Хозяйка пограничья. В перекрестье миров

– Попала, так попала! – сообщила я своему отражению в прозрачной, кристально чистой воде неширокой речки. 

Из нее на меня смотрела молодая русоволосая дева из серии “кровь с молоком”, с толстой косой, круглым лицом и курносым носом. Цвет глаз определить было сложно, все ж не зеркало, но либо серые, либо голубые. 

Почему попала? Ну так еще буквально несколько минут назад я была черноволосой, остроносой, худой до болезненности девицей двадцати лет от роду, готкой с пирсингом на брови и несколькими кольцами в ушах. То есть, совсем не похожей на то, что я сейчас видела в отражении. Это во-первых. 

Ладно, лицо было более-менее мое, если бы я не работала на износ, хорошо питалась, не дырявила брови и не красила волосы в черный. В общем, это была альтернативная версия меня самой. Кто-то просто стер ластиком все последние годы моей жизни.

Но и это не все, потому что дальше еще интереснее. Во-первых – касалось внешности, но ведь есть и во-вторых. Всего лишь несколько минут назад я переходила дорогу  на зеленый сигнал светофора, к слову сказать, и неожиданно обнаружила, что на меня несется огромный грузовик. А дальше я ничего не помню. Не помню, например, как из центра Ярославля попала в глухой лес к этой самой речушке. Не помню, как из худощавой готки превратилась вот в это вот. 

Стиль, конечно, я хотела сменить давно, все же это были подростковые заскоки, а сейчас он мне уже мешал нормально работать. Работодатели подозрительно косились на странную девицу и часто отказывали в трудоустройстве. А жить как-то надо. Да и пациенты, будем честны, на пирсинг медсестры в районной поликлинике посматривали неодобрительно. 

Итак, возвращаемся к здесь и сейчас. Почему вместо того, чтобы быть размазанной тонким слоем по мерзлому асфальту я сижу на зеленой травке на берегу лесной речки и любуюсь на себя красивую? А ведь это точно я. И хоть я не вижу подробностей своего отражения, но знаю, что глаза у меня и здесь тоже серые, как грозовое небо. 

Но на всякий случай я помахала сама себе рукой и отражение послушно сделало тоже самое. 

– Ага… – глубокомысленно прокомментировала я. Правда, мыслей на самом деле не было никаких. Только какая-то оглушающе тихая растерянность. 

Может, я просто умерла и попала в рай? Или в ад? А может, это лимб? Но там вроде должен быть туман и тени. Хотя кто знает, что там? Вдруг, стоит мне перейти ручей и я выберу план своего дальнейшего существования или и вовсе перерожусь… перерождусь… Короче, появлюсь на свет в другом мире или в другом теле? 

Или я уже того… появилась? Так, надо хоть оглядеться, что вокруг происходит, а то сижу тут, как дура какая-то, будто фэнтези никогда не читала!

Если смотреть на другую сторону ручейка, то там, буквально через несколько метров, начинается лес. Темный и неуютный. Звуки… Никаких, кроме обычных звуков летнего леса –  птички поют, трава колышется, кроны деревьев шумят, насекомые жужжат. Все, больше ничего. Никакого шума, связанного с человеческой жизнедеятельностью. 

– Давай, Ленка, соберись! Не в твоем характере трусить! – так, подбадривая себя же словами, я решительно поднялась на ноги. 

Осмотрела в первую очередь себя. Никаких травм. Только вот я не в длинном черном пальто, застиранных джинсах и растянутом свитере почти до колен. А что, под халатом все равно не видно, но хоть тепло, потому что у нас уже был устойчивый минус, а пальтишко-то тонкое. На нормальное денег не было. 

Сейчас же я стояла на берегу лесного ручейка в длинном сарафане из довольно грубой ткани, но зато с красивой вышивкой. Какие-то славянские мотивы в ней угадывались. А под ним была белая рубаха и тоже далеко не шелковая. Голова была не покрыта, но рядом валялся платок, который я подняла. 

И только после этого решались осмотреться. Медленно развернулась и посмотрела в другую сторону. Мне делать этого очень не хотелось, потому что я буквально всей кожей чувствовала подставу. Только я думала, что там просто темный лес и стая волков. А чего бы и нет, раз такое дело? Но к тому, что я увидела, я была совершенно не готова. 

Метрах в двадцати от меня, прямо под сенью ближайший деревьев, стояла натуральная избушка на курьих ножках. Точнее, маленький домик на четырех невысоких пнях довольно неприятного, трухлявого вида. Да и само строение обжитым не выглядело. 

Нет, вообще, конечно, я девочка более-менее образованная, поэтому прекрасно знаю, что в древности такие избушки – это погосты. В них раньше умерших хоронили. Ага, относили подальше в лес и оставляли. 

Вот только… Все было не так. 

От избушки к ручью вела тропа. Да, пусть наполовину заросшая, но она была. А значит, по ней ходил кто-то живой. Надеюсь, что живой, а то мне тут зомбятины только не хватало!  Вокруг строения были следы жизни. Вон между деревьями натянута веревка для белья, а вторая вроде бы оборвана. Корыто валяется рядом с тропинкой. Не железное, а деревянное, рассохшееся совсем, но оно точно для стирки, потому что рядом еще какая-то непонятная лопатка, вроде. Причем, я точно видела почти такую в музее, помню, что она для стирки, но как она называлась и что с ней делали – это я вспомнить так и не смогла. Дальше, точнее, ближе к домику, стоял большой чан или бочка. Тоже деревянный, но в гораздо лучшем состоянии, чем корыто.

Рядом было еще что-то напоминающее маленький загон, но затрудняюсь сказать, для чего. Может, для кур или уток? Но там все было наполовину развалено, сгнило, только остав остался. 

В общем, было ощущение, что в этой избушке на курьих ножках кто-то жил, причем, довольно долго, вел хозяйство. Но было это очень давно. Не месяцы, может, годы назад. 

