Хозяйка блинной лавки. Роман-игра

Вся жизнь моя прошла в желании жить правильно. Сначала училась, потом родители затолкали на экономический. После учебы стала бухгалтером, к сорока годам главбухом. Ну все по каноничной классике. 

Сейчас мне слегка за сорок, а в душе-то я ещё ого-го. Ну какие циферки, какая бухгалтерия. Я сказки хочу! Пирожки печь, выращивать цветы и вдыхать их запах по утрам. Бродить по саду, а потом чай пить из цветочного сервиза. 

В итоге что? Сервиз тот пылится с девяностых, а я в неудобных костюмах плетусь с работы, зябко кутаясь в модное пальтишко. Сегодня отмечали день рождение сотрудницы. Я выделила время, напекла пирожков заранее, притащила их на работу. 

Все восторгались, мол, Ольга Семёновна, вы чудесница-рукодесница, вы то, вы се… А мне прям захотелось изменить свою жизнь, что той осталось! 

В сумбурных мыслях и не заметила авто. 

Бииип бииип. Просигналил громко и свалил. А я от неожиданности свалилась в лужу. Да так неудачно, что сознание потеряла. 

Вот и все! Вот тебе пирожки да пышки…

Снится мне, что стою на пороге какой-то деревянной избы, навроде деревянного сруба, на первый взгляд, давно забытого людьми.

Стены из толстых, грубо обтёсанных бревен, местами потемневших от дождя и солнца. 

Около крыльца – несколько полуразвалившихся ступеней, поросших мхом. Рядом с входом старый колодец, частично заросший травой, и запущенный двор с остатками деревянных столов и лавок, на которых когда-то ели гости.

Вот это сон! Реалистичный такой! Ай! Даже могу потрогать стены. Они влажные после небольшого дождя. 

Бумс! Бумс!

Что это еще такое? Обернулась. Бааатюшки! Позади видны макушки золотых куполов церкви. Оттуда звон идет. А рядом со срубом, тесно друг к дружке прижавшись стоят десятки разнообразных лавок и трактирен. 

Нечто вроде старинной торговой улочки в сказочном городе. Вот это сон!

Из магазинчика с надписью “Табачная” вышел приземистый пожилой мужчина с усами и в кепи. В руках метла. Посвистывая, принялся напевать песенку и мести двор. 

Это же сон! Значит, я могу делать все, что хочу! Принялась приплясывать, все еще удивляясь реалистичности происходящего. 

Свист прекратился. 

– Сударыня, вы что тут делаете?

– А? – уставилась я на табачника. – Так вы еще и разговаривать умеете?

– От чего ж не уметь? Я грамоте не обучен, но говорить-то с покупцами надобно, иначе как табак им продавать. Немые на других работах трудятся, в батраки нанимаются, а торговцам надобно уметь говорить, иначе никак. 

Я осторожно подошла к дворнику, по совместительству, торговцу табаком, и со всей силы щипнула его за ус, чтобы посмотреть, что он делать будет. 

А он как размахнется, как огреет меня по спине своей метелкой!

– А ну-ка иди отсюда, пигалица! Ишь чего удумала. Драться со мной! 

От неожиданности я даже не нашлась, что сказать. Боль от удара метлой была настолько сильной, что осознание пришло сразу. 

Вот нифига это не сон!

Но все это место и мой наряд… Чудеса в решете! Это же точно не двадцать первый век. Это больше похоже на то место, где я упала в лужу, только пару веков назад! Нас в школе еще в музей водили и там были выставочные фотографии. Вот лавку “Табачную” и трактир я точно помню…

Дворник угрожающе сделал несколько шагов, пытаясь меня прогнать. Мне не оставалось ничего, как скрыться внутри деревянного сруба, на ступенях которого я очнулась. 

Как только переступила порог и прикрыла скрипучую дверь… сняла паутину с лица… отмахнулась от летучей мыши… чуть не оступилась на граблях… В общем, как только боль от удара прошла и я огляделась, передо мной начали возникать золотистые буквы, начертанные аккуратным почерком прямо в воздухе. Они словно летали и складывались в слова и фразы стройным рядом.

Буквы проявлялись медленно и четко, словно кто-то их писал. Текст гласил:

Добро пожаловать в игру “Хозяйка блинной лавки”. 

На последние остатки грошей, оставшихся от бывшего состояния, вы приобрели заброшенную Блинную лавку. 

Задача: обустроить быт, навести порядок и привлечь посетителей. 

Зарабатывайте и живите свою лучшую жизнь, выполняя квесты. 

Вы можете прокачивать любовную линию, или выбрать только бизнес вариант продвижения. Остерегайтесь врагов и не забывайте, что игровые персонажи - настоящие люди. Стройте с ними отношения и угощайте блинчиками. Станьте лучшей хозяйкой блинной лавки. 

Если хотите выйти из игры, сконцентрируйте внимание на красной кнопке “Выход”. Если хотите продолжить, выберите “Играть”. 

Задумалась. Вернуться в тот мир? Или остаться здесь?

Ай была-ни была! Где наша не пропадала. 

“Играть”.

Как только я выбрала продолжение, текст растаял сигаретным дымом и пространство комнат озарилось золотистым светом, словно от буквенных пылинок. Я даже подняла ладонь, чтобы лучше рассмотреть, но все оказалось прозаичнее.
Первые солнечные лучи светили в окно, а пылищи тут было столько, что она поднималась столбом при каждом моем шаге. Первым-наперво, расшторила все окна, закашлявшись от пыли. Зато теперь стало гораздо виднее. Так, значит, эта часть помещения – так называемая “Горница”. 
Здесь находился выставочный зал для выпечки и блинчиков, здесь же отпускали гостей и демонстрировали им различные блюда. Сейчас передняя представлялась собой полутемную комнату с запыленными окнами. По стенам висели полки для посуды и старые подносы. На полу скрипели доски, а углы завалены старым хламом.

На стене обнаружилось старое зеркало, взглянув в него, я обомлела. Внешность моя явно изменилась. Теперь я выглядела пышной молодой девицей с тончайшей талией и высокой грудью, а темная коса лежала толстой змеей, перекинутая через левое плечо. 

