И только смерть разлучит нас

И только смерть разлучит насНатаэль Зика

Барон Даркей мерил шагами комнату, то и дело, бросая взгляд на часы – когда? Ну, когда уже? С того момента, как к баронессе поднялся доставленный порталом целитель, прошло больше шести часов, но не похоже, чтобы дело шло к завершению. А ведь до этого жена уже целые сутки самостоятельно пыталась родить третьего ребёнка! Надо было сразу вызывать целителя, да жалко было тратить два портала. Кто знал, что на этот раз местная повитуха не справится?

Мужчина сжал кулаки, подошёл к столу, налил вина и выпил его одним махом.

Вторая бутылка заканчивается, но хмель не берёт. Наверное, из-за напряжения, ведь сегодня может многое решиться.

Замок замер, только низкие стоны рожающей женщины, да топот бегающих с поручениями служанок тревожили вязкую тишину.

- Ваша милость, девочки капризничают, не хотят есть, требуют мать, - в дверь просунулась голова служанки. – Нянька просила разрешения уложить их спать без ужина.

Мужчина поморщился – самое время напомнить о настигшем его двойном разочаровании! Если жена и сегодня разродится дочерью, они всё потеряют!

- Пусть делает всё, что считает полезным и необходимым, - бросил он служанке. – Разбалует мне девчонок – с неё спрошу! Сколько раз говорил – нельзя потакать их капризам. И не беспокойте меня по пустякам.

Служанка исчезла, и барон снова замер возле стола.

За восемь лет его жена дважды рожала, оба раза крайне неудачно – девчонки! Но тогда, насколько он помнит, хватало обычной повитухи, и роды заканчивались за день. А тут вторые сутки пошли, пришлось тратиться и приглашать целителя…

Если опять девка, пусть лучше родится мёртвой!

Громкий, с надрывом женский вопль пронёсся по замку и замер. Одно мгновение, два, десять…

Барон в волнении не заметил, как задержал дыхание, и резко выдохнул, услышав сердитый крик новорождённого.

Опросталась, слава Трём!

Остаток вина из бутылки перешел в бокал, и оттуда – в пересохшее горло мужчины.

Кто?

Больше он ни о чём не мог думать, сжимая край стола, еле сдерживаясь, чтобы не пойти туда, где сейчас нет ничего привлекательного – лишь измученная родами жена, грязные, кровавые тряпки, да младенец, который голосит на весь замок.

Сколько можно орать? Сначала мать вопила, глаз ночью сомкнуть не дала, теперь новорождённый.

Дверь еле слышно скрипнула, и в проеме появилась повитуха.

- Ну, что? – барон выпрямился и чтобы не упасть – всё-таки, две бутылки старого роянского, да на голодный желудок, это слишком даже для его крепкого организма! – ухватился за спинку стула.

- Мальчик, Ваша милость, - склонилась в поклоне довольная женщина. – Крупный, ножками шёл, поэтому Её милости пришлось помучиться.

Сын! Наконец-то!!!

От облегчения подкосились ноги, но барон устоял.

- Как он?

- Крепкий, здоровый, горластый! – довольно перечисляла повитуха. - Вот Её милости тяжело, есть разрывы, она истощена.

- Кормилицу вызвали? – самочувствие жены его мало волновало. Главное – благополучие наследника!

- Да, Ваша милость. Две заранее отобранные баронессой кормилицы ждут в Лопу, за ними уже послали слугу.

Лопу – деревенька, раскинувшаяся на склоне холма, в пяти пуэрах* от Замка. Значит, кормилицы появятся в течение часа. Хорошо, его сын не должен голодать.

- Я могу посмотреть на ребёнка?

- Конечно, Ваша милость! Если вы подождете полчаса, то мать и комнату приведут в порядок. Вы сможете поблагодарить супругу за сына, а также, увидите наследника! Ух и голосистый!

Повитуха исчезла, и барон довольно прицокнул языком – наследник! И, главное, можно наконец-то избавиться от падчерицы. Руки чешутся отправить её замуж как можно скорее и как можно дальше, но, к сожалению, быстро не получится, ведь нужно всё сделать так, чтобы комар носа не подточил. Не зря он семь лет всячески изворачивался, чтобы девчонку не увидели потенциальные женихи, но теперь на перестарка ни один аристократ не позарится. Впрочем, это даже к лучшему – надо продать её в какую-нибудь купеческую семью, убив разом двух зайцев. Такой брак не только избавит от уже не нужной девки, но и окончательно обезопасит его сына от поползновений будущего потомства урождённой баронессы Даркей. Чем скорее она сменит имя, тем лучше, а потом хоть десять мальчишек родит, баронство он не вернёт – сын отчима родился первым, а у детей падчерицы не будет дворянской фамилии. А ещё лучше – выдать девчонку замуж за древнего старика, чтобы у неё вообще детей не случилось. Кстати, надо будет подумать, возможно – это для него идеальный вариант!

Барон налил ещё вина и одним глотком отправил содержимое бокала в глотку – за удачу!

Надо будет обязательно принести хорошие дары в храм Трёх, отблагодарить Братьев за помощь и попросить процветания и здоровье его наследнику! Он никаких денег не пожалеет!

И ради такой радости простит жене две неудачные беременности, закончившиеся дочерьми. Возможно, даже подарит ей какое-нибудь украшение.

(пуэр – 500 метров)

Дениз любила вставать рано, на рассвете. Дом спал, и она могла ходить по нему, не боясь, что отчим, новый барон Даркей опять на неё накричит и отправит назад в комнату.

Девушка на цыпочках кралась по лестнице, спускалась в холл и выходила в сад. Раннее утро было самым лучшим временем дня, когда никто не потревожит, когда можно мечтать или вспоминать хорошее, когда не надо оглядываться и вздрагивать от очередного окрика. Жаль, что в тишине и покое удавалось побыть совсем недолго. Мачеха вставала ближе к обеду, да она и не слишком цеплялась к Дениз. Но отчим просыпался немногим позже Дневного Ока, поэтому она могла наслаждаться призрачной свободой не дольше часа.

К сожалению, Дени мало что помнила о времени, когда был жив её отец, барон Даркей, маг-водник. Ей едва исполнилось три года, и всё что сохранила её память – тепло рук и смеющиеся ярко-голубые глаза. Преждевременная, неожиданная смерть барона принесла в дом много горя, но мама Дениз очень старалась, чтобы маленькая девочка, по-прежнему, росла в любви, тщательно скрывая от нее печаль и слезы.

Юная баронесса почти не помнила отца, но хорошо запомнила, как они жили вдвоём с мамой, сколько любви и тепла было в доме, какие веселые и приветливые были все, кто её окружал – от садовника до кузнеца, от горничной до посудомойки. Слуги напропалую баловали маленькую госпожу, а мама… мама Дениз боготворила.

- Как же ты похожа на Ренольда! – часто говорила она, усадив малышку себе на колени. – Только твои глазки светло-голубые, почти прозрачные, а у папы они были синие-синие, как море в ясную погоду! Жаль, что он не видит, какой красавицей ты становишься! Когда тебе исполнится восемнадцать, я повезу тебя ко двору. Каждая восемнадцатилетняя аристократка должна пройти через два испытания – определение дара и представление ко двору Его величества.

- Вдруг у меня нет дара? – пугалась Дениз.

- Дар у тебя есть, - мама ласково проводила ладонью по голове дочери. – Только, судя по твоим глазам, ты не водник, а скорее, воздушник, но это ещё лучше, потому что маги воздуха ценятся выше.

– А зачем девушек представляют королю?

- Так принято, ведь почти все юные аристократки растут вдали от столицы и королевского дворца, и их до Представления мало кто видит. Потом, ежегодный Бал Дебютанток собирает всех ещё не обручённых молодых магов, которые смотрят на девушек и выбирают себе невест. Я уверена, у тебя будет большой выбор!

- Не поняла, мамочка – мужчины выбирают или девушки? – переспросила Дениз.

- Сначала выбор делают неженатые мужчины. Но если на одну девушку претендуют несколько магов, то дальше уже она и её родители выбирают, кто из соискателей станет ей мужем. А после обручения ты поедешь в Университет Магии и Чародейства – УМиЧ.

- Свадьбы не будет? – удивилась девочка.

- Как только закончишь УМиЧ, у тебя будет самая красивая свадьба из всех. Мы сошьём тебе потрясающее платье, ты затмишь даже Око!

- Но почему между обручением и свадьбой проходит несколько лет? Когда Марта, помощница кухарки, вышла замуж за Грита, конюха, то между обручением и свадьбой прошла всего неделя!

- Потому что одарённым девушкам нужно обязательно научиться управлять своей силой, прежде чем вступать в брак. После свадьбы пойдут дети, женщине будет уже не до учёбы, а необученный одарённый – это всегда непредсказуемо. Не переживай, три года быстро пролетят, за это время ты лучше познакомишься со своим будущим мужем, вы подружитесь, ты привыкнешь к мысли о замужестве, и, если помогут Трое, полюбите друг друга.

- Как вы с папой?

- Как мы с папой, - согласилась баронесса. – Я уверена, ты будешь счастлива!

И Дени улыбалась, представляя своё будущее. Её выберет ослепительный красавец – с волосами, как спелая пшеница и синими глазами! Самый сильный маг королевства! Он будет носить жену на руках!

Дальше этого её фантазия не заходила.

Но, спустя шесть лет после гибели её отца, король вспомнил о беспризорном баронстве и приказал баронессе снова выйти замуж. Счастливая жизнь Дениз закончилась.

Его величество недолго выбирал кандидатуру. Он решил, что Армат ви Кавус, безземельный дворянин из разорившегося рода, который как раз оказал королевству какую-то услугу, лучше других подойдёт на роль нового барона Даркей.

Королю не отказывают, и красавица Амина, заливаясь слезами, была вынуждена подчиниться.

Первое время в жизни юной баронессы ничего не изменилось. Разве что её переселили на первый этаж замка и запретили подниматься в покои матери, а мама перестала петь по утрам и попросила дочь не попадать новоиспечённому барону на глаза. Дениз старалась больше проводить времени в своей комнате или уходила в сад. Но там до неё иногда долетали болезненные вскрики, а за утренней трапезой девочка временами замечала, что глаза мамы покраснели, будто она много плакала. А ещё матушка перестала носить открытые платья, и девушка однажды поняла – почему: мама потянулась поправить ей пояс, рукав платья несколько задрался, и дочь увидела на нежной коже запястья лиловый синяк. Дениз уже была достаточно большая, да и прислуга шушукалась по углам – отчим, не добившись от баронессы взаимности, принялся вымещать на ней своё разочарование. Как шёпотом переговаривались служанки, он наказывал супругу за то, что баронесса не горела желанием проводить с мужем время и никак не беременела.

Пожаловаться на побои несчастной женщине было некому – никто, кроме родных и Его величества не вправе вмешиваться в семейные отношения аристократов, но отец баронессы Даркей давно умер, а король далеко…

Впрочем, именно Его величество выбрал ей супруга и поставил тому условие, окончательно испортившее жизнь её матери. Король решил, что титул и земли перейдут в собственность новоиспечённого барона только в том случае, если у него в браке с баронессой родится сын. Причём, он должен появиться на свет раньше, чем Дениз выйдет замуж и сама родит мальчика. Нечего и говорить, что Армат готов был землю есть, лишь бы заполучить наследника, но его супруга не могла скрыть отвращения и крайне неохотно принимала супруга в постели. Вернее сказать – ни разу не приняла его добровольно, что приводило Армата в бешенство.

Шли годы, Дениз должно было вот-вот исполниться семнадцать, мама так и не забеременела, хотя отчим не оставлял попыток. Но всё прекратилось, когда Его величество однажды вызвал барона к себе и поставил того в известность, что как только юная баронесса достигнет совершеннолетия, король сам займётся выбором для неё супруга.

Домой Его милость вернулся пьяным вдребезги и, встретив в холле падчерицу, высказал ей всё, что он о ней и решении короля думает, а потом сразу отправился к жене.

Крики несчастной доносились до самого утра, слуги жались по углам, а Дениз, попытавшись прорваться наверх мимо двух подручных отчима, горько рыдала на груди старенькой нянечки.

Барон протрезвел только к вечеру, и тогда все узнали, что ночью их хозяйка скончалась.

Горе Дениз было так велико, что она почти ничего не соображала – что делала, говорила ли с кем… А когда девушка очнулась, выяснилось, что она провалялась в горячке почти месяц, и матушку давно похоронили. Приглашённый бароном целитель назвал причину смерти Амины – внематочная беременность, но Дени точно знала, что матушка не ждала ребёнка, а умерла от чудовищных побоев супруга. Слуги рассказали безутешной наследнице, что баронессу похоронили в закрытом гробу.

Король прибыл в баронство, когда наследница еще находилась между тем и этим светом, посмотрел на мечущуюся в бреду девушку и дал разрешение барону на новый брак.

Так в замке появилась Летиция, и жизнь Дени изменилась в очередной раз.

Барон отдал соответствующее распоряжение, и юную баронессу больше не звали к столу. Больше того, она теперь не могла покидать территорию поместья, а если в замок приезжали гости, Дениз предписывалось безвылазно сидеть в своей комнате. Нет, голодом её не морили, не заставляли отрабатывать своё содержание, и в отрепьях она не ходила – барон поддерживал видимость заботы о падчерице. Но так ожидаемый ею Бал Дебютанток юная баронесса вынужденно пропустила – барон представил всё так, будто падчерица по-прежнему находится между жизнью и смертью. И, видимо, преуспел, потому что за последовавшие за этим семь лет, ни король, ни кто-либо из соседей, ни разу не вспомнили о юной баронессе, ни разу никуда её не пригласили и не поинтересовались, почему она до сих пор нигде не показывается.

