❤️Хрустальная невеста

Госпиталь Святой Виталины

– Лори, просыпайся! Ещё одного привезли! – скрипучий голос монахини ворвался в разум раскалённой иглой. За сегодняшнюю ночь я приняла десятерых тяжелораненых и едва стояла на ногах от усталости. Впрочем, как и остальные целители.

Три часа назад в Вайорре случился прорыв, твари Пустоши прогрызли брешь в магическом куполе и прорвались в наш мир. Прибывшие на место Хранители предотвратили трагедию, но цена победы оказалась слишком велика. Поток раненых не прекращался. Ещё немного, и в госпитале не останется ни одной свободной койки.

– Где он? – я соскользнула с диванчика и легонько побила себя по щекам, пытаясь проснуться.

– В пятой палате, только..., – Гретта запнулась, а между морщинистыми пальцами замелькали алые бусинки чёток, – Лори, там без шансов. Даже не трать силы, просто боль сними, чтоб не мучился.

Сердце сжалось от тоски и безысходности. В такие моменты я себя ненавидела. Светлые целители считались элитой, простые жители приравнивали нас к Богам и верили, что мы способны на любые чудеса. Увы... наши возможности были не безграничны.

Мы действительно могли больше, чем обычные лекари. Но в отличие от тёмных, не умели заклинать смерть.

– Я посмотрю, что можно сделать, – от усталости голос прозвучал непривычно тихо и сипло.

В палату шла, словно на эшафот и дело было не только в предупреждении Гретты. Меня бил озноб от дурных предчувствий, и с каждой секундой они становились сильнее. Хотелось удрать как можно дальше от странного пациента, и в то же время неведомая сила тянула меня к нему.

– Говорят, сам Владыка драконов прибыл на помощь! – неожиданно прошептала монахиня. – Лично в бою участвовал!

– Аргвар Нери великий воин, – сухо ответила, – такая отвага делает ему честь.

– Если бы не он, неизвестно, чем всё закончилось, – продолжила тарахтеть Гретта.

Она прекрасно чувствовала моё состояние и всеми силами пыталась отвлечь от грустных мыслей. Только я не разделяла всеобщего восхищения чёрными драконами, предпочитая держаться от Нери и ему подобных как можно дальше.

Слишком опасные, непредсказуемые, дикие...

Давным-давно их призвали в наш мир, чтобы защитить жителей от тварей Пустоши. И драконы доблестно исполняли долг. Только магические резервы пополняли, мягко говоря, оригинально - за счёт влюблённых в них ведьм.

Разумеется, всё было добровольно. Ради шанса нырнуть в койку к Нери многие девушки готовы были продать душу. Свои источники драконы берегли пуще любого сокровища, и отпуская ведьму, щедро оплачивали её услуги.

Только любовь тёмных вызывала стойкую зависимость, а для таких как я и вовсе представляла смертельною опасность.

– Лори, ты прости старуху, – мы почти дошли до палаты, и Гретта вновь заговорила о раненом, – знаю, что тебе хоть час отдохнуть нужно. Но кроме тебя никто не взялся! А бросить его в таком состоянии...

– Я посмотрю, что можно сделать, – повторила, пытаясь собраться с мыслями.

– Храни тебя Свет! – по коридору разлетелся облегчённый вздох и мелодичный перезвон чёток. – А то жалко мага, молодой-то совсем... и такая судьба жуткая...

Гретта принялась молиться, прося Богов помиловать душу неизвестного. А я замерла на пороге палаты, ни в силах сделать ни шагу. Предчувствия достигли предела и сердце стучало так часто и сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

Только монотонный напев монахини отвлекал и помогал сосредоточиться.

Травница была своенравной, но сердобольной. На этой почве мы и сработались. Остальные Светлые считали её выжившей из ума старухой, доживающей дни при монастырском госпитале. А зря.

Не все болезни можно вылечить при помощи одной магии, за месяцы практики я многому научилась у Гретты. Но сейчас чувствовала себя адепткой-первокурсницей...

– Соберись, Лори! – прошептала, едва из палаты донёсся сдавленный стон. И решительно распахнув дверь, проскользнула внутрь.

В нос ударил запах крови, гари и дешёвого обезболивающего зелья, беды от которого было куда больше, чем пользы. Лекарь в приёмнике не стал тратить магию и дорогостоящие препараты на простого солдата.

Сволочь...

Позже выясню, кто дежурил и подам жалобу в Совет. Но сейчас, главное – пациент.

– Кх-х-кхг! – мужчина сдавленно засипел и выгнулся дугой. В два шага преодолев разделявшее нас расстояние, я сплела заклинание, останавливающее кровотечение, и принялась наспех сканировать повреждения.

На самого пациента старалась не смотреть. Бедняга явно попал в эпицентр магического взрыва. Не тело, а сплошной ожог. Несмотря на это, он судорожно цеплялся за жизнь и невольно тянул из меня Силу, пытаясь восстановиться.

Светлая мать... Неужели, я действительно ничем не могу помочь?

Я накинула на него стабилизирующее плетение и мужчина судорожно мотнул головой. Взгляд невольно скользнул по уцелевшей половине лица. Действительно молодой. И красивый. Был...

Кожа перемазана копотью и кровью, но черты тонкие, правильные, аристократичные. Из-за кровопотери и магического истощения лицо ещё больше заострилось, сейчас мужчина напоминал хищную птицу. Невольно вспомнилась старая эльфийская пословица: «на крыльях ворона летает беда».

Глупости! Это просто пациент.

А вот повреждения действительно тяжёлые... Кроме ожога обнаружились многочисленные переломы, сильная кровопотеря и два смертельных проклятья.

Но шанс был. Мизерный. Практически призрачный. Да и велик риск, что во время лечения он выпьет меня досуха, и в итоге погибнем оба. Но смогу ли я жить, обрекая мага на страшную смерть?

– Лори! – из коридора раздался голос Гретты. – Ты закончила? Ещё одного привезли...

– Кх-х-кхг! – мужчина вновь застонал. Это отрезвило и помогло принять решение.

– Позови другого целителя, – резко ответила и запечатала дверь заклинанием, чтобы никто не помешал.

Ведь то, что я собиралась сделать, выходило далеко за рамки Светлого кодекса.

– Лори? – обеспокоенно повторила монахиня. – Лори, послушай, он безнадёжен! Лори...

Гретта барабанила в двери, взывая к голосу рассудка, но я уже не слушала. Шагнула вперёд, опустившись на край постели, и осторожно положила ладони на грудь мужчины.  Скользнула едва ощутимо, касаясь кончиками пальцев кожи под окровавленной рубашкой.

На воине не было брони, зато сквозь копоть просматривались контуры защитных рун и вереница старых шрамов. Похоже, он из боевых магов и это ранение далеко не первое.

Пальцы мягко блуждали по груди мужчины, обходя ожоги и слегка поддевая края разодранной рубахи. Она липла к ранам и при каждом движении моих пальцев маг вздрагивал от боли. Но чтобы начать лечение, мне нужен был контакт кожа к коже.

– Потерпи, прошу, – прошептала, – это единственный шанс спасти тебя.

На удивление, пациент замер. Даже дыхание стало ровнее, словно одно моё присутствие восстанавливало его.

Хороший знак! Провести тесты на магическую совместимость я не успевала, но мой Дар считался универсальным. И реакция мужчины это подтверждала.

– Ты выживешь! – уверенно заявила, призывая Силу.

С кончиков пальцев сорвались серебристые искорки, и мужчина выгнулся дугой, едва не разорвав контакт.

– Кх-хкх!

– Тише! – воскликнула, с силой надавив на его грудь. Ладони чудом не соскользнули на раны, и мне удалось продолжить.

Вторая попытка оказалась успешнее. Даже в таком состоянии маг быстро понял, что его не добивают, а лечат, и перестал сопротивляться.

– Вот так, прекрасно, – глубоко вдохнув, я закрыла глаза и сосредоточилась на биении чужого сердца. На удивлении сильном и гулком для такой кровопотери и тяжёлых повреждений.

Не человек... оборотень? Дракон? Кто же ты...

Из-за проклятий и ран я не чувствовала его вторую ипостась, это затрудняло лечение. Все двуликие по-разному реагировали на нашу магию и сейчас я ходила по краю пропасти. Дракон может выпить меня за пару мгновений, с оборотнем будет проще. Но лучше не рисковать.

Собравшись с духом, я принялась осторожно вливать в мужчину свою жизненную энергию. Теперь наши сердца бились в унисон, я растворялась в этом ритме, словно в грохоте горной реки. Магия сходила с ума, ручейками просачиваясь в чужие раны, оплетая тело пациента невесомой паутинкой.

Жуткие ожоги затягивались на глазах, оставляя после себя лишь грубые красноватые шрамы. Но через пару недель и от них не останется и следа.

– Я тебе даже красоту верну, – нервно хихикнула, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и прислушиваясь к шуму из коридора.

В дверь больше не стучали. Гретта поняла, что увещевания бесполезны и переключилась на новых пациентов. Прекрасно, значит у меня ещё есть время.

Оставалось самое сложное. Восстановить вторую ипостась мужчины и снять все проклятья. А для этого мне понадобится куда больше Силы.

– Давай, Лори, ты справишься, – прошептала, призывая крылья.

Моё проклятье и главное сокровище. Хрустальные крылья фэйри. Бесконечный источник магии, из-за которого мой народ оказался на грани уничтожения.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки, и через миг по комнате разлилось чарующее сапфировое сияние. На кровать упала полупрозрачная тень. Казалось, над магом склонилась огромная бабочка, укрывая его от всего мира.

Я слегка нагнулась вперёд, обнимая мужчину крыльями. Он вновь вздрогнул, но уже не от боли. Теперь незнакомец жадно пил мою магию, вытягивая её намного быстрее, чем я планировала отдавать.

– Стой! – воскликнула, слегка царапнув ногтями по груди. Но меня не послушали.

– Лори! – из коридора донёсся голос матушки-настоятельницы. Она была в бешенстве. Не открою, точно высадит двери.

Пресветлая! Что ж мне так не везёт!

– Лори!

От слабости перед глазами заплясали цветные пятна, и я с силой оттолкнула мужчину. Но в последний миг он лихорадочно ухватился за моё запястье. Крепко, цепко, словно от этого зависела его жизнь.

– Отпусти! – прошептала, наспех втягивая крылья. Я почти закончила лечение, дальше справятся и обычные лекари. Главное замести все следы...

Заклинание, с помощью которого я удерживала двери закрытыми, задрожало. Настоятельница всё же решила применить Силу.

– Иду! – беспомощно проронила, пытаясь высвободить руку из стальной хватки. Но проще было согнуть клинок из эльфийской стали!

– Лори..., – по комнате разлетелся хриплый мужской шёпот. Низкий, будоражащий, похожий на шелест осенних листьев.

С ужасом обернувшись, я наткнулась на пристальный взгляд сапфировых глаз. Бездонных словно океан, удивительно красивых, и слишком узнаваемых...

– Аргвар Нери?! – простонала, осознав, насколько влипла.

Казалось, хуже и быть не может. Но через секунду дверь с грохотом ударилась о стену, и в палату разъярённой фурией влетела матушка-настоятельница.

– Кем ты себя возомнила?! – голубые глаза магессы потемнели от гнева. – Я выделила тебе полчаса на отдых! Полчаса и ни минутой больше!

– Но...

– Молчать! – рявкнула Ванда. – В приёмном отделении пятеро раненых, а их даже осмотреть некому! Мои резервы истощены, ещё пара заклинаний – останусь без Дара. Все падают с ног, а она забилась в чужую палату и отлынивает от работы!

Целительница шипела змеёй, разве что ядом не плевала. Каждое её слово ранило как удар ножа. Я прекрасно понимала, что потратила на дракона силы, которых могло хватить на десятерых. Но и бросить его умирать не могла!

– Я не отлыниваю! – возмутилась, предприняв ещё одну попытку освободить запястье. Владыка вновь потерял сознание, но хватку не ослабил. Вцепился в меня, как в агонии.

– А что ты делаешь? – ехидно поинтересовалась настоятельница. – В эту палату приказано свозить безнадёжных, а ты торчишь здесь уже четверть часа.

Ох... погрузившись в лечение, я совсем потеряла счёт времени. Теперь понятно, почему Ванда так разозлилось. Пациентов море, Силы почти ни у кого не осталось...

– Погоди, – целительница наконец заметила затянувшиеся раны и стальную хватку на моей руке, – он... дракон?!

Магия восстановила вторую ипостась Нери и теперь не составляло труда определить, кто он.

– Чёрный дракон, – уклончиво ответила.

В душе всё ещё теплилась надежда, что я ошиблась и штормовой блеск сапфировых глаз мне привиделся на фоне магического истощения.

К стыду своему, я не особо помнила, как выглядит Владыка. За новостями не следила, посвящая всё свободное время учёбе и практике. А Нери, в свою очередь, не жаловал приёмы и благотворительные мероприятия, на которых мы могли случайно встретиться.

Да и форма раненого смущала... На пуговицах куртки и вороте рубашки виднелись защитные руны, украшающие форму Хранителей. Они частично приняли удар на себя, поглотив огненную магию врага. Других знаков различия не было.

А ведь Владыке полагалось носить командорский мундир, а не солдатскую форму!

Но эти глаза...

Такой глубокий сапфировый цвет радужки был только у Заклинателей смерти. Некроманты черпали свою силу из благословения Морских ведьм, и чем сильнее становился их Дар, тем насыщеннее был цвет глаз.

Такой бездонной штормовой синевой мог похвастаться лишь Аргвар Нери...

– Чёрный дракон, – словно в трансе повторила настоятельница, вырывая меня из размышлений, - и ты... Нет – мы! Мы спасли его!

Ванда щёлкнула пальцами, закрывая двери.

Я едва не задохнулась от возмущения, но вовремя вспомнила о мстительном характере целительницы. Первые три года выпускники всецело зависели от воли наставницы, и ведьма могла с лёгкостью лишить меня всего.

– Именно так, ваше светлейшество, – смирение далось с огромным трудом. – Мы спасли чёрного дракона.

Внутри всё закипало от ярости, и дело было не в тщеславии. Меня не волновали внутренние разборки Орденов в бесконечная борьба за титул Верховной. Но как быстро Ванда сменила гнев на милость, заметив для себя потенциальную выгоду!

Узнай император, что целители не оказали помощь дракону, от монастыря не осталось бы и кучки пепла. Зато смерть обычного солдата никто бы не заметил.

Подобное лицемерие ужасало. Я никогда не делила пациентов на «простых» и «особенных». Боги наделили нас магией, чтобы мы помогали всем нуждающимся, но...

– Бестолочь с приёмника уволю, – с чувством прошипела Ванда, – а ты молодец, вовремя сообразила и оказала помощь. Не зря я тебя в ученицы взяла.

– Кхе-кх! – я сдавленно крякнула. До этой секунды даже не подозревала, что так высоко летаю. Ученица самой матери-настоятельницы, надо же, какая честь!

– Напортачила ты, конечно, знатно, – тут же добавила целительница, оплетая дракона сканирующей сетью, – магические потоки нестабильны, но привязка уже сформировалась...

– Привязка?! – ужаснулась.

Нет... Пресветлая, помилуй! Только не это, у меня же свадьба через неделю!

– Тебе что-то не нравится? – Ванда удивлённого изогнула бровь.

Что-то?! Да мне всё не нравится!

Никто не поверит, что мы не любовники, а привязка сформировалась во время лечения.

– Лори, – голос наставницы стал пугающе мягким и вкрадчивым, – через неделю выборы в Совет. Этот пациент и благосклонность Владыки – мой шанс обойти настоятельницу монастыря Святой Лавинии.

– Но моя честь... свадьба...

– Поможешь мне – я тебя прикрою, – отрезала Ванда, – сорвёшь мои планы – уничтожу. Я понятно объяснила?

– Более чем, – горло сдавило спазмом, и голос прозвучал сипло и жалко.

Отныне моя судьба всецело зависела от воли наставницы и... Нери. Если дракон заметил мои крылья, если понял, КАК именно я спасла его... мне конец.

– Умница, – удовлетворённо кивнула целительница, – а теперь за дело. Будешь слушать меня, никто не узнает о привязке.

***

Дорогие читатели, добро пожаловать в новинку)) Нас ждёт море приключений, тайн, интриг и, конечно же, настоящая любовь, которая преодолевает любые преграды)))

Если история вас заинтересовала, добавляйте её в библиотеку, чтобы не потерять))) И буду безгранично признательна за ваши лайки и комментарии) Они безумно вдохновляют)

P.S.S.: Обложечка крупным планом))

Дорогие читатели, прикрепляю визуал героев))

1.

2.

3.

4.

Ванда подошла ближе и окинула мага оценивающим взглядом. Знаки различия на форме, лицо, раны... именно в такой последовательности. Словно прикидывала, как много можно взять от ситуации, не упустив ни грамма выгоды.

– Странно, – нахмурилась магесса, – не могу сконцентрироваться на лице. Образ стирается из памяти, едва отводишь глаза.

Пресветлая, ну какое это имеет отношение к лечению?! Между прочим, из меня до сих пор Силу тянут!

Я в третий раз попыталась вырваться из захвата и разжать пальцы дракона, но Ванда метнулась ко мне разъярённой фурией:

– С ума сошла?! Он без твоей подпитки умрёт!

– А если он продолжит, умру я! – с чувством воскликнула. – Нужен ещё один донор.

Холёное лицо ведьмы пошло пятнами. Она явно не ожидала подобной дерзости, а я больше не могла молчать. Хотели спасти чёрного дракона, госпожа настоятельница? Пожалуйста! Присаживайтесь с другой стороны и наполняйте его своей Силой.

– Первый раз привязку видишь, да? – в голубых глазах заплясали недобрые огни.

Тон Ванды не предвещал ничего хорошего, но договорить она не успела. Из коридора донёсся странный шум. От мощного удара дверь слетела с петель, и в палату ввалилось трое чёрных драконов.

Судя по знакам различия на форме – очень высокопоставленных драконов.

– Вы... вы..., – напоровшись на жёсткий, ледяной взгляд командира, Ванда судорожно крякнула и зыркнула на меня.

Можно подумать, я понимала, что происходит!

– Жив! – заметив пациента и бледную, испуганную меня, высоченный дракон со шрамом над левой бровью, облегчённо выдохнул и жестом приказал остальным выйти. – Моё имя Саад Лейри, я командир некромантского корпуса. От имени всех Хранителей благодарю вас за спасение Владыки.

Дракон щёлкнул пальцами, и с лица Аргвара мигом слетела иллюзия. Словно гость хотел убедиться в правильности выводов.

– Кхе! – наставница закашлялась и возвела глаза к небу, мысленно благодаря всех Богов. Я же едва не провалилась от стыда и безысходности.

Мне конец... Теперь окончательно и бесповоротно.

– Приношу глубочайшие извинения за столь бесцеремонное вторжение, – продолжил Саад, – но ситуация...

– Я всё понимаю, – взгляд Ванды снова стал уверенным, а в голосе проскользнули стальные нотки, – но прошу вас покинуть палату. Мы не закончили лечение.

– Вы продолжите его в замке Владыки, – дракон шагнул вперёд, горой нависая над целительницей.

Огромный, широкоплечий с бугрящимися мускулами, перекатывающимися под формой при малейшем движении. Ванда едва доставала ему до груди, но всё же не стушевалась и продолжила настаивать:

– Исключено! Состояние Владыки тяжёлое и нестабильное...

– Никто не собирается препятствовать лечению, но здесь небезопасно! – на висках Саада проступила чернильная чешуя, но у Ванды словно открылось второе дыхание.

– Так сделайте, чтобы стало безопасно! – безапелляционно объявила ведьма. – В конце-то концов, это ваша работа!

По палате разлилось угрожающее рычание. Я с надеждой посмотрела на Нери, но тот по-прежнему был без сознания. Бездна... ну почему, когда не нужно он очнулся, а сейчас...

– Ты забываешься, ведьма! – дракон отступать не собирался.

– Нисколько! Для меня важна каждая жизнь! Я готова на всё ради...

– Кх-хкх! – судорожный кашель Аргвара положил конец спорам. Замолкли все. Казалось, даже в коридоре повисла гробовая тишина.

– Владыка...

– Вы должны остаться здесь! – затараторила Ванда, лисой проскользнув мимо опешившего Саада. – Ваши раны...