Тут мое внимание привлекло еще кое-что… Какое-то сияние за домиком, бело-голубое. Оно то вспыхивало, то почти пропадало. Идти туда особо не хотелось, но придется. Хотя бы потому, что там вход в избушку. 

И я прошла эти двадцать метров по тропе, замечая все больше следов того, что тут кто-то жил. Даже подобие огорода осталось, но сейчас грядки поросли сорняками. На земле валялось пахотное орудие типа деревянная соха. Не тот плуг, в который запрягали лошадей, а такая штука, с которым ходили сами люди. 

Что? Я такое тоже в музее видела! Пока в интернате жила, нас каждый месяц таскали по музеям, причем в местном краеведческом мы были раз пять или даже больше – очень наша директриса его любила. И, самое интересное, ей удалось привить эту любовь и кое-кому из воспитанников. Мне, например. Я уже когда выпустилась, туда несколько раз ходила, тем более что это не только музей, но и целый заповедник. Там можно было просто посидеть, отдохнуть от занудных и сложных лекций в медколледже, а также от шумных соседок в общаге. 

Так что идентификация большинства валяющихся на земле предметов не вызвала у меня какой-то сложности. И дело не только в музее. До того, как я попала в интернат в двенадцать лет, я жила в деревне в области, была обычной деревенской девчонкой, так что сельхозинструменты не только на картинках видела. Да, тут они были, скажем так, историческими, но все же их можно было опознать и систематизировать. А лопата, например и кочерга выглядели и вовсе почти как современные. 

Единственное, что я не понимала, почему это все добро вокруг раскидано. Как будто отсюда бежали в спешке. Но следов какого-то катаклизма или нападения не наблюдалось. Будто кто-то что-то делал во дворе, например, нес коромысло с двумя ведрами, которые и валялись прямо на тропе, а потом внезапно просто исчез. 

Но почему это не прибрали к рукам местные? Они настолько далеко, что не нашли такой клондайк всяких полезностей? Что-то не очень верится, потому что тут явно следы купленных или обмененных вещей. Те же корыто, бочки, ведра – явно сделаны профессионалом, лопата не вся деревянная, кочерга… А кузницы и столярной мастерской я что-то поблизости не вижу. 

Осмотр не занял много времени, да и хотелось поскорее посмотреть, что там за домиком. Вдруг что-то опасное? Поэтому я приблизилась к избушке, осмотрелась вокруг, чтобы найти тропу к входу. Но вот ее-то как раз не было. А вокруг высокая, почти в мой рост, трава, в которую мне соваться отчетливо не хотелось. 

– Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом, – брякнула я в шутку, чуть улыбнувшись абсурдности ситуации. 

Вокруг все заскрипело, послышался утробный вой откуда-то со стороны строения. Я даже чуть присела от неожиданности. А потом со скрипом один из столбиков, на которых покоился домик, выдернул свои корни из земли, потом второй. 

Избушка медленно начала разворачиваться на месте, вырывая проросшие корни из дерна. Раскачиваясь, с дичайшим скрежетом и треском, строение-таки повернулось ко мне передом. 

Не убежала я отсюда с дикими криками в лес только от неожиданности. Но теперь я уже не пригнувшись стояла, не пряталась за высокой растительностью, а просто сидела на земле. Когда я умудрилась упасть на пятую точку я даже не запомнила. 

– Та-а-ак… – медленно проговорила я, вставая. Предварительно я выругалась, но исключительно про себя. Потому что у наших предков мат считался призывом темных сил. А мне только их тут и не хватало! 

Нет, ну а что, моровая изба на курьих ножках есть? Есть. Она, подчиняясь преданию, по требованию поворачивается? Ага, поворачивается. Мне здесь только темных сил в лице Бабы-Яги или еще какой-нибудь чертовщины не хватало для полного комплекта!

И тут, будто подчиняясь то ли моим мыслям,  то ли чужой злой воле, которая точно намерена довести меня сегодня до инфаркта, над дверью открылся глаз. Натуральный такой, желтый глаз, и уставился на меня. 

– Может, я в реанимации и это сон? – спросила я пространство. 

– Хозяйка? – спросило пространство в ответ. 

Уважаемые читатели!

Надеюсь, вам понравится моя проба пера в славянском фэнтези. Обещаю много магии, приключений, интересных персонажей и как всегда разумную и адекватную героиню. Приятного чтения!

Проды в первую неделю каждый день, потом по графику: пн, ср, пт.

Я помолчала, пространство тоже не продолжило диалог, будто дожидаясь ответа. Но что я скажу? Что хозяйка? А если настоящая хозяйка придет? Что-то сомневаюсь, что она будет рада меня видеть у себя дома. Хотя, может и будет… в качестве обеда. 

– Так, ладно! – я постаралась откинуть дурацкие мысли, потому что явно никто другой тут не был уже довольно продолжительное время. 

Впрочем, отвечать я пока не стала, к тому же глаз, смотрящий на меня, закрылся, что позволило мне немного выдохнуть. А то неприятно это. Не знаю, что это, что там за сущность, но от нее по коже бегут табуны мурашек. 

Теперь я новым взглядом осмотрела двор. Да, коромысло, да, ведра и корыто. А вот бочка… Я встала и подошла к ней и уже без удивления увидела валяющуюся рядом облезлую метлу. 

– Ну точно, я в реанимации! – заключила я тихо, бросив опасливый взгляд на избу.

Ладно, про попаданцев я книги читала, и даже не очень удивилась бы, если бы оказалась лет на тысячу дальше в века, где-нибудь в Древней Руси. Но попасть в сказку про Бабу-Ягу – это уже слишком!

Потому что да, это была не бочка, это была ступа! И метла имела весьма характерный вид, как в сказках описывают. Ну так же не бывает? Не бывает ведь?

Я подняла метлу и повертела ее в руках. Тяжелая. Такое ощущение, что из очень плотного дерева, почти железная по весу. И тут я почувствовала, как из меня будто потек ручеек… Не знаю, как описать, может, энергии. Он тек из руки в метлу, и она стала меняться на глазах. Ее рукоять обрела блеск хорошо отполированного дерева, а прутья в щетке удлинились и стали гуще раза в два, тоже заблестели, будто их только что нарезали у живого дерева. 

