Хозяйка Скальной гряды

— Госпожа, вас сопроводить ко дворцу? — вежливо обратился к симпатичной опрятной девушке один из стражей, патрулирующих узкую улочку. 

У Полины от этих слов сердце рухнуло в пятки. Она целый месяц готовилась шагнуть в другой мир, и ей казалось, что она всё предусмотрела для того, чтобы незаметно раствориться среди местных, но стоило ей выйти в люди, как начались странности.

Пока она бодро шагала по направлению к городу, на ней задерживали взгляды крестьяне; стоило ей войти в город, как в лицо буквально впились любопытными взглядами горожане, и следили до тех пор, пока она не скрывалась из виду, а теперь её остановил страж.

Что им всем не так?

— Госпожа, покажите, пожалуйста, ваш пропуск, — не отставал усатый стражник, с подозрением следя за испуганными, широко раскрытыми глазами юной госпожи. Её переживания бесхитростно отражались на белоснежном, словно лепестки нежнейших весенних цветов, личике, как будто она дитя, впервые вышедшее из дому.

— Я… — голос у Полины сорвался, и она, к своей досаде, ничего не могла поделать с бросившимся вскачь сердцем и задрожавшими руками. — Будьте любезны, проводите меня ко дворцу, — выдавила из себя девушка, понимая, что, перепугавшись, вызывает лишнее подозрение, и что ей сейчас не ускользнуть из-под внимания остановивших её стражей.

Она понадеялась, что её желание попасть во дворец смутит стражей, но они просто согласно кивнули.  Полине ничего не оставалось, как постараться поскорее успокоиться и что-нибудь придумать на счёт какого-то чёртова пропуска. Но мысли, как назло, бестолково разбегались, а сами стражи молча вели её, не желая давать никакой подсказки. И отчего-то больше всего Полине было жаль, что проделанная работа по подготовке к путешествию в другой мир оказалась никчёмной, а ведь казалось, что она поступила очень разумно!

Охотясь в лесах Карельского перешейка на прекрасные виды для снимков в свой блог, она случайно обнаружила меж трех огромных валунов проход в другой мир.

Полина не ринулась в него, нет!

Она сфотографировала удивительное место, а вернувшись домой, долго думала, что ей делать с этим открытием.

Раздумья коснулись её жизни, того, как она складывается… получалось, что путано и неясно. Тогда Поля поставила вопрос для себя по-другому: готова ли она смириться с тем, что из страха перед неизведанным пройдёт мимо открывшегося ей чуда и отдаст его в чужие руки?

А дальше начались поездки к заветному месту.

Полина сутками наблюдала за тем, стабилен ли обнаруженный ею ход, запускала в него птичку, кидала скоропортящиеся фрукты, и только после того, как убедилась, что лаз остаётся неизменным в любые фазы луны и солнца, что птичка осталась жива, а фрукты удивительно долго оставались свежими, начала составлять план своего путешествия.

В этот план входило тайное письмо родителям, в котором указывалось место пространственной дыры и намерение дочери сходить туда на разведку. Ещё в план Поли вошёл пункт «Б», в котором предусматривался крайний случай, если она не сможет вернуться из другого мира.

Для этого девушка собрала множество вещей, которые имели определенную ценность, но, по сути, слишком захламляли небольшую квартирку, доставшуюся ей от бабушки, и перевезла их к проходу.

 Каждый день Полина загружала тележку и тащилась с ней через весь город на вокзал, тряслась на электричке, а по прибытии несла свой груз к таинственному месту, чтобы протолкнуть его при помощи двух шестов в пещеру, ведущую в другой мир.

Так в другом мире оказались сумки с богатыми наборами девичьего рукоделия, благодаря которым она смогла бы зарабатывать хотя бы в первое время; старая или новенькая посуда, даренная бабушке на различные юбилеи; мамины нарядные платья, в которые женщина не влезала, но стоили они так дорого, что кому-то, кроме дочери, отдать было жалко; большой короб со множеством ящичков, содержащих бесчисленные пакетики с бисером, блёстками и бусинами; старый инструмент деда, собираемый им всю жизнь.

Когда-то Полине очень нравилось плести из бисера фигурки и украшения. Её работами восхищались подружки, а умение вышивать диковинные узоры блёстками вызывало уважение... Но прошло время, сотни фигурок превратились в раздражающие пылесборники, а вышитая одежда только занимала место в шкафу.

Примерно то же самое произошло с умением делать искусственные цветы из ткани, с валянием шерсти и ткачеством. Родители Полины с удовольствием покупали всё необходимое своей девочке, часто повторяя, что в их время такого богатства и разнообразия не было. Теперь же девушка проталкивала всё это с некоторым ожесточением в пещеру, вспоминая, сколько радости приносило ей рукоделие и как оно оказалось никому не нужным в мире, где с каждым годом всё больше ценится простота и лаконичность в одежде. 

Только над коробкой со своим первым стартовым набором для лэмпворка, она долго стояла, не решаясь отвезти его к лазу. Это увлечение до сих было актуально и даже приносило Полине небольшой доход, но если она не сможет вернуться, то умение делать украшения из стекла не даст ей пропасть, на какой бы стадии развития другой мир не находился!

Повздыхав над пачками разноцветных стеклянных прутьев, сопутствующего инструмента и горелки с баллоном газа, она всё же переправила своё богатство в иномирную пещеру.

Но всё это имело отношение к плану «Б».

А план «А» состоял в том, что Полина потихоньку сделала все доступные прививки для путешественников, сшила себе камуфляжную одежду для скрытого наблюдения за местными жителями, набрала необходимых продуктов и всего того, что понадобится ей для разведки на той стороне.

В общем, Полина предусмотрела всё!

Замирая от страха и повторяя себе, что она отчаянная сумасшедшая, наконец сделала решающий шаг и вошла в пещеру.

Сразу же оглянувшись, облегчённо выдохнула: проход ничуть не изменился и позади виднелся знакомый лес с тремя огромными валунами и протоптанной ею тропкой. Это обнадёживало, хотя стало жаль потраченного времени на перевоз стольких вещей на эту сторону.

Первый день пребывания в другом мире Полина потратила на изучение пещеры и уборку. Не вызывало сомнений, что пещера когда-то была облагорожена и служила жилым помещением. В ней сохранились каменные полки, стоки для использованной воды, воздуховоды, имелось немало подсобных помещений. Кое-где сохранились массивные двери и черепки глиняной посуды. А вот каких-либо следов живых существ в пещере не было. Не то что зверя, а даже паучка Полина не обнаружила! Только цепочки следов той пичужки, что стала первопроходцем и почему-то не покинула пещеру, предпочитая потрошить пакеты с едой.

После того, как Поля с электрошокером в одной руке и перцовым баллончиком в другой изучила временное пристанище, она перетащила уцелевшие двери к выходам своего нового жилища, перекрывая проход; натянула там же колючую проволоку и разложила в укромных уголках петарды.

Обезопасив себя насколько это было возможно, Полина взялась за благоустройство.

Она расставила коробки с рукоделием и инструментом, разобрала сумки с продуктами и посудой, организовала себе кухоньку и спальное место.

Первую ночь спала вполглаза, ежеминутно ожидая любых гостей, но кроме всё той же птички, её никто не потревожил.

На следующий день гостья незнакомого мира с волнением взялась изучать его. Он оказался похож на родной. Те же сосны, ели, осины, черника, та же летняя погода и только воздух поначалу казался другим, но она быстро привыкла к нему и уже затруднилась бы сказать, в чём было отличие.

Боясь далеко уходить от пещеры, Поля побродила рядом, стараясь привыкнуть к незнакомой местности и запомнить её. Она поглядывала на небо, чтобы не пропустить следы самолёта, присматривалась к открытым участкам, боясь пропустить брошенную кем-нибудь упаковку из-под сигарет, осколок стекла или конфетную обёртку. Но никаких признаков цивилизации не обнаружила.

 Тогда девушка подняла дрона, при помощи которого в поездках делала видовые съёмки красивейших мест. Просматривая всё, что он заснял с высоты, Полина увидела дорогу, которая оказалась метрах в ста от её пещеры. Вот тогда пригодился камуфляжный костюм.

Два дня ушло у девушки на слежку за проезжающими по этой дороге, чтобы понять, какая одежда ей потребуется.

По её наблюдениям этот мир отставал в развитии от Земли как минимум на столетие, а скорее всего, ещё больше. Выводы пришлось делать по женской одежде, по обуви и по тому товару, что везли в телегах.

А ещё она отметила лица людей, в полной мере отражающие их тяжёлую жизнь. К сожалению, мимо залёгшей в кустах Полины ни разу не промчался богатый всадник или карета. Это помогло бы ей лучше ориентироваться в подготовке одежды для себя, но основы она уяснила.

После того, как Полина сочла достаточным собранный ею материал, она вернулась на Землю и взялась шить себе подходящее платье.

Сообщив родителям, что собирается писать серию статей о природе и для этого отправляется на месяц бродить «по лесам и болотам» в поисках лучших снимков, девушка тепло попрощалась с ними. Мама рассеяно ответила, что сама уезжает на другой континент, а папа попросил быть осторожной и, подкинув деньжат, умчался на работу.

Через четыре часа Полина была уже в пещере, а утром следующего дня она вышла на дорогу и с замирающим от страха и предвкушения сердцем, поспешила на встречу новым впечатлениям.

Крестьяне обгоняли её на телегах и чуть ли не сворачивали шеи, разглядывая её. Полина волновалась, думая, что прогадала с платьем, но вскоре заметила, что все смотрят не на одежду, а на лицо.

Местные были смуглыми, темноволосыми, угрюмыми. У большинства встреченных по дороге женщин был низковатый лоб, широкие нависающие брови и глубоко посаженные тёмно-карие глаза, настороженно посматривающие по сторонам. Из-за этого они походили друг на друга как родственницы.

Мужчины были бородаты, и у почти каждого в ухе была крупная серьга, придававшая им разбойничий вид.

Люди как люди и непонятно, чем она привлекает внимание.

Полина с недоумением смотрела в ответ, но стоило случайно встретиться взглядом с любым из них, как ей кланялись, правда, не слезая с телеги. Если бы не это своеобразное почтение, то она не рискнула бы продолжать свой путь.

До города девушка добралась за два с небольшим часа. Шла быстро и, к своему удивлению, даже не особо вспотела. Из-за волнения или здешнего воздуха тело ощущалось наполненным энергией и с радостью отреагировало на столь длительную прогулку.

При подходе к городу Полина уже не была уверена в том, что сшила себе правильный наряд, но при первом же взгляде на горожанок, она выдохнула и даже сняла кокетливо повязанный на голове в виде шапочки платочек. Городские женщины любого возраста ничем не покрывали голову, зато многие вставляли в причёску живые цветы, перевивали затейливо уложенные пряди лентами, скрепляли резными гребнями.

Большим шоком для Полины стало понимание речи местных жителей. Она собиралась прислушиваться к любым разговорам, чтобы хотя бы вычленить «да» или «нет», и каково же было её удивление, когда осознала, что книги про попаданок не врут, и в магических мирах нет языкового барьера хотя бы для первого услышанного языка.

От этого открытия у Поли поднялось настроение! Незнание языка стало бы большой проблемой.

На радостях девушка перестала беспокоиться, что на неё продолжают пялиться теперь уже горожане.

«Им бы не помешала толика приветливости», — дерзко думала она в ответ на невежливое разглядывание.  Но все ей неизменно слегка кланялись, стоило задержать на них взгляд, и Полина шла дальше, надеясь затеряться там, где будет больше народу.

Она прошла пару улочек от городских ворот, разглядывая невысокие домики с лавками и мастерскими на первых этажах, спешащих по своим делам хмурых людей с коробами за спиной, бегающих без присмотра детей... и тут появились стражники…

Поля ещё не успела обдумать мысль о том, что раз этот мир магический, то в нём могут быть разные расы, а уже попалась, и не знает, как выкрутиться.

Ну что этот мужик докопался до неё?

Какой ему пропуск?

Почему он вообще подошёл к ней? И как бы улизнуть от него у дворца?

«А может, познакомиться с королём и очаровать его?» — мелькнула шальная мысль и исчезла. На фоне ярких городских брюнеток, пусть и с грубоватыми чертами лица, она точно напоминает моль даже с подкрашенными у косметолога ресницами и бровями.

И всё же Полина приосанилась и, следуя за стражами, стала придумывать фразы, которые заинтересовали бы местное величество или другое начальство.

— Эй, сони, открывайте ворота, мы вам магичку привели! — крикнул усатый страж.

Полина оглянулась в поисках незнакомой магички и сообразив по чужим взглядам, что речь идёт о ней, снисходительно улыбнулась:

— Вы ошиблись. Я не магичка.

— Госпожа, у меня артефакт, — устало ответил мужчина и отвернулся.

— Но…

— Что, ещё одного дезертира привели? Бегут магики? — услышала она злой голос.

— Бегут, — сплюнул усатый и махнул рукой товарищам, чтобы разворачивались и продолжали патрулирование улиц.

Полина растеряно посмотрела на удаляющийся патруль и обернувшись к дворцовым стражам, попыталась объяснить:

—  Я только прибыла в ваш город и…

— Госпожа, у меня приказ собирать всех, на кого среагирует артефакт, — мужчина зорко следил за девушкой, держа в руках какую-то светящуюся пластину и демонстрируя готовность действовать, если она начнёт сопротивляться.

— Но… — пыталась пояснить она.

— Не капризничайте, — укоризненно произнёс он. — Раз попались, так ведите себя достойно.

— Но я не попалась… то есть, я не… — Полина запаниковала. Она привыкла жить одна, общаться при помощи переписки и сейчас сложно было сразу найти подходящие слова, стоя под взглядами разных людей.

— Виран! Кто там у тебя? — послышался оглушающий ор какого-то мужика.

— Магичка-дезертир!

— Я не… — девушка чуть не задохнулась от абсурдности происходящего, но ей не дали ни мгновения, чтобы оправдаться.

— Давай её сюда! Мы выходим уже!

Полину вежливо, но твёрдо взяли под локоток и повели туда, откуда только что она слышала грубый голос.

— Та-а-ак, госпожа, сколько вам лет?

— Двадцать три, и я заявляю, что не… — заторопилась Полина.

— Что же вы не доучились… — хмыкнул мужчина.

— Послушайте меня! — не сдержавшись, повысила она голос. — Я доучилась, но я не…

— Значит, ускоренная программа, — уважительно произнёс человек в форме с грубым голосом. — Вот только надо подчиняться дисциплине и нельзя бежать с поля боя, — осуждающе покачал он головой.

— Какого поля боя? — застонала Полина, блестя глазами с наворачивающимися слезами. — Вы что не слышите? Я не дезертир и я вообще не знаю, кто с кем воюет? Я впервые слышу от вас, что я маг. И здесь я тоже впервые! — задыхаясь, зачастила она.

Ей приходилось часто ездить за город и бродить по разным местам, но Бог миловал от каких-либо страшных происшествий. Наоборот, встречные люди предлагали помощь, переживали за неё, а вот тут… вроде готовилась к разным ситуациям, но испугалась, да так сильно, что всю трясёт на нервах!

— Ранения? — глухо спросил мужчина, оглядывая её.

— Что?

— Вы ранены?

— Нет. Я же говорю...

— Артефакт показывает, что у вас сильный дар, — нахмурился собеседник, — если не хотите, чтобы я надел на вас ограничивающие браслеты, то помните о чести.

— Я… Вы… Это же какой-то бред! — наверное, она смешно заломила руки, но жест родился сам собой… просительно-умоляющий… жертвенный.

— Не вздумайте бежать, так как в следующий раз при поимке будете казнены на месте за предательство, — намного строже ответили ей.

Полина в ужасе смотрела на мужчину, равнодушно произнёсшего страшные слова и не знала, что делать.

«Надо во чтобы то ни стало бежать!» — билась в голове мысль, но всё происходило слишком быстро!

Она оглянулась, ворота уже были закрыты.

Поля перевела взгляд на дворец. Огромнейший замок из белого камня производил впечатление. Для звания дворца ему не хватало блеска больших окон, но для замка белый цвет всё же был слишком нарядным, да и обилие башенок, зубчатых стен усложняло общий вид.

Всё это промелькнуло в голове Полины, не задерживаясь. Она собралась кричать, чтобы привлечь внимание пусть не короля, но хотя бы кого другого…

— Госпожа, вытяните руку.

— Зачем? — быстро спрятав руки за спину, насторожилась девушка.

— Я поставлю вам метку вашего нового подразделения. Старая стёрлась, но это уже не имеет значения.

— Она не стёрлась, потому что её не было! — в отчаянии закричала Поля, выискивая глазами сочувствующих ей. — Я вам говорю, что…

— Я не глухой и помню ваши слова, а вот вы мои забыли. Вы — маг, а все маги сейчас на войне. Или у вас есть пропуск? Тогда что же вы молчали?

Полина чуть не выкрикнула этому солдафону, что она иностранка, но с испугом захлопнула рот.

А вдруг её примут за шпионку и казнят? Или, чего доброго, начнут пытать, а там кричи-не кричи, замучают и всё равно казнят.

Мужчина, не дожидаясь, наклонился и коснулся чем-то её руки.

— Что? — дёрнулась она.

— Я приписал вас к одиннадцатому отряду. Они стоят возле города и у них нет мага.

Полина растеряно смотрела на него, не веря в то, как глупо всё обернулось.

— Мне жаль, госпожа, но без магов, даже таких молоденьких, как вы, нашему королевству не выжить.

— Но я ничем не могу помочь, — простонала девушка, однако её уже никто не слушал.

— Госпожа, не советую вам бежать. Король доработал метку, и пока я вас не передам вашему командиру, вам лучше не отдаляться от меня, — инструктировал сопровождающий, ведя своих подопечных по городу.

— А что будет, если мы случайно разделимся? — Полина подумала, что если она улучит момент и побежит, то никто её преследовать не будет, чтобы не упустить других бедолаг, попавшихся страже.

— Получите неприятнейший ожог и пойдёте под суд, — одаряя её насмешливым взглядом, ответил сопровождающий.

— А если вам станет плохо или вы побежите за кем-нибудь, мне что, бежать за вами? — переиначила ситуацию девушка.

