Хранительница для короля-дракона

— Не вздумай сдохнуть, тварь! — прошипели мне прямо в ухо.

Ну и врачи в скорой помощи, никакого воспитания!

Хотя приехали — уже молодцы.

В нашу глухомань пока доберешься, десять раз увязнуть можно и двадцать — не туда свернуть.

Интересно, кто мне врача вызвал? Помню, стало плохо в стойле, еле выползла на свежий воздух, а дальше — темнота. Не Гром же позвонил! Он конь умный, сообразительный, но не до такой степени, чтобы телефон разблокировать…

— Долго она еще притворяться будет? — капризно протянул женский голос. — Драконы ждать не станут, ей нужно подписать документ сегодня! Прямо сейчас!

— Целитель сказал, должна скоро прийти в себя, — процедил мужчина. Тот же, что шипел минутой ранее.

Погодите. Какой еще целитель? Разве рядом не врач?

Где я вообще?

Попытка открыть глаза увенчалась успехом.

Я уставилась в потолок с замысловатой растительной лепниной.

У меня такого отродясь не водилось. Загородный деревянный дом, балки-перекладины, функциональность и минимализм — вот мой критерий уюта. А тут нечто вычурное, барокко или рококо, никогда в них не разбиралась.

На больницу тем более не похоже. Наша районная и побелкой-то свежей похвастаться не может, не то что украшательствами.

— Очнулась!

Радости в хоровом возгласе не было. Одно облегчение. Словно я им денег должна миллиарда два.

В поле зрения возникло холеное мужское лицо с аккуратными усиками и бородой клинышком а-ля мушкетер. Короткие темные волосы, белый строгий воротник рубашки и вышитый золотой нитью пиджак. Или лучше назвать это камзолом?

Не сильна я в моде. Особенно исторической.

Может, меня какие заблудившиеся реконструкторы нашли? Бродит у нас изредка по лесам молодежь с палками и алюминиевыми мечами, то ли эльфов изображают, то ли играют в «великие дома и престолы».

— Как ты себя чувствуешь, дочь? — поинтересовался незнакомец, и у меня брови полезли к волосам.

Товарищу на вид лет тридцать пять, скорее он мне годился в сыновья, причем поздние. Но если спрашивают вежливо, почему бы не ответить?

— Хреново, — честно оценила я свое состояние.

И похолодела.

Голос был не мой.

Еще и язык незнакомый! Тем не менее, я не только его прекрасно понимала, но и говорила не задумываясь. Никаких пауз и запинок, как бывает при мысленном переводе. Получается, он мне родной?

Вроде случается такое, если по голове ударят. Точнее, и не такое случается…

— Валария, веди себя пристойно! — вмешалась в разговор невидимая мне женщина. Она стояла где-то в стороне, а сил повернуть голову я пока что не нашла. — Что за выражения? Фи!

— У меня раскалывается голова, ноет нога и чувство, что кошки во рту нагадили. — перечислила я без прикрас. — Как, по-вашему, стоит это назвать?

Озабоченная приличиями дамочка невнятно хрюкнула. Зато мужчина, склонившийся надо мной, недоуменно нахмурился.

— Ты ведешь себя непозволительно. Немедленно извинись перед Алишей! — отчитал он меня, как малолетку.

Вот лицемер! Сам-то недавно родную дочь тварью обозвал, и все нормально.

Я испустила страдальческий вздох и прикрыла глаза обратно.

Нужна пауза, чтобы хорошенько обдумать и переварить происходящее.

То, что я не дома и даже не в районной больнице, очевидно.

Мало того. Я не в своем теле. Несмотря на слабость, пошевелить пальцами я в состоянии, и то, что нащупала, меня не успокоило. Наоборот.

Полное отсутствие мозолей и шрамов на ладонях, тонкие деликатные пальцы, миндалевидные длинные ногти. Я никогда их не отращиваю — в питомнике и на конюшне маникюр держится от силы час. Не говоря уже о том, что кожа подозрительно гладкая, а мне, простите, далеко за семьдесят. Для своего возраста бодрячком, но годы берут свое.

Похоже, я попала.

Та темнота, что сковала меня на пороге, тяжесть в груди и вселенский холод…

Я умерла.

И оказалась здесь. Каким образом — неизвестно, но не будем возмущаться маленькими милостями мироздания. Меня вполне устроит второй шанс. Тело вроде относительно здоровое, что там с ногой — выясним. Мигрень потихоньку отступала, позволяя мыслить яснее.

Я молодая девушка. Этот тип с эспаньолкой — мой гипотетический отец. Дамочка, заботящаяся о приличиях больше, чем обо мне, скорее всего, мачеха. Может и мать, но вряд ли — иначе с чего бы звать ее по имени?

А еще я должна что-то подписать. Срочно.

С драконами.

Бред какой-то…

Может, я все-таки в больнице и мне все это мерещится под действием лекарств?

— Не изображай умирающую, ты всего лишь упала в обморок! — фыркнула Алиша. — Перенервничала на радостях, с кем не бывает.

— Прекрати! — резко одернул ее мужчина. — Валария чувствительная и деликатная, с ней нужно нежнее.

— Да на ней пахать можно! — возразила дамочка, но отступила.

Прошуршали многочисленные юбки, хлопнула закрывающаяся дверь.

Валария. Сильное имя, не очень-то подходит хрупкому цветочку.

И с моим созвучно.

Крупная шершавая ладонь мельком тронула мое плечо.

— Мы еще поговорим. Пока отдыхай, — мягко произнес… отец.

Оказалось невероятно сложно назвать его так даже мысленно. Своего я почти не помнила — он ушел, когда мне было шесть. Обычная история, каких миллион.

Этот хотя бы о дочери заботится, не бросил ее на произвол судьбы. Особой любви, правда, не заметно, вон обзывает по-всякому.

Неужели подсознание шалит и выдает глюки, выплескивая на поверхность скрытые комплексы?

Жаль, если так.

Мне начинала нравиться новая версия реальности.

Все лучше, чем кома.

— Постарайся немного поспать. Время еще есть. Договор нужно передать драконам до заката, они отнесут его в Храм. Я приду позже, — заявил мужчина и поднялся.

Уверенные быстрые шаги, снова хлопнула дверь и наступила тишина.

Я осталась одна.

Что за храм? И какой такой договор?

К подписанию документов я всегда относилась настороженно. Бюрократия штука коварная. Не прочтёшь мелкий шрифт, а потом пять лет неустойку выплачивать за непредусмотренную ерунду.

Снова открыв глаза, я поднесла к ним руки. Так и есть, тактильный осмотр меня не обманул. Юная упругая кожа, нежная и гладкая, изящные пальчики, вряд ли державшие что-то тяжелее иголки. Мышц нет, жира, впрочем, тоже.

Тощенький аристократический задохлик.

С немалым усилием приподняла голову и огляделась по сторонам.

Милая девичья спальня.