Я даже подняла руку и помахала ею перед зеркалом, чтобы убедиться, что это именно я, а не картина. 

– Ну хороша! – подмигнула я отражению и оно подмигнуло мне в ответ. 

В приподнятом настроении отправилась исследовать вторую комнату. 

Ага, комната с печами или Пекарская – будущее сердце Блинной. 

“Да уж, здесь работки предстоит больше всего” – вздохнула я, но не от того, что мне было сложно все убрать, а от того, что это требовало бы времени. Попробовать испечь блин мне хотелось уже сейчас. 

Но это было абсолютно невозможно, поскольку массивные печи с широкими очагами закоптились копотью, повсюду виднелись следы старого пролитого теста, а на крючьях не висело ни одной сковороды. 

“Если здесь навести уют, то будет очень даже ничего!” – сказал я сама себе и отправилась дальше. 

Еще одна комнатка заинтересовала. Судя по всему, она принадлежала лично мне. Приказную, а это была именно она, венчал стол с ящиками, рядом с которым ютилось кресло, несколько книжных полок, заваленных бумагами, старые свитки, чернильницы.
Рядом с комнаткой была ванная комната, где стояла треснутая бадья без единой капли воды, а завершающим штрихом всей Блинной избы оказалась еще одна крохотная комнатенка, видимо, для прислуги, если у меня такая была. Помещение было больше похожим на чулан без окошек, если честно.

Как только я туда заглянула, то игра тут же предложила мне:

На вашем счету есть 3 серебряных монеты. Вы можете приобрести помощника. 

Базовый помощник: крестьянская девка без каких-либо умений. 

Основные характеристики: ленивая, неумеха, растеряха. 

Приобрести?

Ну спасибо, блин! 

С другой стороны, помощник мне точно понадобится, чтобы разобрать тут все. Одна я не управляюсь. 

Я подтвердила выбор и замерла, осматриваясь кругом. Должно быть, помощник должен был материализоваться из воздуха или как это происходит? Не хотелось бы, чтобы она упала мне прямо на голову. Но ничего не происходило. 

Надурили что ли?

Послышался шум, крики. Точно, из сеней. Да, помимо вышеперечисленных комнат, название которых услужливо подсказывала мне игра, было еще несколько, но как бы совмещенных с основными помещениями: сени у входа, светлица – в дальнейшем ее можно будет использовать для банкетов, чулан с утварью, кладовая для хранения продуктов, комора – нечто вроде служебной кухоньки, где можно будет месить тесто и заварить чай для гостей. 

Осторожно вернувшись обратно по своим же следам, прислушалась. 

“Там воровка. Говорю же вам. Она напала на меня, вела себя странно. Надо лекаря вызывать. А спряталась она там…”

Голос табачника. Ну конечно, надо было догадаться, что он пожалуется на меня. 

Ладно, сама заварила кашу – сама и разгребать буду. 

Отряхнувшись, вскинула голову и пошла к выходу. Распахнув двери, чуть не заехала по носу одной кумушке, пытавшейся углядеть в щелку, что творится внутри. 

Она и села на пятую точку, как только открылась дверь. 

– Госпожа уважаемые. Что случилось? – спросила я нарочито грозным голосом, обвела взглядом притихшую толпу. 

– Это она. Вот она хотела побить меня и тайком проникла внутрь! – указал усатый табачник толстым пальцем прямо на меня. 

Я сложила руки на груди. 

– И что же с того? Разве я не имею права войти к себе домой!

– Домой! Ну какой же это дом! Это старая блинная лавка, заброшенная уже лет десять, – загомонила толпа. 

– А вот как нам знать, твой это дом иль нет! Чем докажешь? – хитро прищурился табачник. 

– Я его купила и это мой дом! – упрямо проговорила я, понимая, что в общем-то никак не могу доказать это. Не буду же я рассказывать им про игру и слова в воздухе. Они примут меня за полоумную. 

Кумушка с длинным носом пискнула:

– Я уже послала свою служанку за полицейским. Пусть он и разбирается! 

Пока суть да дело, показалась та самая служанка. Девушка запыхалась и пыталась теперь отдышаться. 

– Ну что, где полицейский? – недовольно спросила кумушка с длинным носом. 

Девка наконец вдохнула и протараторила:

– Нет его на посту. Отбыл он по делам важным, говорит, там граф приехал! Говорят, доставляйте вашу воровку в отделение, пусть там ждет его. 

Вот те на! Теперь я еще и воровка! Вот так слухи и множатся. 

Дворник и все остальные посмотрели на меня как на врага народа, но никто не решался лично подойти и сопроводить в канцелярию. 

Я огляделась. Никакой подсказки, ни-че-го. И что мне теперь делать? Вдалеке послышался топот копыт. Сейчас еще и кавалерия приедет, внутри меня все сжалось.

“Эй” – жалобно пропищала я, обращаясь к игре. “Может дашь подсказку, что делать-то?”

– Она говорит с богом, – благоговейно прошептала одна из женщин в засаленном переднике. – Пусть помолится. Если она и правда воровка, ей грозит двадцать палок. 

– Да не воровка я! – мой крик разнесся по всей улочке, собирая все больше любопытных. Солнце вставало над городом, а работа лавочных все никак не начиналась из-за меня. 

– Что происходит? Что случилось? – послышался басовитый мужской голос. – Что за столпотворение. 

Позади толпы на лошадях подъехали два мужчины. Один из них точно был полицейским, потому что выглядел он аккурат как полицейский: синий китель с высокой стойкой, фуражка с металлической кокардой. А еще короткие, но пышные и щенистые усы, грозный взгляд из-под бровей. 

Второй мужчина выглядел как усталый путник, и я не сразу поняла, кто он. Из одежды – сюртук из шерстяной ткани, черные штаны, высокие черные сапоги, кожаные перчатки, на голове – треуголка. Выражение лица ничего не выражающее, глаза почти прозрачные, внимательные и проницательные. Из-под треуголки выбивалось несколько светло-каштановых кудрей. 

Говорил полицейский. Он спешился и подошел ко мне. 

– Я вас впервые вижу. Что вы делаете у заброшенной Блинной, отвечайте? Хотели разграбить чужое имущество?

