Игра мастей. Отбор в академии

Шёпот восстаёт из недр академии,
когда истинный пиковый знак
прорывает её стены.

Семь лет назад

Дочь пьяницы. Брошенка. Вот кого видят все остальные, когда видят меня. Я часто задумывалась: если бы мне посчастливилось родиться в знатной семье, с моим мнением считались бы? Ведь как бы я ни старалась быть покорной по отношению к окружающим людям, они становились лишь злее. Это я прекрасно уяснила в тринадцать лет и по ужасному стечению обстоятельств никогда не смогу забыть, даже если бы и пожелала всем сердцем…

Тогда я подбежала к высоченному громиле и умоляюще, с блеском надежды в глазах, поглядела из-за ресниц.

– Чем ты можешь помочь?! – презрительно рявкнул главный предводитель охотников нашего селения, привлекая всеобщее внимание.

На нём явно не работают ни женские чары, ни чувство жалости. А ему, очевидно, мало моих унижений перед своими товарищами, нужно обязательно повысить голос, чтобы все услышали в округе. Даже глухая старуха в двух домах от нас.

Да, я хочу вступить в их мужскую компанию. Желаю научиться охотничьему делу и в будущем приносить пользу деревне. Голод продолжает неустанно поглощать низы. Моя семья не исключение, учитывая, что отец ничего не делает, чтобы изменить наше положение.

– Ты всего лишь дочь пьяницы! – харкнул на мокрую землю самый хилый и молодой из охотников с кривой усмешкой, поддерживая “наставника”.

Его толчок слишком неожиданный и огорошивающий. Розовая ширма перед глазами тут же рухнула.

Сколько себя помню, носила на себе этот унизительный титул. Казалось бы, пора привыкнуть, но нет. Внутри каждый раз вспыхивает неистовое пламя гнева. А слышать это от него…

Моя душа превратилась в лужицу.

Парень стоял настолько близко, что я могла пересчитать все конопушки на его лице. С его-то характером, до сих пор удивляюсь, что не получила плевок прямо в лицо…

Он сделал шаг навстречу и толкнул меня в грудь. Его ладонь оказалась такой большой, что была размером с мою грудь.

Благо, я успела ухватиться за его рукав, чтобы удержаться на ногах. Однако не успела я перевести дыхание, как он сделал мне подножку.

Я поскользнулась и упала прямо всем телом в лужу грязи.

Компания из шести мужиков хором загоготала.

Не могу поверить, что я была влюблена в этого напыщенного индюка… Как могла считать его смелым, добрым и умным? Сейчас всё ясно, как никогда, он хитрый и изворотливый, в нём нет ни капли порядочности. Ну что поделаешь, в детстве дерзкие парни кажутся отчего-то привлекательнее… Однако из-за своих чувств ощущала себя не просто отвергнутой, но раздавленной, словно слизняк под ботинком. Я словно загнанный маленький зверёк в компании кайот.

Всколыхнувшееся негодование взметнулось внутри пожаром, но не успел он вырваться наружу, как потушила его на корню. Любая попытка дерзить обернётся только болью.

Я с омерзением поднялась на локтях, чтобы побыстрее оторвать лицо от вязкой холодной консистенции. Зима не за горами, поэтому было более чем казусно оказаться в такой ситуации. Холодно, мокро и зыбко до дрожи.

И что немаловажно – стыдно.

– Охотиться она захотела…

– Ага…

– Люди вечно болтают, что есть волки и овцы. Но, как по мне, есть ещё и свиньи; таким место только в грязи.

Мужчины снова залились весёлым громким гоготом, пронизывающим до костей, и отправились в сторону леса, оставляя меня ещё в большей сточной канаве, чем сами могли бы предположить.
__________________
П.с. Дорогие читатели, надеюсь, вы остаётесь с героиней! Ведь дальше будет ещё интереснее! Поскольку книжечка стартовала в рамках литмоба "Дурнушка", вас ещё ждёт 11 потрясающих историй. Не все из девушек имеют очевидный недостаток, однако каждая докажет, что в этом её шарм. Не пропустите!)
 

Настоящее время

Я со всей силы навалилась на рычаг насоса, ещё раз и ещё. Мне кажется, или каждый день накачать воду из скважины становится труднее?!

Мышцы напряжены до предела и дрожат, пот щекочет лицо, волосы, выбившиеся из косы, прилипают к коже.

Наконец, струя воды с грохотом ударила по дну металлического ведра и за короткое мгновение наполнила его наполовину.

Я ещё раз поднатужилась, и корявый железный сосуд наполнился полностью. Заменила полное ведёрко на пустое и продолжила.

– Кристина! – позвал знакомый звонкий голос с нотками нетерпения. 

– Да, госпожа! Я у скважины!

– На кой чёрт ты туда попёрлась?! – раздражённо взвизгнула она в конце, после чего вышла из-за угла самого большого поместья в округе.

По сравнению с трёхэтажной усадьбой, она кажется маленькой, как дюймовочка. Однако этот вид давно перестал меня обманывать. Твёрдые черты лица, мощная челюсть, вздёрнутый нос, тонкие губы, волосы, как всегда, собраны в аккуратную причёску. Бордовое платье из бархата блестит в лучах полуденного солнца и выделяется на фоне светлого бело-серого здания.

Жена видного помещика вдоволь вкусила власти за все свои сорок с лишним годков. Даже мужчины её боятся. Время довело её командный тон до идеала, и она не стесняется его применять не только на таких, как я, но и на всех, кого повстречает.

– Что ты здесь делаешь?! – строго и отчего-то подозревающе зыркнула старшая госпожа.

– Несу свежую воду в свинарник.

– Брось вёдра! Им это нынче ни к чему! Сперва смени бельё матушке.

