Хранительница ОверХауса

Древние золотистые стены величественного спящего замка были скрыты от глаз обычных людей, не знавших о ЕГО тайне. Они видели лишь часть гордых центральных башен, которые ещё могли нести миру свою многогранность, переливаясь белым золотом, сверкая витиеватыми витражами.

За этой видимой всем частью маги могли разглядеть удивительный мираж, подернутые дымкой прозрачные шпили этих, казалось бы, полуразрушенных башен. Вдалеке виднелся таинственный темно-зеленый лес…

Замок спал, вместе с ним и древняя магия, редкая как само мироздание. Пространство вокруг было покрыто тайной, которую не могли увидеть жившие вокруг люди. Им и сейчас не дано постичь всю глубину трагедии, ожидающей королевство в том случае, если этот спящий старец пропадет совсем.

Лишь одна маленькая любознательная малышка, что была частой гостьей в волшебном замке, могла спасти этот мир.

Хорошенькая кроха с волнами черных кудрявых прядей бежала по длинному коридору пустынного дворца, мимо портретов далеких предков, которые приглядывали за ней из рам с доброй улыбкой и кричали вслед: “Только не упади, милая!”

Звонкий смех неугомонной шалуньи разносился по комнатам и залам древнего великана, обожающего свою малышку. Она добежала до выхода на цветущую летнюю террасу, откуда повеяло жарким зноем и невероятным запахам жасмина.

— Тори! Тори! Поиграй с нами! — кричали вслед солнечные зайчики, её друзья по проказам, догоняя убегающую девчушку.

Девочка остановилась, притопывая ножкой от нетерпения, и серьезно посмотрела на друзей. Веселые светлячки окружили её, радостно прыгая вокруг, звонко смеясь и искрясь от восторга.

— Давай ещё в догонялки? — не унимались проказники.

— Неть! Я не могу дого с вами игать! Я обищала учиться и стать ХоЗяйкой! Моего любимого Дома! Веля меня ещё не всему наутил! — с умным видом говорила малышка солнечным зайчикам. — Он меня науцит, и я буду Хо-Зяй-кой, Хро-ни-ти-ль-ни-цей До-Ма! — девочка старательно, по слогам произнесла сложное для неё слово, уверенно и сосредоточенно развела маленькие ручки в стороны, показывая друзьям место, Хранительницей которого она станет.

И тут из её рук посыпались яркие разноцветные искры: красные, зеленые, голубые, белоснежные. Но самые удивительные были золотые, они переливались на солнышке и звенели, казалось, едва слышной мелодией.

Радостный смех ещё долго озарял пустые коридоры старого замка. Ему предстоит долго спать, и в своих снах к нему, быть может, придет его будущая Хозяйка.

Немногочисленные обитатели старого великана помогут ей. Научат всему, что нужно знать маленькой Хранительнице.

Живой Замок-Дом ждет.

Тория Оверлийская

— Тория, дорогая, скоро тебе предстоит самостоятельное путешествие к истокам твоих предков, — в который раз взволнованно объясняла мама Ира, ей впервые приходится отпускать меня одну так далеко. — Я уже много раз тебе рассказывала, но и ты сама знаешь больше моего об истории старого спящего замка.

— Мамочка, не волнуйся, — пыталась успокоить её. — Уверена, все будет хорошо.

— Но детка, я не смогу так сразу приехать к тебе, — сдерживая слезы, продолжала она. — Жди меня через четыре месяца. Мне ещё нужно закрепить магический грим, иначе лорд Олис может узнать меня.

Это точно, не признать лучшую подругу своей первой жены с его стороны было бы странно.

Мы сидели в небольшой кухоньке. Из открытых окон лилось пение птиц, ощущался запах свежей травы после летнего дождя. Я подлила нам ещё чая в яркие фарфоровые чашки — мне всем сердцем хотелось утешить беспокойную родительницу.

— МамИрочка, ты не переживай, я справлюсь, — взяв её за руку, я тщетно старалась донести свои мысли. — Это хорошо, что мы сообразили про магический грим.

Решение действительно необходимое. При продолжительности жизни в двести пятьдесят лет, срок в двадцать лет очень короткий. А герцог Оверлийский провалами в памяти, наверное, не страдал.

— Милая, будь осторожна я отчимом, — нервничая, советовала женщина, что вырастила меня. — Ни в коем случае не давай ему узнать, кто ты есть на самом деле… Бедная Виктория, как сейчас помню, когда этот изверг силой женился на ней, чтобы завладеть герцогством. Каких неимоверных трудов нам стоило сбежать, помощь Духа ОверХауса была последней, что он смог сделать для нас.

Воспоминания были не из легких. Мы сидели с мамой Ирой, тесно прижавшись друг к другу, давая поддержку, в которой нуждались.

— Я договорилась с мистером Кристом. Он как раз завтра поедет в Честверлийское герцогство, по дороге завезет тебя, — вытирая все-таки сорвавшиеся с глаз слезы, как могла уверенно проговорила мама. — Мне будет спокойнее, если ты поедешь с соседом, да и приглядишь за Красавкой, все помощь старику.

***

Сколько себя помню, постоянно жила как в двух мирах.

Днями я жила окруженная любовью и заботой женщины, что вырастила меня. Леди Ираида Нилевская заменила мне родную маму, что умерла при родах.

Часто думала о той, что дала мне жизнь, глядя на миниатюру в своем медальоне в серебряной оправе, доставшимся мне от неё. Разглядывала прекрасную зеленоглазую девушку с притягательной родинкой на левой щеке, такой же, как у меня, и волосами цвета ночи, забранными в замысловатую косу. Казалось, её любящий взгляд “видит” меня, окутывает теплом и лаской.

Втайне от Иры я плакала над этим портретом. Мне так хотелось увидеть маму хоть разок живой!.. Конечно, я никогда не была обделена лаской и вниманием — все это я получала от растившей меня доброй женщины. Но разве можно перестать мечтать, даже о несбыточном?

Ночью же, во сне я перемещалась в замечательное место — в “живой” Дом, старинный замок. Мне там было весело и солнечно, я была окружена самыми лучшими друзьями, какие только могут быть на свете. Солнечные зайчики (светящиеся лимы) приходились мне друзьями по проказам. Когда-нибудь я смогу помочь им принять истинную форму живых существ, и они вновь будут охранять древний замок, как это было много лет назад.

Были в моем сне и умные, помогающие справиться с премудростями жизни домовые – ростом с меня маленькую.

Был там и домовой ВерДом – Веря, как любя я его называла. Для своих товарищей он был грозным начальником, возвышался над ними больше чем на целую голову.

— Когда-то домовые были почти с человека ростом. Но магии Дома стало на нас не хватать, и вместе с ней мы стали меньше, — тяжело вздыхая, рассказал мне Вер.

Мне было жаль дорогого учителя и друга, и я поклялась себе помочь домовым стать прежними.

Время во сне текло совсем не так, как в реальности, именно поэтому я смогла познать так много. Как часто говорил ВерДом:

“Лишних знаний для Хранительницы быть не может”.

Помню, как у меня получилось создать первый огонек, сколько восторга тогда было, как я прыгала от радости! Огонь мне подчинился почти сразу и после никогда не приносил вреда на уроках. А какие игры мы с Духом Огня устраивали в тенистом саду замка! Лимы крутились рядом, с восторгом смотря за моими уроками-играми. А я с радостным криком подкидывала в небо то простой огонек, то пламенный шар, то небольшой фонарик.

С воздухом получалось немного сложнее – первая попытка сделать маленький ураганчик переросла в настоящую бурю. Комната, где мы занимались, была сметена полностью, мебель превратилась в труху. Как же отчаянно я плакала, вытирая кулачками слезы, и икая от переполнявших чувств! Закричала:

— Ты почему со мной не хочешь дружить? Ведь я хорошая!

Казалось, поток воздуха тогда завис, обдумывая мои слова. А затем в моей голове пронеслись слова Духа Воздуха:

“Извини, я не знал, что с Хранительницами можно дружить...”

Все снова пришло в движение, и мебель, наполнявшая комнату до моих уроков, вновь была цела.

“А ТЫ поиграешь со мной?” — услышала я голос в голове.

— Обязательно, но давай на улице, а то мне от ВерДома попадет, — с серьезным видом отвечала я ветру.

К годам десяти я сумела подружиться и с Водой — эта стихия подчинилась мне с большим трудом.

— Хранительница должна владеть всеми четырьмя стихиями, запомни, Тория. И учись! — поучал меня постоянно Вер, подгоняя мои уроки.

Помогли же мне овладеть водой Духи Огня и Ветра. Они, как говорили сами, посовещались об этом на Стихийном совете.

— Тори, нам удалось договориться с Духом Воды, так что мы все будем помогать тебе в обучении, — успокоил меня Ветер.

— А с Духом Земли все сложнее, у неё один ответ: “Минимум знаний дам, а остальное рано ей, не доросла!” Вот же пафосная дама! — горячась, сетовал Огонь.

Так замечательно и проходило мое детство — самый счастливый период моей жизни. Хоть и прожила я раза в три больше, чем мои сверстники… Но это секрет!

Да, забыла представиться — меня зовут леди Виктория Оверлийская.

Скоро я стану настоящей “Хозяйкой” или “Хранительницей” настоящего живого Дома, целого замка.

Я уже еду к тебе, мой дорогой спящий друг, и с огромным желанием помогу пробудиться.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Когда я впервые наяву увидела величественное здание старинного замка ОверХауса, на глаза навернулись слезы. Мне, шестнадцатилетней девчонке, было до замирания сердца жалко когда-то благоухающие зеленью террасы и аллеи, цветущие сады, золотистые стены каменной кладки. Высокие башни и взмывающие ввысь шпили, красивейшие витражи в южном крыле и невероятные барельефы в северном крыле дворца…

Все было так, как в моих снах.

Кругом запустение. Зелень и цветы исчезли, стены давили своей чернотой. Половины аллей и беседок не было видно — я чувствовала их присутствие где-то в глубине старинного парка. Не слышно пения птиц, журчания родников, и фонтанов.

Казалось, ещё день-два, и пропадет и этот полупустой парк — то немногое, что осталось видимым глазу человека. Замок вот-вот рухнет...

Я медленно шла заметной лишь мне тропинке, опоясывающей южное крыло дворца, стены которого настолько заросли вьюном, что стала совсем не видна сама золотистая кладка.

Среди этой зелени я с большим трудом нашла барельеф Великого Тигра, символ мудрого Духа ОверХауса. И это я, которая знает здесь каждый уголок, так долго его искала... Видны были лишь глаза и шершавый нос, сколько же сил он отдал герцогству!

— Здравствуй, дорогой! — со слезами на глазах проговорила я, очищая каменного друга от зелени. — Извини, что так долго шла к тебе и к Дому. Но ты же знаешь – раньше, чем после шестнадцатилетия я не могла здесь появиться, — прижавшись всем телом к каменному тигру, я плакала уже не скрывая слез. — “Прошу пропустить истинную Хранительницу ОверХауса”! — решительно произнесла я, вливая силу и магию, доказывая, что я достойна быть Хозяйкой живого замка.

С этими словами магическая энергия хлынула из меня к Символу Дома. Как же было больно! Каждая клеточка моего тела стремилась к своему Предназначению. Как могла, я держалась, вцепившись в барельеф, терпела безумную пытку, и, вскоре, меня поглотила темнота...

***

Пришла в себя я от ощущения теплоты ласковых лучей. Открыв глаза, увидела множество солнечных зайчиков. Лимы преобразились, с нашей последней встречи во сне. Это уже были не обычные лучики света, просвечивающие насквозь, а очень даже ощутимые светящиеся создания, что парили в воздухе. Конечно, до их полного преображения в существ похожих на человека было очень далеко.

— Тория, как же ты нас напугала, так долго не приходя в себя! Прошло уже десять дней, а наша девочка все спит, — причитали светлячки, и, казалось, я слышала слезы в их голосах. — ВерДом нас, конечно, успокоил — сказал, что ты просто спишь, и так для тебя будет проще пройти процесс слияния с Домом. Но мы очень переживали...

— Мои хорошие, как же я рада вас видеть не во сне, — с улыбкой до ушей проговорила я. — Никогда не забывала о моих любимых лимах, — как же хотелось обнять каждого милого солнечного лучика. Но я понимала — до этого ещё очень и очень долгий путь, который мы пройдем вместе с лимами, домовыми и другими обитателями ОверХауса.

Огляделась. Где это я очнулась? Похожая на лекарскую, странная, незнакомая комната…

— Вы сказали, ВерДом с вами общался, — опомнилась я. — Он как? С ним все хорошо? — тревожась все больше, я пыталась сесть.

— Да, главный домовой уже на своем посту, помогает ОверХаусу запустить процесс выхода из забвения, — услышала я голос Дима, старшего среди лимов. — Но если ты очнулась, значит, старый великан просыпается, и скоро мы сможем увидеть первые следы жизни Дома. Да и самому герцогству досталось, — с грустью проговорил лим.

— Это так... было больно смотреть на разруху в городах и деревнях Оверлийского герцогства, — с затаённой болью в сердце призналась я. — Еле сдерживала себя, хотела выскочить из дорожной кареты и броситься помогать маленьким голодным деткам!.. — тихо плача, проговорила я, от волнения теребя кончик своей косы.

Только приехав в Овер, я поняла, насколько герцогство связано с Хранительницей. Мне казалось, что это моя боль и печаль, что это она видна в глазах измученных и исхудавших людей, стоявших вдоль дорог и просивших милостыню. Я слышала стон каждого иссохшего дерева, каждой сухой травинки, каждой полуразрушенной землянки…

— Это кто у нас проснулся? — прозвучал до боли знакомый голос.

— Вери! — кинулась я обнимать старого домового.

— Ну, куда ты! — растрогавшись, причитал он. — Только очнулась и уже вскочила. Как была егозой, так и осталась! — гладил меня по голове ворчун.

— Какую учил, такую и получил! — смеялась я.

— Позже я покажу, где ты будешь жить эту неделю, — улыбаясь и держа меня за руку, проговорил Вер. — И только потом ты явишься глазам обитателей замка...

***

Несколько часов тянулись так долго, что я все время пыталась снова вскочить и пойти вслед за домовым. Меня останавливали лимы и просили все же подождать его. Ведь до полного восстановления выходить из лекарской комнаты мне нежелательно… И как только Вер зашел за мной, я тут же начала прощаться с друзьями:

— До свидания, мои хорошие!

— Мы будем навещать тебя, Тори! — кричали они вслед.

ВерДом привел меня в замечательную уютную комнатку, которую я помнила по своим снам. Именно в ней я любила отдыхать после тяжелых магических тренировок.

Здесь было совсем немного мебели. Старинная кровать ручной резки, на которой лежало покрывало приятного бежевого цвета. Под ним была мягкая перина. Рядом с кроватью – маленькая тумбочка, выполненная в том же стиле. Что я только не умудрялась в неё положить, когда была маленькой! Однажды выловленная из пруда лягушка, наотрез отказывалась в ней жить!..