Я вздохнула, но признаюсь честно, под грозным голосом я заволновалась. Если меня сейчас прикажут кинуть в кутузку, выберусь ли я из нее? И зачем только согласилась!

– Да не воровка я. Просто не разглядела в рассветных сумерках табачника и случайно наткнулась на него. Он огрел меня метлой, я и спряталась в избе, – пояснила я спокойно. – Господин полицейский, это мой дом. Клянусь. Я его купила! 

Краем глаза заметила, как и второй мужчина спешился и подошел ближе, с интересом вслушиваясь в разговор. 

– Кто вы такая и почему вас обвиняют в воровстве? -– спросил он. – Говорите прямо и не увиливайте от ответа. 

– А я уже ответила, – сложила руки на груди, и уставилась в на собеседника. Он выглядел довольно… красиво. Смазливый молодой красавчик. У него было доброе лица и я уж подумала, что он сейчас мне улыбнется, однако, вместо этого он, нагло смотря мне в глаза, спокойно сказал:

 – Если она врет, значит, всыпать ей плетей и пустить на все четыре стороны!

От такой жестокой речи у меня голова закружилась. Что за манеры и угрозы?

Заметив мое смятение, мужчина самодовольно улыбнулся и выпрямился по струнке.

Полицмейстер потрогал свои усы.

– Кажется, это помещение и правда недавно ушло с молотка за гроши. Никто не выкупал избу и ее собирались сносить, но в последний момент все-таки купили под ремонт.

– Господин, она специально набросилась на меня. Вот вам крест, – табачник перекрестился, – она хотела оторвать мне усы, а потом начала плясать. Она ненормальная!

– Да-да, а меня пнула дверью! – добавила кумушка с длинным носом.

– Ой, да нечего подглядывать в щелку было! Если вам так хотелось посмотреть на меня, влезли бы в окно. Все окна отворены настежь! – заявила я.

Спутник городового хмыкнул.

– Посмотрел бы я на это, – сказал он. – Городовой, разве не должно быть у новой владелицы документов на приобретенное здание?

– И то верно, ваше сиятельство! – заискивающе воскликнул полицейский. – Благодарю, ваша светлая голова.

Вся толпа вдруг закланялась, приговаривая: “ваше сиятельство, ваше сиятельство”. Только я осталась стоять. Как-то было непривычно мне кланяться до пола мужчине, еще и младше, чем я. Хотя сейчас я выглядела моложе его.

Граф, а значит это был он, раз его называли ваше сиятельство, несколько надменным взглядом осмотрелся вокруг и остановился на мне, видимо, рассчитывая на то, что я то ли поклонюсь тоже, то ли кинусь подавать документы.

Граф приподнял одну бровь вверх, а я еще упрямей посмотрела на него, к тому же нахмурив брови.

– Ваше сиятельство, немедленно арестую эту воровку. Мало того, что разбойница, так еще и дерзит вам!

Городовой полез снимать с пояса наручники, как послышался тонкий запыхавшийся голосок со стороны.

– Госпожа Аделаида! Госпожа Аделаида!

Все повернулись и я увидела молоденькую девушку с растрепанными волосами. Она бежала, размахивая белым конвертом. – Документы, госпожа, документы!

***

Я осела на крыльцо, благодаря судьбу за то, что она послала мне крестьянскую девку с документами на избу. Если бы не Сима, а так звали помощницу, мне конец! Еще бы и плетей с палками отведала старинных, а это, должно быть, очень больно. Ну и граф. Ну и…просто слов нет, одни маты… Ваше сиятельство, блин! Убила бы!

Городовой и его Сиятельство рассматривали мои документы. Граф иногда поднимал свои светлые глаза на меня, затем вновь изучал документы. Наконец, он произнес:

– Значит, вы недавно развелись через суд?

– Развелась в уездном суде, – отчеканила уверенно я.

У меня тут и бывший муж есть? Славные дела твои господи!

– Госпожа Аделаида бывшая владелица разорившейся усадьбы в Ладогорье. Ее муж проиграл все состояние и сбежал. Теперь-то я понял, кто она такая, лично не доводилось встречаться, – пояснил городовой графу. Я и сама навострила уши, собирая базовую информацию о себе.

Значит, у меня есть определенная история и даже муж.

– Вот как. Что же, очень жаль, что муж так несправедливо поступил с вами, – сказал граф. – Но превосходно, что вы нашли силы в себе вернуться в свой родной город.

А то! Я была горда словами графа.

– Как вы уже наверняка слышали, теперь эти земли принадлежат мне.

А вот эти слова мне не понравились. Он хотел, чтобы я поклонилась ему или к чему это? Все не может забыть неучтивости и гнет свою линию.

– Госпожа Аделаида, вас не учили этикету? – нахмурился полицейский. – Вы утеряли дворянский статус, но не уверен, что были его достойны.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – наконец поклонилась я. – В следующий раз приобрету книгу этикета и вновь ознакомлюсь с позабытыми правилами.

– Опять дерзите? – полицмейстер нахмурился.

– Все в порядке, господин городовой. Лучше разгоните всех по рабочим местам, иначе мы так и останемся без утреннего кофию, – сказал граф. В глазах у него сверкнул озорной огонек, который мне не понравился.

Полицмейстер замахал руками, грозя всыпать палки, и все начали разбредаться. Улочка перед Блинной опустела.

Граф сложил руки и встал передо мной.

– Госпожа Аделаида, я только приехал сюда, чтобы ознакомиться со своими владениями, а вы уже навели тут скандал и выставили меня дураком. Знайте, если это повторится еще раз, вам не избежать наказания.

Его тон было немного насмешливым. Все же его задело то, что я не сразу преклонила голову перед ним.

– Исправлюсь, ваше сиятельство, – сложила я руки на переднике перед собой, аки смиренная девица.

– Почему-то я вам не верю, но в вас определенно что-то есть. Будет любопытно попробовать ваши блины. Завтра обязательно загляну к вам в гости.

– Буду с нетерпением ждать, ваше сиятельство.

– Кирилл Евграфович, – представился на прощание граф, прежде чем сесть на лошадь.

– Аделаида, – растерянно произнесла я ему вслед.

