Хроники Фадаркам

Анре́д медленно шел вдоль казармы, принадлежащей храму. Cтены её хранили в себе множество тихих молитв и таинственных историй. Шаги мужчины отзывались в тишине лишь эхом, мягким и печальным, отражая его внутренние переживания. 

Мысли его витали далеко от этого священного места, устремленные к магистру ордена, призвавшего его в столь поздний час. Тревога затаилась в сердце паладина, когда он представлял, что его ожидает. Прикосновения тусклого света факелов казались мягкими, обволакивая его тело, но  едва ли могли развеять мрак, заполнивший его разум . Взгляд скользил по стенам, украшенным каменными изваяниями святых героев, но даже они не могли отвлечь его от волнений перед предстоящим разговором.

Знакомый мягкий голос вырвал Анреда из раздумий:

- Доброй ночи, Анред! –  это был его сводный брат и второй офицер их храма, Клау́с. Что за дело потребовало их совместного присутствия?

– Доброй, Клаус... Что стало причиной вызова магистра?

– Без понятия, но, судя по всему, ситуация срочная –  он зовет лишь нас.

Они приблизились к двери,  постучали и,  получив приглашение, вошли внутрь. За столом,  залитым вечерним светом, находился Ду́нкан - их отец и магистр ордена, - погруженный в свои мысли. Он изучал документы, лежащие перед ним, на его лице читались сосредоточенность и серьезность происходящего.

– Рад видеть, что вы оба пришли так быстро! –  произнес он с теплом  голосе,  но его глаза горели строгостью.

– Что-то случилось, отец? –  с тревогой спросил Анред.

— Мне нужно ненадолго уехать из Джака́ра, — твёрдо сказал Дункан. –   Я возьму с собой пятьдесят братьев. Анред, ты примешь командование. Клаус, ты будешь ему помогать.

–  Магистр, что вызвало такую необходимость? — спросил Клаус, настороженно глядя на наставника.

– Война. Северное королевство вторглось в земли Союза и жжёт деревни. По уставу мы могли остаться в стороне, но Церковь требует помощи. Нужно эвакуировать людей и защищать их до прибытия войск объединений. И только потом мы сможем вернуться обратно. Вам предстоит держать город в обычном режиме с оставшимися в вашем распоряжении силами.

– Но, магистр, - возмутился Анред, умело сдерживая отчаяние в голосе. - Это всего лишь двенадцать братьев, не считая меня и Клауса!

– Я знаю, –  произнес Дункан, –  но мы должны делать то, что до́лжно. Даже с малым составом мы можем оказать помощь там, где это необходимо.

Волнение сжало грудь Анреда. Он привык отвечать только за себя — теперь же на его плечи легла ответственность за других.

– Мы справимся, –  произнес он, стараясь придать уверенность своим словам. –  Мы сделаем всё возможное.

Клаус кивнул, но выражение его лица давало понять:  он осознает всю сложность ситуации.

– Я в вас верю. Не только как в братьев-паладинов, но и как в своих детей. Остальным я сообщу утром.
С этими словами магистр вышел из кабинета. Анред же стоял, чувствуя, как грудь сдавливает тяжёлый груз — теперь всё решал он.

Невысокий темноволосый мужчина с осторожным шагом пробирался по улочкам Кормирана, небольшого портового города, который даже в спокойные времена не пустел. Сегодня же, в условиях тревоги, когда мир сотрясали волнения и беспорядки, здесь царила полная суматоха. Куда ни глянь, переполненные прилавки сияли яркими красками; местные торговцы предлагали всевозможные товары — от свежих овощей до экзотических специй. Но атмосфера была далеко не радужной: рынок сжимался в тесном кольце, и казалось, что даже дышать становится трудно.

Импровизированные палатки прорывались сквозь толпу, где люди, сбившись в группы, делились последними новостями, помогали друг другу и искали защиту от бродящих по улицам преступных элементов. Все гостиницы, таверны и постоялые дворы были запружены гостями, которым негде было переночевать. Мужчина маневрировал среди мчавшихся мимо людей, проходя мимо беженцев, расположившихся у прилавков, над которыми все еще витал аромат пряностей, смешивавшийся с менее приятными запахами отходов.

Он уверенно шагал, погруженный в свои размышления, не замечая окружающего хаоса. Мысли о том, правильно ли было покинуть своих товарищей и отдалиться от неё в этот трудный момент, мучили его. Каждое новое осознание навевало страх: возвращение означало нарушить обещания, данное когда-то с полным сердцем. Несмотря на эту внутреннюю борьбу и мрачную обстановку вокруг, на лице мужчины сохранялась легкая улыбка.

Не дойдя до ближайшего кабака, он уткнулся в двери с вывеской, в которой аккуратно вырезанными буквами было написано: «У Серебряного Качана». Внутри царила такая же суматоха, как и на улице: шум, разговоры, смеющиеся и плачущие голоса смешивались в одну какофонию. Люди занимали каждый уголок заведения, кто-то безмолвно спал на полу, а на столах места едва ли хватало. Он направился к стойке, где за ней стоял высокий мужчина средних лет, устало сдвинувший темные волосы с лба. Воспоминая слова своих наставников, он напомнил себе: «Будь вежлив с людьми».

— Здравствуйте… э… добрый день.

— Ха! Что надо?

— Могу я узнать, где здесь можно найти место на корабле для отправления?

— Иди в порт. Сейчас за деньги всех берут. Только цены на пассажиров высокие, а на грузовые – меньше, но без удобств. Или подожди, пока гвардия не придет, чтобы сопроводить подальше от седава.

— Возможно, у кого-то из них требуются работники? Может, матросы или охранники?

— А как же, нужны. Только смотри по себе: ты ни на матроса не похож, ни на охранника. Если работать не можешь, никому ты на корабле не нужен.

— Уверяю вас, я весьма способный, несмотря на внешность.

— Тогда шагай вниз по улице, пока не упрешься в монумент. От него к портовым управлениям, там людей набирают.

— Большое спасибо за информацию.

— Не за что. А теперь проваливай от седава, если ничего брать не собираешься!

Следуя указаниям, он благополучно добрался до управления. Снаружи данное сооружение выглядело несколько потрепанным — трехэтажное здание, которому явно не хватало ухода. На подходе к управлению величественно возвышались ворота, украшенные резными фигурами русалок, а над входом красовался изящный деревянный барельеф, изображающий корабль, бороздящий бушующее море. Переступив порог, он оказался в просторном холле, где напротив входа высятся лестницы, спускающиеся вдоль стен в широкое главное пространство. На середине этажа марши сливаются в один и ведут на второй этаж. Между боковыми пролетами в зале величественно возвышалась массивная деревянная стойка, а в самом зале располагались столы, окруженные удобными деревянными стульями. За некоторыми из них сидели суровые мужчины, обсуждая что-то, перебивая друг друга угощением. Несмотря на внушительные размеры, внутри было удивительно пустынно, и никто не проявлял особой суеты. К удивлению, внутреннее убранство выглядело гораздо лучше, чем внешняя оболочка.

За стойкой находилось несколько работников, сортирующих бумаги. Увидев приближающегося мужчину, одна из девушек обратила на него внимание.

— Чем могу помочь? – спросила она с легким интересом.

Он поспешил подойти к стойке, словно эта встреча могла решить все его беды.

— Да, я слышал, что здесь набирают людей на корабли, – произнес он с надеждой.

— На данный момент восемь кораблей готовятся к отплытию и ищут экипаж. Расскажите, чем вы умеете заниматься, или какая роль на корабле вас интересует? – продолжила она, наводя ясность.

Он уверенно ответил:

— Я готов выполнять любую работу, лишь бы мне показали, что делать, но лучше бы, конечно, роль охранника на корабле.

Она окинула его оценивающим взглядом. Этот невысокий молодой человек в свободной, но аккуратной одежде с изображением золотой змеи выглядел скромно, ни что не выдавало в нем опытного воина— белая рубашка с высоким воротником, расстегнутая строгая прямая куртка и широкие черные штаны. По диагонали его туловища пересекал ремешок, за спиной крепилась тонкая дубина с небольшим утолщением на конце, рукоять и предполагаемая ударная часть были обмотаны тонкими полосками кожи.

— Охранника!? – с недоумением переспросила она.

— Да, это было бы лучше всего! – подтвердил он с искренним рвением.

Женщина вновь взглянула на него, теперь с сомнением, и углубилась в воистину огромную книгу, лежащую перед ней.

Почему же она так на меня смотрит?

— В данный момент есть один корабль, который ищет дополнительную охрану. Поднимайтесь на второй этаж, прямо по коридору до окна, правой рукой дверь, – произнесла она, возвращаясь к своим делам.

— Спасибо! – ответил он, чувствуя прилив надежды.

С хорошим настроением он направился на второй этаж и постучал в нужную дверь.

— Входите! – раздался голос из-за двери.

Войдя, он оказался в небольшом, но просторном кабинете, где то тут, то там стояли стопки бумаг. Напротив входа находился Т-образный стол, а по бокам торчали два человека, склонившихся над картой. Во главе стола сидел седой мужчина, который непрерывно перебирал документы, постоянно что-то подсчитывая. У двери в углу безмолвно сидел высокий и широкоплечий человек крепкого телосложения, явно готовый заступиться за своего начальника в любой момент.

— Меня сюда направили, так как сказали, что набирают людей, – произнес он с лёгкой улыбкой на лице.

Седой мужчина бросил на него быстрый взгляд и вновь углубился в свои бумаги.

— Матросы уже не нужны! – отрезал он с деловитым тоном.

— Но меня сюда направили, потому что сказали, что здесь ищут охранников, – не отступал он.

Мужчина приподнял бровь, глядя на него серьезно:

— Место охранника у нас одно, нужен человек, который сможет усмирить пассажиров и, при необходимости, защитить корабль от пиратов. Вы совсем не похожи на такого человека!

— Почему? У меня есть свое оружие! – произнес он, уверенно поглаживая свою дубину.

— Палка!? Ха! Ну да, грозное оружие. Грегор, выведи этого шутника! – произнес он с пренебрежением, обращаясь к мужчине в углу.

Грегор, высокий и на две головы выше, поднялся и направился к Артуру. Приблизившись, он вытянул руку, намереваясь схватить его, но тот, с ловкостью, уклонившись, переместил руку за спину Грегора, схватив его за запястье, затем ударил ногой под колено, заставив сильного мужчину упасть на одно колено. Грегор почувствовал сильное сдавливание на запястье и шее, а также резкую боль.

— АААААЙЙЙ!! БОЛЬНО! – закричал он, издавая вопли от невыносимой боли.

— И должно быть, – спокойно произнес его противник. – Это же болевой захват. Тут без боли не шевельнуться, а если и попытаешься, я сломаю твою руку быстрее, чем ты успеешь что-то предпринять.

Трое мужчин за столом прикипели взглядом к развернувшейся сцене.

— Ай-яй-яй-яй! Да я понял, отпусти уже! – задыхаясь произнес Грегор.

Седой человек встал и облокотился на стол.

— Как тебя звать, парень?

— Артур Азат! – произнес он без колебаний.