Я опять села в траву на пятую точку, потому что меня резко покинули силы. Не в том смысле, что я от ужаса и неожиданности обессилила, а, видимо, я передала метле слишком много энергии. Или магии? 

– Надо быть с этим аккуратнее, – прошептала я себе под нос. Так скоро разговаривать сама с собой начну. Или уже…

Силы восстановились довольно быстро, будто сама земля, само это место мне помогало, восстанавливало. Я не знала, так ли это, но такая мысль мне пришла после того, как я, просидев пару минут на земле, встала как ни в чем не бывало. В глазах резко перестало двоиться от усталости, появились силы. 

Наверное, если я дотронусь до ступы, она тоже приобретет товарный вид. Но она намного больше по размеру  и, в общем, я не рискнула. 

Наоборот на всякий случай отошла подальше, еще раз осмотрелась. Избушка спросила, ну, мне кажется, что этот потусторонний голос все же шел от избушки, хозяйка ли я. По всему выходит, что да, новая хозяйка. Интересно, что случилось со старой? 

Баба-Яга может от старости умереть?

Пока решила больше ничего не трогать и все же посмотреть, что у меня творится за домом, потому что мигающий периодически белый свет оттуда никуда не исчез. Мало ли, вдруг там какое-то магическое существо сидит? Ага, сидит и ждет, когда к нему обед сам придет…

Для того, чтобы туда добраться, пришлось пройти по высокой траве. Искренне надеюсь, что тут нет клещей, но вообще не должно быть. Во-первых, это сказка, а во-вторых, в древности их на территории Руси не было. Ну и в-третьих, я лежу в реанимации, но это детали. 

Все же к избушке я пока не была готова подойти, поэтому по широкой дуге ее обошла, ощупывая ногой землю перед каждым шагом, чтобы никуда не провалиться. Но тут было относительно ровное поле, так что дошла. 

И глазам не поверила. Прямо над полянкой, у самого леса, висел большой голубовато-белый портал. Ну да, наверное, это можно и так назвать. Его поверхность была похожа на гладь озера, сейчас спокойную. 

Но через буквально несколько секунд из ниоткуда в метре от портала вынырнул призрак. Это был человеческий силуэт, только прозрачный. А мгновение спустя он нырнул в этот портал, как в воду, по которой пошли круги. Потом еще призрак и еще, вереница. Все они были разными, мужчины, женщины, дети. 

Моровая изба и портал для душ, уходящих куда-то… Может, на перерождение, может, в мир иной. 

“Что если я не в реанимации или сказке?” – впервые задала себе вопрос я. 

Мне не хотелось об этом думать, но ведь в исходном фольклоре, не в сказках разных писателей, эту уважаемая дама, Баба-Яга, в смысле, была не помощницей и не противницей героя, она была стражем границы между мирами. Между миром живых и миром мертвых. Она сторожила рубеж, сопровождала души в иной мир. Выходит, не лично сопровождала, а просто присматривала за тем, как работает граница. 

Ну и еще радовало, что у меня обе ноги на месте, потому что по мифологии была у этого сказочного персонажа нога костяная, ведь одной ногой, она стояла в мире мертвых. 

А что если мне эту границу перейти? Я же в реанимации, может, я должна умереть, и попала я сюда как те призраки, чтобы отправиться на перерождение? Но было не похоже, честно говоря, потому что очнулась я у ручья, а не в метре от перехода. Это значит что? Это значит, что мне туда пока не надо. 

Тем более что когда я попыталась приблизиться к светящейся арке, в тот небольшой промежуток, пока не было призраков, та замигала, и я всерьез испугалась, что она исчезнет. Это только кажется, что я тогда сделаю миру одолжение, а на самом деле обреку людей на вечные страдания. Так что лучше не трогать то, что работает. 

Но что же это выходит? Я оказалась посреди леса одна, точнее, на пару с дурацкой избушкой, которая опять повернулась к порталу передом, а к ручью задом? 

А есть я что буду, простите? Та пара грядок, что я тут видела, точнее, их остатки, явно не может прокормить даже одного человека. Из следов животноводства только загон то ли для кур, то ли для уток. Но их самих нет. 

И как мне дальше жить, спрашивается? 

И непонятно, есть ли тут вообще люди поблизости. Потому что если это территория – что-то типа пограничья между мирами, то никаких людей тут может и не быть. Они в другом мире или в другом плане этого мира. Не знаю, в общем, как это называется. 

Меня понемногу начала охватывать паника. Может, Баба-Яга ела добрых молодцев с голодухи? Но нет уж, я на такое не подписывалась! 

Я не стала еще раз обходить избушку и просить ее повернуться передом. В конце концов, я не тот самый главный герой, которого, по итогу, засунут в кипящий котел. Я как бы хозяйка этого котла! 

Я собрала все свои нервы и волю в кулак и решительно направилась к зловредному и пугающему (что уж там!) домику. Перед крыльцом, уже почти занеся ногу, остановилась, потому что над дверью опять открылся глаз, посмотрел на меня. 

– Хозяйка? – голос звучал будто бы отовсюду, но я была уверена, что со мной именно избушка разговаривает. 

– Хозяйка, – согласилась я, внутренне напрягшись, потому что если у меня сейчас спросят пароль, то ночевать я буду на голой земле под сводом ясного ночного неба. 

Но больше никто ничего не спросил. Глаз закрылся, а дверь в темный зев моровой избы медленно отворилась. 

– Тут ужастики можно снимать! – передернула плечами я и поднялась по лестнице. Та скрипела, наверное из-за того, что была на весу, ведь если бы ступени стояли на земле, то как бы домик поворачивался? Так что зазор там был сантиметров десять – не меньше. Почему-то избушка не захотела присесть, чтобы мне было удобнее, а как ее заставить или попросить я не представляла. 

