Хозяйка магической газеты

На Земле я была самой обычной журналисткой. Жила и работала в крохотном городке, в котором за пятнадцать лет из важных событий случилось только… да ладно, кого я обманываю, ничего там не случилось.

Мне не очень хочется вспоминать время, когда я серьёзно заболела, потом лежала в больнице и, наконец, умерла. Слишком уж всё это печально, да и уже не важно. Ведь сразу после собственной смерти, я очнулась в другом мире и в другом теле.

Это была молодая девушка по имени Ника. По счастливой случайности (по крайней мере, тогда я думала, что всему виной обычная случайность) она тоже работала репортёром, только в магической газете. Писала статьи о гоблинах, вампирах и волшебниках.

Неизвестно, что с ней случилось… Почему её тело вдруг стало свободным, и моя душа сумела туда вселиться. До меня дошли слухи, что некий тролль по имени Труг-Мруг обиделся на статью о нём. Он якобы дождался, пока Ника выйдет из редакции газеты, и огрел её дубиной по голове.

Всё это ерунда, конечно… И не потому, что Труг-Мруг не мог напасть на беззащитную девушку. За свою жизнь он съел, как минимум, двух женщин и ещё четверых надкусал. Однако обидеться на статью в газете он никак не мог — тролли не умеют читать и даже не собираются учиться. Их школьное образование считается законченным после того, как учитель объяснит им с какой стороны нужно держать дубину, после чего на него, как правило, и нападают. Учитель бьёт учеников в ответ, и так проходит выпускной…

В общем, в истории Ники, а теперь уже и в моей, было слишком много белых пятен… или чёрных… Я ещё пока не совсем разобралась.

В любом случае мне предстояло очнуться в магическом госпитале с жуткой головной болью. Голова была замотана таким толстым слоем бинтов, что двигать ею было практически невозможно.

Целитель прямо мне сказал, что очень удивлён тому, какая я живучая. Он всерьёз рассчитывал на мою смерть и, кажется, даже успел договориться о продаже моих органов на чёрном рынке…

Однако, вопреки всем ожиданиям, я сумела не только выжить, но и благополучно выписаться из госпиталя. К счастью, целитель решил, что я потеряла память, и потому мои новые родственники и коллеги отнеслись с понимаем к тому, что я не помню их имён и даже собственного адреса не знаю…

Квартирка у меня была совсем небольшая и располагалась прямо над мясной лавкой. Жить там было не очень комфортно. Во многом из-за специфического запаха, но ещё и из-за того, что будущее мясо частенько отбивалось от мясника. Порой вполне успешно. Так что, шум там был постоянно…

День или два у меня ушло на то, чтобы привыкнуть к новой жизни и разобраться в местной моде. Нельзя же было выходить на улицу в чём попало.

На третий день ко мне пришёл один из моих коллег — Маркус. Это был молодой парень, весь в веснушках и с рыжими, топорщащимися во все стороны волосами.

— Ну, как ты, Ника? — с порога спросил он. — Чаем угостишь?

Наверное, стоит отметить, что местные жители тоже пили чай, вот только вкус у него был весьма непривычный. Он напоминал причудливую смесь земного чая и газировки, в которых растворили изрядное количество шоколада. Впрочем, я не жаловалась.

— Да, конечно. Проходи.

В первый же день я выяснила, что владею магией. Ей, конечно, не свернуть горы и не рассеять вражеские армии, однако для облегчения быта моих способностей вполне хватало.

Несколькими взмахами рук я заставила закипеть воду в чайнике, а потом левитировать на стол небогатое угощение в виде пирожных со вкусом, который я не смогла распознать и верно описать до конца своей жизни…

— Очень мило с твоей стороны, что ты решил навестить меня, — сказала я, осознав, что именно этого от меня должны были ждать.

Впрочем, Маркус, кажется, ничего такого не ждал…

— Что? А, да… ерунда. Мы все очень за тебя беспокоились… — Он замялся. — Но я ещё и по делу пришёл. У меня для тебя две новости...

— Хорошая и плохая? Тогда начинай с плохой.

Маркус кивнул и, набрав в грудь побольше воздуха, выдал:

— Тебя увольняют.

— Что? — Нет, я, конечно, ничего не помнила об этой работе, но терять её мне всё равно не хотелось. — А… а хорошая новость?