— Артур, меня зовут Вингем, я старпом капитана торгового судна «Лучезарная». Будь добр, отпусти Грегора.

Соблюдая спокойствие, Артур отпустил Грегора, который встал, потирая запястье, и вернулся на свое место.

— Артур, мы плывем за горный хребет на юге через туманные воды и обратно. Охранникам платим десять сонтар в неделю плюс обед.

— О, да, мне всего-то за горный хребет на юге добраться нужно, – откликнулся Артур, проясняя свои намерения.

— Тогда три сонтара по прибытию, – добавил Вингем.

— Я согласен, а палкой помахать не надо? Ну, там убедиться, что я сражаться могу! – уточнил молодой человек.

— Нет, не нужно. Поверим на слово, – сказал Вингем с усмешкой.

Артур думал, что будет сложнее, но главное — место его.

Вингем взял лист бумаги со стола, что-то записал, вложил его в конверт и запечатал восковой печатью.

— Вот, возьми это письмо. Отдашь матросу, который продает билеты на «Лучезарную», – произнес он. – Тебя проводят к капитану, он расскажет тебе подробности. В порту стоит трехмачтовый корабль с фигурой девушки, смотрящей вдаль, на носу — это и есть «Лучезарная». Мы бы тебя провели, но нам нужно успеть еще много дел, до отплытия.

Артур, быстро схватил конверт, чувствуя, как в нем пробуждается бодрствующее возбуждение.

— Огромное спасибо! Прямо сейчас направлюсь туда, — произнес он с явным энтузиазмом.

С довольной улыбкой он покинул кабинет. Спускаясь по лестнице, его окликнула миловидная девушка, сидевшая за стойкой:

— Как все прошло?

— Отлично, меня взяли! — ответил он, не скрывая своей радости.

Улыбка девушки сменилась на удивление.

— Серьезно!?

Почему она все время так удивляется? Несмотря на то, что Артур уже успел привыкнуть к подобным реакциям, он не мог скрыть своей удовлетворенности. Показав конверт, он увидел, как её глаза расширились в немом потрясении.

— Да, спасибо вам за помощь!

Она проводила его взглядом до двери, пораженная его успехом, и, казалось, в голове крутились вопросы — что именно Артур сделал, чтобы его приняли на работу?

Выходя из управления, он направился к монументу — значительной достопримечательности города. Прямая широкая улица вела к причалу, где суда различных размеров стояли на приколе. На причале царило живое оживление — толпы людей, пытающихся покинуть город, выстраивались в длинные очереди к каждому судну. Снующие между ними матросы и торговцы несли ящики, мешки и бочки, придавая этому месту очередной виток беспорядка.

Нужно было найти подходящий корабль. Артур поискал глазами возможность подняться выше и оглянуться. Неподалеку он заметил трехэтажное здание с внешней лестницей, ведущей ко второму этажу. Взобравшись по ступенькам, он окинул взглядом причал. После нескольких минут наблюдения он заметил «Лучезарную», стоявшую на краю причала. Осталось лишь пробраться к нему.

Спустившись вниз, Артур втиснулся в громадный поток людей, стараясь держаться как можно ближе к желаемому кораблю. Это заняло немало времени, и в шторме человеческих тел, он чувствовал, как его постоянно откидывают назад или уводят в сторону.

Добравшись до нужного причала, он пробрался мимо очереди, ловя недовольные взгляды окружающих. Подойдя к огромному матросу, стоявшему за деревянной трибуной, Артур собрался с духом:

— Добрый день. Это «Лучезарная»?

— Да. Чё надо, парень? Если билет хочешь купить, в очередь становись, ты не единственный.

— У меня есть письмо от Вингера, я ваш новый охранник.

— Чё? Серьезно? Дай глянуть!

Артур протянул конверт. Матрос, распечатывая его, начал вчитываться, а стоящий в очереди мужчина не выдержал и начал недовольно хмуриться.

— Да сколько можно! Я тут с утра стою!

— Постой ещё, не видно, что дело важное. А то сейчас в конец очереди пойдёшь.

— Да как вы смеете! Вы знаете, кто мой хозяин!

—Харэ жужжать! Артур ты же охранник, пусть он успокоиться.

Артур закатил глаза и выдохнул, сделав резкий шаг, он выбросил руку вперед и пальцами схватил мужчину за ключицу. Мужчина, стиснув зубы от боли попытался ударить Артура, но тот ушел от удара крепче сжав пальцы.

—УНННААА! Ах, ты мелкий!

Матрос был погружен в чтение, тогда Артур подчеркнул:

— Успокойтесь, это не займет много времени. Ваши истерики только затягивают ожидание. Вы понимаете?

Мужчина резко попытался вырваться, но Артур сжал пальцы ещё сильнее.

— УГХАА.

— Если я сожму их еще крепче, останется синяк, поэтому задаю вопрос еще раз. Вы понимаете?

— Ннндаа!

— Вам не сложно подождать пару минут, пока этот молодой человек дочитает письмо?

— Ннет, нне сложно! — выдавил тот сквозь злость.

Артур разжал пальцы и повернулся к матросу, получившему явное удовольствие от происходящего. Он указал в сторону корабля, где наблюдало пятеро рослых мужчин, притянувшихся к крику.

— Гафур, отведи этого парня к капитану и передай ему это письмо.

— Будь исполнено!

С корабля спустился смуглый парень с орлиным носом и широкой улыбкой.

— Пойдем, парень, я провожу тебя к капитану.

Артур, следуя за Гафуром, заметил, что с матросами он выглядел как бы ниже и менее внушительно, чем ему казалось. По сравнению с остальными, он, выглядел явно мелковато.

На корабле они направились к каюте капитана. Гафур постучал в дверь.

— Капитан, можно войти? Пришел новый охранник с письмом от Вингера.

Из-за двери прозвучал громкий басистый голос:

— Входи.

— Капитан, это наш новый охранник, вот письмо от Вингера.

— Спасибо, Гафур, оставь нас.

— Да, капитан!

— Меня зовут Орланд, я капитан данного корабля.

— Артур Азат, — представился он, чувствуя важность момента.

Капитан жестом указал на деревянный стул. Внутри каюты было скромно, а сам капитан, пожилой и в хорошей физической форме, выглядел серьезно и сосредоточенно. Лицо его было обрамлено мелкими шрамами, создавая впечатление, будто он познал множество сражений.

— Артур, какова твоя цель работы на корабле и что Вингер рассказал о тебе?

— Странно, — произнес он, размышляя.

— Что именно?

— Все, с кем я говорил о должности охранника, смотрели на меня с удивлением. Вингер даже хотел меня выпроводить, а вы, похоже, спокойны, хотя, возможно, думаете так же, но виду не подаете.

— Да, ты, мягко говоря, не похож на бравого воина. Мелкий, худой… Впечатление вызывает другое, но я за свои годы встречал много таких, кто оказался гораздо сильнее, чем казалися.

Капитан, облокотившись на стол, внимательно вгляделся в глаза Артуру.

— Встречаясь с тобой, я уже заметил, что ты оценил пространство. Ты стоишь сбоку от Гафура, по сути закрыв ему возможность тебе потерять его из виду. Не смотря на твою расслабленную позу, твоя поза говорит о твоей готовности к действиям в любой момент… Так давай вернемся к делу, — подытожил капитан.

— Я хочу добраться до границы Альянса. Наиболее быстро это можно сделать на корабле. Вингер сказал, что у меня билет в один конец до горного хребта, но подробности расскажите мне вы.

— Отлично. Мы торговое судно, но из-за войны товаров здесь немного, чтобы не плыть в пустую, мы забираем людей. У нас не пассажирское судно, удобств мало, и среди экипажа охранников почти нет. В вашем распоряжении будет еще трое охранников. Ваша задача — следить за порядком на борту, чтобы пассажиры не отвлекали экипаж от работы, а в случае нападения пиратов, защищать судно. Дежурить будет по двое. Для вас, охранников, выделим отдельную каюту. Устраивает?

— Вполне!

— Поскольку мы еще не подготовили вашу каюту, вам стоит поискать, где провести ночь. Завтра в десять утра — отплытие. Я предупреждаю, ждать мы не будем.

Поднявшись и направляясь к двери, Артур усмехнулся.

— И да, Артур.

Он остановился и обернулся.

— Добро пожаловать на борт!

— Спасибо!

Улыбнувшись капитану, Артур покинул каюту. На выходе к нему снова обратился матрос с трибуны.

— Уже уходишь, парень?

— Да, поищу, чем заняться до отплытия.

— Удачи! И не опаздывай.

— Да, капитан предупредил, никого ждать не будут.

Боюсь, что удача мне не поможет — подумал Артур. Его желудок взревел, словно кит, разрушающий тишину.

Он пробирался сквозь толпу бурча себе размышляя о сложившейся ситуации — Где мне ночевать? Постоялый двор, трактир, ночлежка — все стоит денег. Где их взять? Можно спать на улице, на брусчатке, рядом с лужами? — Волна отвращения пробежалась по его телу. Лучше в лесу или в поле, чем рядом с одной из этих неизвестных луж.

Покинув город, он вскоре нашел небольшую поляну и, скрестив руки на груди, закрыл глаза.

— Давайте сначала решим проблему с провиантом, что я умею. — Ощущая досаду, он вздохнул, беря себя в руки. — Ничего! Я… ничего не умею, кроме как сражаться. "Совершенствуйся, тренируйся, познавай себя…" Даже неясно, что можно есть в лесу, а что нет! Успокойся, всегда можно поесть мяса.

Он достал из-за пояса небольшой нож, принял удобную для метания позицию и напряг слух.

— Пусть я и не умею выслеживать добычу, но терпения мне не занимать.

Подождав около получаса, Артур наконец услышал шорох. Судя по звуку, это что-то небольшое. Как только оно стало ближе, он задержал дыхание в ожидании.

— Лишь бы не крыса, — промелькнула мысль.

Собравшись перед броском, он метнул нож…

На окраине леса, примыкавшего к картофельному полю, у костра сидела девушка-гном. Рядом с ней лежал её верный спутник — медведь. Их взору открывался удивительный пейзаж: солнце, садясь, будто нарочно останавливалось на горизонте, заливая город за холмами переливами света всех оттенков заката. Небо постепенно темнело, и на фоне черного силуэта городских стен один за другим зажигались огоньки окон. Казалось, сам город становился таинственной вырезкой на фоне ослепительного лучистого золота.

Полюбоваться на столь впечатляющую картину девушка могла бы еще долго, но идиллия природы и уюта была прервана. Медведь вдруг поднялся на лапы, навострил уши, и его густая шерсть ощетинилась. Гулкое рычание ясно давало понять, что что-то нарушило покой.

— Зев, что там? — тихо спросила она, не отводя взгляда от леса.

Девушка встала на ноги, неловко сжав в руках серп — малоэффективное, но привычное для неё орудие. Из-за зарослей медленно и почти бесшумно вышел человек. Молодой парень, не слишком высокий, с обветренным, но спокойным лицом. Его руки были подняты вверх, а в них — добыча: туши зайца, змеи и двух крыс.

— Добрый веч… — начал было он.