Несколько мужчин в потрёпанной одежде, находящихся, как и Поля, под присмотрим дворцового служивого, с усмешкой прислушивались к разговору.

— Совершенно верно, — кивнул сопровождающий, бодро шагая к городским воротам. — А если я умру, то вам придётся сидеть подле меня. Вот передам вас командиру — и дальше он будет отвечать за всех вас.

— Тоже метку поставит?

— Его метка будет обычной, а если вы умудритесь вновь сбежать, то он ответит за ваш побег головой. Не хотите покаяться, кто уже пострадал из-за вашей трусости?

— Вы! Как вы смеете! Я только сегодня прибыла в город и понятия не имею, с кем вы тут воюете! — вскипела девушка.

— Госпожа, по Моравийскому заливу из-за непогоды уже несколько месяцев не ходят корабли, так что где бы вы ни жили, вы не могли не знать, что вероломные эльфы уничтожают наши земли.

— Эльфы? — выдохнула Полина. — А светлые или тёмные?

На неё покосились, и ответил один из идущих рядом мужчин:

— Знамо дело, что светлые! Чего нам с тёмными делить? Те сидят на Большой земле у себя в горах и гномам каверзы строят.

У Полины сбилось дыхание. В этом мире были светлые и тёмные эльфы, а ещё гномы, всё как в настоящем фэнтези! Вот только её ведут убивать благородных светлых эльфов, и она готова выть от отчаяния.

Группа вышла через те же ворота, в которые девушка совсем недавно входила, ожидая чего угодно, только не того, что её отправят на войну. Какое-то время они все шли по уже известной Поле дороге, сопровождаемые осуждающими взглядами крестьян, но через час с небольшим свернули в лес и тропами вышли к озеру.

На песочном бережке кипела солдатская жизнь, однако служивый повёл своих подопечных дальше и, обойдя озерцо, ещё долго плутал по тропинкам, прежде чем остановился.

— Кажется, пришли, — выдохнул он и, поймав одного из расположившихся здесь солдат, спросил:

— Одиннадцатый отряд?

— Да. А вы нам подкрепление привели? Негусто… — вздохнул мужчина, почёсывая лохматую голову.

Полина скрылась за спинами идущих рядом с ней, поскольку окружающие бегали полураздетыми, а кое-кто выскакивал из небольшого шалаша из старых шкур голышом и с дикими воплями опрокидывал на себя ведро воды.

«Банный день у них, что ли?»

— Где ваш командир? — с завистью поглядывая на раскрасневшихся солдат, рявкнул дворцовый.

— Да вон он, — махнул рукой мужчина и увидев среди пришедших Полину, вытаращился на неё: — Какая беленькая! Это что же, магичку нам привели?

— Язык придержи! Какая она тебя магичка? — огрызнулся королевский служащий.

— Прошу прощения, госпожа магесса. Вот радость какая! А мы уже думали — помирать нам, и чистое надели…

Сопровождающий быстро повёл подопечных в указанном направлении и Поля почувствовала его нежелание задерживаться здесь, а ещё она ощутила безудержную, бесшабашную весёлость местных, не надеющихся остаться в живых и тягуче-липкую тоску своих спутников. Эти ощущения не были спровоцированы каким-либо волшебством, просто иногда хватает одного взгляда, чтобы оценить обстановку.

— Командир Лог? — тем временем обратился дворцовый к кряжистому мужчине с бородой, заплетённой в две косицы и украшенной золотыми колечками.

— Да?

— Принимайте под свою руку, — служащий широким жестом показал на тех, кто следовал за ним, а сам подтянулся и смотрел на Лога с уважением.

— Дезертиры?

Полина покраснела, так как голос у командира оказался громким и теперь все, абсолютно все знали, кого привели.

— Они самые, — утвердительно кивнул мужчина и неловко добавил:

— Мне бы поскорее вернуться… дела.

Командир хмыкнул и только собрался что-то сделать над протянутой ему пластиной, как Полина звонко выкрикнула:

— Я не дезертир и я ещё раз предупреждаю, что узнала о том, что я маг, только сегодня и только со слов этого человека!

Командир перевёл взгляд на дворцового воина.

— Артефакт показал, что девушка — сильный маг, и она сказала, что закончила обучение.

— Враньё! — воскликнула Полина. — Я учила… законы, чтобы помогать своему отцу в торговом деле, а про магию — ни сном ни духом!

— Ты мне что, необученного мага привёл? — загромыхал бородач. — А кто будет отвечать за её смерть?

— Я человек маленький, кого велено — того и привёл!

— Как удобно валить всё на других! — тут же влезла расхрабрившаяся Поля, почувствовав хоть какую-то поддержку.

— И тем не менее по отчётности уже проведено, что вашему отряду послан маг! Другого не будет! А если эта госпожа не желает тут оставаться, то её казнят.

— Что? Вы с ума сошли? — всплеснула руками девушка. — За что? Я подданная другого королевства, и вы не имеете права…

— Все подданные других королевств давно покинули наши земли! Откуда бы вам взяться? — огрызнулся сопровождающий.

— Всё очень просто. Я случайно шагнула в искажение пространства и очутилась здесь. Я шла в ваш город, чтобы попросить помощи для возвращения домой, но тут ваш патруль схватил меня, не дав объясниться, а потом сразу же повели сюда. Была бы я магом, то изжарила бы вас на месте!

Все молча смотрели на Полину, ожидая, что ещё она скажет, а потом дворцовый служака замахал руками и вновь протянул пластину командиру. Тот недобро просверлил его взглядом, но провёл над ней рукой, и довольно улыбающийся сопровождающий поспешил обратно.

— Гриол, накорми и распредели прибывших, — велел бородач.

— А… — растерялась Полина. — А как же я?

Тех, кто шёл вместе с ней, увёл другой бородач, только борода его была без украшений и косичек, а в остальном он походил на командира.

Дворцовый вояка чуть ли не вприпрыжку рванул в город, а Полина оказалась окончательно вписана в боевые маги и осталась… на передовой.

Ещё не понимая своих чувств, она с беспокойством стала думать о тысячах вещах разом. Её волновали эльфы, люди, непосредственно военные действия, проснувшийся голод, отсутствие местных денег, запасной одежды, и навалившаяся усталость. Всё-таки день оказался долгим и трудным.

— Госпожа? Ваш род? — пробасил командир, вырывая девушку из обрушившихся суетных мыслей.

— Я Фокина. Полина Аркадьевна Фокина! — с гордостью произнесла она.

— Хм, не слышал о таком.

— Я же говорю, что издалека. У нас и эльфов-то нет… — по-житейски поделилась она и, вздохнув, добавила: — …и магией мы не пользуемся.

Мужчина долго смотрел на неё, что-то соображая, а после его лицо посветлело, и он выдал:

— Под куполом, что ли, живёте? Слышал я о таком, но не верил.

Полина с удивлением посмотрела на него и решила воспользоваться подсказкой для создания легенды о себе:

— У нас было такое поверье, что мы закрыты куполом, но сколько бы смельчаков не ходило по землям, границы купола не нашли и все решили, что это враки.

Командир согласно кивнул, как будто подозревал нечто такое, и Полина уже смелее продолжила:

— У нас магия считается сказкой. Мы говорим о ней, кто-то, бывает, даже спорит на тему того, какой должна быть магия, но все эти разговоры не считаются серьёзными.

— Так как же вы попали к нам?

Полина пожала плечами.

— Я подошла посмотреть, отчего воздух словно бы дрожит, а в следующее мгновение уже поняла, что нахожусь на чужой земле и не могу вернуться.

— М-да, дела. На Большой земле маги уже несколько десятилетий ставят эксперименты с портальной магией, но вроде как неудачно. Им было бы интересно на вас посмотреть, но боюсь, что все мы тут покойники.

— Всё так плохо?

Командир Лог ничего не ответил, а приунывшая Полина вдруг воскликнула:

— Мы что, на острове?

— С чего вы так решили?

— Вы же сказали «на Большой земле»!

— А, это… формально мы полуостров, но весной и осенью Моравийский перешеек затапливает, жители поднимают свои дома на ноги, а по их землям идут корабли. Ну, а мы становимся Малой землёй.

Полина чуть приоткрыла рот и смотрела с изумлением на мужчину. Не разыгрывает ли он её? Но тот усмехнулся и поманил её за собой:

— Идите за мной, госпожа Фокина. Как бы то ни было, но вы маг, и даже если просто встанете на поле боя и дадите волю своей силе, то солдаты получат фору перед эльфами.

— Э, как это? В каком смысле?

— У вас иная энергетика и она может подпитывать всех тех, кто вблизи от вас. Вы сильный маг и это действие должно распространиться шагов на сто. Рядом с вами воины дольше не почувствуют усталости, станут более проворными, удачливыми, если хотите. Здесь сложно быть точным, но неизменно только одно: там, где маги, там воины крепче и победоноснее.

— Но смогу ли я, — засомневалась девушка.

— Так на вас же командирская метка! Она поможет поделиться вам энергией.

— А я? Я не умру от истощения? — разглядывая свою руку, на которой теперь прочитывалась цифра одиннадцать и какие-то завитушки.

Мужчина бросил на неё пытливый взгляд и проворчав, что ему только домашней девочки в отряде не хватало для полного счастья, ответил:

— Когда вы нюхаете цветок, то он страдает от этого?

— Э, вроде бы нет.

— Ну вот, вы и ответили на свой вопрос. Прошу! — он показал рукой на шатёр. — Здесь жил наш маг.

— А где он сейчас? Это же неудобно занимать…

Командир тяжело вздохнул и буркнув, чтобы госпожа Фокина устраивалась, отправился слушать доклад разведчиков.

Ну, это так подумала Полина, глядя на дожидающихся Лога чумазых мужчин с пришпиленными веточками к одежде.

В шатре было чисто и все предметы лежали-стояли-висели симметрично. Идеально прибранная постель находилась возле левой стенки на равном удалении от краёв других стенок шатра. В противоположном углу из ровненьких веточек была сплетена ширма и она отделяла туалетное ведро, ящик с опилками, ковш и ведро с водой. Рядом с кроватью и ровно напротив входа стоял сундук, а над ним высился самодельный столик, на котором стояли кружка, тарелка, ложка и чайник. Всё лежало не абы как, а строго по линиям и обязательно перпендикулярно или параллельно относительно к другим предметам.

Полина тяжело вздохнула. Она любила либо абсолютно чистые поверхности, либо творческий хаос, но никак не строгость в расстановке предметов. В первом случае в ней говорила трудолюбивая Золушка, бдительно отслеживающая пыль и не терпящая никаких предметов на поверхностях; во втором художник, любящий, чтобы всё было под рукой.

Сняв с плеча сумку и опустившись на устроенную прямо на земле постель, Поля провела рукой по одеялу, намерено морща ровную поверхность.

— Покойся с миром, неизвестный мне маг! Спасибо тебе за чистоту.

В её маленьком термосе ещё оставался чай, и закусив энергетическими батончиками, девушка прилегла и не заметила, как уснула. Госпожу магессу никто не беспокоил до утра.

— Госпожа магесса, отведайте кашки, — услышала Полина после того, как проснулась и с тревогой долго наблюдала топчущуюся тень возле своего (уже своего) шатра.

Она проспала весь вечер и ночь, а на рассвете в лагере началась жизнь, к которой девушка прислушивалась, пытаясь набраться храбрости, чтобы выйти и хотя бы вынести использованное ночью туалетное ведро. Вокруг было так много мужчин, что она никак не решалась этого сделать.

Услышав, что топчущаяся тень всего лишь предлагает позавтракать, Полина вскочила с постели, пригладила волосы, и осторожно отодвинула ткань, служащую дверью. Возле шатра мялся паренёк и испуганно смотрел на неё.

— Я вот… принёс… отведайте, не побрезгуйте… — под конец его щёки порозовели, а Полина, наоборот, почувствовала себя увереннее, несмотря на свой утренний неухоженный вид.

— Спасибо. Я как раз проголодалась, — ободряюще улыбнулась она ему.

— Я могу вам горячего травяного отвара принести, только мне не в чем, — с готовностью предложил парень.

— У меня есть… — начала Полина и осеклась, — у вашего мага есть кружка, я сейчас дам.

Она скрылась, схватила стоявшую на столике здоровенную глиняную кружку и посмотрев, что миска на столе точно такая же, как ей только что вручили, взяла и её.

— Вот, держите, — протянула она кружку и миску.

— Вам ещё каши принести? — удивился паренёк.

— Нет, это я обмениваю… — Поля вздохнула и опустила руку, думая, что делает что-то не так.

— Спасибо, госпожа магесса, — он буквально выхватил у неё чистую плошку, — теперь я тоже успею поесть! А отварчик я вам сейчас мигом доставлю, а то если он перекипит, то горчить начинает.

Поля осталась стоять и видела, как её «служба доставки» ловко лавирует между рассевшимися воинами, подбираясь к костру и стоящему в стороне огромному самовару с водружённым на него чайником. Через минуту парнишка уже вручил ей наполненную кружку и помчался к другому костру, где в большом чане, по-видимому, варилась каша, и куда подходили уже за добавкой другие служивые.

Каша оказалась так себе, но Полина иногда увлекалась здоровой пищей и готовила точно такие же пресные каши. Травяной отвар оказался приятным на вкус, только от него бросило в жар. Это было совсем некстати, так как выносить ведро всё же надо было, а делать это с пылающими щеками не хотелось ещё больше.

Полина выглянула из шатра, чтобы разведать обстановку и заодно узнать, где можно набрать воды для чистого ведра.

— Э-э, гражданин, — обратилась она к посмотревшему на неё мужчине.

— Чегось?

— Любезнейший, где бы водички набрать?

— Так это Аську надо кликнуть. Он у нас на побегушках.

— Э… — Полина сообразила, что Аська не девушка, а, видимо, тот самый парнишка, что приносил ей кашу.

— Пусть спокойно поест, а мне все равно надо бы прогуляться и оглядеться.

— А-а-а-а, — глубокомысленно и вроде как одобряюще протянул мужчина… и занялся своими делами.

— И-и-и-и? — не удержалась поддразнить Полина, когда устала ждать ответа.

— Так это… тамо! — махнул рукой «любезнейший».

Поля внимательно посмотрела на него, ожидая дополнений, но не дождалась. Привлекать ещё чьё-либо внимание она постеснялась, поэтому схватила вёдра и нарочито уверенным шагом отправилась туда, где находилось таинственное «тамо».

Чуть отдалившись, она слила и ополоснула остатками чистой воды туалетное ведро, и уже чувствуя себя более спокойно, продолжила путь. Она шла и шла, опасливо оглядываясь назад, боясь потерять из виду лагерь, и прислушивалась к каждому шороху, опасаясь… или надеясь обнаружить в кустах «эльфов в засаде».

Когда уже разнервничавшаяся Поля решила вернуться, понимая, что ушла слишком далеко, она вышла к речке и не только набрала воды, но и сильно нервничая, всё же устроила обмывашки-постирушки.

На обратном пути её беспокоили мысли не только об эльфах, но запоздало пришёл страх о том, что те люди, а конкретно мужчины, что находились вместе с ней в лагере, тоже могли быть для неё опасны. Ожидая каждую минуту нападения, она чуть ли не бегом вернулась в лагерь, расплескав набранную воду в чистом ведре, и поняла, что её нервов не хватит ходить к реке и придётся перепоручить Аське доставку воды.

— Где вы были? — грозно спросил её командир Лог, стоило ей ступить на расчищенную лагерную территорию.

— Так… вот, — она повела подбородком, показывая на свою ношу.

— Маяк показал, что вы были слишком далеко.

— Мне вон тот человек сказал, что вода «тамо», ну… я и пошла.

— Госпожа, тут полно простаков, понимающих всё по-своему, — тихо проговорил ей Лог. — Вы спросили про воду, и он показал вам, где река. А спросили бы про колодец, то он направил бы вас к кострищу. Видите, вон там, — показал рукой мужчина. — Ответственный за кухню набирает воду и сразу же готовит.

— Простите, но если бы вы заранее мне объяснили про элементарные удобства, то мне не пришлось бы спрашивать о них у первого встречного, — расстроено и тихо заметила Поля.

— Был неправ. Спрашивайте, — намного мягче предложил мужчина, видя, сколь неловко чувствует себя юная госпожа.

— Туалет, — не поднимая глаз, быстро выпалила Полина.

— Вот же ведро.

— Куда выносить? — она посмотрела на него с негодованием. — Не под нос же другим!

— Ах, это… — Лог усмехнулся, — …так кликните Аську…

— Как?! Стоять и орать: «Аська, вынеси ведро»? Я уж сама… — отведя глаза в сторону, проворчала Полина.

— Кхм, простите, — смутился бородач. — Вам стыдно.

Девушка торопливо кивнула, из чего можно было сделать вывод, что даже говорить ей об этом с мужчиной стеснительно, на что командир тяжело вздохнул:

— Говорят магов в академии первым делом приучают не замечать бытовых неудобств и прочего. Теперь я воочию вижу, что вы не проходили там учёбу. Вам придётся самостоятельно избавиться от ваших капризов, и чем скорее —  тем лучше!

Поля открыла рот, чтобы возмутиться насчёт капризов, но прозвучал рог. Прямо как в исторических фильмах! Протяжное: «Ту-у-у-у-у!»

— Эльфы. Твари. Всё же добрались до нас, — прорычал Лог и оглушительно заорал: — К бою!

Полина метнулась к своему шатру, чтобы поставить злосчастные ведра и развесить скомканное выстиранное бельишко, но мужчина схватил её за локоть:

— Куда?! За мной!

— Но…

— Брось!

И Поле ничего не оставалось, как всё бросить и мчаться за Логом. Повсюду что-то летело со свистом, послышались вскрики. Полина оглянулась и увидела, как заваливается тот мужчина, что послал её к реке. Его лицо было насупленным и, несмотря на то, что он уже падал, руки с каким-то странным упорством укладывали в сумку шило и кусочек кожи. Начало боя застало его за ремонтными работами и всё бросить, как заставил Полю командир, мужчина не мог по каким-то своим убеждениям.

Лог тащил её, а она со странным упорством оглядывалась и подмечала ненужные ей мелочи.