— Не тебя одну. Нас всех увольняют, а газета закрывается. Мы разорены…

— И в каком месте это хорошая новость? Хотя да, ты прав… Если бы уволили меня одну, было бы гораздо обиднее.

— А я о чём говорю!

Я нахмурилась.

— Но… почему так вышло? Разве дела нашей газеты были настолько плохи?

Маркус подавился чаем.

— Да уж, у тебя, и правда, отшибло память. А я ведь ещё думал, что ты притворяешься… Дела у нашей газеты были плохи ещё до её открытия! Всё давно уже катилось в пропасть. Репортёры не хотели писать статьи, редактор продавал эксклюзивную информацию конкурентам, уборщицы приносили мусор и размазывали грязь по всей редакции… Одним, словом — жуть!

На следующий день мне предстояло пойти в редакцию за своими вещами. Я не знала, как там обстояли дела раньше, но сейчас тут царило полное запустение. Все двери и окна были открыты нараспашку. На полу разбросаны старые, пожелтевшие газеты. Пока я искала свой кабинет, мимо меня трижды пронеслось перекати-поле.

В довершении этой унылой картины на пороге появилась группка бездомных, которые посчитали это здание заброшенным и уже облюбовали его для себя.

От всего этого мне было очень скверно на душе. Уж не знаю, было ли это отголосками эмоций прошлой хозяйки тела, или же моими собственными ощущениями, однако факт оставался фактом — в свой кабинет я зашла в явно расстроенных чувствах. Всё здесь казалось мне смутно знакомым и, одновременно с этим, таким чужим…

Оказалось, что личных вещей здесь у меня почти и не было. Лишь много позже Маркус признается, что когда я попала в госпиталь, мои коллеги, все, как один, посчитали, что мне конец, и потому поспешили поделить мои вещи между собой, так как «Покойнице они всё равно больше не нужны. Да и Ника наверняка хотела бы, чтобы мы поступили именно так!» Надо ли говорить, что Ника, ровно, как и я, ничего подобного не хотела?

Но нужно быть оптимисткой — зато мне не пришлось нести домой тяжёлую и неудобную коробку. Оставалось только забрать со стола фотографию в рамочке, на которой была изображена Ника… то есть, я и какое-то странное существо. Оно выглядело, как большой шар, покрытый густой шерстью, сверху которого торчали закруглённые рожки. На рамке была надпись: «Приз за лучшую статью о мехорогах 4891 года».

Звучало, как некое весьма сомнительное достижение, однако даже это всё же лучше, чем ничего. Мой взгляд переместился с причудливого существа на изображение Ники. Она, а уже теперь и я, была весьма красивой девушкой. Густые, тёмные волосы, большие, выразительные глаза, милая улыбка. Мне повезло попасть именно в это тело, а вот бедняжке Нике нет… Впрочем, может, и она стала попаданкой в кого-нибудь. Хорошо бы, что бы она тоже получила второй шанс…

В коридоре послышался какой-то шум. Я тут же поспешила туда и увидела, что один из моих уже бывших коллег дерётся с бездомными.

— Я три года получал награды, как лучший журналист города! — вопил он.

— А мы получали премию «Лучшие магические бомжи королевства» семь раз подряд! — отвечали ему.

Я понятия не имела, что мне делать. К счастью, в этот момент появился Маркус, который тоже уже успел собрать свои вещи.

— Может, нам стоит вмешаться? — тихо спросила я, указывая взглядом на драку.

— Не, не думаю, — покачал головой Маркус. — Пусть Инк привыкает драться с бездомными. После потери работы нам всем придётся драться с ними за еду.

Я посмотрела на него, не понимая, шутит он или нет. Кажется, Маркус говорил абсолютно серьёзно…

— Но разве Инк не сможет устроиться на работу в другую газету?

— Пфф! Кто же его возьмёт, после того, как мы разорились?! Нас будут считать приносящими неудачу. Случится настоящее чудо, если хоть кого-нибудь из нас возьмут вести колонку в провинциальной газете о проблемах нехватки шампуня для домовых…

Он тяжело вздохнул, легонько хлопнул меня по плечу и ушёл. Я ещё немного постояла, убедилась в окончательной победе бездомных и позорном бегстве Инка, и тоже покинула здание редакции.

Если Маркус прав, то у меня очень большие проблемы… Что я буду делать без работы? Я ведь умею только писать статьи.

Вернувшись домой, я решила позволить себе немного погрустить. Впрочем, классической тихой депрессии не получилось. Внизу, в мясной лавке снова шумели.

