Хозяйка свадебного салона

Модный совет №1 от Амелии Тейлертон:

«На многих винтажных предметах одежды нет этикеток с указанием размера. Обязательно примеряйте вещи, когда сможете, или снимайте мерки».

Я захлопнула дверь кафе, и звон колокольчика, приветствовавший посетителей, насмешливо прозвенел вслед. Расставание с Лиамом оказалось болезненнее, чем я предполагала. Мне срочно нужно перемены, что-то яркое и отвлекающее.

«Да, именно, что-то яркое, новое, отвлекающее», — думала я, шагая по тротуару так, что громкое цоканье высоких модных туфелек от ЛеТэ разносилось в воздухе.

Возможно, новое платье от мадам Девер или сумочка от Тревиса поможет поднять настроение после этой плаксивой встречи. До чего же я не любила, когда мне рассказывали о разбитом доверии и неразделенной любви, а за спиной проводили время в местном клубе в обнимку с танцовщицей танго. Фу таким быть! А еще говорил о возвышенной любви. Нахал!

Мой взгляд скользнул по афише о распродаже имущества покойной леди Элеоноры, известной своим безупречным вкусом и страстью к роскоши. Элеонора всегда была иконой стиля, а ее вечеринки собирали всех лучших модельеров королевства. Каждая девушка мечтала получить свадебное платье из-под иголки леди Элеоноры. Что там... я сама мечтала примерить одно из них, созданное из тончайшего эльфийского шелка и радужных жемчужин. Ох, мечты.

Идея пришла внезапно и показалась безумной, но в то же время такой притягательной, так что я резко затормозила и направилась к центральной улице Риверэнша, славящейся своими лучшими бутиками и салонами одежды. Именно там располагался свадебный салон леди Элеоноры «Элеганс».

Как всегда, я почувствовала возбуждение от предвкушения винтажных находок, которые можно обнаружить в такого типа салонах. Уверена, у леди Элеоноры был завален платьями весь этаж!

Я коллекционировала винтажную одежду, делая фото для местной газеты «Новости Риверенша», записывая разные статьи о моде. Рейды по распродажам винтажной одежды на рассвете - один из лучших способов найти спрятанные драгоценности.

Но, вот самой заниматься шитьем? Пожалуй, нет.

Конечно, я как девушка из порядочной семьи закончила бытовой факультет Магического университета Риверэнша с отличием. Только моя магия не была сильной или особенной, ее было достаточно, чтобы создавать самые простенькие бытовое заклинания.

А вот отчего мое сердце действительно замирало, так как от вида подлинного образца моды. Например, шелковой юбке-обруче с высокой талией поверх многоярусного кринолина, или эльфийского сарафана изумрудного цвета с золотыми нитями из цветка эмирий.

Каждый раз, когда выходила моя статья, я была потрясена тем, сколько отклика и писем приходило на мое имя. Я любила свою работу, но мне постоянно чего-то не хватало...и это совсем не те модели платьев, которые не заслуживают того, чтобы называться винтажными, например, те ужасные костюмы из полиэстера, что я нашла на чердаке у тети. Эти вещи никогда больше не должны появиться на свет из темного угла шкафа.

Я не только писала статьи о винтажной и модной одежде, но и всегда одевалась соответствующим образом, стараясь каждый день включать в свой образ хотя бы одну винтажную вещь.

Возможно, это потому, что бабушка Виктория поощряла меня следовать своим мечтам. Она была истинной леди, которая всегда одевалась в изысканную одежду, носила широкополую шляпу и белые перчатки. Когда я была маленькой, мне нравилось копаться в ее шкафу. Все отмечали, как мы похожи: одинаковые темные волосы и карие глаза.

И сегодня на мне был один из винтажных нарядов, доставшийся от бабушки: смесь вискозы и льна, белая юбка-карандаш с мелким розовым цветочным принтом и складкой в заднем шве. Слава ниткам, складка позволяла мне нормально ходить и не выглядеть русалкой.

Я сочетала ее с шелковой розовой блузкой, с рядом перламутровых пуговиц, с подвернутыми рукавами и воротником в стиле "Питер Пэн" с вырезами сзади. Дополнила наряд розовыми босоножками на платформе и танкетке на пробковом каблуке с верхом из мягкой кожи и перекрещивающимися розовыми ремешками.