У стены, обитой нежно желтой тканью, возвышался шкаф для вещей, открыв который я с удивлением обнаружила множество платьев моих любимых цветов и фасонов. Посмотрев на всё это великолепие, я с нескрываемым изумлением поблагодарила друга.

— Ну, чему ты удивляешься? — смеялся Вер, старший над всеми домовыми. — В ОверХаусе за много лет впервые появилась Хранительница, и, конечно, среди первых проснулась неугомонная Олли. Как же дорогая девочка сможет обходиться без её помощи, — Вери явно передразнивал модницу-домовую, которая, к слову, была его любимой женой.

Супруга нашего ВерДома была заботливой домоправительницей всего ОверХауса. Они были такой красивой парой, что я всегда невольно любовалась: плечистый, высокий (для домовых), светловолосый мужчина и миниатюрная худенькая брюнетка Олли.

Именно эта пара уже несколько столетий держала в руках всех домовых и придворье. Они всегда знали, когда нужно прикрикнуть, применив силу слова, а когда можно приголубить и пожалеть. Сейчас они выглядели не сказать, что стариками, но уже и далеко не молодыми, и я была уверена, лет через пять-шесть мы увидим их молодой парой в самом расцвете сил. Как и было сотни лет назад, этот удивительный народ никогда не старел.

Я очень этого хочу, значит, так оно и будет, Дух Дома мне поможет.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Незаметно пролетела неделя, которую я прожила в скрытом от всех южном крыле замка. Я усердно училась восстанавливать магические нити всего герцогства и при этом делать это так, чтобы никто не заметил моих действий.

Замечательно помогала скрывать мою работу по восстановлению замка магия иллюзий, недавно проснувшаяся во мне. Видимо Дух Дома решил, что мне не помешает ещё одна сила. Пока я могу немного, но возможность скрывать свои передвижения по Оверу незаменима.

Одним теплым вечером мы с ВерДомом сидели в небольшом садике, где недавно расцвел первый яркий цветок.

— Вер, пожалуйста, расскажи, как так вышло, что Овер остался один из всех “живых” Домов? — спрашивала я то, о чем так давно хотела узнать. — Почему такая разруха и запустение были по всему герцогству, когда я ехала сюда?

— Это началось больше пяти тысяч лет назад. Когда-то сильный магический мир поддерживали больше двухсот “живых” Домов, питали его магические нити. Но ЗамкиХаусы начали засыпать, это продолжалось очень долгое время, пока не остался один ОверХаус. Он тянул на себе подпитку всего мира. О существовании “живых” Домов мало кто уже знал, а затем и вовсе они стали легендой, мифом, — рассказывал мне старый друг, задумчиво глядя на сухие ветка деревьев. — А когда не стало твоей мамы, последней Хранительницы Овера, и он уснул. Герцогство стало тянуть силу из Кристалла Друидов, находящегося в Лонтоне, вместо того, чтобы питать своей силой все королевство. Тут свое черное дело сделал и герцог Олис Оверлийский. Сначала силой завладел титулом, а потом и жил все эти годы за счет простого народа. Вытягивал все соки из них. А природа всегда была взаимосвязана именно с “живым” Домом, уснул он, спит и все герцогство.

***

Было неприятно стоять под строгим взглядом мисс Стоур — экономки ОверХауса. Высокая, худая, похожая на палку женщина, в темно-сером платье, на поясе которого висела связка ключей. Казалось, грозная особа видит тебя насквозь, пронизывая суровым взглядом.

— Нам действительно нужна служанка в помощь девочкам с хозяйского этажа, — сухо проговорила она, сидя за рабочим столом, на котором всё было разложено в идеальном порядке. — Но это временная работа. Нари, закрепленная за комнатами дочерей герцогов Оверлийских, внезапно заболела. Теперь ещё и тебя нанимай, раз “эта” слегла с пневмонией… — рассуждала женщина уже сама с собой. — Подумаешь любимая горничная леди Викторины… Так о чем это я… Мы тебя возьмем, работы всегда хватает, будешь у меня на подхвате. Куда отправлю, туда и пойдешь. Предупреждаю, лентяек не люблю! Будешь лодырничать, все вычту из зарплаты!

Я не успевала вставить и слово, да и что-то подсказывало мне – экономка не любила когда её перебивают.

— Конечно, мисс Стоур, я поняла, — пыталась убедить сердитую даму. — Согласна на эти условия. У меня в соседнем селении живет тетушка, кроме неё у меня нет никого. Хочу помочь ей на старости лет, — мне было нужно любым способом попасть в центральную часть замка официально. Больше прятаться от окружающих людей было нельзя.

Уже неделю работаю горничной, на этаже хозяев. Такого неблагодарного и тяжелого труда я представить себе не могла. Вечером из последних сил доползаю до своей уютной кроватки. Хоть эта радость мне осталась: живу не в комнате для слуг, а в своей. Вер помогает мне найти тайный проход, который скрывается почти за каждой старинной картиной, и я убегаю в свой маленький рай.

— Тори! Где ты, ленивая девица? — кричала на весь этаж мисс Стоур, способная своим грозным криком вогнать в страх старый замок.

Я выбежала из покоев леди Оливии – средней дочери герцога Оверлийского, где уже час пыталась навести порядок. Только старшие дочери нынешнего герцога могли устроить такой свинарник за несколько минут, что и толпа горничных не справится. Опрокинутая баночка пудры на бордовый ковер, постель залитая соком, который так срочно захотели младшие хозяйки. Раскиданные платья и шляпки в гардеробной – это герцогинюшка искала обожаемый наряд. А что твориться в ванной комнате после посещения её нашими изысканными “ледями”! С этим потопом справиться неимоверно сложно.

В уборке мне помогает Лука, домовой, прикрепленный к покоям на хозяйском этаже. Сейчас он владеет минимумом своей силы, пока Дом просыпается от долгой спячки. И приходится вкалывать по-черному и носить темно-серое платье горничных. Безумно жаль портить свои любимые наряды милые сердцу.

— Мисс Стоун, я у леди Оливии пол домываю, — проговорила я, выскакивая в длинный коридор.

— Да сколько можно там убираться? — недовольно спросила экономка. — Ты давно должна была закончить с комнатами леди Оливии и начать убирать у леди Викторины! — убила меня последней фразой.

— Как у леди Викторины? — тихо спросила я, руки затряслись от бессилия.

— А как думаешь, тебе зря жалованье платят? Напрасно кормят? Ты работаешь очень медленно, еле шевелишься! — вопила как сирена эта д… дородная женщина. Как же я её “любила”, так что иногда хочется её чем-то тяжелым стукнуть!

— Но я убирала у неё сегодня утром, — только и успела сказать, как получила звонкую пощечину, от боли на глазах выступили слезы.

— Не смей мне перечить! — ор стал ещё громче, в коридор с интересом выглянули другие служанки. — Если бы ты убирала там, то в покоях было бы чисто, а там грязь, и вещи кругом валяются! Немедленно начинай уборку! — завершила свой крик экономка, развернувшись она прошествовала контролировать сделанное в других покоях.

Держась за болящую щеку, я решила посмотреть на новый фронт работ и пришла в ужас. Покои где два часа назад было чисто, сейчас опять походили на свинарник. И когда только эта “ледя” успела все раскидать? Дорогие платья и кофточки, шарфики и нижнее белье, были принесены из гардеробной и раскиданы по комнате. На балконе лужи и мокрое полотенце, перевернутые легкие витые кресла, а ваза с циниями лежит на боку. Даже свои любимые цветы не пожалела Вики!

Это протест на то, что ей не позволили иметь личную гувернантку? Герцогиня Лукреция так решила проучить старшую дочь за грубость по отношению к ней. “Замечательная наука”, только работы мне прибавила, хотя куда уж больше?

Как же поступить? Физически не успею все сделать. Опустилась на пол, обняв себя за плечи, и горько заплакала. Понимала, не время раскисать, но сил совсем не оставалось.

Нужно что-то придумать! Но что?

— Хозяюшка, я закончил у леди Оливии, — успокаивающе проговорил появившийся Лука. — Вы не плачьте, помогу и тут, да ещё Зака позову, вместе мы справимся! — глядя на меня добрыми глазами, твердил домовой.

Я лишь всхлипывала, понимая, что так загоню себя и домовых, выполняя эту каторжную работу.

— Тори, — услышала тихий голос Ала одного из лимов. — Мы можем помочь.

— Привет, мои хорошие, как я рада вас слышать, — вытирая слезы, с улыбкой проговорила я. — Появляйтесь, вас никто из обитателей замка не увидит.

Недавно осваивала новое в магии иллюзий. Особенно хорошо получалось “прятать” маленьких светлячков. Тренировками остались довольны и я, и лимы.

— Но как вы можете мне помочь? спросила я.

— Да просто! Мы поставим защиту на покои обеих сестер, — хихикая, говорили лимы. — А пусть они сами за собой убирают! Бросит одна из них на пол вещь какую-то или разольет воду, так сразу Дом пошлет им импульс исправить это.

— Не знаю, я не уверена, что это хорошо – тратить такую нужную сейчас энергию ОверХауса на этих бездельниц, — с горечью проговорила, теребя подол фартука от бессилия.

— А хорошо тебе вкалывать тут за пятерых? — с возмущением воскликнул Ал. — Ты эту энергию могла потратить на восстановление Овера!

Я прямо “видела” как светлячок сжал свои пока воображаемые руки в кулаки.

— Да, наверное, вы правы, — прошептала я, выдохнув от принятого решения. — Нужно поговорить с Вером, хочется думать строгий друг не откажет нам. А вы знаете, я скоро смогу с самим Духом Дома познакомиться лично. ВерДом сказал, что недели через две это уже будет возможно! — с восторгом поделилась, представляя в мечтах нашу будущую встречу.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Так с оригинальной подсказки Лимов я была освобождена от уборки в покоях старших дочерей герцога. Оставались только комнаты восьмилетней Луизы, младшенькой. Но это была настолько аккуратная девочка, что наведение порядка у неё ограничивалось мытьем пола и смахиванием пыли. Мне иногда казалось, что она неродная своим сестрам.

— Тори, давай уже быстрее закончим уборку, — да! малышка помогала мне. — А затем ты расскажешь мне ещё про магию? — с просящими глазами смотрела на меня девочка, сложив ладошки так, будто молится Талану.

— Леди Луиза, но ведь не положено, — пыталась отвертеться, скрывая улыбку.

— Да какая “леди”, это Вики и Лив “ледя”, а я просто Луиза, — с вызовом сказала она, смотря при этом куда-то в сторону.

— Дорогая, что стряслось? — озабоченно спросила, взяв худенькую белокурую малышку за руку, и подвела к диванчику. — Давай посидим немного, и ты все расскажешь.

— Ну, то, что они меня не любят, я и так знала, — всхлипывая, начала разговор девочка. — А сегодня заявили, будто я подкидыш, таких как я нужно травить и давить. Это их слова! — уже плача всерьез, еле говорила она. Не выдержав, я обняла бедняжку. Она прижалась ко мне как маленький котенок.

— Лу, я могу тебя успокоить одной новостью, только не знаю, понравится ли она, — гладя по голове девочку, тихо говорила я. — Ты точно их сестра, — бедная малышка заплакала ещё сильнее. — Но… есть одно “Но”, Луиза.

— Ты о чем? — с надеждой спросила она.

— В тебе проснулась древняя кровь Хранителей ЛонтонХауса, — сказала ей, заглядывая в большие мокрые от слез глаза. — А считали угасшей её очень давно.

— ЛонтонХауса? Разве такое возможно? — удивленно спросила Луиза, глядя на меня с неверием. — Ведь у королевского дворца нет Хранителей!

— А когда-то были, — с улыбкой сказала я в ответ, успокаивающе гладя маленькие ладошки.

— Значит и в сестрах она есть? — с болью проговорила девочка, вновь готовая расплакаться.

— Нет, только у тебя?

— Но как такое возможно? — глазки блестели от восторга, от предполагаемых новых знаний и приключений.

— А это и мне интересно, — с улыбкой проговорила я. — Скажи, чем таким ты смогла удивить ОверХаус, что он даровал тебе эту силу?

— Не знаю, — задумалась девочка, сосредоточенно что-то вспоминая. — Хотя… Знаешь, вспомнила один случай. В старом бальном зале был портрет очень красивой зеленоглазой дамы с волосами цвета ночи, уложенными в прическу в виде короны.

Конечно, я вспомнила, о каком портрете говорила малышка, обожаю его! На нем изображена моя родная мама. Она была в шикарном алом платье, узкий лиф расшит красным жемчугом, пышная юбка в пол поддерживалась явно не жестким кринолином, казалась мягкой, точно летящей. А мужчина, стоявший рядом, был еле виден. Казалось, портрет ещё не определил, кого там нарисовать.

Девочка откинулась на мягкий диванчик, светясь улыбкой. Казалось, мысленно она вспоминает тот портрет, чем-то он её очаровал.

— Я часто простаивала напротив него, — продолжила Лу, вглядываясь в перистые облака за окном. — Казалось, из портрета в меня льется какая-то магия, энергия, она была очень теплая, светлая. Когда я в очередной раз опоздала на обед, простояв у портрета. Мама велела его сжечь прямо у меня на глазах в том зале, — девочка посмотрела на меня напряженным взглядом. — Уже поднесли факел к висящему портрету, но отец в последний момент его перехватил и вырвал из рук слуги, и закричал: “Не позволю сжечь портрет! Я хозяин в этом доме!” Мама в ответ скандалила: “Ненавижу эту сумасшедшую магичку! Она всю жизнь так и стоит между нами! Ты до сих пор любишь только эту ненавистную мне девицу!”

Луиза тяжело вздохнула и почему-то посмотрела на свои руки.

— Кругом крик, огромные стражники с горящими факелами. Мне стало так страшно, что я подумала: “Пусть все забудут про этот портрет!” В желании защитить его от пожара я подняла руки. Из них полился теплый свет, окутывая окружающее пространство, — она опять замолчала, разглядывая свои маленькие пальчики. — Мама с папой уставились друг на друга, долго молчали. Ма огляделась, но на портрет почему-то не смотрела. А затем закричала на бедных стражников: “Почему в замке открытый огонь?! Вы решили нас сжечь?!” — девочка закончила свой рассказ, с мягкой улыбкой глядя на меня. — С тех пор никто не видел этот портрет. Мне же он показывался лишь изредка, когда никого рядом не было.

— Ты догадываешься, кто была та дама с портрета? — решила спросить я.

— Да, конечно, — снова беря меня за руку, с улыбкой ответила Лу. — Это была твоя мама, последняя Хранительница ОверХауса, — очень тихо проговорила девочка.

— О Светлейший, мне иногда просто страшно, сколько ты про меня знаешь! — с показным страхом проговорила я. — Если бы не способность видеть скрытое, ощущать суть человека… Я всегда знала какая чистая у тебя душа, Луиза. — добавила я, обнимая Лу.

