Хозяйка поместья и дракона

– Да где её носит?! – из открытого окна послышался истерический визг моей сестры, перекрываемый истошным криком её годовалого сына. – Ребёнка пора кормить! Небось, на свидание ушла.

– Успокой ребёнка! Он мешает мне работать! – проревел её муж.

– А вот в моё время, – запела свою песню тётка.

– Советского Союза больше нет, – перебила её моя сестра.

– Не смей перечить старшим! – тётка перешла на сопрано, что аж в ушах зазвенело.

На подходе к подъезду старой десятиэтажки, я услышала перебранку сонма знакомых голосов. Мои родные снова ругались. Я остановилась, чтобы перевести дух, хотя больше, наверное, переждать бурю. Честно говоря, не хотелось вовсе возвращаться в двухкомнатную квартиру, где всю свою жизнь прожила с родителями и младшей сестрой.

Скрипнула дверь соседнего подъезда. Баба Тома, известная во дворе сплетница, стояла и смотрела на открытое окно в нашей квартире. Она перевела взгляд на меня и покачала головой.

– Шляется она, а ребёнок голодный, – старушка покачала головой. – Нагуляла, а семье теперь отдувайся за неё, – по какой-то неведомой мне причине баба Тома считала, что мой племянник на самом деле мой ребёнок. Хорошо, что не было её товарок, а то ещё чего-нибудь обидного услышала бы.

Главный инспектор двора, так её мы называли с детства, осуждающе фыркнула на меня и с пустой авоськой двинулась в сторону магазина, откуда я только что принесла тяжёлые пакеты с продуктами на всю семью и ещё подгузники для племянника. Я тяжело вздохнула.

Все так живут. Сестрица выскочила замуж и уже обзавелась ребёнком. Молодая семья жила с нами, потому что копили на квартиру. Брать в ипотеку не хотели: дорого, большая переплата. И в строящемся доме жильё не нравится, а вдруг не достроят? Про эскроу-счета муж сестры слышать не желал.

Ещё когда я училась в старших классах, к нам переехала сестра отца. Она неудачно вложила деньги, оставшись должна банку кругленькую сумму. Признавать банкротство тётя Ира посчитала чем-то постыдным. Так и поселилась у нас. Мои родители и ей помогали расплачиваться с долгами.  

Итог – семь человек проживало на пятидесяти квадратных метрах. Места не хватало катастрофически! Какое место? У меня в жизни никогда не было своей комнаты. Как же я завидовала школьной подруге, которая жила в большом доме. У неё была своя комната. Но самое главное, что мне нравилось в её доме, – несколько ванных комнат и отдельные туалеты.

Возможно, что жизнь в маленькой двушке стала бы немногим лучше, если бы единственный санузел был раздельным, но всё это мечты. Как и своя комната. И собственный дом. Ведь даже на маленькую студию я не могу накопить, потому что все деньги уходят на помощь сестре и её мужу. Ну да ладно, как говорят родители: мы одна семья.

Взгляд опустился на пакеты с продуктами и подгузниками для племянника и переместился на закрытую дверь в подъезд. Переложила упаковку подгузников в другую руку и взялась за дверную ручку. Я зажмурила глаза, представляя, что открываю дверь в свой дом. Мой райский уголок, где никто меня не достаёт. Где я могу с утра попить кофе неспеша. Где никто не будет съедать мои любимые печенья, ни оставив мне ни одного. Где никто не будет торопить меня освободить туалет или место за кухонным столом.

Мечтать невредно, говорят.

Открыла дверь и шагнула. Я прожила здесь всю жизнь и хорошо помнила даже с закрытыми глазами, что тут была ступенька. Нет, не вниз, а вверх! Вот такой сюрприз для тех, кто первый раз заходит в наш подъезд. Антиворин, как мы его назвали.

Ногу подняла повыше и по привычке опустила. Да только опоры под стопой не оказалось в положенном месте, а вес я уже переместила на эту ногу и дверь отпустила. На ней стоял жёсткий доводчик. Я распахнула глаза, когда за спиной хлопнуло, и тут же зажмурила, выронив пакеты.

Медленно приподняла одно веко, затем другое. И всё-таки глаза расширились от удивления. Я точно была не в своём подъезде. Это был огромный холл. Коридором назвать его язык не поворачивался. Высокий потолок с лепниной, где в центре висела пыльная люстра, закованная в паутину. По бокам холла расположилось по две колонны, которые тоже были декорированы лепниной. Центром же этого великого помещения широкая лестница, ведущая на второй этаж.

Взгляд опустился под ноги. Содержимое пакетов рассыпалось. Я тут же бросилась спасать «убитого мамонта». К сожалению, из десятка яиц осталось только три. Да о чём я думаю?!

Моё сердце замерло. Неужели я переместилась в другой мир?! Бабушкины сказки вовсе и не сказки, а самая настоящая правда?

Она рассказывала, что наши предки переселились на Землю давным-давно, спасая свои жизни. Только откуда они пришли и отчего бежали, увы, человеческая память не сохранила, зато сохранила крупицы знаний, которым пыталась меня научить бабушка – считывать информацию с предметов. Вот только у меня никогда особо не получалось. Так, видела смутные тени.

– А ты включай воображение, – наставляла бабуля. И как её с таким подходом не разоблачили, не знаю.

Бросив покупки, я выскочила из входной двери и огляделась. Я точно не была во дворе многоэтажек. Этот дом оказался огромным. О таком я даже не мечтала. Только любовалась картинками огромных загородных домов. Правда, этот не напоминал те красивые поместья, которые я видела в интернете. Краска облупилась. В кладке местами виднелись провалы. Ставни и рамы покосились. Толстый слой пыли покрыл стёкла в окнах. Крыша на правом крыле частично обрушилась, зато левое крыло находилось в более-менее пригодном на первый взгляд состоянии. Но одно я почувствовала явственно: в этом доме нет ничего плохого. Он просто был заброшенным.

Осмотрелась и заметила, что не знаю ни одного растения, за которыми долгое время никто не ухаживал, и они разрослись по всему периметру, создавая вид зарослей. Да и время суток тут было другим. Я точно помню, что у нас уже смеркалось, а тут солнце даже не в зените. День в самом разгаре.