Я аккуратно устроила вёдра на земле, чтобы не утратить тяжело добытые труды.

Со стороны соседнего забора заверещала кучка детишек.

– Ярец! А ну прекрати визжать! Голова раскалывается, – скомандовала помещица младшему сыну, а затем злобно фыркнула на меня:  – Кристина! Ну что ты стоишь как вкопанная?! Не слышала, что я сказала?! Быстро иди в дом к матушке!

Я поспешила выполнить приказ, и как только сорвалась на бег, до ушей донёсся металлический лязг.

Я оглянулась. Кровь закипела в жилах при виде перевёрнутых вёдер. Столько потраченных сил оказались напрасны!

Вот же негодный мальчишка!

Ярец уже побежал прочь от места преступления.

– Кристина! – свирепствуя проорала госпожа, – Да что ж это такое?! Долго будешь медлить?! Ты что, сегодня решила меня окончательно доконать?!

Я ринулась к усадьбе, как ветер.

Ничего, мне нужно потерпеть ещё совсем немного! Тогда я накоплю на корабль до дальних берегов, и эта жизнь окажется позади! Я бы отплыла уже сегодня, но хочу иметь монет про запас, чтобы не жить впроголодь.

Я со всех ног бегу на второй этаж, пробегаю пару спален и почти что достигаю до комнаты матушки помещицы, когда меня передёргивает:

– Кристина! – пискляво завизжала молодая боярышня*, которой ещё нет пятнадцати. – Мой корсет порван! Быстро иди сюда!

Сегодня что, весь мир сошёл с ума?! Почему всё требует моего присутствия в эту самую секунду?!

– Сейчас! Сменю постельное Лилии Петровне и приду!

Удивительно, насколько люди могут быть беспомощными и в то же время требовательными… Возможно, из-за этого эта семья так богата…

Лилия Петровна – самый тихий член семьи Бобриковых. Она тихонько читала у очага, пока я кропила над её широкой кроватью. Для меня, конечно, было большим секретом, как она каждый раз залезала на неё. Со стороны её маленькое тельце кажется слабым, немощным и хрупким. Да и она сама не выделяется особой бодростью.

– Когда ты уже оставишь эту семью?! – хрипло спросила она и медленно повернула седую голову.

На секунду я вылупила глаза, глядя на морщинистое лицо.

Она сказала: “ЭТУ”, словно она не член древнего и богатого рода Бобриковых. Она спросила, когда я их оставлю, будто я пиявка, присосавшаяся к их семье.

Хотя по сути так и есть… Мне нужны деньги.

– Ты уже достаточно накопила?! – продолжала она с таким спокойствием в голосе, будто мы говорили о пище.

Я сглотнула.

– Скоро, госпожа…

– Ну и хорошо… – многозначительно ответила она и отвернулась обратно к книге.

Отчего-то слова старухи меня не просто удивили, но и подбодрили. Никто никогда не одобрял моих решений. Со всех сторон доносились лишь осуждения и ужасные презрительные высказывания. Размышляя об этом, гордость и облегчение, поселившиеся глубоко внутри, сменились на сомнение и подозрение. Откуда этой старухе вообще знать о моих замыслах?!
___________
*Боярышня — это незамужняя дочь русского помещика.
П.с. Дорогие читатели, представляю особенную историю, написанную в честь 9го мая  

День после странной и короткой беседы с Лилией Петровной быстро подошёл к концу. Я брела по серым улочкам, избавленным от лишнего присутствия, и подумывала, что у долгого и загруженного работой дня есть свои преимущества. Когда возвращаешься домой поздно, никого на улицах уже нет, и тебе не приходится избегать чьего-либо внимания…

Я вошла в дом и тихо, как мышка, прикрыла дверь, чтобы отец не услышал или не проснулся, если он спит. На самом деле, я очень надеялась на последнее.

Миновать коридор не составило труда, а вот кухню…

Я застыла, приглядываясь к отцу, что заснул прямо за столом с распластанными руками. Вокруг куча чарок, одна даже перевёрнута, потому деревянная поверхность потемнела, впитывая влагу.

Я собиралась продолжить путь до своей комнаты, когда нашла взглядом знакомый изумрудный мешочек. Одна из немногих вещей, что осталась от матери после её ухода. Бархат – знак обеспеченности, но я уже давно потеряла надежду найти её. Именно в этом мешочке находились средства для моей будущей жизни-мечты.

Ноги действуют быстрее меня. Глаза застилает дымка ярости. Перед взором лишь одна единственная вещь. Я хватаю её, однако вместо привычной тяжести, ощущаю лишь пустоту и лёгкость.

– Отец! – впервые кричу ненавистное слово.

Никогда в жизни я себе не позволяла такого. Слишком боялась.

Тело охватывает обжигающий мороз. На поверхности кожи проступает холодный пот. Дыхание замирает.

Мир замирает. Кажется, земля уходит из-под ног.

Ещё никогда я не ощущала такого отчаяния и безысходности, как в этот миг. Все мечты утекают сквозь пальцы. Все неведомые берега, которые могла бы повидать, исчезают словно пепел на ветру. Всё накопленное за долгие годы попросту пропало! Восемь лет коту под хвост!

Батя разомкнул веки и медленно поднял голову. Ему хватило всего лишь взглянуть на мою руку, сжимающую мешочек, и он сразу всё понял.

– Ааа… Пришла наконец-то, неблагодарная девчонка! – взревел он, гневаясь.

Вена на его лбу мгновенно надулась. Лицо покраснело как свёкла.

– Что мать, что дочь! Яблочко от яблони! – его тяжёлая ладонь с силой приземлилась на левую щеку, и я тут же упала ничком на пол.