Девочка искристо засмеялась, и от неё повеяло сияющей добротой и схожей магической энергией Хранительниц. Это просто невероятно! Это просто невероятно! Как такое возможно? В месте, где родных у меня нет. И никто не знает о моем существовании, я нашла себе сестру по духу, по истинной магии.

— Я очень рада, что ты, наконец, со мной! — заявила названая сестра, вскакивая и кружась по комнате, радостно смеясь.

Ещё часто мы с Лу говорили о магии, её истоках и возможностях. ВерДом и я старались научить малышку азам сложной науки, все это ей вскоре пригодится. Как оказалось, домовой сделал видимым тот портрет, чтобы привлечь Луизу. Он чувствовал у девочки предпосылки редчайшего дара. Подтвердив это наблюдение, Дух Дома определил, кто же из его спящих братьев получит возможность проснуться.

По молодости своей названная сестрица не поняла, что истинной Хранительницей ЛонтонХаус она сможет стать в том случае, если выйдет замуж за наследника престола, причем по взаимной любви. Тогда и сможет ожить род Хранителей королевского дворца Лонтон.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Настал тот день, когда я могла познакомиться с Духом ОверХауса лично. От волнения и значимости этого момента я не спала почти всю ночь накануне. Как долго ждала встречи с ним!

ВерДом провел меня в южное крыло замка, скрытое от глаз его обитателей. Здесь же была моя маленькая уютная комнатка. Мы прошли мимо спящих старинных портретов предков — они пока не разговаривали со мной, как это было в детских ночных путешествиях. Хотелось прикоснуться к стенам, что дремали вместе со всеми. Во мне поселилось желание убрать призрачную дымку, пронизывающую все вокруг.

— Эта часть Дома будет скрыта ещё долго, пока ты не войдешь в полную силу, — объяснял Вер, видя мою реакцию на окружающее нас. — Скоро “откроются” двери комнаты Хранителей, кабинета, где ты будешь помогать восстанавливать замок и герцогство. Тогда и проснутся эти стены. Нужно подождать.

Мы подошли к большой двустворчатой двери из красно-золотого дерева, на которой не было ручки.

— Приложи обе руки к двери и произнеси ту фразу, которой я учил тебя, — с волнением говорил старший домовой.

— “Прошу пропустить истинную Хранительницу ОверХауса”, — сказала я, вливая магию, опять доказывая, что я – “Хранительница”.

В этот раз не нужно было настолько много магической силы. Прижавшись к дереву, я ощутила неимоверную тайну, скрывающуюся за этой преградой.

Почувствовав колебание дверей, подтолкнула их немного, и на нас хлынул теплый свет. Он обволакивал добром, проникающим в каждую клеточку тела, восстанавливал магическую энергию, потраченную мной.

С благоговейным трепетом я прошла в огромный зал, очень похожий на тронный. По бокам белоснежные колонны, стены выложены фресками с видами Оверлийского герцогства, каким оно было более ста лет назад. Тут были и небольшие деревушки, и крупные города, и сам ОверХаус. Зеленые бескрайние леса и глубокие озера, и голубые реки. Люди, домовые, лимы, лесные и водные жители. Все они моя семья, пусть и спящая пока, но для каждого найдется место в моем сердце.

Я прошла в центр месту зала, большому кубу. Будто понимая, именно там меня ждет Дух Дома, ОверХауса.

Над постаментом засиял сотканный из солнечных лучей туман, и показались очертания белоснежного Тигра в золотисто-коричневую полоску. Гордого существа с неимоверно умными глазами.

— Приветствую тебя, Тория, Хранительница ОверХауса, — проговорил он с теплотой в голосе. — Рад нашей встрече. Как долго я её ждал!

— И я безумно рада тебя видеть, — со слезами на глазах сказала я. — Спасибо за поддержку и теплоту, дарованные тобой все эти годы. Это помогло справиться с трудностями, — благодарила я Тигра, вытирая слезы радости на своем лице.

— Мне, конечно, приятны эти слова, — величественно отвечал он. — Но не стоит. Мы тебя долго ждали, это нам нужно говорить “спасибо”. Я всегда знал, однажды к нам придет маленькая Хранительница Дома, с чудесной родинкой на левой щеке, — с нежностью говорил Дух Дома.

— Ты знал, что я приду?.. — с интересом спросила, подходя к “зверю” ещё ближе, как хотелось его обнять.

— Конечно же, и ждал очень долго, — рассказывал Тигр, переливаясь полосками. — Знал, однажды Хозяйкой Овера станет юная леди, наделенная неимоверной силой, — с любовью в голосе, произносил Дух Дома. — Но главная сила твоя ещё спит. Тебе поможет её разбудить друид.

Я сильно изумилась. Как он узнал, что я буду Хранительницей Овера? И о какой ещё силе говорит? Да и друиды давно покинули наш мир. Как все странно!

— Не гадай раньше времени, все узнаешь позже. Духи предков всегда присматривали за тобой, — продолжал удивлять меня Тигр. — И это я, как понимаешь, не про себя.

От такой таинственности у меня перехватило дыхание. Кто это ещё мог за мной приглядывать? Ну и загадка.

— Подойди, ВерДом, мой старый друг, — обратился к домовому Дух Дома. — Я благодарен тебе за то, как ты в одиночку поддерживал ОверХаус, пока я спал. Без этой помощи не выжил бы замок.

Вер склонился перед Тигром, своим видом показывая почтение.

— Не высказать словами, как я рад, что ты проснулся, Великий Тигр, — со слезами на глазах говорил мой друг. — Это значит, скоро старый спящий великан проснется, а вслед за ним и все герцогство.

— Ты прав, но мы только в начале пути. Ещё много нужно сделать для восстановления магических нитей, которые по глупости повредили Олис Оверлийский и давно почивший король Актовиан. — проговорил грозным голосом Великий Дух ОверХауса, отбивая тигриным хвостом пугающий ритм. — Но мы исправим! — уверенно говорил уже более спокойный Тигр. — А теперь к моему недавнему видению. Светлейший доволен твоей помощью! В награду получишь то, о чем и не мечтал твой род уже! Пора уже снимать старое проклятие домовых! — сияя ещё больше, сказал Дух Дома, окутывая нас светом. — Ждите и возрождайте Овер, только достойные получат награду с милостью Талана.

Тигр посмотрел на меня, лучась добротой и нежностью.

— Подойди ко мне, малышка, безумно хочется ощутить твои пальчики на своей старой шерсти, — подозвал он меня к себе.

— Тигруля, я помню, как однажды в моих снах обнимала тебя, — с нежностью прижавшись к “зверю”, млея от удовольствия, шептала я. — Люблю тебя, мой мохнатый друг, — перебирая светящиеся полоски, я услышала довольное мурчание большого кота.

— Помни, Тория: только истинная любовь, поддержка любимого, а также помощь дальнего родственника способна вернуть ОверХаус.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Сегодня полгода, как я служу в ОверХаусе. Конечно, в последнее время я больше внимания уделяла восстановлению Овера. Но… Пока о результатах и говорить нечего. Рано.

Оверлийское герцогство очень большое – моя магическая энергия, которой я делюсь с Домом, просто уходит по малым нитям, поддерживающим герцогство.

Я уже чувствовала перемены: оживала природа, вновь зеленели деревья, в лесах появились грибы и ягоды, которыми может питаться простой народ. На полях колосилась пшеница, зрели картофель и капуста. Земля становилась плодородной, способной прокормить людей. Теперь от голода уже не умирали дети и старики.

Недавно пришло известие от Духа Воды,

“Приветствую, Хранительница ОверХауса! Спешу сообщить тебе хорошую новость: возрождается народ водяных дивов, населяющих юг герцогства”.

Невероятно! Это значит, что будет меньше болот и топей, люди не могли больше жить без чистых рек и озер. Вода основа всего! Без неё нет жизни ни природе, ни животным, ни людям.

Затем Дух прислал мне мысленный образ, на берегу небольшой речки вокруг травы и полевых цветов резвится деревенский люд, с криками плескаясь в живительной влаге. Эта радостная картинка казалась повседневной, но не для Оверлийского герцогства. Для меня это как глоток свежего воздуха, надежда на светлое будущее всего живого вокруг.

Этим днем моим рабочим местом стала комната Хранителей, находящейся в скрытом пока от глаза людей южном крыле ОверХауса. На стенах, обитых желто-золотистой тканью, висели зеркала, что могли показывать происходящее в данный момент в Доме. Работало пока одно, и то не всегда, магию берегли.

Тут же был крепкий рабочий стол из темного ломейского дерева, несколько стульев, удобное кресло из мягкой кожи фенейской выделки.

Самым значимым для меня предметом в кабинете был висевший на почетном месте портрет моих родителей, тот самый, что видела Луиза. С него на меня улыбаясь, смотрела мама. Она была восхитительна в своем алом бальном платье. Её взгляд был полон нескончаемой нежности, иногда я слышала: “Доченька, я люблю тебя! Мы всегда рядом! Верь, у тебя все получится!” Возле мамы, обнимая её, стоял папа. Нет, я не видела его лица, но я знала, это мой отец! Его военная выправка была заметна сразу, обнимая маму, будто защищая от всего мира. На нем была форма времен правления Его Величества Актовиана Лайонского, на груди два ордена – Алайонийский и Лурийский. Но лица мужчины я не видела, оно было затянуто дымкой. Наверное, как и Лу мне рано ещё знать, кем был мой отец.

Ещё одним важным местом в комнате был тот самый барельеф Тигра – Символа Овера, с помощью него я делилась силой с Домом и восстанавливала магические нити герцогства. Тигр помогал мне “видеть” где нужна была помощь, там мы с ним и оказывались астральными призраками, помогая магией и излечивая гибнущую природу и существ.

Я сидела на небольшом кресле мягкой кожи фенейской выделки с бархатной подушкой, просиживать так по несколько часов в день было нелегко. Мои руки были прислонены к барельефу Тигра – сегодня я восстанавливала магические нити герцогства. Они уже не были похожи на паутинку, и это меня радовало.

— Спасибо, дорогой друг, — проговорила, убирая руки. — Как всегда, ты нам очень помог, да пребудет с тобой Талан, — я буквально услышала ответное рычание тигра, и барельеф сдвинулся обратно в стену.

***

Еле добрела до моей уютной комнатки, находящейся рядом с главном кабинетом Хранителей в южном крыле замка. Не было сил на лишние движения.

Немного подремав на мягкой кровати, начала приходить в себя. Дико захотелось есть – такое бывало довольно часто после отданной Духу Дома энергии.

— Деточка, ты поешь, вон как исхудала, — увидела появляющейся поднос на столике рядом с диваном. Это Олли домоправительница Овера заботится обо мне. — Тут и супчик свекольный со сметанкой, как ты любишь, тут и курочка с картошечкой. Ты кушай! — беспокоилась домовая, смотря на меня ласковым взглядом.

С огромным аппетитом я уничтожила все, принесенное мне, запила вкуснейшим морсом, из обожаемой брусники.

— Олли, ты просто моя спасительница! — благодарила я добрую маленькую женщину, целуя в розовую щеку. — Такие вкусности мне носишь! Обожаю твои супы, а курочка какая нежная! Спасибо огромное за заботу.

— Вот ещё придумала, — смущаясь, отвечала она. — Это ты наша спасительница! И мы рады тебе помочь!

Пора возвращаться в реальный мир, вернее, видимый всем остальным. В небольшой ванной комнате я привела себя в порядок, умылась, посмотрела в зеркало. Да что-то и правда похудела. В отражении я видела миниатюрную брюнетку с зелеными глазами, кожей цвета нежного персика, аккуратным носиком, губками бантиком и замечательной родинкой на левой щеке. Обожаю её, у мамочки такая же!

Только приходится прятать иллюзией свою внешность. Обитатели замка видят белокожую русоволосую девушку с серыми глазами, только отдаленно похожую на меня.

Стояла и рассматривала себя, смеясь отражению, и вдруг заметила несколько прядей волос, отливающих красным. Как странно, а недавно они были все цвета темной ночи. А ничего так, мне нравится. Бросив взгляд на портрет родителей, с удивлением увидела, что у папы темные волосы отливают красным, даже огненным.

— Папочка, ещё утром ты прятал от меня цвет своих волос, — со смехом проговорила я. — Оказывается, меня по наследству решили одарить! Спасибо, что вы с мамой со мной, — мысленно обнимая любимых родителей, ощущая на миг их ответные объятия.

Поменяла светло-зеленое платье, которое мне очень нравилось, на простое синей расцветки, с голубым воротником и фартуком с кармашком. Пора входить в роль служанки.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

За эти полгода у меня появились друзья, среди которых милая добрая повариха – миссис Пэм Блез. Полная добродушная женщина небольшого роста с добрыми глазами цвета зеленого леса, в неизменном поварском колпаке и огромном фартуке. От неё невероятно вкусно пахло сладкой выпечкой.

У миссис Блез всегда найдется для меня что-то вкусненькое, даже пусть в первое самое голодное время угощением была обычная морковка.

— Ты поешь, Тори, а то совсем отощала у нас. Одна да кожа, да кости, — часто озабоченно говорит она. — Как жениха то искать будем? На прошлой ярмарке видела ладного парня – высокий темноглазый брюнет. Красавец! И умом совсем не обделен, — смеясь, говорила она и поясняла. — Столько девиц отшил на моих глазах, что липли к нему как мухи… Вот бы тебе такого мужа...

— Тетушка Пэм, но рано мне пока о женихах-то думать! — уверенно отнекивалась я. — Мне ещё только шестнадцать лет! Да и столько работы, думать некогда о женихах-то!

— Точно, миссис Пэм, нашей Тории нужен работящий стойкий парень, — это уже добавила Груня, рыжеволосая бестия, помощница Пэм. — Представляете, приходит к Тори шикарный брюнет! Плечи широченные! — подруга разводит руками, показывая ширину этих самых плеч. — Глаза завлекающие! Настоящий “Принц”! Спрашивает он: “Несравненная моя, Тория! Выходи за меня замуж!” А наша Тори, что в ответ? — спросила у нас Груняша, сияя улыбкой. — А она в ответ ему: “Извините, дорогой, но рано ещё, мне только шестнадцать исполнилось, приходите годика через четыре!”

Как же заливисто мы вместе смеялись. Поварята покидали свои кастрюли и уставились на нас удивленно, не понимая, чем вызван такой заливистый смех.

— Ох, ничего-то вы ещё не понимаете, душеньки мои! Я плохого не посоветую! — сетовала добрая повариха. — А вам бы все смеяться.

— Тетушка Пэм, молода я больно для замужества, — искренне улыбаясь, проговорила я. — Вот встречу “принца”, тогда точно отвечу “Да”!

— Ох, да куда тебе о принцах то думать, — заволновалась названная тетушка.

***

Сегодня одна из горничных столовой заболела, и мне пришлось прислуживать во время обеда хозяев. Как же я была удивлена тем, что услышала!