Слишком девичья на мой вкус. Оборки, кружево, столик у зеркала сплошь уставлен флакончиками. Ни книжного шкафа, ни одного учебника. По возрасту я должна быть в институте, а то и в школе в старших классах. Не уверена, лица-то еще не видела…

Меня резко взволновал вопрос грамотности.

Надеюсь, хоть прочитать тот самый договор я смогу? Сомневаюсь, что вообще его буду подписывать. Мало ли куда девочку запихнуть собирались, может, замуж за старика или что похуже. Драконы еще какие-то! Может, им белка в рационе не хватает? А поскольку государство правовое, жертва должна согласие на заклание подписать?

От бредовости размышлений я хрюкнула и обессиленно откинулась на подушку. Излишне мягкую, кстати. И перина тоже, я в ней аж утонула. Через несколько лет могут начаться проблемы со спиной, как в прошлой жизни. Там я чуть ли не на доске спала, зато и осанку сохранила, и органы в норме.

Не все, похоже. Раз я все-таки померла, какой-то да засбоил. Либо сердце, либо мозг.

Надеюсь, ребята о Громе и собаках позаботятся.

Конюшню и питомник я лет десять назад завещала ближайшему сиротскому приюту. Подростки обожали возиться с подрастающими щенками, чистили коня, катались на нем по очереди и кормили морковкой.

У нас с руководством был заключен договор о своего рода реабилитации для трудных детей. Общение с животными, забота о братьях меньших и все такое. Директриса в приюте вменяемая, думаю, не угробит ферму. Главное, чтобы ветеринара догадалась нанять. За собаками нужен профессиональный присмотр.

Жаль, конечно, что мне не суждено доглядеть за Веснушкой и принять у нее очередные роды. Ультразвук показывал пять щенков. Интересно, в папу пойдут — черные, или в маму — рыжие?

Ностальгические размышления о доме прервал деликатный, едва слышный стук в дверь. Чувство, что пытались одновременно соблюсти приличия и не потревожить меня. Не дожидаясь ответа, в комнату тенью скользнула девушка в темно-сером платье ниже колена. В руках она держала поднос с дымящейся пиалой, от которой по всей комнате тут же разлился упоительный аромат куриного бульона.

У меня предательски заурчало в животе.

— Мисс Силвери, вы не спите! — обрадовалась горничная и поспешила поставить еду на прикроватный столик. Он единственный в комнате был свободен от пузырьков и баночек. — Я вам покушать принесла, отец ваш строго наказал проследить, чтобы вы с силами собрались, да к ужину вышли непременно. А то драконы улетят, а вы так документ и не подписали!

Я подобралась и с помощью девушки села на постели.

Кажется, подоспел источник информации. Вот сейчас ее и поспрашиваю, что там за драконий договор!

Пришлось сказать, что при падении я сильно ударилась головой и мало что соображаю.

Почти правда.

Вообще-то я не помнила о местной жизни ровным счетом ничегошеньки. Но если в этом признаться — неизвестно что будет. Вдруг здесь попаданок, самовольно занимающих чужие тела, казнят с особой жестокостью?

К сожалению, о мелком шрифте Кива — так звали горничную — знала не больше моего. Зато подробно и с восторгом поведала о драконах. И моей заветной мечте — превратиться в одну из них!

— Вы как услышали, что Храм открылся, так и взмолились папеньке — отпустите, мол, хочу драконом стать! — запихивая мне в рот ложку за ложкой прозрачный золотистый супчик, рассказывала служанка. — Он сначала и слышать не хотел. Вы ж сговорены давно за соседа нашего, графа Регара. А ежели вы драконом станете, вам в Соларион ехать придется, аж на пять лет! Но потом отчего-то передумал. Наверное, пожалел вас. Плакали вы много, не хотели за графа идти. Ну, оно понятное дело, он же старше лет на двадцать!

В то, что отец Валарии — то есть меня — пожалел, я не поверила ни на мгновение. Нет, он просто прикинул и осознал для себя некую выгоду в том, что дочь уедет в чужую страну. Но какую?

Самое главное — за несколько часов до ужина мне предстоит решить важнейший вопрос.

Подписывать ли бумаги вообще?

Допустим, прежняя владелица тела мечтала стать драконом. Ей это сулило относительную независимость от отца и освобождение от ненавистного брака. Но хорошо ли она изучила возможные последствия? Побочные эффекты? Осложнения?

Я себе смутно представляю процесс превращения человека в гигантскую летающую ящерицу.

Для меня, прямо скажем, все звучало как самый настоящий бред.

Но Кива верила в то, что говорила. Да и отец с мачехой тех драконов упоминали. Однако по их поведению мне показалось, что они заинтересованы в сделке куда сильнее самой Валарии.

Может, отец только притворялся, что против? Действенная тактика в борьбе с подростковым упрямством, сама такую не раз применяла.

В общем, что бы я сейчас ни предположила, а вывод один.

Надо изучать матчасть.

То есть документ.

— Ты можешь мне принести договор? — стараясь говорить небрежно, попросила я горничную. — Хочу перечитать еще раз.

— Вы ж его еще не видели! — удивилась Кива и тут же всплеснула руками. — Точно, вы ж головой ударились, не помните ничего. Не переживайте так! Все в порядке, драконы обманывать не станут. Если б не упали утром в обморок от волнения, вы бы все уже давно подписали.

— Именно это меня и беспокоит, — пробурчала я. — Неси давай.

— Не могу! — испугалась девушка. — Он у их драконшеств.

— Каких еще драконшеств? — зависнув на мгновение, я перебрала еще раз мысленно полученную за это время скудную информацию и сделала выводы: — Они тут, что ли?

— Ну да, ждут вашей подписи. Задержались из-за того что вы в обморок свалились, но вечером собираются улетать.

— Зови их сюда… хотя нет, — оборвала я сама себя и еще раз оглядела комнату.

Судя по обстановке, вряд ли здесь норма принимать посторонних мужиков в спальне незамужней девушки.

Это, в общем-то, ни в каком мире не норма.

— Помоги одеться! — приказала я, преследуя сразу две цели: занять горничную делом, чтобы она не побежала жаловаться отцу (а еще хуже — мачехе) на мое самоуправство, и заодно правильно выбрать наряд.

Я понятия не имею о местной моде. Алишу не разглядела, а по серой униформе служанки представить себе подходящее платье молодой аристократки невозможно. Не хотелось бы шокировать общественность, разодевшись как на бал или явившись в одной ночной рубашке.

Та, что сейчас на мне, вполне сошла бы за летний сарафан в прежнем мире. Но выходить в подобном к драконам наверняка непристойно. 

— Как же это так, целитель вам лежать велел, отдыхать! — запричитала Кива, но покорно бросилась к шкафу. Уже через полчаса я выглядела соответственно приличиям.

Все оказалось не так ужасно, как ожидалось. Длинная юбка в пол, с завышенной чуть ли не под грудь талией-поясом, белая блузка из тончайшего шелка, нижняя кружевная маечка, довольно удобное белье, чем-то напоминающее спортивное по крою, но не настолько эластичное. В общем, жить можно. Главное, корсетов нет! Ура!