Левую сторону лица обожгло огнём. Я схватилась за неё, будто это могло унять боль. А, возможно, так и было.

Мне больно слышать сравнение с матерью! Я бы никогда не бросила дочь! А отец – взрослый человек, он сам выбрал свой образ жизни, а вот я его не выбирала…

– Вот же падаль! – батя злобно харкнул на пол.

– Батенька! Всё не так… – выла я в пол, страшась поднимать загнанный взгляд и смотреть в его чёрные, волчьи глаза.

В моменты его негодования мне кажется, в него вселяется злой дух или демон! Нет сил смотреть в эту бездну!

– Тебя не бросили на произвол судьбы, а ты вот как меня отблагодарила?! Собирала заначку, гниль?! Я тебя научу уму разуму! – разъярился батя.

Он резко сдвинулся с места, и я дёрнулась, дрожа всем телом. Горло и грудь сковало льдом ужаса.

– С этого дня всё, что ты заработаешь у Бобриковых, сразу несёшь мне! Будешь отрабатывать всё, что я на тебя потратил со дня твоего зачатия! Не то полетишь на улицу, как пробка!

Я кинула тоскующий взор в сторону окна, где небо затянуто тёмными серыми тучами и сумерками.

– И приберись в доме! – бросил отец, гулко хлопая тяжёлой входной дверью.
_________
П.с. Дорогие читатели, приглашаю во вторую историю литмоба Дурнушка:
Бедняжку бросил жених прямо на выпускном балу на глазах у сотни свидетелей. Семья отвернулась от нее, друзья смеются в лицо, не скупясь на гадости.
Но они еще не знаю, что в теле Нелли теперь я! И я не стану смиренно принимать унижения! Однако мои импульсивные действия приводят к весьма неожиданному исходу — я соглашаюсь на фиктивный брак с незнакомцем, который оказывается главным кандидатом на пост ректора академии.

– Кристин-а-а-а! – проревел отец с заплетающимся языком на весь дом. Позади него хлопнула входная дверь. – Крис-ти-и-на-аа-а!

Я распахнула веки, подпрыгнула пружиной и бегом поспешила к нему. Если отцу не понравится, что слишком долго откликаюсь на его зов, то будет плохо. Особенно после того, что случилось неделю назад.

– Бегу, батенька! – заверила я его, чтобы не гневался слишком рано, и выскочила в прихожую.

Его тело чудом держится в вертикальном положении, и то благодаря обшарпанной десятилетиями стене, о которую он опирается левой рукой.

– Принеси воды из колодца! Жара невообразимая! – проревел отец, пусть я у него совсем перед носом.

Нет никаких сомнений, что соседи услышали его и уже возмущаются между собой о самом проблемном жителе на деревне.

Снаружи прохладно. Поздняя осень, дождь всё утро продолжает моросить едва заметными на коже каплями. Но всё же не стала говорить отцу, что весь его жар оправдывается его зависимостью. В прошлый раз это было ошибкой… Ужасный зелёный синяк преследовал меня аж полтора месяца!

На следующий день он в очередной раз покаялся в своей вине, но я уже не столь глупа и невинна, чтобы доверять его словам.

– Сейчас же принесу, батенька! – я схватила железное ведро, захлопнула за собой дверь и помчалась к колодцу в конце улицы.

– Если бы не отец, она могла бы выйти замуж… – поделилась одна женщина с другой за забором.

– Брось! Глянь какая замарашка! Бежит, и вся грязь у подола!

– Ты права…

Я в очередной раз проигнорировала их нескрываемое неодобрение. Приличные люди хотя бы попробуют спрятать его или вовсе не станут говорить столь грубые слова, но, разумеется, не они.

Я настолько привыкла игнорировать чужие слова, что большинство из них всерьёз подумывают, что дочь их соседа плохо слышащая. Они подозревают, что папаша отбил мне этот навык, ну и пусть думают дальше…

Улицу пробежала со скоростью света. Благо, что у колодца никого нет, а то бы пришлось слушать очередную порцию осуждения.

У меня иногда складывается ощущение, что кроме меня и моего отца нет ни единой души, которая привлекла внимание горожан. Если это, конечно, не чья-то свадьба, похороны… И… Ну, в принципе, всё.

Я отпустила прицепленное к мощной металлической цепи ведро, и оно с шумом упало к спокойной глади воды, поднимая эхо шума к небу. Пока сосуд быстро наполнялся влагой, глухой звук какого-то странного гула принялся медленно заволакивать мой разум.

Воздух стал тяжёлым, дуновение ветра куда-то исчезло, редкие звуки природы испарились.

Я подозрительно огляделась. Такое чувство, что время остановилось. Даже листья на деревьях страшатся шелестеть.

Звон в ушах заставлял оторвать изумлённый взор от бесшумного трепетания сухих, пожухлых листьев, что чудом ещё не сорвались с молодого деревца поблизости.

Звук ненавязчиво привлекал внимание к лесу, и моё нутро повиновалось ему, как солдат, дожидавщийся приказа долгое время. Я миновала опушку и погрузилась в тишину леса с мрачными, голыми деревьями, редким мхом, отсыревшими листьями и лёгкой снежной подстилкой.

Не знаю, сколько я заворожённо следовала своему странному, тянущему ощущению. Тем не менее стволы на моём пути поредели, пасмурное небо перешло в облачное с небольшим количеством прояснений.

Когда тяжесть внутри незаметно исчезла и сменилась уже непривычной лёгкостью в теле, взор наткнулся на огромный тёмный замок, который затаился слева между деревьев. К нему через дорожную тропинку, вдоль линии леса, каким-то нескончаемым потоком направлялись люди. Они, словно зачарованные, продолжали идти только вперёд.