Вот тот человек, что раздавал кашу, укрылся под перевёрнутым котлом, а тот, что разливал отвар, пригнулся, и используя большую крышку вместо щита, подбирался к раненному товарищу, чтобы забрать у него лук и воспользоваться им. Полина увидела мелькнувших вдали эльфов, а потом её внимание привлёк собирающий стрелы юркий Аська.

Она молча кричала ему: «Спрячься, дурачок!», но парень петлял, уворачивался, а потом застыл и почему-то с удивлением посмотрел на Полину, прежде чем упасть. В него попали сразу несколько стрел и, кажется, парнишка умер, не успев коснуться земли.

Поля споткнулась. Лог протащил её несколько шагов, рыча, чтобы она вставала, но ноги не слушались девушку. Она всё смотрела на неловко упавшего Аську — и никак не могла осознать, что суетливого стеснительного паренька больше нет.

Лог подхватил её и, закинув на плечо, помчался к укрытию из брёвен.

— Сидите здесь, госпожа магесса и пробуйте колдовать. Что хотите делайте, но окажите моим ребятам поддержку!

Пока командир Лог говорил, его помощник Гриол надевал на него доспехи из толстой кожи.

— Помоги ей! — бросил Лог, выскакивая из примитивного убежища, напоминающего Поле землянку из фильмов о войне.

— Дык как я ей помогу, — растерялся Гриол, но командир уже выскочил и стал собирать солдат.

Полину трясло, и она ничего не соображала, зато эмоции кружили голову, заставляя ослабеть руки-ноги.

— Госпожа магесса…. Госпожа магесса… вы меня слышите? Госпожа магесса? Ага, ну вот, глазоньки свои на меня перевели, значит, соображать можете. Можете? — уточнил он, едва сдерживаясь, чтобы не встряхнуть белоликую голубоглазую девчонку покрепче, не надавать ей по нежнейшим щёчкам оплеух, чтобы поскорее приходила в себя. — Кивните мне, если говорить не в силах.

Полю обижало его обращение к ней, но когда она поняла, что даже элементарный кивок вызывает у неё затруднение, то досадовать оставалось только на себя, на свой трепетный организм.

Она даже не подозревала, что так струсит и не сможет владеть своим телом!

Оно напрочь отказывалось подчиняться, несмотря на то, что в голове как раз наоборот всё начало проясняться и мыслилось хорошо, быстро и чётко.

— Госпожа, хлебните-ка! — мужчина поднёс к её рту глиняную бутылочку и насильно влил в рот что-то сладкое и спиртное. Горло обожгло, и это помогло избавиться от психологического ступора.

— Госпожа, почувствуйте свой дар! Он где-то в груди… или в животе. — Гриол хотел приложить свою ладонь к груди Полины, но вовремя опомнился и хлопнул ладонью по себе. — Маги говорят, что он светится… или греет. Ощутите его и выплесните в ту сторону, — воин махнул в направлении леса. — Неважно, что это будет: огонь или лёд, ветер или мёртвая сила. Прошу вас, госпожа, хоть что-то сделайте! — взмолился он, видя, как эльфы прекратили обстрел и начали готовиться к прямому сражению. — Госпожа, за нами только двенадцатый отряд, а в нём на днях собранное необученное ополчение, и их вмиг сомнут, а там город. Нельзя туда пропустить эльфов! Они же никого не пощадят!

— Эльфы жестоки? — просипела Поля.

— Вам повезло, что вы с ними не встречались. Это коварные, мстительные твари, считающие себя венцом творения.

— Но ведь раньше люди и эльфы как-то уживались? Я права?

— Их мало, поэтому они вынуждены мириться с нами, но каждая пядь земли досталась нашим предкам с боем.

— Значит, всё же люди отнимают у эльфов территорию, а те отвечают злом на зло, — допытывалась Полина не в силах совместить свои представления об эльфах и то, чему стала свидетелем.

— Госпожа, я не знаю, откуда вы пришли, — рассердился Гриол, — что ничего не знаете, но прошу вас, сосредоточьтесь на своём даре. Сейчас не время и не место…

— Вы требуете от меня убивать тех, от кого я не видела ничего плохого! — прошептала она.

Мужчина разочарованно скривился и осуждающе покачал головой, а Поля, стыдясь своих слов, опустила глаза. Вроде бы она была права, но вот же, навсегда прилёг на землю Аська и тот мужчина, что показался ей недалёким. Погибли или искалечены другие, а если промедлить, то жертв будет ещё больше.

Полина постаралась рассмотреть фигуры эльфов из укрытия, и с какой-то отчаянной злостью и обидой подумала, что если они мнят себя совершенством, то могли бы иными путями доказывать своё главенство, используя ум, мудрость, гибкость мышления, да даже коварство!

Гриол рвался к своему командиру, но он прекрасно понимал, что без мага их отряду не выстоять. Эльфов собралось что-то слишком много и тут хорошо бы тройку магов. Он подался к девчонке, намереваясь встряхнуть её, рявкнуть, да хоть как-то заставить проявить себя, чтобы подпитала ребятушек, но понял, что зря теряет время. Она едва стояла на ногах от страха и всё что-то лепетала…

Мужчина схватил оружие, и бросив в последний раз сомневающийся взгляд на госпожу магессу, выскочил из укрытия.

— Эй, вы куда? — просипела Полина.

Он обернулся и, досадливо махнув рукой, побежал вперёд.

На Полю вновь накатил страх, и она стала задыхаться в небольшом убежище, которое вполне могло стать её могилой. Она выкарабкалась вслед за Гриолом и увидела, как сотня, а может и более, мужчин в самой разной одежде выстроилась в кривую двойную линию, и переминаясь с ноги на ногу, ждали подхода эльфов.

Это был одиннадцатый отряд, к которому приписали Полину.

Остатки одиннадцатого отряда.

Среди общей массы выделялся командир и несколько человек, по которым было видно, что они настоящие воины, а остальные… просто люди. Кто-то из них всю свою жизнь обихаживал землю-матушку, кто-то занимался ремеслом... и вот эти люди были оторваны от мирных дел, чтобы защищать свои земли.

Полина видела, как они переглядывались, ища поддержки друг у друга, как переминались, стараясь покрепче ухватить своё оружие и с надеждой посматривали на бывалых. От этой картины сердце Поли сжалось от жалости.

Она перевела взгляд на эльфов, и ей почудилась их насмешка, явное ощущение превосходства. Они больше не скрывались за деревьями. Время стрел прошло. Эльфы выстроились цепочкой, и пошли на людей, постепенно увеличивая шаг и переходя на лёгкий бег. Они бежали сражаться с Логом, Гриолом и другими, а за их спинами стояла Полина.

Это было страшно. Неотвратимая смерть приближалась, и от ужаса не хватало воздуха.

Девушка читала о битвах в прошлом, и там говорилось, что самый страх был, когда на пеших несётся конница, так вот, эльфы подавляли своим совершенством точно так же, и Поля увидела, что люди дрогнули. У каждого эльфа виднелся за спиной лук, а в руках было по сверкающему на солнце клинку, а люди были вооружены чем попало: рогатины, топоры, мечи, копья, а кто-то с простым ломом…

Тренированный на просчитывание ситуаций мозг Полины сразу же выдал конечный результат битвы: резня, геноцид людей.

 В груди у неё вдруг стало жарко… и до слёз радуясь этому признаку появления магии, она вполне осознанно выплеснула свою силу…

…Это была просто сила, которая повисла в воздухе возле неё и никого не сразила, не полетела подпитывать.

Недоумение… разочарование… обида… и всё-таки это была сила, а значит, нельзя сдаваться… должна же от неё быть польза!

Полина смотрела на марево и ненавидела, а может, молилась… времени не было… ей показалось, что у этой силы есть цвет, и плотный воздух действительно окрасился сначала чуть заметно, но потом, словно читая мысли девушки, приобрёл красивый фиолетовый цвет. В этом фиолетовом пятне Полине привиделся осьминог, и когда сила приняла более явные очертания осьминога, причём из старого советского мультика, её осенило, что это всё делает она сама!

И тогда она вспомнила эпизод из эпического фильма про хоббита, где король повёл войска мёртвых против орков. Тренированное воображение сработало легко и быстро. Картинка сложилась отчётливая, и вынырнув из собственных мыслей, чтобы посмотреть, что получилось, Полина увидела целую армию скалящихся на неё мертвецов с жуткими рожами.

Заорав что есть силы, она схватила палку и бросилась бежать. Поля сама не знала, возглавила ли она призрачное войско или убегала от него, но её отчаянный вопль, (а может, летящие за ней мертвецы), произвёл впечатление сначала на своих, а потом на эльфов. И определенно можно было сказать, что последующая битва приобрела невиданный размах.

— … А наша магесса заголосила, как баньши, и солнце мне свидетель, но штаны у эльфов от страха намокли! — услышала Полина сквозь тонкие стены палатки. — У меня вот шапка слетела, такой ветер поднялся от её вопля! Но это ничего, шапка не голова, потеряется — не жалко. Так вот, чего я говорю, эльфы остановились как вкопанные и вдруг побелели от страха. А мы оглядываемся, и чего уж скрывать, половина наших враз поседела, и нынче все ходют в запасных штанах.

Тут, видимо, рассказчик показал свою голову, так как от слушателей раздались сочувственные возгласы.

— Жуткие мертвяки со злобными рожами и при оружии бегут за нашей беленькой госпожой. А она, значит-цо, за генерала у них! Ну, а мы что же, поддержали её и тоже завопили… м-да, не в жисть не приходилось так орать, чего уж скрывать… да побежали, — рассказчик выпучил глаза и изобразил ужас на лице, а потом нарочито спокойно добавил: — Негоже молодой девице одной среди покойников быть. Это ж непотребство какое! Правда, она вскоре споткнулась и упала, а наш командир велел дальше бежать и через эльфов прорываться, пока бесконтрольная нежить нас не сожрала. Только потом мы узнали, что мертвецы не настоящие. Морок всё это был!

Полина уже не в первый раз слушала россказни о себе и той битве, что случилась вчера.

Подумать только, она — маг-иллюзионист!

Точнее, маг с разбитым лицом, потому что в момент выброса силы испытала эйфорию и создала не только фантомную армию мертвецов, которая только и могла, что пугать всех и путать, но подзарядила своим шальным настроением весь одиннадцатый отряд, а потом навернулась, зацепившись за какую-то кочку, нахватала в рот травы с землёй, разбила бровь и чуть не выколола себе глаз той палкой, что размахивала. Зачем она вообще её схватила?

Теперь все считают её героиней, но она ощущает себя редкостной дурой. Если бы Лог не дал команду поддержать её эпический забег, то всё закончилось бы очень печально.

А так, безоговорочная победа принесла удивительные плоды, о которых вчера ещё никто не догадывался.

 После сражения в одиннадцатом отряде восстанавливали порядок в лагере, устраивали приподнятые над землёй помосты для пленных эльфов, отправляли раненных на лечение в город, стирали штаны, а утром уже всех как прорвало на рассказы о вчерашних событиях…

Оказывается, эльфы рвались не в город, а к окружной дороге, что позволила бы зайти в тыл основной армии, которой командовал блистательный молодой генерал. Он был назначен месяц назад взамен погибшего старого Пруденса и действовал решительно и жёстко, но ему не хватало времени, чтобы заставить подчиняться себе все отряды именно с той скоростью и умением, как ему хотелось. Поэтому люди продолжали уступать город за городом, которые эльфы жгли дотла, намереваясь после высадить лес. Но молодой генерал всё же добился слаженных действий от всех отрядов и готовил сокрушительный удар. Однако, если бы эльфийский клан Луны смял одиннадцатый отряд и напал со стороны города в тыл сражающейся в это время армии генерала, то людей здешнего королевства ждал бы разгром.

Полина вышла из палатки и смущённо кивая на приветственные восклицания отдыхающих солдат, подошла к командиру Логу.

— Вы обещали, что выступите свидетелем того, что я не обученный маг и…

— Уже, — оборвал её мужчина. — Я отправил запрос в академию, и они пришлют в город официальную бумагу с именами всех тех, кто закончил учёбу на мага-иллюзиониста за последние сто лет.

— Сто лет? — удивилась Полина.

Командир замялся и пояснил:

— Вы иллюзионист и можете менять внешность, так что неизвестно, сколько вам лет.

Полина приоткрыла рот, чтобы возмутиться — и не нашла слов. Действительно, чем она может доказать, что говорит правду и не скрывает настоящий возраст, да и внешность?

— Не волнуйтесь. Иллюзионисты редки, и я уверен, что вашей судьбой заинтересуются на королевском уровне. Вы ещё будете скучать по нам, — по-доброму улыбнулся он. — Генерал Томаш одержал уверенную победу, и во многом благодаря вам! Наш отряд ожидает награда, и думаю, что теперь здесь будет тихо и спокойно, — мужчина с улыбкой оглядывал своих людей, думая о том, что вскоре сможет отпустить их по домам, где их с нетерпением ждут семьи и летние хлопоты. — Скажите Гриолу, что вам необходимо для ожидания королевского представителя — и он по возможности раздобудет вам это.

— Так сколько мне здесь сидеть? — Полина представила устало плетущегося гонца. — Всё лето?

— Не стоит так пессимистично смотреть на жизнь, — покачал головой Лог. — Денька три-четыре поживёте в шатре, а может, и того меньше.

— Да? — недоверчиво переспросила Полина, на что мужчина только хохотнул и весело подмигнул ей.

Подзаряженная отличным настроением командира, Поля отправилась искать Гриола, чтобы он помог организовать ей такую же баньку, как она видела у солдат. Пора было позаботиться о своей внешности и хотя бы приблизительно соответствовать прозвищу «беленькая», а то вскоре переименуют в «серенькую»!

— Увернулся, собака! — услышала Поля со стороны, где сидели пленные эльфы.

Для них на скорую руку соорудили небольшие площадки-помосты, чтобы они не могли соприкасаться с землёй и призывать её в помощь.

Заинтересованная азартными возгласами девушка подошла поближе и была неприятно удивлена происходящим. Хотя чему можно удивляться на войне, но происходящее всё же покоробило её. Собравшаяся группа солдат тыкала в отдельно сидящего эльфа палками, заставляя подпрыгивать.

— Зачем вы это делаете? — не подумав, спросила она.

— Этот главный у них! — с ненавистью выкрикнул кто-то.

— Они наших женщин и детей заставляли бегать, а сами тренировались на них в стрельбе из лука, — мрачно добавил другой.

— Ужас какой, — отшатнувшись, Полина посмотрела на эльфа, теперь служащего развлечением. Пленник выглядел неважно, но всё ещё горделиво приподнимал подбородок и гневно сверкал глазами.

— Это глава клана Луны, — вновь ударив пленника по ногам, пояснил Полине один из бывалых. — Бешеный зверь, а не эльф!

Девушка понаблюдала за тем, как солдаты возобновили свою забаву и громко произнесла:

— Я понимаю вашу ненависть, но зачем же вы уподобляетесь ему? — все развернулись к ней и с непониманием уставились. — Если он заслуживает смерти, то убейте его, а мучить… — Полина замолчала, не зная, как короче и понятнее выразить свою брезгливость к происходящему, но вдруг улыбнулась и намного мягче продолжила: — Мы же люди, и нам свойственно милосердие, благородство, снисхождение.

— Это к нему проявлять благородство? — возмутились солдаты.

Она медленно обвела всех взглядом и всё так же с улыбкой пожала плечами, объясняя свои слова:

— В бою вы были смелы и отважны, яростны и беспощадны, а сейчас враг повержен и ради себя самих надо уметь отпускать боль войны.

От волнения у неё пересохло в горле. На миг показалось, что сейчас в неё точно так же начнут тыкать палками, заставляя плясать. Она нарушила кучу незыблемых правил, гласящих, что в чужой монастырь не надо лезь со своими правилами; что никогда не стоит давать непрошенных советов; что молчание — золото; но теперь нельзя было сдаваться, раз уж вмешалась. Поля продолжала мягко улыбаться и заставила себя говорить дальше:

— Отпустите боль войны, чтобы с радостью смотреть в будущее и без стеснения рассказывать о своих подвигах. Поверьте, вам будет неловко говорить товарищам, жене или детишкам о том, что после победы вы издевались над пленным.

— Они над нами издевались, а нам их жалеть? — раздались негодующие голоса.

— Зачем жалеть? Не обращайте на пленников внимания. Вам пришлось стать воинами, но не нужно примерять на себя роль палачей. Нет чести в чинимом унижении. Вы же не эльфы, чтобы веками жить ненавистью, лелеять в себе спесивое превосходство.

Разволновавшаяся Полина развела руками, показывая, что всё сказала, и ушла, думая, что вряд ли кого-то убедила, но обернувшись, она увидела, что большинство мужчин досадливо сплёвывая, расходились, потеряв интерес к травле пленника. А те, кто остался, вяло потыкали в главу клана палками, без куража выкрикнули оскорбления… и тоже разошлись.

— Чего не дали ребятам развлечься? — подошёл к Полине помощник командира.

— Это плохое развлечение, господин Гриол. Оно развращает душу и может продолжиться уже дома.

— Что за чушь? Где они дома эльфа возьмут?

— Разве дома нет слабых и безответных? Это поначалу нужен враг… кто-то вроде эльфа, потом под руку попадётся плохой человек, дальше достаточно для подобного бродяги, а там уже глядишь, и жена с детьми сойдут для своеобразного удовольствия.

— Что-то вы странное вы говорите.

— Чувство превосходства — очень приятное чувство, и его хочется испытывать вновь и вновь. Вы сейчас поощряете издевательство над пленным, даёте испытать каждому это соблазнительное чувство, а как потом?

Полина внимательно посмотрела на мужчину и дала ему время подумать, а после спросила о другом:

— Я так понимаю, что эльфы — долгоживущая раса?

— Да. К чему вы это?

— А к тому, что надо не воевать, а налаживать отношения. Сейчас это трудно представить, но кто знает, может дети наших сегодняшних воинов захотят торговать с эльфами, и как это сделать, если глава клана будет помнить о том, как с ним обращались?

— Они хуже с нами обращаются.