— А я тебе говорю: лезь в котёл! — вопил мясник. — Я уже решил приготовить из тебя жаркое.

— Пошёл ты, Лукас! — отвечал ему чей-то писклявый голос. — Я ухожу отсюда. Ты обманул меня, сказав, что это гостиница, и тут можно пожить бесплатно…

Я поспешила закрыть окно и тяжело вздохнула. Ну, что ж, по крайней мере, есть те, у кого дела гораздо хуже моих.

Нужно было взять себя в руки. Если мне действительно не удастся устроиться на новую работу… Стоп, а с чего я вообще это взяла? Потому что Маркус так сказал?

Нет уж, нельзя делать выводы, основываясь только на его словах. А потому я решила узнать всё сама. Инка я нашла на улице. После своего бесславного поражения он совсем приуныл и пытался обменять свои награды лучшего журналиста города на миску похлёбки и пару корочек чёрствого хлеба.

— А, Ника, это ты… — вздохнул он, узнав меня. — Ты тоже собираешься продать свои награды? Или сразу решила начать просить милостыню? Возможно, так даже будет правильнее.

— Не собираюсь я ничего подобного делать! — твёрдо заявила я. — Да и вообще… может быть, не всё так уж и плохо?

Инк издал звук, похожий одновременно на насмешливое фырканье и на полный отчаяния стон.

— Открой глаза Ника! Посмотри по сторонам. Вон там Ток — бывший ведущий журналист нашего издания…

— Он что, притворяется безногим?

— Ага… А чуть дальше по улице — Луиза. Она вела у нас спортивную рубрику. Её недавняя статья о том, почему гоблины провалили прошлый футбольный сезон — просто невероятна! А теперь она пытается продать почку…

— Да уж…

— Ну, и конечно, Ульф — наш бывший редактор. Он думал, что его возьмёт на работу газета конкурентов, ведь он много лет продавал им наши лучшие новости. Однако они его «кинули».

Я почувствовала, что на меня стало волнами накатывать отчаяние, и тут же подавила его усилием воли.

— Нет, не бывать этому! — неожиданно и очень торжественно объявила я, и Инк посмотрел на меня, как на сумасшедшую.

Первым делом я решила выяснить, кому принадлежит здание нашей газеты. Лучше и проще всего это можно было сделать, подойдя к бывшему редактору, Ульфу. Однако тот, кажется, уже успел немного одичать на улице и кроме булькающих и пищащих звуков я от него ничего не добилась.

«Но это не страшно, — говорила я себе, — в городе наверняка есть какое-нибудь магическое информационное бюро или архив, где мне удастся найти всю необходимую информацию».

В принципе, я оказалась права. По крайней мере, такой архив действительно существовал. Управлял им самый настоящий гоблин — зеленокожее существо в половину человеческого роста и с таким выражением лица, будто бы, он хотел содрать плоть с каждого посетителя архива…

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась я.

— Ходят тут и ходят… — прорычал в ответ гоблин. — Как бы я хотел получить лицензию на сдирание плоти с каждого посетителя архива…

На всякий случай я отступила на шаг, готовая к немедленному бегству. Впрочем, нельзя же было вот так сразу сдаваться. К тому же, раз я оказалась в этом странном мире, то пора бы уже начать привыкать к подобным существам и их поведению.

— Да… на самом деле я вас очень сильно понимаю.

— Неужели? — недоверчиво нахмурился гоблин.

— Конечно! — активно закивала я, окончательно убедившись в том, как нужно вести этот разговор. — Мне по работе тоже частенько приходится иметь дело со всякими личностями, которых хочется прибить на месте… Сорвать плоть с костей, сжечь, развеять пепел по ветру и обозвать как-нибудь пообиднее…

— Да… возможно, вы меня, и правда, понимаете. Хотя стоп… Какое оружие вы предпочитаете?

Вопрос был явно с подвохом и требовал от меня знаний о холодном оружии.

— Самое большое и страшное! — выпалила я, и на лице гоблина появилось уважение.

— Я тоже. Если хотите… — он слегка смутился. — Я могу показать вам свою коллекцию ножей и тесаков.

— Почту за честь.

Следующие полтора часа мне приходилось восторженно вздыхать и делать вид, будто бы, мне действительно очень интересно посмотреть и подержать в руках каждое оружие. После такого я, и правда, стала немного разбираться в теме.