В ладони я сжимала розовый клатч, который принадлежал актрисе Джейн Стейдж. Второго такого не было в королевстве! Знал бы, каких трудов мне стоило выкупить его.

Леди Элеонора точно бы оценила мой стиль. Как жаль, что мне не удалось встретиться с ней и обсудить историческое влияние стиля на моду последних лет. Вот кто бы понял мою страсть к винтажным вещам давно ушедших дней.

Я помнила, как в прошлом году вышла статья о ее смерть. Столица была взволнован новостью, что неудивительно, поскольку она не только скончалась при весьма подозрительных обстоятельствах, но и была довольно известной личностью в королевстве.

Согласно заголовку в столичной газете, она умерла предположительно от удушения, обстоятельства до сих пор выясняются. От этой мысли у меня по спине пробежал холодок, я сильнее обхватила пальцами клатч и остановилась перед некогда блистательным свадебным салоном, принадлежащим леди Элеоноре.

Территория свадебного салона была окружена безукоризненно подстриженной живой изгородью, а перед входом журчал большой фонтан с витиеватой резьбой. Массивные мраморные ступени вели посетителей к двойным дубовым дверям с пожелтевшей табличкой, на которой виден золотой росчерк надписи «Элеганс». Снаружи здание было выложен из белого кирпича, с чёрными рамами, обрамляющими окна, в которых виднелись белые шторы.

Свадебный салон «Элеганс»

Сколько всего интересного я найду за дверью! От захватывающей дух белизны подвенечных нарядов, способных заставить сердце трепетать, до сверкающих диадем, готовых превратить любую девушку в королеву на один незабываемый день. Ах, этот пьянящий аромат кружева и шёлка, как я могу сопротивляться?!

Я быстро направилась по мощёной дорожке к мраморной лестнице, и как только мои каблуки коснулись первой ступени, меня охватила волна предвкушения.

Двойные двери распахнулись передо мной, словно по мановению волшебной палочки. Войдя в дом, я была потрясена, увидев, что внутри, такой же экстравагантный, как и снаружи.

Величественная лестница устремилась вниз, приветствуя меня, когда я шла по мраморному полу в холле, следуя за указателями аукциона, пока не вошла в просторную гостиную, где всё было обставлено с таким вкусом, что даже самые изысканные детали казались естественными.

Свет хрустальных люстр играючи отражался в зеркальной плитке пола, заставляя меня почувствовать себя гостьей на балу. Манекены, одетые в великолепные свадебные платья, словно застыли в ожидании своих невест. Кружева, шёлк, бисер – всё сияло и переливалось в мягком свете.

А платья… Каскады тюля, россыпи жемчуга, кружевные узоры, сплетающиеся в причудливые цветы. Казалось, здесь собраны все самые дерзкие мечты каждой невесты.

На столах лежали украшения и рулоны ткани, словно поджидало своих новых обладательниц, готовых блистать на собственной свадьбе.

Я, словно зачарованная, принялась блуждать между рядами нарядов, то и дело замирая от восхищения. В одном уголке заметила манекен, увенчанный диадемой, больше напоминающей архитектурный шедевр, чем украшение для волос. А платье... Оно было подобно сновидению, сотканному из лунного света и звёздной пыли.

Многослойный тюль колыхался, словно дымка тумана, а кружева напоминали морозные узоры на оконном стекле. Я просто не могла отвести взгляд! Каждая бусинка, каждая пайетка, казалось, нашёптывала волшебную историю.

Я провела пальцами по тонкому тюлю, восхищаясь мягкостью и тонкостью, и на миг, прикрыла глаза, представляя девушку в этом платье, кружащуюся по гостиной с великолепной улыбкой на губах и глазами, светящимися от счастья.

— Могу я чем-нибудь помочь вам? Хотите принять участие в аукционе?

Я открыла глаза, краснея от того, что кто-то заметил моё мечтательное выражение лица. Сразу же взяла себя в руки и улыбнулась миниатюрной, седовласой женщине, которая приветствовала меня милой улыбкой.