Три месяца назад Летиция родила мужу долгожданного мальчика, и барон несколько дней летал, как на крыльях. Для ребёнка выделили лучшие покои, приставили к нему сразу двух кормилиц и трёх нянек. Вся жизнь в замке теперь крутилась вокруг наследника, а про его сестёр барон, похоже, и думать забыл, сослав девочек вместе с их няней подальше от покоев сына. Чтобы своими криками и беготнёй они не тревожили маленького брата. Молодую баронессу на долгое время оставили в покое, во всяком случае, девушку никто не беспокоил. Но Дениз понимала, что это до поры, до времени. Да, отчим получил сына, но это не значит, что он оставит падчерицу просто жить, как жила. Она больше не наследница, больше не имеет ценности, но она – урождённая баронесса, этого у неё никто не сможет отнять. Значит для неё в скором времени грядут перемены, и хорошо, если не фатальные. Дениз уже двадцать пять, её сверстницы давно все замужем, а она из-за самоуправства отчима даже определение дара пропустила… Что уготовил ей отчим?

Девушка пошла вдоль живой изгороди, задумчиво накручивая на палец конец косы.

Дневное Око готовилось показаться из-за края горизонта, уже окрасив небо и листву в алый цвет. Тот самый последний миг перед рассветом, когда природа замирает в ожидании чуда – рождение нового дня. Полная тишина, даже утренний ветерок замедлил свой бег, присев на ближайшее дерево. Один удар сердца. Второй. Третий… И ослепительная вершина Ока, расплавленным золотом показалась из-за края земли, на глазах стирая алый цвет, расчерчивая жёлтым небо и верхушки деревьев.

И разом снова защебетали птицы, дружным хором приветствуя друг друга, к ним присоединились лягушки, и ветерок, сорвавшись с веток, ласково взъерошил листву.

Дениз выдохнула, не в силах сдержать переполнявших её чувств – она не единожды видела это чудо, но каждый раз – как в первый.

- Вот ты где?! – недовольный голос отчима заставил вздрогнуть и развернуться в сторону мужчины. – Так и знал, что где-то здесь бродишь.

Барон с неприязнью оглядел падчерицу.

- Сейчас вернусь в комнату, - тихо ответила Дениз, жалея, что прогулка закончилась, даже не начавшись.

- Через час к тебе придёт модистка, - выплюнул отчим. – Послезавтра твоё обручение и сразу свадьба. Надеюсь на твоё благоразумие, если, конечно, тебе по-прежнему дорога твоя нянька.

- Дени, тебя искал отчим! – няня проскользнула в комнату девушки сразу, как только баронесса вернулась.

- Я знаю, няня, встретила его в саду, - ответила девушка. – Он сказал, что послезавтра у меня обручение и свадьба, представляешь? Я думала, что он до самой смерти меня отсюда не выпустит.

- Я тоже так думала, но барон решил хотя бы с тобой поступить честно. И раз ты ему больше не нужна, то он просто подобрал тебе мужа, а не уморил, как Её милость - заметила старушка. - Замуж – это хорошо. Если супруг умный, да пригожий попадётся, будешь жить хозяйкой. Жаль, что учиться тебе не пришлось, и дар ты свой не открыла, да что ж уже теперь.

- Ах, нянюшка, да кто ж его знает, кого отчим нашёл мне в мужья? Сама говоришь – дар у меня не определён и не открыт, в УМиЧ не училась, да и лет мне уже сколько? Кому я нужна, такая-то?

- Ты же красавица, Дени! Да любой мужчина, увидев тебя, дар речи потеряет! Годы ничего не значат. Больше скажу – кто до двадцати пяти успевает троих-четверых родить, те и красоту теряют рано, а ты у нас расцвела без помех, налилась женской красотой да силой, дети будут не в тягость, а в радость. Думаю, барон тебя за какого-нибудь вдовца отдаёт, но это тоже к лучшему. Солидный человек уже давно нагулялся, а раз одну жену потерял, так вторую пуще глаза беречь станет! Я попробую узнать, кто просит твоей руки.

И няня, обняв воспитанницу, степенно выплыла за дверь.

Дениз посмотрела ей вслед и вздохнула – вот же, неугомонная! Совсем седая, ноги уже не так резвы, как когда-то, но за свою девочку, как няня называла Дениз, она до сих пор стоит горой. Сразу после похорон жены, барон рассчитал всех слуг и откуда-то из дальних мест привёз новых, чужих. Единственный близкий человек, кто знал её родителей и кому отчим позволил остаться при падчерице – старенькая нянюшка. Девушке приходилось быть покладистой и послушной, потому что при любом её неповиновении ушлый отчим наказывал не подопечную, а няню. Одного раза Дениз хватило с головой: через пару месяцев после похорон мамы, как раз после визита Его величества, юная баронесса решила сбежать в Университет. Дар у неё есть, только его нужно легализовать и развивать, а отчим, как она поняла, собирается держать её едва не взаперти. Боится, что найдётся мужчина, который попросит руки падчерицы?

Добраться она успела только до Густовца – города в десяти пуэрах от замка, как отчим её настиг. Дениз вернули в замок и заперли в её комнате. А на следующий день няню высекли и на целый день лишили помощи и еды.

Как Дениз кричала, как молила отчима сжалиться над пожилой женщиной, упрашивала наказать её саму, но не трогать ни в чём не виноватую няню! Да старушка даже не знала, что задумала девушка! Баронесса просто увязала в котомку два платья и пару белья, ссыпала немногочисленные украшения и рано утром, ещё до света, пешком отправилась в столицу. Глупо, конечно. Не поймай её отчим, она всё равно далеко бы не ушла, обязательно влипла бы в большие неприятности. Не путешествуют молоденькие девушки в одиночку! Но она тогда не знала этого. Откуда бы узнать, если отчим с падчерицы глаз не спускал, а за пределы замка она ни разу не выезжала без его сопровождения? Спросить у няни не подумала, поддалась первому порыву.

Все мольбы оказались напрасны, единственно, выпороли няню в четверть силы, больше для острастки беглянки. И Дениз урок усвоила и больше ни в чём отчиму не перечила.

- Почему вы наказали невиновного? Я убежала, надо было меня наказывать! – девушка стиснула кулачки и едва не плакала.

- Раны на теле быстро заживают, - равнодушно ответил отчим. – Раны на сердце болят годами. Ты всегда будешь помнить, что из-за твоей безрассудности пострадал дорогой тебе человек. И в следующий раз десять раз подумаешь о цене, которую придётся заплатить няне за каждый твой проступок!

Как в воду глядел – теперь падчерица боялась даже косо посмотреть, не то, что ослушаться или снова попытаться сбежать!

А ещё мачеха постоянно попрекала падчерицу, что они вынуждены содержать не только никчёмную девушку, но и её няньку, и Дени обмирала от страха, что захватчики выбросят беспомощную старушку из замка.

Мысли девушки вернулись к последней новости.

Замуж… Немыслимо.

До прихода модистки нужно выкупаться и что-нибудь поесть. А то она знает эти примерки, видела, как мачеха по половине дня проводила с модисткой, пропуская и завтрак, и обед.

Интересно, кто станет её мужем? И согласится ли он вместе с Дениз забрать к себе её няню? Она ни за что не оставит старушку, и если жених откажет в этой просьбе, то она ему тоже откажет! Пусть скандал дойдёт до Его величества, может быть он, наконец, вспомнит о сироте?

Экономка, услышав, что к молодой баронессе приехала модистка, поджала губы, всем видом выказывая своё отношение – надо же, нахлебница всё-таки выходит замуж, хотя, как по ней, то для обряда довольно было бы и простого платья! Или Его милость решил потратиться ещё и на свадьбу? Тут надо хвалу Троим воздавать, что удалось найти жениха для перестарка, да поскорее отправлять её к мужу, пусть он ей платья покупает!

Своё возмущение она попыталась донести до баронессы, но Летиция, полностью поглощённая детьми, только отмахнулась.

- Вирена, оставь! Мне тоже не нравится, что супруг решил тратить наши деньги на наряды девчонки, но ты же знаешь Его милость – если он что-то решил, его никому не переубедить. Приставь к Дениз служанку посообразительнее, пусть смотрит и всё тебе пересказывает.

Но когда служанка донесла, что Дениз шьют платье из эльфийского шёлка, баронесса потеряла дар речи.

За какие такие заслуги??! Эльфийский шёлк, подумать только! Её супруг сошёл с ума, тратить на падчерицу такие деньжищи!

- Армат, я слышала, что платье Дениз, - попыталась она получить от супруга ответы.

- Не твоё дело! - оборвал её барон. – Занимайся моим сыном, остальное тебя не должно касаться!

- На эти деньги можно было сшить наряды и мне, и нашим девочкам, и ещё на платье для Дениз осталось бы! – не сдавалась баронесса. – Почему эльфийский шёлк, к чему такая роскошь?

- Это пожелание жениха, - раскололся супруг. – Он прислал ткань на платье для невесты и украшения к нему. Самому жаль столько денег выбрасывать на тряпку, но не выполнить приказ Его светлости я не могу.

- Его светлости? – некрасиво открыла рот Летиция. – Это… Армат, за кого выходит наша падчерица?

- Сам в шоке, - задумчиво пробормотал барон. – Руки Дениз попросил герцог Варийский. Причём, он заранее подписал отказ от приданого и наследства невесты.

- Ге…герцог? – баронесса ловила ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. – Но… за какие заслуги? Армат, это неспроста! Откажи ему, с высшими магами нельзя связываться! Вдруг он специально подбирается, чтобы отнять наши земли или выведать что-нибудь важное?

- Женщина, ты где последние мозги растеряла? - возмутился супруг. – Хочешь сказать, что герцогу Варийскому мало своих земель, замков, рудников и остального, чем владеет этот богатейший род, не хватает только нашего баронства? И какие, с позволения спросить, такие тайны он тут может узнать? Как солить огурцы?

- Твоя первая жена, - прошептала Летиция.

- Замочи! То давно похоронено и забыто. Если бы герцог хотел что-то выяснить, ему для этого совершенно не нужно было устраивать мезальянс и жениться на Дениз! Он мог приказать, вызвать менталиста, да мало ли способов у высших? Выброси глупости из головы и сегодня и завтра глаз не спускай с падчерицы! Не хочу, чтобы девчонка напоследок выкинула какой-нибудь фортель. Пригрожу придушить её няньку, и Дениз будет шёлковой, но присмотреть всё равно не помешает.

- А… когда приезжает Его светлость?

- Пришёл вестник, что они уже приехали и остановились в Густовце. Переночуют и прибудут в замок завтра утром, через час после рассвета. У нас уже всё готово для обряда. Сначала обручение и следом – брачный обряд. Потом лёгкий завтрак, и Его светлость с женой тут же уедут.

- Армат, это всё неспроста! Не женятся герцоги на сиротках-баронессах! – Летиция выпрямилась. – Откажи ему!

- Невозможно отказать герцогу!

- Тогда надо сделать так, чтобы он сам отказался от девчонки!

- Ты что, ей завидуешь? – изумился супруг. – Ну, извини, что я всего лишь барон, а не герцог, но смею тебе напомнить, что у тебя до замужества вообще не было титула!

- Как и у тебя до женитьбы на Амине! – парировала супруга. – При чём тут зависть? Да я мечтаю о дне, когда эта нахлебница покинет наш дом! Но ты сам подумай – она станет герцогиней. Вдруг захочет отомстить за мать и годы взаперти? Мы не сможем противостоять герцогу, он сделает с нами всё, что захочет! Я не знаю, откуда он узнал о Дениз и зачем ему на самом деле невеста-перестарок, но раз в жизни прислушайся к словам женщины – всё очень и очень неспроста. Позволь, я устрою, что герцог сам откажется от девчонки!

- Как?? Если мы оскорбим высшего мага, он сотрёт наш замок с лица земли, и даже Его величество не спасёт. Потому что, спасать уже будет некого.

- Надо, чтобы Дениз потеряла невинность, - шёпотом произнесла баронесса. – Подлить ей одно зелье в еду, а потом впустить в комнату любого мужчину, она сама на него набросится! А утром покаемся, мол, мерзавка сама, не уследили, даже предположить не могли! Ни один герцог не женится на баронессе-перестарке, к тому же, не девственнице.

- Хм, - заинтересовался супруг. – Зелье говоришь? А какие ещё у тебя есть зелья?

- Армат, да ты о чём думаешь? Избавимся от герцога, я потом всё покажу и объясню. Лучше подумай, кого найти на роль дефлоратора, чтоб потом его можно убрать без шума, и никто бы его не хватился?

- Наклонитесь. Поднимите руки. Теперь повернитесь. Присядьте. Встаньте и покружитесь. Замрите!

Дениз машинально выполняла распоряжения модистки.

Как же отчим не лопнул от жадности? Сразу два платья – одно на обручение, второе – для брачного обряда. Белое, из токканской кисеи и нежно-голубое, из эльфийского шёлка. Эльфийский шёлк, подумать только! И модистку пригласил. Ох, неспроста всё это…

- Ну, вот, остались сущие мелочи, - довольно произнесла модистка и махнула помощницам. – Снимайте наряд. Мы мигом всё закончим, и завтра вы будете самой красивой невестой!

- Доченька, ты уже освободилась? – в комнату вплыла баронесса. – Надо пораньше лечь спать, ведь завтра у тебя такой важный день! Ты должна быть свежа и бодра.

Дени захотелось потрясти головой, чтобы прогнать слуховые галлюцинации – мачеха зовёт её «доченька»? Не может быть! Ведь ничего, кроме «нахлебница» и «перестарок» она от неё за эти годы не слышала!

