных очках и избегает камер. Те, кому надо поговорить о делах, о важном.

Рада устроилась за столиком у входа, как она объяснила: «заняла очень удобную позицию для прикрытия отхода». Анькину огненную шевелюру пропустить было невозможно. Она сидела за столиком у окна в красном жакете и залипала в телефон. Рядом дымилась фирменная белая кружка с кофе.

Я растерянно кусала губы, не решаясь подойти.

«Как рассказать ей про Мориона? Теперь я и эту подругу потеряю? А, и чёрт с ним, я же должна предупредить её, что он её только использовал! Разве не так себя ведут настоящие подруги?»

Я сглотнула и медленно села напротив. Анька подняла на меня взгляд и какое-то время пристально изучала, будто не веря, что я – это я. Наконец она медленно спросила:

– Почему ты исчезла?

Я выдохнула, стараясь успокоиться. На такие скользкие темы нужно беседовать аккуратно. Аккуратно и по порядку.

– Я тебе отвечу на все вопросы. Только скажи, с кем из чуди ты общаешься? Или, может, Маринка.

Анька вздохнула.

– После того, как ты пропала, к нам выходил только Морион. Чароита я больше не видела. И пропал Цитрин, Маринка все глаза выплакала. Звала его ходила по лесу, как дура. Над ней на работе смеялись все... А через год и Морион исчез... Конечно, в цехах все преобразователи работают, ни разу не ломалось ничего, слава богу. А если б сломалось – как чинить?! За технологией нашей очереди выстраиваются, все у нас её купить хотят... Но вот чудь... Их как будто не было никогда! Будто они нам всем приснились! Пропали все.

Мне совсем не понравилось, как у неё дрогнул голос на этих словах. Дело плохо. Значит, скандала не избежать.

Я молчала, и Анька потребовала:

– Что ты знаешь? Расскажи!

– Что ты помнишь с последней вечеринки в Холмах?

Анька сглотнула. Значит, в памяти у неё осталось в основном то, как Морион сладко пялил её на столе. Она даже мою ссору с Чароитом не застала.

– Ну, был банкет... Турмалина вроде говорила, что вечеринка перед твоей помолвкой будет. Или свадьбой? Два с лишним года прошло, я всё забыла к чёртовой матери!

– Ясно. Меня в тот день похитили.

– Как похитили? Кто?

– Переливт. Он меня вывести в наш мир обещал. Но обманул и приковал к спинке кровати. Сказал, что будет насиловать, пока коньки не отброшу.

– О, господи! – Анька испуганно ахнула. – Как ты выбралась?

– Меня освободил Морион.

– Значит, ты знаешь, где он! – Анька аж подпрыгнула. – Скажи мне! Я с ума схожу! В каждом мужике его вижу. Он мне снится. Каждую чёртову ночь. Я уже и к психологу сходила. Ничерта не помогает!

До потери подруги осталось несколько секунд. Может, соврать?

– Ты так сильно его любишь?

Анька всхлипнула и заревела.

– Ты себе даже представить не можешь! Лучше, чем с ним, ни с кем не было! Никогда! Я себя женщиной почувствовала наконец-то... Он меня чувствовал. Знал, чего я хочу, о чём мечтаю, чего боюсь. А потом он пропал... И я не знаю даже... А ты молчишь... Нравится смотреть, как я страдаю?! Да?

Я вздохнула. Выхода нет. Этот узел надо рвать.

– Ты была мне лучшей подругой... А теперь слушай. После того, как Морион меня спас, я хотела уехать. Собрала вещи, вызвала такси. Но явился Морион. Он запер меня в своей комнате в Холмах и держал там почти год. Он... слетел с катушек и хотел забрать моих детей. И чтобы я там осталась навсегда. Поэтому я...

Анька меня оборвала:

– Подожди, постой. Что значит «осталась навсегда»? Зачем? В качестве кого? Он же любил меня...

– Вот и мне о неземной любви он тоже пел. Я много раз говорила ему, что он себя обманывает. Просила, чтобы он рассказал тебе обо мне. Он меня не слушал. Не послушал ни разу. Он превращал меня в кольцо и так прятал, чтобы никто не увидел. И я ничего не могла сделать.

Она нахмурилась и сжала виски. Мысль была настолько чудовищной и непостижимой, что никак не помещалась в её голове. Анька категорически не хотела её принимать. Она тяжело задышала.

– Ну ты и сука... – глаза у неё стали бешеные, из них закапали слёзы. – Как у тебя язык повернулся?! Неужели тебе мало Чароита твоего?! Шлюха... Да зачем ты ему, моему Мориону? – она заплакала навзрыд, размазывая по щекам тушь. – У него ведь есть я...

Я вздохнула и поднялась. А так хотелось попить кофе, поболтать…

– Я не знаю, где Морион. Прости. В последний раз, когда я его видела, он пытался убить Чароита. Из-за меня. Если ты думаешь, что мне от этого легче...

– Хватит! Уходи... – Анька опустила лицо на скрещенные руки и ревела. – Просто уходи.