В кармане брюк на прощание завибрировал телефон. Я совсем про него забыла! Достала и с надеждой нажала кнопку включения, но экран даже не подумал загореться. Я развернулась и побрела в дом, чтобы собрать продукты и заодно обдумать план действий.

Интересно, это точно тот самый мир, откуда пришли мои предки? Как бы это проверить? Стоило взяться за дверную ручку, как от неё потекло тепло по моим пальцам. Оно поднималось по руке и разливалось по телу. Чем теплее мне становилось, тем больше ясности и четкости приобретало видение.

Оно показывало, что здесь жило не одно поколение одной семьи. Я этих людей не знала, но многие из них были рыжими, как я. При взгляде на семейные бытовые моменты я почувствовала, как сердце защемило. Словно я вернулась домой. Словно меня тут ждали. В носу защекотало от переполнявших меня эмоций. Правда, одежды у них были странными. Больше походили на те, что носили у нас во второй половине девятнадцатого века. Историку, которым я была, не составило труда определить эпоху. Вот только всё же были странности. У некоторых была… магия!

Этот факт заставил меня отдёрнуть руку от дверной ручки и отступить обратно в холл. Теперь я взглянула на него иначе. Дом повидал немало радости, но и печали, прежде чем канул в забытье.

Странное чувство меня охватило. Я не могла дать ему название. Рука ещё хранила тепло, которое перешло от дверной ручки. Оказывается, вот как происходит считывание информации с предметов.

С осторожностью я открыла дверь и переступила через порог. В воздухе тут же появилась надпись из жёлтого света: «Добро пожаловать домой!» У меня даже глаза защипало от нахлынувших эмоций. Дом. У меня есть собственный дом. Пусть и развалюха, но он мой. Как говорится, главное кости, ой стены, а красоту и порядок можно навести.

Желудок забурчал при виде валявшихся на полу продуктов. Я с утра ничего не ела. Покрутила головой и приняла решение сперва утолить голод, а потом можно и продолжить исследование дома. Собрала покупки и задумалась на миг, а потом шагнула в правый коридор.

Кухня нашлась в правом крыле, том самом, над которым была разрушена крыша. Ей досталось несильно. Точнее стол, печь и кухонная утварь были. И даже без пыли. Неужели так хорошо сохранились? Сомневаюсь. Есть вероятность, что кто-то тут жил, или бродяги забредали сюда.

Я коснулась стола, пытаясь применить бабушкину науку. Получится ли у меня прочитать? Закрыла глаза. Глубоко вдохнула и… На этот раз меня просто «обожгло» историей стола. Вокруг него сновали женщины в чепчиках и передниках.

– Марса, давай шустрее, – прокричала одна из кухарок. – Госпожа велела подавать первое.

– Неужто детки проголодались? – спросила та самая Марса, ловко поварёшкой наливая суп в супницу.

Видение исчезло, а у меня расплылась улыбка на лице. Вместе с историей мне передались их чувства. Служанки были рады прислуживать и заботились о хозяевах дома. Здесь точно не было зла. И я окончательно успокоилась. Но самым главным было то, что я увидела, как готовили и пользовались местной утварью.

Воды бы найти. Взгляд упёрся в кран с вентилем. Пока я пыталась его прокрутить, он громко и жалобно скрипел, но едва вентиль поддался, как… ничего не произошло. Вода не потекла. Я даже наклонилась и заглянула в кран. Совсем как ребёнок, знаю. Сухо, как в пустыне Сахара.

Оставив надежды перекусить яичницей, я достала колбасу и сыр, как кран фыркнул, чихнул, ещё раз недовольно фыркнул, и из него мощной струёй ударила вода в раковину. Зажав колбасу в зубах, я бросилась к крану и закрутила вентиль. Потянулась за полотенцем и замерла.

Полотенце тут точно не висело.

Я обернулась, но никого на кухне не было, кроме меня. Неужели здесь есть кто-то ещё? Кто смеет шастать по моему дому без моего ведома? Схватила сковороду и приподняла её сразу. Так себе средство защиты, зато она тяжёлая. Упадёт на голову – дезориентирует надолго. А ножик… его выбить можно, промахнуться легко. Не то что сковорода. Чугунная!

Замахнувшись, я осторожно выглянула из кухни. Коридор, который вёл из холла сюда, был пустым. И тишина. Я направилась в холл, стараясь ступать бесшумно. Перед тем, как выйти из безопасного укрытия, остановилась и прислушалась к звукам. Ничего не слышно. Разве что моё сердце бешено стучало, гоняя кровь на мощном выбросе адреналине.

Выглянула чуть-чуть из-за угла, держа наготове сковороду, и осмотрела холл. Никого. Только я опустила своё орудие защиты или средство причинения тяжкого вреда здоровью (зависит от ситуации и намерений нападающего), как что-то хлопнуло. Я подпрыгнула, спрятавшись за угол в коридоре, и водрузила сковороду на плечо.

Во время томительного ожидания я старалась прислушаться к звукам, но из-за грохота сердца и шума крови в ушах никак не могла ничего расслышать. А может, потому что тут никого не было? Никто так и не спустился с лестницы. Никаких других стуков более не последовало.

Глупо, конечно, подниматься по лестнице, но, а если это была открытая оконная рама? Стоит ли её бояться?

Это мой дом! Пусть меня боятся!

Я своими глазами видела, что дом находится в удручающем состоянии. Так и прошла первый пролёт лестницы, который разделился на две лестницы, ведущие на второй этаж. Я выбрала левый пролёт. Правая часть дома была более разрушенной. Там было бы небезопасно ходить из-за возможного обрушения. Хотя и тут кто его знает, насколько неопасно.

Стоило мне ступить в коридор, ведущий в левое крыло, как я услышала плеск воды. На мгновение мне показалось, что моя длинная коса поднялась вверх, предупреждая об опасности. Толстый ковер, местами дырявый и очень пыльный, заглушал мои шаги. Я шла вперёд, пока не заметила приоткрытую дверь, через которую и проходил звук льющейся воды.