Но девушка, напряженная, как натянутая тетива, мгновенно перебила его:

— К-кто ты такой?! — голос её дрожал, но она изо всех сил старалась держаться.

Парень, заметив, как она стоит слишком широко расставив ноги и с трудом удерживает серп, лишь чуть заметно прищурился. Гномка выглядела комично: хрупкая и маленькая, не выше метра, с зелеными волосами, словно у изумрудной травы, и необычной кожей, отдающей травянистым оттенком. Туника из простого льна была завязана красными лентами на рукавах, её заправленные в сапоги штанишки казались почти детскими, если сравнить их с тем, как уверенно рядом возвышался медведь. Зверь, даже находясь на четырёх лапах, был почти одного роста с хозяйкой.

— Меня зовут Артур, а как зовут тебя, девочка? — спокойно спросил он, стараясь не делать резких движений.

— Я не девочка! — резко ответила гномка, чуть привстав на носочки, будто пытаясь казаться выше. — Мне двадцать два, и зовут меня Идэ! И вообще, вопросы задаю здесь я! — её голос звучал слишком громко и натянуто.

Артур чуть заметно усмехнулся, но тут же сменил выражение лица на серьёзное:

— Ты разозлилась, это хорошо. Но слушай внимательно: ты делаешь ошибки. Твои руки трясутся, голос дрожит… Незнакомцы это сразу замечают. Ты показываешь свой страх, а это недопустимо. Даже твой зверь понимает: он инстинктивно защищает тебя и держится наготове. Возьми с него пример.

— Он не… питомец! — резко возразила Идэ. Её голос стал звучать увереннее. — Он мой друг! Верный друг и товарищ.

— Прости, — безразлично пожал плечами Артур. — Только хотел сказать, что тебе повезло иметь кого-то, на кого можно положиться. Я вот путешествую один. Даже костёр развести нормально не могу. Из-за этого вот… решил прийти на ваш свет. Не прогоняйте, я честно расплачусь. Вот, поймал немного на ужин, могу поделиться, — он поднял пучок с тушками, а потом громко урчавший желудок выдал его положение куда честнее.

Трудно было сказать, что вынудило Идэ сдаться: то ли жалкий вид парня, то ли отчётливый голод, едва заглушаемый шумом её медведя, который с интересом уставился на дичь.

— Я мясо не ем, — наконец призналась она, неохотно опуская серп.

Медведь тут же сел на задние лапы, будто понимая, что диалог принял более мирное русло. Он протяжно «уркнул», а затем все голодные глаза обратились на Идэ.

— А вот Зеф от мяса не откажется… — добавила гномка. — Ладно, давайте ползайца и змею.

— Ну, выбора у меня всё равно нет, так что по рукам, — кивнул Артур, садясь у костра.

Артур присел рядом с костром, в задумчивости водя пальцем по треснувшей коре древесного полена. Его лицо в отблесках пламени выглядело напряжённым и строгим, будто даже в этот момент он оставался на позиции — настороже. Перед собой он разложил четыре неказистые тушки зверей, которых удалось поймать неподалёку. Взяв несколько тонких палок, он принялся продевать их через добычу, собираясь поставить на костёр.

— Стой! — раздался звонкий голос. — Ты что это, так собрался готовить?!

Артур, не отрываясь от работы, озадачено усмехнулся.

— А что, я есть хочу, — буркнул он, приподняв одну из бровей. — Какая разница, как готовить?

— Какая разница, спрашиваешь? — с раздражением подхватила Идэ, скрестив на груди руки. — Да ты посмотри на это! — она обвела глазами его «кулинарные приготовления». — Зефу это тоже есть! Нельзя так обращаться с пищей. Готовить нужно правильно, даже в поле! Дай мне это, — приказала она с неожиданной для своего хрупкого облика уверенностью.

Артур, молча передал ей добычу.

Идэ аккуратно разложила тушки на поваленное бревно. Вытащив нож, она приступила к делу с профессиональной ловкостью. Её движения были быстрыми и чёткими: одним уверенным разрезом она отделила головы и лапки, затем срезала кожу с тушек, ловко вывернув мякоть наружу. Даже Артур, привыкший к осторожности, смотрел на это с лёгким изумлением.

Закончив со змеёй, она протянула её Артуру.

— Держи, — предупредила она, — крепче держи за голову.

Он послушно взял, а в следующую секунду с удивлением наблюдал, как Идэ резкими движениями сдирает с добычи кожу и обнажает плоть. После проделанного девушка выпрямилась.

— А внутренности? — поинтересовался он, кивнув на отброшенные потроха.

— Нам не в чем их готовить, да и хранить негде, — проговорила Идэ, сверкая глазами в полутьме. — До утра они, возможно, останутся свежими, но хищников могут привлечь… лучше сжечь.

— Жалко, конечно… — неуверенно протянул Артур, пожав плечами. — Хотя, может, медведь съест?

Медведь, свернувшийся неподалёку, поднял голову. Он вслух издал короткий, низкий рык, недвусмысленно показывая своё мнение.

— Он говорит, что не хочет, — сдержанно перевела Идэ и, чуть улыбнувшись, добавила: — Говорит, потерпит, пока приготовится мясо.

Она взяла горсть сушёных трав из маленького мешочка и начала обмазывать нежные мяса, которые теперь источали пряный, аппетитный аромат. Артур с интересом и лёгким удивлением следил за её работой, пока в животе его не усилилась пустота.

— Всё же удивительно… Никогда не видел подобного, — вдруг сказал он.

— А я никогда не видела таких, как ты, — резко ответила Идэ, с любопытством глядя на Артура. — У тебя всё лицо какое-то необычное: глаза щурятся, и ты сам… странный.

Артур усмехнулся и казался не обиженным вопросом.

— Я из народа Арташ,глаза у нас всегда такие. А ты, как я понимаю, гном?

— Да, разве могут быть сомнения? — неожиданно спросила она, наблюдая за Артуром.

— Гномы, которых я встречал, были чуть больше и крепче сложены.

— Это были горные гномы, а я — полевой гном… Хотя нас иногда называют степными.

— Пока мясо жарится, давай узнаем друг друга поближе, — предложил Артур, широко улыбнувшись.

Идэ, округлив глаза, восприняла предложение неожиданно восторженно.

— Ты правда хочешь… поговорить?

— Да! Разве это не лучше, чем просто сидеть и считать звёзды?

Свет от костра мягко освещал её лицо, когда она уселась напротив Артура, сложив руки на коленях.

— Тогда я первая! — радостно заявила она. — Откуда ты?

— Я из страны под названием Конжьен,— Он на миг замолчал, словно раздумывая над чем то.

— Артур, а почему ты ночуешь в лесу?

— Простая причина: в городе нет мест, где можно остановиться, а даже если бы они и нашлись, у меня нет денег.

Тут Артур уже жестом остановил её.

— Стоп! Твоя очередь отвечать: Как ты подружилась с медведем?

— Я друид, Зефирольд — мой зверь-хранитель…

— Зефирольд!? — воскликнул он. В его голосе звучало искреннее удивление и сдержанный смех. — Откуда такое необычное имя? И что за зверь-хранитель?

Зефирольд, слегка заурчав, поднял голову, слушая разговор.

Смущенная Идэ поправила волосы, тихо произнесла:

— Ну… Зефирольда зовут так, потому что ему нравятся зефир.

В тот момент зверь издал короткий рев и одобрительно кивнул, словно подтверждая ее слова.

— Имя ему действительно понравилось. А звери-хранители… они ведь не просто животные. Это наши побратимы, как бы близнецы, отражающие нашу энергию в животном мире. Каждый друид находит своего зверя через медитацию, и мы понимаем друг друга без слов, чувствуя намерения и эмоции друг друга.

Она остановилась на мгновение, прикусив губу, и с легким вздохом добавила:

— Как это работает? Я сама не знаю.

— Знаешь, — задумчиво проговорил Артур, глядя на звезды, — в ты и твой Зефирольд отличаетесь от всех кого я встречал... наверное, этим и интересны мне.

— Чем именно? — осторожно спросила Идэ.

— У тебя есть друг, — ответил он. — Это здорово. Люди почти всегда одиноки. Мы такие. Даже если кто-то рядом, это не значит, что он поддержит или поймёт нас… а Зефирольд делает это без слов. Я думаю… это прекрасно.

Идэ задумчиво всмотрелась в пламя костра.

— А что, у тебя совсем нет друзей? — осторожно спросила она, вглядываясь в его лицо, отражающее тень грусти.

— Есть один , — тихо признался он, — хотя не знаю, насколько мы друзья после того, как я ушел.

— Вы поссорились? — её голос звучал с неподдельным интересом.

На лице Артура промелькнула тень печали, и она виновато опустила взгляд, как будто внутри её что-то сломалось.

— Прости… Это, наверное, личное — тихо произнесла она, стараясь скрыть внутреннюю борьбу.

— Ничего, — ответил он, хотя в его голосе слышалась нотка волнения. — Мы не ссорились. Я просто ушел в поисках себя, не предупредив.

— Думаю, твой друг волнуется. Я бы волновалась, если бы Зефирольд вдруг ушел, ничего не сказав. Постаралась бы его найти, наверное, разозлилась при встрече, но всё равно выслушала бы, почему он так поступил, — её слова исходили из глубины сердца, передавая искренность и понимание.

Зефирольд, словно прочувствовав это, молча подполз к ней и положил свою голову на колени.

— Если так произойдет, постараюсь успеть извиниться, — с тяжелым вздохом произнес он. — Давай сменим тему. Ты сказал, что не ешь мясо, хотя тушки ты ловко разделала.

— Я часто готовлю Зефу, и, отчасти, сама иногда ем мясо, — объяснила она, пытаясь переключить свое внимание, — Просто оно долго усваивается, из-за чего часто я его есть не могу.

— Друидам вообще можно есть мясо? — поинтересовался он, погружаясь в её мир.

— Конечно, просто мы не охотимся для промысла. Только для пропитания или для поддержки популяции. Многие звери-хранители — хищники, и им нужно мясо, — её голос звучал уверенно, но в глазах все еще бродила тень некой печали.

— Нельзя завести домашний скот? И что значит поддержка популяции? — задавал он вопросы, желая глубже понять её мир и поднять настроение.

— Нет, — задумчиво ответила она, — их тоже нужно кормить, и на них нужно уделять время. Мы засеиваем поля, но это служит не только для пропитания, а скорее для соблюдения баланса. Поддержка популяции в своей сути тоже нужна для поддержания этого баланса. Когда-то давно, из-за смещения баланса, наш лес чуть полностью не вымер. Мы набрались знаний и восстановили его, и с тех пор поддерживаем этот баланс.

— Как он был нарушен? — его интерес был искренним, и он с нетерпением ждал ответа.

— Кролики! — неожиданно воскликнула она.

— Кролики? — не веря своим ушам, повторил он.