– Я-то уйду. Только хочу напомнить тебе, что я тебя не предавала. А ещё мы с тобой партнёры и нам придётся сотрудничать. Меньше всего на свете я хотела сделать тебе больно.

На улице меня поймала Рада. Меня потряхивало. На душе было погано и видеть никого не хотелось.

– Эй, ты как? – она сжала моё плечо.

– Слушай, я пройдусь немного, что ли... Она так говорила, будто я во всём этом виновата. А я не... Да пошло оно всё. Хочу выветрить эти мысли...

– Давай. Если что, я за тобой.

Я брела в потоке людей и шуме города. На мостовой гудели машины, грохотали трамваи. Где-то над балконами в деревьях пели птицы, из школьных рюкзаков орали блатным рэпом блютус-колонки. Из динамиков ювелирного магазина лилась приторная реклама про сказочные скидки. Я пыталась отвлечься на всё это, но не получалось. Никак не получалось. И слёзы бежали по щекам снова и снова, и даже вытирать их не хотелось.

Я сердито сунула в уши блютуз-наушники и включила плейлист на мобильнике. Мир замер, изменился и ожил, заиграл иными красками, бархатным блюзом со слезами дождя и протяжным кантри.

Только что Морион (чтоб он сдох!) лишил меня подруги. Лучшей подруги. Мы с Анькой прошли огонь и воду, а вот на медных трубах – каком-то там мужике из камня – дружба дала трещину. Я понятия не имела, что она так помешалась на нём. Видимо, в сравнении с обычными мужчинами он всё же сильно выигрывал. Как и Чароит… Проклятая чудь! Что в них такого?!

Анька сказала, что Морион ей снится. А почему мне не снится Чароит?! Что такого в самом деле, взял бы да и приснился! Что, так сложно, что ли? Неужели, это значит, что она любит Мориона больше, чем я – Чароита? Или хуже того, что Морион выжил, а Чароит – нет? Как вообще можно принять мысль о том, что твой любимый человек умер, его больше нет? А никак… это просто невыносимо.

Так больно терять снова и снова. Ваня… Маринка… Чароит… Анька… Потеряла любимого, лучшую подругу… Но, чёрт возьми, у меня теперь есть мои сыновья! Алекс и Дей. Два ясных солнышка… И Эфея. И хороший дом. На плите жаркое... Может, хватит уже страдать по тем, кто ушёл навсегда? Три года прошло. Если бы Чароит был жив, он бы нашёл меня и детей во что бы то ни стало. Я знаю это. Так что… Может, пора уже начать жить нормальной жизнью? Той, что есть сейчас, а не осталась далеко позади?.. А вечером мы достанем с пацанами пальчиковые краски и будем рисовать на ватмане Горыныча, Дей очень увлёкся всякими животными... А Алекс снова вытащит из коробки супергероев и будет спасать плюшевых медведей. И мы будем…

– Ой!

В толпе какой-то мужчина задел меня плечом так, что один наушник вылетел.

– Прошу прощения, – он слегка сжал мои плечи, будто ставя на асфальт. – Всё хорошо?

Я рассеянно кивнула, отыскивая взглядом, куда мог улететь выпавший из уха наушник. Поэтому толком не успела рассмотреть незнакомца. Поняла только, что он высокий, моё лицо было на уровне воротничка его белоснежной рубашки. И вдруг…

«Этот запах… будто стоишь посреди ромашкового поля и ласковый ветер откуда-то издалека приносит аромат медовой липы… нежный, обманчиво нежный, проникающий в самое сердце… запах единственного в мире человека… нет, не человека, а…»

Незнакомец отпустил меня и мигом растворился в толпе. А я застыла на месте с наушником в руке. Потому что это был Чароит. Самый настоящий. Я уверена. Только без драгоценного венца на волосах и богато расшитой рубашки. А в удобном тёмно-синем костюме-тройке и с пучком светлых волос, собранном на затылке. Очень такой осовремененный, холёный, с дорогими часами. С будоражащим ароматом мужских духов. Или... кто-то очень похожий на Чароита. Слишком похожий. Разве так бывает?

Вот какая же он всё-таки сволочь. А я-то, дура, по нему больше трёх лет страдала!

Я бросилась следом, расталкивая прохожих, но он уже исчез в толпе. Мелькали чужие затылки, причёски, шляпы. А светлых волос, собранных в хвост, больше не было. Будто я увидела мираж. Фата-моргану. Плотный людской поток толкал плечами и оттеснял меня назад.

– Что случилось? – орала Рада в моё ухо и параллельно ощупывала на предмет повреждений. – Всё нормально?

Наверное, я ошиблась. Просто ошиблась. Чароит говорил, что любит меня, хочет от меня детей. Разве мог бы он просто пройти мимо меня? Он наверняка умер. Погиб в смертельной схватке, защищая меня. А я ловлю везде его фантомы. Наверное, мне тоже пора к психологу, как Аньке.

Нет. Хватит. Я же собралась, чёрт возьми, похоронить прошлое и начать жить новой жизнью.