Хранительница. Империя Эстарион

Дарххарион Артансейр

Его уверяли, сердце демона не бьётся.

Оно способно ударить рёбра в исключительном случае: когда существо демонической сути встречает свою половину – идеально подходящую ему душой и телом.

На вопрос: «Благо ли это?», – никто не ответил.

Платиновые локоны ласкали острые скулы. Их концы не были связаны шнурком и едва доходили мужчине до нижней челюсти. Тонкая вязь молочного орнамента опоясывала высокий лоб. Со стороны могло показаться, что это притягательное в своей простоте лицо, без единой морщины и следов растительности, принадлежит юнцу, но это не так. Стоило только заглянуть в беспощадные, прозрачные, почти бесцветные глаза цвета тумана, чтобы понять – перед вами смерть в её чистом воплощении. Смерть не может быть юной.

И ведь он действительно нёс в себе погибель для каждого существа, любой живой сути: будь то простой человек, комнатное растение или целый мир. Его тени поглощали энергию беспощадно. Одно его присутствие могло убить с десяток людей, не каждый был способен выдержать эту деструктивную суть.

Дарххарион Артансейр – безжалостный правитель дома Теней, – одного из могущественных демонических кланов, расположился в глубине своего кабинета за рабочим столом. Стены были обрамлены тонким слоем тёмного полотна тутового шёлка. Потолочные взводы украшало угольного цвета дерево – единственное место, что нашлось для этого природного материала. Тёплого, потому и нелюбимого демоном. На молочном, пронизанным рыжими и графитовыми прожилками мраморе играли отблески пламени. Огонь ласкал стенки мощённого ониксом камина.

Обстановка в кабинете была весьма аскетичной, и это не было похоже на представителя тёмной сути, чьи пороки и тайные желания лезли впереди своего хозяина. Жажда власти, ресурсов, и демонстрация тяжёлой роскоши никогда не была чужда демонам. Но только не ему. Дарххарион любил простоту.

Последние новости, что ему донесли, зацепили внимание демона. Его старый знакомый начал новую игру. И в этот раз Дариус осторожничал. Это было занятно.

Короткий стук прорезал тишину. Неприметная и бесшумная прислуга объявила о прибытии провидицы.

– Дариус ищет выход в новый мир, и тщательно маскирует свои следы. Что он ищет? И что его ждёт? – без всякого приветствия бросил Дарххарион пожилой махре, едва переступившей порог его кабинета.

– Неужели совсем не интересно, что ждёт в этом мире именно вас, махр? — спросила старая махра, многозначительно улыбнувшись, — о, чудо! — почтительно кивнула в знак приветствия, и двинулась вглубь просторного полупустого помещения.

Забавным было то, что ни один посетитель не рискнул бы гарцевать в стенах его замка грациозной ланью, как это делала старушка, каждый раз прощупывая грани дозволенного. Эта уверенная поступь никак не могла принадлежать дряблой старухе в наглухо закрытом тёмно-бардовом платье. Да и почтительной женщина была крайне редко.

Махра Талиссия Артансейр давно познала жизнь, и пребывала в столь уязвлённом виде сколько Рион себя помнил. Дряхлость кожи и ломкость суставов её не смущали, омолаживающими заклинаниями она упорно не пользовалась, чем вызывала недоумение у прекрасной половины знатных домов. Год за годом тело старухи давало сбой, однако разум прорицательницы оставался ясным.

Но Дарххариону ровным счётом было плевать как она выглядит, и, признаться, комфорт её бытовой жизни мужчину не заботил.

Он ценил представительницу младшей ветви своего родного дома исключительно за её редкий дар предвидения. Едва ли не единственный в своём экземпляре. Старушка знала это и бессовестно играла на его нервах.

– Ах, тебе же не интересны мои умозаключения, Рион, я помню. – Пожурила его Талиссия.