— Меня зовут Амелия Тейлертон. Я увидела, что сегодня проводится аукцион, и решила посмотреть одним глазком или может даже принять участие. Мне нужно заполнить анкету перед началом аукциона?

Женщина оглядела меня с головы до ног сквозь свои очки в форме кошачьих глаз, затем указала направо от меня.

— Вам лучше поторопиться, мисс Тейлертон, если вы хотите сделать ставку, регистрация в малом зале. — Идите по коридору мимо ателье и выставки готовых платьев и попадёте прямо туда, — она махнула рукой в сторону коридора и поправила очки на носу.

— Спасибо, — поблагодарила я и поспешила туда, не желая пропустить торги, и хотя бегло осмотреть вещи, которые будут выставлены на продажу.

Судя по виду дома, я предположила, что там будет много вкусненьких винтажных платьев. У меня ушло несколько лет на то, чтобы приучить свой глаз различать подделку под ретро, так как я практически наизусть знали все о стилях и в какие годы были изобретены различные виды тканей и цвета.

С замиранием сердца я прошла мимо выставки свадебных платьев от леди Элеоноры. Там было свалено так много вещей, что мои глаза с трудом могли всё это охватить. Одежда, сумки, обувь, украшения, книги и безделушки были разложены на стеллажах и металлических складных столиках, используемых для оценки.

Я замедлила шаг, подумывая, с какого стеллажа начать, как заметила табличку «Не трогать руками».

Я сглотнула, разглядывая это пиршество для глаз винтажного маньяка. «Не трогать руками?» Да ладно вам! Это как прийти в кондитерскую и смотреть на пирожные через стекло, облизываясь, но не имея права даже пальчиком их коснуться! Но правила есть правила, особенно когда дело касается вещей, принадлежавших, вероятно, самой Леди Элеоноре, и, возможно, хранящих на себе отпечатки её аристократических пальцев.

Сдержав внутренний вопль протеста, я начала сканировать взглядом полки и столики, выискивая потенциальных фаворитов. Мой взгляд то и дело натыкался на дикие сочетания цветов и фактур, заставляя сердце биться чаще от предвкушения. Да тут целая эпоха в миниатюре!

Я представила, как буду вышагивать по городу в ярко-красном платье, шляпке с вуалью и жемчужных бусах, сводя с ума всех мужчин (и женщин тоже, чего уж там скрывать).

Вдруг мой взгляд упал на нечто совершенно восхитительное, спрятанное под кучей блестящих брошей. Это был маленький клатч, расшитый бисером в виде игривой кошки, подмигивающей зелёным глазом. Я почувствовала, как во мне просыпается инстинкт охотника за сокровищами. Рискну, пожалуй, одним лёгким касанием.

— Надеюсь, вы не собираетесь нарушать правила, мисс Тейлертон? Аукцион вот-вот начнётся.

Я резко обернулась и увидела ту самую женщину в очках «кошачий глаз», сверлящую меня взглядом. Кажется, моя авантюра с клатчем всё-таки потерпела фиаско.

— Конечно, нет, — я кивнула и направилась дальше по коридору, слыша стук каблучком женщины позади, пока не оказалась на пороге малой залы.

Здесь были выставлены полукругом стулья, на которых восседало около десяток человек. Обычно аукционы — это своего рода нишевое мероприятие. Копаться в вещах умершего человека само по себе это жутковато, не спорю. Но в случае с Элеонорой мне следовало ожидать толпы народа. Её великолепный салон был известен в округе, и большинство жителей, вероятно, просто хотели заглянуть внутрь, и может приобрести пару вещей. Ужасные сплетни, связанные с её смертью, только подогрели массовое любопытство.

Ходили слухи, что у Элеоноры, которая была модницей в прямом смысле этого слова, была редкая шапочка из белого фетра от Шатера, украшенная шелковой булавкой в виде чёрного цветка. Я бы отдала всю свою коллекцию шелковых блузок, чтобы заполучить эту шляпу.

— Ах, а вот и последний участник, проходите, мисс, проходите, мы готовы начать, — пропел аукционист, стоящий за стойкой в центре зала. — Мисс Фанни, мы начинаем, прошу закрыть все двери. — Мисс, зарегистрируйтесь и поставьте подпись под правилами аукциона.