В нашей деревне столько народа не найдётся, как здесь уже собралось. Я поспешила к ним, чтобы выяснить причину столпотворения, но застываю на месте.

Глазам наконец представилось здание во всём своём великолепии. Сухие стволы и сучья уже не скрывают старинную красоту и совершенство, потому оно полностью захватило моё внимание.

Вокруг академии клубился густой туман. Он придавал таинственности и мрачности месту. Мгла сооружения против серой белены, застывшей в воздухе. Пусть замок на первый взгляд и древний, однако от него так и веет величием. Кажется, каждый кирпичик на своём месте и идеально уложен. Восемь башен и зданий с широкими стенами возвышаются вверх. С правой стороны склон скалы, с левой стороны то ли сад, то ли простой лес. Из-за гула в ушах не могу ясно оценить обстановку.

Я разинула рот, словно увидела настоящего единорога или дракона. Не понимаю, как я за все свои двадцать лет пропустила такое сооружение у себя под носом. Я часто бывала в лесу и изучила его вокруг да около, но ни разу на него не натыкалась. Да и местные охотники ни разу о нём не упоминали…

– Вы только посмотрите… – зашептала девушка сбоку от меня. – С леса пришла…

Её спутница захихикала.

– Кто?!

– Вон!

– Наверняка внебрачный ребёнок…

– Глянь, как её перекосило! – привлекла внимание одна из трёх девушек. – Точно не из наших.

– Я слышала, она дочь пьяницы… – заметила четвёртая

Я её пару раз видела в нашей деревне, когда проходила ярмарка ранней осенью. Её отец, кажись, богатый вельможа…

Вся охота любопытствовать о происходящем мигом испарилась.

– О Боже… – неприятно изумилась одна, и её лицо сморщилось, словно она что-то смрадное учуяла в воздухе. – Только отродья единиц и двоек нам здесь не хватало. И так уже из-за смешения крови расплодились. А она явно единичка!

– Точно-точно! – продолжила первая девочка, разглядывая меня из-за плеча и направляясь в сторону здания. – На неё даже призыв едва действует! Стоит как вкопанная!

Я шагнула навстречу неизвестному замку и тут же себя мысленно отдёрнула за потакание чужим словам. Однако остановить лавину сомнений не получилось.

Не знаю точно, что означает утверждение незнакомки, но ясно одно – двойки и единицы – это плохо.
 

Не хватало только одно ужаснейшее место заменить на другое – гораздо хуже. Я хотела накопить побольше монет и уплыть на другой материк, подальше от отца, где меня никто не знает… Но то, что происходит здесь… Я уже смутно понимаю, и это ни к чему хорошему не ведёт.

Вся Балтийская империя считает, что магии не существует, но меня, очевидно, сюда привела именно она. Хочу ли я быть неудачницей и в скрытом мире магии?! Может, мне лучше скрыться от досужих глаз и притвориться, как всегда, что ничего не случилось?!

“Нет!” – что-то ударило внутри, не позволяя даже с места сдвинуться в противоположном направлении.

Первые в колонне прибывающих остановились перед огромных размеров воротами с удивительно изящной ковкой наверху в виде плетущих стеблей. Они настежь распахнуты внутрь, будто ожидая новых гостей. Тем не менее последние не спешили так скоро входить. Вскоре я поняла по какой причине.

В центре прохода располагался молодой брюнет лет двадцати пяти с короткой стрижкой. Он стоял в развалку и скучающе разглядывал пришедших. Его ноги скрещены и полностью расслаблены. На бедре висит одинокий клинок.

За его спиной ожидала другая девушка. Правда, она не столь безучастная, в отличие от парня. Её лицо наделено такой же мягкостью, что и его. Оно круглое и источает радость, гордость и восхищение. Девушка тоже брюнетка. Её прямые волосы уложены в аккуратный хвостик на плече, закрывая ключицу.

– Добро пожаловать в академию пик! – прервал своё молчание неизвестный парень неожиданно грубым и властным голосом.

По спине тут же пробежал холодок.

– Я старший войт – Володар. Приветствую всех от лица пикового клана! Многие из вас прекрасно осведомлены, что их сюда привело. Тем, кто не в курсе, скоро всё расскажут после посвящения. Необходимо знать только одно: лишь некоторые из вас достигнут высоких рангов! – в толпе одобрительно зашептались и закивали. – Но это не важно! Все из вас должны помнить одну заповедь! Пики не плачут, пики не сдаются, в ином случае вас с позором вышвырнут из академии!

Скопище молодых людей взорвалось победным кличем, словно их ждёт не “посвящение”, а выпуск:

– ДА!!!

– Пики не сдаются!

Старший войт поднял ладонь, и все притихли.

– Обряд посвящения пройдёт сейчас же! И не минутой позже. Сосредоточьтесь на зове! Что вы чувствуете, какая часть тела отзывается на него и где он! От этого зависит ваше будущее в академии и поступите ли вы в неё вообще! Потому что если вы прошли через магическую преграду, это ещё не значит, что вы достаточно сильны. Вы должны искать игральную карту! Она определит ваш окончательный ранг по выпуску из академии! Всё остальное вам объяснят, когда вы приступите к обучению.

Володар отошел в сторону от ворот.

– Можете искать по всей территории академии! Приёмный совет будет ожидать в холле главного входа!

Все собравшиеся застыли, не зная, можно ли уже отправляться на поиски.

 – Чего встали?! – с вызовом вылупил глаза войт. – За дело!

С этим добрым нашествием все поспешили в сторону здания.

А я отчего-то застыла на месте.

Староста сказал прислушаться к внутреннему чутью. Меня совсем не тянет вперёд…

Я повернулась в обратную сторону, прямо к лесу, откуда пришла.