— Господин Гриол, — вздохнула Полина, — ну нельзя быть плохим только потому, что кто-то другой хуже вас. Не надо на таких равняться! Скажите себе, что эльфы — ужасная кака и мерзко уподобляться им!

— Ха-ха, — хохотнул мужчина, — странная вы, госпожа Фокина! Но признаться, ваши слова не лишены смысла, и я как-нибудь подумаю над ними. К тому же, главу клана сегодня не заберут вместе со всеми и надо всё-таки сохранить его жизнь до приезда мага с особыми наручниками.

— Антимагические наручники? Это из-за силы эльфов?

— Да, они же избранные любимчики природы и она всегда помогает своим детям! — горько хмыкнул Гриол.

Полина хотела расспросить о магии эльфов, но увидела, что подвезли продукты и пока помощник командира не ушёл, быстро протараторила:

— Господин Лог сказал, что вы можете помочь мне с бытовыми вопросами.

— Ну-у, на много не рассчитывайте, но я со всем усердием постараюсь угодить вам.

— Мне бы такой шалаш, где тепло и можно помыться!

— Сейчас велю сделать. И воды вам ребята натаскают. Что ещё?

—  Мыла!

— Госпожа, скажу, чтобы вам зольный раствор дали, — предложил Гриол.

— Но… — Полина растерялась, так как сначала подумала, что помощник жадничает, потом до неё дошло, что мыло может быть слишком ценным продуктом и никто не повезёт его в войска.

Дальше быстрые мысли перескочили, что сложно назвать войском ту солянку, что она успела увидеть, и тут же Поля сурово себя осекла, решив больше не лезть туда, куда не просят.

Гриол принял затянувшуюся паузу за отсутствие просьб и откланявшись, отправился принимать продукты.

Вернувшись в шатёр Полина проверила свои запасы, что положила в сумку при выходе из пещеры, рассчитывая провести в городе всего одну ночевку, и попробовала спрогнозировать, что её ждёт. Пережив настоящее сражение, бежать не было смысла. Её ожидает награда и какая-никакая легализация в этом мире. Это был шанс, за который стоило зацепиться!

Но надо заранее подумать о риске полного разоблачения и самого плохого варианта исхода. Её могут задержать для того, чтобы использовать в своих целях или из страха перед неизвестностью убить!

Девушка пыталась моделировать разное развитие событий и ясно было одно: опасно оставаться, дожидаясь королевского представителя и опасно бросаться в бега. Если здесь работает быстрая связь, то Лог мгновенно отреагирует на побег, и Полине не удастся скрытно пройти по лесу до своей пещеры.

А даже если удастся, то что потом? Какого черта она столько пережила, чтобы потом сюда носа не казать и чувствовать себя виновной за то, что за её побег накажут командира?

Обдумав ситуацию со всех сторон и приняв решение плыть по течению, Полина успокоилась. У неё есть запасные трусишки, зубная паста с щеткой, ещё есть пакетик с одноразовым шампунем и гелем, которые можно разделить, даже злаковые батончики ещё остались, а запас из мелочей, которые она думала продать за местные деньги, вообще лежит нетронутым. Надо только поэкономнее обращаться со своими запасами, и тогда можно будет продержаться ещё недельку, а за это время уже станет видно, какое вырисовывается будущее и что делать.

Сложив все вещи обратно в сумку, Поля вышла прогуляться. Чуть в стороне из свеженьких жердин мужчины сноровисто составили круглый шалаш, внутри выложили очаг и поставили ведра с водой. Один из солдат уже прокапывал дорожку для стока воды, другой начинал накидывать на шалаш видавшие лучшие времена шкуры.

— Госпожа магесса, через полчасика подходите, жар уже хороший будет! — крикнул ей мужчина, руководящий установкой временной баньки.

— Спасибо, — улыбнулась Полина, заранее представляя, как с по́том уйдут все страхи и пережитое.

Возвращаться в шатёр она не стала, так как уже приготовила для баньки всё необходимое, поэтому решила прогуляться по лагерю.

Пленников увезли на телеге, в которой доставили продукты, и остался куковать только глава эльфийского клана. Полина не стала близко подходить к нему, испытывая стеснение в его присутствии, но его окрик не дал ей спокойно уйти.

— Добрая госпожа, дали бы пленнику воды! — это прозвучало насмешливо и первым порывом было огрызнуться, но вряд ли кто-то давал ему пить со вчерашнего дня, а день был жаркий… и надо отвечать за свои слова.

Она вздохнула и пройдя к шатру за кружкой, набрала воды, вернулась к эльфу, и попросив его вытянуть руки и сложить ладони лодочкой, налила полную горсть. Эльфу пришлось опуститься на колени и наклониться, вытягивая руки вперёд из-за высокого помоста. Давать кружку в руку ему Полина не решилась, зная по фильмам, что опытному бойцу она может послужить в качестве оружия и, кажется, оказалась права, так как эльф понимающе криво ухмыльнулся: 

— Откуда ты взялась, снежный цветочек? Давно я не слышал таких наивных речей!

— Вы напились? — нахмурилась она.

Эльф протягивал ладони за добавкой, пока в кружке не закончилась вода. Он пил, обтирал шею, плескал себе в лицо и после этого оценивающе посмотрел на Полину, как будто она стояла в ожидании его мужского одобрения. Поняв это, девушка вспыхнула и хотела уйти, но пленник вновь заговорил:

— А ты не под иллюзией, — удивился он. — Как нежного вида существо могло создать такой страшный фантом? Что за жуткие фантазии рождаются в твоей головке?

— Кажется, командир напрасно жаловался на скупость ваших речей. Сейчас вы даёте фору любому болтуну, — фыркнула Полина и ушла.

Она хорошо пропарилась в закрытом шкурами шалаше, намылась до скрипа, и, разрумянившаяся, скрылась у себя.

За её выходом следили многие, пытаясь угадать, настоящая у неё внешность или прикрыта иллюзией. Все слышали, что на Большой земле можно повстречать людей, рождённых от связи с представителями других рас, и тогда их волосы не будут черны, как ночь, а глаза могут быть самого неожиданного цвета, но воочию увидеть такого человека, тем более девушку — совсем другое.

Простым людям даже сложно понять, красива она или нет, стоит ли говорить о ней с восторженными нотами или лучше брезгливо скривиться.

По фигуре магесса не так уж чтобы очень отличалась от местных дев, особенно от тоненьких горожанок, но её кожа была без изъянов, как у новорождённого младенца, а это редкость даже для знатных дам из-за сильных ветров и крепких морозов зимой и жаркого солнца летом. А ещё непривычно было смотреть на её глаза. Голубой цвет казался неестественным, ненастоящим и невольно думалось, что магесса — морское существо, а не человек. Последним отличительным штрихом были волосы цвета светлого хмельного напитка, которые девушка собирала в строгую причёску, а не выпускала змеиться косой. Хотя, похоже, там кроме цвета нечем было красоваться и, как ни странно, именно этот изъян придавал ей человечности.

Вот и реши после всего этого: красавица она или уродина? Тихие споры продолжались до отбоя, а Полина долго лежала, всё думая, каким будет завтрашний день.

Наверное, ей голову с утра напекло, если она пошла поить пленного эльфа. И не только для того, чтобы тайком сделать несколько колоритных снимков.

Дрожащей рукой она навела крошечную камеру на главу клана и фотографировала его, стыдясь того, что не испытывает к эльфу особого сочувствия. Благородный профиль зрелого нелюдя скорее настораживал, чем вызывал уважение, но собственная совесть грызла из-за того, что она делает, прикрываясь подачей воды.

— Ты странная, — напившись и смотря в сторону леса, произнёс пленник.

— Странная потому, что принесла воды?

— Доброта — это слабость, развращающая близких, делая их злейшими врагами, — неожиданно начал поучать эльф. — Доброта — это открытые ворота для врагов.

Полина сначала опешила от подобных откровений, но потом осуждающе покачала головой.

— Ваша философия… — она замялась, подыскивая точные слова, — больна и уродлива. Возможно, это происходит из-за вашей общеэльфийской эмоциональной скудости, — Полина гордо приподняла подбородок, видя, что эльф не ожидал возражений. — Я надеялась, что воины врут про вас, но ваши высказывания развеяли мои сомнения.

— Глупая человеческая девочка! — устало усмехнулся он. — Ничего-то ты не понимаешь… Я прожил не одну сотню лет и выстрадал свою «философию»! За каждым моим словом стоят поломанные судьбы!

Эльф был убедителен, а точнее, харизматичен, и Полину тянуло поддаться его словам, засомневаться в себе… Наверное, с какой-то стороны он прав, но так можно далеко зайти и запутаться.

— Нашли, чем кичиться! — немного наиграно фыркнула она, только чтобы избавиться от его влияния. — «Не одну сотню лет…» — передразнила она его и, постучав по своей голове, снисходительно добавила:

— У меня здесь память множества поколений людей из разных стран и мне даже не надо самой анализировать их жизнь, потому что это сделали за меня философы и умнейшие люди в разные времена. И вот к чему все они неизменно приходят: если не жить по совести, не искать гармонии в душе, которую питают доброта и любовь, то в конце концов душа истончается, и ничто не приносит радости, а значит, теряется смысл жизни. Я молода, и для меня пока есть смысл в любом проявлении жизни, но глядя на вас, понимаю, что имели в виду жившие до меня философы.

— Ты… — разозлился эльф, но сжав кулаки, замолчал.

— Вы думаете, что люди глупы, потому что вам кажется наша жизнь сравнимой с жизнью бабочки однодневки? — разошлась Полина, видя, что пленника зацепило её иное мнение. — Ваше выражение лица, тон и взгляд — всё кричит об этом, но вот что я вам скажу! У вас на лбу написано, что жили вы только тем, что ставили перед собой цели, и достигая их, спешно искали новые, чтобы не чувствовать пугающую пустоту в душе.

— Что ты можешь знать об этом?! — с ненавистью зашипел он. — Ты никогда ни за кого не несла ответственности, чтобы рассуждать на такие темы.

— Ошибаетесь! Я несу ответственность, как дочь перед родителями, с недавних пор моя ответственность выросла и надеюсь, что я с честью исполнила свой мажеский долг, и ваше пленение тому свидетель. Я уже не со слов философов, а на собственном опыте знаю, что проявлять доброту сложнее, чем демонстрировать равнодушие или показать злость. — Полина сердито потрясла пустой кружкой. — В моём распоряжении память предков, их рассуждения и выводы, и я пользуюсь ими, чтобы делать свою жизнь счастливой.

— Думаешь, что избежишь ошибок, если будешь руководствоваться советами умерших?

— Да, я так думаю, — согласно кивнула Полина, — но я понимаю, что от всего не убережёшься, и мне придётся набивать собственные шишки, падать и подниматься, страдать, и после этого с особенной трепетностью ценить простые счастливые моменты. Об этом предупреждают те, кто уже прожил жизнь, и просят не бояться этого.

— Ты… не подходи ко мне больше, — отвернувшись, велел эльф.

— Не подойду. Вы самое моё большое разочарование! — выразительно произнесла она.

— Ты знала меня раньше? — он спросил с таким недоумением и ужасом, как будто ожидал от неё признания в кровном родстве.

— Я говорю обо всех эльфах! — не удержалась и посмотрела на него так же, а обида, подтолкнула к злому высказыванию:

— Первый шаг к деградации — это осознание собственного величия, а когда вы начали истреблять людей, то стали болезнью для мироздания. А болезнь надо лечить, да так, чтобы следа от неё не осталось, — выкрикнула в сердцах, развернулась и ушла.

Если бы вчера, после баньки, она не лежала, думая о том, права ли была, взявшись поучать солдат и помощника командира, то не нашла бы сегодня нужных слов для ответа эльфу. А так получилось, что она ненароком подготовилась к столь странному разговору. Вот пусть ушастый сидит и думает о своей жизни, о том, куда ведёт свой народ и таким ли уж хорошим примером является он сам. Ведь очевидно, что её слова болезненны для него, и он не ожидал их от молодой девчонки!

«Дело было вечером, делать было нечего!» — бормотала Поля, сидя возле своего шатра.

Очередной день тянулся медленно и единственным развлечением были завтрак, обед и ожидание ужина. Исключительно от скуки девушка поглядывала в сторону эльфа и пыталась понять, что он всё время пытается высмотреть в лесу. Его настойчивый взгляд в ту сторону был подозрителен!

Пленник всё же глава клана и, наверное, его захотят выручить свои? Или не захотят, но тогда чего он ждёт?

Полина, руководствуясь прочитанным фэнтези, уже смогла научиться ощущать свою магию. Её было много, и она теперь легко отзывалась, словно бы вливаясь в творческое вдохновение. Конечно, это непрофессионально, ведь не всегда приходится что-то делать на подъёме эмоций, но пока пусть будет так.

Взбудораженная своими необычными возможностями девушка развлекла воинов небольшим представлением из танцующих бабочек с вальсирующими цветами. На что Лог сказал, что в истории не было иллюзиониста, который мог бы одновременно создавать музыку и движущуюся картинку. Высшим пилотажем у предшественников иллюзионистов было создание артефакта с иллюзией новой внешности, одежды, архитектуры.

— Такие украшения стоили дорого, — закончил он.

— Артефакты? Не представляю, как моё умение запихнуть в артефакт, — расстроено заметила Полина. Такое по наитию не сделаешь.

— Хм, думаю, что научитесь, — как-то сдавлено прогудел командир Лог, когда девушка преобразовала одну из бабочек в фею Динь-динь и посадила её на плечо бородачу.

Вот тут было уже сложновато следить за действиями деловой Динь-динь, которая достала лупу и с умным видом начала разглядывать украшения в бороде командира и продолжать вальс цветов с бабочками для других зрителей. Но Поля использовала готовые наработки из мультиков, поэтому она с лёгкостью визуализировала сразу же полнометражные картинки, которые подправляла уже на ходу, действуя, как художник с кистью наготове. Ну, а держать музыку в голове для современника Полины вообще пустяк. Бывает наоборот: сложно избавиться от привязчивой мелодии!

Так вот, как оказалось, самым трудным для здешних иллюзионистов было детально визуализировать предметы. Они начинали с малого и постепенно усложняли себе задачу. Полина понимала их, так как стоило ей представить какую-нибудь схему в виде голограммы, то получалась ерунда. Часть была хорошо прорисована, а часть расплывалась пятном, потому что представляемый предмет необходимо было знать досконально.  

Наигравшись в свою магию, Полина задумалась о её практической пользе и с сожалением вынуждена была признать, что без умения делать артефакты быть ей массовиком-затейником на праздниках, а шум и гам она не любила.

Вот после этого девушка взялась за изучения аур, надеясь, что это приблизит её к медицине и тогда можно зарабатывать деньги диагностом, визуализируя то, что увидела для понимающих людей. Идея была так себе, но больше заняться было нечем.

И вот, ей показалось, что от эльфа вроде как тянется серебристый лучик в сторону леса, а может, это игра света… В общем, посмотрев, что до ужина ещё есть время, она решительно поднялась и отправилась туда, к чему прикипел взгляд главы клана Луны.

Идти там, где проходило сражение, было страшно. Всего несколько шагов от лагеря — и уже совершенно другая атмосфера. Под ногами сломанные стрелы, втоптанные наконечники, взрытая земля и кровь.

Полина ступала осторожно, как будто её шаг мог потревожить кого-то, а лёгкое беззаботное настроение испарилось. Она уже пожалела, что отправилась на поиски того места, куда поманила кажущаяся ей серебристая нить.

В последний раз бросив взгляд на пленника, стараясь вновь увидеть путеводную паутинку, Полина поняла, что стоит именно там, где надо, и что эльф с тревогой следит за ней. Отступив и опустив взгляд на землю, девушка увидела почти полностью втоптанный в землю кулон. Она подняла его, очистила — и крупная хрустальная капля засверкала в лучах заходящего солнца.

Уже после того, как Полина разглядела подобранное украшение, ей пришло в голову посмотреть ауру этого предмета, и стоило ей использовать «косой» взгляд, который позволял видеть энергетику, как она в страхе выпустила кулон из рук. От эльфийской вещицы исходила сила, и чудо, что глупой Поле не оторвало руки или любопытный нос.

Растерянно постояв, переживая момент свой оплошности, она всё же решила не бросать находку и потянула за разорванный грязный шнурок, стараясь больше не касаться самого кулона. Всё это время эльф неотрывно смотрел за ней, а Полина продолжала корить себя за то, что, не подумавши, схватила вражеский артефакт.

И что теперь с ним делать?

Глава Луны прожигал её взглядом, но Поля специально больше не поворачивала в его сторону голову. Она прогулочным шагом вернулась в свой шатёр, ополоснула хрустальную каплю, и всё так же держа её за шнурок, положила на стол, прикрыв салфеткой. Потом она очень медленно ужинала, постоянно ощущая взгляд эльфа на себе, и когда уже темнота опустилась на лагерь, подошла к пленнику.

— Вы же видели, что я нашла ваш артефакт, — не спрашивая, утверждала она. — Что это за вещь?

Если бы эльф мог, то убил бы её. Полина отчётливо это поняла и отошла на всякий случай подальше. Она не надеялась, что получит какое-то объяснение, но ей интересна была реакция.

— Я чувствую мощь в той хрустальной штуке… и поэтому не осмелюсь оставить её себе, — бросила девушка и развернулась уходить. Взгляд нелюдя пугал её. Он всё время пытался что-то разглядеть в ней и понять, но не мог… и похоже, это выводило его из себя.

— Постой, что ты хочешь сделать с кулоном? — он дёрнулся вперёд, как будто намереваясь остановить её, забывая о собственных путах.

— Отдам его командиру или королевскому представителю, — не стала таить Полина.

— А если я скажу, что это? — и столько в его глазах было… надежды?

Полина поёжилась. Всё слишком эмоционально и ей не нравится её роль в разговоре, как и зависимое положение эльфа.

— Тогда я подумаю, — неуверенно произнесла она и ожидающе посмотрела на него, но эльф молчал. Взволнованная Поля нарочито безразлично пожала плечами и собралась уходить, жалея обо всём произошедшем.

— Это мой символ власти, — глухо выдавил глава.

— И? Я не понимаю, — она нахмурилась. — С этим кулоном вы становитесь всемогущим?

