Хозяйка сладкой тюрьмы

День начался не по плану. Я проспала. Как я могла не услышать будильник, когда я поставила рык адских гончих на звонок? Вскочив с кровати и прыгая на одной ноге, запутавшейся в одеяле, я поскакала в ванную комнату, чтобы быстрее навести порядок на своём лице.

Взглянув на себя в зеркало, я ужаснулась. Розовые волосы, напоминающие клубничный мармелад, растрепались и колтунами смотрели в разные стороны. Я запустила обе руки в них и открыла рот в удивлении. Это что?!

Достав из волос кусочек карамели, я застонала. Кто меня вчера надоумил делать леденцы на палочке в полночь? Катастрофа. Протерев глаза, я решительно посмотрела на себя в зеркало и скомандовала.

— Рел! — звонкий голос разнесся по всему зданию, а я смотрела, как загораются такие же розовые, как и волосы, глаза. Я выдыхаю и уже рядом слышу полный недоумения, писклявый голос.

— Летта, что случилось? — небольшое сиреневое облачко возникло рядом со мной, а я ткнула в свои волосы изящным пальцем и негодующе воскликнула.

— Мне срочно нужно исправить это карамельное безобразие! Помоги! Скоро подойдут поставщики, и лучше бы мне выглядеть достойно, — я умоляла своего домашнего духа помочь, и, конечно же, он со вздохом согласился.

Пока я чистила зубы, мои волосы волшебным образом разгладились и теперь волосок к волоску лежали ровной волной. Я посмотрела на себя в зеркало и удовлетворенно улыбнулась.

— Рел, ты волшебник! Люблю тебя, — крикнула я, уже убегая из ванной, по пути напяливая голубую рубашку и прыгая то на одной ноге, то на другой.

— Я — дух, а не волшебник, — слышу я запоздалое бурчание, но у меня уже не было сил и времени спорить с этим негодником.

Почесав кожу около кулона в виде сердечка, я нахмурилась, но тут же поспешила вниз по лестнице, слыша, как по подъездной дорожке приближается карета.

Вбежав в главный зал, я гордо оглядела свои владения и уже размеренно пошагала в сторону двери. Я проходила мимо кассы, огибая гигантское леденцовое дерево, которое возвышалось посреди зала. С потолка свисали мармеладные мишки. Несколько стоек с различными сладостями пестрели яркими цветами, маня покупателей приобрести хоть что-то в магазинчике.

Облака из сладкой ваты были всех цветов радуги и хотелось прикоснуться к ним, чтобы убедиться, что они такие же мягкие на ощупь, как и на вид. Я улыбнулась и прошла дальше.

Банки с шоколадными конфетами стояли вплотную одна к другой. Это была своеобразная стена, которая перекрывала деревянные панели комнаты. Пройдя мимо подноса с мятными конфетками, я сунула одну себе в рот и замычала от удовольствия. Они получились идеальными. Мятная свежесть растекалась во рту и очищала мысли перед началом дня.

Дойдя наконец-то до входной двери, я открыла засов, услышав звон колокольчика. Вовремя.

— Добро пожаловать в магазинчик сладостей! Я вас ждала! — улыбаюсь лучезарно и пропускаю внутрь поставщика, приезжающего ко мне раз в неделю, в выходные. Тут же в глазах его появляется робость, но он быстро справляется с собой и пытается побыстрее проскочить в приоткрытую дверь.

— Леди Розалетта, ваш заказ готов, — бормочет сын моего главного поставщика и подаёт мне папку. Он был милым мальчиком, но я не могла ответить взаимностью на его робкие ухаживания, поэтому легко улыбаюсь и беру в руки синюю папку. Сегодня он был один, без отца, что облегчало мне дело.

Мы быстро разобрались в документах, где я поставила размашистую подпись ручкой розового цвета. Кто-то подумает, что я помешана на розовом, но это было не так. Просто привычка. Одна из многих.

Ванс быстро кивнул, когда я вернула ему папку, и побежал к карете, чтобы принести мне мой заказ. Несколько коробок шоколада, сахарный сироп, марципан и многое другое, требующееся кондитеру и по совместительству владелице магазинчика сладостей. Я развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла в сторону склада, где у меня хранилось всё самое нужное для работы на кухне.

Придирчиво оглядев свои запасы, я кивнула. Всё было в порядке.

Когда мы закончили со всеми делами, и я уже провожала Ванса из магазина, чтобы подготовить его к открытию, мальчишка остановился и начал робко теребить маленькую коробочку. Я подняла брови в недоумении и уставилась на розовую коробку, догадываясь, что сейчас произойдёт.

— Леди Розалетта! Это вам! — он всунул подарок мне в руки, которые я ловко подставила, — Вам пойдёт!

Он так быстро выбежал из магазина, что я еле-еле успела крикнуть ему вдогонку.

— Спасибо, Ванс! Жду тебя на следующей неделе! — я видела, как загорелись его уши, и довольно усмехнулась. Посмотрев на уже помятую коробочку, я вздохнула и пошла в сторону кухни, чтобы открыть её там.

Дойдя до сердца моего дома, я ужаснулась второй раз за день. Моему взору открылся грандиозный погром.

— И кто меня надоумил делать карамель? — прошептала я, оценивая размер катастрофы. Карамель плохо отмывалась, но, слава хозяйке, моя кухня была оснащена очищающими чарами под контролем Рела. — Рел, прибери тут.

— Конечно, Летта, как скажешь, — сразу же возник дух рядом и бодро начал творить волшебство уже с кухней, как и до этого с моими волосами.

Я присела в это время за столик в углу и, повертев в руках подарок, начала медленно разворачивать тёмно-розовую ленту. Открыв коробочку, я охнула. Внутри находилась чудесная заколка-бант с алым камнем посередине.

— Ванс подарил? — возник около меня Рел и завис сиреневым облачком над заколкой, — А неплохо!

— Точно… — я достала подарок и сразу же нацепила себе на волосы, — Мне идёт?

— Конечно, моей хозяйке всё к лицу! — гордо воскликнул дух, а потом боязливо пробурчал, — Только ему это не понравится…

Я похолодела лицом и судорожно начала теребить полоску ткани на шее, вспоминая, как она оказалась на моем горле. Тряхнув розовой шевелюрой, я хлопнула ладонями по столу и резко встала с места.

— Дела не ждут, Рел! Через час у нас открытие. Люди хотят получить свои сладости, и мы не можем их подвести! — пафосно произнесла я и подошла к подносу, который единственный остался стоять на своём месте после устранения разгрома на кухне. Посмотрев на полночные труды безумной владелицы магазина сладостей, я аккуратно взяла леденец на палочке, сверкающий золотым сиянием фей.