Дарххарион вальяжно откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Пожилая махра побочной демонической ветви редко припоминала ему эту неприглядную историю, в которой махр Артансейр так непростительно себя повёл. По собственной дурости, конечно, молодой демон нагрубил своей наставнице. Это было непозволительное поведение для будущего правителя, о чём напомнил отец. Тот жестокий урок он запомнил.

– Это было в те времена, когда я не встал на крыло. Я был юн, глуп, и неопытен, – ледяные, почти прозрачные молочные глаза демона сверкнули из-под полуприкрытых век.

Ему не требовался дополнительный свет, чтобы видеть махру и всё, что их окружает. Да и старая Талиссия уважала полутьму. Это он тоже помнил, ввиду чего приглушил артефакты света.

– И я давно извинился за это.

– А ты не извиняешься дважды, – перебила его пожилая махра. – Это я тоже помню.

Женщина опустилась в кресло подле массивного стола из темного гранита. Дерево махр не ценил, отдавал предпочтения материалам из благородного камня. Понятия тепла и уюта были чужды его демонической сути. Он не ощущал холода и почти не чувствовал боли, а всё потому, что его сердце мёртвым грузом тяготило грудную клетку.

Оно не билось. И никак не могло пуститься вспять, чтобы разогнать кровь по венам, и позволить своему обладателю познать эту грань жизни, ведь свою пару Дарххарион Артансейр так и не встретил.

– Обязательно встретишь, махр, – гаркающий надрывный голос младшей Артансейр прорезал тишину.

Краска ушла с её изрезанного морщинами лица. Взгляд затянула пелена, будто женщина вошла в транс, однако Рион знал: старая махра в сознании.

– Это пророчество? – мужчина не смог скрыть сарказм. – Или твои умозаключения, Талиссия?

Он знал, она не могла проникнуть в его разум, и прочесть его мыслей тоже не могла. В этом мире не было ни единого существа – будь то демон, или представитель иной магической расы, – кто мог бы пробить поле мужчины. Просто старушка знала его как облупленного. Эта уязвимость была проблемой, но устранить женщину из-за собственной слабости Рион не мог. В конце концов, она заменила ему мать, пускай он и не мог признаться в этом самому себе.

– Твой друг – Дариус, пожри его Двуликая Бездна, нашёл новый мир. Магические потоки этого мира пропитаны энергией могущественных по своей сути представителей древней созидающей магии. Дариус решил, что ему интересны эти ресурсы, но он заблуждается. Мальчик ещё не понял, что за опыт ему предстоит обрести на самом деле.

Нужно ли говорить, что Дариус Иссия ввиду своего не менее отвратительного, чем у старой махры, характера, никогда не был её любимцем?

– О какой древней магии ты говоришь? – мужчина подался вперёд, слова прорицательницы почти пробудили его интерес. Тяжёлые ладони коснулись прохладной поверхности рабочего стола.

Эта всегда было их мальчишеской забавой: открыть новый для себя, никем из демонов ранее неизведанный мир, заставить его обитателей играть по своим правилам и наблюдать за тем, как развернутся события. И сделать это первым.

Сколько миров было выпито таким образом мужчина не помнил. Он сменил не первую сотню лет, почти все события под тяжестью времени сплелись в одно сплошное месиво. С Дариусом – представителем старшей ветви дома Заката, – их связывали сложные отношения: и не приятели, и не враги.

Они всегда ходили по грани взаимоуважения и сарказма. Мужчины не были друзьями, однако пожилая махра упорно сводила своих бывших учеников в одной только ей понятной дружбе. Демоны сторонились этого. В силу своей природы они не могли испытать широкого спектра чувств, и дружба явно не была в приоритете, поскольку строилась по большому счёту на эмоциях, чего демоны, увы, были лишены.