— Нет. Это родовой кулон и через него я чувствую жизни эльфов моего клана. Этим кулоном я благословлял каждого новорождённого, провожал в последний путь погибшего. Этот кулон — гарантия для членов моего клана, что душа после смерти не потеряется и возрождение произойдёт в священном лесу поблизости от меня.

Полина с недоверием смотрела на эльфа. Она слушала его внимательно и про себя повторила, всё сказанное.

Пустое верование — или действительно привязка всего клана к кулону? В магическом мире всё возможно!

— А хорошо ли это: рождаться вновь и вновь в одном и том же месте? — задумчиво протянула девушка. — Быть может, душе не помешала бы свобода? — уже увереннее добавила она. — А вдруг душа должна пройти испытания и родиться в другом мире? Вдруг есть лучшие миры, а вы всех держите как на привязи?!

Эльф посмотрел на Полину так, будто она говорила кощунственные вещи. Девушка вздохнула и пробормотав, что до широты взгляда эльфам ещё расти и расти, велела поклясться, что кулон не несёт угрозы людям. Потом расширила клятву и включила намерения эльфа, а после протянула клановую побрякушку главе клана и ещё раз заставила поклясться, что он не использует этот артефакт ни для своего освобождения, ни для принесения вреда, ни для каких иных целей, вредящих людям.

Эльф выполнил все требования, и всё ещё не веря, что Полина отдаст ему бесценнейшую вещь, ждал новых условий.

— Держите, мне чужого не надо, но хочу вас предупредить, что от кулона веет силой и маги все равно заберут его у вас.

Но глава клана Луны её не слышал. Он закрыл подрагивающими руками родовой артефакт, и на его лице отразилось спокойствие. Полина чуть ли не бегом рванула к себе. Всё было для неё неправильно с какой стороны ни посмотри! Ни беседа в ролях победитель — побежденный, ни поступок с возвращением кулона. Она не имела права так поступать, но взяла и отдала артефакт… по велению сердца… и сразу пожалела, но дело сделано.

Возле шатра девушку поджидал командир Лог и единственное, что он ей сказал:

— Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Полина не сразу сообразила, что её общение с эльфом контролировалось, поэтому растерялась, но потом, дерзковато выпалила:

— Иногда необходимо отступать от правил!

Она думала, что он будет ругать её, а она будет оправдываться и в конце концов…

Но Лог хмыкнул и ничего не сказав, отправился по своим делам, а Поля осталась одна. Немного подождав, вдруг командир обернётся и что-то скажет, девушка юркнула в шатёр, плюхнулась на постель и долго сидела, пугая себя последствиями своего великодушного и в некоторой степени показушного поступка.

Её ведь могли счесть за предательницу, потворствующую коварным замыслам пленника! У него на кону стоит жизнь и ещё есть время, чтобы подумать, как обойти клятву и сбежать при помощи своего артефакта.

Всю ночь она переживала из-за передачи артефакта эльфу и надеялась, что Лог своей властью всё же заберёт его, но командир доверился ей, а утром прибыл королевский представитель и всё закрутилось.

Полина увидела его сразу, как только он вышел на открытую местность. Вокруг было много мужчин, но она видела только посланника короля. «Плыл, как каравелла по волнам» — эти слова были о нём, и всё из-за осанки, грациозности и одновременно какой-то простоты в движениях.

Он шёл прогулочным шагом, не кичась, но сразу было видно, что человек не из простых. Аккуратный берет скрывал собранные в короткий хвостик черные волосы, а массивная серьга в ухе слепила драгоценными каменьями вместе с золотой короткой цепью на шее. На плечо королевского мага был небрежно закинут замшевый кафтан или куртка, этого было не разобрать, плотные штаны были заправлены в невысокие расшитые сапоги, а на поясе с одной стороны виднелся нож, с другой что-то близкое к мечу, (Полина не разбиралась), который мужчина придерживал.

 Он направлялся к шатру командира и с интересом осматривал лагерь. На секунду остановился возле какого-то солдата, о чём-то переговорил, улыбнулся… и вышло это у него настолько естественно, что тянуло улыбаться в ответ.

Поля стояла и неприлично пялилась на него, а он, заметив её, вновь улыбнулся и поклонился. Она в ответ растерялась и чуть задержалась с поклоном, но мужчина подмигнул ей и ещё шире улыбнулся. Эта улыбка покорила Полину.  Изобразив реверанс, который разучивала ещё в детстве в танцевальном кружке, зардевшаяся, она нырнула в шатёр, чтобы привести себя в презентабельный вид.

Несносный эльф сумел молча донести всё, что он думает по поводу обожающих взглядов молоденькой магички на франтоватого королевского представителя, а она так же мысленно огрызнулась, приводя неоспоримые аргументы своей симпатии.

Впрочем, если бы не насмешливые осуждающие взгляды пленника, Полина бездумно льнула бы к прибывшему мужчине, а так она вполне осознанно отметила, что у господина Огневого хорошее располагающее лицо, что он хорошо сложен, что рядом с ним должно быть комфортно, что у него хорошие мужские (не аристократические, как можно  было бы подумать) руки и… Полина сердито посмотрела на эльфа, как будто это он был виноват, что в её описаниях появившегося мага доминировало усреднённое «хорошо»!

И только единожды вышел неловкий момент: девушка поняла, что королевский представитель не осознал силы кулона на груди пленника и потому никак не отреагировал на такое непотребство. Кажется, это же смутило командира Лога, но он смолчал, переведя выразительный взгляд на Полину, мол, смотри, не простая вещица, ой не простая, и как бы чего не вышло... А она ни за что не сделала бы замечание Огневому по поводу этой оплошности, и не из умных соображений, а потому что… потому!

Господин маг защёлкнул на эльфе блокирующие наручники, пытливым взглядом оглядел его ауру, а потом развернулся к девушке:

— Госпожа Фокина, если вы готовы, то мы можем идти.

— А-а, конвой или другие сопровождающие? — она беспомощно оглянулась на командира. Перемены в её жизни наступили столь буднично и неожиданно, что как-то не верилось.

— Если вам будет спокойнее, то командир Лог выделит нам парочку солдат, но до тракта нам всего ничего идти, а эльфов из наших мест выбили далеко.

Он терпеливо разжевал всю ситуацию, и не было в его глазах нетерпения или неуважения.

— Из-за меня никого не надо гонять. Я сейчас… — Полина бросилась к себе и, подхватив давно собранные вещи, бегом вернулась к магу, ожидая похвалы или одобрительного взгляда или его улыбки. 

Она заметила, что, наблюдая за её забегом через половину лагеря, Гриол и Лог спрятали в своих бородах понимающие усмешки. И раньше бы Поля смутилась, да и вообще не посмела бы показать, что ей кто-то нравится. Раньше она всегда занимала выжидательную позицию и ждала… ничего не дождалась.

А сейчас появилось ощущение верности поговорки, что каждый кузнец своего счастья. Наверное, пришло время или попался тот самый мужчина, но Полина впервые не побоялась показать свою симпатию.

И ведь командир с помощником сами военные и должны понимать, что прибывший маг сейчас исполняет свой служебный долг и её задача не только не мешать ему, а по возможности облегчить работу и уж точно не задерживать.

Пусть рядом с ней у него будут только приятные впечатления!

А вот чего не ожидала девушка, так это что солдаты без команды выстроятся в ряд и неуклюже, по-житейски, пожелают ей доброго мужа, здоровых детишек и достатка. Это было неожиданно и приятно, особенно то, что за всем этим наблюдал господин Огневой и, кажется, в его взгляде читалось уважение к ней. Растроганная Полина, прижимала руку к груди и тоже желала в ответ мира, благополучия, здоровья и прочего.

Находясь под впечатлением проводов, Поля ещё долго улыбалась и немного витала в облаках. В её тихой незаметной для других жизни никогда ничего особенного не случалось, и уж тем более не было поводов для массового проявления дружелюбия и уважения. Это оказалось удивительно приятно!

Пару раз споткнувшись, девушка поняла, что столь сладостные воспоминания можно позже ещё раз вытащить на свет и посмаковать в более подходящее время, а сейчас нельзя упустить шанс завязать более прочное знакомство с понравившимся ей Огневым.

Она пыталась придумать тему разговора, которая заинтересовала бы мужчину, но чем старательнее она думала, тем сложнее было открыть рот и произнести хоть слово. Беседа должна была получиться лёгкой, непринуждённой и интересной магу, чтобы он пожелал новой встречи! И вообще, Полине надо бы создать впечатление, что когда она рядом, то солнце ярче светит и птицы звонче поют.

 Но как всё это осуществить?

Время уходило, а она шла и пыхтела, шла и всё больше запутывалась, боясь уже проронить хоть полсловечка, чтобы не показаться легкомысленной болтушкой или докучливой. 

Они уже обошли озеро, сопровождаемые любопытными взглядами не повоевавшего вовсе двенадцатого отряда, и вскоре должны были выйти к дороге, а там можно идти рядом, и пора, наконец, решиться на что-то!

Неожиданно пленник остановился и активно зашевелил ушами, ну чисто заяц! Полина хихикнула, прикрываясь ладошкой и делая вид, что закашлялась, а вот Огневой напрягся и на его ладонях появились по небольшому снопу искр. Поля забыла, как дышать, увидев такое чудо. Эти искорки беспорядочно кружили вокруг кистей мага, а потом сплелись в небольшой шарик и…

— Беги! — отрывисто выдохнул мужчина, толкая девушку и придавая ускорения.

Ничего не понимая, она отбежала, скорее по инерции, но вернув себе устойчивость, оглянулась назад, неуверенно делая ещё несколько шагов, потом уже полностью развернулась и вовсе остановилась.

Никто её не преследовал, зато на мага и эльфа сыпался град стрел.

Полине сначала показалось, что происходящее — большое недоразумение, так как эльфов здесь уже не должно быть, а если бы они были, то не стреляли бы в своего, но напали именно эльфы и целили они в основном в пленника.

С рук Огневого веером срывались по сотне маленьких горящих шариков, а потом он устроил вокруг себя и пленника огненный смерч, в котором сгорали все предназначенные им стрелы. Но смерч быстро ослабел, хотя стрелы тоже теперь летели реже, а потом и вовсе всё затихло.

Полина прижалась к стволу толстой сосны, переживая за них, за себя, и думая, чем помочь, но маг вдруг бросился бежать, утягивая за собой пленника. Заметив прячущуюся девушку, он выругался, но Поля без заминки присоединилась к побегу, помогая поддерживать получившего ранение эльфийского главу.

Они старались выбраться к дороге, но напавшие эльфы оттесняли их в глубь леса. В закинутую Полей на спину сумку попала стрела — и мысли о том, чтобы бросить мешающую поклажу, пропали: вместо сумки стрела попала бы в спину. Огневой остановился, посылая магические искры в преследующих их эльфов.

— Разделимся, — крикнул он ей, толкая её к дороге, а сам отступил в ту сторону, куда их загоняли.

— Подождите, — прохрипела Полина, не желая отлепляться от придающего ей смелости Огневого и не в силах добавить больше ни слова. Ей нужно всего пару секунд, чтобы сосредоточиться на своей податливой силе и реализовать парочку фантомных ситуаций из фильмов ужасов.

Маг с сожалением посмотрел на неё, но остановился, готовясь принять последний бой.

— Госпожа Фокина, бегите, я задержу эльфов. Они не будут преследовать вас, — сделал он последнюю попытку, уберечь хотя бы девушку.

На его руках вновь загорелись искры, только их было мало.

— Почему они хотят убить своего главу? — пытаясь отдышаться, прохрипела Поля.

— Это клан утренней Росы, — ответил ей эльф, делая вид, что застрявшая в бедре стрела его не беспокоит.

— Ну, тогда всё понятно, — с иронией выдохнула Поля и на слишком близко подошедших преследователей вместе с чахлым роем искр, посланных Огневым, по её воле налетел иллюзорный шквал огня. Весь лес вдруг загудел, верхушки деревьев объяло пламя, по земле полетели огненные язычки, цепляясь за сухие веточки, создавая очаги пламени, послышался нарастающий топот зверей. Эльфы остановились, в страхе завертели головами, не понимая, откуда что взялось и что дальше делать, а Полина тихонько коснулась Огневого и прошептала в ухо:

— Отходим.

— Это вы? Это всё иллюзии? — с восхищением и даже благоговением, спросил он.

— Да, — чтобы скрыть удовольствие от его реакции, она опустила глаза.

Это было её ошибкой, так как большую часть иллюзии Поля создавала, не особо сосредотачиваясь, используя готовые сцены из кино, всего лишь подправляя их или тасуя по надобности.

Из-за сменившегося эмоционального настроя атмосфера катастрофы дрогнула.

У девушки была задумка заставить отступить эльфов, напугав их спасающимися из огня зверьми, но выбежали не матерые кабаны или лоси, а табун мультипликационных оленят Бемби, заек и белок.

Разбушевавшаяся стихия замерла, как, впрочем, Огневой и эльфы. Полина в растерянности попыталась исправить положение, но тут кто-то из эльфов что-то крикнул, а глава Луны с усмешкой перевёл:

— Они догадались, что это иллюзии.

От стыда за оплошность и потерю удачного шанса спастись, Полину кинуло в жар.

— Бежим, — дёрнул её Огневой, вновь посылая в эльфов свои жалящие искры, но те уже тоже не могли никого напугать.

Подхватив эльфа с двух сторон, девушка с магом побежали. Им удалось сделать несколько шагов, прежде чем их пленник основательно потяжелел и повалился, утягивая Полю за собой.

— Вставай, — маг вцепился ей в плечо, помогая подняться, но Поля с недоумением смотрела на эльфа, вложившего ей в руку хрустальную каплю и из последних сил хрипящего:

— Ты… всё тебе… попробуй сама… моя жизнь — добровольная жертва… отдаю…

 Небольшая заминка дорого обошлась Огневому. Несмотря на то, что у эльфов уже почти не было стрел, оставлять в живых боевого мага они не собирались.

В него выстрелили почти в упор, и он уже ничем не мог защититься. Застонав, маг отпихнул вцепившегося в Полину продолжавшего что-то бормотать пленника и махнул рукой, чтобы она бежала, не останавливаясь.

Эльфы подходили медленно, наблюдая, как боевик пытается встать и они даже позволили ему, согнувшись, отбежать на несколько шагов. 

Полина была сама не своя. Ей казалось, что она ничего не соображает, но одновременно, она чётко всё видела и хладнокровно оценивала происходящее. Главу клана Луны прошило сразу же несколько стрел, и эльф доживал последние секунды, успев передать ей своё наследие. Совершенно не нужное ей и опасное, но она в тот момент не думала об этом, а только сжимала злополучную каплю и думала, как выжить.

Её взгляд оценивающе пробежался по королевскому представителю. Огневого ранили, но ему пока хватало сил бежать. Это хорошо.

Преследователей по-настоящему интересовал только глава клана Луны, и Полина собиралась этим воспользоваться.

Она посмотрела в сторону дороги, но, чтобы вернуться к ней, придётся подальше отбежать от эльфов, а у Огневого может не хватить сил. Ещё раз осмотревшись, ей показалось, что она попала в знакомое место. Развернувшись, девушка увидела сквозь деревья небольшой холм и нагроможденье камней, где таился вход в её пещеру.

Она на виду у эльфов подбежала и подставила плечо магу, собираясь довести его к своему тайному месту, надеясь воспользоваться там хлопушками, электрошокером и, если припрёт, то нырнуть в свой мир.

Эльфы, посмеиваясь, смотрели на них, считая, что в любой момент смогут догнать и добить, но неожиданно они переключили всё внимание на главу клана. Поля не поняла, что их там взбудоражило, она старательно тянула мага к виднеющимся камням.

— Госпожа Фокина, нам надо к дороге, — сдерживая стоны, велел он.

— У вас не хватит сил.

— Тем более нам нельзя углубляться в лес, — ворчал Огневой, но Полина тащила его, а он продолжал переставлять ноги изо всех сил помогая ей.

Оставалось немного и оба они уже поверили, что эльфы не станут их преследовать, как раздался воинственный вопль. Поля оглянулась и успела заметить исчезающую посверкивающую дымку на том месте, где лежал глава клана Луны. Его тело исчезло! И убийцы явно были потрясены и растеряны, а потом они все одновременно повернули головы в сторону Полины с Огневым. По резкому жесту одного из них, стало ясно, что новая цель определена.

— Нам надо поднажать, — со страхом прохрипела Поля.

Да, вот теперь её пробрало! Отчего-то эльфы не на шутку разозлились на них.

Огневой оглянулся и, выругавшись, постарался бежать. Его качало, но девушка удерживала, и они оба «неслись» непонятно куда и зачем.

Маг видел впереди небольшую равнину, возможно болото, скрытое зелёной травой, и уже не было смысла сворачивать, так как эльфы дышали в затылок. Но смерть в болоте… страшная смерть и непонятно было, зачем перепуганная девчонка тянет его туда.

Остроухие берегли последние стрелы, понимая, что людям некуда деться и маг обессилен.

Полина, почувствовав, что мужчина замедляет ход, начала уговаривать:

— Осталось немножко, не сдавайтесь… ещё чуть-чуть… ну же, поднимайтесь, ещё шаг… — просила она.

Огневой продолжал двигаться только ради неё и сам себе не поверил, когда девушка протащила его сквозь явно ощутимый магический купол, а дальше… Под куполом вместо виденного им болота оказалась небольшая горка с редко растущими кривыми соснами и вход в пещеру.

Эльфы шумно заголосили, не понимая, куда делись гонимые ими жертвы, и начали обстрел наугад. Но ни одна стрела не прошла сквозь прозрачную преграду, зато девушка остановилась и, широко раскрыв глаза, смотрела, как падают стрелы, коснувшись купола, которого она до сих пор не замечала.

— Похоже, здесь плохое место, поэтому его закрыли, — догадавшись о чём-то, пояснил маг. — Не понимаю, как мы прошли, — криво усмехнулся он и повалился на Полю, теряя сознание.

Было очень страшно смотреть на эльфов в нескольких метрах от себя.  Они шли вдоль купола, собирая стрелы и время от времени пытаясь пробить его кинжалом или своей магией.