Я остро пожалела, что со мной не перенеслась моя одежда, в кармане которой лежал телефон с фонариком. Потому что внутри и правда было темно – хоть глаз выколи. Но я толкнула дверь, открывая ее сильнее, чтобы было больше света, и все же переступила порог. Хотя это мне далось с напряжением всех сил, потому что было очень страшно. Я все еще боялась, что на меня из избы кто-то выпрыгнет и захочет закусить моим бренным телом. Но нет, никто кроме здоровенной паутины на меня не напал. 

Смахнув ее, я чихнула. Потому еще и еще раз. Тут было очень пыльно. Я помахала рукой, разгоняя пыль, но это, разумеется, не очень помогло. 

Из того, что я видела, условно изба делилась на две части печкой, которая стояла по центру. Она была большой, настоящей русской, на которой можно было спать. Собственно, замызганное тряпье, что там лежало, как раз и говорило о том, что это спальное место. Отдельных сеней или хозяйственной части тут не было, это была изба-четырехстенка, состоящая из одной большой комнаты. Нет, ну как большой, думаю, квадратов пятнадцать  – максимум. 

Не знаю, как предыдущая владелица переживала холода, но думается мне, что сделать тут тамбур со второй дверью будет не лишним. Ага, не успела заселиться, уже ремонт планирую! 

Помимо, собственно, печи в центре, у дальней стены стоял сундук, который выглядел старинным даже на фоне царящей здесь старины, был и хозяйственный уголок с несколькими полками, на которых хранилась деревянная и металлическая посуда и чугунный котелок. Также, рядом с сундуком находился большой, грубо сколоченный обеденный стол и скамья. Собственно, это все, что тут было. 

Еда… Я подошла к кухонному уголку, нашла пару берестяных корзиночек, небольших, с крышками, внутри которых находилось нечто черное и засохшее. Еще был глиняный горшочек и какой-то непонятной массой, воняющей гнилью и грибами. Собственно, что бы там раньше ни было, грибочки тут уже давно выросли, только жаль, что несъедобные. 

Вообще, ничего съедобного я не заметила, но все же одна находка меня порадовала – в углу я нашла сеть для ловли рыбы и, кажется, она была в нормальном состоянии. Удочка меня бы порадовала больше, что в древности они выглядели не так, как я привыкла. Но все равно хоть рыбу в ручье можно попробовать половить, ведь если есть сеть, значит, есть и рыба. Верно я мыслю?

Больше ничего полезного я не нашла, оглядела избу и поняла, что если хочу здесь заночевать, то нужно начать убираться прямо сейчас, потому что работы тут непочатый край. 

Но сначала надо найти хоть что-то, в чем можно воду носить. Тут стояло деревянное корыто, небольшое такое. Я его сразу не заметила, потому что оно было под полку с утварью задвинуто. Но я его не утащу, к тому же выглядело оно не слишком надежным. 

И тогда я вспомнила про метлу. И про ведра с коромыслом. Вышла на улицу и, приказав избе развернуться к лесу задом, сама подошла к ведрам, рассохшимся, оплетенным какими-то ветками. Вроде бы их из ивы делали, но я не уверена. Ручка была из того же материала, но выглядела теперь хлипко. 

Я подняла то ведро, что показалось более целым, и поддала в него этой непонятной энергии, которая мне помогла восстановить метлу. Не сразу я поняла, что могу регулировать ее поток, но поскольку ведро – это не какая-то палка с ветками, а целая конструкция, магию пришлось экономить и постараться дозировать напор, иначе мне никаких сил не хватит даже на одно изделие. 

Прямо на глазах дощечки вставали как влитые на свое место, исчезали зазоры, а ивовые лозы наливались силой и уже не выглядели так, будто сейчас порвутся от малейшего усилия и вся конструкция рассыпется. 

Через буквально несколько минут – не знаю точно, сколько именно – я сидела опять на земле и любовалась на свою поделку. Нет, сидела я не потому, что упала, а потому что не хотела тратить силы и концентрацию еще на стояние и держание ведра на весу. 

Оно было почти готово, но я бы еще влила чуть силы для того, чтобы не оторвалась ручка. Мне она казалась не совсем надежной. Теперь магию приходилось в изделие буквально заталкивать, я уже думала прекратить, потому что лоза уплотнилась и стала напоминать почти металлическую. 

А потом она взяла и стала металлической на самом деле. От неожиданности я забыла проконтролировать поток магии и он хлынул в ведро. Которое на глазах начало отливать сначала низкокачественным металлом, чуть заржавленным, а потом и обычной такой стандартной блестящей сталью. 

Тут я отдернула руку и повалилась на землю в полном изнеможении. Но я была рада. Я лежала на земле и улыбалась. 

Ведь это что же получается? Мне, конечно, потребуется много сил, но я могу тут организовать себе более-менее приличную по современным стандартам жизнь. Интересно, а компьютер и интернет здесь себе можно намагичить или это уже слишком наглый запрос к мирозданию? 

Впрочем, мне это мироздание теперь должно, как земля колхозу!

Убираться было сложно. Не потому, что тут царила грязь, разруха и запустение. Хотя поэтому тоже, но еще и потому, что каждый раз, когда я проходила с новеньким стальным ведерком мимо какого-то предмета древнего быта, у меня чесались руки превратить его в современный. 

Пока я сделала только ведро, нормальный человеческий веник из того огрызка, который нашла в углу, потому что тот, что лежал рядом со ступой, использовать было жалко. Вдруг он какой-то особенный? А еще я намагичила несколько свечей. 

Это было странно, но тут их не водилось, а были только наколотые лучины. Часть из них я превратила в обычные свечи. Тут материя свободно преобразовывалась во что угодно, как я понимаю, поэтому деревяшка могла стать и привычным мне металлом, и воском. Спасибо, что не жиром, помнится, жировые свечи неприятно пахли и страшно коптили, но вживую я их никогда не видела, в отличие от церковных и новогодних свечей. 