– Я не могу сказать точно, махр, – женщина сменила тон и стала серьёзнее. – Всё, что я вижу, это их суть, и она про созидание. Они сильно отличаются от нас. Тем привлекательнее их энергия. Дариус полагает, что отправляется в короткосрочное и перспективное путешествие, развяжет пару упаднических войн, сменит власть, и сможет выжечь магические потоки этого мира. Он думает, что довольно скоро поставит очередную засечку на вашей дощечке соперничества, – старушка слегка покачивалась, перебирая чётки из неотёсанного гранита. Острые края камня ранили кожу, эта боль помогала ей не уйти в беспамятство.

– И тут слишком много линий развития событий. Дальше сказать сложно. – женщина белками пустых глаз цепляла пустоту, не задерживая туманного взгляда ни на одном из малочисленных предметов кабинета. – Я вижу только одну референтную точку: он встретит свою пару, и попытается закрыть мир, защиту которого так нелепо взломал. Это точно сбудется. Ему поможет только любовь и сила созидания.

– Демону, рождённому поглощать, поможет сила созидания? Ты шутишь? – завёлся было Дарххарион, но охладил пыл.

Он почти поверил в её слова.

– Я похожа на шута? – старушка вышла из небытия, и устало зажмурила веки.

С каждым разом видеть будущее и многочисленные витки чужих судеб было невыносимо для старого тела и разума.

– Я никогда тебя ни о чём не просила, – она резко распахнула мутные глаза, сухие женские пальцы поймали мужскую ладонь, что расположилась на ворохе пергамента. – Ты всегда взламывал головоломки раньше него. Помоги ему, Рион.

*Махр – уважительное обращение к мужчине-демону старшей ветви.

** Махра – уважительное обращение к женщине. В данном случае ветвь не имеет значения.

*** Махл - уважительное обращение к мужчине-демону младшей ветви.

Эстра 

Дарххарион Артансейр

Ар Стевиа

Алар Дъявик

Талира

Ассая Вестраз

Ясмина

Эстра

Обитель Теней

Молодая преподавательница Эстра сидела на заднем ряду просторной и светлой аудитории. Из широких, уходящих в своды потолка окон пробивались редкие лучи солнца.

Вечерело. Это была последняя лекция.

Сердце замирало каждый раз, когда девушка думала о том, как ей посчастливилось обучаться, а после остаться преподавать в стенах приюта. На краю сознания разливались приятными воспоминаниями детские и студенческие годы.

Девушка рассматривала юных послушников, едва цепляясь вниманием за лекцию об основах магии от пожилого преподавателя, главного наставника факультета прикладной магии – мэтра Стевиа.

Ей было отрадно застать одно из последних выступлений этого забавного старца с противоречивым характером. Грудь щемило от потока благодарности за жизнь, возможность, обстоятельства, и это безусловное принятие своего пути разливалось теплом в самом центре – чутком и отзывчивом девичьем сердце.

– Телепортируется не объект, а квантовое состояние этого объекта. Состояние телепортируется в поле. Поэтому, когда на практике вы будете испытывать сложности при телепортации, важно помнить, что перемещается не материя, а её структура. Когда вы сможете переместить структуру предмета, его суть, за ним последует материя.

– А наши тела? Они тоже – материя? – задал вопрос юный послушник.

Эстра не видела его лица, однако нетерпение, звенящее в мальчишеском голосе, не уловить было весьма сложно. Девушка едва усмехнулась, снисходительно отмечая про себя, что сама никогда не отличалась хорошими манерами. И все из-за пытливого ума. Благо ей – девочке без отца и матери, рода и наследия, – это было не нужно. Ее любимые и дорогие сердцу книги не чурались отсутствия воспитания у молоденькой и невежественной послушницы.

– Безусловно, Гарольд, коснитесь своего носа, он же материален! В этом мире все есть материя. – Протянул мэтр Стевиа. – Поэтому, когда Вам придет в голову идея переместить свое тело до того, как у вас начнутся практические занятия, вспомните основы магии, чтобы не потерять свои конечности. И Вам, лорд Вестраз, – преподаватель обратился к другому послушнику, облокотившемуся локтями на парту, и в сладкой дреме прикрывшему глаза. – Я настоятельно советую выучить теорию.