Летиция обошла падчерицу и на несколько мгновений замерла напротив платья из эльфийского шёлка. На секунду лицо женщины исказилось злобной гримасой, но она быстро опомнилась и продолжила тем же слащавым тоном:

- Пойдём, милая, поужинаем вместе, - баронесса уцепилась за локоть падчерицы и, улыбаясь так, что у Дени заломило зубы, потащила к выходу из комнаты.

Модистка проводила их взглядом и мысленно сделала в голове зарубку – все врут! Какие сплетни про сироту ходят по Густавцу? Говорят, что барон держит падчерицу в чёрном теле, гнобит и держит почти взаперти. А что она увидела? Свежую и румяную девицу, в хорошем домашнем платье. Конечно, не из эльфийского шёлка, но никто в здравом уме и не станет носить его каждый день! И видно, что сирота не голодает: пухлой её не назовешь, но и костями не гремит. Всё, что так приятно мужскому взгляду, как положено – округлое и аппетитное. А как о ней заботятся и отчим, и жених? Его милость не просто пригласил в замок модистку, он выделил для неё целых две комнаты! Позаботился, чтобы она не тратила время на дорогу, не била ноги, бегая из города в замок, а спокойно сидела и шила. А жених и того пуще – какую ткань подарил невесте! Нет, врут люди – сироту в замке любят и балуют. И это не чьи-то рассказы, а она сама, своими глазами видела! И сама слышала, как называет баронесса падчерицу, как заботится о ней.

- Чего замерли? – вернувшись из размышлений, женщина заметила, что её помощницы никуда не торопятся. – У нас платье недоделано, а они стоят, в окно пялятся!? Вычту из жалованья!

И девушки, очнувшись, засуетились и, сталкиваясь руками, бросились исправлять огрехи, доводя наряд до совершенства.

Баронесса протащила падчерицу до середины коридора и отпустила.

Девушка немедленно сделала пару шагов назад, увеличивая расстояние.

- Пойдём, выпьем горячего отвару, - сделав вид, что не заметила этого маневра, мачеха поманила Дениз за собой. – Или, может быть, ты хочешь поесть поплотнее?

- Нет, я не голодна, - поспешила отказаться девушка.

От волнения у неё аппетит совершенно пропал. Тем более, сидеть за столом вместе с мачехой совершенно не хотелось. Сбежать бы в свою комнату, а то это внимание напрягает, так и ждёшь подвоха!

- Как хочешь, хотя я на твоём месте обязательно бы перекусила. Кто знает, когда ты в следующий раз сможешь нормально поесть? - продолжила баронесса. – Перед обрядами есть нельзя, а потом, на завтраке, я не уверена, что тебе кусок в горло полезет. От волнения, разумеется, ведь сразу после него ты навсегда уедешь из родного дома.

Летиция глубоко вздохнула и промокнула платочком уголок глаза.

Прослезилась? Да ладно?! – удивилась про себя Дениз.

- Спасибо, я лучше пораньше лягу, - падчерица предприняла ещё одну попытку освободиться от внимания мачехи.

- Вот, поговорим, и ляжешь. Раз я заменяю тебе мать, то мой долг подготовить тебя к брачной ночи и обязанностям жены. Иди за мной! – мачеха, не оглядываясь, пошла по коридору, и Дени ничего не оставалось, как следовать за ней. Тем более что Летиция направилась в комнату падчерицы.

И ведь правда, есть такой обычай – вечером накануне свадьбы, каждая невеста проводит пару часов наедине с матерью. Считается, что в это время мать объясняет дочери обязанности жены, рассказывает, что ей ждать от брака. И говорит, что её ждет в первую же ночь.

Между тем, баронесса вошла в комнату падчерицы, скривилась, наткнувшись на старую няньку, и взмахом руки выгнала ту вон.

- Раз не голодна, то настаивать не стану, - она показала Дениз на стул, приглашая на него сесть. – Но отвар выпьешь. Тебе надо хорошо выспаться, а я знаю, что в голове у тебя сейчас всё вверх тормашками – до утра не уснёшь, а потом будешь носом клевать. Перед женихом опозоришься. Поэтому, выпьешь травки, они расслабят, заснёшь сном младенца.

Женщина вернулась к входу и, едва не зашибив няню резко распахнутой дверью, приказала той позвать свою служанку.

- Она принесёт отвар, я час назад приказала ей, чтобы шла на кухню и собственноручно заварила травы, как я люблю.

Дениз с тоской подумала, что с мачехи станет подсунуть ей какое-нибудь слабительное или чихательное, в надежде, что падчерица предстанет перед женихом в неприглядном виде. Ну, не верит она, что захватчики вдруг подобрели и полюбили подопечную! Хотя, с другой стороны, новоиспечённые барон с баронессой только рады будут, если «нахлебница» навсегда уберётся из замка, а от «чахоточной» жених может и отказаться. Кстати…

- Ваша милость, а кто мой жених? Как его зовут? Из какого он города или, может быть, поместья?

Баронесса поморщилась.

- Завтра всё узнаешь.

- Почему не сегодня? Он очень стар? У него есть титул или мой жених из простолюдинов? – Дениз в волнении стиснула кулачки. – Почему мне никто ничего о нём не рассказывает?

- Радуйся, что хоть кто-то обратил на тебя внимание! – хмыкнула баронесса. – Не в твоём положении привередничать. Завтра увидишь жениха. А сейчас выслушай, что я обязана тебе рассказать.

Дени огорчённо вздохнула – видимо, её жених не только простолюдин, но ещё стар, уродлив и, наверняка, имеет скверный характер. Поэтому и не рассказывают, боятся, что попробует сбежать. Не понимают, что Дени не сможет оставить няню, а та и по комнате еле ходит, с ней далеко не убежишь.

Глупо было надеяться, что отчим подберёт ей симпатичного и молодого мужа. Мачеха права – кого из молодых аристократов заинтересует двадцатипятилетняя сирота? Ладно, хуже, чем здесь ей, наверное, уже нигде не будет. Пусть старый и уродливый, лишь бы разрешил забрать к себе няню. А она постарается стать ему хорошей женой.

- Итак, завтра ты станешь замужней женщиной, - снова заговорила мачеха. – В храме веди себя тихо, говори только тогда, когда жрец обратится к тебе напрямую. Глаз на жениха не поднимай, успеешь ещё наглядеться. Сзади будет стоять младший жрец, подсказывать, что нужно делать. Слушай его и выполняй всё в точности!

В дверь постучали – служанка принесла два бокала и горячий отвар в кувшинчике.

Баронесса дождалась, когда они останутся одни, и продолжила.

- Помни, что после брачного обряда ты переходишь в полное подчинение супруга. Не спорь, не перечь, не болтай, когда не спрашивают – мужчины этого не любят. Слушай, что говорит муж, старайся ему угодить. В брачную ночь муж войдёт к тебе в спальню и ляжет рядом. Не вздумай кричать или убегать, только опозоришься и нас опозоришь! Ты должна позволить мужу делать всё, что он хочет. Помни, что он имеет на это полное право!

- И что он захочет сделать? – разъяснения мачехи ни разу не успокаивали. Наоборот, Дениз захотелось сбежать, чтоб никакого замужа.

- Увидишь. Да не трясись, не ты первая, не ты последняя. От этого никто не умирает, хотя для женщины это не особенно приятно. Ничего, потерпишь, мужчины без этого не могут. Ляжешь на спину, если страшно – закрой глаза и читай про себя молитву Трём Братьям. Супруг сам всё сделает, главное, не сопротивляйся и, упаси Трое, не реви, не отталкивай и не шевелись! В общем, твоё дело не мешать мужу и во всём ему подчиняться, поняла?

- Поняла, - помертвевшими губами прошептала Дениз.

- Тогда я выполнила свои обязанности, - баронесса протянула руку и налила отвар в оба бокала. Взяла один себе, а на второй показала падчерице. - Пей и ложись. Тебя разбудят за два часа до рассвета. Сначала ванна, потом служанки помогут тебе облачиться и сделают причёску. Обручение состоится через час после рассвета и сразу за ним, только ты переоденешься в свадебный наряд, будет брачный обряд.

Дени поднесла бокал к носу, втянула терпкий аромат трав, и пригубила, стараясь не обжечься.

Горький!

- Пей, пей, - поощрила баронесса. – Не самый вкусный, зато полезный.

Тут в дверь снова постучали, просунулась голова служанки, и мачеха отвлеклась, отвечая на её вопросы.

Дениз ещё раз понюхала отвар, а потом быстро опустила руку вниз и отлила часть прямо на свисающую почти до пола скатерть. Стекая по ткани и тут же в неё впитываясь, жидкость оставила после себя большое бурое пятно, но зато мачеха не услышала журчания.

- Допивай, - как только служанка исчезла, Летиция заглянула в бокал, оценивая уровень отвара.

Пришлось выпить – кто знает, не сделай она это добровольно, мачеха могла и силой залить. Позвать служанку или барона… Хорошо, что в бокале оставался всего глоток!

- Вот и хорошо! – сразу подобрела баронесса. – Пойдём, я помогу тебе раздеться и подоткну одеяло. Поухаживаю, как мать за дочерью.

Дени бросило в пот, тревожные колокольчики били прямо в виски – нечисто, ой, нечисто!

Стараясь не показать, насколько она встревожена, девушка разделась до сорочки и спешно нырнула в кровать. Мачеха потрогала одеяло – видимо, в её представлении это и было – «подоткнула».

- Сладкой ночи, Дениз! – нехорошо улыбнувшись, промолвила баронесса и покинула комнату.

- Полчаса назад она выпила зелье, - бросилась Летиция навстречу мужу. – Оно уже должно подействовать! Где ты ходишь, мы теряем время! Надо пойти к её комнате и проследить, чтобы конюх всё сделал, как договорились, но я не могу там находиться, ты же понимаешь? Придётся идти тебе.

- Я только что оттуда, - ответил барон. – Жена, я такое узнал! Мы едва не совершили самую большую ошибку в жизни, спасибо Трём, отвели беду! – бледный до синевы барон пересёк комнату и вцепился в кувшин, который приготовили для утреннего умывания. Крупными глотками, не обращая внимания на воду, которая лилась ему на грудь, барон в один присест выхлебал не меньше половины кувшина.

- Что такое? – пролепетала Летиция. – Что ты узнал? Что-то важное?

- Очень! Эта свадьба, во что бы то ни стало должна состояться! Герцог сравняет нас с землёй, если сделка сорвётся.

- Армат, объясни!

- После, сначала я должен убедиться, что девчонка не покинет комнату в поисках мужчины. Она много выпила?

- Полный бокал.

- Значит, её скоро так скрутит, что она на стену полезет. Надо было запереть её дверь! Идём со мной! Придётся всю ночь её караулить, иначе мне не сносить головы. Я займусь запорами, а ты принеси мне горячего отвару и буженины с хлебом, - супруг поставил кувшин на край стола и пошёл из комнаты, не оглянувшись, когда сосуд, покачавшись, упал на пол, разлетевшись на глиняные и водяные осколки.

Баронесса, поколебавшись, отправилась за супругом.

Падчерицу несколько лет назад отселили в дальнее крыло, где кроме комнаты Дениз, более-менее обитаемой была только комнатка её няни. Правда, старуха туда заходила лишь для сна, и то не каждую ночь, предпочитая почти всё своё время проводить подле молодой баронессы.

Даркей в первую очередь подошёл к двери в комнату старухи и проверил, задвинут ли засов. Засов был на месте, а из комнаты не доносилось ни звука – няня или спала, или притаилась. Судьба старой женщины ни капли барона не интересовала. Его бы воля – давно выбросил бы её за ворота. Но нянька оказалась единственным слабым местом падчерицы. С её помощью, вернее, угрожая расправой над старухой, отчиму удалось держать строптивую нахлебницу в подчинении целых восемь лет. А как бы он ещё воздействовал на мерзавку? Физически наказывать, лишать еды, запирать в подвал или запугивать, он не смел – вдруг Его величество вспомнит о сироте и прикажет доставить её во дворец? Падчерица должна находиться в полном здравии, чтобы он мог в любой момент продемонстрировать, что заботится о Дениз, как положено. Старуха оказалась кстати.

- Армат, расскажи, что ты узнал? – баронесса вернулась с подносом, уставленным разной снедью. – Ты что, собираешься сидеть прямо здесь, в коридоре? Что подумают слуги?

- Плевать на слуг. Невеста должна быть готова в назначенное время и выглядеть очаровательно! Не стой, сходи, принеси ещё стул, не видишь, что здесь некуда поставить тарелки? – отреагировал барон.

Жена вернулась не с одним, а с двумя стульями.

- Мне стоять, что ли? – возмущённо ответила она на невысказанный вопрос супруга. – Я узнаю, наконец, почему ты отменил отличный план? Ты понимаешь, что мы ничего не сможем противопоставить герцогу, если он решит нас наказать, наслушавшись наветов Дениз? У нас дети, Армат. Подумай, ещё не поздно вернуть конюха!

- О, можешь не переживать, Его светлость никогда не пойдёт на поводу у жены! Больше скажу – когда Дениз выйдет за него замуж, можешь смело считать, что она умерла. Но если завтра она не станет его женой, умрём уже мы. Поэтому ни я, ни ты, ни на шаг от девчонки не отойдём, пока обряд не будет завершён.

- У герцога уже были жёны, и они все умерли? Он убивает жён? Какой по счёту станет Дениз? – оживилась баронесса.