Я взяла ручку и размашисто поставила свою подпись в журнале, не читая правил – они всегда стандартны для аукционов и направилась к единственно свободному стулу.

Пройдя к свободному месту, я грациозно села на стул, дав себе возможность осмотреть присутствующих. Рядом со мной сидела женщина средних лет и внимательно смотрела в брошюру.

Упс, кажется, я забыла взять каталог товаров, выставленных на аукцион. Я снова осмотрела зал, пытаясь найти, где их можно взять, но ничего не обнаружила.

Возможно, мне удастся заглянуть в брошюру соседки. Я чуть наклонилась... и она посмотрела на меня, пригвоздив к месту. Она была безукоризненно одета: в белый брючный костюм, туфли на каблуках с леопардовым принтом и массивные золотые украшения. Её блестящие волосы цвета красного дерева длиной до подбородка выглядели так, словно она только что вышла из салона красоты. Её наряд, должно быть, стоил целое состояние. Я узнала туфли на каблуках с леопардовым принтом, словно с обложки журнала «Мода Лиоса» в прошлом году. Её черты лица казались мне знакомы. Определённо, но всё же было в них что-то неуловимое, меняющиеся, я не могла понять, что именно.

Что-то в этой женщине показалось мне смутно знакомым, но я не смогла сразу вспомнить, кто она такая. Возможно, она бывала на показе мод... Судя по её наряду, у неё изысканный вкус и она явно настроена серьёзно.

Она демонстративно закрыла брошюру, демонстративно положив руку с изящным каталогом на колени, давая понять, что доступ к информации закрыт, и приняла такую позу, словно готовилась к спринту на легкоатлетических соревнованиях.

Что было понятно.

Как правило, настоящие винтажные вещи не продаются на распродажах, по-настоящему ценные экземпляры были редкостью.

«В любой ситуации нужно оставаться настоящей изысканной леди», — так говорила моя бабушка. И я всегда следовала её советам, но иногда люди делали это очень трудной задачей. Возможно, мне удалось бы обезоружить хорошими манерами.

— Простите, не подскажете, где здесь можно раздобыть каталог? — я любезно улыбнулась.

Женщина, казалось, едва сдерживалась, чтобы не закатить глаза.

— Их раздавали на входе, — её голос был ровным и тихим, но в нём явственно звучали стальные нотки. Он идеально сочетался с её безупречным внешним видом. — Вы опоздали.

Я медленно откинулась на спинку стула, положив клатч себе на колени.

— А знаете, ваш костюм просто восхитителен! Белый – это так смело, так свежо, особенно в сочетании с этими дерзкими туфельками с бантиками, — произнесла я, стараясь не переборщить с энтузиазмом.

— Благодарю, — на её губах появилась лёгкая улыбка. — Я люблю сочетать классику и немного безумства, милочка, — и уже с заметным волнением в голосе, добавила: — Итак, вы можете меня видеть.

Неужели она думала, что невидимка? Я бы никогда в этом не призналась, но я почувствовала облегчение. С сумасшедшим легче иметь дело, чем с владельцем винтажного магазина, который знал реальную цену одежде.

— Да, я вижу вас, — сказала я учтиво и мягко, как если бы разговаривала ребёнком. — Позвольте узнать ваше имя?

— Элеонора, — ответила она, посмотрев на свои идеально начищенные туфли. — Последнее время у меня были небольшие проблемы общения с людьми.

— Мне жаль это слышать, — ответила я, посмотрев на аукциониста, который тихо переговаривался с ассистенткой.

— Нет, ты не понимаешь, — соседка склонилась ко мне так близко, что её лицо оказалось совсем рядом.

Я отодвинулась и бросила на неё самый строгий взгляд, на который была способна. Когда она не отодвинулась, я огляделась, не наблюдает ли кто-нибудь за нами. Ладно, по правде говоря, я огляделась, чтобы посмотреть, не сможет ли кто-нибудь помочь мне сбежать от ненормальной.

Женщина помахала рукой перед моим лицом, чтобы снова привлечь к себе внимание.

— Вы слышите меня, милочка? Думаю, меня убили. Нет, позвольте мне перефразировать это. Я знаю, что меня убили. Я отчётливо помню, как кто-то душил меня.