Заглянула в щель и увидела разобранную кровать и смятые подушки. Я медленно приоткрыла пошире дверь, и та противно заскрипела, выдавая моё присутствие. Убегать смысла нет. Если кто-то здесь живёт, то он лучше меня знает этот дом и местность. Мне не скрыться. Так что лучшая тактика при моём любопытстве (да будь оно неладно) – бить первой. Да и не гоже хозяйке бросать свой дом.

Я влетела в комнату со сковородой наперевес и застыла. Из противоположной двери вышел мужчина в одном полотенце, повязанном на бёдрах. По его бронзовой коже стекала крупными струями вода. Ладонью он стёр капли с лица и откинул мокрые пряди тёмных волос назад. Этим жестом незнакомец вызвал новую волну струек, стёкших с волос по его шее и заскользивших по плечам. Они соединились во впадине между перекатывающимися грудными мышцами и крупной каплей впитались в полотенце. Я непроизвольно сглотнула.

Тихий кашель отвлёк меня от созерцания Апполона. Я встряхнула головой. Засматриваться на мужчин буду потом, когда обустроюсь. Сейчас главное выяснить, кто он и что делает в моём дом.

Я оторвала взгляд от идеального мужского тела и встретилась с пронзительным взглядом серых глаз. Незнакомец нахмурился и настороженно замер, разглядывая мою одежду.

– Ты кто? – спросила я хриплым голосом

– Дракон, – как-то неуверенно произнёс мужчина, поправив полотенце на бёдрах.

Тогда я хозяйка этой развалюхи и единорог по совместительству (сомнения на счёт законности моих притязаний на правообладание собственности у меня всё ещё были), но спросила я другое:

– А где пальто?

Незнакомец дёрнул головой и опустил её, рассматривая себя. Ну да, какое может быть пальто в ванной комнате? Кому-то достаётся дракон в пальто, а мне – дракон в полотенце.

Мужчина медленно стал приближаться ко мне, и я чуть выше приподняла сковороду, напоминая, что я вооружена и очень опасна. Он замер на том расстоянии, где мой удар пройдёт рядом и не заденет его.

– Я могу взять одежду? – взглядом незнакомец стрельнул в кресло, где лежал висели китель, рубашка и брюки и возле которого замерла я.

– Да, конечно, – я чуть отошла в сторону, уступая дорогу ему.

Мужчина взял свою одежду, но что-то упало на пол рядом со мной. Я наклонилась и подняла аксельбант. Тепло разлилось по руке. Из другой выпала сковорода, и меня накрыло видение.

В нём этот самый влажный Апполон, только одет он был в парадный мундир и с более пышной перевязью, стоял в огромном зале, преклонив колено. Он громким и низким голосом зачитывал присягу восседавшему перед ним на троне мужчине. Позади дававшего клятву росла тень дракона, расправившего крылья и чья морда устремлялась вверх. Аксельбант передал мне эмоции торжественности и важности происходящего события.

Я почувствовала сильный рывок, оборвавший видение. Меня прижали к мокрому мужскому телу. Я подняла голову и упёрлась руками в его мощную грудь. Незнакомец прищурил цепкий взгляд. Линия губ стала жёсткой.

Над головой тихо спросили:

– Ты кто?

– Это был мой вопрос, – я с сожалением взглянула на лежавшую на полу сковороду. Снова попыталась отодвинуться, но только крепче меня прижали к сильному мужскому телу.

Запоздалый страх шевельнулся внутри. Я наедине с незнакомым мужчиной. Сильным мужчиной. Вон как бугрятся мышцы на его теле. Кто он? Помимо того, что дракон. Что он здесь делает? Ведёт себя так, будто решил тут обжиться.

Это мой дом!

Возможно, что незнакомец что-то почувствовал. Он нахмурился и выпустил меня из своих крепких объятий, не забыв забрать из моей руки аксельбант. Мужчина отошёл на пару шагов, и мне словно даже дышать стало легче. Правда, из-за нашего близкого знакомства намокла моя кофта. Это заметил и мужчина. Он взмахнул рукой, и ткань на мне тут же высохла, как и капли воды на нём. Я тут же схватилась за сковороду.

– Что это? Магия? – на грани визга спросила я.

Глупый вопрос. Бабушка говорила, что пришли мы из магического мира. Но уточнить, не думаю, лишним не будет.

– Ответы на твои вопросы – да, – незнакомец отошёл от меня, снова откинув пряди волос со лба. Он ещё отступил и положил вещи на кровать. – Я Азар, – представился мужчина и накинул на плечи рубашку. – А тебя как зовут? – спросил он и натянул брюки, умудрившись даже ничего не засветить.

Я запоздало отвернулась, ощущая как жар стыда опаляет мои щёки.

– Злата Корсакова, – я выдавила своё имя, с трудом справляясь со смущением. Не смущаться надо, а удивляться. Тебе только что сказали, что здесь есть магия. 

Меня тут же схватили за плечи и развернули к себе лицом.

– Корсак? – глаза Азара расширились от удивления.

Бздынь! Сковорода встретилась с крепким лбом мужчины.
__________
Доброго времени суток, уважаемые читатели!
Моя новая история является участницей  интересного моба "", где можно найти весёлые и забавные истории про приключения девушек-попаданок и драконов. 
Не забывайте подписываться на  , чтобы быть в курсе новостей, и добавляйте историю в библиотеку, чтобы её не потреять. 

А вот не надо было меня хватать! Меня одарили укоряющим взором. Место встречи с чугунным средством защиты Азар только потёр. У него что? Стальной череп?

Он с жадностью разглядывал моё лицо, но уже с безопасного расстояния.

– А знаешь, ты похожа на них, если судить по сохранившимся портретам. И тоже рыжая, – мужчина задержал взгляд на моей длинной рыжей косе.

– Корсакова, – поправила я его и отошла от него.

Он хмыкнул и чуть прищурил глаза, разглядывая мой наряд.

– Злата, ты знаешь, где ты находишься? – вкрадчиво поинтересовался Азар.

– В своём воображении? – огрызнулась я, хотя понимала, что точно нет. Устав держать сковороду в руках, я поставила её на столик возле окна. Взглянула на лоб мужчины, где даже шишка не вскочила. Кажется, от неё толку не будет.

– В Ноирамдоре, – усмехнулся он. – Судя по твоей одежде, ты сюда переместилась из другого мира.