-Т-с, не ори! Не хватало ещё, чтобы кто-то услышал, о чём мы говорим! Женщина, ты ведёшь себя неподобающе! Кто ты такая, требовать от меня ответы? Я сказал – свадьбе быть! – твоё дело молчать и выполнять.

- Но Армат! Разве я многого прошу? Просто расскажи, в чём подвох, и я сразу отстану!

- А то я не знаю ваше племя? Стоит одной курице узнать что-нибудь мало-мальски конфиденциальное, как она тут же помчится делиться с товарками! Мне совершенно не нужно, чтобы служанки что-нибудь сболтнули Дениз, и та в храме выкинула фортель, отказавшись от брака!

- Армат, я никому-никому!

- Узнаешь, когда наша головная боль станет герцогиней и навсегда покинет земли баронства! Надо же, буженина уже закончилась. Летиция, ты слишком много ешь, а я не желаю, чтобы моя жена выглядела вечнобеременной. Сходи, принеси ещё, и захвати колбасы и сыру. Нам сидеть тут ещё несколько часов.

***

Что за отвар подсунула ей мачеха, Дениз так и не поняла. Вместо того чтобы расслабить и успокоить, её жгло огнём, невыносимо тянуло низ живота, хотелось куда-то бежать, и она сама не понимала – что ей ещё хотелось. А ведь проглотила всего один глоток! Что же с ней было, выпей она весь бокал?

Почувствовав себя странно, девушка некоторое время терпела, вертясь в постели, потом встала и попыталась походить по комнате, но это дало только кратковременный эффект. Поплескала в лицо из кувшина – то же самое. Тогда Дениз решила выйти на кухню, выпить ещё воды – в кувшине уже закончилась. Но не тут-то было – кто-то запер её снаружи! Хотя, почему – кто-то? Известно кто – отчим!

Кое-как дотянув до утра, Дениз с облегчением услышала, что дверь открывается – в комнату вошли служанки, и сразу повели её мыться.

То ли действие отвара закончилось, то ли его вымыло горячей водой, но после ванны девушка почувствовала себя совсем здоровой. Сегодня она увидит жениха! Сегодня она станет женой! Только бы её супруг согласился забрать няню!

Погружённая в эти мысли, Дениз почти не обращала внимания, как её вертели, одевали, делали причёску.

- Приехали! – в дверь влетела раскрасневшаяся служанка, – Я из галереи видела – только что подъехали к парадному входу!

Сердце Дениз дрогнуло – каков он, её жених? Девушка поспешила к двери, надеясь посмотреть в окно галереи. Окна её комнаты выходили на конюшню и хозяйственные постройки, въезд и парадный вход увидеть из них было невозможно. Однако, прямо за дверью невеста натолкнулась на двух мрачных лакеев, которые перегородили ей выход и заявили:

- Не разрешено! За вами, мисс, придут, когда Его милость прикажет. А покамест, сидите у себя.

Ну, вот и посмотрела…

Видимо, опекун до сих пор боится, что она сбежит. Идиот…

- Клара, расскажи, что ты увидела? - от нечего делать, Дени принялась расспрашивать служанку.

- Приехали трое, все верхом. Кони у них – загляденье! Сёдла расшитые, а какие у коней чепраки и сбруя! – закатила глаза Клара.

- Трое, дайте мне силы, - простонала Дениз. – Лошади меня не интересуют! Расскажи о мужчинах! Какие они – молодые, в годах? Какие на лицо и фигуры? А волосы – темны или светлы?

- Далеко же, не рассмотреть толком. В сёдлах сидят ловко, одежда расшитая, а волосы под шляпами. Не разглядела. Я пойду, может быть, узнаю что-то ещё? – служанка едва не пританцовывала, так ей не терпелось умчаться в центральную часть замка.

- Иди, - махнула рукой Дениз. – Чепраки она смогла рассмотреть, а лица – нет.

Конечно, она испытывала досаду, что ей не позволили увидеть жениха, но, если рассудить здраво, зачем сейчас негодовать и напрягаться, ведь меньше, чем через час она и так всё узнает?

Но эти «меньше, чем через час» тянулись просто невыносимо. Если бы на ней уже не было надето белое платье и не сделана причёска, Дениз прилегла бы на кровать. Бессонная ночь и волнение дали о себе знать – организм просил тишины и покоя. К сожалению, девушку уже нарядили, поэтому пришлось стоя ждать, когда за ней придут.

Но первой влетела опять Клара.

- Видела! Такой красавец! – закатила глаза девушка. – Рассмотрела всех! Молодой только один, конечно же, жених именно он!

- Почему ты так решила? – Дениз в волнении прикусила губу. – Да не тяни же, умереть можно, пока тебя дождёшься!

- Потому что двое других относятся к молодому с почтением. Сразу видно, что он выше их по положению! – выпалила Клара. – Те двое, скорее всего, слуги. Им лет по сорок пять или пятьдесят, не меньше. По фигурам не скажешь, что немолоды, а как лица увидишь – сразу виден возраст.

- Дениз, ты готова? – в двери стремительно вошла баронесса, и служанки тут же смолкли и потупились. Её милость нрав имела вспыльчивый и легко назначала наказания за малейший проступок.

Придирчиво осмотрев падчерицу, мачеха осталась довольна.

- Идём. И смотри у меня – без фокусов! Твоя нянька сидит взаперти без еды и воды с вечера, и только от тебя зависит, выйдет она оттуда или барон прикажет о ней забыть, - прошипела Летиция на ухо. – На гостей смотри приветливо, но не пялься. Рот раскрывай, когда тебя спросят. Да шевелись же ты!

- Скажите отчиму, чтобы разрешил дать няне еды и воды, - взмолилась Дениз. – Я всё сделаю, как скажете, только не мучайте её!

- На обряды потребуется пара часов, потерпит твоя бабка. И постарайся не разочаровать Его светлость!

- Его светлость? – девушка даже замедлила шаг. – Скажите, кто мой жених?

- Тебе повезло, правда не знаю, за какие заслуги, - буркнула мачеха. – Твоей руки попросил Его светлость, герцог Варийский.

Дениз споткнулась – ничего себе! Она станет герцогиней? Но – почему? Разве герцоги женятся на баронессах, ещё и сиротах? Постойте… Варийский – это же… это же племянник Его величества! О, Три Брата…

Девушка почувствовала, как пересохло во рту, а ноги предательски задрожали.

- Почему я? – пролепетала она.

- Купился на смазливое личико, – зло ответила баронесса. – Мой супруг подыскивал тебе мужа, ведь ты не думала, что будешь всю жизнь сидеть у нас на шее? Его милость потратился на несколько копий карманного портрета и разослал эти копии уважаемым людям, конечно, не аристократам. Мы и мечтать не могли, что кто-то из одарённых заинтересуется перестарком без открытого дара и без образования! А вот поди ж ты! Его светлость, случайно, увидел один портрет и решил жениться.

- Я ему понравилась? - как во сне пробормотала Дениз. – Сколько герцогу лет?

- Тридцать пять, если не ошибаюсь. Но ты не слишком задирай нос, он не приехал, - злорадно произнесла мачеха. – Вместо герцога прибыл его близкий друг, маркиз де Лаваль.

- Но как же обряды? – растерялась Дениз.

- По доверенности, - фыркнула мачеха. – Так что не обольщайся, что муж станет носить тебя на руках! Видишь, он даже не пожелал лично присутствовать на собственной свадьбе! Всё, пришли. Спину держи ровно, голову выше, глаза долу и молчи, пока к тебе не обратятся!

У Дениз на языке вертелись и вопросы, и сомнения, но времени для разговоров почти не осталось. Да и где гарантия, что мачеха ответит честно. И вообще ответит?

Дверь в парадный зал отворилась, и баронесса, нацепив на лицо самую приветливую улыбку, шагнула вперёд. Дениз ничего не оставалось, как последовать её примеру.

Гости стояли в противоположном конце зала, как Клара и говорила – трое незнакомых мужчин. У девушки от волнения перехватило дыхание.

Что за обряд по доверенности? Нет, она слышала о таком, но его проводят, если жених серьёзно болен, ранен или находится слишком далеко от невесты, но не хочет ждать.

Что же случилось с её женихом, что он не смог присутствовать на собственной свадьбе?

- Улыбайся, - буркнул невесть откуда взявшийся отчим и, схватив Дениз за руку, больно сжал её пальчики. – Идём!

Всё, как на настоящем обручении – отец ведёт дочь, чтобы вручить её в руки жениха. Только здесь одна фальшь: не отец, не дочь, не жених.

Когда они дошли до представителей Его светлости, барон не стал разводить церемонии. Он торопливо пробормотал, мол, вручаю жизнь и судьбу своей падчерицы Дениз ри Даркей Его светлости, герцогу Варийскому, который отныне получает над ней полную власть. И буквально впечатал руку девушки в руку маркиза.

Помня о приказании мачехи молчать и глаз не поднимать, а пуще того – помня о запертой старенькой нянечке, Дениз старательно изображала покорность. Это было не особенно сложно, стоило лишь отрешиться от происходящего.

Мужская рука, сменившая потные пальцы отчима, показалась ей приятной на ощупь. Маркиз аккуратно вёл девушку, пальцы не стискивал, шёл ровно, не ускоряясь, и когда Дениз, по дороге к храму, зацепилась ногой за торчащий камень, поддержал под локоть, не позволив ей упасть.

Настроение девушки улучшилось.

Да, жених прислал вместо себя заместителя, но не потому, что хотел оскорбить невесту, а из-за непреодолимых обстоятельств, это же очевидно! Маркиз обращается с невестой, как с хрустальной вазой, значит, она на самом деле дорога его другу? Почему другу? Потому что только близкому человеку можно доверить заменить себя на брачном обряде! И с чего баронесса взяла, что герцог не хочет видеть невесту, и её ожидает плохой приём? Дениз герцогу не навязывалась, не бегала за ним, упрашивая взять замуж. Его светлость сам выбрал её в жёны, хотя она, откровенно говоря, совсем ему не ровня. Что им двигало, как не вспыхнувшие чувства? Раз герцог смог проникнуться к Дениз симпатией, то и она не останется равнодушной, и постарается стать ему лучшей женой! Что бы там не говорила мачеха, но у этого брака есть шанс на счастье.

Жрецы окружили пару, нараспев затянули песнопения. Лёгкий дымок от сжигаемых на жаровне трав поднимался вверх, наполняя воздух приятным ароматом.

Двое сопровождавших маркиза мужчин оказались свидетелями со стороны жениха. Они показали верительные грамоты и внимательно следили за процессом обручения. Дениз послушно отвечала, когда её спрашивали – всего два раза за всю церемонию, а всё остальное время стояла болванчиком, боясь сделать что-нибудь неправильно и испортить обряд.

Наконец, обручение завершилось – на правом запястье девушки маркиз защелкнул тонкий золотой браслет и, едва прикоснувшись губами к её щеке, обозначил поцелуй.

Дени немного переживала, что надеть второй браслет было некому – не маркизу же! Друг может свидетельствовать вместо Его светлости, может ставить за герцога подпись, но принимать полноценное участие в обряде не имеет права. Иначе магия Трёх обручит, а потом и поженит её с маркизом, а не герцогом.

Как объяснил ей младший жрец, пока стоял позади, подсказывая, когда и что невеста должна делать, оба обряда завершатся, когда Дениз встретится с женихом и наденет на его руку парный браслет. А после первой брачной ночи их брак станет нерасторжимым. Храмовники, разумеется, сразу после обряда внесут о нём запись в Книгу, но её браслет впитается в кожу, превратившись в татуировку, только после того, как Дениз собственноручно наденет мужу его пару.

Девушка почувствовала, как загорелись её щёки – не надо думать о ночи, ведь она ещё не скоро! Может быть, всё не так ужасно, ведь столько женщин замужем, но ни одна не хочет расстаться с мужем или делить его с другой женщиной! Значит, супружеские обязанности не настолько невыносимы, как вещала мачеха?

Между тем, обручение свершилось, и служанки увели Дениз назад в замок, в небольшую комнату неподалёку от холла, где она снова выкупалась и полностью переоделась, сменив не только платье, но и причёску. Если на обручение она шла с перевитыми косами, уложенными на голове короной, то теперь её волосы расплели, тщательно расчесали и подняли вверх.

Девушка уже была в новом платье, когда в дверь раздался стук, и в комнату шагнул маркиз. Дениз насторожилась, но постаралась унять страх.

Мужчина обеими руками держал изящную костяную шкатулку, украшенную драгоценными камнями.

- Эту парюру Его светлость преподносит в знак своего восхищения вашей красотой. А это, - маркиз отдал шкатулку служанке и достал из кармана небольшую коробочку, - это старинное, фамильное кольцо, которое каждая… невеста, вступающая в брак с главой рода, обязательно надевает на свадьбу.

Дениз заметила лёгкую заминку перед словом «невеста», но подумала, что маркиз и сам волнуется. Она решила подбодрить Его светлость, поэтому улыбнулась и приняла парюру и фамильное кольцо, от души поблагодарив за подарок.

Украшения были великолепные и отлично подходили к её наряду из эльфийского шёлка. Полюбовавшись на драгоценности, Дениз решила, что надевать всю парюру не стоит, лучше ограничится только колье и серьгами. Она же не хочет походить на украшенное магическими огнями Зимнее Дерево? Вот! Во всём нужна мера.

Два часа пролетели, как один миг, и вот в сопровождении служанок она идёт обратно в храм.

Дениз отметила, что не только она переоделась, сменил камзол и представитель жениха. А так же претерпело изменение убранство храма и облачения жрецов. Если на обручении в оформлении храма преобладал белый цвет, то сейчас он украсился в цвета рода Варийских: фиолетовый и серебро.