Хватка на запястье на миг усилилась. Дракон осмотрелся, пытаясь понять, где находится и что происходит, а затем горячие пальцы скользнули по моей коже, отпуская, разрывая контакт.

– Хорошо, я останусь, – ответил Аргвар. На целительницу и Саада он не смотрел, только на меня.

Взгляд сапфировых глаз прожигал насквозь, проникая в каждую клеточку тела. Хотелось зажмуриться, убежать... Но я так устала, что замерла на краю постели словно загипнотизированный кролик перед удавом.

– Девушка тоже останется, – продолжил Владыка.

– Разумеется! – воскликнула Ванда, окинув Саада злорадным взглядом. – А вы, господин командир, покиньте палату. Вы мешаете лечению.

На лице некроманта заходили желваки, но это не произвело на наставницу ни малейшего впечатления. Узнав кого я, ах нет - МЫ спасли, целительница ощутила себя всемогущей и бессмертной.

– И двери починить не забудьте! – нахально добавила ведьма, едва дракон вышел в коридор. – Всё-таки казённое имущество, сами понимаете.

– Как пожелаете, – тяжёлый взгляд и вкрадчивый голос Саада не предвещали ничего хорошего.

Драконы существа мстительные. Как бы выходка Ванды не обернулась проблемами для всего монастыря...

– Лейри! – из-за кровопотери и ран голос Владыки звучал сипло, но от сквозивших в нём повелительных интонаций хотелось забиться в дальний угол. – Ярд аргаах!

Драконий диалект я знала неплохо и без проблем перевела: «без глупостей». Интуиция не подвела, некромант закусил удила, и если бы не вмешательство Владыки, неизвестно чем всё могло закончиться.

– Ваше слово – закон! – командир поклонился и по-армейски щёлкнув каблуками удалился.

Из коридора тут же донеслись перешёптывания сестёр. Кое-кто даже попытался подкрасться и заглянуть внутрь, но напоролся на новых охранников.

– Нам нужно пройти! – обиженно протянула Лизетта. Её капризный высокий голосок я узнала сразу.

– Приказано никого не впускать, – коротко ответили.

– Но нам нужно исполнять свои обязанности! – нагло соврала целительница. К ней тут же присоединилась ещё одна. Желание увидеть легендарного дракона затмевало здравый смысл, девушки пытались любой ценой прорваться в палату.

Всё как обычно! Когда Владыка скрывался под личиной простого солдата и умирал без медицинской помощи, всем было плевать. А сейчас прямо столпотворение! И всё ради призрачной возможности стать «источником» для Нери.

– У нас приказ, – настойчиво повторили.

Голос стража звучал монотонно, без капли эмоций. Словно дамы разговаривали с големом, а не живым мужчиной.

– Ваши люди парализуют работу госпиталя, – нервно хихикнула Ванда.

– А ваши слишком любопытны, – отрезал Владыка.

Целительница обиженно поджала губы и начертила в воздухе несколько рун. Палату накрыло куполом тишины, а на месте выбитой двери возникла плотная чернильная пелена.

К лечению эти манипуляции не имели ни малейшего отношения, только создавали видимость комфорта. Если Ванда потратила на них Силу, то никаких проблем с магическими резервами у неё и не было. Выходит, она соврала, чтобы пристыдить меня и подчеркнуть собственную важность.

– Мы должны закончить, – настоятельница подошла ближе и положила руки мне на плечи. По коже ледяной волной скользнула чужая магия, липкая и очень неприятная.

Я вздрогнула, словно за шиворот бросили живую жабу, но ведьма лишь усилила хватку.

Пресветлая, что ж в меня сегодня все клещом впиваются?!

– Вам идеально подошла энергия Лори, – Ванда принялась неспеша вливать в меня свою Силу, – поэтому она останется основным донором. А я прослежу, чтобы вы случайно не выпили мою ученицу досуха, и в случае необходимости буду восстанавливать её резервы.

– Интересная методика, – задумчиво протянул Аргвар.

– Моя разработка, – гордо ответила целительница, – с её помощью мы быстро поставим вас на ноги.

Ведьма не соврала. После полного формирования привязки драконам подходила только энергия своих «источников». Но Ванда придумала обходной путь. Научилась вливать Силу в донора, восстанавливая его магические резервы и подлечивая пациента «переработанной» энергией.

Методика была спорной, не все её признавали. Некоторые и вовсе утверждали, что подобные «переливания» магии делают Силу донора менее питательной и целебной. Но на практике заклинание работало великолепно.

А в моём случае было единственным шансом скрыть от Нери правду о его «чудесном» исцелении.

– Вы... сразу использовали этот метод? – недоверчиво уточнил дракон.

– Разумеется! – воскликнула Ванда.

Врала она безупречно. Ещё немного, сама поверю, что всё так и было.

Слово настоятельница пока держала, старательно избегая разговоров о привязке и делая акцент на том, что Владыке просто подошла моя Сила. Такое тоже случалось. И я надеялась, что Нери не станет копать глубже, а исчезнет из моей жизни сразу после лечения.

– Пожалуй, мне стоит поблагодарить вас и извиниться за поведение командира Лейри, – дракон скользнул по моему лицу цепким, пронизывающим взглядом.

Сердце забилось чаще, отдавая в ушах грохотом горной реки. Ладони моментально вспотели. Почему он так смотрит? Неужели, действительно рассмотрел крылья?!

Нет... Глупости! Я почти развеяла их, когда дракон очнулся. И вообще, он на секунду в себя пришёл, даже если и видел, то ничего не запомнил!

А то, что имя моё повторил, так это ничего не значит. Всегда можно соврать, что бредил, ему привиделось... да! Так и сделаю!

Отдам все «лавры» Ванде. Скажу, что она его лечила, а я только «батарейкой» выступала. Наставница наверняка ухватится за эту идею, как охотничья собака за лисий хвост.

– Мне нужно отдать распоряжения по поводу новой палаты и навестить остальных пациентов, – мурлыкнула настоятельница.

Погрузившись в размышления, я потеряла нить разговора и теперь судорожно соображала, что происходит.

– Меня вполне устраивает эта палата, – отрезал дракон.

– Но ваш статус, – просипела Ванда. Ведьма наверняка в красках представила, как будет объяснять императору, почему Владыка оказался в палате для безнадёжных.

– Я не нуждаюсь в особых условиях, – с нажимом повторил Аргвар.

Всего несколько фраз, а я моментально прониклась к дракону симпатией. Он выгодно отличался от алчной настоятельницы, думающей лишь о собственной выгоде.

– Как прикажете, – «смиренно» процедила ведьма, – мне нужно осмотреть остальных раненых. Лори пока обработает ваши раны и поможет переодеться.

В смысле, помогу переодеться?!

Этим должны заниматься младшие послушницы, а не жрицы. Но Ванда никого не хотела подпускать к Владыке. Словно боялась, что другие целительницы могут посягнуть на её славу.

Ничего, позову верную Гретту. В её возрасте плевать на красоту и статус пациента, заигрывать с драконом травница точно не будет, а для меня её присутствие станет отличным прикрытием. Наша свадьба с Браном через неделю и слухи о романе с Владыкой мне ни к чему.

– Магическое лечение продолжим позже, – хватка на плечах усилилась. Настоятельница почувствовала моё возмущение, и «ненавязчиво» напомнила, что может в любой момент раздавить меня как букашку.

Злость закипала сильнее, захлёстывая с головой. Ничего, выберусь!

Ни за что не стану разменной монетой в интригах Ванды. Плевать, что у ведьмы больше опыта и влияния. Мне не впервые обманывать сильных мира сего.

Поклонившись Владыке, ведьма тенью выскользнула в коридор. Бесшумно, словно ассасин.

Её мягкая поступь не давала мне покоя с первого дня работы. Я привыкла различать остальных сотрудников по звуку шагов, и всегда знала, кто идёт в мою сторону.

У Гретты была тяжёлая старческая поступь. Из-за подагры она носила башмаки на размер больше, слегка шаркала и хромала на левую ногу. Лизетта порхала словно мотылёк, звонко цокая каблучками. Ванда не раз обещала выбросить её туфли в окно, если она не заменит их обувью на мягком ходу. Но молодая целительница каждый раз откупалась эльфийским шампанским.

Список можно продолжать до бесконечности. Эхо в монастыре было отменным, звуки чужих шагов разливались по коридору особой музыкой, рассказывая историю хозяина задолго до того, как он появлялся в поле моего зрения. Только Ванда скользила словно призрак.

Настоятельница носила изящные мокасины из кожи василиска и обожала подкрадываться к спящим сёстрам во время дежурства, пугая их до заикания. Лишь иногда, когда в госпитале царила идеальная тишина, я слышала змеиное шуршание её халата. Единственный звук, выдающий приближение Ванды.

– Почему вы это делаете? – голос дракона прозвучал так неожиданно, что я едва не подпрыгнула.

– Делаю... что? – недоумённо переспросила.

– Лжёте, – в сапфировых глазах плеснулось ленивое любопытство, – и покрываете женщину, которую ненавидите.

– Что?! – охнула.

Конечно, тёплых чувств к Ванде я не испытывала, а сейчас и вовсе хотелось её чем-нибудь стукнуть. Но ненависть - страшное чувство, и абсолютно недопустимое для истинного целителя!

– Опять лжёте, – припечатал Нери.

– Но я же ничего не сказала! – возмутилась.

– Вы подумали, этого достаточно, – пояснил Аргвар, – и нет, я не телепат. Просто хорошо разбираюсь в людях.

– В этот раз, чутьё вас подвело! – уверено заявила.

Не дожидаясь ответа, поднялась с постели и направилась к портальному шкафчику.

Ванда редкая гадюка, но одного у неё не отнять. Монастырь - её гордость, она была готова на всё, чтобы выбить побольше финансирования и заполучить новейшее оборудование.

Портальные шкафчики у нас появились недавно, но моментально облегчили работу персоналу. Уникальные кристаллы, украшающие полочки, позволяли телепортировать в артефакт любые лекарства и инструменты из монастырского хранилища. Достаточно нажать кнопочку, написать заказ и поставить свою печать. И через минуту дух-хранитель вышлет всё необходимое.

– Тр-р-р-р! – артефакт затарахтел, обрабатывая заявку.

Вода, чтобы смыть кровь и грязь, антисептики, бинты, салфетки, инструменты...

– Вы уходите от разговора, значит я прав или недалёк от истины, – отступать Нери не привык, – возможно, дело не в ненависти, а страхе? Ванда шантажирует вас...

– Нет! – воскликнула, едва не уронив лоток с зельями и инструментами.

Шкафчик уже телепортировал всё необходимое, оставалось только позвать Гретту, чтобы помогла обработать раны и переодеть дракона. О последнем не хотелось даже думать. Если кто-нибудь узнает...

– От вас веет страхом, – продолжил этот невыносимый «детектор» лжи.

– Вы. Мне. Мешаете, – прошипела, чеканя каждое слово.

– Настоятельнице вы дерзить не рискнули, – губы дракона слегка изогнулись.

Из-за ожога, покрывающего левую половину лица, на улыбку это мало походило. Скорее на ядовитую гримасу. Но поражало другое, даже в таком состоянии Владыка подмечал любые мелочи.

– Это не дерзость, а желание исполнить долг и закончить работу, – я с силой опустила лоток на тумбочку. Зелья беспомощно звякнули, напоминая, что они ни в чём не виноваты.

Сделав глубокий вдох, перевела взгляд на дракона. Хотела оценить предстоящий фронт работ, но моментально «споткнулась» о хитрый блеск его глаз.

Было в Нери что-то особенное, притягивающее взгляд. Красивый... даже в таком состоянии.

Бездна...

Я с ужасом осознала, что впервые думаю о ком-то кроме жениха как... о мужчине. Родители договорились о помолвке с Браном сразу после моего рождения. А в пять лет меня отдали на обучения в храм Пресветлой.

Как и все целители я жила там, лишь на выходные возвращаясь домой. Подруг у меня не было, парней в монастырь не пускали, хотя мужчины там преподавали. Только очень возрастные и не вдохновляющие на подвиги.

С Браном я виделась раз в пару месяцев. Родители говорили, что мы созданы друг для друга. И я верила.

Приятный, с пшеничными волосами, правильными чертами лица и мягкой приветливой улыбкой, ничем не напоминающей кошачий оскал Нери. Мой жених был удивительно тактичным, понимающим и располагающим к себе.

Между нами никогда не было страсти, как в женских романах, но я уважала его и любила. По-своему. По крайней мере мама говорила, что любовь проявляется именно так.

Но Нери...

– Я вас смущаю? – уточнил дракон, неверно трактовав моё молчание. – Никогда не видели мужчин?

– Таких нет, – ляпнула, не подумав, – в смысле, настолько раненых! – попыталась исправиться, но судя по тому, как дрогнули уголки губ Аргвара, сделала только хуже. – Обычно тяжёлыми больными занимаются старшие жрицы...

– Тяжёлыми или высокородными? – ядовито уточнили.

– Тяжёлыми! – воскликнула, пытаясь уйти со скользкой темы. – И вообще, помолчите! Мне вас осмотреть нужно...

– Ещё не насмотрелись?

Нет, ну он точно издевается!

– У меня жених есть, вообще-то! – с вызовом сообщила.

Наверно, это было по-детски, но мне не хотелось, чтобы Владыка считал меня одной из легкодоступных дам, готовых по щелчку пальцев прыгнуть к нему в койку.

– Жених, значит, – задумчиво повторил дракон, его тон мне сразу не понравился..., – ты его любишь?

Вопрос подействовал как удар под дых. Из лёгких мигом пропал весь воздух, стало нечем дышать. Я не привыкла к такой прямолинейности, и никак не ожидала, что едва очнувшись, Владыка заинтересуется моей личной жизнью!

– Не помню, чтобы мы перешли на «ты», – огрызнулась, воинственно взмахнув пачкой бинтов, – но если вам так интересно... я..., – запнулась, простые слова, которые говорила столько раз, застряли в горле словно кость.

«Да, люблю».

Одна фраза, способная положить конец дальнейшим расспросам. Но как ни пыталась, не могла произнести её глядя в сапфировые глаза дракона. Я тонула в их бездонном мареве, и к стыду своему не смогла вспомнить какого цвета глаза у Брана... Кажется, серые? Или светло-голубые?

Никогда так пристально не рассматривала жениха. Матушка говорила, что это неприлично.

– Не любишь, – припечатал Нери.

– Люблю! – прошипела, сильнее сжав бинты. Упаковка тоскливо хрустнула. – Да, люблю!

Я трусливо отвела взгляд и сейчас разговаривала с лотком для инструментов. Смотреть на Нери было невыносимо. Уверена, дракон применял ментальную магию. Иначе как объяснить мою странную реакцию?!

– Любишь, и выходишь замуж, – задумчиво повторил Аргвар.

– Да! На следующей неделе!

Очень захотелось его чем-нибудь стукнуть. Да хоть этим лотком, как раз под рукой. А может подмешать в питьё снотворное зелье? В его состоянии сон полезен, а мне работать будет проще!

Я с надеждой зыркнула на портальный шкафчик...

– Этот разговор беспредметный и не имеет смысла, – сказала, немного успокоившись, – мне нужно обработать раны и помочь вам переодеться...

– С последним я сам справлюсь, – Нери приподнялся на локтях, пытаясь усесться на постели.

Я тут же рванула к нему и с силой надавила на плечи, не позволяя пустить мои труды фениксу под хвост.

– Лежать! – рявкнула, не хуже дракона. – То, что вы можете разговаривать не означает, что раны полностью затянулись! Это заслуга моей магии и обезболивающих плетений!

Наспех просканировав повреждения, я едва сдержала удивлённый возглас. Состояние Владыки стабилизировалось слишком быстро, даже для такого способа лечения. И это настораживало.

Мы давно разорвали целительский контакт. Но казалось, одно моё присутствие наполняет его силой. Словно я и впрямь была его источником. Только не «постельным», а... истинным.

Как в старых легендах о хрустальных фэйри.

– Твоей магии? Или всё же вашей? – ядовито уточнил Аргвар. – Совсем недавно ты утверждала, что настоятельница принимала непосредственное участие в моём спасении.

– Госпожа Ванда восстанавливала мои резервы и контролировала ход лечения, – улучив момент, я схватила с лотка салфетку. Смочила её водой и принялась осторожно протирать лицо и шею дракона, смывая засохшую кровь.

– Лори, я похож на идиота? – Владыка повернул голову и заглянул мне в глаза. – Ванды здесь не было, когда меня привезли.

– Вы не можете этого знать! Вы были без сознания! – испуганно пискнула.

– В комнате сохранились отпечатки аур четырёх человек, – перебил меня Аргвар, – ауру санитара я запомнил ещё в приёмнике...

– Но вы же были в обмороке!

– Сознание я потерял позже, – продолжил дракон, – твою магию я хорошо чувствую, она пропитала всю палату. Ванда появилась здесь незадолго до Лейри, отпечатки слишком слабые. Кроме вас здесь была ещё дриада, – добавил, немного подумав, – слышу аромат Великого леса, но он слишком размытый, словно она постояла в дверях и ушла.

Пресветлая... и кого мы хотели обмануть?! Он даже Гретту унюхал, а ведь она лишь на четверть дриада!

– Я смотрел этот спектакль из любопытства, – в голосе Аргвара появились стальные нотки, – хотел понять, как далеко вы зайдёте. Но терпению пришёл конец. Я хочу услышать правду, Лори.

Слова Нери эхом звенели в ушах, заглушая остальные мысли. Я чувствовала себя зайцем, угодившим в силки. Лихорадочно соображала, как выкрутиться из сложившейся ситуации и сохранить тайну. Но ничего толкового на ум не шло.

Дракон оказался похлеще детектора лжи. Один его взгляд словно скальпель вскрывал любую защиту. Врать бесполезно. Остаётся только одно...

– Вы правы, вас спасла я. Ванда пришла гораздо позже, – выпалила на одном дыхании, – но...

– Ты боишься меня, – рука Аргвара неожиданно легла на мою, слегка сжимая пальцы.

Вздрогнула, едва не выронив салфетку. Секунды казались вечностью, я ждала продолжения как приговора. Но взгляд дракона неожиданно смягчился, и вместо продолжения допроса прозвучало:

– Я начал этот разговор не для того, чтобы навредить тебе, – намёк не понял бы только глупец.

Он знал... Пресветлая! Он с самого начала всё знал...

– Вы...

– Дослушай, – перебил меня Аргвар, – и не спеши говорить то, о чём пожалеешь.

Слабость нахлынула штормовой волной и закружилась голова...

– Я могу защитить тебя, – от слов дракона внутри всё заледенело, именно этого я и боялась. Защиты, способной превратить меня в безвольную куклу, в руках более опытного и сильного мага.

Хрустальные фэйри были самой древней и загадочной расой Сольвингарда. Когда-то им поклонялись словно Богам, но всё изменилось, когда в наш мир пришли Охотники. Жуткие твари, блуждающие между мирами в поисках вечного источника магии.

Они начали отлавливать таких как я, вырывая наши крылья с помощью чудовищного ритуала. Фэйри погибали одна за одной...

Нам пришлось покинуть Лунный край, оставив хрустальные дворцы и зачарованные леса врагу. Мы искали защиты в других империях, но вчерашние союзники отвернулись. Ведь кроме нас Охотники никого не трогали.

И когда фэйри почти не осталось, на помощь пришли чёрные драконы. Они не позволили стереть мой народ с лица земли, изгнали Охотников за границу купола. Но запросили огромную плату за спасение. После совершеннолетия каждая фэйри должна была выбрать себе защитника-дракона, стать его супругой и личным источником.

Нам дали иллюзию свободы, позволили выбирать, хоть и заперли в золотых клетках. Но это было лучше, чем смерть в когтистых «объятиях» Охотников. Королева фэйри подписала договор, и больше тысячи лет наш народ жил бок о бок с драконами, напитывая их своей магией, а взамен получал абсолютную защиту.

Но равновесие не могло длиться вечно...

Случился новый разрыв, многие драконы погибли, спасая наш мир от разрушения. А те, кто выжили, уже не могли защитить своих фей от контрабандистов, торгующих нашими крыльями.

Началась Вторая охота. И через несколько лет нас осталось совсем мало...