Мэтру Стевиа спустя многовековую преподавательскую практику явно льстило внимание учеников, равно как и раздражало их пренебрежение к знаниям.

– Мы не сможем разделить себя, мэтр, – в беседу вступил лорд, чье внимание в буквальном смысле разбудил преподаватель. – Телепортация происходит от центра, оси. Ось есть у каждого объекта. Эти понятия неделимы.

– Мне импонирует Ваши познания моего предмета, которые Вы, полагаю, подчеркнули из отцовской библиотеки, – вскинулся мэтр Стевиа. – Но Вы – наследник северных земель, не учли одного, что иногда проще телепортировать врага по частям во время боя, нежели пытаться выжечь его магические потоки изнутри. Именно поэтому с самого детства мы все используем амулеты, а после, когда способны созидать, творим щиты. Чтобы нас случайным образом не расщепило.

Тонкая девичья рука невольно прижалась к серебряной нити браслета. Указательный палец правой руки оцарапал серый и дешевый камень — некогда бывшую гранитной крошкой под её подошвой, а сейчас — артефакт, подаренный Матерью-настоятельницей. Защита всем молодым преподавателям и работникам Обители без капли магии в крови от внешнего воздействия и внезапных атак. Это было приятно, хотя, как оказалось, совсем не нужно — ведь Эстра обладала удивительной особенностью, не разгаданной и не изученной: у девушки не только не было магии, она сама была не восприимчива к ней. Заклинания не достигали своей цели, просто растворялись в поле девушки.

Лекция была окончена, молодые послушники принялись собирать с ученических парт свои вещи. Эстра поднялась и беглым шагом устремилась к молодому послушнику с факультета ментальной магии.

– Ассая, еще раз уснёте на лекции, заставлю перебирать осторожник* голыми руками. Исключительно в профилактических целях, чтобы не повредить лепестки и иголки у прихотливого растения!

Молодой лорд Ассая Вестраз – единственный наследник северных земель, послушник четвёртого потока Обители Теней, подающий надежды менталист, обернулся, услышав женский голос.

– Хранительница Эстра, – молодой человек поклонился, что было достаточно удивительно для разницы в их социальных статусах. Пара платиновых локонов выбилась из прически и упала на лоб. – Не заметил Вас.

Эстра снисходительно улыбнулась, ведь буквально мышкой юркнула на последние ряды аудитории.

– Лорд Вестраз, не говорите глупостей, аудиенции с Матерью-настоятельницей не было, в статус «хранительницы» я не посвящена, – в девичьих глазах таилась грусть. – И никогда не буду. Вы же знаете, я не владею магией.

– Слышал. Вы как никто заслуживаете этот статус.

Это утверждение смутило Эстру, ведь подобного мнения придерживались не только ученики, чьё уважение девушка успела заслужить за годы усердной и кропотливой работы, но и ряд преподавательского состава, настолько разношерстный, что она до сих пор чувствовала себя не на своем месте подле наставников.

Ей казалось, что это забвение, и доверие Матери-настоятельницы не могло быть столь велико.

– Не уходите от темы, молодой лорд! Мэтр Стевиа действительно мастер своего дела. Пожалуйста, не пренебрегайте той информацией, что он даёт Вам. При всём уважении, отец не сможет Вас научить всему. Фильтрацию своих знаний проведёте уже позже, и в рамках своего опыта. Мэтр Стевиа скоро покинет нас, цепляйтесь за любые знание.

Послушники действительно ценили её – некогда девочку без имени и магии, самостоятельно выбившую себе место под солнцем. И как так вышло, что к её словам прислушивались, она не понимала, да и не стремилась понимать, поскольку относилась ко всем с добрым, открытым сердцем, и за внимание детей именитых родов боролась только в целях наставления их на правильный путь. Эстра упорно не признавала скрытые манипуляции и их эффективность, потому что это был не её метод.

– Я Вас понял. Могу идти? – в бледно-голубых глазах молодого человека плясали смешинки, пусть он и старался смотреть на преподавательницу исподлобья.