Я даже чувствовала потенциал превратить свечу в масляную или керосиновую лампу, но где бы я потом брала для них топливо? Пришлось бы делать это с каждой деревяшкой, а использованную что, выкидывать? Этак у меня возле избушки свалка появится. Вообще, надо будет протестировать этот вариант как-нибудь, но потом. 

Кстати, в свечу трансформировалась не любая деревяшка. Я вязала какую-то щепку и попыталась сделать из нее свечу, но ничего не вышло, только из наколотых прежней хозяйкой лучин. Тогда я пошла с топориком, который тут имелся, правда, я пока его не трансформировала – это потом, отколола от бревна полоску дерева с мыслью, что это будет лучина. И вот она превратилась. 

В общем, подход я поняла. Нельзя любой предмет превратить в любой, только улучшить, осовременить функции местного. С компьютером и интернетом, похоже, я в пролете, м-да… 

Еще я изменила огниво. Я сначала даже не поняла, что нашла в аккуратном кожаном мешочке. Какой-то камешек и металлической пластиной. А потом как поняла! В походы я раньше ходила, пусть и не часто, поэтому как выглядит приличное кремниевое туристическое огниво, я прекрасно представляла. И получила его с минимальными затратами энергии, потому что оно маленькое и практически не пришлось ничего менять. 

А потом я убиралась, долго и упорно. Все тряпье я вынесла из избы и разложила на траве. Вообще, я предполагала, что смогу его трансформировать в нормальный матрас и одежду. Хотя со второй пришлось хорошо подумать. 

Дело в том, что местную моду я не знала. По одному своему сарафану, в котором я здесь оказалась, делать выводы точно не стоит. Изменить пока я решила только нижнее белье, да и то лишь потому, что это было старым и из очень грубой ткани, а так я даже его вид оставила, потому что для этой одежды современное не очень-то подходило. И это точно не сейчас, потому что я и так энергии потратила прилично, а я не уверена, что она прямо бесконечная. 

Уборка заняла очень много времени, потому что мои представления о чистоте предыдущая владелица жилища явно не разделяла. Дело даже не в том, что прошло много времени с тех пор, как она куда-то делась, а в том, что тут и было изначально не очень чисто. 

Один тюфяк из полусгнившей соломы чего стоит! Я думаю, там и всякие насекомые завелись. А что, тут самое обычное лес и поле, стрекочут сверчки, прыгают кузнечики, летают бабочки. Так что возможно, тут и паразиты есть. Тараканов или клопов я, правда, пока убиралась, не видела, но это еще ничего не значит. Хотя, вроде бы в древней Руси их и не было, но тут я не уверена. 

В общем, преобразила я тюфяк с соломой во вполне себе современный матрас, правда, не очень толстый из нескольких слоев специального латекса. На пружинах делать не стала, во-первых, я их не люблю, а во-вторых, не знаю, как они на тепло от печи отреагируют. Зато в нем теперь точно никто не заведется. Как и в одеяле из бамбука, которое я сотворила из рогожи, явно раньше служившей для того, чтобы укрываться. Только постельного белья не было, и трансформировать его было не из чего. Если тут есть люди, надо будет купить отрез ткани и попробовать сделать из него. Хотя что-то мне подсказывает, что все будет не так просто и сначала придется самой сшить бельё, а потом уж сделать нормальное. 

Хорошо хоть кое-какие деньги я нашла, не знаю, правда, это много или мало. Ну и их я, естественно, не стала превращать в современные рубли или пластиковую карту. 

Непросто быть современной Ягой, ой непросто! Кстати, а Яга ли я, ведь костяной ноги у меня нет? Может, какая-нибудь Мара, а речка, протекающая за избой – это Смородина? Наверное, она и есть. А может, и нет – гадать можно долго. 

Я вынесла на улицу все, что надо будет мыть или изменять из скарба, потому что он мне мешал наводить порядок. Но в конце концов я окончательно оголодала. Трансформировать в еду засохшую половину краюхи хлеба я не решилась – мало ли, вдруг это не съедобно будет? Поэтому взяла сетку и пошла к речке. 

Сетка выглядела не очень, поэтому я ее улучшила, но только чуть, чтобы дыры подлатать, потому что совершенно не представляла, как выглядит современная рыболовная сеть. Я умела немного рыбачить с удочкой, а не вот это вот все. 

Сама река была неширокая, может, метров восемь-десять, по берегам чуть заболоченная. Тут были и мостки, с которых, видимо, стирали или забрасывали сеть, но они мне совершенно не внушили доверия, потому что когда я на них встала одной ногой для проверки устойчивости, их чуть-чуть повело. Падать тут, конечно, невысоко, но одежда у меня пока в единственном экземпляре. 

Пришлось раздеться, чтобы залезть в воду и прикрепить сеть к мосткам, потому что никаких дополнительных приспособлений тут не было, никаких столбов, кроме тех, которые, собственно, и держали мостки.  А выдавались в реку они на пару метров, минуя заболоченный участок у берега. И это явно неспроста. 

Вода была, кстати, ледяная, но пришлось потерпеть. 

Когда вылезла, естественно, не стала отдыхать и загорать – некогда. Предстояло нарубить дрова из тех чурок, которые я нашла в небольшой полупустой дровнице за поломанной оградкой, а потом запалить костер, чтобы приготовить рыбу. Если удастся хоть что-то поймать, конечно.

Почему костер? Потому что непонятно, что там с печью. Я не знаю пока, нужно ли ее чистить, не подступалась к ней, тем более сейчас лето и это не срочно, а занять может много времени. 

Эх, топор все-таки пришлось трансформировать! И треногу для костра… И чугунок, и шампуры, которые я сделала из специально срезанных веток. 

Вот будет смешно, если я ничего не поймаю!

Когда все дела по хозяйству были сделаны… Ладно, не все, но минимально необходимая часть, я пошла проверить сети и оказалось, что я поймала аж три рыбешки неизвестной мне наружности. Не то чтобы я специалист по рыбе, но таких раньше точно не видела, впрочем, многие виды ведь исчезли в наше время, так что это не удивительно. И то, что хоть что-то удалось поймать, вселяет некоторую надежду. 