— Викторина, детка ты ешь больше апельсинов, — с умным видом вещал герцог Олис Оверлийский. — Я специально заказал тебе этот экзотический фрукт. Говорят, он увеличивает способности к магии. Для меня не имеет интереса вопрос цены этого фрукта. Главное, это ты моя малая будущая Хранительница всего этого замка. Скоро начнет просыпаться магия, и нужно ей помочь, так что кушай апельсин, он сейчас полезен моей будущей магине.

Рыжеволосый с большой лысиной дородный герцог Оверлийский не привык ни в чем себе отказывать. Увлечения лорда Олиса влетали в копеечку всему герцогству. Да и на содержание своей любимой семьи он не считал деньги, как на наряды для дочек и жены, да кушанья самые дорогие.

Сидя во главе шикарного стола, владелец ОверХауса любил поучать жизни домочадцев.

Стол ломился от яств: фазаны в яблоках; мясо лося, так модное в последнее время; любимая икра латимерии, привезенная хозяину замка контрабандой, на лов этой рыбы давно был запрет; фрукты заморские – апельсины да бананы.

Окрестные деревеньки жили впроголодь, но на столе герцогской семьи это не отражалось — им все доставляли из далеких земель.

Я часто видела, как тетушка Пэм отправляла остатки этой роскоши в ближайшую деревню, хоть так она поддерживала их как могла.

— Папочка, ты у меня замечательный, — восхваляя отца, щебетала леди Викторина, сероглазая блондинка с рыжими прядями в волосах. — Я уже представляю, как по моим рукам потянется сила магии. Знаешь, мне сниться, как я магичу и приказываю Оверу подчиниться мне! — с упоением говорила девушка.

— Да, малышка, вся надежда на тебя, давно пора поставить на колени этот старый замок. И как он посмел перечить мне! Герцогу Оверлийскому! Титул мой, значит, и ОверХаус мой! — высокомерно произнес лорд, уплетая лосося с сыром и зеленью.

Я была неожиданно удивлена тем, что, оказывается, магический дар должен “проснуться” после шестнадцати лет. Чуть не споткнулась от смеха, и кто им такую чушь сказал? С магией рождаются, и уж если её нет, так и нет!

Сколько ещё “мечт” самозваных хозяев ОверХауса я наслушалась, только и удивлялась, да ругалась молча.

— Папочка, а я? У меня будет магия? — это уже средняя дочь герцога леди Оливия, юная рыжеволосая девушка с напудренным лицом. Она решила, что веснушки её портят, теперь слой пудры на лице Лив соперничает со штукатуркой.

— А как же! Сначала Вики овладеет магией замка, как только ей исполнится двадцать лет, — продолжил свои фантазии лорд Олис. — А затем и тебе перепадет магия, проси получше нашу дорогую Викториночку, глядишь, и отберет у Овера ещё кусок магии.

При этих словах я чуть поднос с тортом не выронила, просто вопиющая наглость! “Отобрать магию у МОЕГО Дома!” Как хотелось высказать этим бездельникам все, что о них думаю, но пока не время! Чувствуя нежное тепло и поддержку лимов, моих светлячков, я постепенно успокоилась.

— Мы с папой уже почти продумали ваше будущее, — вторила мужу герцогиня Лукреция Оверлийская, богато одетая полная блондинка. — Мы найдем вам достойную партию, выдадим замуж за самых роскошных и именитых мужчин. А, может, и за принцев! — таинственно проговорила хозяйка замка.

Тут парочка амбициозных девчонок застыла, они были в своих мечтах, и каждая управляла целым королевством.

Я посмотрела на бедную Луизу. Младшая дочь герцога белокожая голубоглазая девочка, казалось, пошла не в отца, ни в мать и на сестер не похожа, хотя внешнее сходство угадывалось. Может быть, это было видно только мне, но Лу уже не могла это слушать – ей было неприятно это бахвальство и расточительство. Девочка устала, и ей интереснее было бы находиться с книгами, чем с такими родственниками.

— Луиза, если ты уже поела, то иди к себе, почитай Слово Светлейшего Талана, — это Леди Лукреция наконец-то заметила младшую дочь. — Забыла вам сказать, доченьки, — вновь с умилением обращалась она к старшим девочкам. — Завтра приедет новая гувернантка! Кроме всего прочего, она будет вас учить музыке и этикету. Будущим королевам это необходимо!

***

Наутро в ворота Овера въехала скромная дорожная карета, из которой вышла высокая дама с жидкими русыми волосами, собранными в тугой пучок и прибранными под небольшую шляпку с маленькой вуалью, прикрывающую серые глаза и большую бородавку на лбу. Черное платье придавало ей траурный вид, хотя образ этой некрасивой женщины было ничем не испортить.

Новые люди были в ОверХаусе редкость, поэтому множество удивленных лиц высыпало в окна замка.

Длинный как жердь, старый лысый дворецкий мистер Клаусис в черном фраке, белых перчатках и галстуке, важно спустился со ступеней, чтобы встретить гостью.

— Как вас представить, мисс? — спросил он кланяясь.

— Мисс Аида Смайл, будущая гувернантка, по рекомендации маркизы Чейз, — представилась та, пытаясь не смотреть на такой притягательный взору дворец.

— Прошу, мисс Смайл. Вас ждут, — ответил дворецкий и повел даму представлять хозяевам.

Я в этот момент мыла окно в зеленой гостиной центральной части замка. Герцогине Лукреции оно показалось грязным, и именно мне выпала честь мыть его. И сейчас я была очень благодарна за это.

Увидев гувернантку, у меня появилось только одно желание, кинуться ей в объятия и закричать: “Мама Ира! Мама Ирочка! Я так скучала без тебя!”

Леди Аида нашла меня глазами, взгляд её тут же вспыхнул неимоверной нежностью и любовью.

Вот оно счастье, знать, что мама рядом! Мне хотелось плакать от радости.

Так в ОверХаусе появилась новая гувернантка, по совместительству женщина, что вырастила меня. Пожертвовав ради этого очень многим, хотя об этом я узнала несколько позже.

Тория Оверлийская

“живой” замок ОверХаус

Наступила весна, то время когда деревья просыпались и радовали нас нежной зеленой листвой, благоухающими яркими ветвями вишни и яблонь. Цветы на клумбах восхищали глаза обитателей замка ОверХаус, столько красок герцогство не видело уже давно. В парке стоял умопомрачительный запах благоухающих деревьев. Снова стали видимыми фонтаны и небольшое озеро на западе усадьбы. Казалось, в воздухе слышна тихая мелодия – это начинал петь Дом.

Прошло уже почти четыре года с момента моего появления в стенах спящего великана. Скоро мне исполнится двадцать лет. И природа герцогства пытается проснуться от спячки двух десятилетий, как бы хотелось в это верить!

Я сидела на своей любимой скамейке в солнечной открытой беседке из зеленых и красноватых эолий – этот редкий кустарник почему-то вырос именно у нас в саду по соседству с ториями. Но они ещё не хотели просыпаться, лишь листики немного пробивались сквозь тонкие стебли. В мечтах я представляла себе, как распустятся первые бутоны, и розово-желтые лепестки будут шептать мне свои секреты.

Да, это будет, нужно ещё немного подождать.

Встав со скамейки, я провела рукой, и беседка с ториями исчезла с глаз. Не к чему показывать леди Лукреции этот островок будущего. Она ненавидит тории, да и все цветы, похожие на них. Так как знала, названы они в честь герцогини Виктории Оверлийской, первой жены её мужа.

Мимо цветущих клумб с медуницей и примулой, крокусом и адонисом, по зеленой аллее я в прекрасном настроении шла к двери в кухню, когда услышала голос:

— Пошевеливайтесь! Дива, ты только половину картошки начистила, скоро обед! — это как часто бывало, распекала своих поварят тетушка Пэм. — Груня, ты долго ещё мечтать будешь? Пора ставить пирог в печь и заниматься нарезкой овощей для салата, — продолжалось в кухне, где поварята были заняты своим делом, на плите что-то варилось, шкварчало и дымилось. Запах стоял наивкуснейший.

Я, конечно, пыталась пройти незамеченной. Хотелось скореё попасть в южное крыло Овера. Посмотреть в зеркало Дома, проверить, как там тот лес, что мы вчера с Духом Дома очищали от черноты. Хотя и так знала, там все хорошо, чувствовала просто, но посмотреть-то хотелось.

Но пройти мимо главы нашей кухни незамеченной не получилось, увидев меня, она, улыбнувшись, проговорила:

— Тори, дорогая, тебя уже обыскалась мисс Стоур. Экономка сегодня не в духе, ещё больше чем обычно, — рассказывала повариха, подсовывая мне румяные пирожки с лимонно-творожной начинкой. Они источали такой изумительный запах, что аппетит разыгрался мгновенно. — Ты перекуси, чаю выпей, а то когда ещё придется спокойно поесть-то? — озабоченно говорила добрая женщина, присев со мной на минутку за стол.

Отказываться от угощения я не стала и с удовольствием съела ещё теплые пирожки с ароматным чаем.

— Знаешь, а я иногда вижу в старой кладовке маленького человечка, суетиться что-то он, бегает, будто с кем-то разговаривает, но я не слышу, — доверительно сказала названная тетушка. — Интересный такой мужчина, жаль, только маленького роста, — огорченно добавила она.

Умелая повариха уже лет десять как вдовствовала. Сколько к ней не сватались женихи, всем отказывала, а тут ей понравился мужчина — удивительно!

— Это один из домовых. Странно, как ты смогла его увидеть? Они обычно людям не показываются, — ответила я очень тихо, не хотелось, чтобы наш разговор кто-то услышал.

— А все было интересно откуда, в этой кладовке продукты появляются? Вот пирожки именно из этого творога и лимона, волшебный вкус, — не могла не похвалить свое творение мисс Пэм. — Я уверена, это мой Нил подкладывает продукты, — ещё тише прошептала она.

— Нил? — удивленно переспросила я.

— Да, я уверена — его зовут Нил! Я вчера заглянула в его глаза. Ой, Тори! Это невозможно описать... Как бы схватила его, да женила на себе… не будь он домовым. Вот с тех пор и знаю, Нилом его зовут, — откровенничала влюбленная тетушка.

Что я могла сказать на это? Этого конкретного домового звали именно Нил, и общаться мысленно могли лишь предначертанные Светлейшим Таланом пары. Но можно ли мне рассказывать такие секреты?

Я лишь улыбнулась ей в ответ и пожелала Пэм и Нилу счастья, но это будет не так скоро, ведь домовым нужно “вырасти”.

— Я побегу, пора узнать, зачем я понадобилась хозяевам.

Я обняла любимую повариху на прощание и убежала к экономке. Вроде все сделала на первую половину дня.

***

Выйдя из кухни, увидела бегающих в коридоре горничных. Где-то на верхних этажах слышался крик мисс Стоур:

— Пошевеливайтесь, лентяйки, всех поувольняю!

“Тигруля, а скажи мне, дорогой, что у нас такое стряслось? Все бегают да кричат”, — мысленно спросила я у Духа ОверХауса.

“А это очень интересно, — смеясь, ответил мой полосатый друг. — Пришло известие, что к вечеру нас посетят аж два кавалера”.

“Ты о ком?” — заинтересовалась я, как-то давно в Овер никто не посещал.

“Первое пришло сообщение от ректора Амитонской Академии Магии. Он с визитом проезжает окрестные города, ищет одаренных адептов”.

“Вот новости! Первый раз слышу, чтобы ректор сам ездил, зазывая студентов, — удивлялась я. — Так плохо нынче с одаренными детьми?”

“А ты подумай, кто ему нужен?” — загадочно спросил Тигр.

“Ну не я же?” — смеялась.

“Нет, не ты. Как, впрочем, и не леди Викторина и леди Оливия, магии у них никогда не будет, не положено таким”, — грозно рыкнул Дух Дома.

“Так, ты про…” — даже в мыслях было невозможно произнести о ком я думала.

“Да, про неё”, — в словах старого ворчуна чувствовалась гордость, именно он поспособствовал рождению новой магини.

“Овер! Ну, ты и хитрец!” — только и могла сказать я.

“И ещё, что за “ректор” приедет! “Увидеть” его сможешь только ты”, — многозначительно проговорил Тигруля.

“Не может быть!.. — задумалась я. — А кто у нас второй кавалер?”

“Тут вроде все просто, едет Служитель Светлейшего. Причины его приезда не говорят, их пути только Талан и ведает, — тут же ушел в свои думы старый хитрец. — Хотя… странно как-то это. И к нему присмотрись, Тория”.

Тот же вечер, ОверХаус

К вечеру в ворота Овера въехала карета, крытая лурийской ксотой – очень качественной мягкой древесиной, изготовляемой в Лурийском княжестве. Ксота была довольно дорогим удовольствием, но была практична и служила более ста лет. По этой причине и пользовалась таким спросом у аристократов. В упряжке были два красивых гнедых красавца. Загляденье, что за кони.

Из остановившейся кареты вышел молодой мужчина лет шестидесяти пяти, красивый голубоглазый шатен. В темно-красной кожаной куртке, белой рубашке, модных узких брюках он смотрелся современно.

— Граф Грегори Шериэнский, ректор Амитонской Академии Магии, — представился подошедшему дворецкому молодой щеголь.

— Прошу, Ваше Сиятельство, — ответил гордый мистер Клаусис.

Хозяева Овера встречали столь редкого гостя в приемной зале центральной части замка. Стены были покрыты дорогой фенейской тканью цвета летнего неба, синие портьеры с серебряной окантовкой роскошно оттеняли закат, видневшийся в окнах.

В центре полукругом были расставлены удобные кресла, а самое большое из них было с высокой спинкой походило на трон. На нем, конечно, сидел герцог Олис.

— Очень приятно познакомится с главой герцогства Оверлийского, — проговорил граф, приветствуя сидевших в зале хозяев замка.

— Взаимно, нам неимоверно приятно, что Вы, Ваше Сиятельство, почтили нас своим визитом! — заискивающе проговорил лорд Олис.

— Всё дела Академии заставляют меня колесить по Алайонии, — ответил ректор, усаживаясь в приготовленное для него кресло. — Сколько за эти недели объездил герцогств, благо в наше прогрессивное время магические порталы облегчают путешествие по нашему большому королевству.

— Какие же причины сего путешествия? — интересовалась герцогиня Лукреция, с неодобрением поглядывая на щегольский вид гостя.

Леди Оливия же строила тому глазки, мило улыбаясь и хихикая. Она полгода назад свела ненавистные веснушки. Ну и что если магия стрельнула в ответ, и цвет лица девушки стал желтоватого оттенка? Она представляла, будто это загар.

— Говорят, вы ищете одаренных молодых леди, чтобы отправить их учиться в Амитонскую Академию Магии, — томно улыбаясь и выпрыгивая из платья, проговорила средняя дочь лорда Олиса. — Тогда, надеюсь, вам подойдем мы с сестрой?

— Леди Оливия хотела, наверное, спросить, не соблаговолите ли вы проверить их магический дар, — проговорила герцогиня, смотря на девушку убийственным взглядом.