Полина не сразу догадалась, что они не видят ни её, ни Огневого, ни пещеру, да и сам купол, возможно, определили только на ощупь. Девушке вспомнилась птичка-первопроходица, которая не могла покинуть это место, пока Поля не поймала маленькую вредительницу и собственноручно не выпустила подальше от своего временного пристанища. А ведь Полина не только не видела никакой преграды, она её даже не почувствовала!

Приводя дыхание в порядок и наблюдая за попытками эльфов преодолеть защиту, девушка вынуждена была признать, что купол не такая уж надёжная преграда, но пока что она преследователям не по зубам.

Назревал вопрос: будут ли злые эльфы упорствовать, устраивая осаду в ожидании более сильного представителя своего народа? И тогда на что надеяться? Уходить ли Полине в свой мир или верить в то, что Огневого хватятся и будут искать? И вообще непонятно, чего эти ушастые привязались к ним?

Посмотрев на неловко упавшего мага, Поля попыталась затащить его в пещеру, но только бесполезно дёргала мужчину, причиняя боль, и не сдвинула с места.

— Надо спортом заниматься! — с досадой пробормотала она и с опаской посмотрела на замерших эльфов за куполом.

«Они её слышат? Определенно»

Несколько стрел ударились в прозрачную стену перед ней.

Немного понервничав из-за бессознательно валяющегося мага и разозлённых преследователей, Полина скрылась в пещере, чтобы приготовить место, лекарства и еду для Огневого. Сегодня им точно придётся ночевать тут, и ей хотелось, чтобы мужчина получил максимум комфорта.

Она хотела уступить ему свой надувной матрас, лежащий на коробках, а себе устроить постель на сумках и походном коврике-пенке, но присела и задумалась о последствиях раскрытия своей тайны.

Ей очень хотелось приятно удивить мага, но имеет ли она право впускать в свой мир чужака?

Как ей остановить Огневого, если он захочет попутешествовать так же, как она? Что она сможет противопоставить, если маг потащит в её мир своих товарищей?

А если он изучит современное оружие и принесёт его сюда с благороднейшей целью, например, помочь воинам защищаться от эльфов и других врагов?

В этом мире вроде бы нет армии писателей, которые смоделировали бы множество ситуаций с героями, желающими облагодетельствовать отстающих в развитии аборигенов и столкнувшимися со сложными неоднозначными результатами. Это на Земле уже существует определенная культура попаданцев, которая формировалась не один год, а здесь возможность ходить в другой мир, скорее всего, приведёт к деформации личности даже такого симпатичного мужчины, как Огневой.

Полина вспомнила, как хотела объяснить солдатам, что такое бескрайняя пустыня, непроходимые тропики или подпирающие небо горы, когда зашёл разговор об удивительных эльфийских лесах, где творились чудеса. Поля тогда всего лишь упомянула, что природа в принципе уникальна и, слово за слово, начала приводить примеры.

Ничего объяснить она не смогла!

Даже командир Лог и его помощник Гриол, которые отлично воспринимали новую информацию о разных случаях из жизни, не смогли представить, что такое пустыня, горы… и только раздражались.

 Им элементарно не хватило имеющихся в голове образов, из которых можно было сложить что-либо новое, а тут другой мир и возможности... практически неограниченные возможности для магов.

Полина тяжело вздохнула и решила, что обязана проявить элементарную осторожность и ничего с её магом не случится, если он проведёт ночь в пустом помещении при входе, а все остальные ходы она скроет иллюзией, словно их нет. 

Приняв такое решение, девушка выскочила наружу и проверила, не пришёл ли в сознание Огневой.

Мужчина всё ещё лежал, и тогда Поля бросилась расчищать вход. Она оттащила дверь и перекрыла ею вход в обжитое помещение. Ведь иллюзии – это пустышки, а вдруг маг именно в этом месте решит облокотиться или пнуть ногой стену? Конечно, это не замена каменной стены, но лучше, чем пустота. Свернула проволоку, убрала хлопушки и отобрала из своих припасов всё самое необходимое, укладывая себе в сумку, как будто это всегда было с ней. А вот хрустальную каплю девушка выложила из кармана и спрятала подальше в небольшом каменном углублении. Огневой словно бы не видит этот артефакт, но вдруг он притягивает эльфов?

Очень странная и непонятная штука, при этом наполненная силой под завязку и вроде бы это должны видеть даже не маги, но не тут-то было. Возможно, эта вещь с характером? Такое случается даже на Земле, особенно с украшениями из минералов, а здесь магический мир. Но сейчас некогда ломать голову над этой загадкой и, честно говоря, боязно кулон даже в руках держать! Мало ли что!

Ещё раз проверив мага, Поля решилась сбегать на Землю. Она схватила портативное зарядное устройство для телефона и, миновав портал, вышла к валунам.

Подождав, когда мобильник чуть подзарядится, позвонила родителям, чтобы отметиться, потом освежила свою память, просмотрев какую помощь она может оказать при ранении, если рядом нет врачей.

 Всё это она уже изучала, когда собиралась в другой мир и аптечку собирала на все случаи жизни, но страшно ведь что-то пробовать на живом человеке!

Отсутствовала она минут двадцать, но обстановка с эльфами и оставленным Огневым не изменилась. Первые всё ещё бродили вокруг купола, определяя его границы и выискивая лазейку, а маг продолжал лежать без сознания.

Полина подготовила перекись водорода, хлоргексидин, зеленку, бинты, тампоны и ворох таблеток... Стрела продолжала торчать из тела мага, и надо было уже приступать к активным действиям, но девушка боялась. Подходила, примерялась к стреле, думая, как ловчее схватить её и отступала. Вроде бы уже столько пережила и голова от всего идёт кругом, но вот терзать живое тело, пусть даже во благо… страшно это.

Отсрочивая неизбежное, она поставила на газовую плитку кипятиться воду и как только та закипела, кинула бульонный кубик, тушёнку, фасоль в томате, а потом густую похлёбку перелила в большой широкий термос, как будто это ей дали ещё в отряде.

Выйдя в очередной раз проверить, не пришёл ли в сознание Огневой, она наткнулась на его проницательный взгляд.

— Простите, у меня не хватило сил поднять вас наверх, — подскочив, принялась она оправдываться.

Он кивнул, принимая объяснения — и вдруг резко выдернул из себя стрелу.

— Ах!

Полина бросилась к нему, а эльфы вновь слаженно ударили по куполу, ещё больше пугая её. Маг сделал то, что она никак не решалась. Рыча от боли, он воспользовался помощью Полины и поднялся. Покачиваясь, осмотрелся, а потом вдруг запустил маленький рой искорок прямо в кровоточащую рану, при этом вновь теряя сознание.

«Да что же ты делаешь! Варвар!» — мысленно возопила Полина.

У неё всё было приготовлено, как для остановки крови, так и для бережной обработки краёв ран и самой раны, а он…

Согнувшись под его весом, девушка не знала, как поступить: сбросить эту тушу или попробовать доволочь до места. В её животе от взваленной тяжести что-то неприятно потянуло, в спине хрустнуло, но она всё же сделала шаг, другой, и смогла подтянуть Огневого к пещере, а дальше не удержала… он свалился с её спины.

 Но теперь в теле мужчины не было стрелы, и Поля взялась за обработку раны.

Та выглядела ужасно, так как искры прижгли входное отверстие основательно.

Девушка всё же дополнительно продезинфицировала, что могла, засыпала рану порошком и закрыла её самофиксирующимся бинтом. А когда Огневой открыл глаза, то влила ему в рот растолчённые и растворенные в воде таблетки, рекомендуемые для приёма после операций. Может, некоторые из них были лишними, но маг — мужчина здоровый, и пусть лучше у него поболит желудок, чем начнётся заражение крови. В общем, Полина наверняка сделала много лишнего, но она слишком боялась последствий, с которыми уже наверняка бы не справилась.

Напоив Огневого лекарствами, она довела его до расчищенного места и помогла сесть. Маг смотрел на неё осоловевшим от боли взглядом, но подчинялся, помогал с собой управляться, и стоило ему опереться о стену, как вновь вырубился.

Обедать Поле пришлось в одиночестве, зато к ужину мужчина очнулся и выглядел вполне прилично. Он с любопытством осмотрелся, расковырял, сделанную девушкой накладку на рану и изучил её.

— Интересный материал… из чего это сделано? — сминая эластичный бинт, он поднял на неё глаза.

Полина не успела его остановить и с досадой смотрела, как мужчина нарушил стерильность и заносил микробы в удивительно быстро заживающую рану. Девушка читала, что развороченный кусочек плоти должен что-то выделять и не один день, возможно, краснеть, но рана уже «схватилась».

— Не знаю, — пробормотала она и собралась предложить поесть, но Огневой достал из потайного кармашка связку из маленьких янтарных бусин.

— Это целительские артефакты, — ответил он на вопросительный взгляд Полины.

Сняв три бусинки, он тяжело вздохнул, аккуратно спрятал остальные, а потом по очереди зажал каждую в кулаке. Из янтаря словно бы выкачали цвет и сияние, а маг, наоборот, посвежел.

— Теперь если вы меня покормите, я буду очень признателен вам, — улыбнулся мужчина.

Впечатлённая и успокоившаяся Полина достала термос, открутила крышку и выложила в крышку-миску порцию густого супа, даже скорее жарко́го, а Огневой с любопытством следил за каждым её действием.

— Откуда это? Я никогда ничего подобного не видел, — показывая рукой на термос и симпатичную ложку из нержавейки.

— Вы ешьте, а я расскажу вам, как попала на ваши земли, как добралась до города, а там меня сразу же отвели на войну.

Маг ел с удовольствием и внимательно слушал. Он сочувствовал девушке, осуждающе покачивал головой на действия патруля, а Полина делилась своими переживаниями, доставая из сумки разные вкусности и угощая мужчину.

— Пожалуй, я сыт, — прикрывая глаза, наконец, произнёс Огневой.

Поля тихонько выдохнула. Врать было несложно. Она сама уже верила в свою легенду, тем более скрыла только факт своей иномирности и то, что портал не разовый, а остальное подкорректировала... да, это даже не враньё… просто отодвинула историю Земли на полторы-две сотни лет назад.

 Маг казался сытым уже после тушёнки с фасолью, но без возражений принял рассыпчатые печенюшки-крекеры, попробовал сладкие рисовые хлебцы, съел шоколадный батончик, мини-кексики, пачку мятных драже, козинаки, чак-чак, орешки в цветной глазури, пряник с повидлом…

Огневой ни от чего не отказывался, с любопытством рассматривая маленькие упаковки и пробуя всё, что девушка давала ему, а Полина стеснялась просто так сидеть и постепенно отдала всё, что положила в сумку. Ей проще было отвечать на вопросы мужчины, когда он был занят едой.

— Как удивительно многого вы достигли без магии! — задумчиво подытожил маг.

— Но у нас не умеют так лечить, как ваши бусины, — вежливо возразила Поля.

— Целителей и заряженных ими артефактов на всех не хватает, — вздохнул мужчина. — Те бусины, что вы видели, достались мне по наследству. Иногда наш король награждает ими за верную службу. К сожалению, я не преумножил связку, а потратил.

Полина хотела заметить, что здоровье важнее, но маг опередил её и начал задавать вопросы. Его интересовали увиденные материалы, уровень зельеварения, устои общества… Точно такие же вопросы девушка с удовольствием задала бы ему, но постеснялась быть навязчивой и помня о его ранении, побоялась утомить огневика, да и как-то так сразу получилось, что мужчина был хозяином положения, а она… По неопытности она как-то не так себя повела, а теперь не хватало смелости изменить возникшее неравенство. Но может так и нужно? В интернете писали, что в расстановке слабая женщина — сильный мужчина есть свои плюсы.

Полина отвечала, но настойчивый интерес мужчины к обществу, в котором якобы выросла девушка, выпивал все её силы. Вопросы звучали всё более конкретные и она теперь боялась запутаться, а ещё ей не хотелось быть перед ним «открытой книгой», тем более внутри созрело ощущение, что она ведёт себя как доверчивая простофиля.

Поля попробовала перевести тему разговора, но Огневой словно бы не заметил этих попыток и вновь интересовался, как устроена жизнь в том месте, откуда она пришла.

— Вы устали, — в конце концов вежливо произнесла Полина, — давайте отдыхать, — и демонстративно улеглась у противоположной стены, куда ещё попадали солнечные лучи, делая каменный пол тёплым.  

— Похоже, что я вас утомил, — произнёс маг с такой интонацией, что любой тактичный человек немедленно уверил бы его в обратном.

Однако, стоило девушке лечь, как внутренний завод затих, тело налилось тяжестью, и она уснула. В этот день так много всего пришлось пережить, что даже симпатия к магу отошла на задний план.

Огневой чувствовал себя бодро, и когда чужеземка уснула, то он ещё раз осмотрел свою рану. От той остался небольшой шрам, как будто он впитал силу не трех бусин, а четырех или даже пяти! Это было приятной неожиданностью, так как разом использовать так много заряженных целителем кристаллов он не мог себе позволить. Да и вообще, если бы не крайняя ситуация, то он использовал бы только одну, чтобы унять боль и избежать горячки в крови, в остальном положился бы на своё здоровье, усиленное постоянным движением магической энергии в теле.

Ещё раз рассмотрев интересную ткань, которой госпожа Фокина залепила ему рану, он оглядел пещеру. Ничего интересного в ней не было. Небольшое помещение с довольно большим входом. Чтобы не мешать девушке спать, он вышел понаблюдать за эльфами.

Мысли роились в его голове с удивительной скоростью.  

Он попытался вспомнить о невидимых куполах всё, что знал. Их поставили очень давно, закрывая нестабильные магические точки. В чем заключалась их нестабильность он не помнил. У эльфов на этих местах росли священные мэллорны, а с приходом людей деревья погибли… или их срубили, чтобы ослабить эльфийскую магию. Наверное, ослабили, но что-то пошло не так и поставили защитный купол.

Прислушавшись к своей магии, Огневой не почувствовал ничего подозрительного вокруг и решил, что смысла в куполе здесь уже давно нет, но на его счастье, никто не развеял эту древнюю своеобразную защиту.

 Впрочем, не будь с ним сильного мага-иллюзиониста, то он не заметил бы купол, а наткнувшись на него, не смог бы пройти. Защита простенькая, но её преодоление требует определенного уровня силы, не чета ему, тем более ослабленного боем.

Огневой хмыкнул, подумав о себе как о везунчике, которому удалось выкрутиться в патовой ситуации. Но вот за погибшего знатного эльфа с него спросят! Король лишился выкупа и рычага давления на один из кланов на предстоящих переговорах.

Маг подумал о том, что появление чужестранки из неведомых земель при королевском дворе отведёт от него беду, но вообще-то королю сейчас не до неё. Вернувшись ко входу, он сел на землю, ловя лучи заходящего солнца.

За размышлениями Огневой не заметил, как задремал, и из чуткого сна его вывела возня девушки.

— Что вы делаете? — осторожно потянувшись, поинтересовался он.

— Очаг.

— Зачем?

— У нас есть немного воды, можно заварить чай. Только у меня нет котелка, и придётся греть прямо в кружке…

— Поставьте её сюда, — велел Огневой, чувствуя, что замёрз и полностью одобряя действия спутницы.

Полина подвинула к нему наполненную водой кружку, а маг одним жестом вскипятил воду в ней.

— Ух, вот это да!

Мужчина польщёно улыбнулся.

— Вы запасливая, — похвалил он её, а Полина покраснела. Вода была из её закромов, бутылочная, так как родник находится метрах в ста отсюда, и вскоре это станет проблемой.

— Кажется, эльфы чувствуют себя как дома, — с досадой пробормотал Огневой, возвращая своё внимание нелюдям.

— А вас будут искать?

— Должны, — ответил уверено, а после смущённо добавил: —  Но, когда они спохватятся, я не знаю. Скорее начнут искать нашего погибшего пленника и тогда вспомнят о нас!

Поля вздохнула и продолжила хлопоты, стараясь красиво подать чай с подсушенными и подсоленными ещё на Земле сушками. Она сотворила иллюзию красивого чеканного подноса с белоснежной резной салфеткой, на которой стояла вазочка с разноцветными фрезиями. Менять вид кружки из нержавейки и сушек не стала. Это требовало ещё большей концентрации внимания, а она ведь продолжала контролировать наведённую иллюзию на всю пещеру.

— Вы не подумайте, что у нас бардак… хотя бардак, конечно, — начал оправдываться Огневой. — Лето в разгаре, а деревни сожже… — он бросил взгляд на девушку и закончил по-другому: — посевы сожжены эльфами и королевству грозит голод. Сейчас старосты принадлежащих королю деревень стекаются ко двору, чтобы выпросить налоговую отсрочку и поплакаться на свою судьбу.

Полина почувствовала раздражение мага, который вроде понимал, что ситуация в королевстве критическая, но наплыв простых людей, напуганных будущим, явно не одобрял.

Ей хотелось бы узнать, какие меры помощи принимает король, но Огневой продолжил говорить дальше, и Поля решила послушать, не перебивая.

— А тут ещё наша армия воспрянула духом и освобождает земли.

— Разве это плохо? — совсем растерялась она.

— Это прекрасно, но кто их кормить будет? Обозы с провиантом не поспевают к быстро продвигающимся отрядам, а целыми остались хранилища только в дальних городах и всё надо организовать… — маг на пальцах попробовал показать массовое движение телег в разные стороны, но запутался в пальцах и улыбнулся. — Всё сложно, и вся жизнь нашего королевства сейчас сосредоточена во дворце, так что не знаю, когда обо мне вспомнят.

— И эти эльфы рядом, как насмешка, недавней победе генерала Томаша, — поддакнула Полина.

— Да. Мы окружены окружёнными эльфами, — хмыкнул маг. — Забавно.

Они долго сидели молча, утомлённые разговорами и прошедшими событиями. Если бы не отсутствие воды, то Огневой был бы не против задержаться в этом месте и перейти на более близкий уровень взаимоотношений со своей спутницей.