Положив карамельку в рот, я аж замурлыкала от удовольствия. Чистая эйфория. Даже не верится, что еще несколько часов назад я без всяких сил делала эти сладости и мечтала, чтобы всё побыстрее закончилось, и я смогла бы отправиться спать. Сейчас же я с гордостью осматривала дело своих рук и придумывала название для этих прелестей. Стоит запустить их в продажу.

День пролетел незаметно. Посетители то прибывали, то убывали, делая комплименты моей новой заколке. Закончив с последним клиентом, я выдохнула, положив голову на прилавок. Сил не было. Раздался звук колокольчика, и я подняла розовую шевелюру от прилавка и хотела уже предупредить, что рабочие часы окончились, но слова застряли в горле.

Я смотрела на мужчину, стоящего у двери, встав в полный рост, и вытянувшись как струна.

— Дорогой клиент, магазин закрыт.

— Розалетта, ты слишком напряжена. Я пришёл не за сладким. Или за ним? — плавной походкой он приближался ко мне, но я не двигалась с места, не в силах ни убежать, ни сказать что-то гадкое.

— Деус, зачем ты здесь? — шепчу я, смотря на него широко раскрытыми глазами. — Я устала.

Он приблизился ко мне вплотную и положил пальцы на мою шею, гладя бархатную полоску кожи. Его светло-голубые глаза внимательно следили за движением кисти, а чёрные волосы длинными прядями обрамляли точеное лицо. Он был идеален внешне, но кто знает, что творилось в его душе? И была ли у него душа?

— Сладкая, ты трудишься, не покладая рук, но может, лучше сдаться? — я скидываю его ладони и отхожу от него на пару шагов.

— Уходи, живо! — грозно указываю ему на дверь, а Деус лишь поднимает густые брови наверх и усмехается.

— Я же только пришёл, а ты уже прогоняешь, сахарная моя, — но, видя мой насупленный взгляд, он поднимает обе руки вверх и нехотя говорит. — Хорошо, проводи меня до калитки.

Понимая, что выбора нет, я киваю и двигаюсь чеканным шагом на выход из дома, не смотря за тем, идёт он следом или нет. Я иду, вдыхая прохладный ночной воздух, и судорожно думаю, что его появления становятся всё чаще, а реагирую я на это, как первый раз.

Остановившись у калитки, я с грустью смотрю на изгородь из роз. Это было невыносимо, но я могла лишь жить в агонии, которая будет длиться вечность. Каждый день я подолгу с тоской смотрела на небо, пытаясь уловить в нем солнечные лучи, но, конечно же, ничего не находила. Выхода не было.

— Роза, сколько лет ты живёшь в этом месте? — спрашивает мужчина, оказываясь за моей спиной и сжимая меня в объятиях. — Ты сильная, но всему есть предел.

— Я справлюсь. Не твоя забота, Деус, — тихо отвечаю я, чувствуя, что слёзы еще не закончились, и в любой момент я могу заплакать.

— Тихо-тихо, моя хорошая, просто согласись, — он гладит меня по волосам, но его рука натыкается на новую заколку и  тут же снимает её с меня. — Всего лишь нужно согласиться.

— Нет, — качаю я головой, прощаясь со своим подарком. Недолго он был со мной, как и предыдущие подарки других мужчин.

— Я подожду, — говорит Деус и целует меня в макушку. — Еще увидимся… Розалетта Свит, ты прекрасна и когда-нибудь будешь моей.

Его шепот растворяется в ночи, а я, застывшей карамелью, смотрю на изгородь, что отделяет меня от мира за её пределами. Я была узницей, запертой на территории этого дома. И запер меня он — Деус.

Близился вечер, и я, находясь за прилавком, наблюдала за мальчишкой, который просто смотрел на сладости. Это не первый раз, когда дети прибегали стайками и поодиночке, глазели на мой маленький мир, но этот мальчик был особенным.

Он приходил один и всегда молчал. Его одежда казалась поношенной, другие дети в таком не ходили. Нет, конечно, иногда забегали чумазые малыши, но сразу было видно, что мамочки их заботливо наряжали в костюмчики, новенькие и выглаженные. Родители следили за такими вещами, чтобы с детства приучать своих отпрысков ходить в чистом и опрятном, и вообще следить за своим внешним видом. Понятное дело, ребенку без разницы, как он выглядит. Но если малыш с самого начала не поймет, что нужно беречь свои вещи, то его мама с папой рискуют разориться на их покупке.

Но этот мальчик был другой. Сероватые волосы прятались под кепкой, а зеленые глаза зорко следили за детьми, шарахающимися от него. Казалось, ему было без разницы, что с ним не общаются и то, как он выглядит.

Положив голову на ладонь, я стала накручивать пальцем розовую прядь, думая, как могу помочь ему. Я была слишком жалостлива, и дети всегда вызвали во мне необъяснимую бурю эмоций, которую я даже не пыталась подавить. Бесполезное занятие, которое только принесет мне боль, как тянучка, которая будет тянуться и тянуться до бесконечности.

День закончился, все клиенты разошлись и мальчик в том числе. Придя на кухню, я задумчиво посмотрела на заготовки сладостей. А что, если…?

— Рел, помоги мне, — позвала я своего занятого духа-волшебника, и он тут же появился рядом со мной. Он был пунктуален и никогда не игнорировал мой зов, как бы ни был занят по дому.

— Что такое, хозяюшка? У меня там ваша форма стирается, — пробурчал он, как старик, а я засмеялась. Повезло мне, что вместе со мной в этой темнице обитал дух. Если бы его не было рядом, то я бы сошла с ума от одиночества. И, нет, клиенты — это всего лишь клиенты, они не заполнят беспросветную пустоту образовавшуюся в моей душе после того, как я попала сюда.

— У нас осталась еще эссенция светлячков с болот ведьм? — вслух подумала я, рукой начав копаться на полках с самым необходимым.

— А что такое? Зачем тебе она? — судорожно вздохнул дух, вспомнив недавнюю катастрофу с карамелью. Хотя она, между прочим, отлично продаётся и пошла на «ура» у моих покупателей.

— Хочу облиться и светиться! Конечно же, сделать конфеты, сиренька ты моя, — засмеялась я, а дух протяжно застонал, начав бурчать, что не сидится некоторым розовым бедам на месте.

— Ну и зачем тебе новые конфеты? У нас все твои новинки уже не помещаются на прилавках, — сказал Рел, и я кивнула. Это было правдой. С моими экспериментами уже не оставалось места на что-то новенькое, но это был другой случай, и мне, во что бы то ни стало, нужно было сделать эти конфеты.

— Особые обстоятельства, душенька, особые сладкие обстоятельства. Нашла! — громко крикнула я, найдя маленькую баночку эссенции сверчков.

— И что мы будем делать? — обреченно спросил Рел, а я радостно воскликнула.

— Немного карамели нам не помешает!

— Опять?! — последовал его возмущённый возглас, но мой дух быстро сдался и начал помогать мне в приготовлении особой сладости.