Я немного покрутилась перед ростовым зеркалом в углу, не обращая внимания на легкую головную боль.

Скорее всего, Валария действительно треснулась виском при падении. Только, вместо того чтобы умереть окончательно, странным образом воскресла с чужой душой в теле.

С моей душой. 

Что ж. Это теперь моя жизнь, мое тело. А что касается мечты стать драконом… тут я еще подумаю.

Драконов я нашла в саду. 

Сначала мы с Кивой немного поплутали по особняку, оказавшемуся довольно просторным. В гостевых комнатах было пусто, горничная предложила заглянуть в столовую, но и там посланников Храма не обнаружилось. 

Встреченная нами девушка в такой же серой униформе посоветовала посмотреть в беседке. Где они и оказались. 

Не знаю, кого я ожидала увидеть. Персонажей ужастика? Рептилоидов? 

Обычные мужчины, крупные, спортивного сложения, еще и с холодным оружием. Без мечей, но ножи в сапогах угадываются, а на поясе декоративные кинжалы висят в открытую. 

При моем появлении оба поднялись со скамеек и отвесили не слишком глубокие поклоны. 

— Мисс Силвери, рад видеть вас в добром здравии, — прогудел один из них глубоким басом. — Нас не успели представить, я Немью Глиммер, королевский целитель, а это начальник охраны Храма Миртис Дарктил. Вы желаете подписать договор прямо сейчас? Наверное, нам лучше пройти в кабинет вашего отца. 

Он шагнул на дорожку, но я преградила ему путь. 

— Нет, простите. Сначала мне хотелось бы обсудить все детали. И взглянуть на документ, — вежливо, но непреклонно заявила я. 

В глазах Немью мелькнуло запоздалое уважение. И отчего-то сожаление. 

— Разумеется. Миртис сейчас его принесет. Что именно желаете уточнить? — целитель снова устроился на скамье и сделал пригласительный жест рукой, в то время как его спутник куда-то унесся с удивительной для его габаритов скоростью. Очевидно, за бумагами. 

— Для начала, как проходит процедура. И насколько она безопасна, — обстоятельно начала я загибать пальцы. — Что получает в случае моего согласия мой отец, что получаю я, какие у нас потом возникают обязательства перед Храмом…

— Погодите-погодите, не все сразу! — мужчина вытянул перед собой руки в защитном жесте. — Мы все это подробно объясняли вашему отцу, он обещал вам передать в точности. 

— Дело в том, что я недавно ударилась головой и ничего не помню, — лучезарно улыбнулась я. 

Лицо Немью потемнело окончательно. 

Кажется, я сморозила что-то не то. 

Может, у них в драконы увечных и склеротиков не берут? 

Не могу сказать, что меня это расстраивает. Признаюсь, вся эта затея вызывает подсознательное отторжение. 

Зачем мне все эти лапы-крылья-хвост? Человеком тоже неплохо быть. Магия? По словам Кивы, у драконов она есть, а у людей нет. 

Ну и нафиг. 

Зато у нас лучшие артефакторы. Это опять же со слов горничной. А мне оно вообще параллельно. Я волшебство еще толком в голове не уложила. 

Да и вообще не до конца верю, что не витаю в фантазиях после наркоза. 

— Скажите, а что вы помните? — осторожно спросил целитель. 

— Ничегошеньки, — развела я руками. — Очнулась в спальне, только недавно. Чувствую себя как младенец, все новое и незнакомое. 

— Но разговаривать вы не разучились, — в задумчивости протянул Немью. 

— Есть, пить, говорить — помню. Читать — не уверена, не проверяла еще, — на всякий случай сразу выдала я версию моей возможной неграмотности. 

Вдруг Валария правда не училась ничему кроме того, какой крем куда мазать. Тогда хоть не настолько позорно получится. Спишем на амнезию, научимся заново. 

— А видения у вас были? Возможно, огненные шары пролетали мимо или что-то вроде? — Еще один странный вопрос. 

Наверное, он опасается, что я слишком сильно ударилась головой и не в состоянии соображать. 

Что ж, радует, что здесь настолько развитое правовое государство, в котором важна добровольность и осознанность принятия решений. 

Я покачала головой. Все, что мне привиделось — помимо переселения в чужое тело — это темнота небытия. Не слишком оригинально. 

— Последний вопрос. Вы видите в небе что-нибудь особенное, необычное? — неожиданно выпалил Немью и уставился на меня так, будто от моего ответа зависит его жизнь. 

Я послушно запрокинула голову и остолбенела. 

Пока бездонная синева скрывалась за густой листвой и под крышей особняка, я не смотрела вверх. Меня больше интересовал гравий под ногами и как бы на нем не растянуться. 

Сейчас же сквозь кружево беседки отчетливо просматривалась сияющая золотистая полоса, пересекающая небосклон и уходящая куда-то за горизонт. Далеко за лесом ее пересекала под прямым углом другая линия, чуть потоньше и не такая яркая, но тоже отливающая желто-оранжевым. 

— Линии, да? — как-то обреченно уточнил целитель. 

Я кивнула, не подозревая, что в этот момент подписываю себе приговор. 

Немью потеребил пояс, будто сомневаясь в чем-то, и решительно заявил:

— Мы вас забираем.

Вот тебе и правовое государство!

— В каком смысле? — вежливо удивилась я.

— В прямом. Вы неведомым образом уже прошли инициацию, став драконом, — целитель отвел глаза и пробубнил едва различимо: — И теперь являетесь гражданкой Солариона.

— Что?! — От моего вопля с далеких кустов вспорхнули птицы.

В беседку ворвался запыхавшийся второй дракон — как его, Миртис, сжимая в одной руке смятые бумаги, а в другой — длиннющий кинжал.

Неужто решил, что я тут его друга убиваю голыми руками? Юбкой душу?

— Что здесь происходит? — уточнил он, переводя настороженный взгляд с целителя на меня.

Спасибо, не напал сразу.

— Она… драконица, — с легкой запинкой сообщил Немью. — Теперь по соглашению с Шейдарром мисс Силвери принадлежит Солариону. Мы можем ее забирать и без договора, только отец пусть подпишет отказ от претензий. Придется задержаться на ночь, но дело того стоит!

С каждым словом я закипала все сильнее, и наконец не выдержала:

— Минуточку, что значит принадлежу?! Я взрослый дееспособный человек, я сама себе хозяйка! И никакие Соларионы мне не указ!

— Сожалею, но как раз здесь вы ошибаетесь, — в голосе целителя звучало искреннее сочувствие. — Наши государства заключили договор, согласно которому все прошедшие инициацию и совместимые с драконами особи обязаны прибыть в Соларион сразу же после… превращения.

Миртис, похоже, понял, что происходит, и встал за левым плечом Немью.

Рада за него, хоть он что-то понимает. Только радость моя не очень искренняя.