Он не назвал бы девушку красавицей, но её нежная ровная кожа и необычные голубые глаза привлекали его. А ещё ему льстила её симпатия. Сильная магичка искала его одобрения и беспрекословно слушалась, как будто он архимаг! Её сила стала бы неплохим приданым мужу, но лучше бы она была богата. Усиление огневику не всегда на пользу.

— Нам придётся прорываться самим, — отбросив появившиеся провокационные мысли, тихо сообщил Огневой. — Вы видите в темноте?

— Нет, — покачала головой Полина.

— Тогда попробуем напасть на эльфов с первыми лучами солнца. Вы деморализуете их своими удивительными картинками, а я ударю по ним огнём.

Поля согласно кивнула, хотя ей было не по себе, стоило представить, что с её помощью будет совершено убийство. Она вроде бы понимала, что идёт война и даже уже видела не одну смерть, но до сих пор в душе оставалась горожанкой мегаполиса, в котором чаще защищали честь и достоинство в судах, а не жизнь.

Ожидать рассвета было сложно. Огневой дремал, Полина караулила те моменты, когда он открывал глаза и старалась показать себя в выгодном свете. Ночью похолодало, и она организовала небольшой костёр, который сама же поддерживала, заявляя, что сна у неё ни в одном глазу. Развлекала мага ненавязчивыми рассказами, даже спела, навевая ему сладкие сны и демонстрируя свой тихий убаюкивающий голос. Ему вроде бы всё нравилось, и его взгляд становился заинтересованней, что чрезвычайно будоражило Полину. На неё раньше ни один мужчина так не смотрел, и она подумать не могла, насколько это волнует.

— Пора, — неожиданно раздался голос Огневого и Поля встрепенулась, с досадой понимая, что уснула и, возможно, выглядит сейчас растрёпой.

— Вы подготовились? — он строго посмотрел на неё и, увидев испуг в её глазах, тут же мягче добавил: — Не переживайте, у нас есть время.

— Я могу напугать эльфов, но уточните мою задачу. Они должны замереть или выскочить? Пугать всех разом или по одному?

— Кхм-кхм, — откашлялся Огневой, скрывая, что он об этом не подумал.

Ему представлялось, что иллюзии Фокиной помогут ему обнаружить эльфов, а там уж он сам… как-нибудь.

Главное, что за спиной у него есть возможность укрыться под защитой купола и это придавало ему смелости. Хотя, наверное, этот момент надо было бы обговорить, ведь без девушки он не пройдёт сквозь защиту!

Огневой насупился, понимая, что многое упустил из запланированной операции. Он всегда был при дворе благодаря протекции родителей, и вчерашняя стычка с эльфами стала для него настоящим боевым крещением. Маг гордился собой! Он заслуженно считал, что повёл себя достойно, и ни за что не признался бы теперь даже себе, что сначала побоялся гнева герцога за потерю пленника, потом он не успевал ни о чём думать, а после уже слушал девушку и ничего не соображал. Зато теперь, кажется, он действительно оплошал!

— А вы сможете их пугать по одному? — строго спросил он, нахмурив густые брови, пытаясь скрыть за показной хмуростью досаду на себя.

Полина от волнения закусила губу и неуверенно кивнула:

— Давайте попробуем, а дальше по обстоятельствам, — предложила девушка, втайне опасаясь, что больше эльфы не купятся на иллюзии.

— Попробуем, — кивнул он. — Посмотрите на ту сосну, — он указал рукой. — От земли примерно в пятой части её роста видно утолщение ствола, но если приглядеться…

— Ничего себе маскировка! Как же вы увидели? — искренне восхитилась Полина.

— Я чувствую тепло. Только так можно обнаружить спрятавшегося эльфа, — не без гордости произнёс мужчина.

— Но если вы его видите, то почему не стреляете?

— Он сейчас слился с корой и получил защиту дерева, — наставительно повторил Огневой то, что слышал от других. — Надо чтобы эльф отлепился от ствола, тогда моя сила нанесёт ему ощутимый ущерб.

— Хорошо, следите за ним, я сейчас...

Полина моментально представила огромного змея Ка-а из мультика Маугли и этот питон тихо заскользил по стволу сосны с верхушки вниз, тихим шорохом заставляя пошевелиться устроившегося на ночёвку эльфа.

Когда эльф посмотрел вверх, то он даже не закричал, а в ужасе отпустил руки и кулем свалился на сухую хвою, не в силах пошевелиться.

Питон скользил медленно, гипнотизируя жертву взглядом, и уже открывал пасть, когда Огневой, держа за руку Полину, выступил из-под защиты купола и целенаправленно отправил огонь.

 Полный боли крик нарушил тишину, и содрогнувшаяся девушка, внутренне сжавшись, всё же послала ещё одну иллюзию раскрывшему себя другому эльфу. Над ним нависла огромная ступня, заставляя дёрнуться его и перекатиться по земле, а Огневой тут же переключил своё внимание, посылая пламя и сразу же отступая под защиту купола.

— Осталось трое, — сообщил он и крепко обнял девушку, целуя её в губы. — У вас потрясающая магия и одновременно жуткая, — отпуская, сообщил он.

Полина ошалела от всего. От собственных действий, от жуткого магического огня, от его поцелуя.

— Теперь они будут настороже, — с досадой произнёс мужчина. — Несмотря на то, что купол скрывает нас, вряд ли нам удастся застать их врасплох.

— Это из-за того, что они нас слышат? — борясь с лёгким головокружением, попыталась взять себя в руки Полина.

— И из-за этого тоже. Но у нас есть шанс. Они не рискнут подходить к нам близко.

— Это хорошо или плохо? Всё же стрелы летят дальше, чем ваш огонь.

Полина смотрела на испарину на лбу мага и понимала, что у сил у него осталось не так уж много.

— А вот здесь для них сюрприз, — уже едва слышно и к тому же склоняясь к самому уху девушки, продолжил маг. — Я знаю заклинание огненных змеек, которые искорками подбираются к нужному месту по земле и окружают заданный объект. Потом круг сужается и… — маг сжал кулак, а Полина вздрогнула. — Мне нужно, чтобы вы отвлекли их.

Она согласно кивнула, боясь подвести его: — Сейчас?

— Да, не будем откладывать, пока я ещё могу их отследить.

— Покажите мне, где они? — сглотнув враз став вязкой слюну, попросила Поля. Ей было тошно от того, что она делает, и до слез хотелось убежать домой, но… она уже ввязалась по уши и теперь не давала разрешения себе отступать.

Огневой сощурился и долго всматривался вдаль.

— Один из них меняет температуру своего тела, надо спешить, — с тревогой прошептал он, а после этого дал ориентиры — и Полина устроила нечто вроде движущегося на полной скорости поезда с учётом местных реалий. Так как картинка была создана на основе собственных образов, а не где-то виденной картины, то при реализации получилось много недочётов, но на эльфов поразила, надвигающаяся громада из дымящихся и гудящих телег, и они вновь бурно отреагировали, выдавая себя.

— Один ушёл, — напряженно выкрикнул маг, порываясь устроить погоню.

— Подождите, нельзя его преследовать. Он быстрее и ловчее, чем мы, — едва успела ухватить его за рукав Поля.

Маг остановился и выдохнул, пряча дрожащие от слабости руки.

Он даже не подозревал, что азарт может так сильно захватить! Хорошо, что девушка испугалась и вовремя одёрнула его.

Они вместе сделали невозможное, справившись с эльфами без потерь, и всё благодаря престранной фантазии попутчицы. Она шокировала противника, да, признаться, и его тоже, но её придумки дали решающее преимущество. Однако преследовать эльфа в одиночку, выходя из-под защиты купола, было бы глупостью.

— Как вы думаете, почему они вообще остались здесь и караулили нас? Ведь это наша территория? — тихо спросила она.

Полина подумала о кулоне убитого главы, и ей малодушно захотелось выкинуть подарок.

 «Нет вещи — нет проблемы», — так подсказывали ей эмоции, но во время отдыха она уже обдумывала случившееся, перебирая события одно за другим и поняла, что глава клана привязал или как-то по-особому передал артефакт ей, и «с глаз долой» для неё не выход.

Ей хотелось всё рассказать Огневому, выслушать его совет, а, может, даже принять его помощь. Ей казалось, что он, как никто другой, походил на того мужчину, который переложит на свои плечи проблему… проблемищу женщины!

Вот только как подступиться к деликатному делу?  

Между ними только-только зародилась симпатия и над этим ещё предстоит поработать, а она уже покажет себя несамостоятельной девушкой?

 И так всё пошло наперекосяк, а теперь ещё сюрпризик в виде эльфийской реликвии, которую маг прошляпил на пленнике, а потом упустил момент её передачи Полине! И всё-таки она задала наводящий вопрос о караулящих их эльфах, который мог бы привести к откровенному разговору и позволил бы ей сделать признание. Вот только Огневой ответил не задумываясь:

— Они на наших глазах убили главу одного из своих кланов. Это преступление карается смертью.

— Э-э, то есть они остались убрать свидетелей?

— Да. Мы, конечно, не их расы и нам даже в голову не пришло бы искать тех, кому можно доложить о преступлении. Да и нелюди для нас все на одно лицо, так что в качестве свидетелей мы бесполезны. Но эльфы думают по-другому и, видимо, почуяли в нас угрозу. Хотя, — задумчиво протянул Огневой, — тот, кто убежал… рядовой и, скорее всего,  промолчит о нас, иначе его казнят за то, что мы остались живы.

Полина слушала рассуждения мага и успокаивалась.

Ну конечно же, он прав!  А она напридумывала себе ерунды, начитавшись книг! Его спокойная уверенность передалась ей, и она выкинула из головы хрустальную каплю. Без неё проблем хватает!

— А он точно убежал? — Полина до боли в глазах вглядывалась в подозрительные места, проверяя их на наличие лишнего.

— Того, кто умел контролировать температуру своего тела, я убил, а этого я смогу засечь, если он подойдёт ближе.

«Убил», — слово эхом отозвалось внутри Полины и земля закачалась под ней.

— Госпожа Фокина, вам нехорошо? — услышана она сквозь навалившуюся толщу его голос.

— Что?

— Вы бледная и…

Полина всё же упала, но сознания не потеряла. Она глупо хлопала ресницами и ужасно досадовала на себя за слабость, но, видимо, есть внутри каждого человека что-то трепетное, неподдающееся цинизму окружающего мира и болезненно реагирующее на попрание извечных законов гармонии. Поля чувствовала это в себе и даже поняла, что именно об этом писали разные люди на закате своей жизни, предупреждая, что настанет время о сожалении.

Но сейчас девушка оправдывала себя тем, что не было другого выхода, и она защищала свою жизнь и… дышала, заставляла себя дышать, повторяя себе, что сбежать, оставив мага одного, не могла.

Огневой забавно хлопотал над ней, обмахивая снятым кафтаном, а она пыталась улыбнуться и показать, что это всего лишь минутная заминка.

— Всё хорошо, всё хорошо, — как заведённая твердила Полина и слабость действительно постепенно отпускала. — Нам же надо идти… вы подождите меня снаружи, пожалуйста, мне следует привести себя в порядок, — попросила она.

— Я спущусь к границе купола, чтобы вам не мешать, — немного смутившись, произнёс мужчина и сразу же вышел, оставляя спутницу одну, думая, что ей надо в туалет.

Полина замерла, пытаясь понять, что смутило мага, но поднялась, проследила за его спуском и бегом бросилась в обжитую часть пещеры. Там она зло похлопала себя по щекам, прогоняя слабость и метания души. Сосредоточилась и, смочив полотенце, наскоро обтёрлась, напилась, взяла новую бутылку с водой, покидала всякую бытовую мелочь, которая поможет ей привести себя в надлежащий вид, и осторожно выскочила обратно. На миг мелькнуло сомнение, и она оглянулась назад, думая завершить свои приключения, но… отбросила эту мысль.

Огневой бродил внизу, время от времени касаясь купола, словно проверяя, здесь ли он ещё.

Полина спустилась и с натянутой улыбкой произнесла:

— Я готова. Мы идём?

Огневому нравилась мягкая улыбка своей спутницы, и её внешность уже не казалась ему выигрышной только за счёт необычного цвета глаз и белоснежной чистой кожи. Облик госпожи Фокиной был соткан из полутонов, и на фоне ярких красавиц она показалась бы их тенью, но это только на первый взгляд. Сейчас он это понимал и с удивлением замечал, как ему рядом с ней комфортно, хотя они попали в опасную ситуацию и были на волосок от смерти.

Рядом с этой девушкой он неожиданно стал героем и с гордостью сможет рассказывать о прошедшей битве. Отчего-то вспомнились слова деда о том, что есть женщины, которые придают сил и делают мужчин лучше; а есть женщины, которые не дают расправить плечи, и с ними никогда не узнаешь, на что способен.

Маг подал Полине руку — и в глазах девушки отразилось столько тепла и благодарности в ответ, что он крепче сжал её ладошку и не отпустил даже тогда, когда они преодолели купол. Он тщательно отслеживал наличие живых существ поблизости, чтобы вовремя среагировать на опасность, боясь разочаровать свою спутницу, совершив оплошность. В этот момент ему смерть была не так страшна, как позор перед Фокиной.

— Я вас не отвлеку, если буду спрашивать о том, что нас ждёт в дальнейшем? — тихо спросила она.

— Нет, — он чуть сжал её пальчики, показывая, что весь в её распоряжении и остался доволен тем, что девушка, прекрасно понимая его жест, опустила глаза.

— Король нас примет сразу? — первым делом поинтересовалась она.

— Не думаю, что король лично захочет пообщаться с нами. Мы сначала доложим о себе моему начальству, а там уже как получится, — он ответил так же тихо, хотя поблизости никого не было, но ему понравилось шептаться со жмущейся к нему Фокиной.

— А то, что мы потеряли пленника?

Огневой отметил, что девушка считает себя виноватой, и эта неловкая поддержка  пришлась ему по душе.

— Ни вы, ни я ни в чём не виноваты, а если кто-то захочет нас выставить в дурном свете, то у меня есть сторонники при дворе. Не волнуйтесь, отобьёмся!

Полина облегчённо вздохнула, услышав, как маг непринуждённо говорил «нас» и «отобьёмся».

— А что меня ждёт, как вы думаете?

— Честно — не знаю, — тут мужчина остановился и проникновенно посмотрел на неё. В лёгкой тени деревьев цвет глаз девушки перестал быть ярко-голубым, но появившиеся серые оттенки в радужке добавили глубины взгляду, и он тонул как в омуте, смотря ей в глаза. — Я постараюсь выставить вас в выгодном свете, — продолжил он, едва вырвавшись из плена чудных глаз. — Но всё зависит от настроения его величества. Наш король довольно любопытен, и в былое время он с удовольствием бы лично пообщался с вами, но сейчас в стране тяжёлая ситуация… и я не берусь предсказывать ваше будущее.

— Ясно, — вздохнула Полина, — буду надеяться на лучшее и готовиться к худшему.

— Я на вашей стороне и не дам вам пропасть, — пообещал Огневой и, кажется, даже стал выше ростом.

— Спасибо!

Поля слегка прижалась к плечу мага, но идти так было бы неудобно, поэтому она продолжила путь, следуя чуть позади и держась за его руку. Впрочем, идти было недалеко, и вскоре они вышли к дороге, по которой шло войско.

— Эй, разве война окончена? — с удивлением крикнул Огневой.

— Ушастые запросили пощады и переговоров, — ответил один из командиров отряда.

— Скоро будем дома, господин маг! — крикнул один из солдат.

— А наш генерал не промах, — с толикой зависти произнёс Огневой и развернулся к приближающимся всадникам, скачущих по краю дороги. — Кажется, это он!  

— Генерал Томаш здесь? — тихо пискнула Поля, вытягивая шею, чтобы увидеть героя этой войны.

— Теперь он любимец женщин всех возрастов, — хмыкнул Огневой, зная, как восхищаются молодым генералом дамы королевского двора, и посмотрел на девушку так, как будто она сейчас сделает что-то неприличное под действием генеральских флюидов.

Полина тут же перестала любопытствовать, чтобы маг успокоился и не подозревал её в пристрастии к красавцам.

Это он совершенно напрасно волнуется!

Никогда в жизни она не проявляла интереса к смазливым мальчикам.

Во-первых, их не было вблизи!

Во-вторых, Поля в принципе не умела боготворить красавчиков, будь то певцы или актёры. И это, между прочим, очень мешало ей вливаться в коллектив своих сверстниц ещё со школьных времен.

В конце концов, она предпочла тихое рукоделие на дому вместо кипучей, но какой-то бессмысленной жизни в обществе подруг, преклоняющихся идолам.

 Предпочла, хотя это не было пределом её мечтаний, и с каждым годом в душе у неё зрело предубеждение против красавчиков, что сводили с ума девчонок, и это стало какой-никакой, но первой собственной жизненной позицией.

А генерал Томаш был великолепен!

Молод, статен, черноок и исполнен достоинства. Казалось бы, можно расслабиться, если ты не плацу, не ведёшь солдат в бой, а всего лишь проверяешь, насколько сильно растянулась колонна усталых вояк. Тем более, что, по мнению Полины, сами воины походили больше на переселенцев в поисках работы…  но генерал был настоящим!

Он выглядел не просто мужчиной, взявшимся за оружие, когда появился враг, а именно предводителем, военным вождём, под завязку наполненным успехом, удачей, источающим харизму!

Будь он даже страшен, изуродован шрамами, хромой или однорукий, на него всё равно смотрели бы с восхищением! А так получилось убойное сочетание красоты, искрящей энергией молодости, статуса победителя!

Но Полинино предубеждение не дремало, и в мгновение ока разложило типаж генерала по полочкам, от чего она почувствовала себя умудрённой женщиной и чуть насмешливо позволила себе разглядывать героя войны. Наверное, именно этот взгляд зацепил генерала, и он обратил на неё внимание. Вспомнив об уважении, девушка приветливо улыбнулась ему, но в этой улыбке осталась снисходительность, как к несомненно достойной, но слишком уж важничающей персоне.

Генерал вопросительно выгнул бровь, но Полина благоразумно опустила голову, признавая его силу и власть.

Но вот ведь бывают же такие люди! Он не поехал дальше, а остановился и, сделав вид, что запамятовал известного ему мага, всё-таки вроде как неуверенно спросил:

— Господин Огневой?