Придирчиво оглядев своё оборудование, я достала огромную кастрюлю, в которой могла уместиться я сама целиком, если свернусь в калачик. Я захихикала под возглас Рела, что этим чаном мы можем накормить весь город. Задумавшись, я пошла на склад за огромной корзиной лимонов, которую совсем недавно завез мне Ванс. Как знала, что нужно было закупиться свежими фруктами.

Вернувшись на склад, я двумя руками вытащила оттуда мешок сахара и медленно начала тянуть его в сторону кухни.

— Отойди, окаянная! Надорвёшь спину, и кто потом будет работать? — отодвинул меня Рел в сторону, а я всё еще поражалась, что он мог это сделать без тела. Хотя я была довольна таким исходом. Никогда не любила таскать сахар. — Что дальше?

— Делаем лимонный сок! — хохочу я, чувствуя всеми фибрами души, каким недовольным стал Рел.

— Почему ты не купила лимонный сок СРАЗУ?! — негодование сиреневыми искрами летело от Рела, а я продолжала смеяться, уворачиваясь от выпадов духа. Розовая копна волос следовала за мной, прыгая из стороны в сторону.

— Потому что так веселее! — хихикала я, но тут же остановилась. — Нет времени на глупости, нам нужен сок из лимонов, значит, будет сок из лимонов.

Рел продолжал бурчать, но принялся за работу. Капли сока летели во все стороны, пока дух недовольно создавал нужную нам жидкость. Я же в это время высыпала весь мешок сахара в чан и ждала, когда же сиренька закончит своё нелёгкое дело. Когда всё было готово, то, что осталось от лимонов, полетело внутрь кастрюли, перемешиваясь с сахаром.

Взяв большой железный венчик и включив плиту, я начала быстро перемешивать смесь.

— Саламандра, тебе не тяжело? Хозяйка нас совсем не бережёт! — бурчал Рел, поглаживая рукой-облаком довольную моську саламандры под конфоркой. Этот питомец жил со мной год, и она уже прекрасно знала, какая температура нужна для приготовления той или иной сладости.

— Я хорошо её кормлю, она довольна, да, Салли? — послышалось довольное бурчание, а я уже заканчивала перемешивать смесь, добавив последний ингредиент из рецепта специального леденца. Эссенция сверчков-светлячков быстро оказалась в чане, и, помешав всё это еще минуту, я отложила венчик в сторону.

Подойдя к маленькой чаше с водой, я взяла и принесла её к своему вареву. Карамель делается быстро, всего пять или семь минут, и всё готово. Пропорции тоже просты. На четыре ложки сахара нужно полторы ложки лимонного сока. И готова сладкая карамель для моих клиентов. Осталось лишь проверить готовность.

Взяв вновь венчик в руки, я помешала им тягучую смесь, которая стала совсем прозрачной, и достала его оттуда. Капля карамели висела на кончике венчика, а потом я быстро стряхнула её в миску с холодной водой. Карамель застыла сразу же, и я скомандовала саламандре, чтобы она убирала огонь.

— А куда ты будешь заливать содержимое? — спросил совсем рядом Рел.

— У меня есть идея…

— Мне уже это не нравится! — но у духа не было выбора, и мы принялись вновь до поздней ночи делать сладости.

На следующий день я снова увидела мальчика, но сегодня он особенно пристально наблюдал за таким же одиноким ребенком. Я прищурила глаза, стараясь не сводить их с него весь день. Мальчик дёргался и всё ближе подходил к ребёнку, поправляя свою серую кепочку.

Я вышла из-за прилавка, повезло, что из посетителей остались лишь они вдвоём, да и это объясняло поведение мальчишки.

— Милый, вот тебе мятные леденцы… — обратилась я к другому мальчику, который выглядел опрятно, но бедно, и села перед ним на корточки, протягивая пакет зелёных маленьких пластинок.

— Леди Карамелька, — на этом обращении у меня чуть не дернулся глаз, но я продолжила мягко улыбаться, — у меня нет денег на них…

— Не волнуйся, это заготовки, мне некому их отдать, — сказала я, как будто это ничего не значило для меня. И действительно, от меня не убудет, если я отдам мальчику пакет леденцов, что уже заканчивали свою жизнь.

— Спасибо-спасибо, леди! — со слезами на глазах прижал пакет к себе мальчик и крепко обнял меня, убегая тут же из лавки. — Я всем расскажу, какая добрая леди живёт в магазинчике сладостей!

— Беги-беги! Какой хороший мальчик. А для тебя у меня особый подарок, — обратилась я к сероволосому. Я щелкнула пальцами и по воздуху понеслась коробочка розового цвета. На самом деле это был невидимый Рел, но не будем портить произведенный эффект.

— Леди, мне не нужны подарки, — дернулся мальчик, а я положила руку на его тонкое плечо. Он всё пытался развернуться, чтобы последовать за убежавшим мальчонкой, но я успела вовремя остановить его.

— Этот нужен. Хочешь посмотреть? — мальчишка кивнул обреченно, и в его руки влетел подарок, который он крепко сжал. — Не медли. Открывай же! Я так старалась.

Он, словно нехотя, поднял крышку коробки и ахнул. Внутри красиво светился фонарь. Карамельный фонарь.

— Что это? — заворожёно он поднял его в руках и нежно погладил края карамели.

— Можешь называть его «Фонарём Розалитты». Особая сладость для тебя. Но больше не смей тревожить одиноких людей, — говорю я строго, и он судорожно кивает в ответ. А он — не так плох, как я думала первоначально. — Можешь идти.

Мальчишка прижимал к себе подарок, а коробка, в которую он был упакован, теперь валялась на полу моего магазинчика. Он быстро убежал из зала через входную дверь, а я тихо последовала за ним. Пейзаж поменялся, и теперь я видела бескрайние болота, над которыми на уровне, чуть выше моей головы, летали огни. Мальчик выбежал за изгородь, куда мне не было доступа, и слился с огнями. Два огонька присоединились к веренице блуждающих огней, где один был моим фонарём, а второй — зеленоватым свечением.

— И зачем ты дала блуждающему огню сладкий фонарь? — раздался тихий голос позади меня. — Розалетта, ты же понимаешь, что он вновь начнёт охотиться на одиноких путников и уведёт их к болотам?

— Я сделала, что смогла, — поворачиваюсь я к Деусу и прохожу мимо него обратно в дом. — Он хоть и блуждающий огонь, но пришёл ко мне, узнице сладкого королевства, а значит, ему нужна была моя помощь.

— Когда-нибудь твоя доброта доведёт тебя до печальных последствий.

— А твоя чёрствость не поможет тебе понять нас. Тех, кто оказался в тяжёлой ситуации, — я прошептала это очень тихо, не разворачиваясь и заходя в свою тюрьму. Завтра будут новые клиенты, и мне стоит им помочь. А моя доброта уже довела меня до пути в один конец.