— Вы совершенно правы, — с улыбкой отвечал молодой ректор, барабаня пальцами по дорогому покрытию подлокотника кресла. — Я путешествую, чтобы найти одаренных девушек. Необязательно благородных сословий — недавно нашлась довольно интересная и редкая магия у простой девочки. Собственно именно таких магинь я и ищу, продолжал лорд, перекинув ногу на ногу. — Недавно профессор Сирояни, наша непревзойденная прорицательница сказала: “Ищите девушек! Стали просыпаться самые редкие и забытые магические силы”. Именно по этой причине я и путешествую, оставив обязанности ректора в стенах Академии. Только очень сильный маг может “увидеть” такую редкую магию.

— Ну, значит, Вы приехали как раз по назначению, — с пафосом проговорил герцог, подскакивая со своего кресла-трона. — Именно у моей старшей дочери просыпается невероятная редкая магия. Она станет следующей Хранительницей ОверХауса! — вышагивал он по залу, горделиво выставив вперед тяжелый живот.

— Конечно, я слышал о Хранителях Домов, — отвечал с наигранным удивлением лорд Грегори. — Только мне казалось, что последней Хранительницей ОверХауса была герцогиня Виктория Оверлийская, но она умерла лет двадцать назад... Если не ошибаюсь...

— Ну а теперь пора возрождаться магии в молодом аристократическом теле, — от пафоса герцог Оверлийский казалось, сейчас лопнет. — И перед вами леди Викторина Оверлийская, будущая герцогиня Оверлийская!

“Граф Шериэнский” просто застыл от непонимания того, что говорит хозяин замка.

— Именно в нашей дорогой Викторине уже просыпается магия Хранителей, — подняв руки вверх, будто обращаясь к самому Духу Овера, вещал лорд. — Вы заметили то, каким стало Оверлийское?! Ещё четыре года назад кругом царила разруха и запустение, шныряли бедняки, выпрашивая милостыню, — с презрением на лице проговорил он. — А сейчас все восстанавливается, деревни стали приносить доход в казну. Давно пора! Да и теперь прогуляться по территории герцогства можно спокойно, не увидев мерзкие и уродливые растения, как было раньше.

— И вы решили, что эти изменения связаны с вашей старшей дочерью? — спросил ректор, недоумевая от услышанного.

— Конечно! А кто же ещё? — уставившись на гостя, как на дурака, высказался лорд Олис.

— И вы думаете, магия может проснуться после пятнадцати лет? — с интересом спрашивал профессор.

— Ну а о чем я вам твержу уже полчаса! — пренебрежительно проговорил герцог графу, который тоном хозяина был несколько озадачен.

Ректор Амитонской Академии Магии посмотрел на предполагаемую будущую Хранительницу и сильно удивился. Даже не напрягая магическое зрение, он не видел у девушки, впрочем, как и у её сестры, никакой магической силы. На них стоит мощное ответное проклятие, видимо, не просто так умерла бывшая хранительница Овера. Ни у самих девушек, ни у их детей никогда не будет магии.

— Давайте отложим проверку ваших прелестных леди, — пытался вывернуться из ситуации ректор. — Я уже настроил амулет поиска, и завтра в полдень в роще перед замком порталом будут появляться одаренные девушки. Мне с моим секретарем предстоит непростой день: просмотреть юных дам, и отправить их в Академию.

— Значит, вы будете вести отбор девочек на нашей территории? — с удивлением и порицанием произнесла герцогиня Оверлийская.

— Да все верно, на вашей территории. Вы должны были получить магической почтой свиток с королевской печатью, заверенный Его Высочеством Алексисом Лайонским, — объяснил ректор, удивленно привстав в кресле. — Все герцогства, что я посетил перед вами, получили данное сообщение. Оно было отправлено ещё месяц назад.

— Но нам ничего не прислали! — выпалил лорд Олис с обидой в голосе. Он, что хуже других? Почему всем прислали бумагу с подписью кронпринца, а ему нет!

— Очень странно! Ваше послание не могло быть не доставленным, это магическая почта, все доходит мгновенно!

Удивлялся ректор беспечности хозяина, а работает ли вообще маг-почта в этом замке? Как можно жить без связи с королевским дворцом? Ситуации бывают разные, и глупо отказываться от возможности мгновенно послать просьбу о помощи.

— И все же я не понимаю, почему мы не получили свиток с королевской подписью? — злился герцог ещё больше, будто не слыша никого вокруг.

— Думаю нужно поставить в известность секретаря Его Высочества, — уверенно проговорил гость. — Наверняка все быстро выяснится.

— Ваше Сиятельство, пожалуйста, не нужно никому ничего сообщать, — просила леди Викторина, сильно нервничая. — У нас просто не работает маг-почтовый сундучок.

— Что? Это почему он не работает?! — грозно воскликнул герцог.

— Это… Оливия заказала слишком много покупок в столичном магазинчике, — выдала старшая дочь хозяев замка, при этом на лице у Лив было неимоверное удивление. — Давайте её простим! Ну, захотела девочка больше нарядов, и все сразу! Юность, что с неё взять.

— Леди Оливия! Вы наказаны! — проговорила герцогиня Лукреция, гневно сверкая глазами. — Немедленно в свою комнату!

— Но я ничего не заказывала и не получала уже больше трех месяцев, — пыталась оправдаться она.

— Не смей даже намекать на то, что это Викторина сломала маг-почтовый сундучок, — это уже глава семейства, напомнил о непогрешимости старшей дочери.

Оливия молча встала, и, глотая слезы, выбежала из комнаты.

— Ваше Сиятельство, извините за данный инцидент, — поспешно проговорил лорд Олис. — Мы немедленно пошлем в Валиаж управляющего. В столице нашего прекраснейшего герцогства можно купить все! Не только маг-почтовые сундучки.

— Значит, Вы не против проведения отбора у вас на территории? - спрашивал ректор. — Я могу послать вестника Его Высочеству Алексису, курирующим данный вопрос в Королевском Совете. Думаю, ответ прибудет через час не больше.

— Не нужно! Его Высочество всегда покровительствует только благородным делам! Конечно, мы не против! — с примирительной улыбкой проговорил хозяин замка.

— В таком случае, разрешите откланяться, — сказал “граф Шериэнский”. — Завтра сложный день, как я уже говорил, и хотелось бы отдохнуть. Ужинать я буду в своих покоях.

***

Лорд шел по длинному старинному коридору, экономка вела в комнаты, отведенные для него. Хотелось уже побыть в одиночестве, и стряхнуть с себя гадливость последнего часа.

— Прошу, Ваши покои, — проговорила мисс Стоур с безразличным видом. — Если что-то нужно, то передавайте через служанку, которая принесет через полчаса ужин.

Стоило закрыться двери, как ректор, наложив заклинание неприкосновенности на покои, создал магический купол и встал в него. Все вокруг заискрилось, засветилось, и излишки магии потянулись к стенам замка. Тело мага окутывали множество разноцветных линий, и только минут через десять он, тяжело вздохнув, смог привести себя в норму.

Быстро приняв душ, оделся в простые хлопковые брюки серого цвета, белую рубашку и длинный синий халат. Гость сел в удобное кресло, обитое темно-серой дорогой тканью. Кажется, можно и расслабится.

Ему почудилось легкое дуновение ветерка, что принесло нежный девичий смех. Маг сосредоточился и начал поиск этого звука, который взволновал его так сильно. И лорда накрыло видение: невысокая юная девушка, почти ребенок, весело смеялась, подкидывая ввысь огненные, воздушные и водяные шарики. “Тори, смотри, у меня уже три стихии!” — смеясь, говорила кому-то малышка.

Очнувшись, лорд долго сидел с глупой улыбкой. Он её нашел! Она тут, в ОверХаусе!

Тория Оверлийская

Тот же вечер, ОверХаус

Узнав о том, что первый гость прибыл, я не спешила его увидеть. Нужно было срочно залечивать небольшой поселок в горах на востоке герцогства, он был совсем маленький, и жители держались из последних сил.

Когда-то это было хорошее крепкое поселение горняков, но добыча падала, реже находили медь и сульт, а изумрудов, вообще, стало не найти, а как раньше славился тот край. Изом его и назвали.

Пришлось сшивать магические нити самого поселка и ближайших гор в сетчатую ткань. Хорошо, что именно пару дней назад меня этому научил Дух Дома. Очень вовремя.

Устала дико, даже до комнатки не могла дойти, упала в кресло, стоявшее в кабинете. Думала, немного отдохну и доползу до любимой кроватки. И тут на меня обрушился поток магической силы, столько энергии, неимоверно вкусной и яркой. Мне хватило всего пары минут, чтобы восстановиться, подскочить к барельефу Тигрули и передавать поступающую магию уже Оверу и всему герцогству.

По ощущениям и отклику Дома я чувствовала эту силу как родственную моему старому ворчуну. Как будто к Духу ОверХауса пришел его старший брат. Это были немыслимые ощущения.

“Тигруля, а что это было?” — спрашивала я у Духа Дома.

“Дай в себя придти”, — еле слышно проговорил друг.

“Я чувствовала родственную тебе магию! Мне кажется, я все ещё искрю ею!” — делилась ощущениями.

“Да, ты права, — отвечал пришедший в себя Тигр. — Это может быть только представитель королевской семьи. И не иначе. Так что самое время тебе посетить нашего первого гостя”.

Решив захватить ужин для нас с незнакомцем, я перенесла в его покои накрытый стол, с превосходными блюдами, которые получаются особенно вкусно у тетушки Пэм.

— Добрый вечер, Ваше Высочество, — произнесла я, присев в реверансе, который получался у меня идеально, видимо, аристократическая кровь помогала мне. — Извините, что нарушила ваш покой, но нам необходимо поговорить.

— Кто вы? — холодно произнес кронпринц. — И встаньте.

— Позвольте представиться, герцогиня Виктория Оверлийская, будущая Хранительница ОверХауса.

— Быть того не может! Истинная Хозяйка последнего “живого” замка! Невероятно! Но как?..

Его Высочество смотрел потрясено, все ещё не веря в происходящее. Я же таинственно улыбалась, не спешила отвечать на все вопросы.

— Для вас просто Виктория. Если пожелаете, можно сократить до Тории или Тори, — с улыбкой проговорила я. — В соседней комнате накрыт стол на две персоны. Не сочтете ли вы наглостью, если я приглашу вас разделить со мной ужин?

— Почту за честь ужинать с настоящей хозяйкой ОверХауса, — ответил принц, склонив голову в приветствии. — Если вы позволили называть вас просто Тория, то, и обязан оказать вам ответное почтение – зовите меня просто Алексисом или Алексом.

Мы прошли в другую комнату и сели за стол. Этикету я была, конечно, научена, но находиться рядом с будущим королем было немного неловко. Мне все же удалось справиться с нервами и не ударить в грязь лицом.

— Попробуйте вкуснейший даский салат, — после оперетива предложила я. — Люблю его очень, наша повариха его готовит изумительно!

Тетушка Пэм именно так и запекает для меня это блюдо с мясом курицы и добавляет в масло немного лимонного сока, отчего овощи получаются восхитительными.

— Действительно, вкусно, — похвалил принц салат и приступил к мясу по-варцовски. — О! И это блюдо божественно! Несомненно, все приготовлено с любовью к вам. Хотите расскажу секрет.

— Конечно, — с улыбкой согласилась я.

— У меня на территории академии небольшой дом, и служащая там экономка сама готовит для меня еду, никому не доверяет! Я всегда ощущаю, сколько заботы и любви вкладывает она в приготовление ужина. Нужно непременно познакомить наших восхитительных поварих, уверен им будет о чем поговорить! — рассказывал гость, сверкая смешинками в карих глазах.

— Нужно непременно подумать над этим, — отвечала я. — Кстати, на десерт наша миссис Блез испекла великолепные пирожные из ягод клубники и шоколада, что умеет делать только она.

— У меня будет к вам просьба, чтобы вне стен этой комнаты я оставался для всех повернутым на магической академии ректором, — с самоиронией попросил Алексис.

— Конечно, в ОверХаусе вы всегда можете быть спокойны, никто не нарушит ваше инкогнито, — ответила я гостю. — И мы позаботимся, чтобы и иллюзия держалась идеально.

***

— Скажите, Тори, — говорил принц, удобно устроившись в небольших креслах, из мягкой серо-синей кожи на уютном балконе, с которого открывался невероятный вид на внутренний сад замка.

— Именно благодаря вам я пробовал сегодня эти прекрасные блюда, и вижу великолепный сад?

— Да, вы правы, стол хозяев замка, конечно, более богат, чем наш сегодняшний, но все эти изысканные блюда не всегда вкусны, — отвечала я.

— Но почему?

— Нынешней герцог Оверлийский любит совмещать несовместимое. Ему кто-то из столицы присылает рецепты самых разных блюд, именно их и требует готовить лорд. Иногда над приготовлением еды для хозяев следит личный камердинер лорда Олиса. Завтра у вас будет возможность попробовать эти блюда, — весело улыбаясь, рассказала я.

— Вы коварная девушка! — смеясь, ответил мне Алекс. — А сад?

— И тут Вы правы, его в подобном истинном виде вижу лишь я, да домовые.

— Домовые? — с удивлением проговорил принц, подскочив. — Они существуют? И они не миф?

— Конечно, — с улыбкой ответила я.

“Вер, не хочешь представиться будущему королю?” — мысленно спросила верного друга, который тут же и появился.

— Представляю вам, Ваше Высочество, ВерДома главного домового ОверХауса.

Важный Вер поклонилась принцу.

— Для меня честь представиться Вам, и быть видимым для вас, Ваше Высочество, — Вер приложил правую руку к сердцу, показывая тем самым свое уважение.

— Невероятно! Я даже не мечтал увидеть домового, считалось, они пропали с эпохой ДомовХаусов, — ошеломленный Алексис, рассматривал ВераДома.

— Эта эпоха возвращается, — проговорил Вер. — Да и Овер всего семнадцать лет спал. Не так долго в сравнении с другими замками, которые до сих пор спят. Наш старый великан около ста лет один питал, как мог магические нити мира. В эти годы магии сильно не хватало, видимо, с этим и связано то, что о “живых” домах и нас, домовых, так быстро забыли. Кстати, очень надеюсь, скоро и ещё один замок проснется.

— Вы говорите удивительные вещи. Когда-то и королевский дворец был ЛонтонХаусом, таким же “живым” замком, может быть, и он спит? — с надеждой в голосе спрашивал принц.

— Все может быть, — не хотелось мне пока раскрывать секрет королевского Дома.

— Я на это очень надеюсь… Сам дворец построили заново почти рядом с мифическим замком. Но недавно у меня появилась надежда, прорицательница сказала, можно возродить ЛонтонХаус. Нужно только найти его истинную Хранительницу, — тут принц посмотрел на меня, с мольбой в глазах. — Думаю, я нашел её в стенах Овера.

— Вы отыскали Хранительницу Лонтона у нас в ОверХаусе? — наигранно спросила я.