— Да, кролики. Один из фермеров жил в полсотни километров от нашего леса. Он по неизвестной нам причине боялся людей. Его ферму охраняли собаки, а своё гигантское поле он обнес двухметровым забором. За это его уже недолюбливали друиды. Но не суть. Так вот, он выращивал пшеницу на площади несколько гектар и кроликов. Однажды в его дом ударила молния, и он сгорел вместе с домом, оставив своё хозяйство на произвол судьбы. Собаки, оголодав со временем, забрались в уцелевший амбар и вскрыли клетки. Многие кролики выжили и сбежали в поле. Собаки из-за системы нор, которую вырыли кролики, не смогли их поймать. И в первый год ничего не предвещало беды, — продолжала она с нарастающим напряжением в голосе. — Но тогда кролики оставались за забором без врагов. Они кормились пшеном и размножались. После зимы огромная орда кроликов, не найдя еды в пределах забора, нашли лаз, что оставили собаки. И мириады кроликов двинулись в сторону леса, поедая всю растительность на своём пути. Все эти кролики, добравшись до леса, стали пожирать все растения и их корни. Уменьшение растительности привело к гибели множества животных и птиц, а хищники, в свою очередь, стали активно размножаться, поскольку у них появилось много еды.

Девушка на мгновение замялась, а затем продолжила:

— Друиды того времени в скором порядке начали пытаться сохранить всё, что только успеют. Сорок лет ушло на то, чтобы восстановить лес. Один из друидов отправился в странствия, чтобы привезти виды растений, деревьев и животных, которые были утрачены, и, вдобавок, привёз тех, что никогда не были в этом лесу. Вот почему мы и относимся так серьёзно к балансу в природе.

Артур сидел в ступоре, слегка приоткрыв рот. Голос Идэ прервал тишину, в которой они оба оказались.

– Пока не забыла!!! Ты действительно не умеешь разводить костер? – с недоумением спросила Идэ, её голос был наполнен нотами, легкого удивления.

– Нет, не умею, – ответил Артур, в его глазах мелькнула тень смущения, словно он признался в каком-то сокровенном позоре.

– Разве тебя никто этому не обучал? – не унималась она, и в её вопросе звучал легкий упрек.

– Как бы смешно это ни звучало, но нет. Меня учили сражаться, грамматике и рисованию, – произнес он с едва заметной иронией. – Эти навыки должны были развить моё воображение. А вот многим простым, но жизненно важным вещам я не был обучен. А как ты разводишь костер?

– Огниво! – блеснула глазами Идэ, словно внезапно раскрыв великолепие тайны.

– Что? – Артур был озадачен, не понимая, как этот странный предмет мог помочь ему.

С улыбкой на губах Идэ извлекла небольшой камень и, ударив по нему ножом, выпустила из него сноп ярких искр.

– В любом городе его можно купить, но разжечь огонь можно и без него, – заметила она с загадочной улыбкой.

– Покажешь?

– Конечно! – её голос звучал уверенно и тепло.

Она собрала две палки и сухую траву, разбросанную под ногами. Ловкими движениями расщепила одну палку пополам, аккуратно разводя половины в стороны. Затем, вырывая небольшое углубление в земле, положила поверх расщепленную палку. Второй палкой начала ускоренно тереть первую у основания щели - уже через пару минут появилась тонкая полоска дыма. Идэ бережно положила траву и нежно подула на нее, и трава загорелась.
– А дальше просто кладешь сначала мелкие ветки, а потом крупнее, – объяснила она с энтузиазмом, словно открывая ему секреты природы.

Артур с интересом смотрел и, не произнося ни слова, попытался повторить её действия. Прошло десять мучительных минут попыток и наставлений, пока вдруг он не ощутил тепло, пробуждающее магию огня. На его лице расползлась улыбка, которая словно выпрыгнула из его души, когда дикая радость охватила его, как будто он сотворил настоящее чудо.

– Ха-ха! Получилось! – воскликнул он, чувствуя себя покорителем стихии.

– Молодец! Кстати, мясо готово, – с удовлетворением произнесла Идэ.

Она ловко разделила зайца пополам, верхнюю часть и змею отдала Зефирольду, в то время как нижняя часть и крысы достались Артуру. Зефирольд, не дождавшись приглашения, с жадностью принялся за мясо, словно это было самым вкусным угощением в его жизни. Артур последовал его примеру, наслаждаясь вкусным, хотя и довольно сухим, мясом, щедро приправленным специями. Это было даже лучше, чем он ожидал.

Идэ вытащив кусок странного хлеба, тоже приступила к трапезе.

– Слушай, Идэ, а что ты здесь делаешь? – спросил Артур, не в силах удержаться от любопытства и продолжая жевать.

– Я кое-что ищу, – уверенно произнесла она. – Мне разрешили отправиться в странствие, потому что обычно друиды редко покидают свой лес. В город я пришла, чтобы сесть на корабль до Джакара. Но ни один пассажирский корабль не взял меня с Зефирольдом на борт, и мне пришлось покупать место на грузовом.

– А что это «кое-что»? – не унимался Артур, интерес к её приключениям разгораясь с каждой минутой.

– Древняя библиотека, – с надеждой в голосе ответила Идэ. – У меня есть только название и упоминание о городе Джакар, где её видели в последний раз.

– А как называлась эта библиотека? – спросил он, сдерживая затаенную интригу.

– Библиотека Вирантавира, – произнесла она, и её голос стал чуть более серьезным.

– Нет, никогда не слышал, – признался Артур. – Но я уверен, что ты сможешь её найти, если постараешься…

Артур резко замолчал, его дыхание задержалось, а тело напряглось, инстинктивно положив руку на рукоять своей дубины. Вместе с Зефирольдом он уставился в густые дебри леса, словно там скрывался неведомый враг.

– Что случилось? – с тревогой спросила Идэ, тишина вокруг казалась гнетущей.

– Тссс, кто-то идет. – выдохнул он, его голос едва слышался, словно на грани исчезновения.

Идэ, заметила, что сердце её колотится сильнее на фоне возникшей напряженности. Она чувствовала беспокойство Зефирольда, словно его волнение было плотным облаком вокруг них. Не выдержав, она перешла на шепот, её голос стал мягче, но всё же тревожным:

– Сейчас посмотрю.

Идэ медленно подошла к ближайшему дереву, её ноги касались земли с осторожностью, словно она ступала по тьме. Опустившись на колени, она прислонилась лбом к толстому стволу, обхватив его руками,. Вдруг из-под её ладоней пробилось тусклое сияние, как если бы сама земля решила открыть свои секреты. Оно длилось всего несколько мгновений, но для Идэ это было похоже на вечность. Пот проступил на её лбу, дыхание участилось, и как будто в воздухе замерло время.

Она вдруг повернулась к Артуру, её глаза, полные страха и решимости, искали поддержку.

– Судя по голосам, там не меньше трех агиляр, – прошептала она.

– Полезный навык, – пробормотал Артур. – О чем говорят?

– О том, что пахнет мясом, – ответила Идэ, пытаясь удержать в себе страх, – и, судя по запаху, это совсем недалеко. Возможно, им удастся повеселиться, как и на прошлой стоянке.

Артур снова замер, в его взгляде появилось напряжение, которое витало в воздухе вокруг.

– Хорошо, возможно, они безобидны, – тихо произнес он, пытаясь успокоить ее этой явной ложью. – Но лучше перестраховаться.

Идэ, чувствуя вес его слов, кивнула, хотя сердце её, казалось, затрепетало в ответ на неясную угрозу.

– Идэ, сядь подальше за нас с Зефирольдом. Если что-то пойдет не так, старайся не лезть на рожон, – приказал он, его голос стал более уверенным. –Помнишь, что я сказал про незнакомцев, когда вышел из леса?

– Что нельзя показывать им свой страх. – произнесла она дрожащим голосом.

– Верно, если чувствуешь, что не справляешься, старайся молчать, – его голос прозвучал твердо.– Говорить буду я. Еще раз, смотри, молчи и не показывай страха. Хорошо?

Её лицо побледнело, но она кивнула.

Зеферольд, сел напротив Артура на задние лапы. Артур сделал вид словно разглядывает крысу. Вдруг воздух вокруг наполнился громким смехом, и из-за деревьев вышли четверо мужчин среднего возраста, явно не являющихся добрыми путниками. На их кожаных куртках проблескивали языки пламени, отражаясь в сотнях клепок и создавая жуткое зрелище. Два из них были вооружены мечами, у третьего был лук, а у четвертого на поясе болтались два небольших топора.

– Я же говорил, что пахнет мясом! Хы-ы! – с глуповатой ухмылкой произнес один из них, оглядывая компанию. – Гляньте, парни: мелкий шкет, гномка и медведь!

Артур обратился к ним с ироничной учтивостью:

– Вечер добрый, путники! Что вас привело к нашему скромному очагу?

– Хы-ы, забавный шкет! Мы жрать хотим, а у вас мясо очень вкусно пахнет! – ответил другой с ухмылкой.

Артур, не изменяя своего спокойствия, встретил их взгляды с твердостью в голосе:

– Да, мясо действительно вкусное, но его у нас немного. Впрочем, если вы поймаете что-то покрупнее, моя знакомая с удовольствием поможет его приготовить. Верно, Идэ?

– Угу, – произнесла она, не открывая рта, чтобы не выдать свой испуг, но в её голосе звучала нотка тревоги.

– Смотрю, перед нами шутник, – проворчал лысый мужчина, указывая на Зефирольда. – Хотя мы нашли мясо, смотри, какая туша!

– Давно мы медвежатины не ели, – подтвердил с ехидной улыбкой один из его подручных с топорами.

Артур, холодно посмотрев на них, аккуратно положил крысу на камень и встал во весь рост.

– Видите ли, он является другом этой – как вы выразились, – «гномки», и поэтому его нельзя трогать!

Группа мгновенно обнажила своё оружие, настороженно прищурившись.

– Ты тупой или чересчур храбрый? – осведомился один из них с насмешкой. – А может, ты просто перед своей дамочкой выпендриваешься. Вы отдадите нам мясо, деньги и всё, что есть, иначе заберем всё сами. А заодно проверим, насколько хороша твоя мелкота, что ты так выделываешься.

Идэ издавала испуганный писк.

– Денег у меня нет, мясо я вам не отдам, и, с данной девушкой делать ничего не позволю, – провозгласил Артур, чувствуя, как адреналин переполняет его.

– Тупорылый сопляк! – вскрикнул один из мужчин, поднимая меч.

– Будьте осторожнее с выражениями, – ответил Артур, его голос прозвучал угрожающе. – Словами можно подавится!

Он испепелял взглядом лысого мужчину.

– Слышали, парни? Он нам угрожает! – воскликнул лысый, оборачиваясь к своим подельникам, но его слова исчезли в небе, когда он увидел, как удивление замерло на их лицах. Вдруг он почувствовал резкую слабость в ногах, воздух стремительно оставлял его лёгкие, и он не мог понять, что происходит. Жадно хватая воздух ртом, он не мог сделать полный вздох.

Артур внезапно, словно вспышка молнии, подбежал к лысому мужчине, угодив ему дубиной в солнечное сплетение, а затем, не теряя времени, выхватил нож и метнул его в лучника, попав в плечо и перебив натянутую тетиву. Лучник вскрикнул, его лицо искажалось от боли.