Будто знал больше, чем она.

Или ей так показалось?

– Мне нужно успеть в библиотеку до ужина, – добавил Ассая.

– Конечно, – Эстра ушла чуть в сторону, освобождая путь.

Наследник северных земель поклонился и удалился прочь. Аудитория была пуста.

*Осторожник – растение, малоизученное, и тем привлекательное для исследований.

** Мэтр – обращение к мужчине, наставнику (аналог доцента).

** Мэтра – обращение к женщине, наставнику (аналог доцента).

В этот прохладный осенний вечер девушка уснула слишком рано, уткнувшись лбом в согнутый локоть, расположившись за своим рабочим столом. Пламя от камина приятно ласкало кожу, томная нега разливалась по телу, и это не могло не повлечь за собой морок сна. В конце концов, Эстра так устала за последние дни.

Новости о надвигающихся военных стычках дошли до стен Обители, и сейчас ученики, как никогда, вели себя возбужденно и бесконтрольно. Эти деструктивные эмоции можно было понять, ведь там оставались их семьи, родные и близкие. Послушникам требовались внимание, слова поддержки и временами твёрдая рука наставника.

Империя Эстарион занимала большую часть широкого континента, что по обе стороны омывали Северный и Южный океаны. Последние годы в различных частях земель вспыхивали гражданские конфликты, природу которых местные власти скрывали. Герцогства, что разделяли земли Империи, давили конфликты в зародыше, и винили во всём врага извне – Империю Туманного Альбиона, –местность которой была менее плодородной и пригодной разве что для разведения скота. Однако в открытую обвинений своему соседу Император не выставлял, те, в свою очередь, молчали.

Являлись ли эти конфликты искусственными? И кто пытался раскачать империю? Какова конечная цель – захват земель? Или же всё это — очередная попытка выбить почву из-под ног императора в целях занять его место? Это вопросы, на которые у преподавательницы Эстры, абсолютно далёкой от политики, не было ответов.

Комната бывшей послушницы, а сегодня — юной преподавательницы природоведения, своим аскетизмом напоминала мужскую. Кровать девушка задвинула в угол, отводя главное место рабочему столу, неудобному, но приевшемуся стулу и любимому креслу у камина. Многочисленные травы и экстракты девушка поместила в отдельной комнате, примыкающей к основной — как она ласково её называла, — «коморке».

До этого вечера ей никогда не снились сны. И от того более невероятным казалось увиденное.

Эстра нашла себя босиком посреди бесконечного пространства тумана. Томное марево застилало горизонт, кроме жухлой травы, что девушка ощущала голыми стопами, растительности больше не было. Чтобы увидеть собственные пальцы ног пришлось немного прищуриться. Эстра понимала, что должна было замёрзнуть, ведь её плеч касался только халат из тонкой хлопковой ткани, но не чувствовала ровным счётом ничего.

– Эстра, – послышалось за спиной, и девушка обернулась.

В десятке шагов от неё на фоне *Акталийского Аббатства стояла Мать-настоятельница.

Она не видела её несколько лет. Мать-настоятельница – глава Обители Теней, на общих собраниях преподавательского состава появлялась крайне редко, и в жизнь обители не вдавалась. Женщина – великая прорицательница, безжизненное лицо которой всегда спрятано тонким полотном вуали, надменное и скучающее, будто вся суть мира ей давно понятна, и что ее держит среди них – несмышлённых, наивных и совсем юных чад, – одному Создателю известно. Она никогда не выражала эмоций.

Её возраст не брались определить даже опытные старцы.

По одним слухам — правая рука Императора, угодная правителю своим редким даром видеть будущее, по другим — любимая и недоступная женщина герцога Герэй — главного спонсора Обители Теней, владельца земель, на которых стоял приют. Земли, закрытые от любого воздействия Императором по указу Матери-настоятельницы.