Тогда королева Виоланта приняла решение запечатать хрустальные крылья, позволив своим сёстрам скрывать истинную ипостась. За этот аркан она заплатила жизнью, но подарила остальным шанс на спасение.

Мы стали тенями, сбежали от всего мира. Даже от своих защитников.

Шли годы, драконы нашли новые источники, а мы стали мастерами скрытности и выживания.

Теперь наш Дар передавался через поколение, а иногда ещё реже.

В нашей семье о фэйри уже и не помнили. Мои крылья для всех стали шоком, но родителям удалось скрыть страшную тайну.

О моей истинной сущности знали только они. Отец даже Брану запретил говорить. Боялся, что он кому-нибудь проговорится и на меня начнётся охота. Ведь контрабандисты по-прежнему бродили по миру, выискивая оставшихся фэйри. А иногда в Сольвингард просачивались и настоящие Охотники.

– Лори? – голос дракона прозвучал словно удар в набат. Погрузившись в собственные мысли, я забыла о нём.

– Мне не нужна защита, – прошептала, едва сдерживая слёзы.

Чтобы хоть немного отвлечься и успокоиться, я принялась лихорадочно полоскать салфетку в прохладной воде. Жаль, что не в ледяной...

– Просто оставьте меня в покое! Хотя бы из уважения за спасение! – взмолилась, на миг заглянув в сапфировую бездну.

В палате повисла тишина. Я слышала лишь гулкое, частое биение собственного сердца.

– Долг жизни, – наконец произнёс Аргвар, – ты спасла меня. Только ты, никаких «мы» и прочего бреда.

– Но...

– Я должен вернуть долг, – безапелляционно продолжил дракон, – эта традиция нерушима. Пока не заплачу тем же, моя жизнь принадлежит тебе.

Остро захотелось рухнуть в обморок...

Слишком много откровений и проблем для одной крохотной меня!

– Мне не нужна ваша жизнь! – воскликнула. – Прощаю любой долг, только оставьте меня в покое!

– Лори! – в голосе Нери вновь зазвенела сталь. – Да, послушай же ты, я не собираюсь пленять тебя...

– Тогда забудьте обо всём! – прошептала, едва слышно. – О долге, о сегодняшнем дне и... обо мне. Просто позвольте закончить работу и уйти! А Ванда... пусть все думают, что это она...

– Ни за что! – рявкнул Аргвар.

– Её интересуют только выборы в Совет, – не сдавалась я, – помогите ей и считайте, что мы квиты.

Глаза дракона потемнели от ярости. Помогать лицемерной гадюке он не хотел, а я мечтала сбежать ото всех и вернуться к своей привычной целительской жизни.

Настоятельница мне в этом поможет, она умеет держать слово.

Нери легко рассуждать, он сильный и влиятельный. Но дракон скоро уедет, а я останусь здесь. И Ванда сотрёт меня в порошок, если не получит должность. Конечно, можно попросить выгнать её, только это ничего не даст.

Какая бы она ни была, без неё монастырь придёт в упадок. Ванду можно осуждать, как лекаря, но управленец она гениальный. Она живёт карьерой и делает всё, чтобы наш госпиталь считался лучшим.

Да и моей практике конец. Целительница найдёт способ отомстить. Сама я не справлюсь, а постоянно зависеть от Нери и его защиты не хочу. Нам вообще лучше никогда больше не встречаться.

Для всех будет проще, если «лавры» заберёт Ванда. По-другому нельзя, иначе пойдут слухи о моих безграничных резервах, привязке и чудесном исцелении Владыки. А Охотники не дремлют...

– Хорошо, я поддержу ваш убогий спектакль, – сквозь зубы процедил дракон, – если ты действительно этого хочешь.

Сердце забилось чаще, едва не выпрыгнув из груди. Даже не верится... Эйфория накрыла меня с головой.

Получилось! Пресветлая... я твоя вечная должница!

– Но долг останется за мной, – припечатал Аргвар, – не отказывайся, Лори. Никто не знает, как сложится жизнь, и когда тебе понадобится помощь.

Я уже набрала воздуха, чтобы выпалить «нет», но что-то во взгляде дракона заставило меня остановиться. Замерла, всматриваясь в бесконечную сапфировую бездну, и сражаясь с дурными предчувствиями.

Интуиция неожиданно встала на сторону Владыки. Здравый смысл и воспитание требовали решительно отказаться.

У меня есть жених, Бран защитит меня...

– Лори, я никому не скажу, – добавил Нери, почувствовав мои сомнения, – и не собираюсь шантажировать тебя.

– Вы..., – запнулась, бросив быстрый взгляд на двери. Ванда набросила на палату купол тишины, но я всё равно переживала, что разговор могут услышать.

– Я поставил защиту, – заверил меня Владыка.

– Как?! – ошарашенно пискнула. – Когда?

Просканировав комнату, я действительно заметила надёжный купол. Несмотря на страшные раны и магическое истощение Нери не забыл об осторожности.

– Я благодарен за спасение, – мой вопрос некромант проигнорировал, – и намерен заплатить по счетам. А твои страхи не обоснованы. Мне не нужен источник, хотя желающих им стать более чем достаточно.

Последнее было чистой правдой. Даже сейчас «желающие» толпились под дверью и готовы были по щелчку пальцев сбросить платье и прильнуть к дракону. Но Аргвар никогда не пользовался личными батарейками.

Точной причины никто не знал. Но поговаривали, что во время прямой подпитки дракон мог выпить любого мага. Будь на моём месте обычная целительница, лечение могло закончиться печально.

– Хорошо, – сдалась я, – долг останется за вами. И если моей жизни будет угрожать опасность, я обращусь к вам за помощью.

В синих глазах плеснулось торжество. Не понимаю, чего он так прицепился к этому долгу! Традиция старая, её больше тысячи лет никто не чтит... Достаточно просто поблагодарить...

– Лори, запомни одну простую истину, – вкрадчиво начал Владыка, – Боги ничего не делают просто так. Если они спасли меня твоими руками, значит я нужен Сольвингарду. А наши судьбы отныне связаны, нравится тебе это или нет.

Мне категорически это не нравилось, но злиться на упрямого дракона отчего-то не получалось. Узнав, что меня не сбираются пленять и превращать в магическую батарейку, я немного успокоилась и посмотрела на ситуацию под другим углом.

Должность Ванда получит, значит правды о моём подвиге никто не узнает. О привязке разговора не было, Аргвар галантно опустил этот момент. А если связь не закрепить, до свадьбы она точно развеется!

Кажется, я ничего не теряю от этой сделки.

– Как пожелаете, – я взяла новую салфетку, и смочив её водой, продолжила аккуратно смывать с кожи дракона засохшую кровь.

Скорость, с которой Нери восстанавливался, настораживала. Мелкие раны уже затянулись, оставив после себя едва заметные полосы.

Слишком быстро, я такого никогда не видела!

Вновь вспомнилась легенда о хрустальных источниках. В ней говорилось о принцессе фэйри, чья любовь вернула истинного с Тропы смерти. Девушка отдала магию крыльев, чтобы спасти своего дракона, и Белая леди отпустила его из Тьмы, поражённая такой преданностью и глубиной чувств.

С тех пор Боги даровали нам способность лечить истинных не теряя крылья. Но вместе с уникальным целительским даром фэйри получили хрустальные сердца.

Любить по-настоящему мы могли лишь раз, и потеряв пару, погибали.

Не знаю, правда ли это. Других фэйри я никогда не видела, а в легенды не особо верила. Но эта отчего-то не шла из головы.

С одной стороны, дракон не мог быть моей парой! С другой... он выпил почти всю мою Силу, не повредив крылья. Не ворвись к нам настоятельница, я бы сама восстановила резервы. Но Ванда выступила хорошим прикрытием. Теперь никто не скажет, что мои возможности безграничны. Я такой же светлый целитель, как и остальные в госпитале.

– Мне нужно обработать раны, – я ещё раз просканировала повреждения.

Жизни Владыки больше ничего не угрожало, все показатели пришли в норму. Осталась лишь сильная слабость, свежие шрамы и почти опустошённые резервы. Через пару недель он полностью выздоровеет.

– Делайте, что считаете нужным, госпожа целительница, – по губам Аргвара скользнула лукавая усмешка, – я полностью в вашем распоряжении.

От неожиданности едва не выронила баночку с антисептиком. Он, что... флиртовать со мной пытается?! В таком состоянии?

Правду говоря, дракон – это диагноз!

– Раз так, расскажите, почему вас привезли под иллюзией и в форме простого солдата? – попросила, переводя тему.

Вопрос был провокационным. Я сомневалась, что Нери станет обсуждать подобное с простой целительницей. Но это шанс выгадать время. С ранами я почти закончила, осталось всего ничего: обработать их антисептиком и накрыть стерильной повязкой.

Последнее делала скорее по привычке. Заклинания, которые я использовала при первичном осмотре, заменяли хирургическую обработку, очищая раны от загрязнений и предотвращая развитие инфекции. Но Гретта любила повторять, что магия не всесильна, и лучше не рисковать.

– Ты очень необычная девушка, Лори, – по палате разлился тихий смех дракона, – защитник тебе не нужен, от Долга жизни ты шарахаешься как от чумы. А сейчас задаёшь вопросы, свойственные следователю, а не прекрасной леди.

Щёки залило румянцем, пришлось отвернуться к лотку с инструментами, чтобы не выдать смущение.

– Мне правда интересно! – тихонько сообщила. – Но, если это военная тайна...

– Страшная тайна! – Нери перешёл на заговорщический шёпот. Похоже, он снова что-то задумал.

Вот чего мне молча не работалось?!

Гретта говорила, что лучше игнорировать излишнее внимание пациентов. А самым ретивым ухажерам назначать... клизму! И не магическую, а самую обычную.

Угрожать Владыке подобным я не рискнула, но едва представила эту картину, как настроение моментально улучшилось.

– Я сказал что-то смешное? – брови дракона удивлённо изогнулись.

– Н-нет! – пискнула, пытаясь совладать с улыбкой. – Это я от любопытства. Расскажете свою страшную тайну?

– Расскажу, – неожиданно согласился Нери, – но при одном условии.

Так и знала...

Тихонько вздохнув, я начала поливать раны антисептиком. Не спеша, чтобы ничего не пропустить. Уцелевшие остатки одежды я пока отодвинула в сторону при помощи магии. Позже позову Гретту, попрошу принести дракону новую одежду и подготовить душевую. А сейчас Нери лучше не двигаться, пусть закончит регенерировать.

– Ответ на ответ, – в синих глазах заплясали шальные искорки, – вопросы будем задавать по очереди. При желании можно не отвечать.

– В чём подвох? – насторожилась.

– Почему сразу подвох? – с напускной обидой уточнил дракон. – Может, я просто хочу поговорить?

Так я и поверила!

– Я начну, – не дожидаясь ответа, объявил Аргвар, – когда в Вайорре случился прорыв, я был неподалёку с проверкой.

– В солдатской форме? – удивлённо уточнила, невольно втягиваясь в игру.

– По-твоему, я должен был приехать с парадом и оркестром? – фыркнул Нери. – Ты слишком честная, Лори. Любая проверка, о которой известно заранее, обречена на провал.

– Вы могли нагрянуть внезапно, – пожала плечами, – к чему маскарад? И что может узнать обычный рядовой?

– Я «сопровождал» инспектора-артефактора, – пояснил Аргвар, – а маскарад нужен был, чтобы получить максимально достоверную информацию. Я с удовольствием выслушал всех, кто нам хамил, запомнил солдат, халатно исполняющих свою работу...

Судя по ледяному тону, попавшиеся с поличным маги могли попрощаться с работой. Память у драконов была изумительная, а Нери и вовсе славился тем, что помнил всех солдат имперской гвардии в лицо.

– Останься я в своём обличии, маги летали бы по штабу как ужаленные, изображая кипучую деятельность, – продолжил Аргвар, – мы почти закончили проверку, когда из Вайорры поступил сигнал бедствия. Я моментально телепортировался туда, забыв про иллюзию.

– Но как вас узнал командир Лейри? – нахмурилась. – И в госпитале все только и говорили, что на место сразу прибыл Владыка! Как...

– Лейри моя правая рука, он знал, под чьим обличьем я скрываюсь. Остальные догадались о моём прибытии по заклинаниям. Мой Дар в бою сложно не заметить. А потом начался Хаос...

На вопросы дракон отвечал без запинки. Я поздно заподозрила, что где-то скрылось двойное дно...

– Я ответил на всё, твоя очередь, – усмехнулся Владыка. – С тебя шесть ответов.

– Сколько?! – просипела. Рука предательски дрогнула, и я щедро разлила антисептик по постели.

– Ты задала шесть вопросов, – пояснил Нери.

Проклятье! Вот где вурдалак зарыт...

– Спрашивайте, – с тоской протянула, высушив простыни заклинанием.

– Почему ты решила стать целительницей?

– Вам правда интересно? – удивилась.

– Очень! И с тебя семь ответов.

Ар-р-р-р!

– Нечестно! – воскликнула, потянувшись за упаковкой стерильных салфеток. Обработку я закончила, оставалось наложить повязку с регенерирующим эликсиром.

– Я дал семь ответов. Теперь ты должна ответить тем же. Всё абсолютно честно.

– Хорошо, – сдалась, – меня отдали на обучение в пять лет. Родители всё решили за меня, но... в храме Пресветлой мне понравилось. Теперь не представляю жизнь без госпиталя.

Решение родителей объяснялось очень просто. В пять лет у меня проснулся хрустальный Дар. Его раскрытие требовало огромного количества магии, и посовещавшись они пришли к выводу, что изнуряющие магические тренировки могут замедлить рост крыльев.

Их первое появление было спонтанным и недолгим, я даже ничего не заметила. Только удивилась, когда меня заставили полдня тренироваться со свечой, то и дело зажигая её при помощи магии.

Опустошение резервов помогло, истинная сущность снова «уснула». А в монастыре на меня обрушили такие нагрузки, что я едва не зачахла вместе с крыльями. Никто ничего не узнал, нам удалось сохранить секрет.

Второй раз Дар появился в пятнадцать, когда я приехала к родителям на всё лето. Первые длинные каникулы в честь окончания начального этапа обучения. Я отлично отдохнула и... узнала, что я фэйри.

Разговор с родителями был очень серьёзным, после я долго спала с зажжёнными свечами и боялась оставаться одна. В каждой тени мерещились Охотники...

– Почему ты спасла меня? – второй вопрос прозвучал внезапно. Нери идеально подгадывал момент, сбивая меня с толку и не давая подготовиться к ответу. – Я слышал разговоры и знаю, что это палата для обречённых.

У-у-у-у... как-то он подозрительно много знает для того, кто почти всё время находился без сознания!

– Я не могла поступить иначе, – честно ответила, умолчав лишь про странные предчувствия и необъяснимое притяжение, которое почувствовала ещё в коридоре, – для меня не играют роли титулы и звания. Я спасала человека...

– Единственная из всех в госпитале, – зло усмехнулся Нери, – все целители дают клятву. Но, похоже, держат её единицы.

Я хотела возмутиться, возразить, только... не знала, что и сказать. Со стороны дракона всё выглядело именно так, но ведь кроме меня были и другие, кто падал с ног, вытаскивая его людей из лап Смерти! Неужели это ничего не значит?!

– Лори! – голос Гретты прозвучал как спасение. – Тебя настоятельница зовёт, говорит, что дело срочное!

Радость сменилась недоумением.

Ванда издевается надо мной?! Я ещё с драконом не закончила! Думала, мне помощницу прислали, а тут...

Не пойду никуда, даже если в приёмник самого императора доставили. В конце-то концов, я не единственный целитель в госпитале.

– Я занята! – решительно ответила.

– Ох, Лори, – запричитала монахиня, – ты же знаешь настоятельницу, если не придёшь, она будет очень недовольна...

– А если Лори уйдёт, недоволен буду я! – в голосе Нери проскользнули рычащие нотки.

Повисла звенящая тишина...

– Я так и передам! – благоговейно прошептала Гретта, а через миг раздалось знакомое шарканье и неровный стук башмаков. Травница удирала с рекордной скоростью, я и не подозревала, что она умеет так бегать.

Но всё же, что случилось?

– С настоятельницей я поговорю, – по тону дракона я поняла, что спорить бесполезно.

Он уже всё решил. В попытке переубедить, только время зря потрачу.

– Дело не только в тебе, Лори, – добавил Аргвар, заметив мой понурый взгляд, – долг главного целителя – следить за порядком и обеспечивать эффективную работу госпиталя, а не запугивать сотрудников.

С последним не поспоришь. Ванда действительно чувствовала себя королевой и не раз позволяла лишнего. Но всё же была лучше Лизетты и её матушки. Последняя давно метила на место настоятельницы и весь госпиталь молился, чтобы она его никогда не получила.

– Лори, ты любишь путешествовать? – новый вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я не сразу сообразила, о чём речь.

– Не знаю..., – растерянно ответила, – я никогда не покидала пределов империи. Да и саму Лиркаду почти не видела...

В нашем фамильном особняке было несколько картин с сапфировым океаном. Я часто любовалась ими, когда приезжала на выходные. И мечтала, что смогу увидеть волшебный берег своими глазами.

Однажды я поделилась надеждами с Браном. Предложила после свадьбы отправиться в морское путешествие. Но он ужасно разозлился и сказал, что приличные леди не приближаются к побережью.

С тех пор матушка запретила поднимать эту тему и приказала убрать картины. А потом я узнала, что на берегу океана находится штаб Хранителей и фамильный замок Нери...

Но мечта оказалась сильнее здравого смысла, и я тайно поклялась, что всё равно увижу океан!

– Ты хочешь посмотреть мир, – удовлетворённо кивнул Аргвар, – прекрасно. Значит не всё потеряно.

– Чего вы добиваетесь? – не выдержала.

Плевать, что задолжаю ещё один ответ! Вопросы он задаёт несложные, переживу!

– Ты очень талантлива, – в голосе дракона не было ни тени лукавства или лести, – но в этом госпитале у тебя нет будущего. Даже если Ванда не сожрёт тебя, расти как целителю не позволит. Ей не нужны конкуренты.

Слова Нери попали в цель. Я давно это поняла и надеялась в будущем перевестись в другой монастырь, только бы практики набраться...

– Мне нужны толковые лекари, – продолжил дракон, – Ортега Суарес, командир целительского корпуса как раз ищет помощницу, могу порекомендовать тебя.

– Кхе! – вместо ответа я закашлялась и едва не упала в обморок.

Ортега Суарес был легендой!

Сильнейший целитель Сольвингарда. Единственный маг, сумевший сохранить обе Искры – тёмную и светлую. За право попасть к нему в ученики лучшие лекари и некроманты империи готовы были перегрызть друг другу глотки.

Я и сама в тайне мечтала хотя бы понаблюдать за его работой! Только предложение Нери откровенно настораживало. Сомневаюсь, что Мастер оценит такую «рекомендацию». Наверняка решит, что мы любовники...

– Обучаться у господина Суареса мечта любого целителя, – прошептала, – но...

– Никаких преимуществ у тебя не будет, – дракон словно прочитал мои мысли, – я не гарантирую, что Ортега возьмёт тебя, лишь предлагаю сходить на собеседование. Покажешь себя в деле и докажешь, что достойна лучшего – глядишь, твоя мечта исполнится.

На словах звучало волшебно...

– Неуверенность тебя погубит, – припечатал Владыка, – Лори, в этом госпитале ты сгниёшь заживо и загубишь Дар! Очнись наконец! За что ты тут цепляешься?!

Пресветлая... Ведь он прав...

В монастыре Святой Виталины меня держала только Гретта и сила привычки. Я действительно приспособилась работать здесь, смирилась с существованием Ванды и проблемами, которые она создавала. Но перестала расти как целитель.

Может, и впрямь попробовать? Я ведь ничего не теряю. Пусть лучше Суарес лично выгонит меня, чем откажусь и буду всю жизнь сожалеть об упущенной возможности.

– Я...

Договорить не удалось. Из коридора послышался странный шум и разъярённый голос Брана:

– Пропустите немедленно! Я хочу поговорить со своей невестой!

Сердце пропустило удар. Невеста – это я, и сегодня мне полагалось весь день торчать у модистки, примеряя свадебное платье. Из-за напряжённого графика я перенесла встречу на вторую половину дня, а после – и вовсе забыла о ней. Трагедия в Вайорре перечеркнула все планы. Я сосредоточилась на раненых, даже весточку родне не послала.