– Зефирольд, не дай лучнику уйти! – крикнул Артур, сохраняя свое хладнокровие.

Остальные разбойники, словно хищные волки, скользнули к Артуру, готовые на все ради наживы. В этот момент Зефирольд, внезапно вскинувшись, издал дикий рев, резонирующий в лесной глуши. Он рванулся к лучнику с такой яростью, что сбил с ног одного из наступающих.

Стиснув зубы и полагаясь на инстинкты, медведь вцепился зубами в ногу лучника и стал мотать его, как тряпичную куклу, внушая ужас присутствующим. Не упуская мгновения, разбойник с топорами сделал мощный нисходящий удар двумя своими топорами.

Артур, чувствуя, как замирает время, увернулся от удара, сделав грациозный оборот. Дубина прочно лежала в его руке; выходя из вращения, он вложил всю силу в удар по ноге головореза. Мужчина потерял равновесие, падая вниз на спину. Но не успел он коснуться земли, как Артур с невероятной быстротой перехватил дубину обеими руками и, взмахнув ею, сокрушил противника по голове.

Однако его внимание не позволяло зазеваться на одной цели, и он обратил взгляд на поваленного Зефирольдом разбойника, который уже начал подниматься. Не упускающий из виду опасность, Артур с разбегу ударил по диагонали вверх. Разбойник попытался оценить позицию и блокировать удар, но за мгновение до столкновения мечей Артур резко изменил центр тяжести, и с невероятной силой ударил сверху вниз в шею. Противник обмяк, словно кукла без нитей, и повалился на землю.

Вдруг в воздухе раздался визг. Артур резко обернулся: лысый мужчина, пришедший в себя, направлялся к Идэ. Зефирольд, оставив свою жертву, скакнул к ней, его могучая фигура стремительно мчалась по направлению к потенциальной угрозе. Идэ, поддавшись страху, в панике схватила серп, уже готовая к сопротивлению. Подбегая, она нанесла резкий удар в ногу разбойнику, моментально нанеся ему урон, прежде чем тот успел опомниться. Серп вошел в плоть, и, окаменев от неожиданности, Идэ застыла в ужасе.

– Ах ты тварь!!! – прорычал разбойник, не желая смириться с поражением.

Со всей ярости , он пнул Идэ в живот, и девушка, отлетев на несколько метров, с глухим стоном рухнула на землю, ощущая, как подступает тошнота. Но, увидев, как стремительно к ней мчится Зефирольд, разбойник размахнулся, собираясь наносить смертельный удар.

В этот критический момент Артур, метнул дубину — она с сокрушительной силой попала прямо по лезвию меча, временно задержав удар. Как раз достаточного момента, чтобы Зефирольд, повалил врага на землю и вцепился в его шею, сводя всю угрозу к нулю.

Артур подбежал к Идэ, его голос был полон заботы:

– Ты в порядке?

Она, тяжело дыша, с трудом ответила:

– Кхе-кхе, да, но больно очень.

– Ничего, поболит и пройдет. Выпей воды, станет полегче.

Артур поднялся, подобрал свою дубину и вытащил серп из ноги разбойника, после чего начал обыскивать тела.

– Нгх, что ты делаешь? – недоумевала Идэ, не понимая его действий.

– Забираю компенсацию за неудобство. Они пытались нас убить, – холодно произнес он.

Зефирольд помог Идэ встать, его мощное тело внушало уверенность, несмотря на пережитый ужас.

– Кто-нибудь из них выжил? – с тревогой спросила Идэ, ее голос дрожал, как осенний лист на ветру.

– Не знаю, да и проверять не намерен, – безразлично ответил Артур.

– Почему? – не унималась она, искренняя обеспокоенность светилась в ее глазах.

– Лучше побеспокойся за себя. Бежать в панике на врага – это было глупо, а потом впадать в ступор – еще глупее. С твоей скоростью лучше держаться на расстоянии и наносить дальние атаки. Зефирольд сильнее, у него и масса больше – он медведь, в конце концов, – пояснил он, ощущая, как его слова резонируют с ее страхом.

Склоняясь к земле, Артур наткнулся на пару маленьких сумочек, заполненных золотыми и серебряными монетами, которые зазвенели, словно в восторженном танце. Он поднял одну, и в свете костра она ослепительно блеснула, раскрывая надпись «Сонтарис» – так вот ты какой, Сонтар. Быстро собрав все в один кошель и завязав его крепко, Артур спрятал его во внутренний карман куртки.

– Какие атаки? – спросила она, все еще пытаясь восстановить дыхание.

– Дальние, ну, например, стрельба из лука, метание камней пращей или ножи. В общем, хоть что-то, – с воодушевлением продолжал Артур, стараясь развеять ее тревоги.

– Я не умею… ничего из этого, – её голос едва слышался, наполненный безнадежностью.

Идэ с досадой уставилась в пол, словно искала в земле ответы на свои вопросы. Артур, ощутив ее подавленность, подошел ближе.

– Не переживай, я научу тебя метать ножи, хотя сам я в этом не мастер. Часто промахиваюсь, из-за чего пришлось пять часов бегать по лесу, чтобы вернуть застрявший в зайце нож. Но основам обучить смогу. Ты ведь мне помогла, – его голос стал мягким, а на губах появилась легкая улыбка, призванная поддержать её.

– С-спасибо, – ответила она, с легкой грустью в голосе, шмыгнув носом.

Артур аккуратно обнял её и усадил на спину Зефирольда, передав ей серп, словно обеспечивая защиту.

– Не грусти, – сказал он, – теперь идем, пока на шум не сбежались остальные. Нам еще Зефирольда умыть нужно, иначе с окровавленной мордой он распугает полгорода.

– Угу, – тихо согласилась она, унося тревоги в сторону.

Зефирольд издал протяжный рев, словно выражая свою признательность.

– Что он сказал? – с любопытством спросила Артур.

– Спасибо за помощь, – ответил Идэ, кивая в сторону медведя.

– Да бросьте, пошли уже!

***

Артур и Идэ решили прогуляться по утреннему городу, стараясь избежать лишней толкотни и недоуменных взглядов, направленных в сторону Зефирольда. Утренний прохладный воздух доносил звуки жизни, и, несмотря на ранний час, город выглядел активным и оживленным.

Первым делом они направились к оружейной лавке, где Артур хотел выразить свою благодарность Идэ за вчерашнее мясо и дружеское утреннее общение. Из добычи, прихваченной с собой, он насчитал семь золотых и двадцать три серебряные монеты, что давало ему возможность порадовать своих новых знакомых небольшим подарком.

Когда они наконец нашли лавку, их встретил удивительный факт – помещение было совершенно свободно от толпы покупателей. Внутри ощущалась легкость, как будто воздух сам стремился к свободе. Витрины с прозрачными крышками и массивные стойки с оружием создавали атмосферу тихого уединения. Справа от входа располагался прилавок, за которым стоял невысокий мужчина с коренастым телосложением. Его рост не превышал Артурова, но широкие плечи и руки, напоминавшие толстые бревна, говорили о потрясающей силе.

– Хе-хе, добра вам утра! Ну и вид у вас, глаза краснючьи, словно вы их спиртягой промывали! Вам помощь подобрать шо-нибудь или интересует шо-то конкретное? – с задорным голосом поинтересовался он.

– И вам доброго утра! – ответил Артур, подавая дружелюбную улыбку.

– Артур, а зачем мы здесь? – вдруг спросила Идэ, не без беспокойства.

– Я хотел тебя поблагодарить за вчерашнее мясо и завтрак. К слову, что это был за хлеб? Уж слишком вкусным он оказался!

– Долинон, хлеб из проросших ростков злаков... Не уходи от вопроса! За что благодарить ты меня больше выручил, – с нехитрой улыбкой сообщила Идэ.

Мужчина из-за прилавка вмешался в их разговор.

– Ух, долинон давненько я его не ел, помню, бабка ох, как вкусно готовила!

– Да мне тоже понравился. Не могли бы вы показать метательные ножи для моей знакомой?

– Ща сделаем! – ответил мужчина и вышел из-за прилавка, направляясь к массивному сундуку, стоявшему в углу.

В момент, пока он искал, Артур обернулся к Идэ.

– Если ты про разбойников, то, возможно, если бы не мое мясо, они бы не вышли на тебя. А даже если бы вышли, ты всё равно мне помогла: ты научила меня разводить костер и позаботилась о моем утреннем пайке.

– Но ты всю ночь учил меня метать ножи! – возразила она с легким смущением.

– И все равно, ты мне больше помогла. К тому же, деньги я не свои трачу. Так что считай это твоей долей компенсации.

Слегка улыбнувшись, он посмотрел на Идэ.

Мужчина вернулся с тремя кожаными свертками в руках.

– Простите шо так долго! Но на полевых так сложно оружье подбирать. Ручка у них совсем махонькая. Но вот у меня есть несколько наборчиков, выбирайте, – сообщил он, разворачивая свертки и открывая их.

Каждый сверток содержал по восемь ножей различной формы. В первых ножах рукоятка напоминала утолщение, из которого шла тонкая обмотка, а на клинке находились сквозные отверстия. Артур взял один в руки и покрутил его между пальцами, затем протянул его Идэ.

– Попробуй.

Она взяла нож в руку.

– Рукоять неудобная, слишком тонкая, словно веточка, – заметила она.

Во втором свертке лежали клинки, похожие на обычные походные ножи, лишь рукояти, казалось, забыли приделать. Артур взял один, полюбовавшись его легкостью, и вскоре положил обратно.

– Что-то не так? – поинтересовалась Идэ.

– У него центр тяжести смещен ближе к рукояти. Конечно, настоящему мастеру не важно, что метать, но тебе лучше взять эти ножи с более тяжелым клинком. Так они стабильнее и метать их проще.

Последний сверток содержал восемь ножей, похожих на половинки ножниц, имеющие более крупный клинок и ручку с кольцом. Артур взял один, прокрутил его в руках и предложил Идэ.

– Ну как?

– Удобно, даже очень, – призналась она.

– Мы берем, сколько стоит?

– Три серебряные за штуку! – ответил продавец.

– Дайте весь набор, – уверенно произнес Артур, протянув пять золотых и четырнадцать серебряных монет.

Мужчина с улыбкой передал им кожаный сверток.

– Кожух в подарок, приходите ещё, всегда рады!

– Ну а теперь пойдем. Нам нужно успеть на свои корабли, – сказал Артур, поправляя дубинку у себя за спиной

Покинув лавку, они направились вдоль палаток, возведенных на улицах к причалу. Идэ прижала сверток двумя руками к себе, погружаясь в раздумья о предстоящем пути, когда вдруг Зефирольд подошел к ней, аккуратно толкнув ее бок. Артур, заметив это, обратился к ней с заботой.

– О чем задумалась? – спросил он, глядя на Идэ.

– Артур, мне правда неловко… Не стоило тебе покупать мне ножи. Я ведь ничего такого тебе не сделала.

– Заслужила ты эти ножи, или нет – решать только мне. Что для одного является безделушкой, для другого может оказаться настоящим богатством! Если это будет тебя беспокоить, мы сможем встретиться еще раз и обсудить, что с этим делать, – уверенно ответил Артур.