— Да, у вас, — улыбаясь, отвечал он. — Мне вечером было небольшое видение, такое долгожданное, что я сначала не мог поверить в него. Видимо, это Дух Овера помог мне найти её. Мою Хранительницу. Мою Истинную.

— Что вы видели?

— Совсем молоденькую девушку, почти девочку, блондинку с невероятными голубыми глазами, как небо. Она смеялась, играя магией, и звала вас, Тория, — обратился он ко мне. — Пожалуйста, скажите кто она? Моя нежная юная фея.

— Алекс, она ещё очень мала. Ей всего двенадцать лет, — старалась защитить младшую названную сестричку. — И она должна спокойно вырасти, полюбить вас, только в этом случае у вас получится истинный союз, и Лу станет Хранительницей Лонтона.

— Да, я прекрасно понимаю, что она ещё молода, — успокоил меня предполагаемый муж сестры, пусть и в далеком будущем, но принц им станет. — Путешествуя по королевству, я искал не только сильных магинь для Академии Магии. Я искал ЕЁ! Мою Истинную! Она вместе с остальными девочками будет учиться в моей академии. Так вы скажите имя мой “Лу”. Кто она?

— Это Луиза, младшая дочь герцога Олис Оверлийского, — проговорила я, следя за реакцией гостя.

— Удивительно! Как в такой семье… могла родиться моя принцесса? Они же все насквозь гнилые, темнота вместо света души, — в шоке прошептал он.

***

Будущий король Алайонии ещё долго вглядывался в прекрасный сад, раскинувшийся под балконом. Казалось, он представляет, какой была жизнь его маленькой девочки в этом доме. Алексис был настолько погружен в свои мысли, что не сразу заметил появление Духа Дома рядом с цветущей камелией.

“Приветствую вас, дети мои, — услышали мы ментальный голос Тигра. — Несказанно рад видеть вас, Ваше Высочество”.

— О Талан! Неужели я вижу самого Духа ОверХауса? — спросил удивленный принц. — Не могу высказать свои чувства, от происходящего со мной сегодня! Сколько нового узнал и увидел!

“Разве я мог не посетить ректора Амитонской Академии Магии, — с улыбкой в голосе говорил Дух. — Вы, Алексис, как её глава сделали неимоверно много для восстановления магических нитей королевства. А сегодняшняя подпитка Овера, вообще была как подарок Талана!”

— О чем вы? — в недоумении спросил Алекс у Тигра.

“Когда вы пытались скинуть излишки магии, накопившейся за день... — начал рассказ Дух Овера, — я немного вклинился в этот процесс, каюсь, поступил самовольно, не спросив разрешения. Стенки купола пропустили эту энергию, преобразовали те отрицательные эмоции, накопленные за день. И всю эту вкусную магическую силу я впитал в стены замка, — с упоением говорил Тигруля. — Это было неимоверно приятно, как же давно я не общался со своими братьями, они все спят”, — уже с грустью закончил рассказ он.

— Эта магическая энергия помогла и мне восстановится после помощи горному поселку, но и передать её всему герцогству, — проговорила я с благодарностью. — Думаю, множество живых существ хотели бы сказать вам свое “Спасибо”.

Тория Оверлийская

Наутро мне опять пришлось побегать по поручениям грозной экономки, да и герцогиня Лукреция была явно не в духе. Видимо, её сильно задело то, что на территорию Овера будут порталами попадать магически одаренные девушки, а ректор Шериэнский будет их проверять на качество магии.

Для леди существовали только её дочки, причем две старшие, Луизу она не любила, и старалась это показать девочке постоянно. А тут незнакомые девицы, да ещё и кто-то из простых сословий. Такое пережить герцогине было очень сложно.

Сегодня я хотела помочь девочкам-горничным в уборке библиотеки, что не так часто посещалась хозяевами Овера. Но приехавший ректор Амитонской Академии Магии мог заглянуть в царство книг, и силы бедных служанок были направлены именно туда.

Одним из любимых мест для меня стала библиотека, казалось, там витал дух прошлого старого замка. Стены до потолка заполнены книгами, стеллажи и на втором этаже библиотеки, куда вела резная лестница из темного ломейского дерева. Не все отделы видны обитателям ОверХауса, а часть так и будет скрыта, редкие издания не к чему было показывать простым людям.

Я почти каждое свободное время проводила с книгами, читая их в уютном уголке второго этажа. Помню ещё в детстве, во время ночных посещений спящего тогда ворчуна, я обожала читать милые сердцу книжки на этом мягком диване.

Библиотека, конечно, иногда очищалась магически, но это было в качестве помощи горничным. Учитывая объем работы, возложенный на них, им было сложно справиться ещё и с огромным книгохранилищем. Чаще же использовать магию ВерДом не хотел:

— Лучше мы восстановим ещё частичку герцогства, чем будем применять магию там, где почти никто не бывает, — объяснил он свое решение.

Сегодня же наша строгая экономка увидела пыль на полках библиотеки, и тут же направила туда несколько служанок, которые и трудились там с раннего утра.

***

Приезд второго гостя ОверХауса застал меня, когда я шла в библиотеку помогать горничным. Настроение было хорошее, я обожала бывать в мире книг. Внезапно что-то притянуло мой взгляд, и я, посмотрев вниз, застыла.

Он стоял около главных входных дверей замка, держа в руке небольшой кожаный саквояж.

Молодой человек примерно пятидесяти пяти лет, был одет в простой дорожный костюм темно-синего цвета. Из-под расстегнутого плаща виднелась черная рубашка с голубым воротником, символом Служителей Светлейшего Талана. Невероятные ультрамариновые глаза были устремлены на меня.

Я не могла сдвинуться ни на чуть-чуть. Как оказалась внизу не поняла, только что была не вершине второго этажа, а тут уже в холле рядом с Ним. Его взгляд притягивал меня как сильнейший магнит.

Те секунды, когда наши глаза встретились, я запомню навсегда. Казалось, лавина нашей магической энергии вышла из нас. Закружила огромным вихрем. Мы сами уже не были прежними.

В этом смерче стояли мы. Я и Он. Или уже “МЫ”.

“Кто ты?” — спрашивала я.

“Кто ты?” — вторил он мне.

“Это ваша Судьба, — пронеслось у нас в головах. — На правах Хранителя Слова Светлейшего Талана объединяю ваши жизни в одну, дети мои, — продолжил голос Духа Овера. — Отныне у вас Едины и Сила, и Магия. Да будет так!”

Такой теплоты, ощущения правильности, я не испытывала никогда. Эти чувства, эмоции были неповторимы. Мы кружили в древнем танце истинных пар, общих душ. Никогда не верила в эти сказки. Как оказалось, зря.

И тут нам открылись мысли друг друга, жизнь моего единственного пронеслась у меня перед глазами. Сильный, великолепный воин, немало прошедший, хорошо обученный маг, с сильной королевской магией, но очень горячий мой мужчина.

Чересчур горячий! Столько женщин вокруг него вижу, и как больно “смотреть” на то, что вытворяет он с ними. Каждый раз новая пассия, новая любовница.

Грудь стянули невидимые путы боли! Это же Мой мужчина! Почему Он с другими?!

Не смогла сделать ни вдоха! Сердце вот-вот порвется!

Я рассыпалась на несколько миллиардов кусочков.

С трудом вынырнув в реальность, никак не могла успокоиться. Все вокруг замерло, и постепенно пришло в движение.

“Никогда! Слышишь, никогда не смей подходить ко мне! — с огромной болью в сердце проговорила я. — Столько сменяющихся женщин, это немыслимо! Забудь обо мне!” — прокричало мое разбитое сердце.

Не помнила, как оказалась у себя в комнатке, упала на кровать и дала волю слезам.

Проплакав с полчаса, я почувствовала прикосновение теплых рук к моей руке. Открыв опухшие от слез глаза, я увидела сидящую рядом Олли. Домовая вытерла мои слезы, нежно гладила меня по голове.

— Ну что ты так убиваешься, деточка, — успокаивала она меня. — Не плачь.

— Но, Олли, у него столько женщин, их очень много! — икая, проговорила я. — У Моего мужчины. Моего! Множество любовниц. Мой мужчина бабник!

— Тори, но это все было до тебя! — пыталась образумить меня домовая. — Какой мужчина без личного багажа?

— Не знаю... но как было больно видеть Его рядом с ними, — рассказывала. — А что они творили в постели… — краснея и смущаясь, выдавила я.

— Девочка моя, но раз ты это увидела, значит, это говорит о том, что твой истинный ничего от тебя не скрывает, — продолжала успокаивать меня она. — Да и чего не бывает за закрытыми дверями между мужчиной и женщиной. Но разница есть, когда он с любовницей или же с избранницей, истинной. У вас с ним будет как впервые!

***

Умывшись и приведя себя в порядок, я пошла в кабинет к портрету родителей. Рядом с ними всегда успокаивалась, будто тепло маминых рук ощущала.

“Тигруля! Что это было там, в центральном холле?” — спросила я мысленно Дух ОверХауса.

“Ну… Это был ритуал Единения сил и магий... — после паузы тихо произнес Тигр. — Только я не пойму, почему у тебя была такая странная реакция на него”.

“А ты хотел другой реакции у меня на то, когда я “увидела” у Моего мужчины безумное количество любовниц?” — продолжала я.

“Но Тори, это было ДО тебя, — теперь это уже говорил Дух Дома. — А, вообще, ты не права, тебе попался очень замечательный муж, неимоверно храбрый воин и сильный боевой маг. Это хорошо, что ты не всё в его сознании. Сражения с темными и порождениями мрака никогда не были приятными. Я, в отличие от тебя, это увидел. Премерзкое же зрелище они представляют собой, и, убивая их, наши воины зачастую жертвуют собой, отдавая свои жизни во имя королевства”.

“Но я думала, что прорывы давно закончились, и ткань мира стала более прочной?”

“Это почти так, сильнейшие прорывы закончились лет тридцать назад. Как раз усилиями принца Доминика и его отряда, — объяснил Тигр. — Много тогда сильных магов полегло, прежде чем смогли найти причину разрыва ткани мироздания. Но когда ОверХаус уснул почти двадцать лет назад, прорывы стали вновь более сильные. Не такие серьезные как раньше, немного слабее. И закрывать эти прорехи опять пришлось команде твоего мужчины. А истинную картину происходящего король решил не раскрывать народу, незачем его пугать. Ситуация должна немного измениться в лучшую сторону, когда ты вступить полностью в права Хранительницы ОверХауса. Вся надежда на Луизу и ЛонтонХаус, пора уже просыпаться и моему старшему брату”.

“Нужно восстанавливать магию Овера!”

“Все верно, но до идеала ещё очень далеко. Работы предстоит много, — продолжил Тигр. — И как раз с этим и должен тебе помочь Ник. А ты его так напугала своим поведением. Бедный парень сейчас в непонимании”.

“Да наверное, я немного перегнула палку…”

“Немного?..”

То же утро, ОверХаус

Алексис проснулся с рассветом, всю ночь ему грезились самые прекрасные образы будущего, которое он только мог представить.

Миниатюрная хрупкая блондинка, с глазами голубыми как летнее небо, прекрасная и нежная в бело-золотом платье рядом с алтарем Талана. Фамильная диадема Лайонов сверкала не её голове, покрытой ажурной фатой. Яркий незабываемый ритуал Единения сил и магий.

Ласковые руки единственной, её робкое смущение, бархатная кожа которую невозможно не целовать. Нежные стоны любимой, жаркая, сжигающая, страстная ночь.

И самое невероятное в этом сне это были дети! Очаровательная малышка, только делающая первые шаги, как она с заливистым искрящим смехом взлетала вверх в его руках. Или нежно обнимала маленькими ручками свою любящую маму, такую же беляночку, как и сама.

Мальчик же с важным серьезным видом показывал Алексу свое умение ездить верхом на пони. Хвастался, как дедуля учил его сражаться на мечах. Малыш с гордостью показывал свой деревянный меч. Умные карие глаза с красными всполохами будущего принца были удивительно похожи на глаза самого Алексиса.

Алекс долго лежал в постели, вспоминая невероятный сладкий сон. Он был безмерно благодарен Духу Дома за подаренное видение будущего. У него словно выросли крылья! Пропали сомнения, всё идет верно, он на правильном пути.

***

Завтрак в кругу семьи герцога Оверлийского ректор еле выдержал. Подобострастные, льстивые лица и слова начали раздражать его довольно сильно.

— Попробуйте икру, Ваше Сиятельство, — нахваливал ломящийся от блюд стол. И это завтрак? Он не понимал, зачем столько еды утром. — Омлет с семгой и горохом, превосходен, он нынче в моде в столице. Мы никогда не отстаем от новых тенденций. Обязательно съешьте салат по-гоукски с апельсинами, как вы знаете, эти заморские фрукты увеличивают способности к магии. Наша дорогая Викторина ест их уже пять лет. Уверен, они плодотворно сказались, и мы увидим результат уже завтра, — проговорил герцог Оверлийский, с гордостью глядя на старшую дочь.

“Граф Шериэнский” с трудом усидел на месте. Посмотрев на леди Викторину сквозь толстый слой пудры, увидел на лице красные пятна. Да, не больно хорошо сказалось чрезмерное употребление цитрусовых. Тут лекаря пора звать, а не уровень магической силы измерять.

Ел ректор с трудом, почти все продукты, которые были на столе он, мягко скажем, не любил. Внезапно перед ним опустилась тарелка с неимоверно вкусно пахнущей кашей с фруктами.

— Это специально для вас приготовила наша повариха по просьбе Тории, — тихо сказала маленькая женщина, принесшая ему чудо кулинарного искусства. Домовая, понял глава академии, и с удовольствием принялся за еду.

— Вижу, вам понравился наш изысканный омлет, — довольно заявил хозяин дома.

“Граф” присмотрелся к своей каше, тарелке с мясным пирогом и кружке вкуснейшего чая. Для всех остальных ректор ел то же, что и они.

Может быть, желудки хозяев дома уже привыкли к такой пище? Для ректора это невероятное сочетание продуктов, что было на столе, казалось, немыслимым.

— Спасибо за наивкуснейший завтрак, — произнес принц, наевшись вдоволь. — Ваша Светлость, благодарю вас за прекрасный прием, оказанный мне. А также огромное спасибо всему удивительному ОверХаусу за вкуснейший завтрак, который мне приходилось пробовать.

Нынешний хозяин Овера расцвел в улыбке, благосклонно кивая.

— Мы рады, что вам понравилось у нас, — отвечал герцог с пафосом. — Думаю, вы вполне можете отплатить за этот прекрасный прием. Завтра результаты наших девочек должны быть исключительными.

За спинами хозяев появился ВерДом в серо-синем костюме, поклонился ректору, высказывая благодарность за теплые слова.

Удивительные вещи происходили в старом замке, проснувшийся Тигр, незаметные домовые, непередаваемое ощущение счастья, царившей в Доме, подумал кронпринц.