Зато после этого гоблин проникся ко мне почти дружескими чувствами.

— Чем я могу вам помочь? — наконец, опомнился он, когда я похвалила последний клинок.

— Мне нужно получить информацию о владельце одной из городских газет — «Магическом вестнике».

— Это та, что недавно закрылась?

— Она самая.

Гоблин кивнул и отправился на поиски информации. К счастью, это заняло у него совсем немного времени. Однако, когда он снова появился, неся увесистую книгу с записями, то выглядел несколько недовольным.

— Какая-то мутная схема с этой вашей газетой… Здание было построено два века назад неким Лунолом Пулоном. «Великий маг» — как он сам о себе пишет. Потом здание продали вампиру Торнасу. Он подарил его смертной женщине Лине, которую любил. Через сорок лет она неожиданно состарилась и составила завещание на своего племянника Нола… которого в свою очередь загрыз вампир Торнас… Что-то за запутался, минуточку… Так, а после этого… А до… А между… Ничего не понимаю…

Я тоже ничего не понимала, но продолжала терпеливо ждать. Гоблин немного полистал книгу, потом на всякий случай перевернул её раз и другой — вдруг так написанное станет понятнее. Попробовал понюхать страницы и в итоге зашвырнул книгу куда-то в угол.

— Всё ясно! — гаркнул он. — Следы хозяина потерялись…

— То есть, здание сейчас…

— По факту никому не принадлежит, — кивнул гоблин. — Если оно вам нужно — забирайте.

— Вот это удача! Как-то подозрительно…

— Да, очень подозрительно. Возможно, за этим стоит некий заговор могущественных тёмных сил… А может, просто кому-то было лень разбираться с документами.

— Значит, я могу взять это здание себе?

— Наверное. — Гоблин вздохнул и пошёл за книгой, на которую минуту назад рассердился. — Если хотите, могу вписать ваше имя.

— Всё так просто?

— Да. А почему нет?

Я несколько раз моргнула, не смея поверить в свою удачу. Может быть, тут, и правда, скрывается некий заговор? Впрочем, какая разница? У меня всё равно нет выбора.

— Впишите моё имя!

***

— Всё было так просто?! — в который уже раз спросил Маркус. — Поверить не могу… То есть, новым хозяином здания газеты вполне мог стать я?

— Наверное, — пожала плечами я.

— Нет, тут явно замешан какой-то заговор тёмных сил… Скорее всего, они подождут, пока ты расслабишься и нанесут свой коварный удар. Тогда пострадаешь и ты, и все, кто будут на тебя работать…

— Ага… Ну так что, ты со мной?

— Ещё бы! — фыркнул Маркус. — Такими мелочами меня не остановить. Вот только у нас проблема…

Проблема заключалась в бездомных, которые, по их собственным заверениям, уже успели привыкнуть к зданию и полюбить его всей душой.

— Вы хотите, чтобы мы убрались из здания? — гаркнул один из бездомных. — Да ни за что на свете!

— Разве что за два бочонка отборной медовухи… — начал было второй, но тут же получил от первого удар локтем в бок.

— Вам не удастся нас купить! Ясно?

Я изобразила на лице выражение, которое могло означать всё, что угодно, а значит, подходило и для этого случая тоже.

— О, я не собиралась вас покупать. Я хотела предложить вам нечто очень важное и ценное…

— Неужели три бочонка?! — не выдержал пьянчуга, за что получил увесистую оплеуху.

— И что же это за ценность такая? — заинтересовавшись, спросил главный бездомный, и я победно улыбнулась.

— Ты уверена, что это была хорошая идея? — спросил Маркус.

— А что не так?

— Ты уговорила бездомных стать нашими работниками…

— Агентами, добывающими информацию, — важно кивнула я. — Подумай сам: они постоянно на улице и знают всё, что происходит в городе. При этом на них никто не обращает внимание. Идеальный вариант для нас!

Маркуса это явно не очень убедило, однако спорить он не стал и на том спасибо.

Забегая вперёд, я скажу, что ни разу не пожалела о своём решении. Мои бездомные принесли мне столько интересных и эксклюзивных слухов, что и представить сложно…

Вот как иначе я бы узнала о том, что главный городской маг по ночам любит гулять голышом в парке, думая, что его никто не видит? Не получить бы мне и информацию о том, что древний вампир Руклион пристрастился к овощам, остатки которых бездомные откопали в мусорном баке, возле его замка…

После того, как здание полностью перешло ко мне, нужно было снова собрать команду журналистов. Маркус, естественно, автоматически оказался среди сотрудников. А вот остальных пришлось вызывать на собеседование.