– Просто Аделаида? Фамилия-то у вас есть? – удивился граф, сидя уже не лошади верхом.

Он же читал бумаги! Прикидывается еще! Надо срочно что-то придумать, иначе он заподозрит неладное.

– Убежала вместе с мужем! – выкрутилась я, и граф улыбнулся, а затем ускакал, подняв пыль.

Пыль… Что же, теперь мне следовало и с ней затеять войну.

***

Симу я отправила вычищать мох и сорняки у порога, а также выносить старые занавеси и прочий хлам. Сама же решила начать с самого тяжелого, а именно с уборки пекарни, подготовив все найденные скребки и щетки, найденные в кладовке.

Выписав задачи на кусок пергамента, найденного в кабинете, повесила его на видном месте.

1. Очистить печи от сажи и мусора.
2. Проверить, что трубы не забиты, и дымоход можно использовать.
3. Протереть столы и лавки, убрать старые остатки теста.
4. Расставить кухонные принадлежности.

Подошла к печам и приступила к работе. Сажа осыпалась на руки, когда я скребла каменные стенки, и мелкая пыль плавно ложилась на волосы.

Запах копоти и давнего теста висел в воздухе, будто сама Пекарская дышала стариной

Где-то в углу блеснула медная монетка, закопчённая и тёплая от моей руки – странная находка, словно шептала о тех, кто готовил здесь прежде меня.

Рассмотрела монетку ближе и игра услужливо написала мне:

Серебряная монетка.

Получайте монеты за каждое выполненное задание и используйте монетки на благоустройство вашей пекарни.

Сунув монетку в передник, продолжила работу.

Осмотрела дымоход. Паутина и пыль слетали с каждого удара щётки, и в лицо летели лёгкие паутинки. Когда трубы очистились, воздух стал легче, и я почувствовала, что теперь дым будет уходить свободно, а печи готовы принять огонь.

Столы и лавки протёрла влажной тряпкой. Старое тесто, запёкшееся на досках, крошилось и рассыпалось, оставляя еле уловимый сладковатый запах.

Расставила сковороды, лопатки и миски. Металл и дерево блестели в тусклом свете окна. Старое семейное блюдо с едва различимыми гравировками на дне словно приветствовало меня. Кухня оживала: я слышала, как пространство наполняется обещанием готовить блины с душой, а не просто еду.

За каждое задание выручила по монетке.

Итого у меня 4 монеты. А когда все задания с пергамента были выполнены, игровая система начертала золотистыми буквами:

Поздравляем! Пекарская полностью готова к работе.

Ваша награда: рецепт тонких блинов на закваске.

Собирайте ингредиенты и готовьте с душой!

Теперь можно было и отдохнуть, а лучше бы чего-нибудь перекусить!

– Сима, – позвала я девушку. 

– Да, госпожа! – отозвалась она. 

Сима выглядела усталой, ее передник скособочился, а чепчик почти развязался. Однако, одного взгляда хватило, чтобы понять, что все было проделано из рук вон плохо. 

– Сима! Почему ты не вычистила мох вот здесь! – он рос через ступеньку, вот как его можно было не заметить? Словно в тот момент, когда Сима его вычищала, он спрятался от нее. 

– Я старалась, госпожа, – всхлипнула Сима и утерла нос. – Не велите бить.

Я немного смягчилась. 

– Ну что ты! Не маньяк же какой! Но придется переделывать, уж извини. Если его сиятельство пройдет по таким ступеням, разве появится у него желание испробовать наши блины? Да он скажет – тут готовят неряхи, наверняка, и тесто у них такое же – неряшливое!

Сима стояла, понурив голову. Игровая система начертала буквы прямо рядом с ней в воздухе:

Вы отчитали работника. 

Профессиональные характеристики улучшились на 4%. 

Чтобы продолжать улучшать персонажа, вкладывайте в него монетки, например, установите заработную плату. Рекомендуемая плата: 2 монеты в месяц. Также можно приобрести новый передник, покормить работника, дать передохнуть”

– О! – воскликнула я. -– Ты наверное голодна, Сима? Ты что-то ела сегодня?

– Нет, госпожа. Не было во рту ни маковой росинки. 

– Что же, – утерла я передником руки. – Ты знаешь, где можно достать еды?

Сима задумалась. 

– Пожалуй, в лавке госпожи Матросовой можно взять на вынос каши и похлебку. Но понадобятся монеты. 

– Это не проблема! – радостно воскликнула я и достала серебряную монету. – Купи все, что пожелаешь и тащи сюда. Будем обедать!

– Ого! Госпожа. тут хватит на целый пир!

– А мы разве не заслужили пир? 

– Заслужили, конечно, госпожа!

Пока Сима отправилась за едой, я решила наведаться в свой кабинет. Здесь было много книг и различных документов, которые решила разложить хотя бы по стопкам, чтобы потом разобрать. 

Написала задания и прикрепила на видное место, чтобы убирать было легче:

Перебрать бумаги и свитки.

Протереть полки и стол.

Расставить книги и личные вещи.

Создать уют. 

Сначала перебрала бумаги и записи, откладывая ненужное в сторону. Сундуки и ящики, закопчённые и покрытые слоем пыли, трещали, когда я открывала их, как будто протестуя против моего вмешательства. Нашла старые ключи, остатки печатей, обрывки заметок и карты с пометками, которые кто-то давно сделал, готовясь к делам или путешествиям.

Прямо за последней картой обнаружила вновь серебряную монетку и сложила ее к себе. 

Затем протёрла стол и полки, сметая с них пыль и паутину. Внутри сундуков нашлись неожиданные вещи: перья, чернильницы, несколько мелких инструментов.

Наконец, расставила всё по местам: свитки аккуратно сложила в стопки, книги поставила на полки, инструменты и личные мелочи уложила в ящики. На столе остались только нужные вещи: дневник с записями, чернильница, перо и маленькая лампа, которую я зажгла, чтобы свет мягко рассеялся по комнате.

Когда я отступила и оглядела кабинет, он больше не казался захламлённым и давящим. Пыль ушла, воздух стал легче, а комната словно ожила под моими руками.

Ваша награда. Свиток с историей. 

Ого! Вот это действительно интересно. 