– Надеюсь на встречу! Ты первый, с кем мне удалось приятно провести время с тех пор, как я покинула лес. Рядом с тобой я чувствую себя такой умной, зная, что есть кто-то, кто не умеет даже элементарных вещей!

Идэ повернулась к Артуру с широкой улыбкой, явно дразня его обворожительными жемчужными зубами. Зефирольд издал короткий игривый рев. Артур медленно обернулся к ней, с трудом сдерживая улыбку, а его бровь приподнялась в легком удивлении.

– Ах ты, маленькая! В следующий раз я обязательно найду, что тебе ответить!

Они не заметили, как подошли к порту, утопая в своих разговорах и смеясь.

– Ты помнишь, где ваш корабль? – спросил Артур, глядя вокруг.

– Да, – уверенно ответила Идэ.

– Давай я провожу вас, – воскликнул он, радуясь возможности помочь.

– Я только за. Но, Артур… Ты правда думаешь, что мы еще встретимся? Неизвестно, куда нас занесет судьба и что нас ждет завтра. Вдруг она никогда больше не сведет нас вместе?

Артур посмотрел на Идэ, и его сердце сжалось. Она снова выглядела грустной. Зефирольд, почувствовав это, подставил свою голову ей под руку, словно пытаясь успокоить.

– Если судьба решит иначе, я все равно уверен, что ты встретишь еще не одного хорошего человека, будь то эльф или гном. – Артур слегка улыбнулся, стараясь подарить ей уверенность.

– Надеюсь, так и будет, – ответила Идэ, и в этот миг её глаза наполнились надеждой. – Мы пришли, это мой корабль. Как же много народу… Интересно, когда начнут запускать на борт.

Артур оглядел причал, и его сердце наполнилось смешанными чувствами: радостью от того, что он познакомился с Идэ, и прощальным легким грустным волнением. На причале образовалась очередь. Перед трапом стояла небольшая деревянная трибуна, на которой играли лучи утреннего солнца. За трибуной, наклонившись над толстой книгой, стоял высокий матрос. Рядом, на ящике, дремал уже знакомый Артуру смуглый парень с орлиным носом.

Взгляд Артура задержался на великолепном трехмачтовом корабле, величественно покачивавшемся на волнах, словно живая сущность. На его носу возвышалась фигура женщины, глядящей вдаль. «Лучезарная», — радостно усмехнулся он про себя..

– Знаете, – произнес Артур, словно вырываясь из мыслей, – я полагаю, что наше прощание стоит отложить. Как говорят, «Гномка говорит, судьба смеется»!

– Мне казалось там говорится, что «человек говорит, судьба смеется», – заметила Идэ с легкой улыбкой, её глаза сверкали, отражая утренний свет.

– Да неужели! Доброго утра!– сказал Артур с озорной улыбкой, произнеся последнюю фразу так громко, чтобы она разносилась по всему причалу.

Мужчина за стойкой, услышав его слова, оторвался от книги и бросил взгляд в их сторону.

– Ха! Если я не ошибаюсь, Артур, ты решил прийти пораньше. Ты первый из охраны. Поднимешься занять койку или подождёшь остальных?

– Пожалуй, поднимусь, – ответил Артур в такой манере, которая отражала уверенность и решимость.

Матрос пнул ящик, и юноша, от неожиданности, проснулся, окончательно возвращаясь из мягких объятий сна.

– Гафур, проводи Артура в каюту охраны! – скомандовал матрос с широкой улыбкой.

– Будешь исполнено! – отозвался Гафур, вставая с ящика.

Артур, идя по причалу, не смог удержаться и обернулся, пятясь назад, с широкой улыбкой на лице. Он ловко держал взгляд на своей приятельнице Идэ и её верном спутнике Зефирольде.

– До встречи на корабле! – воскликнул он с искренним энтузиазмом.

– Угу! – тихо вымолвила Идэ,радостно кивнув головой.

Город, окутанный мантией ночи, сверкал светом фонарей, отражаясь на рядах палаток, в которых устроились прижатые друг к другу люди. Сидя на третьем этаже гостиницы, она смотрела на странный, пульсирующий мир за окном, размышляя о предстоящем дне. Соберись! – повторяла про себя, как заклинание, стараясь прогнать остриё тревоги, которое кололо её изнутри. Всё пройдет нормально, всё должно пройти нормально! Она уже сделала большую часть – шаги к свободе, вдали от своей семьи. Оставался лишь последний шаг, самый трудный, и надо было всё тщательно продумать.

Внезапно раздался стук в дверь, и за ней послышался низкий, обнадеживающий голос:

– Ваше Высочество, разрешите войти?

– Входи, Хойт, – произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

В комнату вошёл Хойт, его мужественное тело укрывала тёмная одежда, лишь глаза выдавали бурю эмоций. В мягком свете лунного света и золотистых лучах фонарей, её образ предстал перед ним – одетая в платье из тончайшего синего шелка, вышитого золотой нитью. Весь этот великолепный ночной наряд лишь подчеркивал её величественность, но его тягостная надобность ей не нравилась. Она сидела, погруженная в размышления, грусть её взгляда словно пронзала темноту за окном.

– Я просила, не называй меня так.

– Простите, госпожа Мерилье, у нас всё подготовлено к завтрашнему отплытию, – сказал Хойт, глядя на неё с волнением. – Мы также получили сообщение от вашего отца. Его высочество с нетерпением ждет вашего возвращения и, уверяю вас, будет очень рад вас увидеть после трёх долгих лет в институте.

– Спасибо, Хойт, – ответила она, пытаясь изобразить искреннюю улыбку. – Я тоже с нетерпением жду своего возвращения.

Она встала, уставившись в пол, и в её голосе прозвучала нотка решимости. – А теперь, извини меня, мне нужно в уборную.

– Я провожу вас, госпожа!

– Хойт! В клозет я смогу сходить и без тебя! – выпалила она, сжимая руки от волнения.

– Но это не безопасно! – произнес он настойчиво.

– Это одна из самых дорогих гостиниц, сюда кого попало не пускают! – сказала она, уверенно держа голову высоко. – Наши люди тут на каждом углу, да и я не беззащитный ребёнок!

Слова отложили на Хойте бледный отпечаток вины. Он опустил голову, давая ей дорогу, но она заметила, как его брови были нахмурены от беспокойства. Девушка вышла из комнаты, сердитая, но воодушевлённая своей решимостью, и направилась к лестнице.

Войдя в просторный холл гостиницы, она остановилась, разглядывая каждую деталь этого великого места. Тепло огней и запах свежевыпеченного хлеба затопили её чувства, заставляя на мгновение забыть о своих заботах. Она нашла глазами местную горничную, подождав, пока та увидит ее. Кивнув, девушка повела носом из стороны в сторону и направилась в сторону уборной. Не дойдя до неё, она резко свернула в кладовку и, прикрыв за собой дверь, затаилась, ожидая, когда горничная войдет.

Спустя несколько минут, с сердцем, стучащим от волнения, она услышала, как дверь открылась, и жизнь вне её запертой комнаты вновь наполнила её силой и решимостью. Всего несколько томительных мгновений ожидания, и горничная робко зашла в кладовую, осторожно закрыв за собой дверь. В воздухе ощущалось напряжение, которое витало между девушками, как легкое недомогание.

– Добрый вечер, госпожа, – произнесла она, при этом её голос был едва слышен, напоминал шёпот, укрывающий их от посторонних ушей.

– Тссс, тише! – прошептала Мерилье, брови её слегка сдвинулись от беспокойства. – За тобой никто не пошел?

– Нет, госпожа, – ответила горничная, переводя дыхание. – Я закончила все заказы и прошла через кухню.

– Всё готово к завтрашнему дню? – с некоторой настороженностью спросила она, сердце её забилось быстрее от предвкушения.

– Да, госпожа, – кивнула горничная. – Необходимые вещи собраны: комплект одежды и мешок со всем, что вы просили.

Словно порыв осеннего ветра, от её слов стал чувствоваться трепет, и каждое слово, произнесённое в кладовке, стало не просто частью плана; они напоминали ей о том, насколько далеко она зашла на этом тернистом путе. Она вздохнула и, глядя горничной в глаза, добавила:

– Ты помнишь, что необходимо сделать?

– Да, – отозвалась та с уверенностью. – Утром я приношу вам завтрак и случайно пачкаю ваше платье. После, под предлогом очистки платья, мы уходим в прачечную и меняемся одеждой. Затем я попытаюсь отвлечь вашу охрану.

– Молодец. – В голосе Мерилье прозвучала похвала, но тень тревоги не покидала её. – Вторая часть твоей оплаты спрятана в шкафу моей комнаты, под половицей. Если всё пройдет удачно, заберешь её, а вместе с ней – и платье.

Немного успокоившись, девушки покинули кладовку. Но в тот самый момент, когда они открыли дверь, мимо проходил охранник из ее свиты. Он, увидев их, мгновенно замер, не ожидая столкнуться с двумя девушками в этом укромном уголке.

– Госпожа, что вы тут делаете? – спросил он, подняв брови с недоумением.

– Я ходила в клозет, – отрезала она. – А что ты тут забыл?

– Сэр Хойт беспокоился, что вас долго нет, и послал проверить, всё ли нормально. Но почему вы находитесь в кладовке с горничной?

– Это не твоё дело! – В её голосе зазвучал холодный бархат. – Если я была здесь, значит так надо! Я не обязана ни перед кем отчитываться!

Он замялся, и на его лице появилось выражение смятения.

– Простите, госпожа, я не хотел вас оскорбить. Но обязан сообщать Хойту обо всём.

Девушка, склонив голову, достала небольшой сверток из рукава и сердито взглянула на стража.

– Скоро начало цикла! Я просила горничную мне помочь.

Взгляд охранника стал ещё более недоуменным.

– Но почему вы не попросили нас? Мы бы...

– Я НЕ ОБЯЗАННА ГОВОРИТЬ О ТАКИХ СМУЩАЮЩИХ ВЕЩАХ С КУЧКОЙ МУЖЛАНОВ, КОТОРЫЕ ДАЖЕ НЕ ЗНАЮТ О ПОНЯТИИ ЛИЧНОГО ПРОСТРАНСТВА!!! – на её губах были слова, как заострённые иглы, которые вырывались наружу, пронзая воздух и привлекая внимание людей в холле.

С сердитым лицом она направилась к лестнице, с которой спускался Хойт.

– Что случилось, госпожа? – его голос был полон заботы и неуверенности.

– ЧТО СЛУЧИЛОСЬ!? Случилось то, что я не могу оставаться наедине, чтобы решить свои личные проблемы! – её голос дрожал от ярости. – Ваши люди постоянно следят за мной! Сколько бы я ни задерживалась в уборной, это мое дело, я не намерена выслушивать ремарки в свою сторону!

Лицо девушки раскраснелось от злости, и в горле у неё застряли слова, которыми она хотела ударить охрану.

– Но позвольте, я вас ни в чем не...

– ЗАТКНИСЬ!!! – крикнула она, переходя на визг, и устремилась вверх по лестнице, оставив недоумение и поражение позади.