Если обручение произошло в присутствии лишь представителей герцога и четы Даркей, то на брачный обряд пустили всех желающих. Ещё на подходе к храму Дениз увидела, что его окружает толпа простолюдинов – прислуги из замка и жителей близлежащих деревень, которые её тепло поприветствовали, осыпав цветами и добрыми пожеланиями. В самом же храме было не протолкнуться от любопытствующих местных представителей дворянства. Похоже, здесь собрался весь Густовец!

Краем глаза Дени заметила барона с баронессой и, вспомнив про няню, решила, что пора внести в этот вопрос ясность.

- Ваша светлость, - шёпотом обратилась она к маркизу, который не спеша, вёл её по проходу. – Прежде чем я произнесу перед ликом Трёх Братьев брачные клятвы, я хотела бы попросить об одолжении.

- Я слушаю, – маркиз чуть притормозил, давая ей возможность высказаться, прежде чем они дойдут до алтаря.

- У меня есть няня, - торопливо зашептала девушка. – Она уже очень старенькая, кроме меня у неё никого нет. Я не могу оставить её здесь. Отчим тут же выбросит старушку за ворота, стоит мне отъехать от замка. Я прошу разрешения забрать её с собой, когда мы отправимся в земли Его светлости.

Маркиз почти остановился и с интересом посмотрел на бледную от волнения невесту. Он-то решил, что эта провинциалочка потребует ещё нарядов и драгоценностей, а она просит за свою няню! Удивила, да…

- Не вижу никаких препятствий, - ответил маркиз, мысленно усмехнувшись – Демьену будет сюрприз: к жене прилагается старуха! Но девочка права – не стоит оставлять её здесь.

- Тогда можно попросить, - Дениз прикусила губку, и маркиз споткнулся на ровном месте, - чтобы вы приказали моему отчиму, выпустить няню из комнаты и накормить её? А то она со вчерашнего дня сидит под замком.

- Под замком? Почему?? А… кажется, я догадываюсь, - мужчина бросил взгляд на барона – недаром ему категорически не понравился этот тип. Не то, чтобы Георт питал слабость к престарелым нянькам, но к чему такие меры? Рычаг давления на девчонку? Видимо, да, и это очень, очень плохо. Ведь, если она идёт из-под палки, то…

- Скажите, баронесса, вы добровольно согласились выйти замуж за Его светлость? Отвечайте честно, это очень важно, - они уже стояли перед жрецами, и самое бы время начинать, но маркиз хотел прояснить возникшую ситуацию. Брак должен быть добровольным, иначе всё это не имеет смысла!

- Да, я хочу стать женой Его светлости, - простодушно ответила Дениз. – Только я его никогда не видела, даже имя узнала лишь накануне обряда. Вдруг я ему не понравлюсь?

И маркиз внутренне содрогнулся от её чистого и доверчивого взгляда – Трое, дайте ему сил! Этот брак крайне важен для Демьена, но планировать его оказалось проще, пока невеста была чем-то абстрактным, чем сейчас смотреть ей в лицо и делать вид, что всё в порядке.

Георт пожалел, что сам отговорил Демьена от поездки. Правда, на это была причина, ведь герцог не должен привязаться к девочке. Ему же будет лучше, если он станет держаться от неё подальше и относиться к жене равнодушно. В родовом замке это осуществить довольно просто, но до него ещё надо доехать, а пять дней в пути, ночёвки в одной комнате и кровати. Нет, Демьену нельзя было так рисковать. Но, спасая друга, Георт совсем забыл про себя! Если бы девчонка оказалась некрасивой, глупой и алчной особой с ужасными манерами, право, ему было бы намного проще. Что ж, уже поздно что-то менять. Потом, насколько он успел узнать от слуг барона, тот падчерицу терпеть не может, поэтому если от девочки откажется Варийский, это не спасёт её от навязанного брака. Только мужем Дениз станет не дворянин, а какой-нибудь вдовец или купец – из простолюдинов. И вряд ли девочка попадёт в такие же роскошные условия, какие ей предоставит Демьен. Хоть поживёт по-человечески…

- Вы не сможете не понравиться! – ответил он невесте, не кривя душой – девочка оказалась чудо, как хороша.

Когда в столице увидят жену герцога, ни у кого не возникнет вопроса – почему Демьен женился на ней. Правда, появится другой вопрос – почему родные настолько её не любят, что отдали замуж за герцога?

- Конечно, мы заберём вашу няню. Я сейчас же этим займусь, - произнёс маркиз и почувствовал укол в сердце, увидев, как засияли глаза невесты. – Ваша милость! – чтобы отвлечься от давящего чувства сожаления, он тут же подозвал барона. – Мы не планируем надолго задерживаться, поэтому соблаговолите распорядиться, чтобы ваши слуги немедленно помогли собраться няне Её милости. И да – заранее накормите старушку, чтобы нам ни минуты лишней не пришлось ждать.

Барон побагровел, но не посмел протестовать и, кивнув, отступил в сторону, тут же подозвав к себе слугу.

Дениз ещё раз с благодарностью улыбнулась маркизу, и они вместе преодолели последние два шага.

Жрецы тут же начали брачный обряд.

Дальше никаких препятствий или задержек не случилось, и вот спустя час из главного входа храма вышла уже не баронесса ри Даркей, а Её светлость, герцогиня Варийская.

Завтрак больше походил на торопливый перекус перед экстренной эвакуацией – маркиз едва присел, как почти тут же встал, лишь пригубив отвар и откусив кусок сдобной лепёшки.

- Миледи? – с вопросительной интонацией повернулся он к новобрачной. – Дорога неблизкая, нам лучше поспешить. Поесть мы сможем в Густовце.

Дениз с сожалением отложила приборы, которыми не успела воспользоваться, и встала, решив не перечить. Представитель её супруга вызволил няню и позволил взять её с собой – за одно это она готова была во всём его слушаться. Есть, конечно, хотелось, ведь накануне ей кусок в горло не лез, но до Густовца она дотерпит. Хотя странно – почему им не поесть в замке? Или – Дениз перевела взгляд на отчима с мачеху – маркиз не желает сидеть за одним столом с её родственниками?

У крыльца их ждали три осёдланные лошади.

Дениз удивилась по себя – а где карета? Пусть вещей у них немного, но пара сундуков наберётся, плюс две женщины и трое мужчин – без колёсного транспорта не обойтись.

- Мы не были готовы, что с нами поедет старая женщина, - извиняющим тоном заговорил маркиз. – Поэтому до ближайшего города всем придётся ехать верхом, а там купим подходящую повозку.

- Но, - Дени беспомощно оглянулась на тихо стоящую няню, - тера Виолона не сможет удержаться на лошади! Да она на неё и не залезет!

И добавила про себя: «И я тоже».

Отчим не позволял Дениз ездить верхом, она же свалится на первых десяти метрах! Потом, на конях мужские сёдла, уместно ли герцогине, пусть пока номинальной, сидеть в седле, как простолюдинка? И юбка задерётся, любой сможет увидеть её чулки…

- Не беспокойтесь, довезём в сохранности, - один из сопровождающих маркиза мужчин – Дени забыла его имя – наклонился к няне, что-то сказал ей. Старушка кивнула и попыталась улыбнуться.

А потом – Дениз только ахнула – он подхватил няню и усадил на лошадь, а потом сел и сам – позади седла, фактически, на круп животного.

«Отобьёт всё на свете», - подумала девушка, и снова ахнула, так как её подняли крепкие руки. Миг – и Дениз сидит впереди маркиза, и тот почти обнимает девушку, удерживая в руках повод.

- Вещи, - напомнила новоиспечённая герцогиня, напомнив себе, что должна сохранять невозмутимость в любой ситуации.

- Барон выделил телегу, на которой сундуки доставят в Густовец. Миледи, держитесь за гриву, а если почувствуете, что устали – просто обопритесь на меня, - ответил маркиз и пришпорил коня.

Дениз вцепилась в жёсткие пучки волос на лошадиной шее и спохватилась, что даже прощального взгляда не бросила на дом, где родилась, только когда замок скрылся за густой зеленью деревьев.

Конечно, маркиз торопится, а отчим с мачехой и не собирались прощаться с падчерицей, но стало так горько – как котёнка выбросили. Ни одного доброго слова, ни одного доброго пожелания! И с мамой и папой не попрощалась заранее. Думала, что перед отъездом сможет сходить на их могилы, но представитель мужа ей даже завтрак не дал съесть, а ведь она встала ещё ночью и основательно проголодалась. И устала, да, а ей приходится ехать верхом на лошади, да ещё и с чужим мужчиной!

- Мы остановимся в городе на сутки, - мягко произнёс маркиз, видимо догадавшись о чувствах новобрачной. – Простите, я не мог ни минуты лишней находиться под одной крышей с вашими… родственниками. В городе вас будет ждать хороший завтрак и уютные покои, мы доедем всего за полчаса. Можно было быстрее, но мне не хочется растрясти вас и измучить пожилую теру.

Хм, а с этой стороны она на произошедшее не смотрела! Да, маркиз прав, убраться с глаз четы Даркей для неё большое облегчение. Только это не отменяет факта, что она не успела сходить на могилы родителей…

Лошади шли крупным шагом, временами переходя на рысь, и, как и обещал маркиз, не прошло и часа, как их копыта зацокали по городской мостовой.

Путешественники остановились в лучшей гостинице. Для молодой герцогини предоставили роскошный номер из трёх комнат, сколько угодно горячей воды и сытный завтрак. И так как ночью она глаз не сомкнула, а сопровождающий пообещал, что дальше они отправятся не ранее следующего утра, то Дениз сразу после завтрака забралась в кровать и заснула, едва её голова коснулась подушки.

Новоиспечённую герцогиню никто из сопровождающих её мужчин не беспокоил до вечера, единственно, регулярно заходила служанка и спрашивала, не нужно ли чего-нибудь миледи. Нянюшка от воспитанницы не отходила, решительно заявив, что не стоит тратить деньги на отдельный номер для неё, она прекрасно разместится на диванчике в покоях госпожи.

Отлично выспавшись, она ещё раз с аппетитом поела, чуть не силой заставив няню сесть с ней рядом за стол.

- Ну, что ты твердишь «герцогиня»? Разве я изменилась? Разве я больше не твоя Дени? – увещевала она старушку. – Потом, никто не увидит. Ешь, иначе я тоже не буду!

И няня смирилась.

Когда они почти закончили завтрак, в дверь постучались, и заглянувшая в комнату служанка передала, что Его светлость, маркиз де Лаваль, просит уделить ему несколько минут.

- Конечно, пусть заходит, - ответила Дениз, и внутренне напряглась – что-то несёт для неё этот визит?

- Миледи, - представитель жениха поклонился девушке. – Как вы себя чувствуете? Всего ли вам достаточно?

- Спасибо, всё хорошо. Вы хотели о чём-то поговорить?

- Да, позволите присесть?

- Ох, - Дениз почувствовала, как краснеет – она забыла о гостеприимстве, какой конфуз! – Конечно, присаживайтесь! Могу я предложить вам горячего отвара?

- Благодарю, - мужчина опустился на ближайший стул. – С удовольствием выпью чашечку. Итак, ваши сундуки прибыли, удобную повозку для дальнейшего путешествия мы приобрели. Завтра рано утром будьте готовы продолжить поездку.

- Хорошо, - кивнула девушка и вопросительно подняла бровь – это всё?

- Простите, что вынужден коснуться такой деликатной темы – у вас всего два не самых объёмных сундука, миледи. Это все ваши вещи или должны подвезти ещё?

- Да, это все мои вещи, смутившись, ответила девушка.

Маркиз помрачнел.

- Тогда нам необходимо срочно докупить недостающее. Там, куда мы едем, климат намного суровее, чем здесь, без тёплых вещей не выжить. Потом, супруга Его светлости не должна ни в чём испытывать недостатка, а два сундука одежды, это непозволительно мало.

- И… насколько суровее? - Дениз попыталась пропустить замечание о количестве её платьев.

- Шесть месяцев в году там лежит снег, ещё четыре месяца – переходный период, когда уже не так холодно или – ещё не так холодно. И два месяца тепла.

- О, Трое! – прошептала Дениз. – Как же там живут люди?

- Прекрасно живут, вы тоже привыкните, - «успокоил» мужчина. – В тёплых краях мы не сможем найти по-настоящему добротных вещей для зимы, поэтому займёмся их приобретением, когда приедем в Предзимнее королевство. Оно как раз на границе с нашей империей, там выращивают особую породу овец, из шерсти которых изготавливают очень тёплые и лёгкие ткани. А платья – для летнего времени и на встречу с супругом – нам придётся подобрать здесь. Герцог непременно пригласит для вас лучших швей и модисток, они полностью обновят ваш гардероб, но вы не можете приехать всего с двумя сундуками. Поэтому всю необходимую для женщин одежду, мы купим по дороге, когда будем проезжать через большие города.

Дениз покраснела ещё больше – маркиз прямо указал, что её гардероб недостаточен для нового статуса девушки. Но что она могла с этим поделать? Возможно, если бы герцог не поспешил провести обряды и забрать невесту, отчим и сам догадался бы увеличить количество её одежды?

- И правильно, милорд, - вступила молчавшая до этого няня. – Его милость позаботился, чтобы его падчерица имела необходимый минимум, но и только. Где это видано, чтобы девица уезжала в дом мужа, имея всего четыре платья и три перемены белья!

- Няня! – Дениз не знала, куда глаза девать от стыда. – Что ты говоришь? Моя одежда хорошего качества!

- Только её непростительно мало. Спасибо, милорд, за заботу! Я помогу подобрать для миледи всё, в чём её обделил отчим! – и няня довольно улыбнулась. – Дениз, тебе очень повезло с мужем!