Инк воспринял предложение о работе с величайшей радостью. Он прибежал в газету всего через две минуты после того, как я отослала ему письмо.

— Я согласен! — выпалил он с порога.

— Ты же ещё не знаешь, что я хочу тебе предложить.

— Не важно! Я согласен на что угодно. Всё равно это будет лучше, чем есть крыс в городской канализации…

— А ты так делал? — нахмурилась я.

— Э-э… нет.

Я покачала головой, но развивать тему не стала. К тому же, нужно было побыстрее составить новый трудовой договор. Магический это мир или нет, а бюрократию никто не отменял…

Когда всё было готово, и Инк снова стал официально трудоустроен, он выглядел очень довольным, однако в какой-то момент на его лицо, словно бы, набежала мрачная туча.

— Очень жаль, что я уже успел продать свои награды лучшего журналиста… — печально вздохнул он.

— Ничего страшного. — Я решила слегка приободрить его. — С твоими талантами ты очень скоро получишь новые награды.

— И то правда! — На лице Инка появилась улыбка. — Даже больше и лучше, чем были.

— Именно!

— И эти, может быть, даже будут настоящие…

— Чего?!

***

С остальными репортёрами тоже всё прошло довольно гладко. Правда, некоторые из них пытались изображать какую-то галактическую драму.

— Ох, я недостойна снова взяться за перо и писать статьи… — преувеличено театрально вздохнула Лина. — Мне самое место на улице. Ах, нет, госпожа моя, не пытайтесь меня переубедить…

Это было уже в конце дня, и моё терпение подошло к концу гораздо быстрее, чем обычно.

— Хм, а знаешь, может быть, ты и права… Пожалуй, возвращайся действительно на улицу…

Лина закашлялась. Глаза её округлились от ужаса.

— Знаете, а я, наверное, всё же достойна…

— Ты уверена? Мне не хочется ошибиться в тебе.

— Нет-нет, я абсолютно уверена! — Лина подскочила на ноги, напрочь забыв о том, что ещё минуту назад она сидела и «страдала». — Немедленно приступлю к работе!

Когда дверь за ней закрылась, я вздохнула с явным облегчением и прикрыла глаза. Теперь можно немного отдохнуть…

Впрочем, я не собиралась просто сидеть в своём кабинете и командовать. Мне нравилось быть журналисткой, нравилось писать статьи и рассказывать людям о всевозможных интересных новостях. А потому я и сама собиралась взяться за перо.

— Вот только какую бы тему выбрать? — задумчиво пробормотала я вслух. — Не свалится же на меня новость с неба…

Как только я это сказала, на улице послышался странный звук, с которым обычно что-то большое, крылатое и чешуйчатое падает с неба. Потом раздался чудовищный грохот, за которым последовали крики и ругательства людей. Я тут же поспешила на улицу… Ну, разве что, захватила с собой перо и чистый пергаментный свиток.

На улице царил самый настоящий хаос. Кажется, люди разделились на две равные части: первая часть бежала прочь от событий, расталкивая других. Вторая часть делала всё ровно наоборот.

Быстро оглядев улицу, я пришла к некоторым выводам. Дракон всё ещё лежал в небольшом, дымящемся кратере, который и создал своим падением. Он выдыхал дым и снопы искр, которые быстро заполняли улицу и с каждой секундой ухудшали видимость.

— Пропустите меня! — воскликнула я, расталкивая зевак.

— Вы лекарь?

— Лучше, я — журналист.

Как ни странно, это сработало. Люди поспешили расступиться, и я смогла без особых проблем рассмотреть дракона. Он уже начал приходить в себя и даже больше — запустился механизм превращения огромного ящера в человека.

«Наверняка здесь замешана какая-то удивительная история, — поражённо думала я. — Может быть, в небесах случилась какая-нибудь великая битва. Или этот дракон пытался похитить прекрасную девушку, но её жених погнался за ящером и серьёзно ранил его…»

Меж тем, дракон окончательно превратился в человека. При этом выяснилось, что его, при всём желании и воображении, нельзя было назвать хоть сколь-нибудь привлекательным… Он закашлялся и, осмотревшись, прохрипел:

— Да что бы я ещё хоть раз так напивался…