— Конечно, — пробормотала я, тщетно оглядывался в поисках возможного спасителя.

Женщина, казалось, не заметила моих действий, потому что продолжала говорить:

— По-видимому, вы единственная, кто может меня видеть. Вы первая, кто посмотрел мне в глаза или заговорил со мной с тех пор, как всё произошло.

Я выдохнула и поднялась с места, стараясь сохранить безразличное выражение лица. Мне очень не хотелось, чтобы бедную женщину выгнали с распродажи, но она не оставляла мне выбора. Может быть, если я постою, она оставит меня в покое.

— Мне не нравится, что они устроили аукцион в моём салоне, — заявила она, как-то быстро оказавшись рядом со мной. — А вы разглядываете мою одежду, — она направила палец мне в грудь, и он прошёл сквозь материю, оставив ощущение холода.

Я ахнула и сразу же зажала рот руками.

— Мисс Тейлертон, я понимаю, что вам не терпится начать торги, но не могли бы вы вернуться на своё место, — прозвучал строгий голос ведущего аукциона.

— Конечно, — я вернулась на место и вздрогнула, когда женщина снова оказалась рядом со мной, деловито поглядывая на меня из-под рогатой оправы очков.

— Как вам удалось... — прошептала я.

Женщина усмехнулась, но не ответила на вопрос, поэтому я спросила снова дрожащим голосом.

— Как вы оказались рядом так быстро?

Наверное, я спросила слишком громко, потому что рыжеволосая женщина в тускло-сером платье, сидящая впереди меня, резко обернулась.

— Простите? Вы разговаривали со мной?

— Нет, я разговаривала с моей соседкой, — я указала на женщину рядом со мной.

Женщина в сером посмотрела в направлении моего указательного пальца и покачала головой:

— Извините, но я никого не вижу.

— Вы не видите эту женщину, сидящую рядом со мной? На ней роскошный наряд, и её зовут Элеонора, — я снова неприлично указала на соседку.

Рыжеволосая нахмурилась и покачала головой, затем зашептала так быстро, что я едва могла понять смысл её слов:

— Нет, простите. Но говорят, что призрак леди Элеоноры не покинул стены салона «Элеганс», вы же знаете о чём я.… в связи с трагическими обстоятельствами её смерти. Зная характер леди, я бы не удивилась, если бы она лично пришла, чтобы убедиться, что «Элеганс» будет принадлежать только достойному.

— Элеонора... значит, — я медленно посмотрела на соседку, которая делала вид, что наш разговор её не касается. Какое удивительное спокойствие, но вот теперь черты прояснились... она и правда похожа на Элеонору, только более невзрачная её копия, без макияжа и длинных ресниц, хотя рогатые очки – именно её коронная фишка.

Я покачала головой, отгоняя мысли. Нет, такого не бывает. Я хотела попросить рыжеволосую поменяться со мной местами, но громкий голос ведущего аукциона призвал к тишине.

В последнее время я много работала. С тех пор как завела свой блог о винтажной одежде, и он стал популярным, я постоянно писала, ходила по распродажам и посещала бутики винтажной одежды. Возможно, мне нужно было провести день в спа-салоне... или десять.

— Не мни блузку, это настоящая де ла Реа! — в голосе соседки было столько повелительности, что я сделала, как мне было сказано, быстро разжав пальцы, которые сомкнулись на материи.

Я искоса взглянула на сидящую рядом со мной Элеонору и снова посмотрела на ведущего аукциона. Если это мои галлюцинации, то лучшее, что я могла придумать – вести себя так, как будто ничего странного или неуместного не произошло.

— Видишь, я же говорила тебе, что ты единственная, кто может меня видеть, — прошептала Элеонора, хихикнув. — А не вы та девушка, которая пишет изумительно подробные статьи про винтажные наряды и модные штучки? Амелия Тейлертон? Знаете, вы так похожи на свою бабушку в вашем возрасте, что это просто поразительно. У вас такие же светло-золотистые волосы и карие глаза.

От неожиданности я резко дёрнулась, и клатч с тихим шлепком упал на пол. Ведущий аукциона на секунду прервал вступительную речь, бросив на меня короткий, полный лёгкого упрёка взгляд.