Маркиз закашлялся.

- Милорд, не расскажете немного о Его Светлости? – продолжила старушка. - Миледи переживает, ведь она ничего о нём не знает. Да и мне, признаюсь, было бы интересно послушать.

- Няня! – попыталась остановить её девушка. – Милорду не до того, не нужно его задерживать, а мужа скоро я сама увижу.

- Ничего, несколько слов не утомят, правда же, Ваша Светлость? Расскажите моей птичке, что за человек её супруг, что любит, что не приемлет. Какие правила и обычаи в его доме? Когда он приезжал в наши края?

- Но Его светлость герцог Варийский никогда не был в ваших краях, - маркиз растерялся от потока расспросов. Как некстати старуха принялась его расспрашивать! Нет, всё-таки, надо было ехать Демьену.

- Никогда не был? – теперь удивилась уже няня. – Но как же, не выезжая из Закатной империи, он не только узнал о существовании Дениз ди Даркей, но и решил на ней жениться?

Георт бросил быстрый взгляд на девушку – Дениз не сводила с него глаз, ожидая ответа.

Проклятье! И что он ей скажет? Что они с Демьеном ещё два месяца назад разослали во все стороны света лазутчиков с простым заданием – собрать сведения об обнищавших аристократках брачного возраста, которые не имеют возможности выйти замуж из-за отсутствия приданого или внешней непривлекательности? Что Демьен, пусть и без радости, согласился с планом друга, признав, что для него это реальный шанс получить в жёны красавицу Аранэллу де Лоринель? И что, сделав выбор в пользу Дениз, они меньше всего думали о внешности и нраве претендентки, а чаша весов склонилась в её сторону по одной-единственной причине: за сироту никто не станет переживать и искать, когда она исчезнет навсегда? Кто же знал, что девушка настолько красива и так трогательно беззащитна и доверчива?

Три Брата, дайте ему сил! Лучше бы их с Демьеном выбор пал на другую жертву…

- Герцог, - маркиз глотнул из чашки, - увидел ваше изображение у одного… торговца. И заинтересовался. А когда узнал, что вы ещё не замужем, то не устоял. И… вот я здесь!

- Моё изображение? – Дениз было не так просто сбить с толку.

- Дени, я слышала, что барон заказал несколько твоих миниатюр, - вмешалась няня. – Как только родился Марил, он дни считал, когда сможет спихнуть тебя подальше, вот и искал способ.

- Няня…

- Тебе нечего стыдиться, Дениз, пусть стыдно будет Его величеству! Именно из-за него ты оказалась в руках беспринципного негодяя, и хорошо, что король больше не имеет права решать твою судьбу – ты теперь подданная другого государства! Думаю, Его светлость уже и сам догадался, что твои родственники не слишком тебя ценили, поэтому и согласились на столь скоропалительный брак. Но ты же видишь – всё к лучшему! Твой муж оказался человеком благородным, он не даст тебя в обиду! Правда, Ваша светлость?

- Да, – и только Трое знали, каких усилий стоила маркизу эта ложь.

.

Повозка, которую маркиз нанял для герцогини и её няни, оказалась небольшой, зато крытой, с удобными сиденьями и на мягком ходу. Багаж предполагалось перевозить на крыше, но два не самых больших сундука прекрасно встали под оббитые толстым войлоком скамьи. И не надо каждый раз, как что-то понадобится оттуда взять, останавливаться и разгружаться – достаточно вытянуть сундук из-под лавки, и бери, что хочешь.

Выехали через полчаса после восхода Дневного Ока. За день и ночь, которые путешественники провели в гостинице, Дениз отлично отдохнула, да и няня стала лучше выглядеть.

Вкусно позавтракав, новобрачная забралась внутрь повозки и с удобством разместилась на одной из скамей, с восторгом обнаружив несколько мягких подушек, лёгкий плед и корзинку с печеньем, яблоками и освежающим отваром в высоком кувшине.

- Разольётся же, - пробормотала она, осматривая содержимое корзины. – Или он магический?

И сама себе ответила – конечно, магический! Стал бы маркиз в движущуюся повозку ставить кувшин, который опрокинется на первой же кочке!

Приятно, что Его светлость позаботился о нуждах путешественниц, кажется, няня права – ей повезло с мужем! Ведь маркиз действует по его просьбе, верно?

Сначала Дениз думала, что поездка будет невыносимо скучной, потому что не привыкла сидеть на месте, а тут ей придётся пять дней изображать собой багаж. Она привыкла к долгим прогулкам, да и в комнате её не запирали. Ещё ребёнком она усвоила, что лучше лишний раз на глаза отчиму не попадаться, тогда он не станет читать ей нотации и не отправит в комнату, а специально за ней не следили, и перемещаться по саду и замку не препятствовали. Если она не приближалась к воротам и не пыталась улизнуть за замковую стену, барону было всё равно, сколько времени его падчерица проводит в саду или на дозорной башне. А она часами сидела наверху, жадно рассматривая дорогу, и мечтала, как вырастет и поедет в Густовец. А может быть, даже в столицу!

И вот – свершилось! Она навсегда покидает родные места, но в груди ничего, кроме нетерпения, нет. Разве что лёгкое сожаление, что не успела в последний раз взглянуть на могилы родителей. А так – всё, чем она дорожит, у неё с собой: нянюшка, мамин кулон и выцветший от времени и стирок мишка с криво пришитой лапой – подарок отца. Сколько себя помнит, игрушка всегда была с ней. Давно пора выбросить, но рука не поднимается – единственная память об отце! Всё остальное прибрал к рукам отчим…

К удивлению Дениз, поездка превзошла все ожидания. Скучно не было ни минуты! Даже просто смотреть на проплывающие за окном пейзажи, незнакомых людей, поселения и города было необыкновенно увлекательно. А ещё огромные порталы, в которые за один раз проходил их небольшой отряд!

Да, да – порталы! Ведь без использования телепортов дорога до Закатной империи растянулась бы на целый год, а так – всего-то пять дней.

По пути маркиз, как и обещал, делал остановки в столицах государств, через которые они проходили порталами. Дениз не только вдоволь насмотрелась на чудеса, но и обзавелась внушительным гардеробом. К слову, Его светлость и няню не обделил. Теперь багажное место на крыше повозки не пустовало, а два сундука так и остались под лавками, потому что наверху для них уже не было места.

Маркиз следил, чтобы девушке не было жарко, а по мере продвижения на север – холодно. Оказалось, что в той стороне последний летний месяц – это уже не совсем лето. Ночи становились всё длиннее и прохладнее, и Око за день не успевало прогреть воздух. Дениз куталась в тонкую и очень тёплую накидку, приобретённую вместе с ворохом других замечательно-уютных вещей в Предзимнем королевстве, а няня ещё и пересела поближе к горючим камням. Маркиз распорядился их внести в повозку на третий день пути. И в кувшине-непроливайке теперь было не прохладительное питьё, а горячий отвар.

Что немного беспокоило – сопровождающий был неизменно учтив и предупредителен, но с того первого раза, ни ей, ни няне не удалось ещё раз его разговорить. Дениз очень хотелось больше узнать о стране, где ей теперь предстоит жить. И про супруга тоже, а то она о нём знает только имя и титул. Но маркиз неизменно уклонялся от ответов – ссылался на неотложные дела или уводил разговор в сторону. В крайнем случае, ограничивался размытыми объяснениями, которые не давали ни крупицы информации.

Когда на пятый день повозка выехала из последнего портала, Дениз увидела, что они попали на раннее утро. Удивительно, ведь въехали в портал они в вечерних сумерках! И лето окончательно закончилось – деревья стояли без единого листочка, а копыта лошадей звонко стучали о замёрзшую землю, временами оскальзываясь на покрытых льдом лужах.

- Миледи, через три часа прибудем на место, - проинформировал маркиз.

- Ох, - всполошилась Дениз. – По дороге есть постоялые дворы или гостиницы?

- Миледи, я же говорю – до замка вашего супруга осталось всего три часа пути! Постоялые дворы вам больше не понадобятся!

- Очень даже понадобятся, - буркнула Дениз. – Я хотела бы привести себя в порядок и переодеться. Неужели, вы не понимаете, ведь первое впечатление можно произвести только один раз! Я должна хорошо выглядеть!

Георт мысленно выругался.

Ну конечно, он-то знает, кого везёт и для чего, вот и не подумал об остановке, а девочка уверена, что едет к любящему мужу и хочет, чтобы он смотрел на неё с восхищением. Если он откажется сделать остановку, то Дениз расстроится, а старуха начнёт что-нибудь подозревать. Старые люди бывают весьма прозорливы и наблюдательны. Не стоит раньше времени волновать миледи…

- Хорошо, мы остановимся в одном поселении, оно в получасе езды, - ответил он герцогине. – Но обещайте, что остановка не затянется надолго, ведь вас ждут в замке!

К изумлению маркиза, девушка управилась за час – своеобразный рекорд для женщины! Впрочем, за всю дорогу новобрачная ни разу не заставила себя ждать, собираясь быстро и без капризов.

Дениз волновалась, как никогда – совсем скоро она увидит супруга! Понравится ли ему живая Дениз так же, как её миниатюра или герцог разочаруется и пожалеет о женитьбе?

Погружённая в размышления, она едва не пропустила момент, когда показался замок Аламьен, к счастью, маркиз вовремя привлёк её внимание.

- Миледи, выгляните в окно, - не слезая с лошади, мужчина приоткрыл дверь повозки, конечно же, предварительно постучав и дождавшись ответа.

Дениз прильнула к окну и замерла: кавалькада стояла на возвышенности, откуда открывался потрясающий вид на долину. С вершины холма дорога уходила вниз, некоторое время шла по берегу красивого озера и затем сворачивала в лес. А впереди, за тёмными деревьями, будто возвышаясь над местностью, царил величественный замок.

Девушка жадно рассматривала место, где ей предстояло жить. Холодно, голо, даже вода в озере навевает мысли о стуже, но парящий белоснежный замок с лихвой компенсирует не слишком презентабельный в это время года пейзаж.

- Летом здесь необыкновенно красиво, - произнёс маркиз, наблюдая за лицом девушки.

И в этот момент Око вышло из-за туч, и его лучи озарили стены замка, озеро и стылый лес, неожиданно заигравшие тысячами искр, будто были усыпаны бриллиантами.

- Ах! – не смогла сдержать изумлённого вздоха новобрачная.

- Свет Ока отражается ото льда и инея, - пояснил маркиз. – Потрясающий эффект, правда?

- Да, - согласилась Дениз.

- Вы ещё не раз сможете полюбоваться на этот вид, но теперь нам нужно спешить, - напомнил он герцогине. – Видите – вас уже встречают?

И правда – у кромки леса показались несколько всадников, быстро приближаясь к путешественникам. Маркиз махнул рукой, отдавая приказ возчику, и повозка тронулась им навстречу.

Дениз сидела, ни жива ни мертва. Повозка остановилась, раздался топот лошади, приветственные голоса, звук от удара ног о землю – кто-то рядом спрыгнул с лошади. Затем дверь дёрнулась и распахнулась.

- Миледи, с благополучным прибытием! – на Дениз смотрел самый потрясающий мужчина из всех, кого она когда-либо видела.

Демьен отрешённо смотрел за окно.

Завтра. Уже завтра утром он увидит ту, которую они выбрали с Геортом из десятка других таких же никому не нужных девиц. Хорошо, что подходящая девушка жила так далеко, ведь на другом краю мира не слышали о проклятии, значит, девочка приедет без страха. Впрочем, только сам герцог, его друг да император знают, что плеяда преследующих род несчастий происходит по вине наложенного тысячу лет назад проклятия. Остальные могут подозревать – и подозревают! – что не всё гладко в роду Варийских, но прямых доказательств ни у кого нет. Самый завидный жених империи, богатый, знатный, магически одарённый, а жену приходится искать за тридевять земель, потому что в родном краю ни один отец не согласится отдать за герцога дочь.

Девочка – это не только выгодное капиталовложение, многие отцы привязываются к своим детям и не желают посылать кровинку на верную гибель.

Перед мысленным взором мужчины проявилось воспоминание – ослепительно красивая Аранэлла танцует с ним на балу в честь Её Императорского величества. Необыкновенная, нежная! Достойная быть спутницей не только герцогу, но и самому императору, если бы он не был уже женат!

Руки помнят тепло её тела, и мягкий изгиб тонкой талии, запах роз, сопровождающий это неземное создание. И огромные карие глаза на кукольном личике. Демьен был очарован и на следующий же день после бала отправился в замок её отца с визитом.

Маркиз де Лоринель принял его в парадной гостиной, подчёркивая особенное отношение к любимому племяннику императора. Но благодушная беседа перестала быть благодушной, стоило Демьену озвучить причину своего визита.

- Милорд, - маркиз помолчал, подбирая слова. – Я глубоко польщён, что вы так высоко оценили мою девочку. Но Аранэлла – единственный ребёнок в семье. Учитывая те слухи, которые витают вокруг вашего рода, ди Аламьен, я не желаю рисковать своей дочерью.

Демьен молчал, в глубине души поддерживая опасения отца Аранэллы – он хотел эту девушку, но для жизни, а не для преждевременной смерти.

- Есть выход, который может вас успокоить, - решился он продолжить, - мы с моей супругой будем принимать специальные зелья, которые не позволят моей жене зачать. И тогда её жизни ничто не будет угрожать.