Не удивительно, что жених разозлился. Он привык всё контролировать лично, поэтому наряды для церемонии мы должны были выбирать вместе.

Узнав об этом, матушка пришла в ужас. Показывать платье жениху заранее – плохая примета, свадьба может сорваться. Но Бран лишь посмеялся над суевериями и сказал, что не верит в подобные глупости.

А зря...

– Сир Балтимер! – по госпиталю разлилось ядовитое шипение Ванды. Казалось, ещё немного и настоятельница кинется на мага бешеной гадюкой. – Немедленно покиньте монастырь или я вызову стражу!

– Вы не имеете права препятствовать! – рявкнул Бран. Таким взбешённым я его никогда не видела. – Я требую...

– Это МОЙ госпиталь! – от вопля Ванды задрожали стёкла. – Вы не можете здесь ничего требовать!

Целительница рычала похлеще дракона в боевой ипостаси. Ситуация накалялась с каждой секундой, но бросить пациента во время перевязки и выскочить в коридор я не могла.

– Мне вмешаться? – на мои дрожащие пальцы легла горячая ладонь Владыки.

– Н-нет! – воскликнула, в красках представив эту картину. 

Бран и так на грани, не хватало ещё заступничества Нери...

– Маркиз Балтимер, значит, – сапфировые глаза потемнели. Теперь они напоминали океан во время шторма, и вспыхивающие в их бездонной глубине молнии не предвещали ничего хорошего.

Только сейчас я с ужасом вспомнила, что у Брана с драконом личные счёты. Подробностей не знала, но Владыку мой жених искренне ненавидел. Вижу, это взаимно...

– Да, Бран Балтимер мой жених, – прошептала, вцепившись во флакончик с регенерирующим эликсиром. Оставалось наложить последнюю повязку и обработать рану на лице.

Вопли в коридоре мешали работать. Я старалась не вслушиваться в словесную дуэль Ванды и маркиза, но похоже настоятельница побеждала. Главное, чтобы дело не закончилось дракой...

– С тобой он также разговаривает? – моё молчание и нежелание выходить в коридор Владыка трактовал по-своему.

– Нет! Раньше с ним такого не было! – решительно ответила.

За всё время Бран только раз повысил на меня голос, когда речь зашла о поездке к океану. Но дракону об этом знать не обязательно. Матушка говорила, что проблемы пары не должны становиться достоянием общественности.

– Врёшь, – мрачно констатировал Нери, – или не договариваешь.

– Не вмешивайтесь в мою жизнь, прошу! – не выдержала.

Последнюю повязку я накладывала словно в трансе. Лежащий в кармане халата обручальный браслет казался камнем, тянущим на дно. Я тонула в нахлынувших эмоциях и цеплялась за лечение дракона как за спасительную соломинку.

Всё внутри меня бунтовало против предстоящего разговора с Браном, хотя я понимала, что его не избежать. Поведение жениха впервые вызывало отвращение. Он наверняка знал о прорыве в Вайоре, и всё равно примчал в госпиталь со скандалом. Как можно быть таким эгоистом? Неужели он и впрямь думал, что я брошу раненых и спокойно поеду примерять платье?!

– Я закончила, – от злости на жениха мой голос прозвучал непривычно глухо, – вам нужно поспать несколько часов. Позже я ещё раз осмотрю вас.

Крики в коридоре наконец стихли. У кого-то сдали нервы, и в госпиталь порталом вызвали командира части, в которой служил Бран. Хриплый, жесткий голос полковника Эрнандеса я узнала сразу. Он говорил короткими, рублеными фразами, а его интонации напоминали росчерк заточенного клинка. Точные, идеально выверенные, смертоносные.

– Лори, это, конечно, не моё дело, – вкрадчиво начал Нери, – но...

– Я сама разберусь с Браном, – наспех убрав инструменты и поклонившись Владыке, я выскочила в коридор.

Бегло оценила обстановку на «поле боя». В центре стояли распалённые перепалкой Ванда и маркиз. Неподалёку – спокойный и ядовито улыбающийся командир Лейри. Не сомневаюсь, кто именно вызвал полковника.

Вышвырнуть Брана из госпиталя самостоятельно некромант не мог, начались бы разборки между Орденами. А Сумеречная стража и Хранители и без того не ладили.

Повисшую тишину разорвал женский всхлип. Обернувшись, я увидела бледную, дрожащую Лизетту. Она смотрела на моего жениха, и в её взгляде читалась смесь обиды, ревности и... надежды?

Как странно...

– Алория! – вместо приветствия выкрикнул Бран. В голосе мага сквозила неприкрытая злоба, лицо было красным, словно его вот-вот хватит удар, а взгляд полыхал яростью и был направлен на моё левое запястье. – Где твой обручальный браслет?!

На работу я не надевала украшений.

В отличие от простых лекарей мы работали без перчаток. Заклинания светлых целителей требовали контакта кожа к коже и кольца ужасно мешали, как и обручальный браслет. Он постоянно за что-то цеплялся. Я пыталась объяснить это Брану, но он не хотел ничего слышать. Настаивал, чтобы я носила его не снимая.

Матушка ожидаемо стала на сторону жениха, и чтобы избежать скандала, я схитрила. Снимала браслет перед осмотром и лечением, а после – надевал обратно. Сейчас я забыла о нём из-за спешки, и украшение осталось в кармане халата.

Но это не повод кричать на меня, тем более при посторонних.

– И вам светлого дня, сир Балтимер, – невозмутимо ответила, – полковник Эрнандес...

– Рад видеть вас в добром здравии, леди Лисавэр, – обычно хмурое лицо вояки осветила приветливая улыбка. Пару месяцев назад я спасла его единственного сына от ампутации ноги, поэтому полковник благоволил мне.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – чинно поклонилась, – вы не могли бы ненадолго отпустить сира Балтимера? Нам нужно переговорить наедине.

Командир недовольно поджал губы, но всё же кивнул.

Не дожидаясь ответа Брана, я направилась к своему кабинету. Послышался ещё один женский всхлип и тяжёлый звук мужских шагов. Поступь у храмовника была как у медведя.

– Лори...

– Поговорим в кабинете, – перебила жениха.

Внутри бушевало пламя. Рыдания Лизетты нервировали и наталкивали на определённые мысли, но доказательств не было, а обвинять без оснований я не привыкла. Ничего, всё равно докопаюсь до истины. А пока...

– Что вы устроили? – выпалила, едва мы вошли в кабинет.

Раньше я не размечала за собой такой вспыльчивости, но сейчас эмоции кипели, как действующий вулкан.

После случившегося, я не могла и не хотела обращаться к жениху на «ты», он казался таким чужим и далёким... Хотелось осадить его и напомнить, что мы аристократы, а не торговцы на базаре.

Нам полагается в любой ситуации держать лицо и вести себя соответственно статусу.

– Вы опозорили меня перед всем госпиталем и...

– Я опозорил?! – от рёва Брана заложило уши. Я невольно отступила, ощутимо ударившись бедром о тумбочку. – Ты ничего не путаешь, Лори? Пока я как идиот ждал тебя у модистки, ты...

– Лечила раненых из Вайоры! – воинственно воскликнула. – И не позволю осуждать меня за это! Я исполняла свой долг. Не моя вина, что вы забыли о своём.

Храмовники также участвовали в ликвидации прорывов. Пусть у Брана сегодня выходной, на его месте я бы рванула на помощь, забыв обо всём.

Тот же полковник Эрнандес выглядел до безумия усталым. Его форма была перемазана пеплом, грязью и кровью, а на покрытом копотью лице ярко выделялись дорожки от пота. Он явно примчал прямиком из Вайорры, хотя по статусу мог себе позволить отсиживаться в кабинете.

И только Бран поставил примерку платья превыше всего!

– Ты...

– Не позволю разговаривать с собой в таком тоне! – голос дрожал от ярости и обиды, на глаза наворачивались слёзы. Я едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

Слишком много проблем для одного дня! Пресветлая, как же я устала...

И почему я раньше не замечала, что мой жених... такой?!

– Не знаю, чем вы руководствовались, но я бы никогда не позволила себе ворваться в штаб-квартиру храмовников и устроить прилюдный скандал, – добавила, немного сбавив обороты.

Продолжать разговор на повышенных тонах не хотелось. Нужно выяснить, что происходит и поскорее со всем разобраться. Сегодняшнее дежурство забрало слишком много сил. Я едва стояла на ногах и с трудом контролировала эмоции. Впервые на моей памяти они были настолько... нестабильными.

Все чувства казались обострёнными до предела. Переживания за пациентов, злость на Брана и Ванду, странное притяжение, которое я испытывала к Владыке... Всё это закручивалось в тугую спираль.

Я боялась, что ещё немного, и просто сорвусь в истерику, не выдержав напряжения.

– Мой обручальный браслет подал странный сигнал, – глаза Брана потемнели от ярости.

Впервые я так смело и открыто смотрела в них. Они оказались серыми, как холодное зимнее небо...

– Я волновался. Переборщил на эмоциях, – тон маркиза неожиданно смягчился, но взгляд остался пустым, злым, как у дикого зверя.

Мне неожиданно захотелось сбежать...

– Прости, Лори, – Бран шагнул ближе, пытаясь приобнять меня за плечи. Но я отшатнулась.

Вспомнился хриплый голос дракона и то, как он произносил моё имя. Его лёгкие, практически нежные касания и завораживающие, бездонные глаза, цветом напоминающие Сапфировый океан.

Пресветлая, кажется, схожу с ума... я же совсем не знаю Владыку! А Бран... он просто вспылил, но ведь извинился... Матушка наверняка упала бы в обморок, услышав мои мысли...

– Мне нужно побыть одной! – воскликнула. – А вам, извиниться перед персоналом и охраной...

– Это из-за него?! – Бран схватил меня за руку, притягивая к себе. – Он что-то наплёл про меня, а ты и поверила, да?

– Отпустите! – прошипела, вырываясь из захвата. Удерживать меня маг не стал.

Напротив, отшатнулся, словно от удара и настороженно замер, часто дыша. Как загнанный в угол хищник. Того и гляди кинется. Неужели, почувствовал привязку?

Только не это...

– Не понимаю, о чём вы! – уверенно заявила, пытаясь не выдать страх и замешательство.

– О Владыке! Ты была с ним...

– Я лечила его, как и остальных пациентов. Если вы до сих пор не заметили, я на работе! – отрезала, направившись к двери. – Вам следует остыть и прийти в себя. Продолжать разговор в таком тоне я не намерена.

Злость и яростная, жгучая обида придали сил. Ни секунды не колеблясь, я выскочила в коридор, даже не обернулась, когда Бран позвал меня. Но едва свернула за угол, наткнулась на злющую Ванду.

Из огня да в полымя...

– Поговорим, Лори? – змеёй прошипела настоятельница.

Голос целительницы вибрировал от бешенства, но в голубых глазах плескалось... бессилие. Словно Ванда и рада была прихлопнуть меня как ничтожное насекомое, но осознавала, что от этой букашки зависит слишком многое.

Неужели, Владыка успел поговорить с ней?

Позади послышалась тяжёлая поступь Брана. Я недалеко убежала, и сейчас замерла испуганной мышью. Пресветлая, хоть драконов зови на помощь...

– Мне нужно вернуться к пациенту, – проскользнуть мимо Ванды не получилось. Магесса оказалась быстрее и преградила мне путь.

– Вернёшься. Позже, – чеканя каждое слово ответила настоятельница. Уходить из коридора она не спешила, лениво поигрывая ключами от своего кабинета.

Шаги раздались совсем близко...

– Сир Балтимер! – голос Ванды сочился ядом и лживым радушием. Первый раунд остался за ней, и сейчас она наслаждалась унизительным положением противника. – Полковник Эрнандес уже заждался. Жаль, что вы не послушали меня и дело закончилось разбирательством! Что скажут в прессе... такой скандал...

– Вы..., – лицо Брана пошло красными пятнами. Он судорожно сжал кулаки, борясь с желанием придушить настоятельницу. – Вы... собираетесь сообщить обо всём репортёрам?

– Я?! – с притворным ужасом воскликнула Ванда. – Что вы! Побойтесь Пресветлой! Мне скандалы ни к чему, но другие жрицы любят посплетничать. Одна из них уже рассказала о случившемся газетчикам. Я ничего не успела сделать...

Намёк настоятельницы подтвердил мои опасения. О случившемся Брану рассказала Лизетта. Зная её лживую и завистливую натуру страшно представить, как она всё приукрасила.

Но сейчас меня волновало другое. Откуда у Лиззи номер связного кристалла Брана? В справочнике его не найти, это я знала наверняка. Однажды я случайно удалила контакты жениха с артефакта, и мы с Греттой искали его номер по всем источникам. Но тщетно, информация оказалась засекреченной.

Заполучить заветный номерочек целительница могла только от самого Брана. И, что самое главное, её контакты у него тоже были. Недоверчивый, всегда осторожный храмовник никогда бы не ломанулся в госпиталь, получив сообщение с неизвестного номера.

Выходит, они давно знакомы и всё это время Лизетта шпионила на моего жениха. И судя по поникшему, тоскливому взгляду, надеялась однажды занять моё место.

– Вы пожалеете об этом, светлейшая! – на породистом лице маркиза заходили желваки, а почтительное обращение к жрицам высшего звена он выплюнул как оскорбление.

– Я никогда ни о чём не жалею, – насмешливо фыркнула Ванда, крутанув ключи на указательном пальце. В этот же момент с другого конца коридора донёсся оглушительный грохот и женский визг.

– А-а-а-а-а! – из кладовой выскочила Лизетта. Лицо, волосы и халат жрицы были залиты зелёной жижей, напоминающей раствор для мытья инструментов.

На вопли тут же примчали полковник и командир Лейри.

– Мисс Тьери! – голос Ванды дрожал от «праведного» гнева, а губы кривила мстительная, змеиная ухмылка. – Вы хуже стихийного бедствия!

Настоятельница скользнула к кладовой, а мы дружно последовали за ней.

– Я не виновата! – запричитала Лизетта. – Оно само... хотела раствор набрать, как вы и приказали... а аппарат... он... он...

Аппарат был сломан. Гретта предупредила меня ещё утром и поставила рядом с ним табличку. Ванда должна была вызвать мастера, но похоже, нашла устройству другое применение.

– Вы уволены, мисс Тьери! – торжественно объявила настоятельница, осмотрев царящий в кладовой бедлам.

Видимо, испугавшись потока раствора, Лизетта случайно перевернула столик с использованными инструментами и разбила дорогущий стерилизующий кристалл. Его осколки искрились на полу сапфировым крошевом.

– Стоимость испорченного имущества я вычту из жалования вашей матери, – на провинившуюся девушку настоятельница не смотрела, только на Брана. Словно подчёркивая, кому и за что мстит на самом деле.

«Крыс» Ванда ненавидела. В нашем госпитале часто лечились высокопоставленные военные, поэтому жрицы, выносившие информацию о пациентах за пределы госпиталя, вылетали с работы со скоростью арбалетной стрелы.

Не удивительно, что целительница закусила удила и показательно вышвырнула Лизетту на глазах у «нанимателя».

– Но... но... госпожа настоятельница...

Ванда не слушала. Стряхнув с рукава халата несуществующую пылинку, она повернулась к полковнику:

– Леди Лисавэр уже переговорила с сиром Балтимером, теперь он полностью в вашем распоряжении.

– Благодарю, светлейшая, – коротко ответил командир.

– Записи с кристаллов наблюдения я пришлю вам через час, как и обещала, – добавила настоятельница, игнорируя отчаянные рыдания Лизетты, – сможете лично убедиться, что вашего подчинённого никто не провоцировал. Он устроил скандал, угрожал мне и саботировал работу госпиталя.

– Я обязательно всё изучу, – взгляд, которым Эрнандес наградил Брана, не предвещал ничего хорошего. Сомневаюсь, что храмовник отделается простым выговором.

Через три дня он ожидал получения нового чина. Дело считалось решённым, и мой жених заказал заранее банкет. Теперь о повышении не могло быть и речи. Будет чудом, если его вообще не разжалуют.

Как невесте мне полагалось расстроиться, но я неожиданно поймала себя на мысли, что мне плевать...

Ещё утром я радовалась предстоящей свадьбе, нежно поглаживала обручальный браслет и рассказывала Гретте, как мне повезло с суженым. А сейчас в душе осталась лишь звенящая пустота. И отчего-то ужасно кружилась голова. Я смутно помнила, что должна любить Брана, но не могла понять, за что...

– Надеюсь, мы с Лори больше не нужны? – вежливо уточнила Ванда. – Нас ждут пациенты...

– Разумеется, – полковник коротко поклонился настоятельнице, – не смею вас задерживать.

Попрощавшись с остальными, магесса жестом приказала следовать за ней. До её кабинета добрались без происшествий, хотя я молилась, чтобы нас кто-нибудь задержал и мне удалось удрать, но...

– Проходи, – Ванда распахнула двери, пропуская меня вперёд.

В глаза ударил неестественно яркий свет. Стол настоятельницы стоял прямо напротив двери, а за её креслом висела панель с эльфийскими лампами. Их свет бил в глаза входящим в кабинет, сбивая с толку и дезориентируя.

Целительница обожала «допрашивать» здесь провинившихся жриц. Проклятый артефакт она выключала только перед приездом проверяющих или других важных гостей.

– Я редко говорю это, но... сегодня ты меня удивила, Лори, – от вкрадчивого голоса пробирала оторопь, – первый раз, когда спасла Владыку, второй – когда попыталась настроить его против меня.

Обвинение повисло в воздухе, растекаясь по комнате удушливой дымкой. Оно казалось таким нелепым, что я не стала возражать. Слова просто застряли в горле.

Но настоятельница трактовала моё молчание по-своему.

– Прелестно! – Ванда подошла к столу и хлопнула в ладоши, выключая «допросный» артефакт. – Ты даже не пытаешься оправдаться! Уважаю. Люблю красивую игру, а ты, в отличие от Лизетты, достойный противник.

«Достойный противник» едва держался на ногах. Головокружение, накатившее на меня ещё в коридоре, усилилось. Комната плясала перед глазами как палуба корабля во время качки, и я старалась не двигаться. Стояла, прижавшись плечом к шкафчику с документами, и молилась, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы ненадолго.

– Впечатляющая выдержка, – продолжила настоятельница, – молниеносная реакция и умение подстроиться под ситуацию. Ты напоминаешь меня в молодости.

Неужели?

К таким откровениям я была не готова, поэтому отвечать не стала. Только молча кивнула. Гретта говорила, что с душевнобольными лучше не спорить, а речь целительницы я воспринимала именно так.

– Только я никогда не скрывала шипы под маской страдалицы, – продолжила Ванда, – но тебе она идёт. И Владыке, похоже, нравится.

Напоминание о драконе отрезвило. Даже головокружение немного отступило.

– Мне необходимо вернуться...

– Вернёшься, – перебила меня настоятельница, – когда я разрешу. Это понятно?

– Более чем, – ответила, старательно изображая смирение.

Что происходит, я не особо понимала. Но интуиция подсказывала, что лучше молчать и со всем соглашаться. Похоже, Владыка успел не только отчитать её, но и намекнуть, что меня лучше не трогать. В противном случае, я бы уже летела из госпиталя вместе с Лизеттой.

– Садись, тебе нужно немного подкрепиться и выпить сладкого чаю, – Ванда щёлкнула пальцами, подзывая столик с чашками и магическим чайником. Артефакт беззвучно подъехал ближе, замерев между двумя мягкими креслами.

Рука невольно скользнула на лежавший в кармане халата определитель ядов. Амулет последнего поколения нагревался, реагируя на отраву не только в пище и питье, но и крови больного. Я не расставалась с ним на работе и сейчас, глядя как настоятельница заботливо разливает чаёк, судорожно сжимала заветный камушек.

Травить меня в кабинете она точно не станет, а вот опоить чем-то может. Случай с Лизеттой показал, что подставами Ванда не брезгует.

– Садись, – с нажимом повторила магесса.

Легко сказать... Ноги казались ватными, я чудом не рухнула в обморок и кое-как добрела до кресла.

– У тебя начался откат, – моё состояние не осталось незамеченным, – скоро пройдёт. Зелий никаких не пей, иначе станет хуже.

– Я не собиралась, – ответила, едва шевеля языком. Меня бил озноб как при лихорадке, глаза слипались, а мысли вязли словно в густом киселе.