— Да, господин Томаш, — кивнул маг.

— По поручению или та-а-ак? — впиваясь взглядом в Полину, небрежно спросил генерал, удерживая недовольного остановкой коня.

 И что означает его протяжное многозначительное «та-а-ак», после которого ухмыльнулись его сопровождающие? Поля хотела было возмутиться, но тут ведь надо уметь, чтобы метко, остро и так же неоднозначно получилось. Она не умела и ограничилась сердитым взглядом, тем более Огневому тоже не понравились намёки, и он жёстко ответил:

— Следую в город, выполняя королевское поручение.

— Помятый вы какой-то…

— Отбил нападение эльфийской группы.

— Да ну! — засмеялся генерал с подпевалами. — Это где же вы нашли эльфов?

— Об этом я доложу своему начальству.

Генерал недовольно прищурился и вернул своё внимание вцепившейся в руку мага девушке. Он бы ни за что и никогда не признался бы, что его зацепил её скептический взгляд. Он точно знал, что сейчас все женщины мчатся к королевскому двору, чтобы посмотреть на него, удостоиться танца с ним или хотя бы взгляда. Что перед ним склонятся в реверансе первые красавицы, демонстрируя грудь в глубоком декольте, а эта девчонка, у которой только и достоинства, что необычный цвет глаз, сочла его неинтересным для себя!

— Ну что ж, мы ещё встретимся, но мне хотелось бы предупредить вашу милую спутницу, чтобы она правильно оценивала диспозицию.

Огневой и Полина с непониманием посмотрели на него, а он с усмешкой показал взглядом на их сцепленные ладони.

— Господин Огневой женат, и негоже юной деве строить планы по разрушению счастливого брака.

Ничего не добавив, генерал как ни в чём не бывало легонько сжал коленями бока коня, разрешая ему двигаться дальше, а с ним вместе последовали его сопровождающие, ставшие свидетелями странного разговора.

Полина не доставила радости генералу своей реакцией на его сообщение только потому, что до неё долго доходила суть его слов. Почему-то ей показалось, что красавчик сказал неправду ради того, чтобы задеть её.

 Глупая мысль!

Это ж тогда надо признать, что у неё мания величия, если первый парень в королевстве врёт при других, только чтобы досадить незнакомой пигалице!

— Мой брак фиктивный, — услышала девушка глухой голос Огневого.

Полина вытащила свою ладонь из захвата мужчины и растеряно посмотрела на него. Он был смущён и раздосадован, а она продолжала пребывать в какой-то прострации.

Ей всё ещё хотелось найти меткие злые слова для генерала, чтобы утереть ему нос, и осознание того, что она «выстроила замок из песка» по отношению к Огневому, приходило не сразу.

— Она прекрасная женщина, её муж был моим другом, и я не мог отдать их имущество на растерзание родственникам… жадным и бессовестным людям.

А Полине было стыдно. За то унижающее Огневого предупреждение, что прозвучало от генерала при свидетелях, за своё желание понравиться и за робкую надежду, что ей удалось заинтересовать собою мужчину.

Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь и окрашивая щеки пунцовым румянцем. Хотелось исчезнуть, лишь бы не стоять рядом с оправдывающимся магом. Он тоже был взволнован. Взволнован и унижен. И осознание этого помогло ей успокоиться, а следом появилось сочувствие. Полина прекрасно понимала, что генерал выказал неуважение к Огневому.

Они знакомы, и он его не уважал. И дело было не в том, что именно сказал Томаш, а в том, как сказал и при каких обстоятельствах. А Огневой проглотил… при всех и это тоже было унизительно! И вот если бравый генерал думал, что его выходка заставит её отвернуться от мага, то ошибся. Может её сопровождающий не герой королевства, не хитроумный полководец, но в минуту опасности он старался спасти её и этого не вычеркнуть. А ещё Полина чувствовала себя виноватой, потому что в этой некрасивой ситуации провокатором стала она. Никогда не делала подобных глупостей, а тут откуда что взялось… и вылилось в такую некрасивую сцену.

И что теперь? Что ей делать?

Ей давно хотелось влюбиться. Очень сильно хотелось и уже не верилось...

И вот рядом с магом она испытала так много, и он ей отвечал!

Как глупо всё сложилось! Она насела на него, а он… у него не было времени ей признаться, да и не до того было.

— Через месяц будет ровно два года нашему браку, и я попрошу развода у Нинет. У нас нет детей, и мы не консумировали брак.

Полина сосредоточилась на том, что говорит Огневой, и в ответ в её голове маминым голосом отчётливо прозвучала фраза, что когда разведётся, тогда и поговорим!

Но…

Их ситуация особая, ведь правда же?

Особая во всех смыслах!

А Огневой не Казанова какой-то… это сразу видно. Обычный мужчина, который помог в своё время женщине и… запутался… не подумал, что через пару лет он из-за этого окажется в неловкой ситуации…

И если брак фиктивный, то… Надо быть гибче и поддержать…

— Не надо оправдываться, господин Огневой, — твёрдо произнесла она. — Генерал поставил нас с вами в неловкое положение, но сейчас главное разобраться не с вашим браком, а с тем, что с нами произошло.

Полина увидела, что маг облегчённо выдохнул и сама тихонько выдохнула. Пусть он знает, что она не сторонница скандалов и выяснения отношений, а чтобы поскорее замять возникшее неудобство между ними, Поля стала задавать вопросы о королевском дворе.

Он рассказывал интересно и было видно, что делиться своими наблюдениями о разных людях ему нравилось. Ей незнакомы были те господа, о которых говорил Огневой, но он остроумно описывал их, и она искренне смеялась, задавала вопросы и вновь улыбалась. В этой болтовне отпускало напряжение пережитого и казалось, что тяжесть увиденного на войне и собственное участие в ней отступило навсегда.

Быть может, позже Полина пожалеет, что не выспросила у мага подробностей о его фиктивном браке, но сейчас хотелось сохранить на как можно долгий срок лёгкое, воздушное настроение. И к тому же, ещё ни один мужчина не смотрел на неё так благосклонно, не старался развлечь и уж тем более «не пушил перед нею хвост». Она впервые ощущала себя желанной девушкой.

Дорога до города показалась короткой прогулкой. Огневой и Полина с удивлением смотрели на входные ворота, вдруг выросшие перед ними, и вновь улыбнулись друг другу.

— С вами время летит незаметно, — произнёс он.

— А с вами так легко! — призналась Поля, понимая, что не польстила, а сказала истинную правду.

Они шли по улочкам, наслаждаясь мирной суетой горожан, украшающих окна цветами и лентами в честь победителей. Повсюду обсуждали назначенный на завтра парад, как много народу соберётся на площади и всех ли защитников возвращают по домам.

Полина с улыбкой смотрела на возбуждённых хорошими новостями людей, заражаясь их настроением, стараясь отогнать тревожные мысли о собственном будущем.

Делая шаг в этот мир, она твёрдо решила для себя продумывать всё до мелочей, но с первого дня всё пошло непредсказуемо. Сейчас девушка в равной степени ожидала как тюремного заключения, так и самого благоприятного развития событий. В плохое не верила, но на всякий случай не исключала.

Подходя ко дворцу, спутник Полины принял сосредоточенный вид, приосанился и подойдя к дворцовым воротам, велел стражнику:

— Доложи главе внутренней службы: маг Огневой вернулся!

Страж отбежал в сторону, а на его место встал другой. Полина с любопытством проследила за первым, но он всего лишь передал слова мага старшему, тот вскользь посмотрел на Огневого, кивнул ему и скрылся в сторожке. Через несколько минут он вышел и махнул рукой, предлагая следовать за ним:

— Господин Огневой, вы должны были вернуться ещё вчера, — укоризненно заметил старший стражи. — У меня пропуск на троих, а вас двое.

— Вообще-то у нас война, — высокомерно бросил Полинин спутник, игнорируя вывешенные флаги в честь праздника победы, — а на войне бывают потери.

Старший удивлённо посмотрел на мага, словно бы у него в голове не укладывались слова придворного о войне и, подойдя к небольшой двери в стене замка, затейливо постучал. Дверь бесшумно отворилась, все друг другу кивнули и Огневого с Полиной повели плохо освещёнными ходами внутрь огромного каменного монструозного дворца. Девушке показалось, что тишина навалилась на неё, и ей не хватало сил идти.

— Не бойтесь, здесь безопасно, — прошептал ей маг, поддерживая за локоть.

Она благодарно кивнула и, глубоко вздохнув несколько раз, постаралась не обращать внимания на мрачную атмосферу, пронизывающий холод и ощущение, что здесь можно вечно бродить, не выйдя к людям.

На самом деле вскоре им попались двое слуг с корзинами, посланных вниз за продуктами, потом Полину, Огневого и их сопровождающего проводил любопытным взглядом мужчина с огромной связкой ключей, а после уже провожатый вывел Огневого с Полиной на жилой этаж.

— Дальше вы знаете, куда идти, — буркнул он, оставляя их.

Маг ничего не ответил, отпустил локоть девушки и повёл её к виднеющимся открытым дверям.

На взгляд Полины жилой этаж отличался от того, где они были лишь шириной коридора и более частым расположением факелов, которые горели один через три. Она не сразу обратила внимания, что факельный огонь горел ровно, не потрескивал и не чадил. Хотела подойти поближе, но Огневой потянул её дальше, шепнув, что потом всё рассмотрит. Но рассматривать особо было нечего.

Никаких ковровых дорожек, гобеленов, оружия на стенах, даже скамеечки в тупике, где стоял страж, не было. Был широкий проход, а по бокам мощные двери — и всё тот же холод, спрятавшийся от солнца в толще замковых стен.

Там, где их ждали, в здоровенном камине плясало настоящее живое пламя на небрежно брошенных брёвнах, но девушка физически ощущала, как весь жар улетает в широченную трубу.

— Дань моде, — услышала она скрипучий голос и поспешно повернулась на него.

При входе Поля сразу же окинула взглядом своеобразный кабинет и остановилась у камина только потому, что за столом никого не было. Оказалось, что она не заметила маленькую узенькую дверку, из который вышел хозяин в накинутом на плечи меховом плаще.

— У меня тут целая лавка с подогревом, а горящий очаг — дань моим воспоминаниям, — скрипуче пояснил старик. — Если бы я знал, что ко мне в гости пожалует столь очаровательная дама, я бы велел принести сюда камни саламандры.

Полина вежливо улыбнулась, не зная, что ответить на этот своеобразный флирт.

— Скромна. Что скажешь, голубчик? Где глава клана Луны? Почему ты задержался?

— На пленника было совершено нападение.

— Это кто же у нас такой смелый? На порученца королевского двора обнажить меч?

— Эльфийский клан Утренней росы.

— Хм. На нашей территории, в то время как все остальные запросили пощады? Ох уж эти вечные эльфийские дрязги! До чего же вероломная раса! Ну, я так полагаю, что и вам досталось на орехи?

— Да. Я был ранен, и госпожа Фокина укрыла нас иллюзией, давая возможность подлечиться. Мы надеялись, что после свершения убийства главы клана Луны нас не будут преследовать, но на рассвете пришлось принять бой.

— Да вы храбрецы! — воскликнул старик, но непонятно было, всерьёз он или посмеивается. — Ну, твои возможности я знаю, а чем меня удивит славная дева из дальних земель?

Глава внутренней службы напомнил Полине Кутузова из фильма «Гусарская баллада». Этакий милый старикан! И приходилось себе ежесекундно напоминать, что нельзя расслабляться, потому что этот старик смотрит на неё цепким взглядом, всё подмечает и решит судьбу.

 Услышав, что ей дают возможность проявить себя, она заволновалась и подалась вперёд, а «Кутузов», как будто бы сам с собой продолжал бормотать:

— Признаться, не ожидал, что доживу до того времени, когда смогу увидеть одну из славного народа, уплывшего по большой воде в поисках новых земель.

Полина уже знала, что её принимают за представительницу народа, отправившегося искать новый континент, но было это так давно, что о них уже почти стёрлась память. И если бы не война с эльфами, то Полине пришлось бы отвечать на многие вопросы, а так интерес к ней был умеренным и скорее застольным.

Ну, живут где-то ещё люди, так об этом догадывались, точнее надеялись, и хорошо, что это не дикари, а именно тот смелый народ, о котором ещё помнят. Ну, послушать бы, что расскажет девчонка, но времени нет. Да и что столь юная особа может рассказать? Зато есть дела, и они сейчас важнее.

Поля в ответ на просьбу старика создала иллюзию заснеженного кабинета, в котором под порывом ветра закрутилась метель.

Она создала простенькую иллюзию, потому что опасалась чрезмерного внимания великих мира сего, но поскольку Полина использовала готовые заготовки из виденных ранее мультиков, фильмов, картинок, то метель получилась с чётко проработанными снежинками, с закручивающейся по спирали вьюгой, со свистом ветра.

— Э, дорогая моя, да я вас, оказывается, заморозил! — при этом старик приободрился, явно довольный увиденным.

Девушка виновато улыбнулась, поскольку и вправду уже не могла скрывать, что у неё зубы стучат от холода, волнения и страха. Интерес «Кутузова» к ней пугал.

— А вы впечатлительны, дитя.

А вот это ему явно не понравилось, так как он досадливо поцокал языком.

— Наверное, сильно испугались, когда на вас напали?

— Мне было так страшно, что я боялась бояться. Если бы не господин Огневой и его чёткие указания, я бы… я бы… — Полина всё-таки расплакалась, вспоминая пережитый страх и не выдерживая напряжения момента. Страшно в этом замке, называемым дворцом! Дадут ли ей выйти из него?

— Ну-ну, всё уже позади, — тяжело вздохнув, заворковал старик, подавая знак магу, чтобы тот утешил и прекратил слезоразлив.

Полина понимала, что ей надо поскорее успокоиться, но тело содрогалось от запоздалой истерики.

— Командир Лог докладывал, что вы считали себя пустышкой в магическом плане, а потом поразили всех удивительными иллюзиями. — Начал разговор старик, но Полина всё всхлипывала и содрогалась всем телом. — Вам бы попить успокоительного и провести недельку другую в лености и покое, но обстоятельства таковы, что нынче это для вас роскошь, — старик почесал нос и, обратив свой взор на мага, пожаловался: — Суматоха и столпотворение, а дела не терпят отлагательств. Нас ожидает тяжёлый год и боюсь, что он растянется лет на пять. М-да, — вновь вздохнул хозяин кабинета и, пожевав губами, продолжил:

— Лог очень высоко оценил вашу помощь, прелестная госпожа, и он уверен, что если бы не вы, то не видать победы нашему славному генералу Томашу.

— Если бы не госпожа Фокина, то не быть мне живым, — вставил Огневой.

— Ну, тебя я ещё послушаю. А деву мы больше не будем задерживать. Завтра её представят королю, наградят и… там видно будет.

Он позвонил в колокольчик — и из маленькой дверцы, согнувшись, вышел худощавый мужчина, держа в руках поднос с кубками. Глава службы внутренней охраны поморщился:

— Я тебя не за этим… это потом. Сначала проводи госпожу, назначь ей служанку и попроси даму Фейрану ввести милую девушку в наше общество.

Мужчина поднял склонённую голову и с интересом посмотрел на Полину.

— Сильный необученный маг иллюзии. Впрочем, обучать иллюзионистов её уровня у нас некому, да и не время сейчас, — вернув внимание девушке, старикан по-доброму буркнул: — Идите, дорогуша, отдыхайте.

Полина, подобрав юбку, присела склонившись, благодаря за внимание и заботу, посмотрела на Огневого, который одобрительно ей кивнул, и более не задерживаясь, так как худощавый мужчина вновь согнулся в поклоне теперь уже перед ней, показывая ей рукой, куда идти, быстро вышла.

«…ввести в наше общество…» — застряла нужная фраза в её голове. Это лучше, чем «бросьте её в застенки!» Но, кажется, случившая истерика произвела жалкое впечатление. И наверное, это хорошо, хотя стыдно было предстать в таком жалком виде перед Огневым.  

Сопровождающий вывел девушку в более обжитую часть замка, где сновала прислуга, слышались возгласы их хозяек, и пахло духами, по́том, выпечкой.

— Прошу, — мужчина толкнул тяжёлую дверь и пригласил войти Полину.

Комната была маленькой, и её большую часть занимала широкая, но короткая кровать. Позже Поля узнает, что знатные люди в этом мире спали полусидя-полулёжа, чтобы кровь не приливала к голове, а сейчас она непонимающе таращилась.

— Я пришлю вам служанку, — сообщил мужчина и скрылся прежде, чем Полина успела поинтересоваться его именем.

 Досадуя на себя за то, что не выяснила этого сразу и не устроила минидопрос по поводу его хозяина, короля и правил проживания в замке, она села на кровать и стала осматривать помещение.

Помимо кровати в комнате стоял здоровенный сундук, который больше походил бы на кровать, если бы не выпирающие железные полосы на нём. На полу стоял высокий канделябр с толстыми свечами, но сопровождающий, открыв дверь сразу вставил в выемку на стене гладкую пластину размером со столовую тарелку, и она светилась почти как двадцативаттная лампочка. Не ахти как светло стало, но не чадило и кислород не ело. В углу стояло здоровенное деревянное ведро, на грубо сколоченном ящике лежали пучки травы и стоял здоровенный кувшин литров на десять. Более ничего не было, как не было и окна.

Спокойно сидеть в глухой комнате с каждой минутой становилось всё сложнее. Стены давили, и казалось, что массивная дверь призвана не защищать от нежданных врагов, а запирать доверчивых иномирянок. Но вскоре в неё постучали, и вошла низенькая плотно сбитая женщина с большим подносом в руках. Она смотрела на Полину с любопытством и приветливо улыбалась.

— Бель, ваша служанка, — коротко сообщил появившийся следом доверенный человек «Кутузова» и, прежде чем девушка успела что-то сказать, вновь скрылся.

— Госпожа, я на кухне собрала вам еды, — вопросительно посмотрев на незнакомую гостью, неуверенно произнесла женщина.

Поля одобрительно кивнула. Давление стен с приходом этой уютной женщины она более не замечала. А в душе росло ощущение, что начинается новый волнительный эпизод в её приключениях.