У обоих драконьих посланников даже взгляды изменились. Только что они смотрели на меня без особого интереса, как энтомолог на гусеницу, из которой может вылупиться новая, неизвестная науке бабочка, а может и банальная капустница.

Сейчас же на меня взирали собственнически. Прямо-таки хищно и потребительски.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, зачем им нужны женщины.

Вот озабоченные! Своих что ли не хватает, на чужих зарятся?

Я нервно сглотнула и попятилась, глядя на потерявшего всякое обаяние мужчину. Двух мужчин. Сильных и умелых воинов с кинжалами, которые с чего-то решили, что имеют право меня забрать, будто я диван какой!

— Покажите это соглашение! — дрожащим голосом потребовала я. — И предъявите доказательства этого самого превращения! Мало ли, вы так на регулярной основе девиц похищаете, а потом их находят по кускам в лесу!

Умом понимала, что несу чушь, хотя бы потому, что ни один разумный маньяк не признается в этом вслух. А они вполне походили на разумных.

Впрочем, и на маньяков тоже.

На лицах потенциальных массовых потрошителей проступило изумление, смешанное с отвращением:

— Да вы что! Мы наших женщин оберегаем пуще сокровищ. Собственно, они и есть наши самые главные сокровища! — заявил Немью, когда снова обрел дар речи. — Поверьте, никаких злых умыслов, наоборот! Отныне вы не будете ни в чем нуждаться! Малейшие пожелания, любые прихоти, капризы — все исполнят моментально! Лучшие одежды, драгоценности, роскошные покои!..

— Спасибо, не интересует! — отрезала я и, подхватив юбки, бросилась к дому, напрочь позабыв о горничной, ставшей невольной свидетельницей разборки.

Она с трудом догнала меня у самых дверей.

Распахнув створку, я чуть не врезалась в степенного слугу в ливрее с богатой вышивкой. Наверное, дворецкий.

— Отец у себя? — выпалила я и, дождавшись неуверенного подтверждающего кивка, рявкнула Киве: — Проводи!

— Вам бы не стоило так скакать сразу после обморока, — начала было горничная, но под моим яростным взглядом осеклась и молча засеменила вверх по лестнице.

Папаша Силвери разбирал с умным видом бумаги и совершенно не ожидал вторжения деточки с перекошенным лицом. При виде меня он аж вздрогнул.

Думаю, зрелище я представляла то еще — красная, взъерошенная, с разъяренным оскалом и вытаращенными глазами.

— Что еще за соглашение между нами и Соларионом?! — рявкнула с порога, упирая руки в бока.

Некогда мне изображать трепетную фиалку. Что бы он ни готовил родной дочери, я не собираюсь участвовать в этом балагане. И тем более не позволю продать себя, как скотину на рынке!

Мистер Силвери отвечать на поставленный ребром вопрос не спешил. Степенно, с достоинством сложил листочки в аккуратную стопочку, постучал ею об стол, пристроил на краю и лишь тогда обратил на меня светлый взор.

— Дочь, я с каждым днем убеждаюсь, что принял правильное решение, — заявил он и кивнул на стоящее поодаль кресло. — Присядь, ты выглядишь неподобающе. А ты подожди за дверью!

Последнее относилось к Киве. Горничная вымелась в коридор со скоростью света и дверь за собой плотно закрыла.

Только сейчас я поняла, что не постучала, да и вообще позабыла о воспитании. С другой стороны, тут решается моя судьба, не до политесов! Но волосы все-таки пригладила и сделала пару глубоких вдохов, унимая колотящееся сердце.

В семействе Силвери бедняжку Валарию и так не уважают, не будем давать им поводов презирать меня еще сильнее.

— Итак, чем ты, собственно, недовольна? — поинтересовался отец после затянувшейся паузы. — И почему до сих пор не подписала договор? После того как прожужжала мне все уши, что жаждешь стать драконом и тебя не остановят все сопряженные с этим риски, после того как на твою сторону встала даже Алиша и убедила меня, что дочери стоит предоставить немного свободы, тем более что в Соларионе о тебе отлично позаботятся, сразу замуж возьмут и бед не будешь знать… После того как я переступил через свои принципы, позволил тебе отправиться в этот мерзкий Храм и, возможно, умереть, пытаясь превратиться в дракона! Ты еще смеешь быть чем-то недовольной?!

Заготовленные возмущения застряли в горле.

Пришлось прокашляться.

Риски? Вероятность смерти? Да зачем девчонке сдался этот Храм? Чую, из затеи торчат уши мачехи, но не пойму каким боком. От Валарии явно пытались замысловато и хитро избавиться. Возможно, кто-то напел девочке, что после Храма ее ждет новая жизнь, где ее будут холить и лелеять? Как там загнул Немью — любой каприз?

Учитывая отношение отца, думаю, бедняжка ухватилась бы за малейшую возможность быть любимой и выйти замуж за кого-нибудь не слишком старого и довольно привлекательного. Надо отдать должное целителю и его спутнику — мужчины они видные, породистые. Любая барышня витала бы в облаках от счастья, вздумай кто из них посвататься.

— Мистер Глиммер утверждает, что я уже драконица. Как-то сама превратилась. И теперь принадлежу Солариону! — выпалила я.

Ходить кругами некогда. В любой момент в кабинет могут ворваться драконы и потребовать меня выдать. Как там они выразились — отказ от претензий? Стоило вспомнить якобы соблазняющую тираду о нарядах и покоях, в груди снова вскипело возмущение.

— Так это ж замечательно! — мистер Силвери хлопнул ладонью по столу и просиял. — Настоящее чудо! Тебе не придется рисковать жизнью и тесниться в Храме среди черни, позоря наш род. Все складывается просто прекрасно!

— Все просто ужасно! — возразила я. — Меня увезут в Соларион, как какую-то корову, не спрашивая!

— Ты же сама туда хотела, — непонимающе пожал плечами отец. — Передумала?

Прикусив губу, я кивнула.

— Поздно! — отрезал с нескрываемым злорадством папенька года. — Раз драконы признали тебя, придется ехать. У нас с ними договор.

— Что за договор? — обреченно уточнила я. — На него можно взглянуть?

— У меня была копия королевского указа, — рассеянно протянул мистер Силвери и полез в нижний ящик стола. — Ничего секретного, на самом деле. У драконов демографический перекос…

Мужчина покосился на меня через столешницу и поморщился.

— Девочек мало рождается, — пояснил он, как для ребенка.

Не слишком высокого мнения об умственных способностях дочери.

И если честно, я начинаю его понимать.

То есть отвешивать плюхи и обзывать ребенка — последнее дело.

Но, учитывая, что дурочка собралась рисковать жизнью в попытках уехать в другую страну ради призрачной надежды на удачное замужество… Ремня ей в детстве точно не хватало.

— И почему они не женятся на человеческих женщинах? — уточнила я, уже догадываясь, что услышу.

И не ошиблась.