            – Ишь какой догадливый. А про себя больше ничего не хочешь рассказать? – я не верила ему. Темнил он, утаивал от меня что-то важное.  

– Не больше, чем ты, – пожал плечами Азар и принялся застёгивать китель. – Что ты здесь делаешь?– суровость проявилась в голосе мужчине.  

– Я хозяйка этого дома, – ляпнула я и замахнулась снова сковородой, ведь дракон ступил на меня. – И это ты должен отвечать на свой вопрос.

Едва мои слова замолкли, как началось что-то невообразимое. Окна-ставни захлопали. Им вторили двери. Потянуло сквозняком. На люстрах замигали… свечи? Мебель подпрыгивала, побрякивая незакреплёнными частями, а ковёр чихнул.

Е

Едва раздались первые звуки, как Азар очутился рядом со мной, одной рукой прижал меня к себе, а другую отставил в сторону. Вот только он не учёл, что мои нервы были уже на пределе, а сковорода всё ещё находилась в моих руках.

На этот раз бздынь вышел менее звонким. Правильно, пустой сосуд звенит громче. Или потому, что пришёлся по центральной части лица – носу. Азар тут же выпустил меня из своих объятий, проверив на сохранность непострадавший участок тела.

Только сейчас я обратила внимание, что из другой его ладони вышли странные лучи зелёного света и оплели нас в сферу, но уже начали бледнеть и вскоре исчезли.

– Не бойся, – Азар тихо рассмеялся и тряхнул головой. – Придётся тебе поверить, что ты в другом мире, где есть магия и…, – протянул он и поиграл бровями, – драконы!

Вместо того, чтобы отвечать на его флирт, я выразительно посмотрела на сковороду. Я и так уже поверила, что перенеслась в другой мир. Главное, чтобы это точно был не кирпич с этажа, где жили мои милые родственники.

Мнящий себя летающей рептилией отступил на пару шагов назад.

– Злата, дом признал в тебе свою хозяйку, – произнёс Азар. – Я верю тебе, что ты из рода Корсак, – он выставил перед собой открытые ладони, словно демонстрируя, что не опасен для меня.

Дверь в комнату ходила ходуном. Из-за чего её скрип сильно отвлекал меня от мыслей, почему этот «дракон» со мной так разговаривает, почему он так обрадовался, узнав, что я Корсак. Вообще-то моя фамилия Корсакова, но что если и её изменили при переходе на Землю?

– Закройся! – махнула я рукой в её сторону и тут же подпрыгнула, выставив вперёд сковороду.

Нет, всё-таки мне, как ребёнку амагичного мира, придётся привыкать к проявлениям волшебства.

Я перевела взгляд на Азара, покрутила в руках сковороду и уточнила:

– Я хозяйка дома, а ты что здесь делал?

– Да, я заметил, что дом стал просыпаться. Знаешь, вода стала тёплой, а до этого была холодной,  – заметил он и обошёл меня по дуге, не выпуская из поля зрения сковороду. Мой вопрос он пропустил мимо ушей.

Азар взялся за ручку и дёрнул дверь, но та не поддалась. Едва он отпустил ручку, как дверь слегка приоткрылась. Стоило мужчине схватиться за ручку снова, как дверь тут же закрылась.

Умничка, дверь! Не дала ему сбежать. А вдруг он вор? Хотя ничего у него в карманах не топорщится. И если он обладает магией, умеет ею пользоваться, то логично ли оставаться с ним наедине в запертой комнате?

– Скомандуй ей открыться, – обернулся Азар.

Его приказ прозвучал, точно на голову кирпич прилетел.

– Откройся, – я приказала двери, и та послушно распахнулась. Сковорода выпала из моих рук. Неужели моя мечта о большом доме сбылась? Да, пусть это разваливающийся дом, но он волшебный! Дом, где у меня будет своя комната. Дом, где меня не будут трогать надоедливые родственники, твердящие что я им всё время что-то должна. Я даже руки потёрла в предвкушении. Главное – выдворить непрошенного гостя.

Азар усмехнулся, чем привлёк к себе внимание. Мужчина вернулся и поднял посуду.

– Пойдём на кухню, там и пообщаемся, – предложил он и направился из комнаты.

В коридоре, уже почти на самой лестничной площадке, его настиг мой запоздалый вопрос:

– Так что ты здесь делал? Ты не плохо ориентируешься в доме.

Он замер. Его резкая остановка испугала меня. Мужчина медленно развернулся. Даже показалось, что его широкие плечи опустились словно под тяжестью

– Меня сюда прислали, чтобы я проверил дом и констатировал, что он больше не жилой, – Азар ответил достаточно быстро, без долгих раздумий. – Но раз появилась наследница, и дом её принял, то я могу смело не делать того, что мне приказано.

Я вопросительно приподняла брови. Пауза затягивалась. Признак чего-то плохого.

– Снести поместье, – после паузы признался он и пошёл вниз по ступенькам.

– Как это снести? – я оглядела ещё раз холл, припоминая вид дома снаружи. Жалкое зрелище. Ничего! Я приведу свой дом в порядок. Чего сразу сносить-то?! Или ломать не строить? Я только что обрела свой дом и терять его точно не собиралась. Я столько лет мечтала о своей крыше над головой!

– Теперь уже не снесу, – Азар спустился по второму пролёту, и мне пришлось ускориться, чтобы успеть за ним. – Но есть бюрократический нюанс, чтобы ты могла на законных основаниях заполучить этот дом, – он уже двигался по коридору и скрылся на кухне.

Только я выдохнула с облегчением, как сразу же напряглась. Бюрократический нюанс – фраза, которой даже на Земле пора стать оксюмороном. Ведь за маленькой деталью, не той формулировкой или не той буквой стояла целая проволока и куча потерянного времени. Как вспомню ошибку в повторном свидетельстве о рождении (первое мои родители умудрились где-то посеять), так до сих пор дрожь пробирает. Не ту букву поставили в моём имени – Злара. Как родители не доглядели такую ошибку, до сих пор не признаются. Пришлось побегать, чтобы доказать, что я Злата. Так что лучше подготовиться заранее и узнать про местные «бюрократические нюансы».