Сонно потерев глаза, я потянулась, когда встала в полный рост с кровати. Никуда не надо было спешить или бежать. Это тот радостный день для людей, когда они могли делать всё, что их душе угодно — выходной! То, о чём мечтают многие… Хотя чаще всего мы проводим этот день за уборкой, какой тогда это выходной?

Неторопливо накинув халат на плечи, я спустилась на кухню и, игнорируя беспорядок, поставила металлический чайник на конфорку, куда сразу скользнула саламандра и начала разогревать мне воду для кофе.

Когда кто-то узнаёт, что мой любимый напиток с утра — кофе, то представляет его сразу на сливках с карамельным сиропом, и розовыми зефирками, посыпанными сверху на «сахарную кому». Но реальность сурова, и хозяйка сладкого королевства пьёт чёрный эспрессо без сахара, смотря в окно, выходящее из кухни.

Сегодня там был заснеженный пейзаж. Нет, даже не заснеженный, а, скажем так, заледеневший. Казалось, что ты попал в сказку к снежной фее или королеве, что украла сердце ребенка, желая получить его любовь. Моё сердце, когда-то оледеневшее, билось сейчас в груди, выводя меня из бездны мрака и опаляя жаром мои будни. Осколки склеились давно, чтобы позволить мне жить.

Как же хорошо, что у меня был мой магазинчик. Он спасал меня от многого, в том числе и от разъедающих сознание мыслей. Без него бы я села в угол, не в силах пошевелиться, и просто плакала до тех пор, пока Деус насильно не выволок бы моё тело ногами вперёд, но думаю, он нашёл бы способ поиздеваться надо мной, в свойственной ему манере.

Рела не было слышно, и я позвала его, чтобы убрать беспорядок на кухне, который натворила в очередной раз накануне вечером. Вчера эксперимент был неудачным, но плодотворным. Я получила в подарок с болот интересный ингредиент и теперь пыталась придумать ему применение.

Нахмурившись и не увидев Рела рядом, я оглянулась по сторонам. Бывало, он хотел подшутить и прятался за разными предметами интерьера, пока я искала, где же мой несносный дух. Но сегодня всё было по-другому. Я не чувствовала даже его присутствия. Никогда такого еще не было. Рел всегда приходил на мой зов.

Поставив кружку на стол и развернувшись вокруг, я поняла, что сиреньки несомненно нет на кухне. Начав волноваться, я двинулась в сторону зала, точно зная, что наверху Рела не было.

Поёжившись от нехорошего предчувствия, я положила руки на плечи и пошла тихо в главный зал, который был пустым в нерабочий день магазина. Я проходила мимо полок и стендов с разными сладостями, заглядывая во все углы, но Рела нигде не находила.

Я занервничала. Где мой дух? Я совсем не ожидала, что его не будет. Как так вышло, что Рел пропал?

— Рел! Ре-е-ел! — я звала духа, но он не отзывался. Я знала, что он никуда не делся, ведь он был таким же пленником, как и я.

Зазвенел колокольчик, и я вздрогнула. Сдвинув брови, я посмотрела на дверь. Странно, я никого не ждала, да и кто мог прийти в магазин в выходной день? Никто бы и не нашел магазинчик в эти дни, но, видимо, сегодня у нас была нестандартная ситуация.

Я тихонько выглянула из-за полки с марципаном и прищурилась, пытаясь разглядеть, кого же принесла нелегкая. Из-за матового стекла не проглядывалось ни силуэта, и я моргнула недоуменно. Что за…?! Звон повторился.

Выйдя из-за полки, пришлось тихо направиться в сторону входа, чтобы открыть дверь незваному гостю. Чем ближе я подходила, тем настойчивее звонил колокольчик, но перед моими глазами ничего не менялось.

Когда я подошла к главной витрине и встала перед входной дверью, я вздрогнула, услышав скрип петель. Мы смазывали их недавно!

Дверь отворилась, но никого не было за ней. Я моргнула и резко отошла в сторону, когда поняла, что довольно резво на меня катится торт. Огромный торт, выше меня ростом, вкатился на полной скорости в дверной проём, а я лишь глупо хлопала ресницами, наблюдая за этим.

Сладкий сюрприз еще немного прокатился по залу, не врезавшись ни во что, и остановился возле леденцового дерева. Я скептически оглядела творение неизвестного кондитера и обошла шедевр по кругу. Торт был воистину искусным. Я бы не смогла сделать такой. И стоила такая вещь очень дорого.

Пять ярусов бисквита и розового крема, похожего на творожный, высились передо мной, соблазняя одним своим видом на поедание сего шедевра, но меня не проймёшь. Моя жизнь была полна сладостей, и таким меня не соблазнить. Изящные узоры, выведенные кондитерским мешком, были похожи на маленькие розочки, еще больше усиливая эффект, что торт был создан для меня.

Подняв бровь, я подошла ближе к нему и заметила, что на самом верху отсутствует декор. Странно, что это там такое?

Подтащив к торту небольшой табурет, я взобралась на него и поняла, что там было отверстие. Торт был полым. Я наклонила туловище над странной выемкой и посмотрела внутрь. В самом низу лежал какой-то предмет, и я не могла разглядеть его, как следует. Пришлось наклониться еще ниже. Любопытство взяло надо мной верх.

Мой корпус уже полностью поместился в торт, а сама я на носочках стояла на табурете, неловко балансируя. Руками я попыталась достать предмет, нервно стискивая его пальцами. Я смогла вытащить то, что было запрятано в глубине полости, но это оказалось обычной книгой.  И именно в этот момент табурет зашатался под моими ногами и упал.

Туловище повисло на крае отверстия, а ноги завязли в сливочном креме. Паника не заставила себя ждать. Почему я не взяла лестницу? Или не продолжила поиски Рела?

Я застряла. Нижняя часть туловища торчала из торта, а я пыталась руками с зажатой в них книгой вытащить себя из сладкой ловушки.

«Боги! Если кому-то расскажу, то мне не поверят, что я умудрилась застрять в торте!» — застонала я про себя. Я услышала звук открывающейся двери и застыла, как комар в янтаре, поняв, что ко мне кто-то пришёл. Звуки шагов раздались совсем близко, усиливая мою панику.

Своей пятой точкой я светила прямо гостю в лицо. Розовые пижамные штаны обтягивали нижнюю часть тела так, что моё лицо начало краснеть уже не из-за того, что я висела вниз головой и прилипла ногами к торту, а потому что мне стало безумно стыдно за это положение.

— Розалетта, ты решила развлечься с тортом и стать чьим-то подарком? Так у меня сегодня не день рождения, да и видеть твоё лицо было бы приятнее, — слышится знакомый мне голос, а я начинаю закипать.

— Кому какое дело до твоего дня рождения?! Будь добр, хоть иногда, да помоги! — сжала я зубы, умоляя помочь мне Деуса.