На верхней площадке, притормозив, она обернулась, чтобы взглянуть, что происходит. Молодой человек наклонился к уху Хойта и что-то прошептал. Недовольная гримаса рассекла лицо Хойта, он резко отстранённо и со злостью отозвался на товарища.

– Идиот!

– Простите, виноват, – осекся страж, уставившись на пол.

Мерилье направилась к себе в комнату, выдыхая. Её сердце стучало, и повисла атмосфера ожидания. Надеюсь, это было убедительно... надеюсь, что завтра всё пройдет нормально.

Её мысли были переполнены решимостью и тревогой, но в глубине души пульсировало желание к свободе, жгучее как огонь, который мог уничтожить всё на своем пути.

***

На утро Мирелье разбудил Хойт, который ждал у двери вместе с гувернантками. Нетерпение от ожиданий переполняла её, но внешне она сохраняла спокойствие. Гувернантки, закончив последние приготовления, встали у входа, опустив головы.

– Доброго вам утра, госпожа!

– И тебе, Хойт, доброго утра, – ответила Мирелье, не вставая с постели.

– Госпожа, я распорядился, чтобы Ганс отправился в морское управление. Он договорится о подготовке кают, – уведомил Хойт, прислонившись к косяку двери. – Как только наши вещи будут погружены на борт, мы сможем подняться на корабль и благополучно отплыть из этого переполненного города.

– Как много это займет времени? – спросил она, умело скрывая внутреннее волнение.

– Ганс ушел на рассвете, госпожа. Думаю, скоро он вернется.

В этот момент на пороге появился молодой человек, на которого она накричала вчера вечером. Хоть дверь была и распахнута, он застыл на месте, колеблясь между смущением и страхом. Девушка окинула его холодным взглядом.

– Войдите.

– Спасибо́, госпожа, – вымолвил он, голос его задрожал.

– Чего тебе нужно? – спросила она, пронзительно глядя в его глаза.

Молодой человек виновато опустил голову и сжал в руках берет, нервно круча его.

– Я хотел принести извинения за свои действия вчера. Я не хотел вас обидеть. Этого больше не повторится!

– Надеюсь на ваше благоразумие, – отозвалась она с каплей безразличия в голосе.

Из-за спин мужчин появилась горничная с подносом, на котором уместились чашки с чаем и плошка с аппетитным джемом.

– Простите, я принесла завтрак.

– Какой завтрак? Мы ничего не заказывали, – недоуменно спросил Хойт.

– Извольте, госпожа просила принести завтрак, – быстро ответила горничная.

– Когда? – в голосе Хойта просачивалось нарастающее недоверие.

Мерилье хотелось помочь. Но в момент, когда она открыла рот, слова застряли в горле комом. Она уже начала переживать, но ответ горничной быстро ее успокоил.

– Когда мы шли в кладовую, госпожа сказала, что хотела бы на завтрак джем.

«Молодец, отлично сработала», – подумала Мирелье, и в этот миг ей пришло в голову, что ей необходимо быть более гибкой.

– Я действительно размышляла вслух о том, как здесь очень вкусный джем, – произнесла она с лёгкой усмешкой. – Но это даже к лучшему. Сейчас я бы с удовольствием позавтракала.

Она села за небольшой чайный столик, ожидая, как ее план воплотится в жизнь. Хойт, освободил путь, позволяя горничной пройти. Но вдруг в комнату вбежал запыхавшийся Ганс.

– Ганс, к чему такая спешка? Как продвигается погрузка вещей на корабль?

– Хэ-хээ-хэээ… Сэр! – мужчина тяжело дышал, его голос дрожал от волнения. – Я договорился, чтобы наши вещи перенесли в каюты. Хээээ-хээээ. Но…Но меня предупредили, что волшебница из свиты принцессы устроилась охранником на другом корабле!

Этот момент, казалось, пришёл как невольный удар судьбы, и Мирелье почувствовала, как все её планы пошатываются.

– Я уточнил у персонала, они опознали госпожу Мерилье так как видели ее сидящей в карете во время нашего прошлого визита. Госпожа устроилась охранником на один из кораблей, который отплывает на час раньше нашего. Я сразу побежал, чтобы доложить.

Хойт повернулся к девушке с недоверием.

– Госпожа Мирелье, что это всё значит?

Мирелье поднялась со стула, принимая решительный вид.

– Я с вами не плыву, сэр Хойт. У меня другие планы. Прошу вас, не мешайте мне.

– Это исключено, госпожа! Ваш отец приказал доставить вас в целости и сохранности. Мы обязаны привести вас во дворец!

Она поняла, что гибкость – это не только умение подстраиваться, но и способность в любой момент принимать меры. Мирелье сосредоточилась и направила энергию, как её учили в академии. Руки её заискрились, издавая треск, и в воздухе зазвучал гул мощи.

– Так будет лучше, – прошептала она, и, не раздумывая, хлестанула между собой и охраной. Руки её освободили молнии, потрясая воздух, и пол, раскаленный от их сверкания, загорелся, образуя тонкую линию огня между ними.

Она резко развернулась и, получив свой шанс, сиганула в окно, закрыв глаза, пока летела с третьего этажа на брусчатку. Каждая секунда тянулась как вечность. «Дума́й! Дума́й! Дума́й! ... Дура́, я же не умею́ летать». – Разум ее никак не мог сосредоточится, мысли хаотично сменяли друг друга. – «Как бы хотелось научиться большему, а не только основам… Интересно, а джем, который мне принесла горничная, реально был вкусным? ... О чем ты думаешь… Не время думать о джеме…».

И в этот момент, сосредоточившись на джеме, она почувствовала, как полет немного замедлился. Не желая упускать шанс, Мирелье стала представлять, как погружается в джем, преисполненная ощущениями – сладкими, липкими и теплыми. Падение замедлилось ещё больше и, попав на брусчатку, она сильно ушибла ягодицы, почувствовав резкое сжатие вдоль всего позвоночника. Тем не менее, она всё же попыталась встать. Больно, но, к счастью, серьёзных травм не было.

Пока охрана не выбежала за ней, она попыталась сбежать сквозь толпу, которая уже наполняла улицы. Пробежав несколько домов, она услышала, как Хойт начал раздавать указания, выходя на улицу.

Мирелье свернула в проулок и, стараясь избежать внимания, забежала в первую попавшуюся дверь. Она оказалась в маленькой темной комнате, уставленной разного рода хламом и ящиками. Перед ней была другая дверь, из щелей которой пробивался свет. Она аккуратно подошла к двери, прислушиваясь, что за ней. За дверью виднелся прилавок, и девушка, которая расставляла различные банки по полочкам, казалась совершенно погруженной в своё дело.

Мирелье, поднявшись с пола и отряхнув платье, чувствовала, как её сердце колотится в груди, заставляя кровь бурлить в висках. Её лицо оставалось холодным, но внутри бушевала буря.

– Гррррррр! – пронзительное рычание из-за спины вырвало её из раздумий. Она повернулась, и неосознанно зажгла в руке пламя, освещая пространство вокруг себя и высвечивая детали комнаты с мрачноватыми тенями за её спиной.

Перед ней стоял огромный чёрный пес, мускулы на его лапах играли в свете её огня, а глаза сверкали как два холодных огонька в ночи. Он бросился на неё, повалив на пол, и с тяжестью сел на её грудь, будто безжалостный хранитель тайн этой зловещей комнаты. Мирелье почувствовала его дыхание, горячее и крепкое, когда он наклонился и показал свои зубы.

Дверь в комнату внезапно распахнулась, и поток дневного света заполнил пространство, словно сама природа решила приоткрыть завесу тайны. На пороге появилась та самая девушка из-за прилавка, её глаза вспыхнули загадочным блеском.

– О! Весекер, – воскликнула она, едва сдерживая улыбку. – Кого это ты поймал? Воровка?

Её голос звучал игриво, а в её взгляде читались любопытство и азарт.

– Я не воровка! – воскликнула Мерилье, стремясь сохранить остатки уверенности.

– Тогда что ты делала у меня в подсобке в этом шикарном наряде? – его голос вызывал в ней сомнение, не оставляя места для маневра.

Спасителем в данной ситуации ей послужила её собственная охрана, чьи голоса, доносившиеся с переулков, были резкими и строгими.

– Разделиться и найти её! Госпожа не могла далеко убежать, она возможно ранена, так что не навредите ей, – звучал командующий тон, пронизывая тишину.

– Весекер! Отставить! – вдруг раздалось приглушённое приказание.

Пес, услышав это, внезапно прекратил рычание и встал на ноги, послушно отступив в сторону. Теперь он сидел у двери, не сводя с неё глаз, словно мужественный страж, готовый защитить свою территорию.

– Итак, юная «госпожа», – произнес глубокий голос, его наигранная ирония была явной, – почему ты скрываешься? И кто эти люди, судя по всему, навредить они тебе не хотят, возможно, даже беспокоятся?

Мирелье встала, её ноги дрожали, как будто были лишены сил. Она могла бы рассмотреть ситуацию как шутку судьбы, но она была слишком серьезной для этого. Приняв решение, она собрала все свои остатки смелости и проговорила:

– Это мой эскорт. Они хотят доставить меня к моему отцу... а я хочу максимально оттянуть момент нашего воссоединения. Если вы мне поможете, я заплачу.

– Зачем тебе это? – отозвалась торговка, прищурив глаза, но её голос содержал нотку любопытства.

– Вы же торговка, сомневаюсь, что упустите выгоду, учитывая, что если вы мне поможете, то я вам заплачу. А если вы меня сдадите, то получите лишь «спасибо» и пару низких поклонов, – произнесла она, упрямо поджав губы.

Торговка в ответ глубоко вздохнула. Её руки опустились, а на лице отразились недоумение и сочувствие.

– Девочка, я торгую травами, редкими и не очень, и я не нуждаюсь в деньгах. Но какой же повод заставил тебя бежать от своего отца? Он что, плохо к тебе относится?

Мирелье закрыла глаза и выдохнула, пытаясь удержать эмоции, бушующие у неё внутри.

– Нет, – пробормотала она, слегка покачав головой, – но, скажите, вы замужем?

– Эмм… Да, – прозвучал ответ, полный недоумения, – а как это важно?

– Вы любите своего мужа? – продолжила она, её голос звучал искренне, с тонкой долей уверенности.

– Да, – ответила торговка, всё ещё ошарашенная вопросами.

– Как вы с ним познакомились? – взгляд Мирелье вцепился в нее твердой уверенностью.

– Причём тут это? – сбивчиво ответила торговка, но ей было интересно.

– Позвольте мне задать вопрос по-простому, – продолжила Мирелье, её голос наполнился холодной настойчивостью. – Что, если бы у вас нет выбора? Если бы вам сказали, что судьба предписывает вам выйти замуж за кого-то, о ком вы не знаете ничего? Возможно, вы полюбите этого человека и проведёте всю жизнь в счастье. Но что, если это окажется старый, толстый хрыщ, с покрытым шрамами от болезни лицом, с холодным взглядом, который будет рассматривать вас лишь как игрушку и награду, полученную за заслуги? Для него вы будете просто средством для укрепления своего положения. После рождения ребёнка он может оставить вас в тени, заперев в тёмном углу, где вы будете лишены свободы, время от времени рожая ему детей, пока он развлекается с одной из своих фавориток. А если посчастливится, и он умрёт рано, и вы получите всё его имущество, вы не станете свободной! Вам снова предложат замуж, за другого, без вашего согласия... Вы бы рискнули пойти на этот шаг или все же попытались хоть немного повлиять на вашу судьбу, пусть и ненадолго?