– Расскажешь? – спросила я, влетая на полном ходу туда, и сразу впечаталась в мужскую спину.

Азар стоял у входа и с удивлением рассматривал упаковку подгузников и продукты, часть которых я успела выложить из пакетов.

– Злата, а что это? – он всё же отмер и подошёл к столу, беря в руки продукты, разглядывая их и некоторые из них даже понюхал.

– Продукты питания из моего мира, – пожала я плечами.

– Съешь всё это или уничтожь, иначе у тебя будут большие проблемы, если узнают, что ты из другого мира, – вздохнул Азар и оторвал одну черри с веточки. – У нас запрещено перемещаться в другие миры, – он закинул помидорку в рот и довольно замычал, когда распробовал её вкус. 

– Одежду тоже поменять? – поинтересовалась я, а дракон принялся обгладывать веточку с черри, что её пришлось отнять у него и спрятать продукты обратно в пакеты. Когда я успею пополнить здесь запасы, пока неизвестно. Местными деньгами я ещё не обзавелась.

– Её в первую очередь, – ответил дракон, с сожалением проводив взглядом исчезнувшие помидоры в белом пакете.

– А где я другую возьму? Торговый центр или магазин с готовой одеждой от сюда далеко? – спросила я, но тут же задумалась.

Торгушки точно не будет, да и денег-то у меня нет. Сомневаюсь, что карточкой с Земли можно тут будет рассчитаться. Может, где в доме остались копилки или схроны. Потребуется время, чтобы их найти. Я вопросительно взглянула на Азара.  

Дракон обошёл меня по кругу, поджав губы и чуть нахмурив брови. Мне кажется, или Азар прошёлся по мне оценивающим взором? Я поставила руки в боки.

– Завтра принесу, – выдал он.

– Что?

– Свод законов для принятия наследства и одежду, – уточнил мужчина.

– А вариант обойтись без бюрократической проволоки есть? – расставаться с мечтой, пусть и такой далёкой от желаемого, не хотелось.

– Злата, давай пройдёмся в ещё одну комнату, покажу тебе кое-что интересное, – предложил Азар.

Пока мы шли по коридору и пересекли холл, чтобы оказаться в большом зале, дракон (я не поверила ему, но пока решила его так называть) поведал, что путешествия между мирами запрещены не только потому, что переход крайне энергозатратный, так ещё можно занести чужие открытия и технологии. Чужемирные вещи могут нанести вред их миру, а потому они запрещены. Если станет известно о чужемирце, то его арестуют. Если у него будет имущество, его конфискуют, а самого иномирца посадят в тюрьму или казнят, если следствие установит, что он своими действиями нанёс вред для местного населения.

– Чудесная перспектива, – пробормотала я и застыла. 

На стене зала, который оказался портретной галереей, висели картины. Их освещали лучи солнца, которые проникали через огромные окна с противоположной стороны и выходили на заросший парк. На каждой были изображены один человек или группа людей. Большинство из них были рыжими. Среди портретов я обнаружила лица, которые уже мелькали в моём видении, когда я схватилась за дверную ручку на входе в дома.

На одной из дальних картин я обнаружила совсем знакомое лицо. Точнее его черты. Рыжеволосый карапуз с непослушными кудрями сидел на коленях темноволосой матери, но вот родинку на лбу я знала точно. Про эту родинку говорила не раз бабушка, показывая старинную фотографию своего пра-пра-прадеда. Её прадед считал, что это родовой знак, который, однако, ни на ком не отразился.

– Он был самым сильным из нас, – сетовала бабушка, когда у меня ничего не выходило с чтением предметов. – Наша сила вырождается здесь.

Всё-таки мы отсюда. Зря родители осуждали бабушку за её деятельность и рассказы. Сомнения, которые они посеяли в мою душу, снова проклюнулись. Проверить можно только одним способом – я коснулась самой картины. Тепло тут же потекло по руке. На этот раз оно было неприятным, обжигало, словно иголками кололо, и причиняло боль. Но я не разорвала контакт. Перед глазами потемнело. Закружилась голова, но я сосредоточилась на видении, которое норовило ускользнуть. На этот раз оно показало ужасное событие.

Женщина с ребёнком на руках с этой картины бежала через картинную галерею. Мальчик был уже взрослее того карапуза на полотне. Их бегство прикрывали несколько мужчин, защищая вход в эту комнату. Со слезами на глазах женщина остановилась возле закрытой двери. Она что-то прошептала, дверная коробка засветилась, и открыла дверь. Мать опустилась на колени и надела на шею сына сумку.

– Помни, кто ты, и никогда не забывай свои корни, – она поцеловала своего ребёнка, крепко обняв, и толкнула его в открытую дверь, чтобы захлопнуть её.

Стук удара вышел более чем отчётливым. Кажется, меня саму ударило. Я моргнула, и видение уже исчезло. Потолок кружился над головой, а я куда-то поплыла на волнах чужих эмоций, которые запечатлела картина: злость, страх, горькое чувство предательства.

– Злата-Злата, кто ж так делает? – поцокал языком Азар и покачал головой, неся меня на руках, хотя на его губах играла довольная улыбка.

Меня тошнило, но своё местонахождение я определила верно.

– Нельзя так усердствовать в магии, – продолжал поучать он. – Так можно подорвать здоровье. Сколько раз сегодня ты уже обращалась к своей силе?

– Три, нет, четыре, – мысли путались. Веки слипались.

– А раньше сколько раз ты считывала информацию в день?

– Нисколько, – можно не бубнить над ухом? Сил сказать вслух не было. Единственное, что я успела понять прежде, чем погрузиться в глубокий сон, так это то, что меня принесли в ту же комнату, где состоялось наше знакомство.
________
В нашем мобе "Драконий попадос" стратовала ещё одна история. Инна Сычева представляет книгу ""
Аннотация
Заблудившись в лесу, я попала в другой мир и спасла от гибели дракона. А он вместо благодарности поставил перед выбором. Либо делюсь своими знаниями, либо окажусь в руках местной стражи. Мол, у них найдётся способ развязать мне язык.
Ещё бы я сама понимала, чем я там обладаю!
Но выбора у меня нет. Придётся выяснить, на что я способна и как этому научить. А ещё ненароком не прибить чересчур вредного дракона. И, желательно, не влюбиться.