— Что мне за это будет? — спрашивает Деус, кладя руки мне на талию. Он уже начал тянуть меня, поднимая из сладкой западни, но я зашипела от негодования.

— Молись, чтобы в сладости не было яду! — меня тут же опускают, и я вновь оказываюсь ногами в креме. — Прости, но это невыносимо! Достань, пожалуйста!

— Тогда выполнишь одно моё желание? — ласково, как змея, шепчет Деус. Я не могла отказать ему, ведь сейчас он — единственный, кто мог мне помочь.

— Да, только достань меня! — выдыхаю я с обреченностью.

Меня резко схватили и быстро поставили на ноги, которые остатками сползающего с них крема пачкали мой безупречно чистый пол. Я мысленно застонала. Что за невезение?!

— Ну и зачем ты залезла в торт? — поднял брови Деус, а я только сейчас вспомнила, что в моих руках была зажата книга. Деус отвлёк меня своим приходом. Посмотрев на книгу, я начала читать название «сокровища» со дна торта.

«Книга теней».

Я подняла глаза на Деуса и открыла первую страницу потрёпанной, старинной рукописи.

— И что ты смотришь? Ты выбрала странный способ получения книги рецептов, — скептически говорит Деус, заглядывая через плечо, и, быстро пробежавшись глазами по тексту, хмыкает. — Книга в торте? А попроще  способа доставки не было? Даже совой было бы легче…

И я бы согласилась с его словами, ведь Книга теней оказалась обычной книгой с рецептами. Я листала страницу за страницей, пытаясь найти что-то запретное, но не находила ничего.

— Серьезно? Книга рецептов? — пробормотала я, смотря на рецепты тортов, пирожных и других кондитерских изделий.

— Ты выглядишь так, как будто  не заказывала это, — странно посмотрел на меня Деус, а я подняла ошарашенный взгляд на него, и он чертыхнулся, поняв всё. — Как сюда попал этот подарок демонов?

— Я не знаю, — тихо ответила я, сжимая крепко, почти до боли, пальцами книгу. — Я потеряла Рела, а потом раздался звон колокольчиков. Я пошла посмотреть, но дверь сама по себе открылась и вкатился торт! Посмотрев внутрь, я увидела там предмет и попыталась достать, ну, а дальше ты и сам видел.

— Ведьмы… — прошипел Деус и резко вскинул голову наверх. — Жди здесь.

Я послушно замерла, чтобы не злить его еще больше. Дело принимало скверный оборот. И Деус лучше знал, что сейчас происходит. Я продолжила сжимать книгу, но опомнившись, пролистнула пару страниц и остановилась на одной, увидев интересный рецепт.

«Зефир… Зефир для разбитого сердца. Хм, а это у меня есть. И этот ингредиент на месте. О, так я…» — мысль прервали неясные шорохи и крик, полный отчаяния. Я вздрогнула и захлопнула Книгу теней, уставившись на лестничный проход.

По нему быстро спускался Деус с призрачной клеткой, в которой кричал Рел. Я хлопнула глазами и чуть не поскользнулась на остатках крема, пытаясь забрать из рук Деуса своего духа.

— Хозя-я-яйка, я попал в чью-то ловушку! — плакал Рел, а я всё-таки добралась до него, чуть не опрокинув стойку с мармеладом. — Я не знаю, как это вышло!

Я сжимала в руках пульсирующие энергией прутья, пытаясь вызволить Рела, но они не поддавались моим пальцам. Деус аккуратно разжал их и забрал клетку с духом, сминая её, как бумагу. Я увидела, как воспарил Рел, радостно прилипая ко мне.

— Розалетта, сиди здесь, а я разберусь с твоим подарком. Не выходи даже на улицу, мало ли что придумали эти создания ещё, — серьезно говорит Деус и скрывается в дверном проёме. Я смотрю на закрывшуюся дверь, чувствуя благодарность пополам с раздражением, что он вмешивается в мои дела, и перевожу взгляд на Рела.

— Как ты умудрился попасться в ловушку, сиренька моя?! — чуть ли не плача, говорю я. На меня накатывает паника от осознания того, что я бы не справилась с клеткой и осталась бы без духа, запертая в доме. Я судорожно хватаю одной рукой своё ожерелье и дергаю подвеску-сердечко.

— Я услышал подозрительный звук, полетел проверить, а потом — тьма, и я сижу в клетке, — говорит Рел, прижимаясь вновь своим полупрозрачным телом к моему. — Я пытался докричаться, но чердак как будто  гасил звуки.

Совсем забыла, что у нас был чердак, которым мы совсем не пользовались. На него мы скидывали не нужные или поломанные вещи, а посему, не было смысла ходить туда. Это было похоже на кладбище предметов, а мало кто хочет оказаться лишний раз на кладбищах.

— Пожалуйста, больше так не делай, — тихо шепчу я и обнимаю своего духа. Я успела сильно перепугаться в его отсутствие, да и ситуация с тортом и книгой заставила понервничать. Если так подумать, то торт был больше похож на свадебный, но я не была уверена в своих догадках, да и Рел отвлёк меня от этой мысли.

— Что это? — спрашивает меня дух, поднимая книгу в воздух.

— Чья-то злая шутка. В торте принесли книгу, но откуда они — неизвестно, — фыркнув, отвечаю я со злостью, но вспомнив, что увидела в Книге теней рецепт, продолжаю задорно. — Раз мой выходной пошёл по всем веселым кочкам болот, то давай отвлечемся готовкой!

— О, нет! — вздохнул Рел, а я насупилась.

— Помоги убрать кухню, пожалуйста, Рел, я одна не справлюсь, а ты у меня — такой молодец… Что бы я без тебя делала? — воркую я сладко, чтобы умаслить душу духа. Умаслить, как вот этот творожный крем, начавший расслаиваться из-за температуры моего тела. А получается, что он был не настолько качественным, как показалось с первого взгляда.

— Что на этот раз готовим? — сдался Рел и искрами запустил тряпки стирать остатки кремового безобразия.

— Зефир! — радостно засмеялась я и побежала на кухню, чувствуя, что там уже началась уборка.

Когда маленькие помощники Рела закончили, я уже тащила на кухню две корзины фруктов и ягод. Слыша бормотание духа о том, что жить с кондитером — сущий ад, я хихикала, как ненормальная.

На стол были выложены яблоки и смородина с болот, еще один подарок огонька. Скептически осмотрев яблоки, я перевела глаза на сиреньку, и он всё понял по одному моему взгляду, начав делать из яблок пюре.

В этот раз я не стала мудрить и положила лишь четыре яблока на такое же по весу количество смородины, которую даже сама перетерла в подобие пюре. Сходив быстро до склада, я достала небольшой мешок сахара и яйца. Нужный мне агар-агар нашелся на маленькой полке на стене, а другие ингредиенты были найдены в сейфе для особо важных составов. Его я поставила на случай, если ко мне заберутся воры, хотя воров никогда не могло быть в моём магазине, но я уже свыклась, что сейф есть, и складывала туда особые предметы.