Рядом со свитком лежал крохотный серебряный колокольчик, который я с удовольствием забрала себе, решив повесить у входной двери. 

Открыв свиток, с любопытством уставилась в текст. Он гласил:

Имя: Аделаида Толстолобина
Происхождение: дворянская, знатная семья
Возраст: 24 года.
Семейное положение: разведена
События биографии:
Родилась в семье знатных дворян. Родители её, благородные и состоятельные, скончались преждевременно, оставив наследство, которое должно было обеспечить достойное положение дочери.

Для обеспечения будущего дочери её выдали замуж за человека, называвшего себя бароном, но оказавшегося аферистом и мошенником. Муж растратил всё имущество и скрылся, избегая правосудия.

Аделаида через суд расторгла брак и сохранила имя и честь семьи. На последние средства она приобрела блинную, некогда принадлежавшую её роду, решив возродить семейное дело и начать жизнь заново.

Ох и муженек! – проворчала я и погрозила в воздух кулаком невидимому муженьку. 

– Госпожа. Госпожа Аделаида! Давайте обедать! Тут столько всего!

Впервые почувствовала голод и бросила наружу. Аделаида выгружала из корзин еду, упакованную в глиняные глубокие горшки с плотно запечатанными крышечками. 

– Считай, онлайн доставка, – хмыкнула я, вспомнив привилегии прошлой жизни. 

– Какая-какая доставка? – переспросила Сима. 

Я лишь махнула рукой. Решили есть на улице, прямо на крыльце. Удобно устроившись на ступенях, приступили к поглощению невероятно вкусной пищи, поглядывая на многочисленных прохожих. 

– Через пару дней ярмарка на площади. Успеть бы! – проговорила Сима с набитым ртом. 

– Ярмарка? Это интересно! – резюмировала я, подгадывая, успеем ли мы напечь вкусных блинчиков, чтобы представить свою продукцию. 

После вкусного обеда будто и мир засиял ярче. Первым делом, решила отблагодарить Симу, да и, лукавить не стану, сделать ее похозяйственнее да половчее. Слишком уж она нерасторопная как базовый персонаж.
Вызвав мысленно меню игры, выбрала “Улучшить персонажа” и перед глазами появилось два варианта наряда - один из них выглядел как простое серо-голубое платье из грубого льна с узкими рукавами и коротким передником, а вот второй вариант представлял собой халат бледно-зеленого оттенка, подпоясанный серебристым кушаком.
Второй вариант мне понравился больше. Со счета списалась одна серебряная монетка, а Сима вдруг завопила из недр избы:

– Госпожа! Госпожа! Тут это… я нашла кое-что!

Вытерев губы, вошла внутрь и увидела, как Сима под одной из горок хлама обнаружила новехонькую корзину, а в ней – тот самый наряд!

– Сима, какой чудесный халат. Пусть он будет твой!

Девушка не поверила своим глазам.

– Правда?

– Правда-правда!

Сима бросилась ко мне обниматься, но вовремя спохватилась:

– Простите, госпожа. Тогда я немедлено сменю наряд. Наконец, выброшу опостылевшее рванье, в которое меня снарядили из отцовского дома.

Я кивнула и отправилась в переднюю, пока Сима пошла принаряжаться и заодно наводить порядок в ванной комнате и в своем чуланчике.

Оглядев переднюю, поняла, что хочется сделать здесь все, как можно уютнее. Именно тут будут лежать мои свежеиспеченные блинчики как невесты на выданье, значит, и дизайн избы должен быть соответствующий.

Сперва нужно навести здесь порядок. Как и прежде, написала список заданий на пергаменте и повесила его на стену:

Вымести мусор из-под лавок и у порога.

Протереть пол и стены от копоти и пыли.

Разобрать хлам у витрин — выбросить сломанные кувшины и пустые мешки.

Расставить лавки, застелить чистые скатерти и развесить сушёные травы для запаха.

Подхватила веник и нагнулась под лавку – ох, да тут целое царство пыли и мусора. Солома, крошки, старые тряпки… всё шуршало и сыпалось на пол. Я выметала до тех пор, пока под щеткой не заскрипели чистые доски, а у порога не осталось ни соринки.

Набрав в ведро воды, выжала тряпку и пошла от угла к углу. На стенах лежал серый налёт, от которого пальцы чернели. Мыла до блеска, пока вода не потемнела, а воздух не наполнился запахом мыла и влажного дерева.

У витрины стояла куча всякого барахла – треснутые кувшины, обугленные поленья, пустые мешки. Выбросила все! В одном из кувшинов нашла еще пару пожелтевших рецептов с еле различимыми старинными буквами, это оказались рецепты брусничного соуса к блинчикам и рецепт травяного чая!

Получив по монете за каждое задание, мысленно вызвала меню игры и в воздухе засверкали золотистые буквы.

Нашла строку “Улучшить дизайн Блинной” и игра предложила мне на выбор множество вещей и предметов декора, от которых загорелись глаза. Это было похоже на онлайн магазин, правда большинство позиций были еще закрыты.
Сразу же купила белоснежные крахмальные скатерти и долго не могла им нарадоваться, расправляя и ощущая, как они хрустят под пальцами. За скатерти пришлось выложить две монетки, а еще монетку потратился на пучки душистых трав, которые развесила над столами.
Запах свежеиспеченных блинчиков, травяного чая и душистой зелени будут вызывать непреодолимое желание заглянуть в мою лавку. Не забыла и о мыльнике, который служил здесь вместо мыла. Саму бадью с водой позже поставлю у входа в сенях, чтобы посетители могли есть чистыми руками. Позже сооружу рукомойник, как заработаю монеток.

Отправившись проверить Симину работу, с удовлетворением отметила, что она справилась уже лучше. Разве что лужицы воды оставила везде, да пыль протерта полосами, но хотя бы основную работу не оставила мне – и то хорошо!

Остаток дня мы провели, приводя в порядок, насколько это возможно, помещение с улицы. За две монетки я наняла плотников и они починили все видимые проблемы - заколотили дырки, прибили гвозди, и даже заделали крышу.

– Разбогатеем, Сима, прикупим уличных зонтиков и сделаем уличное кафе! – мечтательно провела я рукой по стороне, где пока что рос бурьян.