– Вы посмотрите туда! – шепнула одна из девиц, что обсуждали меня прежде.

Девушки прыснули от смеха.

– Дурочка… – едко заметила одна из них.

– Эй! Сказали же искать карту в замке! – крикнула одна из них громче. Её замечание сочилось ядом.
 
______________
* Войт – староста.
______________
П.с. Дорогие читатели, представляю новую историю литмоба "Дурнушка"

Я даже не попыталась оглянуться на ядовитых змей, что так яро пытались меня задеть, и разглядеть их более подробно. Да и зачем?! Я и так знаю, что увижу в их глазах – презрение.

Однако, несмотря на все их смешки, я не собираюсь идти у них на поводу!

Всю жизнь мне твердили, что делать, куда идти, как себя вести. Здесь у меня есть шанс всё изменить, стать лучшей версией себя. Потому махнула на них рукой.

Дыхание сразу же успокоилось. Сердце замедлило свой темп. Все звуки отошли на задний план.

Внутри груди потеплело, и я неспешно побрела к опушке леса, откуда пришла. Здесь горло загорело изжогой. Не знаю к добру ли такие ощущения, правильные ли они. Тем не менее углубилась в туманный, сырой лес.

Несмотря на зыбкую прохладу, с каждым шагом становилось всё теплее и теплее.

Вокруг застыла неестественная тишина.

Листва не шелестела свою древнюю песнь, так же как и ветер. Кажется, последний где-то в дальних краях, будто совсем позабыл о здешних местах.

Я проходила дерево за деревом, обходила упавшие ветки, а затем замерла.

Мороз прошёл по коже, когда заметила напротив себя огромного белого волка. Хотя, я бы даже сказала, это животное больше, чем обычный волк. Его шерсть белоснежная, с дымчатыми кончиками, длиннее, чем у типичных представителей, и сливалась с пеленой колючего инея, что покрывал листья на земле.

Я не могла оторвать взгляда от его широкой морды и кристально чистых голубых глаз. Страх полностью меня обездвижил. Я даже не сразу поняла, что перестала дышать.

Волк облизнулся, представляя мне свои острые белоснежные клыки. Я испуганно выдохнула, и он закрыл пасть. Его глаза будто прояснились пониманием, а затем, на удивление, он сел на задние лапы.

Дыхание спёрло. Кулак сам собой прильнул к груди, успокаивая нутро. Мне казалось, этот зверюга распотрошит меня за считанные секунды и не поперхнётся! Уже представила резкую острую боль и кровь на лесной подстилке. А он сел, будто не собирается ничего со мной делать, словно… ему скучно.

Нас разделяет всего-навсего маленькая лесная полянка. И я не настолько глупа, чтобы полагать, что убегу от него далеко или успею позвать на помощь. Однако отчего-то сейчас страх пропал. Может, потому наконец заметила между нами пень, на котором лежит игральная карта лицевой стороной вниз.

У меня перехватило дыхание. Неужели у карт есть стражник?! Неужели это первое испытание?! Почему же старший войт не подготовил нас к этому?!

Дура!

Почему кто-то должен кого-то готовить?! Что кричали новоприбывшие?! Пики не сдаются и не плачут!

И не просят о помощи, как маленькие девчонки!

Не боятся больших волков, наблюдающих за ними.

Я снова медленно выдохнула, пытаясь не выказать страха в мелкой дрожи.

За всё это время я ни разу не оторвала глаз от волка, а он от меня. Зверь однозначно следил за каждой моей реакцией.

Раз нам не сообщили, что сегодня мы должны кого-то убить, не буду об этом думать. Волк выглядит очень устрашающе и опасно, способным на убийство. Тем не менее сейчас он безмятежен, словно море в штиль.

Я сглотнула и двинулась навстречу. Не к нему. К карте.

Сейчас мне нельзя останавливаться на полпути и убегать. А куда бы я убежала в ином случае?! В отцовскую лачугу?!
 
_________________
П.с. Дорогие друзья, хочу познакомить вас со СВОЕЙ историей с очень интересной темой БЕРЕМЕННОСТИ!
Берите попкорн и погружайтесь в очередную захватывающую историю!)
Я буду вам ооочень рада!)

Нет! Я не могу вернуться домой. Академия Пик – единственный шанс начать всё сначала. То, о чём я всегда мечтала. Здесь меня научат полезным вещам.

Правда, пока ещё не знаю каким именно… Но наверняка научат чему-то полезному. А меня ещё никогда ничему не учили.

Я сделала очередной нерешительный шаг к пеньку, и волк никак не отреагировал. А возможно, в этом и заключалась проверка: не забоится ли будущая пика, не скроется ли из виду?

Я наполнила лёгкие свежим воздухом, набираясь храбрости, и со всей решимостью схватила карту.

Кончики пальцев обожгло льдом, но всё же я не отпустила тонкий гладкий предмет. Напротив, мне поскорее хотелось узнать, что скрывается за тыльной частью, которая изображает нечто похожее на узорчатый персидский ковёр красного, белого и коричневых цветов.

Пиковая дама.

Пиковая дама.

Пиковая дама.

Стоп.

Что?!

Пиковая дама?!

Я её ни с чем не спутаю. Отец – заядлый игрок. Каждая карта въелась в сознание. Я не умею читать, но знаю буквы: Д, В, К, Т. Высшие карты в колоде обозначающие: даму, вольта, короля и туза.

На карте изображена особо утончённая барышня, женственности и стойкости которой позавидовала бы любая придворная дама. Женщина, в облике которой ясно видна мудрость прожитых лет. В глазах – сила и власть. Черты лица мягкие, нежные. Волосы чёрные как смоль. Губы красные, как ягода. Глаза сверкают, подведённые сурьмой.