***

Проснулась, когда за окном уже смеркалось. В комнате я находилась одна, укрытая одеялом. Едва я привстала на кровати, как загорелась люстра. Сперва свет был мягким, но постепенно набирал яркость. Живот скрутило в голодной судороге. Я позвала Азара, но от не откликнулся.

Оставил беспомощную меня одну? Как это похоже на мужчин. С другой стороны, я была рада, что его не оказалось при моём пробуждении. Слишком уж он противоречивые чувства вызвал во мне. То поучает и обещает помощь, то смотрит так, словно нашёл сокровище.

Предаваться уныние не хотелось. Дорогу на кухню я нашла быстро. Тем более, что весь мой путь освещался загорающимися свечами, которые вспыхивали слабыми огоньками, набирал свет, когда я проходила мимо висящего на стене канделябра, и затухали, стоило мне удалиться от него на пару шагов.

Люстра в холле загорелась, едва я ступила на центральную широкую лестницу, но лучше б она висела без освещения. Паутина не придавала ей красоты и изящности, зато послужила неплохим упаковочным средством для сохранности, надеюсь.

На кухне меня ждал сюрприз в виде приготовленного ужина: томлёные овощи с мясом в глиняных горшочках. Я бы никогда не подумала заглянуть в печку, если бы заслонка сама не отодвинулась, подпрыгивая в сторону. Благодаря её манёвру, я и нашла горшочки. Ещё тёплые.

М-м, как вкусно! Картошечка, морковь, зелёный горошек просто таяли во рту. Мясо протомилось хорошо, стало мягким, сочным и разваливалось на волокна. Аппетитный аромат быстро распространился по комнате. Есть это мясное рагу оказалось одним удовольствием!  

Жаль, что сам повар ушёл. Я бы не отказалась поужинать с ним. Нет, только поужинать. А ещё выпытать у него, что ему нужно от меня. Я коснулась горшочка, чтобы повернуть его и было удобно зачерпнуть ложкой, как тепло потекло по руке. Нет, это не то тепло, которое термическое, а другое, которое несло за собой видение.

Вот Азар в рубашке с закатанными рукавами орудует широким ножом. Он крошит картошку, а затем кубики ссыпал в горшочки, положил мясо сверху, засыпал их горошком. Накрыл крышками и поставил в печь. В момент, когда дракон закрывал заслонку, я увидела его печальную улыбку. Меня обдало острым чувством сожаления.

Звон ложки вывел меня из видения. Желудок снова заурчал, будто я ещё совсем ничего не съела. Осторожно коснулась горшочка и облегчённо выдохнула. Видений не будет. Я умяла целых две порции, что для было несвойственно. На запить я достала детский сок. Всё равно племяннику он пока не светит. Достала упаковку шоколадных печений. Как же давно я их не ела! Это мои любимые, но съесть не успевала. Едва приносила покупки домой, как их кто-то утаскивал. Уже пустую коробку я обнаруживала в мусорном ведре.

Впервые за долгое время я наслаждалась пищей в тишине. В просторной кухне. Все лакомые кусочки оставались у меня. Никто не забирал их под предлогом «она же кормящая мать», «это же ребёнок» и прочими нелепыми отговорками. Ела медленно, что было непривычно для меня. Во время неспешного приёма пищи я почувствовала, насколько вкусной и сытной может быть еда, если её тщательно пережёвывать, а не заглатывать, не жуя, как я обычно делала не только в обеденный перерыв, но и дома. Кухня у нас была в разы меньшей той, в которой я вкушала поистине королевский ужин. Места всем не хватало. За спиной уже бухтели, что я медленно ем, а у меня порой просто сил не было после тяжелого рабочего дня.

Опустошив коробочку из-под сока, я встала из-за стола в поисках мусорного ведра, но потом вспомнила наставления Азара и вернулась к печке. Огонь точно не оставит следов. Вынув горшочки из печи, я поискала взглядом хоть что-нибудь напоминающее спички. Дрова лежали рядом слева от печки. Я наклонилась и положила один брусок в печь, не туда, где готовились горшки, а ниже, отодвинув ещё одну заслонку. Несмотря на ржавчину, она легко поддалась. Неужели Азар и тут часто отмечался?

Только вот спичек я не нашла.

– Зажгись? – я хотела приказать, но получился вопрос.

Ошибка с интонацией не стала непоправимой, наоборот, откуда-то сбоку пыхнула тонкая струя огня, и дерево медленно начало заниматься от него. Вау! С таким приспособлением точно не нужны спички.

Я закинула бумажную коробочку из-под сока, которую тут же поглотило пламя, отчего брусок быстрее разгорался. Сухое дерево весело потрескивало. Я закрыла заслонку во избежание пожара и отправилась к раковине, чтобы помыть за собой посуду.

Завершив уборку на кухне, я вернулась в центральный холл и замерла, обдумывая, чем бы заняться. Спать не хотелось. Я хорошо отдохнула. Посмотреть снова на портреты прежних хозяев? Нет, пожалуй, я пока не готова изучать портретную галерею. Но обязательно туда наведаюсь, чтобы выяснить все обстоятельства того, почему моего предка отправили на Землю и что стало с его родителями здесь.

Пока же нужно обустроиться и поменять одежду. Может, стоило пройтись по комнатам и поискать вещи там. Судя по мебели, она неплохо сохранилась, несмотря на толстый слой пыли, паутины и кое-где лежащего мусора.

Я поднялась на второй этаж, где свернула в знакомый коридор. Правда, не стала заходить в ту комнату, куда отнёс меня Азар. Я прошлась дальше. Хорошо, что весь мой путь освещали свечи. Без них я вряд ли бы рискнула изучить коридор и другие комнаты. Двери стали попадаться всё реже. Тогда я и решила заглянуть в одну из таких комнат.

Открыла дверь и прошла во внутрь. Пыли было ещё больше, чем в коридоре и холле. Хорошо, что мебель накрыли чехлами. Я стянула один предположительно со шкафа и громко чихнула, вдохнув пыли.

– Не болей, – раздалось откуда-то позади.

Этот голос точно не принадлежал Азару.