– Это реакция на привязку, – продолжила Ванда, – нам очень повезло, что она закрепилась.

С последним я могла поспорить! Связь с Нери меня совершенно не интересовала, но и дракон прямым текстом сообщил, что не нуждается в постельных «батарейках». Зато его предложение представить меня Суаресу, будоражило кровь и воображение.

Хотелось как можно скорее вернуться в палату и сказать, что я согласна! Плевать на сомнения. Я так устала, что цеплялась даже за призрачный шанс вырваться из госпиталя Святой Виталины.

Только, что делать с Браном? Страшно представить, как он отреагирует на новости о собеседовании.

От мыслей о женихе голова закружилась с новой силой, и я испытала острый, болезненный приступ вины. Словно всё случившееся сегодня было на моей совести. Эти мысли казались абсолютно чужими, но избавиться от них не получалось. Они кружили словно стая воронья, мешая осознать что-то очень важное...

– Пей, – передо мной поставили чашку с чаем.

Камушек в кармане никак не отреагировал на напиток. Зато желудок предательски заурчал, напоминая, что мы с утра толком не ели.

– Благодарю, – я шустро напрягла живот, пытаясь угомонить урчание. Но настоятельница лишь фыркнула и достала из магического холодильника коробочку с пирожными.

– Ты сдержала слово и выполнила свою часть сделки, – продолжила Ванда, не спеша раскладывая сладости по тарелочкам, – Владыка сказал, что поддержит мою кандидатуру на выборах верховной.

Хвала Пресветлой! Пока змея не получит желаемое, заляжет на дно. А я, если повезёт, успею в это время прийти в себя и встретиться с Суаресом. В конце-то концов, целитель я сильный. Может, удастся попасть к нему в помощницы?

– Но твоя просьба приструнить меня, была на редкость глупой, – продолжила Ванда, – ты правда думала, что я не догадаюсь, кто настроил его против меня? Только ты могла воспользоваться привязкой и повлиять на Нери. Он был в бешенстве, когда говорил со мной.

Хотелось возразить, но я вовремя вспомнила, что наставница не любит оправданий. Поэтому вместо ответа молча цапнула с тарелки одно пирожное.

– Ты заигралась, – добавила целительница. Её тон звучал холодно, но сдержанно.

Кажется, я угадала с тактикой.

Пусть считает, что я действительно имею определённое влияние на Владыку. Больше шансов уцелеть в этой игре.

– Продолжишь злоупотреблять связью, выжжешь привязку, – Ванда заботливо подлила мне чаю, – так что не переусердствуй, Лори. Ты показала характер, я оценила. Теперь забудь о своей детской обиде и делай то, что я говорю. Вместе мы достигнем небывалых высот.

Предложение настоятельницы вызвало... тошноту. Пирожное моментально потеряло вкус, а травяной чай показался болотной жижей. Словно одно присутствие целительницы отравляло всё вокруг.

– Вижу, ты меня правильно поняла, – моё молчание вновь расценили как согласие, – а теперь ступай, командир Лейри отвезёт тебя домой.

– Что? – от неожиданности я едва не выронила чашку. – Но Владыка...

– С Владыкой увидишься завтра, – отрезала Ванда, – ты в полуобморочном состоянии. Он может высушить тебя одним касанием, а мне не нужны жертвы. Выспишься, восстановишь силы и утром продолжим.

До кареты добралась как в трансе. Никогда не думала, что поездка домой может превратиться в целое событие, но...

– Леди Лисавэр, прошу, – командир Лейри лично открыл двери экипажа и подал мне руку.

– Благодарю, – я мышью проскользнула внутрь, прячась от любопытных взглядов.

Щёки пылали от смущения, а лежащий в кармане связной кристалл непрерывно вибрировал, сообщая о новых письмах. Открывать их я боялась...

О том, что в наш госпиталь привезли Владыку, знала уже вся Империя. Мне не написал только ленивый. Родственники, соседи, бывшие сокурсницы... Маги наперебой предлагали встретиться за чашкой чая, прогуляться и побеседовать. Всем хотелось узнать подробности, и сопровождение Лейри только подливало масло в огонь.

Хотя... без него я бы просто не выбралась из госпиталя.

Вокруг дежурили репортёры. В своё время Ванда потратила уйму денег на надёжный защитный купол, поэтому внутрь стервятники не просочились, но цепко следили за всеми, кто покидал монастырь и набрасывались с расспросами.

– Не переживайте, мои люди мигом их разгонят, – Лейри сел напротив и постучал по перегородке, подавая сигнал кучеру. Карета тронулась, и я трусливо закрыла шторки, чтобы нас никто не заснял.

Слухи пойдут в любом случае, но без доказательств быстро затихнут.

За окном раздался шум и грубая ругань. Репортёры буквально кидались под колёса кареты, пытаясь остановить нас и разжиться компроматом. Но драконы сработали идеально. Не прошло и минуты, как повисла звенящая тишина.

Впрочем, по-другому и быть не могло. Нас сопровождало четверо Хранителей на вороных конях: двое спереди, двое позади. Поистине императорская охрана!

Страшно представить, что напишут в газетах, когда эта процессия остановится у моего особняка...

– Может, я порталом прыгну в дом? – с надеждой протянула. – Подъедем поближе и...

– Исключено, – с каменной миной ответил Лейри, – в вашем состоянии не следует открывать магические переходы, а я не могу создать портал в ваш дом, не повредив охранную систему.

Представив, как командир ломает защиту особняка и на всю улицу раздаётся вой сирены, я поморщилась. Нет, такой вариант нам точно не подходит.

– Вы зря так переживаете из-за слухов, мисс Лисавэр, – жёсткое, суровое лицо воина неожиданно осветила искренняя улыбка, – они всегда будут. Вы слишком красивы и талантливы, чтобы оставаться невидимкой.

От слов дракона перехватило дыхание. В последнее время я часто получала комплименты, но так и не привыкла спокойно на них реагировать. Большую часть жизни я провела в монастыре, в окружении других учениц и наставниц. А единственным мужчиной, с которым я оставалась наедине, был мой жених.

Мы не раз встречались во время моих каникул, гуляли по саду, ходили в театр. Правда, он никогда не смотрел на меня как Владыка или командир Лейри. От этого было неудобно вдвойне...

– Вам следует «нарастить броню», – продолжил дракон, – и не принимать близко к сердцу болтовню завистников.

– Эти слухи могут уничтожить мою репутацию! – с отчаянием воскликнула. – Как вы не понимаете?

– Леди Лисавэр, – в голосе Лейри проскользнула лёгкая, едва заметная грусть, – вы тратите слишком много сил на тех, кто этого недостоин. Владыка сотрёт в порошок любого, кто попытается опорочить вас...

– Не нужно никого стирать! – ужаснулась.

Именно этого я и боялась. Если Нери официально вступится за меня, уже никто не поверит, что нас связывает только лечение.

– Слишком поздно, – покачал головой Лейри, – сир Балтимер поднял такой шум, что о вашей «связи» с Владыкой будут долго судачить.

Ох... проклятье...

Перед глазами в красках вспыхнула сцена в коридоре. Разъярённый Бран, пытающийся прорваться к своей невесте. Рыдающая Лизетта... Уверена, эта гадина точно даст интервью газетчикам! И какое...

– Поверьте старому солдату, леди Лисавэр, – на лицо дракона набежала тень, он явно сомневался, стоит ли продолжать разговор, – ваш жених прекрасно осознавал последствия своей выходки, и намеренно раздувал скандал.

Слова командира вызвали новый приступ головокружения. Говорить о Бране не хотелось, тем более с малознакомым воякой. Да и предположение было абсурдным! Ну зачем Балтимеру скандал?

– Вы ошибаетесь, – уверенно заявила, – мой жених дорожит репутацией...

– Несомненно, – перебил меня Лейри, – но маркиз умелый манипулятор. И сейчас он боится потерять не вас, а власть над вами.

Висок прострелила тупая боль. В словах дракона было что-то правильное, только мне никак не удавалось зацепиться за истину. Едва я начинала думать о поведении Брана, накатывала дикая слабость и чувство вины. А затем... пустота. Оглушающая, забирающая с собой все мысли и подозрения.

Я ничего не могла вспомнить, ни единой подробности скандала. Поведение жениха казалось правильным, а моё – ужасным. Если бы я предупредила его, сказала, что задержусь...

– Едва вы появились в коридоре, он спросил о браслете, – продолжил Лейри, – классический приём, направленный на то, чтобы перевести стрелки и вызвать у вас чувство вины...

– Хватит, пожалуйста! – взмолилась, пытаясь унять головную боль заклинанием.

Помогало слабо. В отличие от тёмных, светлые целители не могли лечить себя. Исключение составляли лишь простенькие плетения.

– Позвольте, я помогу? – командир без разрешения наклонился, легонько касаясь моих ладоней. Кончики пальцев закололо от чужой магии и по телу разлилось приятное тепло. Боль начала отступать.

Я запоздало вспомнила, что некроманты неплохо разбираются в целительстве. Особенно в обезболивающих арканах.

– Спасибо, – прошептала, вжавшись в спинку сиденья. Хорошо, что я зашторила окна и нас никто не видит.

Щёки пылали от смущения и почему-то хотелось разрыдаться. Лейри не переходил границ, в его жесте не было ничего неправильного или порочащего. Он коснулся лишь ладоней и тут же убрал руки, закончив лечение. Но всё во мне бунтовало против чужих прикосновений, а в голове набатом билась одна-единственная мысль: «меня может касаться только жених!».

– Леди Лисавэр, с вами всё хорошо? – в голосе дракона проскользнуло искреннее беспокойство.

– Да, – соврала, – я просто устала.

– Если вам нужна помощь...

– Мне нужен отдых, – отрезала.

Наверно, это прозвучало грубо. Дальше ехали молча, хотя я то и дело ловила на себе настороженный взгляд Саада. Интересно, это Владыка приказал позаботиться обо мне? Или личная инициатива?

При первой встрече Лейри не показался мне добродушным. Выбил двери в палате, скандалил с Вандой и пытался увезти нас в замок Нери. Конечно, можно списать всё на эмоции, но чем тогда он отличается от Брана?

Если новости обо мне и Владыке жениху сообщила Лизетта, страшно представить, КАК она исказила факты. В такой ситуации любой бы разнервничался...

Карета качнулась, я с силой вцепилась в поручень, чтобы не упасть. Головокружение неожиданно отступило, и я поймала себя на мысли, что любые размышления о Бране заканчиваются поиском оправданий. Странно...

Почему я не могу даже в мыслях обвинить его в чём-то?!

Левая кисть неожиданно онемела и пальцы свело судорогой. Очень захотелось увидеть браслет, словно в нём было моё единственное спасение. Не задумываясь, достала его из сумочки.

Перед поездкой хотела сразу надеть его, чтобы не печалить матушку. Но злость на Брана была так сильна, что я забросила его в ридикюль. Теперь неотрывно смотрела на украшение из эльфийского серебра и чувствовала, как с каждой секундой мне становится легче. Боль и слабость отступают, чувства к жениху вспыхивают с новой силой...

– Леди Лисавэр, приехали, – карета вновь качнулась, я едва не уронила браслет, да и сама чуть не упала.

Выручил Саад, вовремя схвативший меня за руку.

– Осторожнее, – улыбнулся дракон.

– Благодарю, – прошептала, наспех застегнув украшение. Но вместо привычного звонкого щелчка раздался глухой. Кажется, Лейри что-то повредил, когда ловил меня...

В Бездну! Позже покажу браслет мастеру, с руки он всё равно не слетит, удержит вторая застёжка.

Из кареты выскользнула со скоростью ветра. Поблагодарила драконов за помощь, и метнулась к калитке. Она распахнулась моментально, я даже не успела позвонить в колокольчик.

Мои опасения подтвердились, слуги видели торжественную процессию Хранителей, да и соседи тоже. Теперь слухов не избежать.

– Леди Лисавэр, – дворецкий поклонился, пропуская меня во двор.

Старый слуга старательно держал лицо, но то и дело косился на стоящего посреди улицы Лейри. Дракон не спешил уезжать, с каждой секундой привлекая всё больше внимания.

– Господа с вами? – Вэрис старательно маскировал любопытство вежливостью. – Прикажете накрыть стол...

– Нет, господа спешат, – не дожидаясь ответа, помчала к дому. Лишь когда за мной захлопнулась дверь я облегчённо выдохнула.

– Родители у себя? – вновь обернулась к дворецкому.

– Ваша матушка у портного, а отец задерживается на службе.

– Хорошо. Сообщите, когда вернутся, – я направилась к лестнице на второй этаж, – и распорядитесь подать ужин в мою комнату.

– Как прикажете, леди Лисавэр, – Вэрис поклонился и ушёл.

Я осталась одна посреди огромного коридора. Остальные слуги не показывались на глаза, за что я была им благодарна. Сейчас мне никого не хотелось видеть. Головная боль и слабость прошли, осталось лишь чувство странной, щемящей пустоты и тревоги.

– Глупости, я просто устала, – беззвучно прошептала, направившись в свою комнату.

Позже подумаю об этом, сейчас нужно поужинать и хоть немного поспать.

Утро подкралось внезапно, а вместе с ним и тяжелейший магический откат. Впервые я чувствовала себя настолько разбитой. Голова раскалывалась, события прошлого дня вспоминались с трудом.

Выручили холодный душ и две чашки кофе. Мне удалось восстановить в памяти случившееся и даже проанализировать намёки Лейри. Вчера я не поняла их из-за усталости, но сегодня посмотрела на ситуацию другими глазами.

Мой жених действительно вёл себя как опытный манипулятор и, если хорошенько подумать, не в первый раз. Просто раньше я этого не замечала.

Лежащий на тумбочке кристалл вновь запищал. Верная Гретта дежурила ночью вместе с настоятельницей и сейчас присылала мне краткие сводки с места событий. Как я и думала, полковник Эрнандес действовал жёстко и решительно. Он внимательно изучил записи с кристаллов наблюдения и заставил Брана извиниться перед Вандой.

Вечернее интервью прессе они давали вместе. Целительница с лучезарной улыбкой поведала, что произошло недоразумение, никакого скандала не было. В госпиталь сир Балтимер прибыл по рабочим вопросам, а жрица, пустившая нелепые слухи, уже уволена. Бран стоял позади и натянуто скалился на камеру, подтверждая каждое слово.

Зная Ванду, я не сомневалась, что маркиз уже перечислил на счёт госпиталя кругленькую сумму. Деньги решали многое.

– Леди Алория, – из коридора донёсся звонкий голос горничной, – мессир и миледи Лисавэр ждут вас в голубой гостиной.

– Передайте, что я буду через пять минут! – ответила, наспех собирая волосы в простенькую «ракушку».

Спускаться не хотелось. Разговор предстоял сложный и неприятный. Матушка благоволит Брану и станет на его сторону, вся надежда на отца. Он наверняка захочет услышать мою версию случившего.

А мне было, что рассказать!

Я не собиралась молчать о странном поведении жениха, его отношениях с Лизеттой и грандиозном скандале в госпитале. Вчера я сомневалась, винила себя в случившемся, но утро всё расставило по местам. Едва ушла слабость и головная боль, пришло осознание, что я не хочу так жить дальше.

Не собираюсь терпеть постоянные упрёки и мириться с тем, что Бран шпионит за мной! Немыслимо! Мне бы и в голову не пришло подкупить кого-то из стражи и контролировать каждый шаг жениха.

Теперь понятно, откуда у Лизетты столько денег на новые платья и туфельки. Целительница позволяла себе слишком многое, и слухи о ней ходили не самые приличные. Но я и подумать не могла, что она продавала информацию о сотрудниках и пациентах!

С каждой секундой во мне росла решимость. Я собиралась поставить семью перед фактом: или маркиз пересмотрит своё поведение, или я отменю свадьбу.

Решение далось непросто, эмоции до сих пор напоминали качели. Едва я собиралась снять обручальный браслет, на глаза наворачивались слёзы и меня буквально душило чувство вины. Но стоило вспомнить о предложении Владыки, как подавленное состояние вытеснял боевой настрой.

Ученица Суареса...

Я и мечтать-то о подобном не смела! Всегда довольствовалась вторыми ролями и не думала о карьере. Страх перед Охотниками превратил меня в тень. Я боялась заводить новые знакомства, шарахалась от каждого шороха. Но Лейри прав, невозможно всю жизнь оставаться невидимкой. Даже если выйду замуж за Брана и брошу практику, как он и предлагал, станет только хуже.

Из-за крови фэйри мне нельзя копить магию, едва престану лечить больных, крылья начнут расти и спрятать их уже не получится. Да и не смогу я жить без госпиталя!

Хотя мой жених не раз заводил разговор, что замужняя женщина не должна работать — это неприлично. Услышав такие речи, я пришла в ужас, но родители дали жёсткий отпор. Заявили, что не позволят похоронить мой талант. Даже матушка впервые выступила против Брана.

Но сейчас я решила умолчать о предложении Владыки. Для начала встречусь с Суаресом и, если дело выгорит, вот тогда и решу, что делать дальше.

Тему крыльев и спасение Нери я обсуждать не собиралась. Это наша с драконом тайна, одна на двоих. Я верила, что он не станет шантажировать меня и сдержит слово. Честь для него не пустой звук!

От воспоминаний о Владыке щёки залило румянцем, а сердце забилось чаще. Так странно... я совсем не знаю его, но отчего-то доверяю. А Брану я так и не рассказала о крыльях! Даже после свадьбы хотела сохранить всё в тайне.

Часы пробили семь. Через час мне нужно быть на работе, пора спускаться...

– Соберись, Лори! – прошептала. – Ты справишься! Это всего лишь разговор.

На душе было тревожно. Я уже не раз пожалела, что согласилась уехать домой, лучше бы переночевала в монастыре! Но настоятельница и слышать ничего не хотела, буквально вытолкала меня из госпиталя в сопровождении Лейри.

– Леди Алория, – вновь постучала горничная.

– Уже иду! – бегло осмотрела своё отражение.

Бледная кожа, небольшие круги под глазами, я выглядела уставшей, но это вполне естественно. Собравшись с духом, направилась к дверям, но не успела сделать и двух шагов, как на связной кристалл прилетело новое сообщение. А затем ещё одно, и ещё...

На ходу достала артефакт. Письма были от Гретты.

«Лори, у меня две важные новости».

«Поговорим в монастыре, по кристаллу такое не сообщают».

«Лори, ничему не удивляйся и никого не слушай! Объясню всё, когда приедешь!».

Пресветлая, что уже случилось?! Чему именно я не должна удивляться?

Нельзя так интриговать и замолкать на самом интересном!

Ужасно хотелось выпытать подробности, но интуиция подсказывала, что лучше не спорить. Да и времени нет, если не спущусь после второго предупреждения, родители поднимутся сами. А злить их я не хотела.

– «Хорошо. Скоро буду», – быстро набрала ответ.

Кристалл вновь пискнул, и сообщения Гретты исчезли вместе с моим. Осторожная травница подчистила историю. Видать, дело серьёзное...

В голове мигом пронеслось с десяток теорий, одна чудесатее другой. Первой мыслью было: «что-то случилось с Владыкой!». Но её я отмела сразу. В таком случае, со мной бы говорила не Гретта, а Ванда выдернула из-под земли экстренным порталом.

Снова ворвался Бран? Тоже сомнительно. После выговора Эрнандеса он должен сидеть тише мыши. Скандал замяли, должность капитана Сумеречной стражи он сохранил, но повышение всё равно под угрозой.

Зная суровый характер полковника, маркиз так легко не отделается, ему в любом случае придётся «залечь на дно» и поработать на репутацию.

Погрузившись в размышления, не заметила, как домчала до гостиной. Очнулась, лишь услышав встревоженный голос матушки:

– Это катастрофа! Скандал..., – она едва не рыдала, но к этим эмоциональным всплескам давно привыкла вся семья.

Магесса отличалась тонкой душевной организацией и склонностью к фатализму. В любой неприятности ей виделся конец мироздания. Поэтому я замерла, ожидая ответа отца.

– Любимая, эта проблема не стоит и дохлого вурдалака.

Я облегчённо выдохнула. «Судный день» откладывался до лучших времён.

– Не стоит?! – взвизгнула матушка. – По-твоему, честь семьи - пустой звук?