— Откуда вы... — начала я, но тут же умолкла, поняв, что бормочу, как сумасшедшая.

— О, милая, я многое читаю, — Элеонора грациозно поправила складку на своём платье. — Особенно когда застреваю в одном месте на долгое время. Твоя статья про кутюрный дом «Де ла Реа» 20-х годов была просто восхитительна. Ты ошиблась лишь в одной детали про вышивку на корсаже моего платья. Но я тебя прощаю.

Её рука потянулась к моей и мягко похлопала по ней, проходя через плоть. Я же почувствовала только холод.

Сердце бешено колотилось в груди, а на лбу выступил пот. У меня паническая атака, вот и всё. Я прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, сосчитала до десяти, и когда снова открыла глаза.

— Ни в коем случае не трогай кашемировый коричневый свитер. Однажды я съела несколько тухлых креветок, когда надевала его. Конечно, я отдала его в химчистку, но некоторые пятна так и не выводятся.

— Тогда почему ты сохранила свитер? — вырвалось у меня, несмотря на мои попытки игнорировать призрака, который активно вовлекал меня в разговор.

— Из сентиментальных соображений, конечно, милочка. Разве мы, женщины не тонкие, чувственные, сентиментальные существа?!

Я покачала головой, не веря, что веду беседу с призраком законодательницы моды. И вообще, почему именно я, средненький бытовой маг, могла видеть её? В моей семье не было некромантов. И насколько я знала из книг, призраки просто так не вступают в разговоры с людьми. Они прячутся по углам в виде теней, материализуются в виде тумана или сбивают картины со стен. И с призраками общаются только экстрасенсы, верно?

Сразу подумала о своей подруге Хизер Свит. Она была моей лучшей подругой в старших классах и владелицей оккультного магазина по соседству с моим. Возможно, она смогла бы поговорить с леди Элеонорой.

О, богиня, о чём я думаю? Помочь призраку? Я здесь всего лишь, чтобы ухватить дешёвые винтажные вещи.

— Почему ты не обращаешь на меня внимания? Я знаю, что ты меня видишь и слышишь, — раздражённо воскликнула Элеонора, стараясь привлечь моё внимание.

— Я не слушаю тебя, — бросила в ответ, смотря прямо перед собой, стараясь сконцентрироваться на речи ведущего аукциона. А может быть просто уйти... не думаю, что леди Элеонора спокойно воспримет распродажу своего имущества и любимых платьев.

— Минуту назад ты со мной разговаривала.

— Да, но это было до того, как я решила, что сошла с ума, — прошептала я. — А теперь исчезни.

— Я не могу исчезнуть! Это мой свадебный салон! — голос призрака звучал раздражённо. — Как ты думаешь, что я чувствую? Я та, кого убили. Я та, кто мертва. А теперь они устроили распродажу моего имущества! Мне нужно, чтобы ты выяснила, кто убил меня.  

Амелия Тейлертон – Владелица салона «Элеганс»
Возраст: 28-32 года.

Внешность: Яркая, но не вычурная. Мягкие светлые волосы, часто собранные в небрежный, но элегантный высокий хвост. Глаза цвета лесного ореха, которые выдают ее эмоции – они загораются энтузиазмом, когда она говорит о платьях, и становятся твердыми, когда она отстаивает свою правду. Одевается в винтажном стиле.

Характер: Идеалистка-прагматик. Обладает безграничной верой в свою мечту, но при этом трезво оценивает риски. Терпеливая, упорная, готова учиться и расти. Иногда ее доброту и мягкость принимают за слабость, но за этим скрывается стальная воля.

Сильные стороны: Творческая, эмпатичная (умеет чувствовать клиенток), отличный организатор, быстро адаптируется к обстоятельствам, открыта для нового (даже если это новое – призрак-наставник).

Слабые стороны: Иногда сомневается в себе, может быть слишком доверчивой, склонна брать на себя слишком много.

Мотивация: Возродить легендарный салон, доказать себе и миру, что она на своем месте. Распутать тайну Элеоноры, чтобы обрести не только покой для нее, но и полную свободу для своего бизнеса.