Приступим!

Яблоки и черная смородина уже были подготовлены, а значит, начнём с агар-агара. В двухлитровую кастрюльку я засыпала четыре чайных ложки загустителя, добавив туда кружку воды. Прикинув количество, я решила, что яблочного пюре слишком много и придется взять меньше ингредиентов.

Яблоки Рел с саламандрой запекли на её огне и быстро сварганили яблочное пюре, отделив мякоть от кожуры. Смородину осталось лишь процедить, и всё будет готово. Пюре не стекало струйкой, а было приятной консистенции, не совсем плотной — то, что нужно.

Вернувшись к кастрюльке с агар-агаром, я добавила в неё сахар и поставила на огонь Салли. Постоянно помешивая, я ждала, пока сироп уварится, дойдя до нужной консистенции, и вылила слёзы русалки. Хм, когда слёзы растворились в получившемся сиропе, я добавила пыльцу фей и эссенцию радуги. Всё начало бурлить, и готовая смесь увеличилась в размере. Пока всё идёт правильно.

Отложив сироп в сторону, я занялась пюре. Разбив одно яйцо, я отделила белок от желтка и добавила белок в большую миску. Смешав теперь пюре из ягод и яблок, я удовлетворилась консистенцией и вмешала пюре в белок. Достав венчик, я посмотрела жалобно на Рела, и он всё понял, начав взбивать предельно быстро мою заготовку, а я в это время наливала в помешивающуюся смесь готовый сироп.

Когда Рел через десять минут поднял венчик и всё было готово, я радостно вскричала и достала кондитерский мешок, положив туда готовую смесь для зефира. Это было легко понять, ведь когда мой дух поднял венчик, то были видны твёрдые пики.

Аккуратно высаживая маленькие розочки на пергаментную бумагу  я закончила с последней. После чего удовлетворённо посмотрела на два подноса своих трудов в виде маленького сладкого сада и улыбнулась.

— Готово, Рел! Можем идти спать, — довольно проговорила я и с ужасом посмотрела на вновь разгромленную кухню. Уберемся завтра…

Проснувшись на следующий день, я спустилась с жилого этажа и проверила зефирки лежавшие на пергаменте. Они были полностью готовы. Осталось лишь обвалять их в сахарной пудре и скрепить липкие основания, одно к другому, что я быстро и сделала, пока кухня вновь подвергалась уборке под контролем недовольного духа.

День пролетел незаметно, и под конец я заметила плачущую женщину, которая неприкаянно ходила от прилавка к прилавку, со слезами на глазах разглядывая конфеты. Когда она подошла близко ко мне, то мне удалось расслышать, как она отчаянно шепчет.

— Ничего уже не поможет. Вот же, я же даже заказала подарок. А он… Он! Бросил меня… Теперь мне остаётся лишь заесть горе…

Во мне что-то щёлкнуло, и я пошла на кухню, собрав корзинку зефира, завернув всё в подарочную розовую упаковку. Выйдя в зал, я нашла глазами женщину и бодрой походкой направилась в её сторону.

— Леди, у нас появилась новинка. Думаю, вам стоит её попробовать. Она помогает при разбившемся сердце.

Без энтузиазма она принимает мой подарок и сразу же отправляет в рот зефирку, приоткрывая упаковку. Слёзы моментально высыхают с лица, а на губах женщины начинает играть усмешка.

— Да благословит Вас Верховная, хозяюшка! — говорит мне преобразившаяся ведьма. — Вы сделали то, что мне нужно, а то я уж думала идти в его дом и проклинать весь его род до пятого колена.

Я профессионально улыбнулась, не желая лезть в это дело, а ведьма продолжила бурчать, буквально молодея на глазах и представая передо мной рыжеволосой девчушкой с веснушками и зелеными глазами.

— Ох, он гад, попадись он мне сейчас. Нашлю понос, и будет проводить время со своим будущим и единственным другом, — её угрозы даже на меня подействовали, послав по позвоночнику волну мурашек. — Спасибо, хозяюшка! Ведьма не забудет то счастье, что вы ей подарили. Я расскажу всем на шабаше о вас…

— Я лишь рада помочь, — кланяюсь я ведьме и вижу, как в её руке появляется метла.

— Хороших вам праздников, госпожа! Пусть природа не забудет вас… Я, Изольда, клянусь, что окажу вам услугу, когда она вам понадобится.

Ведьма быстро прощается и стремглав уносится на выход, садясь на улице на метлу и вылетая за пределы участка через изгородь.

— Ну, хоть так, — шепчу я, а позже узнаю от Деуса, что виновата была почта гоблинов, которые перепутали наши с Изольдой адреса. Она заказала роскошный торт в честь её свадьбы, которая не состоялась. Жених бросил её за день до праздника, а она нашла путь в мой магазин, ведь я в силах была сгладить её боль. Счастье было упущено, но оно всегда найдёт её вновь. Нужно было лишь отпустить прошлое.

А что касается почты… то почта всегда работала плохо.

— О, Луна, что это? — шептала я, смотря в ужасе на то, как огромный мармеладный ворон летает по моей кухне. А я всего лишь хотела попробовать еще один рецепт из Книги теней…

День начался, как обычно. Я проспала и в панике спустилась вниз, чтобы пробежать мимо разгромленной кухни. Последние дни были богаты визитами ведьм, дарящими всяческие ингредиенты из своих запасов в благодарность за помощь Изольде. Чего там только не было: и паучьи лапки со змеиными шкурками, и лунный свет с эссенцией солнца, да и даже порошок из рога единорога присутствовал.

Мне было страшно представить, откуда у них эти ингредиенты, но обидеть ведьму не приняв подарок — значило накликать беду в свой дом. А я бы не хотела, чтобы стены моего магазинчика пестрели разной порчей и проклятиями.

Вот, я и стала обладательницей различных ингредиентов, которые стоило бы опробовать и поэкспериментировать с ними. И я обратилась к новой книге в моём арсенале. Предыдущие я уже изучила до дыр, а новенькое чтиво всегда, как красная тряпка для быка, так и манит.

И, вот, я приступила к изготовлению сладостей по новым рецептам.