— Потомства не будет, забыла? — хмыкнул мистер Силвери. — Зачем драконам пустышки? Им детки нужны.

Ясненько.

Как я и подозревала — на приплод меня берут.

После долгих поисков на свет появилась плотная бумага с замысловатыми рисунками по краям, издалека чем-то напоминавшая школьную грамоту.

— Вот, указ ее величества.

Отец подтолкнул ко мне документ по скользкой поверхности стола. Я вцепилась в него, как в спасательный круг, но увы — ничего обнадеживающего в тексте не нашлось.

Зато выяснилось, что читать я все-таки умею.

— Указ… года, месяца. Повелеваю…

Если кратко — я попала.

Людей, прошедших инициацию — далее: измененных — обязывали переехать в Соларион на пять лет. Женщинам дополнительно предписывалось выйти замуж за аборигенов, то есть драконов, и по возможности родить им ребенка. Если получится — не одного.

Зато потом можно развестись. Радость-то какая! При этом дети оставались с отцом, а мать имела право вернуться к людям. Если хотела, разумеется.

Что-то безрадостная картина получается.

— И что, на это кто-то решается? — скривилась я и осеклась.

Еще как решаются. Та девочка, в чьем теле очутилась пенсионерка Валентина Викторовна, то бишь я, тому пример. Почему бы, собственно, и нет? Если следовать их логике, то богатый красивый дракон всяко лучше престарелого соседа папеньки. А стерпится — как известно, и слюбится.

Мистер Силвери глянул на меня, как на слабоумную.

Правильно глянул, чего уж тут.

Я испытывала непреодолимое желание побиться головой о стол или стену. Останавливала меня лишь мысль, что от этого будет шишка.

А толку не будет.

В дверь кабинета деликатно постучали и на пороге возник Немью.

— Очень удачно, что я застал вас обоих, — пробормотал целитель и водрузил на стол увесистую стопку бумаг. — Прошу ознакомиться и подписать.

— Я не буду ничего подписывать, — упрямо помотала головой.

Мистер Силвери глянул на меня насмешливо и подтянул документы ближе.

— А тебе и не надо. Я как старший в роду имею право подписать все что угодно, тем более ты каким-то образом умудрилась превратиться в дракона сама, — хмыкнул он, бегло просматривая лист за листом. — Что очень кстати. Сомневаюсь, что ты бы выжила в Храме. Там, говорят, смертность жуткая, чуть ли не половина погибает в процессе.

— Две трети, — поправил его целитель.

Мне стало дурно.

Но отец еще мысль не закончил.

— А компенсация нам не лишней будет, — сообщил он, ставя уверенную размашистую подпись и переворачивая страницу, чтобы поставить еще одну. — На вас, баб, столько расходов — уму непостижимо! Хорошо, что хоть от тебя польза и прибыль, для разнообразия.

— Так вот почему ты передумал! — озарило меня наконец. — Семье измененных материальная компенсация положена!

— Конечно, а ты думала, я ради твоего личного счастья решил поступиться честью рода? — приподнял бровь любящий папенька.

— Уверяю вас, ни малейшего ущерба вашей чести или же достоинству вашей дочери причинено не будет, — неожиданно вмешался Немью. — Учитывая ее происхождение, скорее всего лично его величество пожелает взять в жены мисс Силвери.

Отец замер с занесенным над бумагой пером.

Снова вчитался в строчки.

Задумался.

— Может, тогда и размеры компенсации стоит пересмотреть? — протянул он. — Вы учитывайте, в роду ее матери все многодетные, плодовитая жена достанется королю.

— Возможно, после рождения первого ребенка мы пересмотрим условия соглашения, — увильнул от прямого ответа целитель.

Я закрыла руками лицо и застонала.

Сюрреализм происходящего не укладывался в голове.

Они что, на полном серьезе полагают, что меня можно вот так продать?

Настоящая торговля живым разумным товаром! Куда только местная королева смотрит? Сама же женщина, как так можно? Я бы на ее месте давно устроила драконам революцию с эмансипацией!

С другой стороны, кто сказал, что мне обязательно нужно с этим мириться?

Сбежать, да и дело с концом!

Сегодня же!

Пока мы никуда не уехали. В дороге выбраться из поля зрения драконов будет сложнее.

Я не до конца поверила в концепцию разумных крылатых ящериц, но по идее у них и слух, и нюх должны быть отменные. Поди от таких скройся!

Нет, валить нужно прямо сейчас.

— Простите, мне нехорошо. — Мне и притворяться не нужно. Бледная, руки дрожат после стресса, дыхание сбитое, неровное. Настоящая невротичка. — Пойду прилягу перед ужином.

— Это ты правильно, дочь, — одобрил мистер Силвери.

Немью же проводил меня долгим внимательным взглядом.

Неужели что-то заподозрил?

До спальни я добралась, как во сне. Зато не заплутала. Не иначе, мышечная память включилась!

Может, еще что вспомню?

Рухнув на пуфик перед зеркалом, я всмотрелась в бледное до синевы отражение. Длинные темные волосы выбились из низкого свободного узла, но, видно, что густые и ухоженные. Гладкая кожа, огромные глазищи, красиво изогнутые, сейчас подрагивающие в преддверии истерики губы.

Молоденькая совсем. Ей бы жить и жить!

Жаль девочку, в теле которой я оказалась. Она-то как раз мечтала стать драконом, принять их правила. Есть такие женщины, которым нужно надежное плечо, стена, чтобы их окружили заботой, и ни о чем самой не думать.

К сожалению или к счастью, я не из их числа.

Слезы и сопли отложим на потом.

Сначала нужно посмотреть, что у меня из активов есть. Кроме слабеньких ручонок и относительно здорового юного тела.

Выдвинула по очереди все ящики, выгребла содержимое и разложила перед собой на столике.

Негусто.

Отец кровиночку явно не баловал. Не пойму, с чего он жаловался на дороговизну содержания женщин, тут и золота-то раз-два и обчелся, сплошь серебро. Слегка потемневшее от времени и с дешевыми полудрагоценными камнями.

Ничего, тоже деньги в случае чего.

Кстати, а как насчет самих денег?

Метнулась в гардероб и принялась рыться в многочисленных сумочках.

Да, на нарядах Валарии действительно не экономили. Их было множество, на все случаи жизни, но как раз их-то я прихватить и не смогу. Бежать надо налегке, чтоб быстрее получилось.

Монеты я тоже разложила на столе, кучками: медь, серебро и золотистый сплав. По весу на чистое золото не тянет, но узор сложнее, чем на прочих, значит, самый ценный вариант.

Интересно, что можно на это купить?

Спрашивать служанок чревато. Наверняка настучат, если не драконам, то папеньке. Тут долго думать не придется: раз начала финансами интересоваться — точно сбежать хочет. Эх, не умею я притворяться! Надо было разыгрывать восторг и поклонение, а теперь за мной присматривать будут усиленно.

Ссыпала небогатый запас в один из плотных кошельков с вышивкой и задумалась.