– Можно будет и компоты варить. Маменька меня учила, я смогу управляться с этим делом.

– Компоты - это хорошо. Морс клюквенный наверняка здешние покупатели привечают…

– Ага и медовуху продавать будем, – замечталась Сима.

– Какую медовуху? – перебила ее мысли я. – На медовуху лицензия нужна.

Сима лишь пожала плечами.

– Вы, госпожа Аделаида ученая, все вы знаете. Я о всяких лЯцензиях и слыхом не слыхивала.

– Ну, со мной и не тому научишься, – важно кивнула я.

Владельцы лавок начали постепенно сворачиваться. Перед Блинной возникла кумушка с длинным носом. Одета она теперь была в желтое платье в белых ромашках, а голову украшал новомодный чепец. Рядом с ней шла женщина помоложе и тоже с длинным носом. Еще и с большой родинкой на нем.

– Посмотри, Кларочка, вот эта самая Аделаида, которая воровка, – кумушка говорила нарочито громко.

Госссподи, это не искоренить, коли уже слухи пошли.

– Приходите завтра в Блинную, я вас угощу своими блинчиками и украду ваше сердечко, – хохотнула я, стараясь не показывать усталости.

– Еще чего! – заторопилась кумушка, спеша увести дочь (а это была она) с собой под руку.

– Да, маменька, – проговорила дочка. – Еще потравит свои блины. Не похожа она на настоящую хозяйку.

Я усмехнулась, а ведь Кларочка догадливая!

Почти дойдя до Табачной, они замедлили шаг, и тут как раз вышел тот самый мужчина, которого я ущипнула за усы. Увидев кумушек, приподнял фуражку. приветствуя их.

Они что-то зашептали ему и он перевел взгляд на меня.

Пока мама с дочей не видят, я приподняла кулак и по-хулигански тыкнула в его сторону. Этот жест чуть не заставил табачника шарахнуться. Его лицо принялось вытягиваться, как я поспешила отвернуться.

Надо все-таки будет найти с ними общий язык. Соседи же как-никак. Не собачиться же каждый день.

Прикрыв ставни, вошла в дом и еще раз прошлась по комнатам, с любовью поглаживая начищенное и вымытое до блеска, каждую вещицу. Сил не было, но я была вся воодушевлена и находилась в предвкушении следующего дня. Пожелала Симе спокойной ночи:

– Не забудь загадать, чтобы тебе приснился жених! – шутливо сказала я ей.

– Это как? – не поняла Сима.

Эх, а я-то думала, эта присказка идет из старых времен.

– В общем, как ляжешь и закроешь глаза, прежде чем уснешь про себя молви: на новом месте приснись жених невесте! – терпеливо пояснила. – Тот, кто приснится и есть твой нареченный.

– А если сам черт приснится? – испуганно спросила Сима.

– Их не бывает, – махнула я рукой на девушку.

– Как это не бывает? Наш дьякон сам видел…

– После местного самогону и не то привидится! – крикнула я ей напоследок.

Прежде чем лечь спать, мне нужно было еще приготовить закваску. Пока что был доступен только один рецепт, который я нашла во время уборки – “Рецепт тонких блинов на закваске”.

В миске смешала муку и воду до консистенции густой сметаны, после чего накрыла тканью и поставила у печи в теплое место. Переделав все дела, уставшая, но счастливая улеглась наконец в постель.

***

На следующее утро открыла глаза ни свет ни заря. За окном еще было серо, а мне уже не хотелось спать. Несколько раз потянувшись, покружилась перед зеркалом, с удовольствием оглядывая себя. Ну что за красавица! Пышногрудая, с темными волосами, васильковыми глазами и румяной кожей. Собираясь надеть вчерашний наряд, вдруг решила, что сегодня я должна быть особенно красивой. На счету оставалось 2 монетки.

Была не была! В меню игры выбрала “Улучшение персонажей” и свою фотографию. На выбор система представила два наряда.

Льняная рубаха цвета сливочного молока с закатанными рукавами, домотканая юбка коричнево-терракотового цвета, собранная в мелкие складки. передник с вышивкой, яркий платок, повязанный на затылке и простая нитка янтарных бус.

Платье густого сливового цвета с белым фартуком. Из аксессуаров предлагалась браслеты из бересты.

Я выбрала первый вариант, уж очень этот образ выглядел задорно. А сегодня мне требовалось привлекать внимание. Выбрав наряд, я позаглядывала во все шкафчики, пока наконец не обнаружила неприметную корзинку, которую раньше я не замечала. Внутри, помимо наряда, обнаружились и кожаные башмачки с мягкой подошвой.

Приодевшись, расчесала волосы, повязала красный платок и вышла из своей комнаты. Открыв везде окна и полюбовавшись на утреннюю зарю, поняла, что нигде не видно Симы.

Обнаружила ее сладко спящей в своей кровати.

– Сима! Пора вставать! Какая же ты ужасная служанка! – пожурила я ее и Сима мгновенно подскочила, как ужаленная.

Увидев меня, в ее глазах показался ужас.

– Госпожа! Госпожа! Простите меня. Богом клянусь, не слышала петухов!

– Ну вставай! – доброжелательно сказала я и собиралась выйти, как Сима вдруг охнула.

– Ооой!

– Что еще? – она была словно мел. – С тобой все хорошо?

Бросилась к девушке. собираясь ловить ее. Было похоже, что она прямо сейчас грохнется в обморок.

– Мне приснился…

– Кто приснился? – спросила. До меня медленно начало доходить причина глубокого шока. – Черт?

Сима покачала головой и всхлипнула.

– Еще хуже!

– Кто же?

– Табачник… – еле вымолвила она.

– Какой табачник? Который с метлой и усами?

– Да… Пантелеймон Анатольич зовут его…

– Фух, я думала тебе поплохело правда, а это всего лишь сон!

– Но вы же сами сказали, что тот кто приснится – мой суженый! – жалобно пискнула Сима, глядя на меня поникшим взглядом.

– И чего теперь? – улыбнулась я. – Замуж за него пойдешь?