– Нет. И наша дочь её с блеском отстояла! – в голосе Родриго проскользнули металлические нотки. – Покинь Алория госпиталь в такой момент, я бы первый перестал уважать её!

Глаза защипало от слёз. Наверное со стороны я выглядела ужасно глупо: стояла посреди коридора, подслушивая спор родителей, и... счастливо улыбалась. Но похвала отца согревала, словно пушистый плед в морозный вечер.

– Я не говорила, что Лори должна была всё бросить! – надулась матушка. – Нет, конечно. Это было бы бесчеловечно, но она могла подать весточку! Написать Брану...

– Её жених знал о прорыве, но это не помешало ему ославиться и устроить в монастыре кордебалет! – отрезал отец, – Алория, зайди! Я знаю, ты в коридоре.

Ой...

– Светлейшего утра, – поздоровалась, – матушка, отец!

– Доброе утро, милая, – в изумрудных глазах Родриго плясали смешинки. Он не злился.

Зато Селеста напоминала разъярённую кошку. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, а веер как хвост пляшет в руках...

– Алория Марианна Каталина Лисавэр! – прошипела матушка. – Мы с твоим отцом неприятно удивлены случившимся!

Сидящий за её спиной Родриго подмигнул мне. Похоже, он всё узнал у полковника и новости его нисколько не шокировали. Наоборот. Он гордился, что я поступила как велел долг, а не пошла на поводу у тщеславия.

– Боюсь, вы даже не представляете, как я была поражена! – заручившись молчаливой поддержкой отца, пошла в наступление.

– О чём ты? – нахмурился Родриго.

– О скандале, который устроил сир Балтимер, – уверенно ответила, – то, что он откупился от последствий, не умаляет его вины в моих глазах.

– Алория! – в глазах матушки плеснулся ужас. Она не ожидала такого.

По правде говоря, я и сама не знала, что так умею. Но вчерашний день многое изменил, будто стёр незримые оковы, сдерживающие меня все эти годы.

– Бран ворвался в госпиталь, требовал, чтобы я бросила больного во время перевязки и вышла к нему, – выпалила на одном дыхании, – и это я молчу о том, что он подкупил одну их жриц и заставил следить за мной!

Матушка охнула и обессиленно рухнула на диванчик. Разговор принимал дурной оборот, но молчать я не могла! Внутри кипела ярость и обида, а проклятый браслет жёг кисть калёным железом. Но едва я подумывала о том, чтобы снять его, тело сковывала невыносимая слабость.

Не стоит спешить... мы же помолвлены с самого детства...

Мысли казались чужими, я отчаянно гнала их, но они возвращались, оплетая липкой паутиной сомнений.

– Алория? – встревоженный голос отца вернул меня в реальность. – Я хочу услышать подобности. Немедленно!

– Я тоже послушаю! – Селеста нервно взмахнула веером. – Вчера я разговаривала по кристаллу с матушкой Брана. Тереза в ужасе от случившегося, но... её версия отличается от твоей. Сильно.

– Тем интереснее будет их сравнить, – холодно ответил Родриго. – Мы ждём, Алория.

Руку пронзила острая боль, сломанная застёжка впилась в кожу, не позволяя сосредоточиться. Сомнения обрушились на меня с новой силой. Несколько секунд я даже вымолвить ничего не могла, стояла как кукла и хлопала глазами.

– Лори? – голос отца прозвучал непривычно хрипло.

Отчего-то вспомнился Владыка и его штормовые глаза...

– На браслете сломалась застёжка, – ответила словно в трансе, – командир Лейри случайно повредил её...

– Тебя касался дракон?! – матушка охнула и наспех накрыла нас пологом тишины. – Лори, ты с ума сошла? Ты же знаешь...

– Это произошло случайно! – воскликнула. – Карета качнулась, и он придержал меня за руку, чтобы я не упала.

Меня захлестнула обида. Обвинения были несправедливыми, я никогда не забывала об осторожности.

– Лори, мне не нравится, что в твоей жизни появились драконы! – нахмурилась матушка. – Тереза также взволнована. Репутация Владыки...

– Хватит! – в голосе отца проскользнули рычащие нотки. – Селеста, я предупреждал, что не потерплю в доме сплетен. Нери - великий воин, империя многим обязана ему!

– Я не умаляю его ратных заслуг! – воскликнула матушка. – Но для нашей дочери он представляет прямую угрозу! Чёрные драконы чувствуют чужой Дар, а такие как Лори для них изысканный деликатес. Не удивлюсь, если он уже намекал...

– Владыка почти всё время был без сознания! – я едва не задохнулась от возмущения. – И лечили мы его вместе с настоятельницей!

Ложь лилась как песня. После разговора с Вандой я и сама верила, что всё было именно так.

– Как только состояние Нери стабилизировалось, наставница отлучилась, чтобы осмотреть остальных больных. И в этот момент в госпиталь ворвался маркиз, – добавила, подбоченившись, – о каких намёках может идти речь?!

– Тереза сказала, что браслет Брана передал странный сигнал, – ответила Селеста, – пусть вы и не истинная пара, но ваша связь...

– Да, какая в Бездну связь?! – вспылила. – На мне вообще не было браслета, когда он ворвался! Я всегда снимаю его во время работы, чтобы не мешал.

– Лори! – охнула мать. – И ты ещё удивляешься, что Бран разозлился...

– Он не имел права так себя вести! – меня уже было не остановить.

Рука сама потянулась к проклятому украшению. Ярость туманила разум, заглушая чувство вины и сомнения. Пальцы то и дело нервно соскальзывали с замочка и, разозлившись окончательно, я с силой дёрнула его. Раздался глухой щелчок и часть замысловатой застёжки упала на пол. Но наклониться за ней я не успела. Отец мгновенно оказался рядом, поднимая обломок и забирая у меня браслет.

– Лори, успокойся, – Родриго задумчиво покрутил сломанное украшение в руках и осторожно положил его в зачарованный мешочек. Он был из специального бархата, блокирующего любую магию.

Странно...

– Ты сказала, что он платил какой-то целительнице, чтобы она шпионила за тобой, – напомнил отец.

– Да, Лизетте! – уверенно заявила.

– Это, случайно, не та жрица, которую настоятельница вышвырнула вчера из госпиталя? – уточнил.

– Именно!

Самочувствие стремительно улучшалось. Голова больше не кружилась, разве что оставалась небольшая слабость. Но это мелочи. Я боялась, что откат после использования магии крыльев будет протекать намного тяжелее.

– Бран вёл себя ужасно, – продолжила, – я исполняла свой долг и не заслужила такого обращения. Да, он извинился, но мне не нужны пустые слова. Если он не переосмыслит своё поведение, буду вынуждена разорвать помолвку.

В гостиной повисла звенящая тишина. Секунды казались вечностью, я буквально сжалась в комочек, ожидая начала грандиозного скандала.

Мы с Браном были помолвлены со дня моего рождения. Этот брак был политически выгодным, поэтому его благословил сам император и Круг жрецов.

Я всегда знала, что мы поженимся, по-другому и быть не могло! Но меньше чем за сутки мой мир перевернулся с ног на голову. Я запуталась в собственных чувствах и желаниях. Боялась подвести семью, но и ставить крест на своём будущем не собиралась. Мне нужно было время, чтобы обдумать ситуацию и во всём разобраться.

Первым пришёл в себя отец.

– Император будет в ярости, – мрачно констатировал Родриго, – но... Алория, я хочу, чтобы ты знала, – он подошёл ближе и взял меня за руку, – мы с мамой примем любое твоё решение.

На глаза навернулись слёзы. Я боялась, что родители не станут меня и слушать.

– Я дам тебе время, – отец бросил на Селесту предупреждающий взгляд. На удивление, она не стала спорить.

Родриго прошептал короткое заклинание, призывая простенький серебряный браслет. Но едва он надел его на мою руку, украшение начало стремительно меняться, превращаясь в копию помолвочного амулета.

– Это браслет-метаморф, – пояснил отец, – он может принимать форму любого украшения. Пока не примешь окончательного решения, будешь носить его, чтобы избежать скандала. О возможном разрыве помолвки пока ни слова!

Он вновь перевёл взгляд на матушку.

– Тебя это тоже касается.

– Хорошо, – в голубых глазах Селесты плескались обида и осуждение.

Тереза была её близкой подругой. Они росли вместе и мечтали, что их дети окажутся истинной парой. Матушка буквально помешалась на идее выдать меня за Брана и часто повторяла, что во всём мире не найти лучшего жениха.

– Настоящий браслет я сдам в починку, – продолжил отец, – с Браном поговорю лично, – в изумрудных глазах полыхали искры, а голос не предвещал ничего хорошего.

– Отец...

– Тебе пора на работу, а мне на службу, – Родриго бросил беглый взгляд на часы, – позже продолжим.
***
Дорогие читатели, прикрепляю два варианта визуала Алории:
1.

2. Образ с обложки)

Из особняка я вышмыгнула как заправский ассасин. Рысью домчала до кареты, закрыла шторы и приказала кучеру мчать на полной скорости. Но предосторожность была лишней. Дорога до госпиталя оказалась на удивление спокойной.

Вечернее интервью Ванды оставило репортёров ни с чем. Скандал зачах в зародыше и пресса отправилась искать новых жертв.

Мне бы порадоваться, что всё закончилось благополучно, но из головы не шли слова Гретты: «Лори, ничему не удивляйся и никого не слушай! Объясню всё, когда приедешь!».

Чему не удивляться? Кого не слушать? Со мной даже связаться никто не пытался! Разве что Бран уже трижды звонил на кристалл, но отвечать не хотелось. Разговор с родителями окончательно выжал меня. Не осталось никаких эмоций.

Впервые чувствовала себя настолько опустошённой, будто со сломанным браслетом пропала часть меня. Но, что самое странное, мне стало легче дышать...

Я всегда считала, что мы с Браном идеальная пара. На других мужчин даже не смотрела. Матушка с детства внушала, что так нужно и правильно, по-другому не может быть. Оказывается, может...

Отец дал мне карт-бланш. И я с ужасом осознала, что никогда бы не выбрала Брана самостоятельно. Мне не нравилось в нём абсолютно всё, начиная от ледяных серых глаз, и заканчивая скандальным характером. Просто раньше я не замечала этого, да и вообще не задумывалась, какого мужчину хочу видеть рядом.

Наш брак благословил лично император! О чём тут ещё думать?

Алваро, троюродный брат отца, отличался тяжёлым и жёстким характером. С Его Величеством не спорили, ему не перечили. Поэтому обретённой свободе я радовалась недолго. Стоило вспомнить о фамильной чести и долге, как сердце сжалось от тоски.

Я не имею права подставить семью... нужно ещё раз всё обдумать и обсудить с отцом. Он поможет принять верное решение!

Карета остановилась. Погрузившись в размышления, не заметила как добралась до госпиталя.

– Приехали, леди Лисавэр! – двери распахнулись, и слуга подал мне руку, помогая выбраться.

– Благодарю! – я спрыгнула на мостовую и осмотрелась. Вокруг госпиталя было непривычно тихо. Только Грета стрелой вылетела из здания, едва заприметив меня.

Дурные предчувствия усилились...

– Лори! Хвала Пресветлой, я тебя первая перехватила! – запричитала травница. – Пойдём ко мне, нужно поговорить.

Отпустив кучера, я последовала за монахиней. До начала рабочего дня оставалось пятнадцать минут. Если опоздаю на общий сбор, Ванда меня пришибёт, а ещё до кабинета нужно добраться и переодеться!

– Грета, что случилось? – не выдержала, едва мы свернули за угол.

– Пока ничего непоправимого, – с хитрой улыбкой объявила травница, – Пресветлая хранит тебя, Лори.

– Не пугай, – прошептала, накинув простенькую защиту от прослушки. – Что-то с Владыкой?!

– С ним всё хорошо, он уже уехал...

– Что?! Как... уехал? – воскликнула. – Куда?

Услышанное не укладывалось в голове. Когда я уходила, о выписке Нери и речи не шло! Мы не закончили лечение, более того, он согласился остаться в госпитале. Что могло измениться за ночь?

– Зайди, мне нужно тебе кое-что отдать, – заговорщически прошептала Гретта, пропуская меня в свою каморку.

Келья монахини прилегала к зданию госпиталя и отсюда можно было быстро добраться до моего кабинета. Если повезёт, я даже не опоздаю. Правда, после новостей об отъезде Нери, это волновало меня меньше всего.

– На рассвете в госпиталь приезжал мессир Суарес, – прошептала Гретта, – он осмотрел Владыку и выразил искреннее восхищение мастерством лекаря, который оказывал ему помощь.

Сердце пропустило удар... я сразу догадалась, что произошло дальше, и от этого захотелось взвыть раненым зверем.

– Разумеется Ванда «приняла удар» на себя, – скривилась травница, подтверждая мои опасения, – хотя про тебя тоже упомянула. Вскользь.

– И на том спасибо, – вздохнула, пытаясь успокоиться.

В целом, всё было не так уж плохо! Нери наверняка расскажет Суаресу правду. Только, как теперь с ним встретиться? Я не успела дать ответ, у меня нет номера его кристалла, а отправить посыльного в штаб Хранителей не могу...

– Суарес настоял, чтобы Владыку телепортировали в госпиталь Хранителей. Сказал, что дальнейшим лечением займётся сам. Они с Нери долго спорили, не знаю, что произошло и к чему такая спешка, – Гретта достала из артефакта-хранилища белоснежный конверт, – но Владыка оставил весточку. Я дежурила возле него ночью, мы разговорились. Он много расспрашивал о тебе.

Щёки моментально вспыхнули. Я знала, что травница рассказывала только самое хорошее, но сам факт, что Владыка интересовался мной заставлял сердце биться чаще. Странное чувство... непривычное, но отчего-то очень приятное...

– Он понял, что мы подруги, и просил тайно отдать тебе письмо, – Гретта подмигнула мне и вручила послание, – читай, а я в коридоре подожду. Такие письма нужно открывать без свидетелей!

Я хотела возразить, но травница выскочила из коморки с несвойственной ей прытью. Она явно решила, что послание любовное, и всеми силами подыгрывала дракону.

Брана монахиня недолюбливала. Один раз даже намекнула, что за сладкими речами часто кроются гнилые поступки. Мы тогда едва не рассорились. Гретта извинилась и больше не заводила эту тему, а я при каждом удобном случае нахваливала жениха, пытаясь переубедить её.

Сейчас это казалось ужасно глупым. Интуиция у детей Великого леса была отменная, дриады за версту чуяли лжецов и подлецов. Стоило прислушаться и всё проверить. Но я вела себя как ребёнок. Ходила будто под гипнозом, повторяла одно и тоже, не замечая недостатков жениха.

Если бы всех членов императорской семьи регулярно не проверяли на привороты и ментальные воздействия, я бы решила, что меня приворожили!

Последняя проверка была пару недель назад. Мою ауру сканировал начальник императорской охраны и ничего не нашёл. Но всё же, чувства к Брану слишком быстро развеялись... словно их никогда и не было.

Может, это как-то связано с крыльями? Пока я не использовала их, ходила словно оглушённая... Но стоило призвать древнюю магию, и я почувствовала себя намного увереннее. Впервые стала задумываться о собственных желаниях.

Возможно, крылья фэйри стоит воспринимать как вторую ипостась у оборотней и драконов? Тогда блокируя их магию, я не просто делаю себя слабой и уязвимой, но и лишаюсь части души!

Без крыльев я никогда не почувствую истинную пару и до конца не раскрою Дар целителя. Но, если начну часто призывать их, стану лёгкой мишенью для Охотников!

Что же делать?

– Лори, ты закончила? – дверь приоткрылась, и в коморку заглянула Гретта.

Ох...

– Н-нет ещё! – воскликнула, наспех разрывая конверт. Позже подумаю о странностях и нестыковках!

Печать вспыхнула. Дракон поставил на письмо сложную защиту, реагирующую на мою ауру. Сломай сургуч кто-то другой, конверт превратился бы в кучку пепла.

– Поторопись, не то опоздаем! – травница вновь скрылась в коридоре. А я, трясущимися руками вытряхнула послание.

Почерк у дракона оказался каллиграфическим. Ровные, идеально плавные линии, слегка заострённые буквы, равномерный наклон и ни единой помарки.

Глядя на красиво выведенные буквы мне стало стыдно за свои каракули. Мелкие, угловатые, словно растекающиеся по бумаге, они напоминали запись сердечного ритма на целительском артефакте.

К счастью, Владыка не требовал ответного письма.

«Лори, обстоятельства вынуждают меня покинуть госпиталь не попрощавшись, но я помню о долге и обещании. Через два дня состоится торжественный приём в резиденции Алваро Первого. Встретимся там.

Я сам найду тебя и устрою знакомство с Суаресом, он также будет на приёме. Ортегу приятно удивило твоё мастерство, он согласен рассмотреть твою кандидатуру на роль личной помощницы и ученицы».

В послании не было ни намёка на романтику, всего пара строк и те по делу. Но оно будоражило кровь похлеще любых стихов и любовных признаний!

Аргвар не забыл о своём обещании и рассказал Суаресу правду! Пресветлая... как хорошо, что дракон оказался мудрее и сделал все по-своему.

Правда, я не совсем поняла, о каком приёме речь.

Отец ничего такого не говорил, а ведь он Первый советник Алваро! Его бы точно пригласили. Может, решение приняли утром и Родриго ещё не в курсе? Или просто не успел предупредить нас с матушкой?

– Лори-и-и-и! – травница вновь занырнула внутрь. – Ну? До собрания осталось семь минут!

– Закончила! – воскликнула, пряча письмо. – Это все новости? Ты говорила...

– Не все, конечно! – перебила меня Гретта. – Вместе с Суаресом приезжал генерал-адъютант Алваро Первого. Император собирается лично наградить отличившихся целителей. Ванда уже готовит торжественную речь и примеряет амулет Верховной жрицы, а против тебя активно плетутся интриги.

От слов травницы нахлынула слабость и закружилась голова. Я сразу догадалась, чьих рук дело. Матушка Лизетты - опытная и опасная интриганка. Надо быть начеку!

– Позже расскажу подробности, – затараторила Гретта, – запомни главное! Не верь никому из жриц, не поддавайся на провокации и опасайся ловушек.

Легко сказать....

– Пока настоятельница на твоей стороне, как бы странно это ни звучало. Держись её и будь осторожна! А сейчас пойдём, иначе опоздаем.

Травница открыла двери, пропуская меня вперёд. Из её кельи было два выхода, и один как раз открывался под центральной лестницей. Я за миг взлетела по ней, чудом не запутавшись в юбках, и на бегу достала ключи от кабинета. Но едва остановилась у дверей, спиной почувствовала липкий, полный ненависти взгляд.

Чужие эмоции были настолько сильными, я чуть не промахнулась мимо замочной скважины! Руки дрожали, а по позвоночнику ледяными иглами растекалось дурное предчувствие. Кое-как справилась с замком и заскочила в кабинет. Но даже через плотно закрытую дверь я ощущала неприятный зуд между лопатками.

Все светлые целители были эмпатами. Наша работа напрямую зависела от умения чувствовать и разделять чужую боль. Но я впервые настолько ярко и чётко слышала чьи-то эмоции! Возможно, дело было в их силе. А может, я оказалась права насчёт крыльев?

Про фэйри я знала мало. В общем доступе сохранились только легенды и исторические очерки, повествующие о трагической судьбе моего народа. А искать информацию в закрытых архивах было слишком рискованно. Отец чудом раздобыл в императорской библиотеке несколько редких книг.

С их помощью родители и придумали, как замедлить рост крыльев и скрыть мой Дар. Но если раньше работа на истощение резервов казалась прекрасной идеей, сейчас я сомневалась, что мы действовали верно. У меня даже закралась шальная мысль, а не попросить ли Нери о помощи? В его замке была огромная библиотека, а коллекция редких магических книг считалась одной из лучших в империи. Наверняка, если хорошенько порыться, там найдётся нужная мне информация!

От воспоминаний о драконе щеки снова вспыхнули. Не представляю, как просить его об этом... вынести книги из замка мне никто не позволит. А напрашиваться в гости...

– Лори! – из-за дверей донёсся встревоженный голос Гретты. – Минута!

– Бегу! – воскликнула, наспех застёгивая халат. В рабочую блузку и юбку я переоделась за рекордное время, даже успела переобуться в мягкие туфельки без каблука.