До ужина всего ничего. Далеко уйти не успею, меня хватятся и нагонят. Придется уходить ночью.

Я выглянула в окно.

Слуги в саду зажигали декоративные фонарики, но чем дальше от усадьбы, тем гуще становились сумерки.

Не похоже, чтобы здесь успели наладить освещение на трассах.

Кстати, а на чем здесь вообще передвигаются? Ну, кроме драконов, те на своих двоих, на крыльях. Наверное. 

Решительно сгребла все сокровища в верхний ящик, чтоб не болтались на виду, и поднялась.

Имею полное право прогуляться вокруг дома. Не лежится мне, а на свежем воздухе головная боль точно отступит. Так и скажу, если снова на драконов наткнусь или еще кого излишне любопытного.

Выглянула в коридор — ни души. Стараясь двигаться непринужденно, спустилась по парадной лестнице и вышла снова в сад.

Дворецкий проводил меня недоуменным взглядом, но дверь заученно распахнул. И молча. Молодец, опытный.

В прошлый раз я так спешила, что и не разглядела толком ни здание, ни окружение. Сейчас же шла медленно, искренне наслаждаясь одиночеством и внимательно осматриваясь. Вот и конюшня! Идем мимо, делаем вид, что совершенно не интересуемся. При этом одним глазом я конспиративно косила в сторону приоткрытой двери. Два или три денника занято, но поди разбери что там за клячи! Может, папенька и на тягловых единицах сэкономил.

Снаружи двое слуг сноровисто пересыпали сено, готовя закуску лошадям. Я чинно проследовала мимо, заметив мимоходом высокого плечистого мужчину в темной форме. Точно такой, как была на драконьем целителе. Один из них тут дежурит, получается. Значит, меня уже заподозрили в нехорошем.

Плохо.

А это что? Амбар?

Пристройка с виду довольно новая, но не прошлогодняя. Дверь заперта, зато окошко имеется. Под самой крышей, чуть выше уровня глаз.

Воровато оглядевшись, я пробралась сквозь заросли бурьяна, привстала на цыпочки и заглянула внутрь.

Машина!

Самая настоящая! Пусть немного старомодная, с выпуклыми фарами, массивными колесами и лоснящимися, причудливо изогнутыми боками, как на картинках начала двадцатого века, но — авто!

Осталось выяснить, на ходу ли транспорт или так, музейный экспонат.

Подергала двери — ожидаемо заперто.

Снова заглянула в окошко и оглядела гараж. Ага, еще одна дверь внутри есть, значит и вход через дом где-то имеется. Осталось вычислить где.

Найти ключи.

Разобраться с зажиганием. Кто его знает, местные технологии! Может, оно тарахтит на всю ивановскую.

И каким-то образом нейтрализовать драконов, чтобы не бросились сразу же в погоню. Если они действительно чешуйчатые крылатые зверюги, то что верхом, что в машине я от них далеко не уйду. А значит, их надо чем-то занять. Важным и неотложным.

Проблемы со здоровьем организовать?

Идею отравления отмела сразу.

Лично каждому условный кубок подносить — выдать себя с головой. К тому же мне и нечем. Валария заначек с ядами под рукой не держала.

Ну, или я не нашла.

Устроить несчастный случай кому?

Мачехе, например. На лестнице оступилась, с кем не бывает.

Соблазнительно. Но нет. Велик риск не рассчитать и организовать вместо легкой травмы убийство.

Хотя это я рано занялась поиском отвлекающих маневров. Надо сначала выяснить, жива ли тачка или предназначена лишь для вдумчивого созерцания.

Отметив мысленно крестиком местонахождение гаража, я вернулась в дом. Очень хотелось нестись и лететь, но под пристальным, подозрительным взглядом дворецкого я ступала степенно и неторопливо.

Странно вообще, что ко мне охрану не приставили. Только на конюшне пост, и то символический.

С другой стороны, судя по отношению к женщинам, наличия в них свободы воли и решительности местные мужчины и не подозревают. А о том, что у меня может хватить глупости и наглости ломануться в ночь в неизвестность, вовсе не догадываются.

Я прекрасно понимала, что действую не слишком разумно. Возможно, лучше было бы затаиться и выждать… Только вот времени для этого у меня нет. Завтра утром, по словам отца, мы отбываем в Соларион.

Как там все устроено — неизвестно.

Как здесь все устроено, мне тоже неизвестно, зато есть деньги и одежда, относительно соответствующая обычаям. Могу слиться с толпой при желании.

А если в стране драконов еще и язык другой?

Сбежать по дороге, конечно, вариант. Но маловероятный. Под присмотром воинов и целителя я от них разве что в кустики отойду, и то недалеко. Мужики они тренированные, опытные, и без гипотетической второй ипостаси — в которую я еще до конца не поверила — опасные.

Внутренний компас привел точнехонько к дверям гаража. Перепутать было сложно: они отличались размером от остальных, больше походя на грузовые ворота, чем на вход в комнату, и с той стороны отчётливо доносился характерный запах резины и машинного масла. Бензином не пахло, и у меня снова зароились сомнения в функциональности авто.

Изнутри гараж не запирали. Я воровато оглядела коридор — никого — и скользнула тенью в темное помещение, плотно прикрыв за собой створку. Еще и спиной для надежности прижалась. Будто это кого-то остановит!

Отчаянно бьющееся сердце гремело в ушах, мешая слышать происходящее вокруг. Даже если кто-то сейчас прошел бы мимо, я б не заметила, занятая тем чтобы не упасть в обморок.

Нервная девушка мне досталась. Ей бы валерьянки попить.

Немного успокоившись, оглядела гараж. Ничего особенного и экзотического — пустое просторное помещение, в центре которого гордо возвышается автомобиль. У ближайшей стены стеллаж с инструментами, запасные шины стопочкой на каменном полу, и никаких канистр или бочек.

Приехали.

Я прокралась ближе.

Что, если тут установлена сигнализация, как у моего соседа? Он отчего-то считал, что все жаждут украсть его Ниву черт знает какого года выпуска, и установил на нее истерическую вопилку. Малейший толчок, порыв ветра — и ржавая красавица начинала орать, будто ее пилят на металлолом.

Если меня сейчас поймают у машины, плакал план побега. Придется пешком уходить, или таки лошадь неведомым образом воровать.

Затаив дыхание, я осторожно коснулась полированной серебристой ручки одним пальцем.

Тишина.

Осмелела, обхватила ладонью и потянула на себя.

Дверца открылась с мягким щелчком. На меня пахнуло полиролью, спиртом и теплым ароматом новеньких кожаных сидений.

На первый взгляд автомобильные внутренности почти ничем не отличались от привычных глазу. Круглый руль колесом, сиденье со спинкой, рядом пассажирское. Приборная панель с вделанными в гладкое дерево датчиками.

В которых я ничегошеньки, естественно, не понимаю.