- Ди Аламьен, вы в своём уме? Повторяю – Аранэлла – мой единственный ребёнок, и я рассчитываю оставить титул и накопленные богатства её сыну! А вы, в угоду своему хотению, собираетесь лишить мою девочку счастья материнства? В мире полно девиц, женитесь и проводите эксперименты на ком-нибудь другом!

Маркиз встал, давая понять, что гостю надлежит удалиться и бросил:

- Я знаю, что вы можете попросить Его величество, и император не откажет вам в просьбе, но знайте – если вы попробуете получить мою дочь таким путём, я найду способ избавить её от этого замужества.

- Я вас услышал, - Демьен произнёс это с достоинством. – Мне жаль, если вы думаете, что для достижения желаемого я готов воспользоваться родственными связями. Ваша дочь – драгоценность, и я наравне с вами желаю ей только счастья!

- Я рад, что мы поняли друг друга, - хозяин сделал пару шагов к выходу из гостиной, но гость остался стоять на месте. Когда де Лоринель это заметил, он обернулся и вопросительно выгнул брови.

- Милорд? Вы хотите ещё что-то добавить?

- Да. Маркиз, если я смогу нейтрализовать, скажем так, чреду несчастий, довлеющих над моим родом, вы отдадите за меня Аранэллу?

- Каким образом вы это сделаете?

- Есть один способ, - уклончиво ответил Демьен. – Если вы согласитесь подождать не больше двух лет, я смогу представить вам убедительные доказательства, что Аранэлле брак со мной больше ничем не угрожает.

- Признаю – если бы не эти несчастья, то о лучшем зяте для своей дочери я и мечтать не мог, но ждать два года? Это долго, а девичий век короток, вы же это и сами знаете.

- Аранэлле будет всего девятнадцать, это ещё вполне брачный возраст! – мягко ответил герцог. – Подумайте над моим предложением, ведь оно никак не ущемляет ваши права и не бросает тень на Аранэллу.

- Хм…

Де Лоринель потёр переносицу и задумался.

- Но какова причина моих отказов? Поползут слухи. И что будет с моей девочкой, если по прошествии этих лет вы не сможете представить доказательство её безопасности рядом с вами, а остальных женихов я разгоню?

- Во-первых, я обязательно выполню, что обещаю. А во-вторых, объяснение очень простое – ваша дочь ещё молода, потом, она у вас одна. Поэтому вы решили проявить отцовский эгоизм и задержать свою девочку в родительском доме до дня, когда ей исполнится девятнадцать. Я уверен – вас поймут и не осудят.

- Хорошо. Я даю вам обещание, что в течение двух лет отклоню все предложения Аранэлле, но ни днём дольше! И запомните – доказательства должны быть на самом деле убедительные и неоспоримые!

Домой он тогда вернулся окрылённым, что удалось заручиться обещанием маркиза де Лоринель. Остались мелочи – претворить задуманное в жизнь, но именно это-то и оказалось самым сложным!

Единственный вариант, который ему пришёл в голову, оказался тупиком. Потратив несколько месяцев, Демьен ни на шаг не приблизился к цели. Но он был уверен, что должен быть ещё способ, он просто обязан его найти!

Мужчина забросил все дела, кроме жизненно важных, отказался от всех развлечений и засел в императорской библиотеке, в надежде найти нужное заклинание или описание освобождающего ритуала. Время шло, но ничего обнадёживающего не находилось.

В очередной раз отбросив бесполезную рукопись, Демьен с горечью подумал, что медленно сходит с ума. Глупо было надеяться, что его предки не перевернули все книги и свитки не по одному разу, ведь ни отцу, ни деду, ни пра-пра-пра – и так далее – ни одному из герцогов ди Аламьен не хотелось неизбежно терять первую супругу и ребёнка. Мог бы – сам придушил Ролсена ди Аламьен, чья жестокость навлекла на род такое несчастье! К сожалению, предок почил уже больше девятисот лет назад. Новсе старшие сыновья его прямых потомков, все, кто наследует титул герцога,до сих пор неизбежно становятся вдовцами. Род до сих пор не угас только по одной причине – проклятие настигает только первую супругу и первенца. Не все первые жёны наследников погибают именно в родах, но все умирают, будучи беременными.

Терять Аранэллу вместе с ребёнком от неё он категорически не хотел, поэтому продолжал копаться в архивах, пока перед глазами не заплясали чёрные мушки. А потом решил взять паузу, и отправиться к другу детства, который давно звал его к себе – окунуться в море, просто отдохнуть от забот и тревог. Хотел на пару дней выбросить проклятье из головы, а в результате нашёл решение.

И помог в этом маркиз де Лаваль.

Демьен перенёсся в воспоминания о том дне в Рассветном королевстве.

Золотой песок мягко пересыпался под ногами, время от времени особенно дерзкая волна дотягивалась до его босых ступней и, лизнув, ускользала обратно в море.

Демьен переступил ногами, наслаждаясь недоступными в обычной жизни ощущениями, и бросил беглый взгляд в сторону горизонта.

- Ты прав, сегодня к ночи разыграется шторм, - вполголоса обратился он к собеседнику. – Как не жаль, но пора возвращаться.

- Обуйся, - посоветовал маркиз. – Не приведи Трое, увидит кто босоногого герцога, племянника императора – разговоров не оберёшься.

Демьен с сожалением притопнул ногами и вернулся к оставленным в отдалении от прибоя сапогам. Сделал пасс, очистив ступни от песка, и обулся.

- Идём, Георт. Чудесное место! Буду приезжать к тебе, продлять себе лето. У нас, если помнишь, в первый месяц осени уже ложится снег, а босиком можно походить по песку только в середине лета.

- Буду только рад. Так что ты решил, Демьен? - маркиз подхватил свою обувь в руки и зашагал рядом.

- То есть, босоногий герцог – это ужас-ужас, а босоногий маркиз – ерунда? – выгнул бровь Демьен, выразительно покосившись на сапоги в руке друга. – Учти, я нахожусь далеко от империи, меня тут никто не знает, в отличие от тебя.

- Да ну тебя, с ограничениями! Это мои земли, могу вести себя так, как мне хочется. Тем более что тут никого, кроме нас и грумов нет. Хочу почувствовать себя, как в детстве, - улыбнулся маркиз. – Помнишь, как мы убегали от учителей и бегали босиком по гальке Ледяного озера? И холод нам был нипочём, а тут-то – благодать! Ты не мечтаешь вернуться в детство?

- Как сказать, - Демьен пнул подвернувшуюся под ноги пустую раковину. – В детстве были свои плюсы и минусы. Жениться никто не заставлял, это верно, зато от нас ничего не зависело. А сейчас мы почти свободны в своих желаниях и возможностях.

- Сколько же мы не виделись?

- Десять лет. С того года, как твоего отца Его величество назначил послом в Рассветное. Я рад, что наша детская дружба переросла в нечто большее. Георт, ты так и будешь идти босиком?

- Да, точно – десять. Когда мы расстались, мне было восемнадцать, а тебе двадцать, - кивнул маркиз. - Не ворчи, сейчас обуюсь. И не увиливай от ответа – что ты придумал?

- А что тут придумаешь? – вздохнул Его светлость. – Я симпатизирую леди Аранэлле, поэтому не могу на ней жениться, пока не найду способ нейтрализовать родовую проблему. Да её отец и не отдаст дочь без гарантий.

- И что ты для этого уже успел сделать?

- Убил пять месяцев на поиски. Если ты помнишь, я рассказывал тебе семейное предание – женщина, тысячу лет назад проклявшая моего жестокосердного предка, погибла, не оставив детей. Поэтому её прямых потомков не существует, но я совершил почти невозможное – нашёл потомков её родной сестры. К сожалению, они ничем мне не смогли помочь. Если и было условие для снятия порчи, то за прошедшие века оно утеряно. И я пока не знаю, что делать дальше.

- Жениться, - пожал плечами маркиз.

- Ты что, Георт? Я же говорил, чем для герцога ди Аламьен заканчивается первый брак! Я не готов рисковать жизнью дорогой для меня женщины.

Герцог сделал приглашающий жест рукой – они как раз поднялись по склону и остановились возле лошадей, которых держал слуга – и тот немедленно подвёл к нему коня

- Догоняй, - бросил Демьен другу и, забрав повод гнедого жеребца, легко взлетел в седло. Конь попятился, фыркая и приседая на задние ноги, и сразу взял в галоп, стоило всаднику поощрить его шенкелем и отдать повод. Маркиз не стал медлить, послав своего рыжего следом.

Несколько минут друзья скакали бок о бок, пока герцог не придержал гнедого, переведя его на шаг, и бросил взгляд назад – оба грума держались от лордов на почтительном расстоянии и при всём желании не могли подслушать.

- Женитьба не спасёт, а только усугубит положение, - бросил он.

- Демьен, прислушайся – я дело говорю! – произнёс маркиз. – Тебе нужен наследник. Его Величество болен, неизвестно, сколько он протянет, а надежда, что он подарит стране дофина, канула в небытие уже лет семь, если не все десять. Ты понимаешь, что стоишь всего на пять ступенек ниже трона?

- Герцог де Торель, родной брат Его Величества, жив, здоров и плодовит, - холодно парировал Демьен. – У него, слава Трём, двое здоровых сыновей, поэтому империи ничто не угрожает.

- Но есть ещё и твой собственный род, Демьен! Он не может прерваться! Герцоги Варийские – главная опора трона!

- Я ищу способ! Перерыл уже грахову кучу бумаги, но пока не нашёл ни малейшей зацепки!

- Зачем тянуть время и мучиться? Просто женись, и через полтора года, а то и раньше, получишь свою Аранэллу.

- Не улавливаю связи. На ком жениться??

- Да на ком угодно, кого не жалко! – фыркнул Георт. – Найди разорившегося аристократа, чьи дочери не имеют приданого, и поэтому вряд ли когда-нибудь выйдут замуж. Предложи ему хорошие отступные, и он сам приведёт дочь в храм, ещё и молиться за твоё здоровье будет.

- Но наше проклятье! Какой отец отдаст своего ребёнка на верную смерть? Потом, всё-таки хоть и не на всю жизнь, но на какое-то время эта девушка станет герцогиней Варийской, то есть, она должна уметь себя вести. А откуда у разорившегося отца деньги на приличное воспитание детей? Ну и внешность. Не забывай, мне с ней в постель ложиться.

- Демьен, я тебя умоляю! Погасишь в спальне светильники, в темноте все кошки серы. Поселишь жену в отдельном крыле, на лето переселишь в Летний замок, чтобы не мелькала перед глазами. И какое кому дело, есть у неё манеры и образование или нет? Кто её там увидит? Будешь навещать три раза в неделю, пока не забеременеет, а потом можешь до похорон не появляться. Если женишься в ближайший месяц и хорошо постараешься – то уже в начале или середине следующего года избавишься и от временной жены, и от проклятия. А на Новозимье поведёшь к алтарю леди Аранэллу.

Герцог натянул повод и замер, глядя на маркиза.

- Знаешь, а ведь это выход! Только где найти никому не нужную обнищавшую аристократку подходящего возраста, которую её родные с радостью отдадут замуж?

- А я у тебя на что? – ухмыльнулся маркиз. – Друзья должны выручать друг друга! Обещаю в скором времени предоставить тебе список из подходящих кандидатур. Так думаю, искать надо подальше от Закатного, этим сегодня и займусь. Ты когда собираешься домой?

- Завтра, - задумчиво ответил Демьен. – Георт, идея, конечно, хорошая, только с трудом представляю, как это осуществить. Это же не бездушный голем будет, а живая девушка! Как мне быть с ней, зная, что она неизбежно умрёт?

- Грах, просто не привязывайся, относись не как к жене, а как к любовнице. Сегодня одна, завтра – другая. Или – как к служанке. Предоставь ей все условия, выдели отдельное крыло в своём замке, окружи её фрейлинами и роскошью, пусть наслаждается, а сам заходи к ней только на ночь. Сведи любое общение вне постели к минимуму, так тебе будет проще. Никаких обедов или ужинов наедине! Если на приёмы или балы – то она едет в карете, а ты – верхом. И там – один танец и пусть кружится с другими. В общем, веди себя с ней так, будто вы уже двадцать лет женаты и смертельно друг другу надоели.

- Это жестоко.

- С какой стороны посмотреть! Оставить свой род без наследника ты не имеешь права. Пробником жены у тебя станет никому не нужная девушка, которой всё равно не светило ни замужество, ни жизнь в достатке. Она спасёт тебя от бездетности и безбрачия, а ты подаришь ей год-полтора роскошной жизни. По-моему, справедливо. Когда мы подберём громоотвод для родового проклятия герцогов Варийских, вместо угрызений совести думай о своём долге перед родом и грядущей награде – маркизе де Лоринель!

Прошло полтора месяца, и вот Демьен готовится встречать жену.

Жену – подумать только! Хорошо, что Георт взял на себя труд заключить за него брак. Разумеется, по договору, но сам бы он мог в последний момент и отказаться. Ведь он не чудовище и где-то в глубине души емужаль эту незнакомую ещё девушку. Но Георт прав – забота о благополучии собственного рода перевешивает любые возражения. Если так подумать, то что ждало дома эту бесприданницу, уже перешагнувшую лучший для замужества возраст? Скорее всего, отчим выдал бы её за состоятельного простолюдина, который ради возможности породниться с аристократами готов закрыть глаза на недостатки невесты. И не факт, что этот простолюдин не оказался бы стариком. Девочке пришлось бы угождать неровне, самой стирать, готовить, да терпеть близость увядающего мужа. Он же, Демьен, окружит её роскошью, обеспечит лучшими нарядами и драгоценностями, к её услугам будут все слуги и подданные. Полтора года урождённая баронесса проведёт в комфорте и уважении. Вот любви подарить ей он не сможет, ведь его сердце уже занято, но что невинная девушка может в этом понимать? Если муж внимателен к капризам жены, частодарит ей подарки и вывозит ее на приёмы и балы, она будет уверена, что это и есть доказательства его любви. И хорошо, что она круглая сирота, а отчиму на неё наплевать, значит, герцогу не придётся соболезновать толпе родственников и оправдываться, почему не уберёг.