– Мать-настоятельница? – Эстра принялась юрким зверьком осматриваться вокруг. – Странное место. Где мы?

Женщина была облачена в тёмно-синее платье до самой земли, длинные рукава прикрывали бледные кисти. Словно роса, кайму вуали оросили мелкие бусины оникса. По рукавам спускались нитки серого жемчуга, он же покрывал подол платья. Удивительный контраст глубоких оттенков и светлых тонов.

– В месте, откуда всё началось, если я правильно помню. Сейчас не это важно, – на мгновение Эстре показалось, будто темнота её глаз выбилась из-под ткани, и девушка смогла почувствовать силу её боли и непомерной усталости.

Будто на плечи этой женщины облокотился весь мир.

Но не могло же быть так?

– Это магическое воздействие? Вы проникли в мой разум? Это всё не может быть реальным, – прошептала она, события и диалог казались Эстре странными, а мир вокруг – картонным.

– Ты не восприимчива к магии, дитя. Это не может быть магическим воздействием. – Голос матери-настоятельницы шелестом раздался в девичей голове, ей казалось, что губы наставницы так и остались без движения.

– Как Вы получили доступ к моему сознанию?

– Ты задаёшь правильные вопросы, я не ошиблась в тебе, – Мать-настоятельница будто слегла кивнула самой себе. – Браслет, что я подарила тебе, не столько защита, сколько артефакт связи. Послушай меня внимательно, Эстра. У меня не хватает сил. Я не могу больше удерживать и тебя, и пространство.

Эстра подошла чуть ближе, просипев:

– Что случилось?

– Началась война. Потоки мироздания сдвинулись, и я это исправлю. Ты должна вывести детей из Обители, это место более для них не безопасно. Они должны вернуться к своим семьям.

– Как Вы себе это представляете? – ужаснулась преподавательница, даже не заметив, что её слова могли показаться грубыми. – У меня нет магии, я не герцог и даже не воин. Вокруг хаос. Войны сопровождаются всплеском преступности даже на тех территориях, где нет военный действий, как я это сделаю? Создатель, я даже не верю, что сейчас разговариваю с Вами! – Эстра не заметила, как начала ходить из стороны в сторону. – Почему я должна вывести такое количество юных магов из самых защищённых земель?

– Потому что эти земли более не безопасны. Ты их проведёшь не одна. На твоей стороне выступит мэтр Стевиа, я в нём не ошиблась.

– Он же уходит в отставку! Я ничего не понимаю,– в глубоких как океан девичьих глазах было столько растерянности.

– Он не рискнёт уйти сейчас. Мэтр слишком сильно посвящён своему делу – наставничеству. Он стар как мир, у него нет семьи и детей. Иного смысла в его жизни нет. Его семья – приют, пока он не понял этого. Я знаю его будущее. И вижу, каков будет его конец.

Это прозвучало как приговор. Так сухо и беспощадно говорить о том, как человек провёл всю свою жизнь, чему её посвятил, в чём хотел найти себя. И не смог.

Мать-настоятельница рассуждала иными категориями: будто и не была человеком вовсе.

– Потоки перекрыты, и связаться я смогла только с тобой. Твою кандидатуру выдвинут на роль «хранительницы», в чем это будет выражаться точно, сказать не могу. Не вижу.

Эстра не нашла что ответить на это безапелляционное заявление. Все её силы ушли на то, чтобы бестолковым балванчиком не уронить собственную челюсть вниз.

Она знала: Мать-настоятельница права, ведь она видит любые вероятности развития событий.

– Не соглашайся. Если выберешь эту нить судьбы, я не смогу увидеть её развитие. У тебя не будет помощи.

– Создатель, – тонкие девичьи пальцы легли на розовые щеки.

Сейчас ей казалось, что она ощущает жар волнения, но не от присутствия рядом Матери-настоятельницы, как это было ранее, ведь она всегда ощущала себя насекомым рядом с этой фигурой высшего порядка. А от того, что она на одну долю секунды представила – это всё правда.