Честно говоря, Книга теней хранила в себе довольно простые рецепты. В противоположность другим изданиям где я натыкалась на некоторые списки и инструкции, вызывающие лишь боль от смеха в животе:

«Встаньте в четыре утра с левой ноги, возьмите мифические ингредиенты, которые невозможно достать, какие только существуют во вселенной, сотрите в кровь руки, взбивая всё правильным бриллиантовым венчиком, приготовьте Дакуаз, Баваруа, Крем-ю, Компоте, Англез, Крамол, Крокант и Сюпрем. А так же приготовьте шестьсот шестьдесят шесть муссов и не забудьте Джандуйю, без неё ничего не получится. Возьмите форму шесть сантиметров — больше нельзя. И меньше нельзя. Ровно шесть сантиметров. Всё сложите туда ровным слоем толщиной в два миллиметра, заморозьте ровно за пятнадцать минут. Потом затейливо покройте гляссажем, велюром, украсьте шоколадным декором по последним модным новшествам, над которым вы горбатились с четырёх утра. И посыпьте всё сусальным золотом.

Вуаля! Упакуйте шедевр в эксклюзивную упаковку, стоимостью выше вашего пирожного, поставьте в стеклянную витрину под свет софитов. Никто никогда не купит сиё творение, ожидайте!»

Но в Книге теней всё было написано простым языком, и я с радостью уже несколько дней подряд делала простые леденцы, печенье, заварные пирожные, а сегодня вечером должна была попробовать сделать мармеладных зверушек. Руки чесались в нетерпении весь день, пока я стояла за прилавком и обслуживала своих сладких покупателей.

Вечер наступил. Время тянется слишком медленно, когда ты чего-то ожидаешь, но я дождалась и приступила к готовке. Ведь сегодня на повестке дня — мармелад!

Рел уже бурчал, ожидая своей участи соковыжималки, а я с хихиканьем придвигала ему корзинку клюквы. Мой дух тут же принялся делать свежевыжатый сок. В это время я достала баночку меда, желатин и воду.

Подготовив все основные ингредиенты по рецепту и формы для зверей, я открыла сейф и достала флакончик с солнечной эссенцией. Смешав всё в сотейнике и поставив на конфорку к Салли, я ждала, пока все не растворится до однородности. Как только огонь закипел, я добавила эссенцию и должна была подождать минутку, чтобы убрать сотейник с плиты.

Перелив всё в мерный стаканчик с удобным носиком, я начала разливать мармеладную основу в формочки. Последним я заливала ворона, попутно размышляя, что цвет вышел довольно бледным с серебристыми оттенками, а не жёлтым, как я думала. Но тут до меня дошло!

Я резво развернулась и схватила бутылочку эссенции, с ужасом читая — «Лунная пыль». Что я натворила?! Как я могла перепутать? Но было уже поздно что-то исправлять. Я услышала за спиной звук крыльев, раскрывающихся во всю длину. И ворон крикнул. Повернувшись обратно к мармеладу, я выдохнула, ведь ожил только ворон, но даже это было той еще бедой.

Чёртовы ведьмы… Почему они делают бутылки такими похожими? Так и до смертельного исхода недалеко, но тут я замерла, поняв, что произошло.

Ворон успел каркнуть, пока я была к нему спиной, а это означало лишь два варианта: либо я получу какую-то травму, либо появится враг, с которым я справлюсь. И не успела я подумать об этом, как мармеладина взлетела надо мной и каркнула еще раз. О, добавим еще и примету о проблемах.

— О, Луна, что это? — шептала я, а Рел рядом бубнил.

— А я говорил, что эксперименты ведут к бедам… — я слушала его, но в голове проносились все приметы, связанные с воронами.

Если птица каркает слева, а вы находитесь в воде — ждите трудностей на работе. Три вороньих крика считались предзнаменованием смерти. Ворона каркнула сначала слева, а потом справа в дороге — остерегайтесь воров и присматривайте лучше за своими вещами. Наоборот — к богатству.

И я поняла, что нужно закрыть птице клюв. Если она каркнет в третий раз, то беды не избежать.

— Рел, лови его!  — кричу я и начинаю ловить мармеладину. Впервые в моей жизни я ловлю живой мармелад, да еще и такой вёрткий. Мы бегали и летали по всей кухне, но не могли его поймать.

Серебристый ворон как будто  знал, куда мы побежим, и изворачивался в последний момент, уходя из-под наших рук. Все перевернулось вверх дном, а я лишь могла стонать вслух, что моя кухня не пережила очередную катастрофу. Моя вина, и в этот раз она была полностью очевидна.

Я увидела, что ворон летит в сторону сейфа, который я почему-то оставила открытым. Закричав, я кинулась ему наперерез и поскользнулась на чём-то, разлитом на полу в процессе нашей охоты. Больно стукнувшись об пол, я почувствовала, как что-то хрустнуло у меня в локте, а в это время ворон влетел в сейф.

Видела, как он берет клювом бутылочку и залпом вливает её в себя. Это двойная катастрофа. Кажется, это был порошок из рога единорога.

Довольно булькнув, он уже открывает клюв, но в него впечатывается Салли, которая решила тоже принять участие в охоте на мармелад. Ворон недоуменно посмотрел на маленькую ящерицу и вылетел из сейфа, пытаясь скрыться с места преступления, но в дверях неожиданно появился новый действующий герой, отреагировав на движение и ловя безобразие с невероятной скоростью.

— О, а у вас тут веселье! — засмеялся Деус, держа цепко ворона. Эта же птичка, как пойманная жертва, застыл серебристой статуэткой и как будто  перестал быть живым. Но мармелад и не должен быть живым! — Это твой новый питомец? Духа и Саламандры уже не хватает? Теперь ты на животинку перешла?

— Между прочим, сударь, я ворон приличный, не стоит меня оскорблять и называть животинкой, — важно каркающим голосом сказал ворон, а я поняла, что враг пришёл, как он и накаркал, да и травма уже получена.

И, кажется, у меня появился новый сожитель. Сделала мармелад, называется.

Вот, на кой леший мне дом на перекрестке миров, если счета за коммунальные услуги, все равно, приходят? Хотя бы в платёжку клали леденец или конфетку, чтобы сгладить боль от осознания, что это платить мне нужно каждый месяц. А может всем дают сладкую пилюлю, но хозяйке магазина сладостей — нет? Тогда вдвойне обидно.

Я задумчиво смотрела на бумажку, думая о том, что помимо того, что я пленница, так еще и плачу за свой плен. Где в этих мирах существует справедливость? И ведь плачу я за несколько миров, где у меня появляется дом. Может выставить претензию Деусу, чтобы он платил за это? Кто, если не он?

Взгляд моих розовых глаз был затуманен, а такого же цвета волосы лежали вокруг моей головы, покоившейся на прилавке в торговом зале. Еще один день прошёл, а значит, стоит пройти на кухню и поделать сладостей, но после произошедшего с мармеладом  не очень-то и хотелось. А, вот, прилетела причина моего нежелания делать новые товары на продажу.

— Ну и чего разлеглись, мадмуазель? — послышался каркающий голос ворона, но я и бровью не повела на подначку мармеладки. У этого возмутителя моего спокойствия не было имени, а я не горела желанием его называть, как бы то ни было. — Смотришь на бумажки? Что в них такого?