Подобрав юбки, я залезла в машину и поерзала на жестком сиденье. Захлопнула дверцу — теперь меня так просто от входа не заметить.

Спрятаться здесь, что ли, пока драконы не улетят? Вряд ли кому придет в голову искать барышню в гараже. Что-то мне подсказывает, Валария вообще была не в курсе, что такое в усадьбе водится.

Положила руки на руль, помяла хрусткую обмотку. Полоски натуральной кожи умиротворяюще поскрипывали под ладонями.

Почти как дома.

На глаза навернулись непрошеные слезы.

Я слепо уставилась в закрытые гаражные ворота и беззвучно оплакивала прошлое, которого не вернуть. Ни мое, ни несчастной девочки-мечтательницы, не дожившей до осуществления заветного желания.

Тело дрожало, как в лихорадке. Пальцы тряслись. Стало страшно — вдруг я нажму незаметный с первого взгляда клаксон? Не хуже сирены сработает, сразу понабегут слуги и драконы.

Обхватила себя руками и, чтобы хоть как-то успокоиться, принялась исследовать приборную панель. Где-то должен быть ключ зажигания. Снаружи винта я не видела, значит, заводится авто изнутри. Но где? Ни скважины, ни кнопки, ничего похожего.

Наверное, все-таки снаружи. Надо выйти заглянуть под капот.

Только еще немножечко посижу.

Глубокий вдох, медленный выдох.

Ничего себе меня накрыло!

Никогда не отличалась излишней эмоциональностью. Скорее всего, это гормоны юной девицы.

А возможно, отходняк.

Я снова оглядела подрагивающие руки.

Очень похоже на ломку. Видела симтомы, и не раз. В детдом частенько попадали, скажем так, проблемные подростки. Не всегда они оставались без родителей, и не факт что в казенном заведении жилось им веселее, но я со своей стороны старалась облегчить ребятам не самые приятные периоды в жизни. В том числе помочь перебороть желание наширяться.

То, как меня сейчас трясло, очень напоминало их состояние без дозы.

Возможно ли, чтобы Валарию чем-то пичкали? Зачем девушке из приличной, зажиточной семьи жертвовать жизнью, чтобы стать драконом? Даже при условии, что она не хотела замуж за престарелого соседа, всегда есть варианты, не включающие в себя риск для здоровья.

Но Немью же целитель. Не просто так он приехал вместе с воинами, наверняка перед подписанием договора людей проверяют на вменяемость.

Что-то здесь не клеится.

Помотав головой, я оперлась о приборный щиток ладонями. Под правую руку попала выпуклая металлическая пластина с матово-белой вставкой. Я ее раньше не трогала, сочла украшением.

От моего прикосновения прохладный, похожий на крупный оникс камень просел глубже, как кнопка, и мягко засветился.

Авто вздрогнуло всем корпусом и вопреки ожиданиям едва слышно заурчало. Никаких тракторных рулад и оглушительного тарахтения. Красота!

Я снова глубоко вздохнула, чтобы успокоиться окончательно, и повторно нажала на камень. Свечение потухло, мотор затих.

Так. Отлично. С этим разобрались. Как трогаться с места — пойму по ходу дела. Педали под ногами есть, всего две, так что будем надеяться, никаких извращений со сцеплением не предвидится.

Открыла дверцу, прислушалась. Вроде по-прежнему в коридоре тихо. Сигнализация не сработала. Я выбралась из машины и осмотрела замок на воротах.

А вот это плохо. Заперто на ключ. И самого ключа не видать. На стене ничего не висит, на полках тоже пусто.

Наверное, у папеньки. Устроим обыск в кабинете, на самый худой конец буду ломать дверь. Это, конечно, громко и опасно, но что поделать — в отмычках я не сильна.

Спохватившись, что время уже позднее и меня вот-вот позовут ужинать (причем в покоях не найдут и, естественно, бросятся на поиски), я покинула гараж и в глубокой задумчивости вернулась в комнату, куда вскоре подоспела Кива и принялась вокруг меня хлопотать. Мол, причёска растрепалась, подол запылился, к ужину бы переодеться.

— А от головы у нас есть что-нибудь? — перебила я ее щебетание. — Успокоительное, например. Снотворное…

Барбитураты, транквилизаторы, чем еще могут накачать молодую девушку до невменяемости?

— Есть, как не быть! — всплеснула руками горничная. — У кухарки нашей много всего. Она у травницы училась в свое время, да только готовить ей нравится больше, чем лавку держать. Сейчас сбегаю…

— Вместе сходим! — оборвала ее я. — Хочу взглянуть на ассортимент и состав.

Кива похлопала глазами на незнакомые слова, но безропотно кивнула.

Переодеться все же пришлось. Сменила юбку на такую же, но благородного темно-фиолетового оттенка, и обувь к ней подобрала. Заодно оценила обилие сапожек на каблуке. Всего одни более-менее подходили для побега, остальные — только пройтись по дорожке, покрасоваться, причем недалеко.

Непрактичная была Валария или гулять не любила?

Днем было тепло, но, судя по зеленеющим лишь местами деревьям, на дворе весна, а значит, возможны заморозки. Надо бы накидку потеплее прихватить. Много брать не буду, даже если умудрюсь угнать машину. Ее, скорее всего, придется бросить в ближайшем городе — очень уж приметная. А вот отъехать побыстрее и подальше сгодится.

Травница-кухарка меня чрезвычайно заинтересовала. Что может быть проще — подмешать наркотик в еду?

Собственно, с драконами я собиралась проделать то же самое, только еще не решила, что именно им добавлю. Нужно что-то быстродействующее, чтобы сообразить не успели что с ними, и долгоиграющее, часа на два-три хоть.

Подальше успею уехать.

Ну и не смертельное, само собой, чтоб не сильно навредить. 

Да, задачка!

Может, найдется то, чем травили меня? По симптомам непонятно, что именно это было. Я не спец по препаратам, да и вообще в физиологии животной разбираюсь куда лучше, чем в человеческой.

На кухне кипела работа. Наносились завершающие штрихи на блюда, что вот-вот будут поданы их драконшествам — и всем остальным заодно. Работницы суетились, но не толкались. Видно, что не первый раз работают вместе, как единый отлаженный механизм.

Старшая кухарка, Мейвис, моему появлению не слишком обрадовалась. Поначалу отмахнулась, мол, все после еды, идите-ка вы, мисс, в столовую. Нечего занятых людей ерундой отвлекать.

Естественно, мисс уходить никуда не собиралась.

Я потребовала показать запасы успокоительного. Мол, голова болит сил нет. Помогите, а то рухну в тарелку прямо перед гостями.

При этом внимательно наблюдала за реакцией. Всполошится или нет?

Что ж. Либо травница ни при чем, либо ей Оскара давать надо за отличную игру. Ни малейших теней на гладком, полноватом лице. Наоборот, Мейвис преисполнилась сострадания к «деточке» и распахнула передо мной шкафчик с запасами.