***

Тот же день, окрестности замка ОверХаус

— Господин ректор, я отобрал для Шериэна ещё несколько девушек, — проговорил мистер Проди, секретарь и незаменимый помощник главы Амитонской Академии Магии. — Открываю для них портал через пять минут.

— Хорошо, Дэмис, захвати этих двух ещё, — ответил он, опускаясь в кожаное мягкое кресло. — У них нет редкой магии, но одна будет сильной магичкой воздуха, вторая огня. Неплохой улов для королевства. Уверен встречающий их профессор Арчерс будет в восторге.

Уже больше трех часов ректор Шериэнский выискивал бриллианты среди девушек, пришедших для проверки магии. Безусловно, они обладали в какой-то мере способностями к ней, но проверять всех у лорда не хватило бы ни сил, ни времени. Именно для этого и прибыл его секретарь, чтобы отправлять будущих адепток сразу в Шэриэн, графство доставшиеся принцу от прабабушки. Там развернули целый лагерь, и уже там решали, где будут учиться дальше юные дамы. Самого же профессора больше всего интересовали девочки с уникальными видами магической силы. Почему-то сложилась ситуация, что эти спящие ещё несколько лет назад дары Талана, не просыпались у мальчиков.

Пока сильных магинь было не много, а с редкой силой всего одна. Считалось, что магия истинных пар исчезла лет пятьдесят назад, а тут появилась огненная бестия, видящая именно их, пары предназначенные друг другу судьбой.

— Профессор, а вы сегодня встретите свою судьбу, — заявила девушка с ходу, просто посмотрев Алексу в глаза. — Только она ещё маленькая, подрасти ей нужно.

Эту яркую егозу уже отправили в Амитон, пусть осваивается на новом месте, среди будущих подруг. За последний месяц ему удалось найти девять малышек с редкими видами магической силы. Это невероятное везение для будущего королевства.

— Ваше Сиятельство, обязаны посмотреть меня прямо сейчас! — негодующе донеслось с поляны, где девушки ожидали своей очереди. — Я баронесса Нежинская, мне положено по рождению положено быть во присутствующих!

Отпихивая высокую девушку с глазами цвета янтаря, в шатер главы академии ввалилась крупная жгучая брюнетка и тут же уселась на кресло для претенденток. Ректор с секретарем были в шоке от подобной наглости, сколько отборов они провели, то такое видели впервые.

— Объяснитесь немедленно, леди, — гневно сверкая глазами, произнес Алекс.

— А вам матушка графиня Шериэнская не рассказывала, что нужно пропускать вперед дам высший сословий? — подняв подбородок, обратилась девушка к ректору.

— Извините, Ваше Сиятельство, — обращая на себя внимание, заговорила девочка, которую потеснила грубиянка. — Я совсем не против уступить первенство леди баронессе, раз ей так хочется. Мне матушка герцогиня Славская всегда говорила, нужно пропускать нуждающихся вперед.

Благодаря янтарной леди ректор немного остыл, но и прощать такое отношение к себе не желал. Секретарь же со смехом смотрел на сидящую леди. В академии все знали, ректора лучше не злить, разнесет к франу и забывай, как звали.

— Что на это скажите, леди? — не называя по титулу девушку, спросил Алексис. — Вы оскорбили особу вышестоящею по рангу иерархии.

— Ой, да ладно! Ну, какая из неё герцогиня, поди бастард, — в очередной раз оскорбляя девушку. — Давайте уже проверяйте мою магию, наверняка у меня какой-нибудь редкий дар.

— Приступим, — поставив рядом с невоспитанной баронессой белоснежный кристалл, который заискрился, и выдал темно-коричневый цвет с зелеными пятнами. — Да… Этого я и ожидал, — принц щелкнул пальцами, образовав портал, из которого вышел огромный орк.

— Вызывали, Вашество?

— Гют, эту леди отправишь в закрытую часть Вилонской Академии. Передашь магистру Мрену, его новая адептка с явными способностями к некромантии, — стальным голосом произнес ректор, он же кронпринц.

— Нет! Меня куда? Что за академия такая? — верещала девица. — Да за меня может сам принц сватался, я вы тут…

— Совсем забыл, Гют, передай записывающий кристалл лорду Мрену, думаю, его порадует то, как умеет общаться его будущая арестантка, — забил последний гвоздь в гроб юной леди Алексис, гневно метая глазами молнии.

Орк быстро взвалил на плечо онемевшую девушку и исчез вместе с ней в портале.

принц Доминик Лайонский

Утро того же дня, ОверХаус

Как же сложно было отпустить мою девочку, расстаться с теми невероятными чувствами, которые вызывало единение наших магических сил. Какой нежностью и счастьем меня накрыло! Моя единственная светилась от нескрываемого восторга, и я вместе с ней.

Хотелось прокричать на весь мир: “Моя! Никому не отдам!” Воспоминания, увиденные мной после ритуала, повергли в шок! Моя малышка и есть Хранительница ОверХауса! Именно ее и должен был отыскать я в старом замке. И найти в Хранительнице свою истинную. Это немыслимо, невероятно!

У меня было отчаянное желание, чтобы время как можно дольше не запускалось! Хотелось ещё побыть в нашем с единственной в мире, где только она и я.

Случившееся потом, я не понял. Моя нежная малышка вдруг превратилась в разъяренную фурию. Было больно слышать ее слова, но я понимал, она увидела в моих воспоминаниях что-то не сильно приятное. Даже обидное для нее.

Только что? Мое истинное лицо, и кто я? Да, нет. Не думаю, что именно это послужило причиной.

Фран!.. Вот прав был отец. Идиот я! И нужны мне были эти ш... слишком активные дамочки? Ну вешались сами на меня. Льстило, может быть, их внимание? Сейчас и сказать сложно. Кем они для меня были? Да никем. Пользовался и забывал. Конечно, был не прав, но при моей занятости иметь постоянную любовницу не получалось. Но разрядка нужна была как воздух.

Как представил, что могла увидеть моя невинная девочка, становилось не по себе. Буду вымаливать прощение у моей единственной.

А интересно, в воспоминаниях моей пары мне показался дорогой братец? Или он и, правда, тут в Овере. Да, интереснее все становится поездка в старый замок.

Пора вновь входить в роль Служителя Талана. Нужно “знакомится” с ненавистным семейством, фран их побери…

***

Меня провели в приемный зал центральной части замка, где вся обстановка давила своей пафосностью. Единственным глотком естественности казался зеленый лес, видневшийся сквозь портьеры.

Лорд Олис восседал с важным видом в центре комнаты, на золотистом кресле, как на троне. Его жена и старшие дочери сидели на диванчиках, с показным величием и превосходством.

— Отец Николос Служитель Светлейшего Талана Амитонского прихода, — представил дворецкий меня.

— Рад приветствовать Вас, Ваша Светлость, — проговорил я хозяину, усаживаясь в кресло напротив того. — Очень приятно было путешествовать по вашему герцогству. С радостью заметил, что вам удалось справиться с упадком. Слава Талану, по пути сюда я уже не видел голодающих и нищих, как это было четыре года назад. На душе становится светло от этих перемен, — проговорил “Служитель Высшего”.

Лицо герцога Олиса пошло пятнами, было видно, он эту тему совсем не приветствует. Да гори синим пламенем все деревни кругом, лишь бы у него был достаток и покой!

— Не настолько все было и плачевно, — начал лорд, краснея еще больше. — Деревни у нас всегда в замечательном состоянии. Не понимаю, о каком упадке и голодающих вы рассказываете, — протестовал и стоял на своем он.

Про то, что герцог говорил вчера первому гостю можно “забыть”. Нужно держать лицо перед Служителем Светлейшего.

— Как странно, я часто проездом бывал в вашем герцогстве, и прекрасно помню его внешний вид, — продолжал “святой милорд”, желая выяснить ситуацию. — И слава Талану, все наладилось!

— Конечно, слава Талану! — опомнился, наконец, хозяин замка.

Младшие леди сидели, чинно сложив руки на коленях, как и подобает юным аристократкам. От вида старшей дочери герцога у меня пошла дрожь по телу, не очень приятная у нас была последняя встреча. Несказанно был благодарен АрхиСлужителю Амитона (столицы королевства Алайонии), за то, что мне помогли попросить благословения у Талана. Иначе в своем истинном виде меня бы тут вмиг женили на Викторине.

— Отец Николос, а расскажите нам, пожалуйста. Вы видите Его Высочество принца Доминика? — с придыханием произнесла старшая дочь лордов, накручивая на милый пальчик белокурый локон.

— Да, юная леди, иногда случается видеть его, — ответил я, изображая интерес к разговору, хотя хотелось бежать подальше от этой “гарпии”.

— Дело в том, что Доминик оказывает мне знаки внимания, — сочиняла Вики дальше. — Думаю и предложение руки не за горами, — выстрелила девица.

После этих слов у меня перехватило дыхание, и легкие сотрясались кашлем. Как же ненавистны мне ее слова! С большим трудом с помощью магии заставил разбушевавшийся организм успокоиться.

— Извините, что-то простыл в дороге, — сгладил свой кашель.

— Да-да, представляете, через несколько лет вы будете вспоминать, как сидели в одной комнате с будущей королевой, — фантазировала и говорила околесицу уже герцогиня, светясь от своей мечты о возможном будущем.

От этих слов у меня в глазах потемнело, хотелось свернуть головы этим глупым выскочкам. Она фактически говорит о смерти Алексиса? Или мы с ней понимает случившиеся слишком по-разному?

— Постойте, но вы говорили про Его Высочество принца Доменика, — жестко сказал я, пытаясь прояснить весь сказанный ею бред. — Но он же не кронпринц! Может объясните свои слова, леди Лукреция, — гневно проговорил я, сжав руками подлокотники дорогого кресла, до хруста дерева. Неужели она совсем не понимает, кому и что говорит? За такие разговоры можно в руки Святой Инквизиции попасть и не только на эшафот пойти!

— Матушка, что вы говорите? Опомнитесь! — услышал я шепот леди Оливии, видимо, она не настолько сумасбродна как ее старшие родственницы.

— Не обращайте внимания, отец Николос, — вклинился в разговор сам герцог, стреляя гневным взглядом на жену. — Это бабья дурь. Что только язык не мелит, — пытался исправить напряженную ситуацию. — Расскажите нам, пожалуйста, с какой целью вы прибыли в наше герцогство, Светлейший. После небольшой паузы я все же успокоился и, войдя опять в роль Служителя Высшего, продолжил:

— Светлейший Талан был очень сильно обеспокоен происходящим в герцогстве, — проговорил “святой милорд”. — И на меня возложена миссия помочь установлению порядка и благоденствия в Оверлийском герцогстве. Оно очень много значит для всей Алайонии, да вы и сами это знаете, зачем я вам это объясняю.

Произнеся эту небольшую речь, я встал, давая понять, что хотел бы покинуть столь гостеприимных хозяев.

— Да, конечно. Будьте нашим гостем, мы всегда рады Служителям Талана, — с трудом проговорил лорд Олис, тягаться со святыми милордами ему было не с руки, слишком много неприглядных тайн имел нынешний герцог Оверлийский. — Наша экономка, мисс Стоур вас проводит в приготовленную комнату. Будем ждать вас к обеду, — старался задобрить он.

Отступление 1

принц Доминик Лайонский

королевский дворец Амитона Лонтон

Пару недель назад

Вчера в Шете опять случился прорыв ткани мира. В который раз пришлось рисковать собой, одновременно латая и уничтожая ту мерзость, что перемещалась с помощью этих дыр. И когда же это закончится?

Вспомнить страшно, творящиеся тридцать лет назад. Постоянные прорывы, толпы темных монстров и порождений мрака. Сколько тогда полегло наших боевых магов, пока Алексис не нашел причину прорывов. И сам залатал огромную прореху в ткани мира.

Казалось, тогда все закончилось, но нет… Небольшие прорывы время от времени приходилось закрывать. А лет девятнадцать назад они стали опять намного серьезнее. Вновь нужно было вкладывать много сил, для уничтожения всех монстров, выходящих из них...

Так и вчера мы выложились без остатка, попался сильный монстр среди разной мелочи. Втроем с ним бились. Одолели с трудом, но довольно серьёзно ранило меня и Роя. В портал вообще не помню, как прошел. Спасибо Джей помог.

Лекари со мной долго возились.

— Ваше Высочество, только неделю назад мы лечили ваше многострадальное бедро. И его же опять и ранили больше всего, — ворчал главный лекарь отца. — Вы совсем не даете организму восстановиться, это отрицательно сказывается на нем. Пора дать себе отдых.

Отсыпался в лазарете королевского дворца примерно часов пятнадцать, не меньше. Ещё бы столько же поспал. Но личный камердинер и секретарь в одном лице передал от отца просьбу о встрече.

Я шел по коридору Лонтона, совсем не замечая величественной обстановки дворца: изящные колонны, стены во фресках великих былых сражений, дорогие финейские гобелены, золотые рамы прекрасных полотен известных художников. Какой-то холодный дворец династии Лайонов, будто это не мой замок, не мой дом. А где же он, “Мой” Дом? Найти бы его… мечты все...

Видеться с Его Величеством удавалось не часто, эти встречи для меня всегда желанны и приятны. Даже когда получал от отца нагоняй за вереницу женщин, окружающих меня. Если догадки верны, то отец вызывал к себе, чтобы сказать ту же самую, постоянно обсуждаемую просьбу…

— Сын, сколько можно слышать про тебя неприятные для нас с матушкой слова! — часто распекал меня папа. — Только и ходят по дворцу шёпотки о твоих подвигах! Пора завязывать с этим! И вообще, тебе пора жениться!

При мыслях о женитьбе у меня заледенело тело. Нет! Ни за что! Вокруг одни охотницы до титула принцессы! Френ их побери! Не мог я представить ни одну из этих девиц своей женой! Да почти каждая фрейлина матери побывала у меня в постели.

Сегодняшнюю ночь мою постель согревала горячая Мариэлла, или Никорелла, вот же… Даже забыл уже, как звали ту жаркую чаровницу. Она в ближайшем будущем выходит замуж за графа Шера. Ну да, не первой молодости лорд. Вот и прыгает его невеста по постелям придворных.

И после этого отец желает, чтобы я женился! Не хочу!

Я зашел в королевскую оранжерею, в ней было немыслимое количество разнообразных цветов и кустарников. Тут были островки с жасмином и сиренью, камелией и рододендронами. Многие цвели круглый год, маги превосходно знали свою работу. Запахи ирисов и гортензий, циний и гвоздик разносились повсюду.

Матушка любила больше всего орхидеи, именно среди них Её Величество часто прогуливалась.

Отец же образовал свой островок отдыха в окружении розово-желтых торий, лепестки, которых переливались перламутром. Это были любимые цветы покойной королевы Славилы Лайонской, моей дорогой Ба. Несказанно жаль, что её уже с нами нет. Вспоминаю, как она говорила: “Именно эти цветы помогут мне найти свою судьбу и любовь”. Сентиментальная была старушка в последние годы. Постоянно твердила мне “Не пропусти Её!”, “Найди Её!” Так и не понял, про кого бабуля говорила.