— Ты живёшь в доме только благодаря этим бумажкам, мармеладный! — моментально появился Рел, начав потасовку с вороном. Теперь это стало своеобразной традицией, что они ссорились по всяким пустякам. И ни один из них не упускал возможности подколоть другого.

— Нам есть эти бумажки? — каркнул ворон и пролетел по кругу надо мной, приземлившись перед моим лицом, и поскреб когтем счёт на воду. Я взмахнула ладонью, руки которую пришлось перевязать, ведь ударилась я достаточно больно, и скинула его лапы с важных счетов, подняв голову с прилавка. — Мадмуазель, вы обиделись, что я съел ваши ингредиенты?

Я почти не разговаривала с ним, но не обижалась на ворона. Я корила себя за дурость, что не прочитала этикетку внимательнее, когда добавляла солнечную эссенцию. И теперь пожинаю плоды своих трудов в виде ожившего мармеладного ворона, взвинченного духа и ухмыляющегося Деуса. Почему этот мужчина приходит лишь тогда, когда у меня возникают проблемы? Он всегда поспевает вовремя, чтобы решить все мои неурядицы, но лучше бы я не видела его более.

— Она не обиделась!  Она слишком добрая, чтобы обижаться на такое никчемное создание, — буркнул дух, и я закатила глаза, когда их перепалка перешла на новый уровень.

— Я — не никчемное создание, — каркнул ворон, взлетев и раскрыв крылья на всю длину, выставив когти перед собой в сторону сиреневого духа. — Я — благородный ворон, а ты — всего-то полупрозрачная субстанция, которая только и может, что начищать до блеска всё вокруг!

«О, боги, что происходит…» — потерла я уставшие глаза и посмотрела в который раз на счета. Встав с места и схватив небольшие бумаги, я пошла в сторону кухни, пока маленькие нахлебники не отправились вслед за мной.

Когда я замерла посреди кухни, то поняла, что всё-таки стоит что-то приготовить, но идей не было. Книга теней так и манила открыть новый рецепт, но до этого настроения не было, и я давила эти порывы, как могла.

Моя Салли ласково зашевелилась, призывая меня к вниманию, и я подошла к ней, погладив указательным пальцем её точеную щечку.

— Салли, приготовим что-то простое? — он закивала головой, соскучившись по готовке, а я всё-таки открыла книгу и начала листать рецепты один за другим, чтобы определиться, что мне приготовить. Мой взгляд цеплялся за разные варианты, но не мог остановиться на чём-то одном.

Но тут я наткнулась на простой рецепт, на который не требовалось много сил. У меня даже остались остатки печенья, что не подошли на продажу.

Достав из морозильной камеры склада сливочное масло, сгущенное молоко, я прошла дальше по полкам, беря печенье и какао-пудру. Вернувшись на кухню, я поставила небольшую кастрюльку с водой на конфорку, и саламандра сразу поняла, что нужно сделать водяную баню.

Положив в стеклянную миску сливочное масло, чтобы слегка его растопить, я начала отмерять нужное количество оставшихся ингредиентов. Когда масло подтаяло до нужной мне консистенции, я добавила в него полкружки сгущенного молока. Взяв вилку, я начала перемешивать смесь до получения консистенции мягкого крема.

Дальше мне нужно было получить песочную крошку, и я положила печенье внутрь пакета, и начала раскатывать его скалкой, чтобы раскрошить его посильнее. Закончив, я всыпала получившуюся крошку в смесь из масла и сгущенного молока и начала вымешивать готовое тесто. Оно получалось липким, но приятным на ощупь.

Получившееся тесто  разделила на маленькие шарики, покатав их по доске. Они получились достаточно милыми, но стоило их немного повалять в какао и отправить в морозильную камеру. Закончив и убрав свои маленькие конфетки, я подошла вновь к Салли, которая умудрилась задремать от скуки, и разбудила её, чтобы еще раз воспользоваться её услугами.

Поставив чайник на огонь, я присела ненадолго на стул, но тут же встала, снимая после свиста воду с плиты. Налила себе чая, но подумав, добавила еще одну кружку, после чего принесла готовые пирожные и чай на стол. Усевшись за него, я обратилась к посетителю.

— Не стой в коридоре, проходи уже, — сказала я и кивнула на второй стул, который стоял напротив.

— Давно ты поняла, что я здесь? — ухмыляется Деус, плавной походкой приближаясь ко мне. Я не была удивлена, что он пришёл ко мне именно сегодня, и просто смирилась с этим.

— Давно, Салли сообщила, — пожала я плечом, отпивая свой чай. — Заплати, кстати, за коммунальные услуги. Я на мели.

Я шутила без интонации, не думая, что он меня поймёт, но, услышав ответ, я чуть не подавилась.

— Заплачу, — он уже сел на стул и смотрел пристально своими светлыми глазами, заставляя меня отводить взгляд, лишь бы не вспоминать, что нас связывало. — Твои питомцы ссорятся. Тебя это не волнует?

Я помотала головой, закидывая после конфетку в рот. Вышло вкусно.

— Они — не со зла, я же понимаю, — сказала я тихо.

— Ты сегодня необычайно грустна, — берет меня за руку Деус, а я хочу убрать его ладонь, но он крепко держит её, не выпуская меня из железной хватки. — Ты боишься заснуть сегодня?

Я дернулась и опустила взгляд, чувствуя, что вместо сладости, я ощущаю на кончике языка горечь. Отпив чая, я вскидываю взгляд розовых глаз и смотрю прямо в голубые.

— Да, боюсь. Ты знаешь, что я вижу во снах, но каждый год спрашиваешь это. Не надоело?

— Нет, ты думаешь о нем? — спрашивает серьезно он, а я вскидываю бровь, считая, что он издевается. Как он смеет спрашивать об этом, зная всё?

— Конечно. Не было и дня, чтоб я не думала о нём, — тихо отвечаю я, заедая горечь в душе сладостью свежеприготовленного пирожного.

— Даже если он не помнит? Даже если забыл тебя?

— Да, я буду помнить о нем всегда, Деус. Ты знаешь, почему я оказалась здесь. Мы заключили договор, ты не можешь осуждать меня, — смотрю я на него пустым взглядом, но моей щеки касается его холодная рука и нежно поглаживает её. Спускаясь ниже, она очерчивает изгибы моего тела и смыкается на руке, на которой защелкивает браслет. — Что это?

— Оберег, — говорит с нежностью Деус, — ты обещала выполнить мою просьбу. Это она. Не снимай его никогда.

— Хорошо, — пожимаю я плечами, я должна выполнить данное обещание, сказанное головой в торте, — угощайся, только что приготовила.

— А вдруг ты добавила яду? — хмыкает Деус, но берет всю тарелку и исчезает с кухни. — Не забудь. Не снимай его. Пусть снятся тебе сладкие сны, Розалетта…