 
________
В этой проде поднята очень интересная проблема - процесс принятия пищи. Обычно, когда я сажусь обедать, у меня остаётся ровно 4 минуты до звонка на урок. Я даже не успеваю почувствовать вкус пищи. 
А у вас как с этим? Получается пообедать в спокойной обстановке? 
P.S. Есть предположения, кто сказал последнюю фразу в  проде? 

Я подпрыгнула, подхватила чехол, которым был укрыт шкаф, и повернулась, крутя головой в поисках того, кто это сказал. Даже приготовилась накинуть чехол на голову тому маньяку, который здесь всё-таки, видимо, водится. Но в комнате никого не было, кроме меня.

Осторожно выглянула в коридор. Никого. И самое главное – тихо. Даже ковёр поглощал звуки моих шагов, когда я решилась вернуться к знакомым местам, откуда могла хотя бы выбежать на улицу в случае чего.

Свечи на стенах исправно загорались и гасли, когда я удалялась от того места, где они прикреплены в канделябрах. Взгляд скользнул по стене и снова вернулся к лестнице. С каких это пор у меня появился такой огромный живот?! Я замерла, выпрямилась, положила руку на живот и взглянула на свою пузатую тень. Выпирающая часть тут же начала на глазах сдуваться, и через пару секунд я уже видела привычную тень.

Резко чуть наклонилась вперёд, прогнувшись в пояснице. Вот это изгиб! Я даже присвистнула от удивления. Моментально выпрямилась и взглянула в другую сторону. Никого. Повертела головой. В коридоре я была совершенно одна, но по коже пробежались мелкие мурашки, вызывая дрожь в коленях.

Подобрала чехол и приготовилась использовать его как средство защиты или отвлечения. Взгляд снова скользнул по моей тени на стене. Почему у меня так волосы торчат? После сна я себя привела в порядок. Они не должны так торчать. Пригладила пряди рукой, но тень не изменилась. Такое ощущение, что у меня на голове две остроконечных шляпы.

В голову пришла безумная идея. Какая ещё идея может прийти в голову, если я так легко поверила, что переместилась в другой мир? Да ещё и хозяйкой себя здесь провозгласила. Безумная идея в безумную голову.

– Спасибо за заботу, – я даже чуть поклонилась тени, наматывая на кулак чехол.

– Да, пожалуйста, – брякнула она тем самым мужским голосом и полетела по стене к лестнице. Напоминала она чем-то ту самую тень, которую я созерцала в видении, когда взяла аксельбант Азара. Тень дракона.

– Ай, ты чего дерёшься? – вскричала тень, когда первый удар пришёлся точно в туловище.

Лучше ударить первой, чем забьют тебя, а потом ещё и на шею сядут. В конце концов это мой дом.

Я замахнулась во второй раз кулаком, обмотанным чехлом, но в этот раз попала в стену. Тень умудрилась изогнуться, и я промазала. Пнула стену ногой, ойкнула сама, но мой ушиб был вознаграждён стоном тени. Та переместилась на потолок. Поискав взглядом что-нибудь тяжёлое, я сорвала со стены одиночный канделябр и швырнула вверх. Оттуда посыпалась штукатурка и пыль.

– Больно же! – съёжилась тень, а потом юркнула на стену лестничной площадки.

Я подобрала своё метательное ядро или лучше его обозвать копьём, и помчалась следом. Удалось запустить канделябр ещё раз, когда тень сползала по лестнице.

– Вандалка! Это же работа великого мастера Гремаса! – вскричал дракон.

В него полетел правый ботинок. Тень поспешила перебраться на колонну, а я успела сбежать вниз и подобрать канделябр, который тут же отправился в колонну на встречу дракону. Снаряд застрял в лепнине, которая не выдержала варварского отношения и крошками штукатурки осыпалась на пол.

– Да ты представляешь, кто вылепливал эти фигуры? – проорал дракон. Он обвил своим длинным телом колонну и крыльями обнял пострадавшую часть узора. – Да что ж ты за хозяйка-а-а такая-а-а! – запричитал он и погладил разрушенную лепнину.

В него полетел левый ботинок. Тень увернулась и показала язык. Я ломанулась к лестнице. Подумала, что балясина будет отличным ядром. Упёрлась ногой в перила, но балясина крепко сидела.

– Ты совсем тю-тю? – тут же на стене совсем рядом возник дракон. – Знаешь, сколько лет тут простояла эта лестница? Да она постарше будет половины твоих предков.

Оторвать балясину мне не удалось, зато канделябр с глухим стуком свалился на пол. Мы оба устремили взгляд на него. Медленно взглянули друг на друга. Дракон сглотнул, и мы ломанулись в разные стороны: я – за канделябром, он – прятаться.

Стоя на центральной лестнице, я осознала, что потеряла говорящую тень, пока «вооружалась». Она могла спрятаться за любой из колонн или уползти в другую комнату. Придётся идти на тактическую хитрость.

– Ты кто? – спросила я, насторожившись и приготовившись запустить снаряд.

– А ты драться будешь? – звук голоса раздался ровно у самого входа. Скорее всего, тень именно там и притаилась.

Я долго не целилась и швырнула подобранный канделябр по направлению прозвучавшего голоса. И в этот самый момент входная дверь открылась. Я узнала входящего. Азар не бросил меня, а судя по его занятым рукам, он ушёл за одеждой для меня. Я уже представила, как у него гордо вырастит «рог» и последующее за ним эпическое падание на спину. 

Всё-таки, Азар точно не человек, потому что он среагировал на несущийся в него металлический предмет молниеносно и в то же время весьма сдержанно: Азар наклонил голову в сторону. Канделябр пролетел в считанных миллиметрах от его щеки и не задел мужчину.

Я застыла с открытым ртом и расширившимися глазами. Азар, как ни в чём не бывало, закрыл дверь и прошёл в дом.

– Гляжу, ты уже затеяла ремонт, – замечание мужчины больше походило на утверждение, чем на вопрос. Его взгляд остановился на обсыпанной штукатурке, перешёл на покосившуюся вдруг балясину.

– Пока только уборка, – поправила я его.

Где-то под потолком послышался не то смех, не то хрюк.