Папа сидел в большом мягком кресле вишневого цвета, казалось, он задремал. Но стоило мне подойти, как он открыл глаза и встрепенулся.

— Доминик, рад видеть тебя, — улыбаясь, сказал Его Величество, жестом приглашая меня присесть в соседнее кресло. — Как бы тебе ни хотелось, но разговор предстоит серьезный. Пора заканчивать с этими девицами!

— Но, папа... — пытался возразить я.

— Подожди, дай договорить! — не дал он мне и слова сказать.

— Почему-то мне иногда кажется, слухи они специально распускают! Чтобы завлечь тебя в силки женитьбы, — продолжал он. — Я понимаю, ты мужчина в расцвете лет. Тебе просто необходим секс, но подобные разовые отношения пора заканчивать!

— И что ты мне предлагаешь? — спросил я, еле сдерживаясь, как же надоели подобные разговоры. — Найти одну постоянную любовницу, содержанку?

— Не совсем это я бы хотел от тебя, сын, — возразил папа. — Тебе необходимо жениться, — твердо сказал свое слово Его Величество.

— Отец! Но я не вижу в ближайшем окружении девушки, которую захотел бы назвать своей женой! Вот скажи, зачем мне жениться на женщине, что побывала в постелях всего двора?

— Не может быть того чтобы в нашем дворе не было ни одной нормальной, чистой девушки... — удивился отец. — Да что-то я выпустил из вида нравственный облик наших фрейлин. Нужно поговорить с Её Величеством, да обновить к франу весь состав этих девиц!

— Матушка на их шалости смотрит сквозь пальцы. Тебе понятно, что не до женской половины двора, ты постоянно занят. Кабинет обжит тобой намного больше, чем королевские покои. Давно пора переложить ещё часть своих обязанностей на Алексиса! — раздраженно выпалил я.

По мере сил мы с братом помогали отцу, заседали в Королевском Совете, вели по несколько направлений министерств.

Я почти семь лет как работал в отделе Внешней Канцелярии, да вместе с командой боевых магов латал появляющиеся прорывы.

Брат учил адетпов в Амитонской Академии Магии, дослужился до ректора. Алекс основательно повернут на науке и магии, в последние годы постоянно что-то ищет, но не говорит что именно. Как-то давно мы с ним мало общались.

— Как ты оставишь на Алекса Алайонию? — спросил я.

Как бы ни хотелось нервировать отца в редкие минуты отдыха, но высказать свое мнение я не мог:

— Пора ему помогать тебе намного больше, чем он это делает сейчас!

— Ситуация далеко не проста, сын, — тихо ответил папа. — Да и твой брат много делает того, о чем ты не знаешь. Как же все взаимосвязано!.. Да, он станет следующим королем, очень надеюсь, это случится не скоро! Но… Ты же в курсе, без единства Алайонии, без сильных магических нитях королевство слабо! — обеспокоенно проговорил Его Величество.

— Все понимаю. Прорывы ткани мира ослабляют и нас, и весь мир. Тянется к нам мерзость одна. Вчера один из нападавших был очень силен. Лекари меня отругали уже за безрассудное отношение к своей жизни, и вашим с матушкой нервам.

— Тут они высказали и мое мнение. С каждым разом все сложнеё мириться с этой стороной твоей жизни, — обеспокоенно согласился папа.

— Извини, но пока я нужен в НЭДе. Мои ребята не справляются одни, каждый боевой маг на счету, — пытался объяснить я. — А вообще, хотелось бы понять, как прекратить уже эти прорывы темных?

— Ты думаешь, я просто так просиживал над книгами в старой части библиотеки? — продолжал рассказ отец. — Я искал причину происходящего. Четыре года назад все было совершенно безнадежно! Ещё бы немного и королевство ждал бы крах! Магические нити иссякали, я не мог понять, куда уходила их энергия.

— Да, я помню...

В то время назревал конфликт между ледяными и северными эррами. И нам тогда грозила война с гоблинами, и гномы не отставали, постоянно нападали на наши приграничные городки. В мире много бед и катаклизмов. Множество усилий было приложено нашей Канцелярией, сколько полегло агентов, чего только стоил тот шаткий мир.

— В то время Кристалл Друидов с трудом справлялся с ситуацией, его сияние слишком часто мерцало. Он не мог питать магические нити королевства в полную силу. Сейчас его свет стал более ровным, но все же очень тусклым…

— Папа! Но почему ты раньше об этом не говорил? Все серьезней, чем я думал! — спросил я, подскочив с кресла.

— Мы с Алексисом искали причину происходящего, но... И ещё в последнее время магов рождалось очень мало, словно куда-то уходила вся магия королевства... — невесело продолжал отец. — Словно там она нужнее, такие невеселые мысли возникали.

— Но папа, разве бывает что-то более нужное для Алайонии, чем Кристалл Друидов, магические нити и рождение магов? — спросил я, нервно расхаживая по светлым плиткам оранжереи.

— Ты сядь, не метлиши. Налей-ка нам по бокалу моего лучшего коллекционного лурийского вина, разговор предстоит непростой... 
Выпив любимый напиток, отец продолжил:

— А знаешь, сын, когда я задал себе этот вопрос, тогда и понял на него ответ. Осознал в чем первопричина сегодняшнего коллапса, — удивил меня Его Величество. — Скажи, что ты знаешь о герцогстве Оверлийском?

— Да ничего хорошего! Старый маразматик герцог, да выводок его дочек... — нервно ответил я, вспоминая последнюю встречу с леди Викториной Оверлийской, старшей дочерью герцога Олиса Оверлийского.

Да приятного мало. Она затащила меня в отдельный кабинет и повисла на мне, откровенно предлагая себя. Как только, Талан отвел! Сумел отвертеться от девушки, перед великим явлением в комнату её папаши, прихватившего для поддержки несколько вельможных особ.

— Нет, я спрашиваю про само герцогство! — внимательно глядя на меня, уточнил папа.

Сколько ни думал, в мыслях крутились нынешние герцоги, ну и противное семейство!

— Пап, ну не могу вспомнить ничего про само герцогство. Хотя вроде что-то с замком связано, — предположил я.

— Верно, все зациклено на ОверХаусе. Так называют этот старинный замок, — усевшись поудобнее, рассказывал Его Величество. — Информации по нему почти нет, нашел с огромным трудом крупицы. И самое интересное в том свитке говорится, будто замок “живой”.

— Но это же миф! Слышал, раньше они существовали, но уже давно исчезли из нашего мира, — в недоумении проговорил я.

Тория Оверлийская

Настоящее, тот же вечер, ОверХаус

Я прошла по скрытым коридорам в классную комнату Луизы, так как там сейчас занимаются мама Ира с Лу. Пользоваться этим потайным ходом мы стали совсем недавно. Домовые расчистили и привели старые проходы в действующие состояние. На стенах повесили новые магические светильники, не требующие частой подзарядки. По своей инициативе верные помощники сделали их разноцветными, что очень обрадовало меня. Удивили меня и указатели, таблички, показывающие, куда ведет данный переход. Иногда это было совсем не лишним, ведь эта сеть потайных ходов пронизывала весь замок.

Зайдя в классную комнату, увидела, как сестренка сосредоточенно что-то выводит грифелем в тетради. Двенадцатилетняя девочка, ещё не девушка, но уже будущая грациозная лебедь. Представляю, какой ослепительной красавицей скоро станет наша Луиза.

— Тори, что случилось? — увидев меня, озабоченно спросила мама, я ведь никогда раньше не прерывала её занятий.

— Мамочка, я встретила своего единственного, истинного, — выпалила, прижавшись к родному плечу.

— Не поняла, ты не рада? — спросила она, гладя мою напряженную спину. — И почему моя девочка плакала?

— Ну… Я с ним сначала ритуал Единения сил и магий прошла... А затем очень расстроилась, увиденным в его бывшей жизни, и… Вспылила. Наверное, очень обидела его, — печально смотря на маму, закончила рассказ.

Хотелось, чтобы как в детстве, с её лаской исчезли все невзгоды.

— О Светлейший Талан! Как такое возможно? — удивленно проговорила леди Ираида, внимательно глядя в мои мокрые от слез глаза. — Тория, ты прошла ритуал Единения! А после поругалась с женихом, — мама Ира села на стул и многозначительно посмотрела на меня. — Моя девочка выросла.

— А почему с женихом-то? — в недоумении спросила я.

— Ну, допустим, потому, что после подобного ритуала пара считается помолвленной.

— Вот напасть, он и жених мне теперь, — опять загорелась, мне хотелось немедленно выяснить этот вопрос. — Как такой возможно? Я этого мужчину увидела первый раз сегодня утром! Ну, Тигруля! Ну, удружил! — металась я по комнате, представляя наш разговор с ним.

— А при чём здесь Дух ОверХауса? — спросила Луиза, тихо слушавшая нас до сих пор.

— Так это он провел этот ритуал, с согласия Светлейшего Талана, — ответила я.

— Что?.. — спросили Лу с мамой в голос.

— Ну да, с согласия... или как там было сказано... — вспоминала я фразу. — “На правах Хранителя Слова Светлейшего Талана объединяю ваши жизни в одну”. Вот как-то так и сказал наш Тигр.

— Девочка моя… — выдохнула родительница.

— Что?..

Луиза же закрыла рот, но по искрящимся глазам было видно, как она смеётся.

— Тори, поздравляю! Ты сегодня замуж вышла! — светясь озорной улыбкой, выдала девочка.

— Ты уверена, Лу? — спрашивала я, с надеждой на то, что сестренка, может быть, ошибается.

— Уверена, я недавно книгу читала по ритуалам.

— Интересно, а зачем тебе понадобилась подобная книга? — удивленно спросила леди Ираида.

— Да, просто попалась в библиотеке. Чуть ли сама не прыгнула в руки, — пожимая плечами, ответила девочка.

— Детка, — опять обращалась мама ко мне. — А чем успел обидеть тебя твой мужчина, “которого ты увидела только сегодня утром”, — с интересом спросила она, повторяя мои слова.

— Ну… Понимаешь… — смущаясь и косясь на юную Луизу, отвечала я. — Во время ритуала мы обменялись воспоминаниями о своем прошлом. Я “рассказала” о том, кто есть на самом деле, о вас всех, об Овере. А он “показал” свое настоящее имя, чем занимается в королевстве. Но и многочисленных женщин, те нежности, которыми осыпал их… Случайно я “увидела” и то, что они творили в спальне… — мои щеки были как яркими свекла, от смущения не знала куда деться.

А тут ещё и Лу с вопросом:

— А что они делали там?

— Вырасти сначала, и узнаешь, чем занимаются взрослые за закрытыми дверьми, — со смешинкой в глазах ответила мама Ира, давая понять малышке “мала ты ещё для такого”.

— Как всегда! — Лу встала “в позу”, надув свои щечки, да метая глазами гневные искры. Хорошо девочка быстро отходчивая, надолго её обид никогда не хватало.

— Доченька, но какой же мужчина без “багажа” любовниц? — теперь и мама повторяла слова Олли. — Ну, были они у него и что? А зато сейчас ты у него будешь одна!

— Это как? — мои глаза загорелись надеждой.

— Уверена, что ритуал проводил Светлейший Талан! Дух Дома был только проводником его воли. И мужчин после подобного ритуала… — слегка помолчала, глядя на ловившую каждое слово девочку, а затем тихо закончила. — Ну не захочет твой муж никого кроме тебя, и всё.

****

принц Доминик Лайонский

Тот же вечер, ОверХаус

Экономика всё с тем же безразличным выражением лица проводила “отца Николоса” в отведенные для него покои.

— Располагайтесь, милорд, я пришлю служанку через полчаса, — сказала мисс Стоур, перед тем как покинуть комнату.

Я осмотрелся, вполне приличные покои, выдержанные в зеленом цвете. Гостиная наполнена удобной мебелью, мягкий диван, пара кресел, все обитое темно-зеленой кожей. Красивый резной столик, ваза с розово-красными герберами на ней.

Выйдя на балкон, увидел прекрасный сад, раскинувшийся под ним.

Эта красота может соперничать с королевскими садами всеми вместе, каких только растений тут нет, невероятный запах цветов наполнял мои легкие. Надеюсь, отец с матушкой, когда-нибудь смогут увидеть эту красоту, с улыбкой подумал я.

Присев на диванчик в тени цветущей магнолии, вспомнилось то, что случилось со мной сегодня.

Настолько ушел в свои мысли, и не заметил появления невысокого мужчины, одетого в странный темно-синий фрак с золотыми отворотами.

— Добро пожаловать в ОверХаус, Ваше Высочество, — произнес мужчина кланяясь. — Меня зовут ВерДом, я главный домовой ОверХауса, — представился он.

— Домовой? — с удивлением смотрел я на визитера. Как он узнал кто я? Чем грозит раскрытие инкогнито? Хотя плохого от небольшого мужчины я не чувствовал.

— Совершенно верно! И, да, домовые существуют! — рассказывал визитер. — Многих вы, конечно, не увидите. Не все ещё проснулись, только нужные на этом этапе восстановления Дома. Допустим, дети и внуки наши ещё спят, не к чему пока шумные баталии, что они когда-то устраивали.

— Как интересно, а вы всем гостям замка это рассказываете? — не мог не спросить я.

— Конечно, нет. Даже нынешние герцоги не знают о нашем существовании, — с улыбкой объяснил ВерДом.

— Тогда почему мне показался?

— Так это просто! Как не показаться мужу нашей Хранительницы? — светясь улыбкой, выдал домовой.

— Мужу? Когда это мы с Викторией успели пожениться? — посмотрел я с недоумением и недоверием на говорившего, как я думал, невозможные вещи.

— А как только переступили порог Овера. Помните обряд, проведенный Духом Дома? Ритуал Единения сил и магии, — разъяснял мне ВерДом. — Вернее, слова: “На правах Хранителя Слова Светлейшего Талана объединяю ваши жизни в одну”?

Вот тут я задумался. А ведь точно! Со всей этой нервотрепкой, и ссорой с единственной, выпустил из вида самое важное: слова ритуала.

Я женился на своей маленькой принцессе! Это феноменально!

Потешался над самим собой. Как я тот, который ещё пару дней назад мечтал только о том, чтобы отвертеться от женитьбы, сейчас уже счастлив от одной этой мысли!

Да, посмеётся, наверное, Его Величество.

— Дух Дома просит простить его за такое вмешательство в вашу жизнь, Ваше Высочество, — опять кланяясь, заговорил вновь домовой. — Но выхода не было. Тории нужна была ваша защита. Скоро у неё начинается очень сложный этап в жизни. В этот раз передача Хранительнице Хауса может пройти с сюрпризами, — ВерДом оглянулся, посмотрел куда-то. — Мне пора, свою миссию я выполнил. Сюда идет Тори. Она, конечно, уже немного успокоилась, но… малышка всегда была горячей. Пожалуйста, попытайтесь объяснить всё нашей любимой Хозяйке.