Мясо у рыбки оказалось плотное, так что я надела улов на шампуры и подвесила над уже наполовину прогоревшим костром, положив один конец на треногу, другой на два поставленных друг на друга пенька с другой стороны костра. Не очень удобно, но надо будет потом подумать, как изменить эту конструкцию. Не знаю, что получится, но надеюсь, что что-то съедобное. 

Позже, когда рыбка была готова, на треногу отправился чайник, сотворенный местной магией из какого-то глиняного горшка. Не знаю, почему так получилось, но видимо, он служил для того, чтобы кипятить воду. 

А воду для питья кипятить точно придется, потому что устройство фильтра для воды я представляю довольно смутно. Может, конечно, тут это не актуально, мало ли, вдруг это такое место, где никто не болеет, а я, его новая хозяйка, и вовсе не могу умереть? Но лучше на это не рассчитывать. 

Вообще, конечно, если это не затянувшийся сон, в чем я уже не уверена, потому что слишком уж он подробный и четкий, то все случившееся как минимум странно. Что это за место? 

Предположим, какой-то пятачок вселенной, где действует магия и души проходят через портал куда-то. Лимб какой-нибудь? Но в то же время, я сомневаюсь, что тут одна, ведь предыдущая хозяйка вряд ли сделала все вещи сама. Что-то я тут ни кузницы не вижу, не инструментов для обработки дерева, ни ткацкого станка. Да и наличие  денег намекает на то, что где-то тут есть люди, которые готовы что-то за эти деньги продавать. 

Что же касается меня самой, то будем играть тем, что имеем на руках. По крайней мере, в том мире у меня не осталось ничего. Съемная комната в коммуналке не в счет. Вообще, мне, как сироте, должны были бы дать квартиру, но дело в том, что часть дома, в котором я жила в деревне, не пострадала от огня, и я была прописана именно там. Жаль, что в этом доме жить было нельзя, но формально жилье у меня есть, а значит, мне ничего не положено. 

Так что выходило, что квартира съемная, зарплата небольшая, парня у меня не было. В общем, мне совсем нечего было терять. И если тут есть люди, а жить где-то в лесу и вечность ни с кем не общаться – это не по мне, то я была бы даже не против тут остаться. По крайней мере, это хотя бы интересно! 

– Эй, хозяйка, рыбкой угости, – неожиданно раздался глухой голос из темноты. 

Я так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как немного стемнело, а под деревьями начал образовываться туман. Вот как раз из него и послышался голос. 

– Пистолет надо было создавать в первую очередь, пистолет, – прошептала я чуть слышно, пытаясь отдышаться, потому что только что реально чуть не схватила инфаркт. И не важно, что я стрелять не умею, но он всегда вселяет уверенность. 

– Так что насчет рыбки? – заинтересованно уточнил глухой голос из тумана, так и не получив от меня ответа. 

– Кто ты? Выходи, покажись! – сказала я, подумав, что если бы на меня хотели напасть, то уже сделали бы это. Допущение, конечно, но все же хоть какой-то повод немного успокоиться. – Ой! 

На мою просьбу из тумана вышел большой черный волк. Он подходил аккуратно, но расслаблено, не пригибал головы, готовясь к атаке или прыжку. 

– Не бойся, хозяйка, – проговорил он, когда увидел, что я сделала шаг назад. – И не беги, а то инстинкты взыграют. Я не всегда могу это контролировать. 

– Ты меня не съешь?

– Я не ем людей, что бы кто не говорил, – оскорбился тот. Вообще, волчья пасть, говорящая по-человечески, смотрелась чужеродно, но я сделала вид, что так и надо. 

– А что ты ешь? 

– От рыбки бы не отказался, – мне показалось, что волк усмехнулся. – Так угостишь? 

– Тебе кинуть или… – я сняла с шампура последнюю оставшуюся рыбину. 

– На бревнышко положи, я же тебе не собака – с земли есть! 

– Извини, – смутилась я. – Вот. 

– Благодарю, хозяйка. Рад, очень рад знакомству. Меня, кстати, Хорт зовут. 

– Меня Лена. Хорт? Ты сын богини Мары? – стала я припоминать славянский фольклор. Иногда его рисовали в виде волка, но чаще в виде черта или демона. 

– Не сын, внук, – пожал плечами волк. – Но назвали в честь отца. 

– А он не… 

– Ушел он, на ту сторону ушел, – ответил волк, присаживаясь ближе к костру. – Да не бойся ты, Лена. Мы не противники, я слежу за тем, чтобы все души доходили до твоего перехода, ну, который за избой, а ты следишь за этим местом. Если кого-то из нас не будет – плохо будет всем. В первую очередь, людям, – потом грустно добавил: – Хоть они этого и не понимают. 

– А ты в человека превратиться можешь? – полюбопытствовала я. 

– Не… Мой отец еще мог форму менять, не на человеческую, но близко, а я нет. 

– Ты можешь сказать, что тут вообще произошло? Я имею в виду предыдущую хозяйку… 

– Я понял, что ты имеешь в виду. Смена циклов. Уже много лет идет, и вот той зимой до Любавы очередь дошла, – он грустно вздохнул. – Ну там уже давно все понятно было, плоха она стала совсем последний век, наверное. Ссорилась со всеми, дралась, ужас наводила на окрестные селения.

– Любава – это?..

– Да, предыдущая хозяйка перехода. 

Значит, люди поблизости все же есть. Это отрадно, но как они теперь встретят меня? Не захотят ли на костре сжечь?

– Ой, побегу я, там заблудшие появились. Их надо найти, – на секунду черные глаза волка стали белыми и засветились. – Спасибо за рыбку, хозяйка. 

С этими словами Хорт метнулся в лес. Его фигура почти смазалась, и он буквально растворился, мне показалось, так и не добежав до тумана. 

– Чудесно просто! – прошептала я, потом оглянулась, поняла, что уже совсем стемнело и начала закапывать костер и собираться. Ночевать лучше все же в избушке. Там есть дверь и засов. И думается мне, что предыдущая хозяйка сделала его не просто так. 