Одежда из белых тканей с множеством красной и чёрной вышивки на груди и рукавах. Свободного кроя платье. В правой руке цветок сочного вишнёвого цвета, в левой – копьё с перевёрнутым чёрным сердцем – пикой.

– Что это?! – изумлённо спросила я ни у кого-то определённого.

Сноп пара поднялся к небу и рассеялся в воздухе.

– Не может быть… – мой голос задрожал от изумления и шока.

Я побоялась дышать. Всё происходящее показалось мне безумной шуткой, глупым розыгрышем. Я даже чуть истерично не фыркнула. Я и дама, что бы это ни значило? Ведь в колоде есть и другие карты, гораздо меньше… Я надеялась на пятёрку, на что-то среднее, чтобы не быть самой низшей. И вместе с этим знала, что надежды надеждами, а правда одна.

Девка без рода и клана не может быть выше тройки, но дама… К моему счастью, выяснилось, всё не так просто, как кажется.

Я осмотрелась по сторонам, словно сейчас на самом деле кто-то выскочит и заверещит, что всё это не по-настоящему. Однако вокруг никого нет, кроме волка, который наклонил голову вбок, больше не как хищник, наблюдающий за своей жертвой, а скорее выражая любопытство. Отчего-то в глазах цвета неба и льда отражалось удивление и даже смятение. Не злое и саркастичное, как у людей, которые так любят меня уколоть, а что-то светлое.

Если бы волк понимал меня, я бы призналась, что он самый лучший слушатель, который у меня был: терпеливый и добрый. И кто бы мог подумать, что настоящий дикий хищник может стать более милосердным, чем человек?

В душе, словно цветок, расцвёл восторг – такой мягкий, бархатный и чувственный. Его лепестки трепыхались от предвкушения. Чувство ликования и гордости полностью объяли всё внутри. Восторг лёгкий и окрыляющий, заставляющий улыбаться во все зубы. Со мной такое впервые. До этого я не понимала, как эти эмоции должны ощущаться, а сейчас… А сейчас от радости будто воспарила к небесам, как птица – свободная и невесомая.

Если бы не загадочный волк рядом, я бы уже давным-давно запрыгала от счастья, затанцевала сама с собой и оседлала воздух. Торжественно кричала и визжала! Те несносные девочки смеялись надо мной, когда я побрела вместо замка в лес, побыстрее бы увидеть, как вытянутся их рожи, когда они увидят карту, которую я принесу!

Я поглядела на благородного зверя рядом. Из его носа постоянно валил пар и возносился вверх. Он дышал быстро и тяжело. От внимательного взора становилось не по себе, из-за чего быстро опомнилась: мне требуется возвращаться к академии.

Теперь ясно, что волк здесь не чтобы убить меня или защитить карту. Тем не менее, не стала более обременять его своим присутствием, потому медленно отступила задом назад и постепенно скрылась за деревьями.
__________________
П.с. Дорогие читатели, представляю третью новиночку литмоба "дурнушка":

 

Безмолвное величие академии вновь захватило всё моё внимание. Главный вход располагался в двухстах метрах напротив ворот. Сам замок не был типичным строением. Он, словно, имел форму сжатого кулака и отходил в правую сторону, где находились скалы и невесомость. 

По бокам от высоченных дверей располагались толстые колонны с двумя горгульями, “охраняющими” академию. Вдали от них по одной невысокой башне. На плоской крыше дежурили часовые в чёрной броне, за спиной которых прикреплено по копью.

Все пришедшие к академии, как я, уже были внутри. Новоприбывшие отступили приёмную комиссию и стояли у мрачных стен. Три мужчины и одна женщина скучающе наблюдали за всеми. Кажется, их уже ничем не удивить. Особенно двух представителей в возрасте, занимающих правую сторону вытянутого стола. Уж за их длинную жизнь они успели многое повидать.

На гладкой дубовой поверхности располагалось несколько колод карт. У каждого – по свитку пергамента. У трёх они уже свёрнуты. Только у женщины развёрнут.

Её глаза блеснули жалостью, когда я появилась в пороге. На вид ей точно четвёртый десяток. Все черты лица идеально высекали из неё благородного педагога. Линии ровные и идеальные.

Если большинство людей имеют ямочку на подбородке, вздёрнутый нос, едва уловимый взор из-за нависшего века или холмистый лоб, у неё нет. Фарфоровая кожа без единого изъяна. Тело прикрыто тёмно-синим бархатным платьем с кружевным слоем у шеи и запястьях. Гладкие иссиня-чёрные волосы ниспадали на плечи.

Её спутники одеты также изысканно. Слева мужчина в чёрном пиджаке и рубашке, справа старики в белой рубашке с крошечными рюшами: один в красном приглушённом от старости жилете, второй в кафтане с золотыми лацканами.

– Скажи свою цифру, девочка, – тихо и мягко попросила женщина, взяв в руки коричневое перо, длина которого доходила аж до её подбородка.

Все глаза присутствующих обратились ко мне. Меня пробил озноб, а я сама перестала дышать.

– Вы посмотрите, какая несчастная… – зашептала девушка, которую я уже слышала на улице.

Неожиданно внутри запылал огонь ненависти. Такой горячий, испепеляющий и неизвестный мне ранее. Мне захотелось накинуться на девчонку и выцарапать ей всё лицо. Только так люди поймут, как на самом деле выглядит её внутренняя личина.

Не знаю, что на меня нашло. Обычно я игнорирую все нападки на меня, даже не пытаюсь защищаться, отчего и желания не возникает, но здесь… Здесь я почему-то другая. Думаю иначе, поступаю иначе, желаю иначе.