– Нет, но… а вдруг…

– Дуреха, не боись! – залихватски хлопнула я ее по плечу. – Не выдадим тебя ни за какого Пантелеймона Анатольича.

– Точно? – воспряла духом Сима.

– Обещаю! – цокнула я ногтем большого пальца о зуб, дав клятву. А теперь давай – пора замешивать тесто!

Сима неуверенно кивнула. Выходя из комнаты, заметила, что она смотрит на ноготь большого пальца..

***

В пекарской обвела взглядом все ингредиенты, которые подготовила с вечера. Закваска, в которую добавила еще немного муки. Немного солоду. Кусочек сала.

Молоко и яйца я купила за монетку еще с вечера, так что пока перечитывала рецепт, снаружи донеслось:

“Хозяюшка! Свежее молоко и яйца!”

Выбежав наружу, с удовольствием втянула свежий утренний воздух. Перед Блинной на повозке сидел опрятный старичок, а соломенная повозка его была полна разнообразных продуктов – в глиняных горшочках с плотно закрытыми крышками молоко, сметана, масло, ряженка. Яйца и тушки кур тоже были в наличии.

Помимо молока и сметаны я взяла еще свежих фруктов, ягод и трав, из которых собиралась сделать травяные настои к блинчикам. Как раз на сдачу в полмонетки вышло.

– Бери, хозяюшка, в подарок от меня еще десяток яиц да молока! Вижу, хорошая вы девушка, пойдет у вас дело.

– Да, это почему же вы так решили? – довольно спросила я, придерживая крынку с молоком.

– По глазам вижу. На жену мою похожи в молодости… Это ведь она семейный подряд удумала – кивнул старик на повозку. Ее рук дело – все это. Вишь, как красиво устелила соломкой. И молока с утра подоила, и яички набрала. Вези говорит, муженек, доставь все в целостности да сохранности. Ни одного яичка не разбей!

– Вот как!

Тут показался табачник Пантелеймон Анатольич, бросил на меня недовольный взгляд, принялся мести брусчатку.

Подловил мгновение, когда доставщик наклонился, чтобы помочь выгрузить ряженку, сложила два пальца – указательный и средний – в козу, приложила к своему лбу, а затем повернула “козу” в сторону Пантелеймона Анатольича, мол “я тебя вижу! Тот аж охнул, а я про себя хмыкнула.

– Да, – тем временем старик в повозке улыбался и даже не заметил моего жеста, который я поспешно скрыла. – У ней хватка знаешь какая… Во какая! – старик сжал руку в кулак. – Делец она у меня. Мужик в юбке. Вот и в тебе вижу ту же хватку.

– Ваши слова да богу в уши! – засмеялась я и старик расцвел от моего смеха.

Собрав все купленное и подарочки впридачу, поскакала на кухню, а старичок еще не сразу прокричал “тпррууу” лошадке.

Итак, теперь все в наличии.

– Симка, давай-ка займись травяным настоем да соусом к блинчикам! – заявила я деловито, как Сима показалась во дверях пекарской.

Наказав Симе надавить ягод ступой, занялась приготовлением теста.

Рецепт был мной выписан и приклеен к стене, так что ему четко следовала.

Яйца, протертый в муку солод взбила венчиком и влила в опару. Вмешала муку и немного топленого жира. Тесто вышло несколько густоватым, так что я добавила немного молока и вновь замешала.

Идеальная консистенция темно-кремового цвета. Поставила смесь подойти еще минут на двадцать, а сама пока что занялась соусом. Для соуса мне нужна была брусника, вода, мед, мука, соль, а еще по желанию можно было добавить тертой груши, но ее не было, зато от торговца я получила в подарок несколько яблок, которые решила использовать в рецепте.
Отварив ягоды до того, как они лопнут, добавила мед, муку и прочие ингредиенты, непрестанно помешивая до легкого загустения. Белиссимо! Кстати, яблочки только улучшили вкус. Даже Сима оторвалась от перебора сухих трав для чая, и потянула носом воздух:

– Я сейчас умру, как же это чудесно пахнет! Где вы так научились готовить, госпожа? Неужели в поместье?

– Разве госпожам принято учиться готовить где-то в другом месте? Может быть здесь где-то есть курсы кулинарного искусства?

– Курсы чего? – не поняла Сима.

– Ай, все равно не поймешь меня, Симка! Неученая ты, тетеха! Вот поднимем бизнес с блинной, я тебя грамоте да разумению учить буду. Ты молодая еще, схватишь быстро!

– Спасибо, госпожа! Маменька говорила, что я умею писать свое имя, этого мне достаточно. Больше учиться и не нужно!

– Маменька небось говорила, что и муж - это венец творения?

– Угу, – кивнула Сима.

– Нет, ну мужчина в хозяйстве это конечно хорошо. Но как говорила моя бабушка – на мужа надейся, а сам не плошай!

– Ваша бабушка? – удивилась Сима и задумчиво спросила. – Разве она не умерла в родах вашей маменьки госпожи Толстолобиной, пусть господь упокоит ее душу, – Сима перекрестилась.

– Ну, – замялась я. – Другая бабушка то была…

– Аа, – протянула Сима. – Тогда ладно.

Впрочем, взгляд у нее все равно остался задумчивый. Наверное, долго потом припоминала всех бабушек.

Окончив перебирать сухие травы, я сверилась с рецептом, который ранее нашла:

Горячий настой из душистых трав, ягод и листьев.
Заваривать в глиняном горшке или самоваре.
Кинуть щепоть трав, залить кипятком и укутать полотном.
Дать настояться 10–15 минут.

Самовара у меня пока не было, так что я достала глиняный вычищенный горшок и еще раз насухо протерла его. Для чая были подготовлены такие травы: мята, чебрец, лист смородины, листья малины и листья земляники. Побросав внутрь горшка травы, вместе с Симой осторожно залили кипятком и накрыли льняной тряпицей.

За окнами уже показались первые солнечные лучи, так что я отправилась прямиком к печкам. Первые блинчики начну жарить сама, дальше поручу это Симе. В системе игры мельком видела супер печи, которые жарили блинчики сами, но для этого мне еще зарабатывать монетки и зарабатывать. Так что пока все сами, своими ручками.