Всю ночь на новом месте я не спала. Прислушивалась к новым звукам леса – где-то заухал филин, вот кто-то тонко, пронзительно завизжал вдалеке, глухо рыкнуло какое-то крупное животное. Ночью в полной тишине звук разносился мгновенно на многие сотни метро. 

Запахи тоже были. Но в отличие от тревожащего аудиосопровождения, они были неприятными. Как бы я избу не проветривала, а пахла она все равно затхлостью, гниением и старостью. Лежанку на печке я сначала хотела как следует оттереть, но потом поняла, что это может занять не так уж мало времени, поэтому пока свой новый матрас я положила на сундук. 

Интересно, получится ли его трансформировать в шкаф-купе? Сундук ведь для хранения вещей, как и шкаф. С мебелью я пока ничего делать не пробовала, но мне нужна современная кухня, шкаф и кровать – это тот минимум, с которым я могла бы жить. 

Кстати, на дне сундука я нашла отрезы какой-то грубой ткани, но пока с ними тоже ничего не делала. Подумаю, можно ли из них реально нашить хотя бы обычными стежками постельное белье, а потом переделать его в нормальное. 

Да, в избе, оказывается, довольно прохладно, но дело в том, что тут  только одно окно и оно было затянуто частично каким-то странным материалом, света почти не пропускало, к тому же с одной стороны была дыра. Я уже примеривалась, как тут вставить пластиковые окна. 

Столько дел, столько дел. Но в целом можно жить. 

Еще и говорящий волк Хорт. Я, пока с ним общалась, ловила себя на мысли, что все-таки я брежу, но было во всем этом что-то такое, что заставляло поверить в реальность происходящего. 

Надо составить план действий, да и вообще неплохо понять, что происходит. Жаль, что волк так быстро ушел, хотелось бы его расспросить подробнее. И о своей роли в этом всем, о других магических обитателях, как я понимаю, они тут были, о людях, где они, как до них добраться. 

И что мне грозит, когда я до них доберусь. Ведь по оговоркам я поняла, что все с местными может сложиться непросто, потому что предыдущая хозяйка этого места последние годы, а то и десятилетия была то ли не в себе и поэтому пакостила всем окружающим, то ли просто зла на весь мир. Поживешь так в одиночестве сотни лет, точно спятишь. 

Волк говорил про какой-то цикл еще. Что за смена циклов? Как я поняла, уход Любавы то ли в мир иной, то ли еще куда, связан с этим. Но стоит ли ему доверять. Впрочем, пока он вообще единственное разумное живое существо, которое я видела за день. 

Кстати, не слишком ли быстро он сюда пришел? Хотя это объяснимо, на самом деле, увидел огонь костра или дым. Даже скорее последнее. Увидел дым, решил проверить и нашел меня. 

И решил познакомиться, заодно и рыбкой подкрепиться. Странно, что у нас не возникло никакого языкового барьера, но я заметила, что хоть я и говорила вроде бы привычно, как обычно, но такое ощущение, что как-то странно. Говорю, например, слово “цикл”, а произношу ртом привычное тем временам “круг”. И наоборот, волк говорит “круг”, а я слышу “цикл”. Если я все правильно поняла, то тут отличный встроенный он-лайн переводчик. 

Ладно, шутки шутками, но это было свойство разговора с магическим животным Хортом, внуком богини смерти Мары, или же с людьми из ближайших селений я тоже смогу так общаться? Хотелось бы, а то выйдет неприятный казус, о котором я совершенно не подумала днем, когда уже губу раскатала пойти в ближайшую деревню и что-то прикупить. 

Но с этим вопросом еще предстоит разобраться. А вот со всем остальным. Остро стоит вопрос пропитания, потому что я не могу питаться рыбой постоянно. Никаких силков, которые можно было бы поставить на зайцев, я не заметила, да и не очень я представляю, как они выглядят. Рыбачить я в своей жизни рыбачила – было дело, особенно в деревне, но вот охотиться… Нет, мясо мы в магазине покупали, еще кроликов держали, но на них охотиться было не нужно. 

Огород… Тут он был, но смогу ли я его реанимировать? Может, магия этого места поможет? Но можно ли есть выращенное с ее помощью? 

Вообще, завтра стоит обзавестись каким-нибудь оружием, хотя ничего, что его бы напоминало, я здесь не увидела, и прогуляться по лесу хотя бы недалеко. Пройтись вдоль реки в обе стороны, посмотреть, что есть поблизости. 

Кстати, насчет оружия. В некоторых вариантах сказки про Бабу-Ягу, она была не только злобной старухой или стражем между миром живых и мертвых, но и воительницей. Так что у нее точно должен быть меч, лук или хотя бы кинжал. Иначе как бы она воевала. Но тут из оружия только топор, да и то, я его уже слегка трансформировала и он теперь довольно легкий. Драться и даже убить  им, конечно, можно, но нужно приложить для этого не только много усилий, но и много умений. А у меня нет ни того, ни другого. 

Но если не найду ничего лучше, придется брать его, потому что шастать по дикому Древнерусскому лесу без оружия – идея так себе. Это в мое время диких животных в центре почти не осталось, и то можно было и волков встретить, и кабанов. А ведь на Ярославском гербе не просто так медведь нарисован, не удивлюсь, если их тут много. 

И что-то мне подсказывает, что безопасное место только на этой поляне, да и то не на всей. Я видела вчерашний туман, он выполз из леса на опушку и остановился как вкопанный метрах в пятидесяти от избушки. Так что сомневаюсь, что лес весь магический. А если даже и так, то такая же там магия как тут или нет? Вдруг там уже вотчина волка или еще кого?

В общем, завтра небольшая разведка, а там посмотрим.

Уважаемые читатели! С понедельника выкладка прод будет по графику: пн, ср, пт

Если вам нравится история, не забудьте поставить лайк) 

Утро началось для меня с веселого пения птиц и с солнечного луча, который упал мне на лицо через поврежденное окно. Было очень рано, но сегодня разведывательная вылазка, так что, чего тянуть-то?