В мире действительно рвётся пространство. Действительно началась война. И Обители Теней – едва ли не самому безопасному месту на континенте, – грозит опасность.

– Как это возможно? Почему Вы видите моё будущее только отчасти? И кто рвёт пространство? Что это значит?

– Сейчас неподходящее время для этого разговора, Эстра. Ты боишься довериться мне, но у тебя не будет выбора, тебя загонит в угол твоё же окружение. Сделай правильный выбор, как я просила тебя. А теперь просыпайся.

Что-то ударило Эстру в грудь, будто неведомая мощь пыталась выбить из девушки дух.

– Что Вы скрываете от меня? – прокричала преподавательница, цепляясь сознанием за материю тумана, кончиками пальцев ног зарываясь в рыхлую почву, заставляя себя чувствовать и не терять фокус внимания.

Сырая прохлада ласкала стопы, девушка твердила про себя: «Чувствуй холод. Чувствуй почву. Чувствуй ...»

– Просыпайся, Эстра! – Мать-настоятельница оказалось совсем рядом, её холодные руки коснулись девичьих предплечий.

С женской кисти слетела ткань балахона и Эстра увидела такой же браслет как на её руке. Тонкая нить серебра буквально въелась в молочную кожу её обладательницы, оставляя вокруг тонкую вязь кровавых нитей. Вен.

Это осознание, что их связывает не только место службы, один сон на двоих, но и что-то ещё – дешёвый посеребряный женский браслет, у которого, как оказалось, есть близнец, – выбило из девушки концентрацию, и она отпустила точку фиксации сознания. Сон исчез.

Вместо этого девушка с диким и животным ужасом пришла в себя, чувствуя, как гулко о рёбра бьётся сердце. Она прижала руки к грудной клетке, будто боялась потерять душу, и собирала себя по кусочкам.

– Эстра!

Послышался стук в дверь. Казалось, кто-то долго и безучастно пытается достучаться до преподавательницы. Громкие звуки сопровождались нетривиальным:

– Эстра, немедленно открой дверь, дьявол тебя пожри!

Так выражалась в её сторону только Ясмина – единственная подруга Эстры, бойкая наставница с факультета боевой магии.

Эстра вскочила со стула, едва не запутавшись в полах собственного халата, и устремилась к двери, открывая замок.

Ясмина куницей проникла к ней в комнату, заперев за собой дверь. Молодая девушка отрицала юбки, с большой и нежной любовью относилось к своему холодному оружию, которое сейчас, Эстра могла отдать руку на отсечение, было припрятано за ремнем её кожаных штанов. Мужская рубаха открывала тонкие девичьи ключицы. Рыжая копна её волос была затянута в тугой жгут, лицо казалось свежим, и даже если Ясмина пять минут назад вскочила с постели, выглядела она достойно.

– Пришла новость из столицы. – Карие, почти чёрные от ужаса глаза метались по предметам мебели, и, наконец, наткнулись на хозяйку комнаты. – Началась война, Эстра. Весь преподавательский состав собирают в малом зале. Наставники в ужасе. Мать-настоятельница пропала.

– Создатель, – Эстра не могла отойти от шока, чувства словно притупились.

Это всё ещё сон? Реальность?

– И мы делаем вид, будто ничего не произошло, но с какого момента всё станет известно ученикам, неясно. Боюсь, у нас пара часов спокойствия, пока все спят по своим комнатам.

Ясмина будто собрала себя, подтянулась, и гаркнула: – Эстра, шевелись! У нас мало времени!

Подруга была права: чтобы ни случилось, Эстра была обязана прийти в себя и присутствовать на собрании.

Ведь наставники и преподаватели – опора Обители Теней. Самого защищённого места на этом континенте.