– Знаешь проверенное средство от назойливых насекомых? – я спустилась с лестницы и принялась подбирать свои разбросанные ботинки.

Откуда-то сверху послышалось возмущённое сопение.

– Да вроде в доме стоит защита от вредителей, – протянул Азар, осматривая потолок. Наверное, он тоже что-то услышал. – Тебя что-то беспокоит?

– Да, – не стала отнекиваться я. – Как защитить дом, чтобы в него заходили непрошенные гости?

– Никак, – ошарашил Азар и прошёл мимо меня. – Пока ты не найдёшь сердце дома и не станешь его полноправной владелицей.

– В смысле? – я замерла в скрюченной позе, надевая ботинок стоя на одной ноге и подпрыгивала, чтобы не упасть. – Ты же сказал, что я хозяйка! Остались только бюрократические нюансы.

– Собственно, это есть самый главный бюрократический нюанс, – ответил он, вешая платья на перила лестницы, и облокотился на балясину. – Только настоящий хозяин способен найти сердце дома.

– Тогда почему дом слушается меня, если я ещё не нашла его сердце? – я приподняла бровь и сложила руки под грудью.

– А может, ты ему нравишься? – он подмигнул мне и улыбнулся широкой залихватской улыбкой.

Я подобрала канделябр и шагнула в сторону дракона. Тот сразу перестал строить мне глазки и в примиряющем жесте приподнял руки, отходя в сторону от платьев. Красивые и длинные. И шёлковые. Как в них убирать? Выбрала зелёное и пошла наверх. Тихо поблагодарила. Громче сказать не получилось. В моей душе царили сомнения насчёт Азара и его помощи. Что он попросит взамен?

– Тебе помочь? – раздалось позади.

Я обернулась и нахмурилась.

– С платьем помочь? – повторил свой вопрос Азар.

– Сама разберусь, – фыркнула я и продолжила «восхождение».

Заходить в ту комнату, куда принёс меня мой добровольный помощник во время обморока, я не стала. Ещё чего доброго наведается, когда я буду раздета в самой пикантной позе. Лучше пройду дальше. Например, в ту комнату, где встретила тень дракона.

Я зашла в неё, и там сейчас оказалось чище, чем при моём первом визите. Даже огонь горел в камине.

– Это я постарался, – осторожно к камину подползла тень. – А ты меня подсвечником била, – укор и обида так и текли из его пасти.

– Выйди, мне нужно переодеться, – я кивнула в сторону двери.

– И вместо благодарности меня гонят, – фыркнул этот теневой ящер, задрав голову. Подняв хвост трубой, встопорщив крылья, он прошествовал с гордо поднятой головой до самой двери, у которой тихо обронил: – Не верь Азару, – и юркнул в щель.

А я ему и не верю! Как и тебе, тень. Как оказалось, в жизни вообще нельзя доверять никому. Взять хотя бы мою семью. Когда с нами поселилась тётка, родители сказали, что это ненадолго. Сестра отца клялась, что скоро переедет, но она так и не съехала. Даже не было ни одной попытки снять жильё. Когда на некоторое время сестра перебралась в общежитие (в её университете давали место, в отличие от того, где училась я), стало немного легче, но после непродолжительного обучения она вернулась домой с женихом и в положении. Вот тогда я взвыла. Родители пообещали, что скоро все разъедимся, но снова соврали.

Пока я училась в университете, своих денег у меня не было. Даже подработок не хватало на мои нужды. Учёба поглощала большую часть моего времени. Затем аспирантура, в которой тоже немного платили, когда я работала лаборанткой. Если бы мне удалось защитить диссертацию, тогда бы моя зарплата поднялась. Именно в этот момент последовал удар от моей коллеги, подруги, какой я считала её тогда.

Мне очень хотелось участвовать в настоящих раскопках, быть археологом, но всё застопорилось, когда результат моей одной из немногих успешных попыток заглянуть в «историю» предмета оказался присвоен подругой, с которой мы учились в аспирантуре. Она сумела успешно защитить диссертацию на тех сведениях, что я на радостях разболтала о предмете, когда у меня получилось, и стала кандидатом исторических наук. После того дня я зареклась больше не искать в себе сверхъестественные силы.

Какое доверие может быть в чужом мире, когда то малое, что я успела увидеть и узнать, не внушает желания тут же раскрыть душу перед первым незнакомцем. Даже таким хорошеньким, как Азар.

У меня тут на кону другое – огромный дом. И я могу стать его хозяйкой. Дело за малым – найти его сердце. Если я смогу пользоваться здесь своей силой, то получится быстро.

Под эти мысли я принялась разбирать наряд, чтобы надеть его. Переодеться получилось относительно быстро. Знания моей профессии мне пригодились. Волосы оставила заплетёнными в косе. Под такое красиво платье и мои ботинки надевать? Эх, лучше в них, чем босиком по пыльному полу.

– Загляни в шкаф, – глухо прозвучало за дверью.

– Не подглядывай, – погрозила я тени и сняла один ботинок.

– Было бы на что смотреть, – фыркнул он.

Снятый ботинок стукнулся об дверь. Невнятное ворчание раздалось в коридоре.

Я открыла шкаф и увидела там одежду. Не сказать, что он пахла свежестью, но и сыростью от неё не несло. На нижних полках стояли коробки. Я открыла первую из них и увидела коричневые туфельки на низком каблучке. Хм, а они неплохо подойдут моему платью.

Двигаться в длинном платье было непривычно. Я всегда ходила быстро, тут же пришлось замедлиться. Шаги выходили в разы плавнее. Даже осанка, мне кажется изменилась. Я перестала сутулиться.

Сзади раздался тихий свист. Я обернулась и успела заметить только хвост тени, мелькнувший на стене и тут же скрывшийся в щели двери в комнату. Ладно, разбираться с тенью буду чуть позже. Я приподняла юбку спереди и спустилась по лестнице.

Азар стоял в центре холла спиной ко мне. Руки он раскинул в стороны. Голову опустил вперёд. Над ним возвышалась черно-серая дымка в виде дракона, чья раскрытая пасть устремилась вверх, как в моём видении, когда я случайно «считала» информацию с аксельбанта. Его дракон распахнул крылья и выпустил струи дыма из пасти, которые медленно растеклись по моему дому.