Демьен ещё раз приказал проверить, всё ли готово для приезда его супруги.

Слуги старались не за страх, а за совесть, западное крыло вылизали до блеска и скрипа, он сегодня прошёлся по комнатам и остался доволен. Прекрасная идея поселить там жену, они смогут почти не встречаться! К этой части замка прилегает старый сад, ухоженный, тенистый, правда, не в это время года. Весной и летом герцогиня, если будет ещё жива, может гулять там, сколько пожелает, и никто её не побеспокоит.

Грах, завтра придётся консуммировать брак, а если девчонка всё-таки страшна? Вдруг у неё бородавка, большой нос или корявая фигура? Трое, помогите не оплошать! Надо будет на всякий случай держать под рукой зелье. И жене подлить что-нибудь успокаивающее, потому что долго возиться он не хочет, а без этого девчонка не сможет расслабиться.

Наказав разбудить себя на рассвете, мужчина забылся тревожным сном.

- Милорд, только что пришло известие, что сработал портал, - доложил младший маг, выполняющий при Его светлости работу секретаря.

- Хорошо, - Демьен мгновенно проснулся и сел в кровати. – У нас есть ещё три часа. Вы знаете, что нужно делать.

- Разумеется, - маг поклонился и оставил герцога одного.

За эти две недели герцог десятки раз прокручивал в голове, как встретит свою супругу. Он справится с волнением, и не покажет жене, насколько разочарован, как бы она ни выглядела. Почему так уверен, что эта Дениз некрасива? Потому что Георт ни в одном из вестников ни словом не обмолвился о внешности невесты. А когда Демьен спросил об этом напрямую, то маркиз сделал вид, что не заметил вопроса.

Ладно, переживём!

Несколько дней назад он встречался с отцом Аранэллы и объяснил ему, на какой шаг решился, чтобы обезопасить его дочь. Маркиз проникся настолько, что позволил ему пообщаться с Аранэллой наедине. Всего полчаса и под присмотром гувернантки, но, тем не менее – это было первое настоящее свидание. До сих пор при воспоминании замирает сердце – какая же она красавица! Известие о его временной женитьбе поклонника девушка вынесла стоически, лишь промокнула платочком уголок глаза. Но этого хватило, чтобы он принялся уверять её в своей любви и обещать, что этот брак не продлится дольше года. Конечно, раскрывать подробности Демьен не стал – ещё не хватало пугать юную девушку! Но и тем объяснениям, что он счёл уместными, Аранэлла поверила и сразу повеселела.

Его птичка!

Герцог надеялся, что она никогда не узнает, на что ему пришлось пойти ради счастья в будущем назвать её своей женой!

В сопровождении небольшой свиты Демьен выехал навстречу жене. К его неудовольствию, Георт зачем-то останавливался на постоялом дворе, продлив ожидание встречающих на целый час. Неужели его жена нездорова?

Чтобы исключить любую причину, которая помешает Дениз зачать как можно скорее, в идеале – в первую же неделю - герцог приказал двум целителям быть наготове и сразу по прибытии обследовать его жену вдоль и поперёк.

И вот на вершине холма показались всадники.

Пришпорив жеребца, Демьен сжал челюсти и поехал навстречу.

Георт весело поприветствовал друга и приглашающе показал на повозку. Скривившись, будто хватил кислый заморский фрукт, Демьен отворил дверь и протянул руку:

- Миледи, с благополучным прибытием!

- Благодарю, милорд, - мелодичным голосом ответила временная жена, вложила свою руку в его ладонь и подняла голову, встретившись взглядом с супругом.

И Демьен забыл, как дышать. Забыл, что должен говорить и делать.

Секунда, другая… Наконец, герцог опомнился и, сжав тонкие пальчики, потянул девушку на себя.

В груди бушевала ярость – как Георт мог с ним так поступить? Почему не предупредил, что девчонка совершенно не годится во временные жёны? Куда маркиз смотрел, почему не отказался, когда увидел, как хороша эта баронессочка? В списке был десяток имён, неужели не мог выбрать кого-нибудь попроще, о ком забываешь через пять минут, после того, как увидел?

Обернулся, поймал виноватый взгляд друга и едва не зарычал – что, ну, что теперь делать? Уже не повернёшь назад, все знают, что герцог женился, что в его замок едет новая герцогиня. Прислуга неделю на ушах стоит – готовили покои для молодой жены. А сейчас простолюдины, одарённые – в общем, все, кто обеспечивает комфорт и охрану замка, принарядились и выглядывают из окон – не едут? Чтобы успеть выстроиться внизу и приветствовать хозяйку, как полагается.

Взгляд споткнулся о глаза девушки, и Демьен выдохнул сквозь стиснутые зубы – девчонка смотрела на него с таким восторгом, что у мужчины свело зубы. Только её влюблённости ему и не хватало!

- Миледи, в замок вы должны въехать на одном коне со своим мужем, - не произнёс – выплюнул. И потащил супругу за собой к лошади. Грубо? Да, но лучше так, лучше пусть ненавидит, чем смотрит щенячьими глазами и томно вздыхает.

Дениз не успела опомниться, как герцог взлетел в седло, а потом, слегка наклонившись, приказал:

- Протяните вверх руки!

Девушка выполнила указание и только ахнула, когда супруг не слишком бережно вздёрнул её и усадил на лошадь боком впереди себя – частично себе на ноги, частично на луку седла. И сразу пришпорил коня.

Мамочки!

Попа подскакивала, норовя соскользнуть с неустойчивой опоры, лука седла больно била о бедро, и схватиться не за что – грива теперь сбоку, неудобно держаться.

- Не ёрзай, - сердито буркнул муж и рывком притянул её за талию ближе к себе.

Мотать стало меньше, но Дениз облегчения не испытала. Она не дурочка, прекрасно поняла, что чем-то не угодила мужу, вот он и бесится. Только чем? Недостаточно красивая? Ну, извини, Ваша светлость, надо было приезжать на свадьбу лично, а не посылать друга! Если она настолько ему неприятна, то не женился бы…

Обидно до слёз, особенно ещё и потому, что ей герцог очень понравился. Пока не начал рычать и швырять её, как куклу.

Лошади быстро приближались к замку, а она, расстроенная холодностью супруга, съёжилась, не глядя по сторонам. Но когда трясти стало меньше, голову всё-таки подняла.

Кони пошли шагом, и Дениз увидела, что с обеих сторон дороги стоят люди и низко им кланяются. А стоит коню герцога проехать мимо, как встречающие принимаются кричать приветствия.

Надо же – это так принимают жену Его светлости? Ну, хоть кто-то ей рад!

Дениз покосилась на мужа – сбоку не очень рассмотришь, но упрямо сжатые губы и хмурое выражение вполне улавливаются. Точно - не угодила. Ждал черноволосую? Или выше ростом? Можно гадать до бесконечности, но пока сам не признается – причины не узнаешь.

Герцог остановил коня напротив главного входа в замок и зычным голосом провозгласил:

- Приветствуйте мою дорогую супругу, Её светлость миледи ди Аламьен!

Дениз ждала, что встречающие разразятся восторженными криками, но она ошиблась – в полной тишине все присутствующие низко поклонились и замерли, пока герцог спешивался и снимал девушку с коня.

Оказавшись на земле, вернее, на каменных плитах, Дениз покачнулась, но железная рука мужа удержала, не позволив упасть.

- Мой дом – твой дом, - провозгласил герцог и добавил тихо, почти на грани слышимости. – Вы что – хромая? На ногах не держитесь. И прежде чем ошеломлённая новобрачная сообразила, как ответить, повёл её внутрь огромного замка.

Когда чета скрылась за дверьми, встречающие смогли выпрямиться, но Дениз этого уже не увидела, да ей и не до того было! Герцог шагал широко, и чтобы не отстать, девушке приходилось почти бежать – на один шаг мужчины она делала два или три.

Без единого слова, супруг провёл новобрачную по нескольким коридорам, пересёк пару залов и поднялся по лестнице на один этаж вверх, пока не остановился напротив высокой резной двери.

- Ваши покои, миледи, - толкнул створку и вошёл, не оглядываясь, идёт ли она за ним. Правильно, зачем проверять, если и так понятно, что идёт. Деваться-то ей некуда!

- Ваши вещи принесут служанки. Трёх вам будет достаточно?

Дениз смогла только кивнуть – горло пересохло то ли от жажды, то ли от обиды.

Нет, она не ждала любви с первого взгляда, но на капельку уважения и приязни, всё-таки, рассчитывала. В чём она провинилась, за что он с ней так?

- Всё это крыло в вашем распоряжении, - продолжал просвещать герцог. – Отсюда есть прямой выход в сад, на случай, если захотите прогуляться. Настоятельно не рекомендую бродить по замку – здесь легко заблудиться. Потом, в ваших покоях есть всё, что может понадобиться женщине, а если чего-то вдруг недостанет, вам стоит только приказать служанкам, и упущение будет исправлено. Надеюсь на ваше благоразумие, не вынуждайте меня вас запирать!

Дениз задохнулась от возмущения и поняла, что больше молчать не в силах.

- Милорд, не знаю, в чём я виновата, почему вы обращаетесь со мной, как с нашкодившим ребёнком или нерадивой прислугой, но смею напомнить, что наш брак был полностью вашей инициативой. Я не напрашивалась! Если я настолько разочаровала, у вас есть возможность от меня избавиться, пока я не надела вам брачный браслет, и мы не делили постель!

Девушка, дрожа от негодования, вскинула голову и смело посмотрела в глаза мужу.

- Я с удовольствием верну вам оба браслета, все подарки и немедленно освобожу от своего присутствия. Надеюсь, вы разрешите забрать повозку, у меня там старенькая няня, она не перенесёт дорогу, если нам придётся возвращаться пешком или верхом? Обещаю, что как только устроюсь где-нибудь за пределами ваших земель, то при первом же случае пришлю полную стоимость повозки и лошадей. Ещё одежда, которую на ваши деньги приобрёл для меня маркиз – её можете сразу забрать, я поеду в своём.

Демьен смотрел на девушку и понимал, что она совершенно права. И надо же – у неё есть характер! А Георт говорил, что девочка никуда из дома не выезжала и жила там на правах бедной родственницы! Он не должен был так с ней обращаться, даже если её внешность не оправдала его ожиданий – всё-таки, не служанка, а его законная жена, и она ничем не заслужила такой встречи. Сорвался, увидев, какая она красавица. А ещё всё это время, по совету Георта, настраивал себя на прохладное отношение – привязываться нельзя, даже испытывать к временной жене симпатию – уже излишне. Ровная отрешённость – только так он сможет пережить то, что ему придётся с ней сделать. Конечно, хотелось, чтобы новоиспечённая герцогиня не вызывала у него отвращения и имела миловидную внешность, но не настолько же, чтобы затмить его невесту! Что скажет леди Аранэлла, первая красавица Закатной империи, когда увидит его супругу? Она и так ужасно расстроилась, узнав, что Демьен женится, еле-еле успокоил, объяснив, что этот брак не навсегда. Но когда слух о красоте его жены разойдётся по всем домам и замкам… Ему только женской ревности и обид не хватало! Можно догадываться, чем ему аукнется такая неосмотрительность Георта! Но, как бы там ни было, он не может отказаться от этого брака – времени на поиски новой кандидатки почти не осталось. Поэтому, хочешь не хочешь, а ему придётся налаживать отношения и исправлять допущенную бестактность.

- Признаю, что повёл себя непозволительно, - уняв бушевавшую злость, примирительно ответил Демьен. – У меня была причина рассердиться, но эта причина не имеет к вам отношения. Вы ни в чём не виноваты, просто попали под горячую руку.

Соврал, конечно – она и есть причина. Но не может же он объяснить ей, что рассердился, потому что Дениз слишком красива?

- От вспыльчивости хорошо помогает отвар горечавки, - отреагировала супруга.

Вот тебе и затюканная сиротка, которая за возможность освободиться от деспота-отчима будет на супруга молиться и слова поперёк не скажет – как охарактеризовал Дениз Георт! Страшно представить, что она устроит, если догадается о своей участи! Хорошо, что он заранее побеспокоился укоротить прислуге языки…

- Обязательно воспользуюсь вашим советом, - ответил он. – Сейчас придут ваши служанки, распоряжайтесь ими в полной мере.

- Моя няня…

- Сами выберете комнаты, где она будет жить, Если мало трёх служанок, скажете экономке – она обязательно зайдёт к вам чуть попозже – и штат прислуги будет увеличен. Понимаю, как вы устали за дорогу, поэтому не стану тревожить вас до вечера. Отдыхайте, располагайтесь, поесть вам принесут прямо в покои. Но к семи часам будьте при полном параде. Я сам зайду за вами и провожу в Парадную залу.

- Что там будет – ужин?

- Пир в вашу честь, миледи, - герцог слегка поклонился, - на котором вы у всех на глазах наденете мне браслет. А потом нас проводят в опочивальню.

- Сюда? – простодушно поинтересовалась Дениз. – Или в вашу?

- В свадебную опочивальню, которую готовят специально на брачную ночь, - ровным голосом пояснил герцог. – Поэтому под платье не надевайте белья, оно вам сегодня не понадобится.

И, ещё раз поклонившись, оставил Дениз растерянно хлопать ресницами.