*Акталийское Аббатство (также Аббатство Святой Акталии) – закрытый женский монастырь, где проводят службы и учения для женщин. Монахиням и послушникам запрещено говорить, их бытовая жизнь и обучение проходят в безмолвии. Дозволено говорить только в молитве. Молитвы поют. Аббатство находится под защитой и покровительством императора. Является одной из ветвей Обители Теней. Абатиссой (главой) является Мать-настоятельница. На территории аббатства находится закрытое хранилище с тайными знаниями, доступ к которому строго ограничен.

Дарххарион Артансейр

Он стоял в портальном зале летней резиденции Артансейр. Витражи многочисленных узких окон арочного типа пропускали лучи восходящего утреннего светила, и бликами ласкали мрамор под ногами хозяина. Рион крутил в руках кожаные тёмно-коричневые перчатки – пустой атрибут человеческих традиций, будь они неладны, – и ожидал появления генерала.

Мужчина понимал, что услышит от подопечного, и был готов к этому. Дарххарион был облачён в чёрный походный китель без отличительных знаков и чёрные брюки, заправленные в высокие мужские сапоги. Пепельного оттенка волосы перетянуты тонким жгутом, виски выбриты.

Генерал Иво Арнаар застал махра собранным, сдержанным и холодным, как и всегда.

– *Великий Махазат, – стены резиденции поймали обращение боевого генерала к своему главнокомандующему, и эхом пустили его вспять.

Мужчина поклонился и остановился недалеко от портала, что представлял собой постамент и вязь иссиня-фиолетовых потоков магии, стремящихся раствориться у потолочных сводов.

– Иво, докладывай, – демон обернулся.

– Мир, куда пытался попасть махр Иссия, демонам неизвестен и находится в другой плоскости, параллельной нашей. Он долгое время существовал под сильной демонической защитой, что удивительно, и был невидим остальным. Вероятнее всего, купол открыли изнутри, кто это сделал – неизвестно. Из вне это сделать было нереально. Махру повезло, ему достался лакомый кусок, – усмешка всё же сорвалась с губ военного. – Устройство мира примитивное: несколько империй, основная из них – Империя Эстарион. Махр Иссия остановился там. Форма правления, как и везде, монархия. Массами управляют через церковь. Отдельной кастой являются созидающие – маги. Они проходят обучение и поступают на службу императору. Творят они иначе, чем мы.

Купол, созданный демоном, служил защитой целому человеческому миру? Это становится интереснее, чем он думал. А вот то, что местные маги творят иную магию, не стало новостью для махра Артансейра. Об этом его предупреждала старая провидица. Рион кивнул самому себе, и обратился к махлу Арнаару:

– Временной разлом между нашими мирами?

– Разницы почти нет. Около двух суток там равняются нашему световому дню.

– Когда Дариус отправился туда?

– Вчера, – генерал передал Дарххариону артефакт из песчаного камня с координатами перехода. – Первый переход нужно совершить строго по координатам. После Вы, Великий Махазат, сможете перемещаться без ориентиров. Махру Иссия переход дался не без потерь, он сильно изрезал пространство. – Махл Арнаар было скривился, однако стоило отдать должное его военной выправке, собрался, продолжив: – грубая работа. Если Ваша цель – как можно дольше оставаться незамеченным, – лучше выдвигаться сейчас.

– Дариус никогда не действует осторожно, это не в его характере. Что он ищет?

Рион в жизни бы не поверил, что его старый знакомый приложил столько усилий ради очередного развлечения и игры в войнушку.

– По полученной мной информации в Аббатстве Святой Акталии находится закрытое хранилище с древними артефактами и тайными знаниями. Дариус попытается проникнуть туда. Он сам не знает как получит доступ, будет действовать по ситуации через императора – тот не владеет магией, имеет артефакты защиты и ручных магов. Сломать защиту, как и сломать его разум, несложно.

– Значит первым делом навестим императора, – безапелляционно заявил Дарххарион, натягивая на пальцы рук, что никогда не чувствуют холода, эти демоновы перчатки.

* Великий Махазат – обращение к высшему демону его подчинённых или демонов более низкого сословия.

** Махл - уважительное обращение к мужчине-демону младшей ветви.