Тишина окутала комнату, её вопрос повис в воздухе, как давящее облако. Торговка, напуганная и взволнованная, опустила глаза, её застенчивое лицо отражало множество противоречивых эмоций.

– Я предлагаю десять золотых и своё платье, – наконец произнесла Мирелье, её голос дрожал от волнения. Страх пересекал её душу, но в глазах горела решимость. – Мне понадобится другая одежда и помощь, чтобы добраться до корабля.

Женщина, стоявшая перед ней, поразительно молчалива, внезапно кивнула, пообещав: – Хорошо… я помогу тебе.

С этими словами она исчезла вверх по ступенькам, оставив Мирелье стоять одной в комнате. Сердце стучало, а время тянулось, как тягучий дым. Через несколько минут девушка вернулась, и в её руках были вещи, которые они могли бы использовать. Кивнув головой, она призвала Мирелье следовать за собой.

Они вошли в просторную комнату под лестницей, где стояло большое ростовое зеркало, отражающее свет так, будто само было живым.

– Вот это должно быть тебе как раз, – сказала та женщина, указывая на платье.

– Чье это?

– Моё старое платье, – проговорила женщина, – я из него выросла, когда мне было шестнадцать.

Мирелье аккуратно сняла свой ночной норяд, когда её взгляд вдруг наткнулся на собственное отражение. Толстое пурпурное пятно на задней части бедра, напоминающее о недавних ужасах, росло, подобно паутине боли, сплетающейся вокруг её тела. Она резко повернулась к зеркалу, и её глаза расширились от ужаса.

– Великая Рея! – воскликнула её новая знакомая, глядя на синяк с выражением заботы. – Что с тобой стряслось?

Мирелье ощупала кожу вокруг поврежденного места. Она слегка прикоснулась к синяку, и дрожь пробежала по её телу, а лицо исказилось от резкой боли.

– Последствия серьезной глупости с моей стороны, – тихо призналась она.

– Стой, не шевелись! – воскликнула женщина.

– Что вы собираетесь сделать? – спросила Мирелье, напряженно сжимая руки.

– Нужно наложить давящую повязку, – сказала она с решительностью. – Так заживет быстрее, да и болеть меньше будет.

– Спасибо, – из горла вырвалось глубокое облегчение.

Женщина ловко обработала синяк, твёрдая рука аккуратно и быстро наложила повязку, и, когда боль определённо немного утихла.

Когда повязка была окончательно зафиксирована, женщина предложила Мирелье удобно сесть, а сама вскоре подала ей коричневые обтягивающие штаны и высокие сапоги, которые сидели идеально, словно были созданы именно для неё. После этого она накинула на себя тёмно-зелёное платье с вырезами вдоль всего подола. Это платье было простым, с капюшоном и рукавами до середины предплечья. В нём она вдруг почувствовала себя не такой уязвимой.

Мирелье покрутилась у зеркала, стараясь убедить себя, что всё будет хорошо.

– Позже налюбуешься, ты сказала, тебе ещё на корабль нужно, – поторопила ее девушка.

– Да, – тихо шепнула она, глядя на свое отражение. – Но пока не забыла...

Она вынула красивую заколку, одновременно взъерошивая волосы. Золотистые пряди её волос, как жидкое золото, начали падать на плечи, множеством тончайших завитков завиваясь вокруг её шеи и создавая невидимое облако изящества и хрупкости.

– Ахххх, так значительно легче! – с наслаждением сказала она, чувствуя, как её дух возрождается.

Повернувшись, она встретила взгляд женщины, которая смотрела на неё с широко открытыми глазами и слегка приоткрывши рот, как будто увидела призрак. Мирелье, слегка смутилась от подобного. Она взяла кошель из снятого платья и протянула его девушке, – Вот тут десять сонтар, – произнесла Мирелье.

– А... да, спасибо... кхм-кхм. Так, теперь давай, нам пора. Я надеюсь, ты знаешь, как выглядит твой корабль!? – ответила женщина, ее голос звучал решительно, и в нем слышалась нотка беспокойства.

– Да.

– Но ты не могла бы надеть капюшон? Твои волосы слишком заметны, – произнесла она с опасением, осматривая окрестности.

– Да, конечно, – кивнула Мирелье, надевая капюшон, который скрывал ее от взгляда потенциальных преследователей.

Скоро они незаметно покинули лавку, и направились по узким уличкам к портовому причалу. Девушка, казалось, они скользили среди теней. К огромному удивлению, по дороге им не встретилась свита Мерилье́. Но как только они подошли к порту, мгновенно ощутили нарастающее напряжение.

– Вот дьявол! – воскликнула женщина, её глаза расширились от ужаса.

Перед ними вознесся трехмачтовый корабль, украшенный резьбой и фигурой девушки на носу, смотрящей вдаль. На подходе к нему стояли семь мужчин, мрачно рассматривающих толпу в её поисках.

– Я так понимаю, это нужный тебе корабль? – заполнив тишину, произнесла её спутница.

– Да, – еле вымолвила Мирелье, отчаяние колотилось в ее груди.

– Ладно, – сказала женщина, глядя на неё с пониманием. – Сиди здесь и не высовывайся.

В горле Мирелье сковало от гнева и страха, но не оставалось выбора. Она пряталась среди нагромождения ящиков, заведённых в проулке, взгляд её метался в поисках решения. Спустя несколько долгих мгновений, женщина подошла ближе к группе мужчин, игравших в карты на импровизированном столе из ящиков. Она наклонилась к одному из них, облокотившись ему на плечо, и, прежде чем Мирелье успела осознать происходящее, мужчины ушли, а девушка вернулась обратно.

– Хорошо, я договорилась! – окинула её улыбка, полная искры надежды и решимости. – Их отвлекут ненадолго. У тебя будет немного времени, чтобы взойти на корабль.

– Большое спасибо! – выдохнула Мирелье, её душа переполнялась благодарностью. – А тот мужчина, с которым вы говорили...

– Это мой муж! – с лёгкой гордостью произнесла женщина, выпятив грудь.

Она посмотрела на порт, – людская толпа шумно двигалась, часть из них тащила тяжёлые ящики и бочки, – Что они делают? – с трепетом спросила.

– Составляют грузы, все готовя для корабля, который вообще-то должен прибыть примерно через час. – ответила женщина. – Но готовься. Как только карета появится, начнем продвигаться к причалу...

Резкий звон колокола, раздающийся с корабля, заставил их обеих дернуться.

– Кажется, мы опоздали… твой корабль отплывает! – произнесла женщина с ноткой паники в голосе.

– Нет! – протестовала Мирелье, её сердце забилось в унисон с тревожными мыслями. – Всё равно отвлеките их!

Взяв себя в руки, она побежала к причалу, когда её помощница издала громкий свист. Муж женщины резко опрокинул стопку мешков, и толпа всколыхнулась от неразберихи, люди метались в стороны, избегая падения с разбившимися о землю ящиками. Стражи, находившиеся среди толпы, были обращены на упавшие мешки, и страх охватил Мирелье, когда она пробиралась сквозь столпотворение. Шум толпы, крики и грохот падения стали для нее отличным прикрытием.

Её ноги были в движении, но вдруг капюшон слетел с головы, раскрывая её. Хойт, заметив это краем глаза, закричал, пытаясь остановить её.

–Дума́й, дума́й, дума́й... – кричала она про себя, искренне надеясь, что найдёт решения. – Нужно попасть на кора́бль. Что я могу́ сделать? Магия́!

Она была напугана, но её решимость росла. Приближаясь к краю причала, она понимала, что у неё немного времени. Хойт гнался за ней.

– Основы, вспоминай, что говорила мадам Вилья… – её мысли сорвались в воцарившейся панике. – «Есть четыре базовых способа применения магии: высвобождение, управление, преобразование и передача…».

Сосредоточившись, на бегу, она указала рукой на веревку, валявшуюся на причале. Поток магии стремительно вливался в неё, но попытка двигать веревку оказалась безуспешной. Поднявшись в воздух, верёвка тут же упала обратно.

– Чёрт! Магия слишком быстро рассеивается, – страх прокрадывался в душу всё глубже. – Как мне её удержать?

Хойт стремительно приближался к ней. Взглянув вниз, она поняла, что наконец-то нашла решение.

– Преобразование! – подумала она, сжимая кулаки. Она закрыла глаза, представляя огромную лестницу. Стремление к свободе. Поток невидимой магической энергии устремился к воде, которая поднимаясь повинуясь её мыслями, и изображая путь к спасению.

– Лестница! Лестница! – закричала она, видя, как нечто формируется впереди, не останавливаясь она сделала первый шаг.

Хойт попытался подняться следом, но ступенька под ним вдруг превратилась в жидкость, и он с глухим шлепком свалился с причала. Над головой Мирелье́ раздавался гулкий треск воды, когда она стремительно бежала по лестнице.

Каждый шаг давался ей всё сложнее, как будто её тело наполнилось свинцом. Усталость охватила её, проникая в каждую клеточку, истончая силу воли. Причиной этому был не бег по лестнице – Мирелье три года жила в башне магического института. Каждодневные переходы из кабинета в кабинет были частью её жизни, и поначалу вечерами ноги начинали ныть от усталости, так что она часто опаздывала на занятия и стремительно взбиралась по лестницам – крутым и высоким, но подобной гнетущей усталости она не испытывала ни разу.

"Дура́! Дура́! Дура́!" – эхом звучали проклятия в её голове. "Слишком много магии тратишь, слишком бездумно, слишком… глупо. Слишком!"

Эти мысли как тяжёлый камень обрушились ей на плечи, сбивая с концентрации. Ступеньки впереди таяли. Борт уже был близко. Из последних сил она оттолкнулась.

Уцепившись за борт, она изо всех сил старалась подняться, но руки отказались подчиняться, дрожа и слабея.

– Держись! – раздался голос капитана Орланда, его заботливые руки вытащили её на палубу. Она обессилела, упав на спину, взглянув в небо. Подошедшие матросы и пассажиры с любопытством наблюдали за ее непредсказуемым появлением.

Попытавшись унять прерывистое дыхание, Мирелье слабо улыбнулась.

– С добрым утром капита́н! – усталая, но довольная поприветствовала она.

– Мисс Мирелье, – ответил он с легкой улыбкой, – мы уже начали думать, что вы передумали плыть.

Лицо её расплылось в улыбке. – Ну что вы, меня слегка́ задержали.

– Так или иначе, рад, что вы успели, и не не придется искать вам замену. – Он протянул ей руку, чтобы помочь встать.

Мирелье, приняв помощь, встала, глядя в лицо капитана, в котором сияла искренность и доброта.

– Добро пожаловать на борт!