Я не спеша протянула руку к четырём незнакомцам.

С одной стороны толпы изображение карты засвет

Изображение карты засветило с лицевой стороны, и новобранцы по левую руку зашептались:

– Что?!

– Не может быть!

– Где это видано, чтобы дочь пьяницы…

– Дама?! Она пиковая дама?! 

– А НУ ВСЕ ЗАМОЛКЛИ МИГОМ! – прорычал старик посередине.

Его холодная ярость тут же окружила всех тяжёлой пеленой, от которой даже вдохнуть трудно.

Это ж надо было им разозлить этого дядечку перед тем, как я дам ему карту…

Аж мурашки по всему телу стали дыбом из-за ужаса, как шерсть у кота.
________________
П.с. Дорогие читатели, представляю новую историю литмоба "Дурнушка"
 

– Наверняка из дому принесла, – махнул рукой мужчина слева. Его шелковистые чёрные волосы, вбирающие свет, чуть дёрнулись и нависли на таких же тёмных глазах. Он сразу поправил пряди обеими руками и отвёл в сторону. Они прикрыли полукольцами его уши.

– Таких мы сразу распознаём.

– Ни слова больше, Ратмир. А то пожалеешь, когда останешься в глупцах. Впрочем, как и всегда… – рассуждал старик, что в мундире. Его тяжёлый взор пригвоздил коллегу у другого конца стола. Тот раздул ноздри от негодования, но всё же ничего не ответил.

– Не бойся, девочка, – снова послышался успокаивающий, словно шёлк, голос. – Ты можешь отдать нам карту.

Женщина переглянулась со всеми своими товарищами и взяла протянутую карту. Её глаза широко распахнулись, словно и она ощутила то обжигающее пальцы ощущение.

– Новая пиковая дама… – полушепотом заключила она, будто глазам собственным не верила.

– Не может быть! За этот призыв мы должны были компенсировать только одну! Одна из них точно самозванка! – вспылил мужчина моложе неё и выхватил карту из её пальцев.

– То, что ранее не было в запасах пиковых дам, не значит, что их не существует в природе… – заключил седовласый старик в мундире.

На его лице слишком много растительности, чтобы распознать хоть какие-либо эмоции. В какой-то момент он мне напомнил белого волка. Такой же умиротворённый взор.

– Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Где ты нашла карту? – поинтересовался он.

Все взоры вновь вперились в меня.

Я сглотнула, увлажняя пересохшее горло.

Женщина подбадривающе улыбнулась. Не лучезарно, нет. Уголки её губ едва уловимо изогнулись. Я прекрасно понимала: эта улыбка направлена лишь мне. Это чуть замедлило темп моего сердцебиения и потушило тревогу, как задувают пламя свечи.

– В лесу.

Я умолчала о волке. О нём-то меня не спрашивали.

Представители приёмной комиссии опасливо переглянулись.

– Не заметила чего-то странного?

Я саркастично хмыкнула.

– Не знаю даже… До этого я и не представляла, что магия существует… Для меня сейчас всё странно.

Женщина со стариками закивали, самый молодой мужчина по правое плечо от неё сузил глаза в шёлочки. Для него я была всего лишь нежеланной загадкой, которую он жаждал разгадать.

– Скажи своё имя, девочка, – попросила женщина. Её голос словно бальзам на душу.

– Кристинка Чудская.

Несколько человек в толпе чуть не взорвались приступом хохота. Однако они сумели сдержаться. Кое-кто откашлялся, кто-то просто утолил в себе это желание, перешёптываясь.

Я не осуждала их в этой нужде. Я сама удивлена происходящим. А как они могут не изумляться? Девушке с простолюдинской фамилией досталась одна из высших карт. Как так получилось?! Даже я не могу ответить на этот вопрос.

Я знаю род своего отца, который никогда не славился поместным владениями или кузнецкой славой, не говоря уже о других дворянских корнях… А что касается матери…

Мне никогда не набраться смелости, чтобы полюбопытствовать об этом у отца. Могу ли я сделать вывод, что моя мать была дворянкой, на время сбежавшей из своего поместья и родившей меня в тайне ото всех?

Я глубоко вздохнула, глядя, как самый молодой мужчина из приёмного совета записал моё имя в свой свиток. Женщина жалостливо поглядела на меня, отчего внутри закралось дурное предчувствие.

– Старший войт*! – подозвал молодой мужчина.

Юноша вышел из толпы:

– Новобранцы, которые нашли не пиковую карту, отправляйтесь за очаровательной Велдзой! Она вас отведёт в конюшни, – Он мягко указал своей рукой в сторону, где уже с грацией кошки приближалась девушка, что наблюдала за ним во дворе.

Парень едва переглянулся с ней. Она хитро усмехнулась ему, стуча каблуками сапог, что отдавались в помещении холла эхом.

– Остальные за мной! – махнул Володар рукой, подзывая пик за собой.

________________
*Войт – староста.
________________
П.с. Дорогие читатели, представляю новинку литмоба "Дурнушка":

 

Старший войт терпеливо ожидал, когда все его подопечные протолкнутся сквозь дверной проём к огромному помещению с высоким потолком. Он привычно прислонился плечом к левой стене и скучающе рассматривал свои ногти.

Я не особо спешила появиться там среди первых, потому что знала, что парень не дурак и не станет говорить о главном, пока не удостоверится, что его все прекрасно слышат.

Вскоре все мы стояли у стены и глядели на четыре ряда с семью койками в каждом. Потолок здесь с закруглённым сводом. По бокам по три здоровенных арочных окна, высотой больше, чем потолки в холле, где советники принимали из наших рук карты. Ещё один выход с противоположной от нас стены.

На улице пасмурно, а в помещении не одного дополнительного источника света, поэтому было ощущение, что сейчас глубокий вечер.