Выбор травок у кухарки и в самом деле оказался впечатляющим. Половины я и не узнала — не слишком интересовалась народной медициной. Разве что в разрезе — вредно для собак и лошадей. Где их не выгуливать и в каких кустах выпас не устраивать.

Сильнодействующего, такого чтоб пробрало и организовало зависимость, я тоже не обнаружила. Ни опиума, ни кокаина, ни — что там еще может быть натуральное? Вряд ли здесь организованы подпольные лаборатории по производству наркоты.

Странно. Очень странно.

Конечно, велика вероятность, что Мейвис притворяется и на самом деле в заначке у нее разложены всякие гадости, которыми она меня хладнокровно и методично травит. Не по собственному разумению, конечно. Наверняка Алиша свою лапку приложила.

Но поймать ни одну, ни другую за руку сходу не вышло.

Больше всего меня заинтересовали баночки с жидкостями — отвары, настойки и масла, которые удобно куда-нибудь влить.

Травки тоже хорошо, конечно, но это ж какую дозу нужно дракону, скажем, валерианы, чтобы его убаюкать? Да и пахнет она характерно, тут же учуют.

Зато когда я обнаружила касторовое масло, план побега сложился моментально.

— Мне бы, наверное, чайку ромашкового! — я зажала в кулаке небольшой бутылек. Целиком он не влез, руку пришлось прятать в складках юбки и незаметно одним пальцем сковыривать пробку. — Пока что перебьюсь, а там к вечеру, надеюсь, отпустит.

— У вас часто головные боли бывают, — сочувственно покивала Мэйвис. — Еще мятные настойки помогают. Накапать вам?

Ага. Значит, мигрень у Валарии на постоянной основе. Еще одно подтверждение тому, что ей что-то подмешивают.

— Да, пожалуй, не откажусь! — заявила я, подбираясь ближе к разделочному столу, за которым одна из помощниц как раз взбивала горчичный соус.

— Конечно, сейчас! — кухарка отвернулась, разыскивая на полках нужную бутылочку.

Я украдкой огляделась. Все при деле, от работы глаз не поднимают. Пробка вынута, касторка готова к употреблению по назначению. Мне оставалось лишь отвлечь занятую соусом помощницу. На секунду, не более…

— Ах, воды! — едва слышно выдохнула, хватаясь за столешницу. Тихонько, чтобы не всполошить остальных.

Девушка ожидаемо перепугалась, отставила миску и метнулась через всю кухню к колонке-раковине.

Чего я и добивалась.

Молниеносное движение — и половина содержимого флакончика перекочевывает в соус. Бухнула бы и больше, но, боюсь, на вкусе скажется. Повезло, что в составе горчица, она все приглушит.

— Мисс Силвери дурно! — все-таки подняла панику Кива.

Вот всем хороша, но излишне внимательная, зараза. Но я свое черное дело успела завершить и быстро выпрямилась, пряча полегчавшую бутылочку в ладони.

— Все хорошо, мне уже лучше. Голова закружилась, — заверила я горничную и кухарку, а также подбежавшую со стаканом в руке работницу кухни. Приняла водичку, от души напилась и опустила со стуком на стол, как бы ставя точку. — Пора и на ужин.

Проходя мимо шкафчика со снадобьями, невзначай пристроила бутылочку с остатками касторки на краю одной из полочек. Там такой беспорядок, никто и не заметит перестановки.

После шумной и жаркой кухни обеденный зал показался холодным и пустоватым. Гости уже сидели за столом подле хозяина дома.

Мне отвели место на противоположной стороне.

Я не возражала. Основные блюда, а значит и соусы к ним наверняка поставят поближе к драконам.

— Как вы себя чувствуете, мисс Силвери? — светски осведомился Немью.

— Немного болит голова, — вежливо улыбнулась я. — Скажите, а вы проверяете кандидатов в драконы?

От резкой смены темы целитель поперхнулся. Папенька тоже нахмурился. Он в курсе или просто возмущен моей невоспитанностью? Что ж, его ждет еще немало открытий.

— Конечно, проверяем! — заверил меня Немью, откашлявшись. — Физическая форма, умственные способности…

— Вменяемость? — с невинным видом подсказала я. — Скажем, вдруг кого-то опоили и силой заставили подписать документ?

Тут уж побагровела Алиша.

Правильно я ее заподозрила. Актриса из дамочки никудышная, только и может, что мужа подзуживать да гадости нашептывать о падчерице.

Ну, еще каким-то образом травить бедняжку.

— Что вы! — покровительственно хмыкнул дракон, восстанавливая утраченное было самообладание. — Мы обязательно проверяем организм претендентов на психотропные вещества. Но не переживайте, успокоительные не запрещены! Получение второй ипостаси — процесс волнительный.

И Немью ласково мне покивал.

Я же окончательно перестала что бы то ни было понимать.

— Меня вы тоже проверили? — настойчиво уточнила на всякий случай.

Улыбка с лица целителя сползла.

— Не успели, — растерянно ответил он. — Вы неожиданно упали в обморок. А после… после выяснилось что вы уже. Так что проверка ни к чему.

— По-моему, очень даже к чему! — торжествующе усмехнулась я, поглядывая на мачеху.

Однако Алиша на удивление быстро успокоилась и принялась за еду, как ни в чем не бывало.

Неужели я ошиблась и не она подмешивала Валарии наркотики? Но кто же тогда?

Или драконьи датчики не срабатывают на натуральные препараты? Вон, как соус наворачивают. Любо-дорого посмотреть!

— У меня частые головные боли. И общая слабость. Как видите, в обморок валюсь по любому поводу, — перечислила я. — Не думаю, что драконам нужна такая вялая особь. Толку от меня не будет.

— Вы себя недооцениваете! — сверкнул глазами Немью. — Но в чем-то правы. Пожалуй, стоит вас осмотреть, чтобы исключить возможные заболевания.

— А если заболевания все же найдутся? — ухватилась я за спасительную мысль.

Упоминать вслух возможное психологическое давление рано. Пусть сам до идеи дойдет.

— Тогда мы их излечим! — радостно заявил целитель. — Поверьте, драконья магия может очень многое!

— Но только для драконов, да? — мрачно дополнила фразу.

— Конечно, — не заметив подвоха, кивнул Немью.

Я покачала головой.

И эти люди… то есть эти ящеры еще удивляются, что я не спешу роняя тапки к ним ехать! Да с таким презрением к человеческому роду вообще непонятно, где они добровольцев берут для драконизации!

После ужина мы снова поднялись в отцовский кабинет.

Мистер Силвери выразил желание присутствовать при осмотре. Мол, урон чести и все такое, наедине никак нельзя. Даже с целителем.

Алиша, конечно же, тоже увязалась следом.

Я вела себя непринужденно, но мысленно отсчитывала минуты. Часа через полтора-два животы должно прихватить у всех, кроме нас с мачехой. Она клевала салат, берегла фигуру, я же сознательно отказалась от аппетитного мяса.

Увы и ах, не в этот раз.