У меня был уже готов примерный план, поэтому я начала с того, что сделала себе нормальную рабочую одежду. Ну не в сарафане же мне в лес идти? 

У предыдущей владелицы не было ничего похожего на штаны и куртку, но я решила подойти к вопросу творчески, и если уж из кучи тряпок можно сделать матрас из латекса, а из рогожи бамбуковое одеяло, то почему бы нельзя из старого платья сотворить комбинезон? 

К сожалению, у меня не было много вещей для экспериментов, но я четко себе представила, что хочу, потратила много магии, потому что трансформировать пришлось форму, а не только материал, и сильно. Получила я, в итоге, в свое безраздельное пользование непромокаемый полукомбинезон из плотной ткани, то есть штаны со спинкой и нагрудником на лямках. 

В результате получился он ярко-синим, только надписи какого-нибудь строительного подрядчика на спине не хватало. Поэтому пришлось вливать еще чуть магии и делать его болотного цвета, почти маскировочным. 

Куртку я сварганила таким же способом, пожертвовав для этих целей единственным тулупом предыдущей владелицы. Я просто подумала, что зимней одеждой я разжиться еще успею, а нормальная непромокаемая и, желательно, непрокусываемая хотя бы змеями, куртка мне нужна прямо сейчас. 

В результате у меня получилось нечто среднее между костюмом для страйкбола и одеждой лесника. Не то чтобы я хорошо знала, как она должна выглядеть, но как-то так я себе это и представляла. 

С оружием было хуже. Кухонный нож я нашла, даже два. Они теперь отлично отливали глянцем закаленной стали, но при этом во что-то пригодное для смертоубийства трансформироваться отказывались напрочь. Не то, чтобы ими нельзя было кого-то порешить, но явно не медведя. 

Еще я попробовала сделать какой-нибудь фаербол, как в книгах и кино, но вышел у меня облом великий. Огненными шарами мне тут точно не бросаться. Ну либо я не знаю, как это сделать. 

Кстати, насчет этого. Есть у меня сомнения, что я смогу сделать что-то, утройства чего я не знаю. Например, я пистолет только в кино видела, поэтому вряд ли смогу его этой магией создать. Как, например, я вряд ли смогу переделать печку под мои нужды, потому что с трудом представляю, какой она должна быть внутри. Я жила, конечно, в деревне, но у нас был газовый котел, а печи я только в музее видела. 

Это все требовало проверки, но потом. 

Сейчас же я заткнула за ремень топорик, прикрепила кое-как на ноге кухонный нож. Получилось, конечно, и смешно, и грустно – надеюсь, не порежусь, и пошла, наконец, на разведку. 

Посмотрела на свои мягкие кожаные сапожки и остановилась. Ну, как говорится, спасибо, что не лапти! На самом деле, я уже появилась тут в этой обуви, и вроде бы она была довольно удобной, только не знаю, что будет с мягкой кожей, если я случайно залезу в какое-нибудь болото? 

Но делать резиновые сапоги или берцы из единственной обувки, а в отличие от одежды, я в сундуке не нашла даже лаптей, было несколько преждевременно. Вот выйду к людям, куплю те же лапти и сделаю себе хоть целый шкаф нормальной обуви. Мечты, мечты!

Вот вроде мелкие какие-то бытовые проблемы, но я в новом мире всего один день, так что со временем я это все разрулю. Другое дело, что могут прибавиться и крупные. Не знаю почему, но я этого всерьез опасаюсь. Не может быть все так благостно. Сижу я тут в тишине, современные вещички поделываю периодически, рыбку ловлю, с лесными обитателями, типа Хорта, мило у костерочка ужинаю… Нет, во-первых, вряд ли все магические существа тут добрые, да и волку я просто не интересна, скорее всего. Если бы ему что-то было нужно, он бы мне голову отгрыз и сказал, что так и было. 

Я не пошла в ту сторону, куда, кстати, он убежал, я решила пройти вдоль течения реки. Обычно, если идти по руслу, то рано или поздно набредешь на людей. В таком виде, я им, конечно, показываться не собиралась, хотя на всякий случай все же положила сарафан в удобный эргономичный рюкзак, сделанный из котомки. 

Да уж, если меня кто местный в таком виде увидит, точно подумает, что чертовщина какая-то, поэтому я решила быть аккуратной, смотреть в оба глаза и слушать в оба уха. 

Но не успела я отойти на хотя бы сотню метров от избы, как сделала для себя неприятное открытие. Не знаю даже, как описать… 

Вот я сидела только что на ступеньках, солнышко светило ярко, трава шумела искристая, зеленая, какой она бывает только в июне, птички пели громко, стрекозы и бабочки цветные летали. Все вокруг дышало, радовалось новому дню. Но чем дальше я уходила от избушки, тем бледнее и обычнее все становилось. Вот трава уже чуть пожухлая на жаре, солнце не такое яркое, а деревья шумят не умиротворенно, а угрожающе. 

А еще я перестала чувствовать магию. Да, где-то метрах в пятидесяти-семидесяти – глазомер никогда не был моей сильной стороной – я перестала ощущать подпитку, которую давало мне это место. 

Нет, мои трансформированные вещи, слава богу, не исчезли. Я все так же была в комбинезоне, куртке и с рюкзаком, но при попытке слегка трансформировать чуть неудобную лямку, я тут же оказалась на земле. 

Магия работала, да, но высосала из меня все силы. И они больше не набирались. 

В быстром темпе… Ну как, быстром – насколько позволяло мое измотанное физическое состояние, я вернулась в свою исходную локацию, искренне надеясь, что дело только в этом, что при выходе за границы, я не потеряю силу навсегда. 

Как только я переступила невидимую черту, силы стали быстро восстанавливаться. К счастью, я не слишком много потеряла. Надеюсь. Потому что неизвестно, чем именно я расплатилась за трансформацию лямки, накопленной магией или своей жизненной энергией.