Наспех проверила рабочие артефакты, бросила беглый взгляд на своё отражение и, убедившись, что всё в порядке, выскочила в коридор. Утренние сборы Ванда проводила в малом лекционном зале, он находился через два кабинета от моего. Успеем!

– Светлейшего утра! – на бегу поздоровавшись с сестрой-хозяйкой, я влетела в зал и плюхнулась на свободную лавочку. Гретта через секунду приземлилась рядышком, как верный оруженосец.

– Итак, раз все в сборе, можно начинать, – Ванда удовлетворённо улыбнулась, убирая со стола песочные часы. Я вновь спиной ощутила чей-то мрачный взгляд. И, что самое страшное, во всём зале витали похожие эмоции.

Мои отношения с коллективом и раньше нельзя было назвать тёплыми. Я всегда держалась в стороне и близко общалась только с Греттой, но до открытых конфликтов не доходило. Так, цеплялись с коллегами по мелочам, не более. С такой яркой, незамутнённой ненавистью и завистью я столкнулась впервые.

Подозреваю, что матушка Лизетты уже начала против меня активную «военную кампанию» и не успокоится, пока не отомстит за увольнение дочери.

– Как вы уже знаете, вчера в госпиталь поступил особый пациент, – Ванда обвела присутствующих ледяным взглядом и по залу прокатилась удушливая волна страха. Про меня мигом забыли, сосредоточившись на собственных проблемах. – Во время его госпитализации ряд сотрудников проявил преступную халатность. Я пришла в ужас, узнав подробности!

Тишина в зале приобрела особый оттенок. Напряжённая, звенящая, похожая на натянутую тетиву. Она просачивалась в каждую клеточку, заставляя замереть в ожидании продолжения.

– Троих сотрудников я уволила сразу, – рубленные жёсткие фразы рассекали воздух заточенным клинком, – Лаура Сенти, дежурившая вчера в приёмном отделении, и Викки Ленс, отказавшаяся осмотреть тяжёлого пациента, не только лишились работы, но и права продолжать целительскую практику.

Сурово, но справедливо. Таким как они, не место в госпитале!

– Лизетта Тьери уволена за порчу дорогостоящего оборудования и распространение закрытой информации прессе, – продолжила Ванда.

По залу вновь разлилась волна негодования, и зуд между лопатками стал практически невыносимым. Казалось, сами крылья предупреждали меня о нависшей опасности и умоляли больше не запечатывать их. Словно говорили, не спеши, мы тебе ещё пригодимся!

– Внутреннее расследование продолжается, – теперь голос настоятельницы звучал по-кошачьи мягко, вкрадчиво, и от этого становилось ещё страшнее. Спокойная и улыбающаяся Ванда была намного опаснее кричащей. – Не исключено, что в ближайшие пару дней госпиталь покинут ещё несколько жриц. Я намерена очистить монастырь от недобросовестных сотрудников, лжецов и сплетников.

Намёк Ванды был кристально ясен. Если кто-нибудь отличится до церемонии награждения и выборов в Совет, пусть пеняет на себя. И простым увольнением жрицы вряд ли отделаются. Я не сомневалась, что Лизетта получила рекомендации, с которыми не возьмут ни в один захудалый лазарет, не то что в крупный госпиталь.

– Разумеется, были и те, кто вчера приятно удивил меня, – добавила настоятельница, – списки целителей, доблестно исполнявших свой долг в столь непростых условиях, уже вывешены в центральном холле. Отдельно хочу отметить мастерство моей ученицы Алории Лисавэр.

Висящие в воздухе негодование и злоба сменились эмпатическим штилем. Словно заговорщики захлебнулись собственным ядом. Ванда знала, в каком порядке подавать новости, несколькими фразами выбивая почву из-под ног.

– Я думаю, ни для кого не секрет, что наш госпиталь утром посетили мессир Суарес и генерал-адъютант императора Фредерико Симпози, – продолжила Ванда, – этой чести мы удостоились за спасение Владыки и его людей.

Раздались робкие аплодисменты, но целительница жестом пресекла их.

– Через два дня в императорской резиденции состоится торжественная церемония награждения. Император лично отметит орденом Пресветлой отличившихся целителей, – Ванда замолчала, выдерживая драматическую паузу, – думаю, не стоит говорить, насколько это важно для всех нас?

Присутствующие шустро закивали.

К ордену прилагалась приличная сумма, да и сама награда считалась невероятно престижной. А для настоятельницы и вовсе открывала прямую дорогу в Совет.

Последнее было выгодно для всех. Если Ванда выиграет на выборах Верховной, монастырь получит льготы на поставку оборудования и дополнительное финансирование.

– Я рассчитываю на понимание ситуации и ваше благоразумие, – тон настоятельницы не предвещал ничего хорошего.

Она в открытую предупреждала, если кто-то привлечёт к госпиталю ненужное внимание, может забыть о практике и репутации. Но мне это играло на руку и давало шанс продержаться до встречи с Нери.

– На этом всё, – Ванда поднялась и, подхватив документы, направилась к выходу, – Алория, ты мне нужна.

– Да, госпожа настоятельница, – я скользнула за ней, спиной ощущая всё тот же липкий и холодный взгляд.

Похоже, я поторопилась с выводами... продержаться до церемонии будет очень непросто!

До кабинета настоятельницы шли молча. Ванда не спешила начинать разговор, а я сосредоточилась на новых возможностях.

Меня захлёстывали чужие эмоции. Я не сомневалась, что чувствовать их так ярко помогают именно крылья. Они реагировали на малейшие эмпатические колебания, и с каждой секундой держать контроль становилось сложнее.

Воздух звенел от количества эмоций: зависть, искренняя радость и восхищение. Сотрудники госпиталя по-разному реагировали на новости, и чем дальше мы отходили от зала совещаний, тем слабее ощущался негатив. Младший персонал не интересовали интриги. Они ликовали, предвкушая премию и отсыпной за вчерашнюю переработку.

Неподалёку раздался знакомый гулкий топот, будто нам навстречу бежал крупный ёжик. Сестру хозяйку я узнала сразу, ещё до того, как услышала её одышку и басовитый голос:

– Госпожа настоятельница! – выскочившая из-за угла Элеонора выглядела запыхавшейся, но счастливой. Крупное лунообразное лицо сияло, а вокруг монахини витал шлейф гордости и подобострастного восхищения. – К вам курьер из Гильдии целителей! Прикажете провести в кабинет?

– Позже, – холёное лицо Ванды было абсолютно бесстрастным, но мои крылья засекли едва заметные искорки удовлетворения и затаённого торжества. – Сейчас я очень занята. Проводите его в зал ожидания. Приглашу, как только освобожусь.

Она врала. Я чувствовала это как никогда ясно, но, увы, не видела смысла в её действиях. На кой ляд мариновать курьера? Забрать письмо и расписаться о получении – минутное дело!

– Как прикажете! – Элеонора поклонилась и, подхватив юбки, помчала обратно. На моё присутствие она никак не отреагировала. Это радовало. Не все в госпитале были готовы лезть в интриги и рисковать должностью ради чужой мести.

У меня даже появилась слабая надежда, что здравый смысл и страх перед настоятельницей окажутся сильнее, и до церемонии жрицы залягут на дно. Да и времени, чтобы спланировать крупную подставу маловато. Не зря же говорят, что месть подают холодной? Спешка в таком деле неуместна.

Но в любом случае, лучше быть начеку!

Немного осмелев и свыкнувшись с необычными ощущениями, я попыталась «просканировать» Ванду. Как управлять крыльями я не знала, поэтому просто сосредоточилась на целительнице. Но... «с разбегу» налетела на ледяную стену. Кожа покрылась мурашками и стало холодно, будто мне за шиворот кинули горсть снега.

К счастью, настоятельница не заметила моих манипуляций.

Что ж... По заказу крылья не работают, только хаотично засекают чужие яркие эмоции. Впредь буду осторожнее, и для начала потренируюсь на близких.

– Заходи, – магесса открыла дверь в кабинет, пропуская меня вперёд. Я по привычке зажмурилась, но «допросные» лампы не горели.

На столике стояли две чашки и блюдце с вкуснейшими пирожными из лавки госпожи Дюваль. Её сладости стоили дорого и отличались не только уникальным вкусом, но и узнаваемым дизайном. Ванда их обожала и предлагала только особым гостям. Меня угощали уже второй раз, но гордости по этому поводу я не испытывала. Скорее предпочла бы на пару дней превратиться в невидимку и просидеть в келье Гретты, помогая толочь травы для зелий.

– Мне нравится как ты держишься, – Ванда начала разговор с похвалы, и я насторожилась ещё больше, – не все выдерживают испытание успехом. Многие зарываются, начинают совершать глупости и дерзить тем, кто вывел их на вершину. А ты скромничаешь, будто ничего не случилось.

– Я всего лишь исполняла свой долг, – ответила, пытаясь скрыть негодование.

Целительница вела себя... странно. Будто прикидывала, сколько пряничных крошек мне можно отсыпать, и не пора ли применить кнут.

– Молодец! – Ванда уселась в своё любимое кресло, жестом велев занять место напротив. – Именно так и с таким лицом отвечай всем, кто спросит о случившемся. А их будет очень много, Лори.

– Надеюсь, вы ошибаетесь, – вздохнула, – мне бы не хотелось привлекать лишнего внимания...

– Не переигрывай! – в голосе Ванды проскользнули металлические нотки. – Держись скромно, но уверенно. И никогда не бросайся на подачки и милость великих, как голодная собака.

Смысл последнего напутствия обескуражил, и заметив мой растерянный взгляд, наставница снизошла до пояснений:

– Курьер из гильдии – первая проверка, – скривилась Ванда, – прими я его сразу, это бы выглядело жалко. Что же я за настоятельница, если бросила всё, чтобы прочитать письмецо с поздравлениями?

О, как!

– Я не собираюсь плясать на задних лапках ради похвалы, поэтому курьер подождёт. Гильдия должна знать своё место, – настоятельница разлила по чашкам чай и подала мне одну, – но и перетягивать не стоит, поэтому через четверть часа я приму его.

Разговор напоминал шахматную партию, и я в ней была королём. Вроде почётно, но самостоятельности ноль и полностью зависишь от других фигур.

– В интригах важны баланс и осторожность, – добавила Ванда, – запомнила?

– Конечно, – послушно кивнула и сделала небольшой глоточек чаю.

Похоже, настоятельница вкладывала свой смысл в слово «ученица» и наставлять меня собиралась отнюдь не в лекарском мастерстве. Хотя за дело она взялась основательно. И, что самое главное, крылья пока молчали. Я по-прежнему относилась к Ванде настороженно, но прямой угрозы пока не чувствовала.

Получив желаемое, целительница успокоилась, сейчас она напоминала сытую анаконду. От неё фонило лёгким пренебрежением и ленивым покровительством, пока не переварит уже съеденных «кроликов» мне ничего не грозит.

– Жаль, что не все в госпитале настолько сообразительные, – продолжила Ванда, – моё предупреждение сдержит большинство жриц от необдуманных действий. Но во избежание столкновений, два дня будешь заниматься только ранеными Хранителями.

Настоятельница щёлкнула пальцами и на подлокотник моего кресла приземлилась стопка историй болезни.

– Это твои пациенты на сегодня и завтра, они все лежат в пятом блоке. К другим не выходишь, сидишь там. Если что-то понадобится, посылай Гретту или дежурную сестру, я утром перевела в пятый блок проверенных сотрудников.

Звучало красиво, будто она и впрямь заботилась обо мне. А если вдуматься, я оставалась «запасным кроликом». Вроде и не съели сразу из-за «ценного меха», но закрыли в клеточке до лучших времён. То есть, до церемонии награждения.

Хотя, это и правда прекрасный шанс избежать ловушек и подстав! И плевать, что в число «проверенных» сотрудников входят шпионы Ванды. Против неё я ничего не замышляю, пусть следят сколько нужно!

– Благодарю, госпожа настоятельница! – воскликнула абсолютно искренне.

– Это всё, можешь идти, – кивнула Ванда.

В кармане вновь завибрировал связной кристалл. Я наспех отключила его, чтобы не злить целительницу, но успела заметить на экране надпись «Бран». Жених не сдавался и продолжал атаковать звонками.

Словно чувствовал, что наша свадьба может не состояться...

По спине пробежал холодок. Крылья не оценили настойчивости маркиза, но сейчас не до этого. 

Подхватив пачку историй и поклонившись настоятельнице, я выскользнула в коридор. Кроме дежурной сестры и двух младших жриц здесь никого не было, все ушли на утренний обход. Это шанс благополучно добраться до пятого блока!

– Светлого утра! – я поприветствовала персонал и быстрым шагом направилась к больным. Дорогу намеренно выбрала длинную через центральный коридор. Здесь висели наблюдательные кристаллы и риск нарваться на неприятности был минимальным.

– Светлого утра! – не отрываясь от документов кивнула дежурная. От неё фонило усталостью и раздражением, но оно было направлено не на меня, а на нескончаемую гору бумаг. Стопки справок и историй занимали большую часть стола и едва не падали на пол.

В кармане завибрировал связной артефакт, не сбавляя шаг, я достала кристалл. Снова Бран...

– «Лори, ответь! Умоляю!», – высветилось на экране, – «Лори, ты не можешь злиться вечно!».

С последним я могла бы поспорить. От одного воспоминания о вчерашнем скандале внутри всё закипало. Не ворвись Бран в госпиталь, я бы избежала половины проблем!

– «Я был не прав!».

Артефакт вибрировал без остановки. Выключить его полностью не получалось по простой причине. Мой рабочий кристалл недавно повредился, а купить новый я не успела из-за напряжённого графика. Приходилось временно перенаправлять все звонки и сообщения на личный магограф.

– «У меня обход. Позже поговорим», – коротко ответила и выключила экран. Но Бран начал перезванивать.

– Да! – ответила, едва сдерживая злость. Жених в очередной раз демонстрировал, что моя работа для него ничего не значит.

Он считал себя в праве врываться сюда, писать сообщения и звонить в любое время.

– Лори, нам нужно поговорить! – раздался встревоженный голос. Слишком громкий и эмоциональный, чтобы быть искренним. Да и его настойчивость скорее напоминала манию или помешательство, чем реальное раскаяние.

– Бран, я на работе! – упрямо повторила.

– Я виноват...

– Мы обсудим это позже.

На той стороне кристалла повисла напряжённая тишина. Я крыльями чувствовала, что жениха злят мои ответы и резкая перемена в поведении, но понять в чём причина он не может.

По правде говоря, я и сама до конца не понимала, но возвращаться к прежней жизни не собиралась. И Балтимеру придётся это принять.

– Лори, мы можем встретиться вечером? – голос жениха неожиданно стал мягким и вкрадчивым. – Я заберу тебя после работы. Съездим в ресторан, заедем в ювелирный салон и купим тебе новое колье, а потом выберем платье для церемонии награждения.

Его речь лилась скороговоркой. Размеренно, без единой запинки. Это неприятно резало слух и наталкивало на определённые мысли. Словно он повторял давно заученную фразу, и далеко не первый раз.

Перед глазами пронеслись прошлые встречи. Бран всегда приходил с дежурным букетом, а на праздники присылал украшение. Неизменно дорогое и модное, но абсолютно не в моём вкусе. Он никогда не спрашивал, что мне нравится, всегда ориентировался на свои предпочтения. Даже фасон свадебного платья выбирал сам, а меня таскал к модистке словно живой манекен.

«Съездим в ресторан, купим тебе новое колье и платье...».

Фраза эхом звенела в ушах. Кому же ты ещё говорил её, Бран? Другим девушкам?

Лизетта, Жоржетта, Арлетта... имён я знать не могла, но похоже, их было много. От внезапной догадки перехватило дыхание, стало гадко и обидно до слёз.

Меня пытаются купить! Как одну из многих...

– Так ты согласна? – он уже не спрашивал, а констатировал факт. Будто и мысли не допускал, что ему могут отказать. – Я был не прав с браслетом, – добавил, мурлыча, – он и впрямь мешает во время работы. Мы купим тебе кулон!

Крылья уже не зудели, а горели огнём. Я едва сдерживалась, чтобы не почесать спину о дверной косяк словно бродячий кот. Но боюсь, меня неправильно поймут сотрудники.

– Поговорим позже по кристаллу, я наберу тебя, когда вернусь домой, – ответила, выключая артефакт. Отказывать в открытую не стала, вспомнив наставления отца.

В динамике магографа запоздало раздалось ещё одно: «Лори!». Бран повторял моё имя как заклинание, неужели и правда думал, что я куплюсь на столь дешёвую игру?

Вот уж кого к Ванде в ученики стоит отправить. Настоятельница была редкой змеёй, но у неё был класс. А Бран... даже не старался.

Считал безвольной куклой, у которой и мнения-то своего нет? Зачем распинаться, если глупышка Лори всё стерпит? И вдруг отчетливо вспомнились слова Лейри: «он боится потерять не вас, а власть над вами»...

– Леди Лисавэр? – из-за спора я и не заметила, как добежала до пятого блока. На входе стоял молоденький Хранитель. Большая часть стражников уехала вместе с Владыкой, но нескольких драконов он оставил следить за порядком.

– Да, – ответила, доставая медальон жрицы. На нём были выбиты инициалы и печать рода.

– Проходите, – дракон галантно открыл двери, пропуская меня.

Настроение моментально улучшилось. Если на входе такая охрана, завистникам до меня не добраться, а с Браном потом разберусь. Сейчас главное – пациенты.
***
Дорогие читатели, прикрепляю визуал Брана Балтимера:

День пролетел незаметно. Я с головой погрузилась в работу, занимаясь ранеными Хранителями.

Ванда перевела в отдельный блок десятерых воинов, принятых мною вчера. Это упрощало работу, стражи уже привыкли к моей Силе. Долечивать чужих больных я не любила, ведь магия сильных целителей часто вступала в диссонанс.

Часы в коридоре пробили четыре пополудни. Оставалось осмотреть ещё одного пациента и заполнить бумаги. А там и домой пора!

Мне не терпелось увидеться с отцом и обсудить в деталях события последних дней. После звонка Брана желание разорвать помолвку взыграло с новой силой. Мне не хотелось встречаться с ним ни этим вечером, ни любым другим. А уж подарки принимать тем более.

Надеюсь, отец придумает, как решить вопрос без скандала. Император мог создать море проблем вопреки родственным связям. Он не прощал отказов и жестко наказывал тех, кто его разочаровывал.

– Светлейшего дня, лорд Вэртана, – поприветствовала сидящего на постели стража. Работа помогала отвлечься от грустных мыслей, и я цеплялась за неё как за спасительную соломинку. – Как ваше самочувствие?

– Самочувствие великолепное! – бодро отчитался Хранитель. – Если бы меня не лечил самый очаровательный целитель империи, попросился бы на выписку!

Сегодня весь день я получала комплименты и приглашения на свидание. Очнувшиеся стражи флиртовали напропалую.

Браслет отца снимать не рискнула, испугалась, что после не смогу создать нужную иллюзию. Пришлось работать в нём. Было ужасно неудобно, зато стражи видели украшение. Оно сигнализировало о помолвке и скорой свадьбе, но их ничего не смущало и не останавливало.

Раньше браслет моментально отпугивал потенциальных ухажёров. Но похоже на драконов артефакт не действовал...

Вначале это смущало и слегка нервировало. Однако я быстро сообразила, если хочу работать с Суаресом, придётся научиться давать отпор таким «влюблённым»!

– Ваше состояние стабилизировалось, – я закончила обрабатывать раны Габриэля, – завтра можно будет снять повязки.

– Прекрасная новость! – оживился маг. – К слову, а что вы делаете завтра вечером?

– Работаю, – доверительно сообщила, и подхватив инструменты направилась к выходу. За спиной раздался тихий вздох и сдавленный смех соседа по палате.

Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Повышенное внимание стражей смущало, но поднимало настроение и самооценку. И, что самое главное, драконы не чувствовали привязки к Нери! Иначе не посмели бы и взглянуть лишний раз в мою сторону. Чужой источник был неприкосновенен!

Похоже, Ванда приврала, говоря о сформировавшейся связи с Владыкой. Или... это Аргвар замаскировал её заклинанием, чтобы не подставлять меня?

– Лори! – в коридоре наткнулась на Гретту. – Рабочий день закончился. Ты снова перерабатываешь!