Поставила сковороду на плиту и подождала, пока железо начнёт темнеть от жара. Тесто в миске тихо пузырилось, живое, чуть кислое на запах. Размешала его деревянной ложкой, зачерпнула половником и вылила на середину сковороды.

Тесто сразу зашипело, растекаясь по кругу. Края начали подсыхать, становясь кружевными. Я провела лопаткой под блином – держится. Перевернула быстро, стараясь не задеть горячий край. Жирок вспыхнул, блин затрещал, запах пошёл по всей кухне – хлебный, тёплый, с лёгкой кислинкой.

Сима осторожно сказала:

– Госпожа, моя маменька говорила, что по старому поверью, первый блин нужно отдать духам. Примета хорошая.

– Да? Ты знаешь, а мне нравится это поверье. Я не против! – сказала я, не отрывая взгляда от сковороды и своего результата работы.

Первый блин получился чуть кривым, но золотистым. Я положила его на тарелку, смазала сальцем и, не раздумывая, бросила его в печь – как положено, “первый — духам”. Пусть довольствуются, лишь бы тесто не скисло.

Следующий я налила увереннее. Шипение стало ровным, сковорода слушалась, а блины один за другим ложились стопкой – горячие, пахнущие домом.

На сковороде выросла уже целая стопка блинчиков, как колокольчик звякнул.

– Первый посетитель, – испуганно мы уставились с Симой друг на друга, словно никого и не ожидали совсем.

Вытерев руки о передник, я передала поварешку Симе и подхватила тарелку со стопкой свежеиспеченных блинчиков.

Проходя мимо мутного зеркала, взглянула на себя и осталась довольна. Молодость и красота красит сама по себе!

В передней обнаружился не кто иной как сам граф.

– Ваше сиятельство, какая радость видеть вас в это прекрасное утро! – улыбнулась я ему.

– Признаться, я прибыл спросить, может быть вам прислать кого-то из мужиков помочь стены починить да крышу подлатать, но я смотрю, вы справились со всем самостоятельно, – граф и правда выглядел слегка ошарашенным. Позади него на проходе в сенях стоял лакей небольшого роста с записной книжкой и пером в руках.

Видимо, графу иногда приходили дельные мысли в голову и он их сразу записывал. Я прыснула. Вот это современный органайзер. В стародавние времена, старо быть, решали вопросы просто – богатые люди просто таскали за собой лакеев для этих целей.

– А то! – вслух сказала кокетливо я и поставила на витрину стопку блинчиков. – Нам помощь ничья не требуется. Мы и сами кому хочешь поможем!

У лакея на это восклицание чуть глаза на лоб не вылезли, но граф никак не отреагировал. Видать, начал привыкать к моим выходкам. Что же, мне от того только хорошо!

– Садитесь, пожалуйста. Выбирайте любой стол. Сейчас принесу вам чай, – добавила я. – Вы – наш самый первый гость. Мужчина, да еще граф! Хорошая примета.

Граф с интересом взглянул на меня и едва заметно кивнул. Лакей тотчас же убрал перо, кинулся к графу и помог снять цилиндр и синий сюртук.

Метнувшись на кухню, в двух словах рассказала Симе, кто у нас в гостях, от чего она чуть не бухнулась в обморок.

– Жарь блинчики и складывай вот сюда, – подвинула я ей тарелку. – Не забывай смазывать каждый блинчик салом, особенно края.

– Все поняла, госпожа. Не подведу вас! – заверила меня Сима. Я не слишком ей поверила, поскольку она была все еще не идеальным персонажем – блинчики у нее часто рвались и подгорали, а тесто уже прокапало на пол и присохло.

Подхватила на поднос две кружки и глиняный кувшин с настоявшимся травяным чаем, осторожно понесла все это в горницу.

Затем вернулась за соусницей с брусничным соусем, тарелками и столовыми приборами.

– Вот, прошу любить и жаловать, – наклонилась я перед графом несколько неуклюже, расставляя приборы на столе. Клянусь, сама не заметила, как так вышло, что мой бюст оказался слишком близко к мужчине, от чего он покраснел и кашлянул. Округлив глаза, я сделала вид, что ничего не произошло и выпрямилась.

– Так, стоп, а руки вы помыли? – остановила я графа, прежде чем он протянул руку к блинчику.

– Зачем? – не понял он.

Ах да! В старые времена мыть руки было не принято перед едой.

– Встаньте и пойдите помойте руки, граф, иначе вкус еды потеряется.

Пожалуй, я слишком увлеклась игрой и не воспринимала все слишком серьезно. До этого момента. Ладно, признаюсь, здесь я перегнула палку.

Мужчина высокоблагородного происхождения не стал бы терпеть такие выходки от женщины. Спокойно встав со своего места и не отводя взгляда, он приблизился ко мне настолько близко, что пришлось вжаться в стойку позади меня.

Время тянулось бесконечно медленно, но я не рискнула промолвить и словечко. Граф буквально пригвоздил меня взглядом и куда-то делась вся моя прыть.

Приблизившись настолько, что выдохни я скопившийся в груди воздух – непременно коснулась бы грудью его накрахмаленной рубахи и кожаного черного жилета. Граф прошелся взглядом по моему лицу. Затем поднял руку и…

Все, мне конец, он меня сейчас задушит! – пронеслось в голове.

Гейм овер!

– Простите, граф. Прошу понять и простить. И отпустить. – пискнула я жалостливым голосом.

Граф миновал шею и поднес руку к моему лбу, а затем поправил прядь волос, попадавшую мне в глаза.

– Хозяйка Блинной, – начал он ледяным голосом, – у вас достаточно своенравный характер, чтобы я терпел вас, но не забывайте, что ваша лавка принадлежит мне. Как и вы. Будьте вежливее с вашим хозяином и проявите доброту как настоящая хозяйка. Ну а теперь…

– Что? – выдавила я, пытаясь успокоить сердцебиение.

– Где мне помыть руки? – спросил он с легкой улыбкой волка и отступил назад.

Я поднесла руку к груди и прикрыла на секунду глаза.

– Граф, где вы научились так искусно пугать девушек? – пошутил я слабым голосом.

Он на мгновение задумался, а потом выдал:

– Вероятно там же, где вы учились этикету!