– Ничего подобного! – усмехнулась, бросив беглый взгляд на часы. – Всего-то на пять минут задержалась!

Лежащий в кармане магограф завибрировал. За день он так надоел мне, что собиралась выключить не читая, но вместо привычного «Бран» на экране высветился герб императорской семьи и надпись «Алваро Первый»...

Сердце пропустило удар, сообщение от августейшего родича не предвещало ничего хорошего.

– Лори, с тобой всё хорошо? – нахмурилась Гретта.

– Д-да..., – пролепетала, пряча магограф в карман халата. Такие весточки лучше читать в кабинете, когда никого нет рядом.

– Непохоже, – травница моментально учуяла ложь.

– Я просто устала, – слабо улыбнулась, – ты иди, мне нужно закончить с историями.

– Давай помогу! – не сдавалась монахиня.

В другое время, я бы с радостью согласилась. Но втягивать Гретту в семейные разборки не хотелось. Это только моя проблема.

– Не стоит, там работы на полчаса, – ответила, сгребая лежащие на столе бумаги. Руки дрожали, а дурные предчувствия усиливались с каждой секундой.

Политика дело тонкое, в ней нет места чувствам. А мой союз с Балтимером имел стратегическую ценность.

Матушка Брана принадлежала к древнейшему магическому роду империи, а отец был племянником короля Версэлии. Свадьба между представителями правящих династий могла усилить дипломатические связи между нашими государствами.

Если маркиз и его семейство первыми добежали до Алваро и преподнесли свою версию случившегося, можно ни на что не надеяться... Будет нужно, дядюшка меня волоком оттащит к алтарю.

– Ну, как знаешь, – голос травницы прозвучал тихо и неуверенно. Она сомневалась, стоит ли отпускать меня одну.

– Все уже ушли, – отмахнулась, – мне ничего не угрожает. Заполню истории и вызову карету.

Попрощавшись с Греттой направилась к себе. На душе скребли кошки, и я в сотый раз пожалела, что утром смалодушничала и не выключила связной кристалл. Лучше бы вообще осталась без связи...

– Всего хорошего, леди Лисавэр! – воскликнул охранник, едва я вышла из блока.

– И вам! – улыбнулась.

В коридоре было пусто и тихо. Я без проблем добралась до кабинета, но едва вошла внутрь, в нос ударил удушливый аромат роз. Цветы прислали утром и не только мне. Все целители, представленные к награде, получили одинаковые букеты.

Поставить их в пятом блоке было негде, и я попросила дежурную отнести цветы в мой кабинет. Не думала, что за день комната настолько пропитается ароматом!

Обмахнувшись историями, подошла к окну и раскрыла его нараспашку. Дышать стало легче, но голова всё равно кружилась от слишком яркого и душного запаха.

Кристалл снова завибрировал, напоминая о непрочитанных сообщениях. Собравшись с духом, я достала его из кармана и открыла весточку от императора:

– «Алория Марианна Каталина Лисавэр! До меня дошли странные и крайне неприятные слухи, – начало сообщения подтвердило самые страшные опасения, – надеюсь, это ложь и провокация. Будь умницей, не разочаровывай меня».

Жестко, и в стиле императора... Для Алваро существовало только одно верное мнение – его собственное. С остальными он не считался.

Надежда померкла в один миг, на глаза навернулись слёзы. Мне не позволят разорвать помолвку, а Бран никогда не разрешит обучаться у Суареса.

Голова закружилась, я чудом дошла до диванчика и рухнула на краешек. Запах роз стал невыносимым, он сводил с ума, просачиваясь в каждую клеточку, а крылья жгло огнём. Магия фэйри предупреждала о приближающейся опасности, но меня словно парализовало. Кристалл выскользнул из ослабевших пальцев.

Последнее, что я увидела, прежде чем потерять сознание, была странная тень, мелькнувшая в зеркале напротив...

Длинная, неестественно тонкая, и пляшущая как пламя свечи. Она меньше всего напоминала человеческую, и с каждой секундой становилась всё больше, заполняя комнату.

Происходящее напоминало страшный сон. Я не сразу поняла, что до сих пор нахожусь в сознании, но не могу ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Оставалось только беспомощно смотреть, как очертания кабинета растворяются словно дым, а из зеркальной глади выползает воплощение моих кошмаров. Наполовину огромный богомол, наполовину обнажённый мужчина.

Охотник...

– Тс-с-ш-ш! – звенящую тишину разорвал низкий, стрекочущий звук. Тварь потёрла передние лапки друг о друга и вскинула голову, прислушиваясь.

Я забыла, как дышать... в книгах писали, что Охотники слепые, они не видят своих жертв, но идут на музыку их крыльев. Хрустальный перезвон, свойственный лишь магии фэйри.

– Молю... не шевелитесь..., – мысленно обратилась к крыльям. В ушах эхом отдавало гулкое и частое биение моего сердца. Оно казалось слишком громким, как удары в набат.

Но похоже, чудовище ничего не слышало.

Здоровенное, покрытое шипами и зеленоватой чешуёй брюшко богомола нервно подрагивало, передние лапки, напоминающие заточенные сабли, то и дело тёрлись друг о друга, а человеческая голова и торс монстра покачивались подобно стрелке маятника.

Тик-ток... тик-ток...

Словно завороженная смотрела на Охотника, не в силах отвести взгляд. А по венам ядовитой лавой растекались боль и страх. Хотелось закричать, убежать... но тело не слушалось. Я чувствовала себя бабочкой в паутине, а в голове билась единственная мысль: «нужно призвать крылья»!

С каждой секундой это желание становилось сильнее и казалось единственно верным. В крыльях бесконечный источник магии! С их помощью, я смогу развеять чары и сбежать...

– Тс-с-ш-ш! – стрекот усилился, призывая и подталкивая меня принять решение.

Я уже испытывала подобное, надевая обручальный браслет... Тогда собственные мысли также казались чужими, навеянными. При этом волнами накатывала странная слабость и неестественное чувство вины...

– Тс-ц-ц-ц! – тварь зло ударила лапами, будто пытаясь высечь искру. Меня оглушило волной чужой ярости, древней злобы и... голода. Дикого, невыносимого, всепоглощающего.

Охотник терял терпение.

Осознание пришло внезапно! Он не видел меня, не слышал. Примчал на яркую эмоциональную вспышку и потерял, едва я взяла магию крыльев под контроль.

Сердце забилось ещё чаще, но радоваться было рано. Я по-прежнему не могла пошевелиться и позвать на помощь. У меня были только мысли и желание выжить любой ценой...

– Тс-с-ш-ш! – стрекот раздался совсем близко. Охотник, танцуя перемещался по длинным, сверкающим нитям, напоминающих металлическую паутину.

На таких нитях висела и я. Очертания комнаты полностью растворились во тьме. Монстр утянул мою душу в подпространство-ловушку и теперь провоцировал, заставляя призвать крылья.

Из глаз брызнули слёзы. Я даже не могла зажмуриться, чтобы не видеть Охотника. Смотрела неотрывно, как он приближается. Неумолимо, будто сама смерть.

Тик-ток... тик-ток...

Тварь ритмично раскачивалась, а неестественно огромные глаза богомола напоминали разбитое зеркало. Я слышала, что в каждом осколке навеки застывала душа съеденной фэйри...

Тик-ток...

Как же глупо всё закончилось... я только начала чувствовать себя по-настоящему живой...

Поверила, что могу сбежать от Брана, забыть о страхах, поступить в ученицы к Суаресу, попросить у Нери доступ в его библиотеку и найти информацию о своём народе...

– Лори! – хриплый, будоражащий низкий голос дракона ворвался в мысли штормовым ветром. – Лори! Ответь мне! Позови...

– Тс-с-ш-ш! – стрекот Охотника скользнул у самого уха и по бокам от меня на паутинки приземлились мощные лапы, заканчивающиеся заточенными лезвиями.

– Поздно..., – мысленно прошептала.

Тварь с шумом втянула воздух и настороженно прислушалась... лицо у Охотника было почти человеческим, если не считать жутких глаз...

– Лори! – я едва расслышала голос дракона. – Во имя Хаоса! Позови меня! Назови по имени!

– Тс-с-ш-ш!

По имени? Зачем... Я уже ничего не понимала, тонула в стрекоте монстра и осколках чужих душ, будто в океане...

Океан...

Воспоминания о мечте прорвались сквозь пелену ужаса, придавая сил. Я словно воочию увидела сапфировые глаза дракона, вспомнила его имя, редкое и необычное. И, собрав остатки воли мысленно закричала:

– Аргвар! Аргвар Нер...

Закончить я не успела. Тьму разорвало ослепительной вспышкой и мир утонул в сапфировом мареве.

– Тс-с-ш-ша-а-а! – тварь отшвырнуло от меня заклинанием, и я услышала полный боли и ненависти рёв.

Подпространство разлетелось на осколки. И через миг я вновь оказалась в своём кабинете. Лежащей на полу, вернее... на Нери...

Секунды казались вечностью. Я боялась пошевелиться, настороженно прислушиваясь к гулкому биению сердец: моего и драконьего. Удары звучали в унисон, эхом отдавая в ушах, а по телу целительными волнами растекалась чужая магия.

Владыка. Лечил. Меня...

Мысль казалась настолько дикой и неестественной, что я не сразу поверила в её реальность. Но его Сила была самой настоящей. Она ласкала кожу тёплым летним ветерком, просачивалась в каждую клеточку, вытесняя могильный холод и страх, навеянный Охотником.

Тварь исчезла, но меня до сих пор бил жуткий озноб. Ужас от появления монстра был слишком силён...

– Тише, уже всё хорошо, – по спине скользнули сильные руки, сминая халат и тонкую ткань блузы. Крылья доверчиво отозвались, сплетая свою магию с чужой. Мощной и неудержимой, похожей на бушующую стихию.

– Что вы делаете? – прошептала. Но вместо того, чтобы оттолкнуть дракона, судорожно вцепилась в его рубашку, едва не оторвав ворот.

– Спасаю одну сумасшедшую фэйри, – ушко опалил хриплый шёпот, а ладони Владыки скользнули выше, накрывая мои лопатки. Я вздрогнула, реагируя на незатейливую ласку.

Тело горело огнём, воздуха катастрофически не хватало, а сердце билось слишком часто...

Меня впервые обнимали... так. Смело, по-собственнически, но при этом бережно и нежно. В сильных руках дракона я чувствовала себя хрупкой фарфоровой статуэткой.

– Вы...

– Пришёл на Зов, – ответил, легонько скользнув губами по чувствительной коже на шее.

Смущение и паника достигли вершины, и я попыталась осторожно высвободиться из объятий. Но... кто ж меня отпустил?!

– Тише, тише, – тихо рассмеялся Владыка, немного отстраняясь, – я не кусаюсь...

– Ещё этого не хватало! – прошептала, собирая остатки гордости и силы воли. Тело не слушалось, я снова чувствовала себя пойманной бабочкой, только на этот раз происходящее мне... нравилось. И это пугало.

Мне совершенно не хотелось отталкивать Нери, а мысль остаться в его руках казалась правильной и естественной.

– Я благодарна вам за спасение, – пролепетала, поймав за хвост парочку здравых мыслей, – вы даже не представляете, насколько...

– Рано благодарить, – перебил меня дракон, – Охотник жив и знает, что в столице появилась фэйри.

– Что?! – встрепенулась.

– Не двигайся! – прикрикнул, вновь прижимая к себе, практически впечатывая в мощную грудь.

От дракона пахло горьким шоколадом, дымом и южными специями. Вкусно, обжигающе, и безумно притягательно. Хотелось раствориться в этом запахе, забыв о недавно пережитом кошмаре. Но я неожиданно вспомнила другой аромат, душный и мерзопакостно сладкий, от которого мне и стало плохо...

– Цветы! Розы..., – воскликнула, но двигаться не рискнула. Почувствовала, что меня не просто сжимают в объятиях, но и оплетают каким-то сложным заклинанием.

– Я накрыл их куполом, комнату проветрил заклинанием, – устало ответил Владыка, – позже отправлю цветы на экспертизу.

– А...

– Нас я тоже скрыл пологом тишины и защитным куполом, – невозмутимо продолжил, – двери запечатал магией.

– Но...

– Лори, ты можешь хоть минуту помолчать и не двигаться?! – не выдержал дракон.

– Могу, – притихла пристыженной мышью.

От страха хотелось болтать без умолку. Меня накрыло запоздалой истерикой, и я с ужасом осознавала, что сейчас разрыдаюсь, уткнувшись в грудь Владыки. Чтобы хоть немного отвлечься и собраться с мыслями, сосредоточилась на его магии.

Пока я не особо понимала, что именно делает Нери. Вначале решила, что он лечит меня, наполняя своей силой. Но прислушавшись к собственным ощущениям, поняла - дракон не делится своей магией, а меняет мою!

Неспеша вплетает тёмную Искру в мои крылья, сбивая Охотника со следа и не позволяя найти меня по магическому шлейфу.

– Как ты? – ладони Владыки соскользнули на мою талию. Он закончил плетение и теперь мы просто лежали на полу, переводя дыхание и восстанавливая силы.

Было стыдно... но очень уютно.

– Лучше, – я приподнялась на локтях, отстраняясь. И едва не рухнула обратно, увидев на своих запястьях серебристую печать магической привязки...

Она растекалась по коже сверкающей паутинкой, формируя причудливые узоры. В их переплетениях легко было заблудиться, они притягивали взгляд. Их хотелось рассматривать вечно.

Такие же символы появились и у Нери. На смуглой коже дракона они выделялись особенно ярко, это завораживало и пугало одновременно.

Я впервые видела печати вживую. Слухи не врали, они действительно хранили воспоминания пары. Всматриваясь в их серебристую, искрящуюся глубину я могла прочитать нашу с Аргваром историю, одну на двоих.

Знаки навеки впитывали и запоминали сокровенные тайны. Прикоснувшись к нужному символу, мы могли призвать самые яркие картины прошлого, вновь пережить желанные эмоции.

Уникальная магия доступная только нам, для остальных это всего лишь печати. Красивые, но абсолютно непонятные. Никто не знал, почему они проявляются именно так. Поговаривали, что это отголоски Старой эпохи, когда фэйри добровольно становились источниками драконов.

В те времена монстры пустоши просачивались в наш мир намного чаще и были сильнее, поэтому Хранители сражались с ними в драконьем обличье. После затяжного боя не все могли перекинуться обратно, и тогда фэйри с помощью татуировок напоминали своим защитникам об их прошлом. Делились особенными воспоминаниями, отгоняя кровавое безумие битвы.

Красивая легенда... но сейчас, глядя на искрящиеся татуировки, я не испытывала радости. В ушах набатом звенел вой матушки и яростное рычание императора. Разразится грандиозный скандал.

Троюродная племянница Его Величества стала источником дракона! Никто не поверит, что печати появились в результате лечения и обмена магией.

– Катастрофа..., – прошептала, словно в трансе, и уселась на пол рядом с Нери.

– Лори, успокойся! – Владыка рывком поднялся, подхватывая меня на руки, и пересадил на диванчик. – Выпей.

Дракон начертил в воздухе несколько рун, и передо мной возник стакан с холодной водой. Я залпом осушила его и на несколько секунд задержала дыхание, собираясь с мыслями. Вдох... пауза... выдох...

Панический туман в голове постепенно рассеивался. Я вспомнила главную причину, по которой Нери оказался здесь. На фоне появления Охотника, страх перед скандалом резко померк. Волновало другое, какие проблемы может создать для моей семьи император, если закусит удила и решит отомстить за сорванные планы?

Брак с Балтимером был политически выгоден, Алваро возлагал на него большие надежды. Но если отец пообещал, что последнее слово останется за мной, может... существуют лазейки?

Лежащий на полу кристалл завибрировал. Наклониться за ним я не успела, дракон оказался быстрее. К счастью, читать горящую на экране надпись он не стал, а тут же передал артефакт мне. Удивительная тактичность. Бран обязательно влез бы в сообщения, для него не существовало никаких ограничений и понятия личного пространства.

– Спасибо! – прошептала, открывая весточку. Она оказалась от отца.

– «Алория, ты уже освободилась? Нужно поговорить. Я могу заехать за тобой в госпиталь через четверть часа. Поужинаем в ресторане неподалёку и обсудим всё без лишних ушей».

– «Жду! – ответила, и тут же уточнила, – у нас в гостях Бран?».

– «Тереза».

Одно слово, а желание ехать домой пропало окончательно. Матушку жениха не хотелось видеть ни сейчас, ни завтра... никогда. Тереза долгие годы возглавляла дипломатический корпус в Вэрселии. Она была сильным эмпатом, играючи могла убеждать и внушать что угодно, и замечала каждую мелочь.

Я слишком устала, чтобы следить за мыслями и эмоциями, сейчас лучше избегать встречи с ней.

– «Набери меня, как подъедешь, спущусь», – напечатала, и спрятала артефакт в карман.

Настроение немного улучшилось. Родриго наверняка что-нибудь придумает!

– Скоро сюда приедет мой отец, – сказала, подняв взгляд на Нери. Теперь я могла нормально рассмотреть его. Жуткие раны, пугавшие при первой встрече, затянулись. От них остались едва заметные светлые полоски шрамов, но они нисколько не портили дракона.

Я невольно залюбовалась хищными, безупречно правильными чертами его лица, и бездонными сапфировыми глазами, удивительно сочетающимися со смуглой кожей. Красота Владыки завораживала. В ней чувствовалась жесткость, присущая лишь настоящим воинам.

Шрамы на его теле рассказывали историю пройденных сражений не хуже магических плетений. Я прекрасно помнила следы когтей тварей Пустоши на мощной груди, такое не затягивается бесследно даже у драконов. Три тонкие полосы навсегда сохранят воспоминания о той битве. Как и вереница белесых следов на левом плече. Они причудливо сплетались с защитными рунами, а сейчас к ним должны были присоединиться серебристые ручейки печати.

Неожиданно поймала себя на мысли, что пытаюсь представить Нери без рубашки. Интерес был исключительно магическим, мне хотелось поближе рассмотреть печать! Но щёки всё равно предательски вспыхнули. Пришлось отвести взгляд, чтобы дракон не подумал ничего такого.

– Хорошо, – Владыка подошёл к злосчастному букету, – я провожу тебя до выхода, а после вернусь. Нужно осмотреть кабинет. После сам встречусь с Родриго.

Смысл его слов дошёл не сразу... Дракон говорил спокойно, будто ничего не произошло, и мы обсуждали погоду или предстоящее чаепитие. А меня озноб прошиб, едва я представила, как мы под ручку выходим из госпиталя...

– Не нужно меня провожать! – встрепенулась. – И зачем вам встречаться с отцом?!

– Суарес согласен взять тебя без экзаменов, но требуется разрешение главы рода, – уклончиво ответил Нери. Печать привязки мигом сообщила, что это не вся информация. От меня пытаются что-то скрыть!

Хм... полезная штука! Ещё бы придумать, как её спрятать от посторонних взглядов...

– Если отец увидит печать...

– Татуировку можно спрятать, – дракон взял со стола лист бумаги и перо, написал короткое сообщение и, закрепив его на букете, осторожно переместил цветы в портал, – но у меня другое предложение. Ты примешь мою защиту и...

– К-хе...

В глазах потемнело от неожиданности и я едва не выронила пустой стакан.

– Лори! – Владыка моментально оказался рядом, обнимая за плечи и прижимая к себе. – Дослушай!

– Вы не понимаете..., – прошептала, пытаясь собраться с мыслями.

Ситуация была сложной, если не сказать хуже. Нери единственный мог защитить меня от Охотников, и я готова была с лихвой оплатить его услуги, работая в штабе и спасая раненых Хранителей. Но принять помощь официально не могла!

Любовница Владыки...

Да Алваро мою семью в порошок сотрёт... Даже слушать не станет и разбираться...

– Боюсь, это ты не понимаешь, насколько всё серьёзно, – жёстко ответил Аргвар, – Охотник стал на след, он не отступит. Без подпитки печати ослабеют за пару дней, и ты станешь лёгкой добычей.

– Знаю! – с отчаянием воскликнула. – Но император...

– Его я возьму на себя, – отрезал Нери.

– Печати...

– До церемонии я скрою их магией, не переживай, – перебил меня дракон, – но к этому вернёмся позже. Сейчас расскажи, кто принёс цветы и откуда появился Охотник.