Володар звонко прочистил горло:

– Здесь вы будете жить следующий учебный год.

– Что, все?! – шокировано переспросил один из парней.

Пики округлили глаза и заохали.

Половина товарищей запротестовали, как я поняла, та часть новобранцев, которая была не в курсе деталей жизни первых лет в академии.

Я вся сжалась.

Это всё не к добру. Хотя жить в одном помещении с таким большим количеством парней для меня тоже большая неожиданность.

– Да! А что, есть какие-то проблемы?! – непринуждённо спросил старший.

– Проблемы?! – взвизгнула брюнетка. Весь её вид источал дикое негодование. Она пыхтела как разъярённый бык, даже вся раскраснелась. – Может, вы не заметили, но и девушки среди прибывших тоже есть! Как…

Войт не дал ей договорить:

– У солдат нет пола! Запомните! Также хорошенько усвойте, что и особого отношения здесь тоже нет, даже если вы дама! – неодобрительно зыркнул Войт в сторону моей вечно недовольной “ровни”. Затем его строгий взгляд проехался и по остальным.

Мы поёжились под его пристальным вниманием.

Если на первый взгляд он показался довольно добрым, понимающим и, возможно, робким, то сейчас всем стало ясно, почему именно его выбрали в качестве старшего войта. Строгости ему не занимать.

– Если кому-то что-то не нравится, можете выметаться туда, откуда вы все повылазили, – небрежно махнул рукой парень в сторону выхода. – Вас никто не задерживает, а свои сопли можете наматывать дома.

В его глазах продолжало гореть пламя холодной ярости:

– Ложитесь как хотите. Вещи храните под кроватью. Заниматься после ваших уроков будете в библиотеке, я сейчас вас туда отведу. Вас поделят на три группы: 

1. Примитивную, для тех, кто не в зуб ногой о нашем мире. В ней группа будет смешанная.

2. Простейшую, для тех, кто по окончании академии может достичь лишь шестого ранга.

3. И прогрессивную, для тех, кто изначально живёт со знаниями и навыками о магическом мире и в дальнейшем достигнет большего ранга, нежели седьмой.

– Простейший чем-то схож с прогрессивным, их различает лишь ранг.

Народ понимающе закивал старшему войту.

– Отхожее место в конце коридора, с обеих сторон входа и выхода. Купальня чуть дальше, по левой и правой стороне. Не беспокойтесь, они уж разделяются на женскую и мужскую.

Девочки по бокам от меня облегчённо завздыхали.

– А жаль… Мы бы не прочь разделить купальню с женской половиной пик. – шутливо встрял худощавый парень. На миг он мне чем-то напомнил того конопатого парня, что толкнул меня в грязь, когда мне было тринадцать.

Неприятные воспоминания заставили меня поморщиться и отвести взгляд.

– Ты то?! – вышла вперёд рыжая девушка, приближённая к моей ровне. – Постеснялся бы своей горе-редиски!

Парень негодующе засопел.

– Кто бы говорил! Помалкивала бы в тряпочку перед десяткой. Твоё дело – слушать и повиноваться!

– Кхм-кхм… – прочистил горло Войт.

Кажется, все учащиеся забыли о его существовании.

Благословенный князь… Как стыдно. Ей Богу, как дети малые…

– Я не ослышался?! У нас здесь кто-то из новоприбывших в первый день обучения уже сразу стал десяткой?! – вкрадчивым тоном полюбопытствовал он.

Его взгляд метал такие молнии, что я тут же поклялась себе ни в коем случае никогда не злить Володара. Последний сдвинулся с места. Он элегантной и бесшумной походкой миновал пространство между ним и “десяткой” и остановился в неприличной близости от него.

– Неделю у меня будешь отхожее место драить.

– Что?! – ошалевши заорал паренёк с острым, угловатым лицом.

– Что слышал. Послужишь своим товарищам примером. Если узнаю, что кто-то будет вешать на себя ярлык не достигнутого ранга, получат такую весёленькую жизнь в академии, что будут молиться, чтобы вернуться домой под юбку к мамочке. – взгляд чёрных глаз с объёмным веером ресниц проехался по нам как стадо ослов. – Вы сейчас никто! И звать вас никак! Запомните это хорошенько. Когда достигнете почёта и уважения, тогда и ведите себя как свиньи! И то, и тогда их потеряете в мгновение ока!

В помещении воцарилась гробовая тишина.

– Идите за мной, я покажу вам академию. Вы получите одежду, список предметов, кабинетов, и с завтрашнего дня приступите к обучению.

– Также низшая пиковая дама академии должна открывать первые внутриакадемические сражения.

– Что значит “открывать”?!

– Прочитать речь.

– Зачем это?

– Дама ведёт женский отряд. Она должна научиться выступать для большого количества людей и не трястись при этом. На вторых внутриакадемических состязаниях выступает валет. Поскольку у нас в этот раз две дамы, вам придётся выбирать, кто будет первой. А потом, после валета, выступит вторая дама. Вам лишь нужно решить, кто выступит первой.

По спине заструился пот. Сердце застучало как сумасшедшее. Я умею шить, вышивать, вязать, варить всевозможные похлёбки и каши, доить скот, но писать и читать?! Что, что, а читать меня не учили.

Я глядела на Войта и боялась даже вздохнуть.

– Ясно и так, кто тот самый, кто выступит первым!

– Я! – нагло, но очень вовремя для меня, встряла вторая дама. 

Я облегчённо выдохнула.

Словно гора с плеч свалилась.

Уже давно я не испытывала такой радости! И кто же мне предоставил такой подарок?! Габриэлла! Кто бы мог подумать?!

Я осеклась и попыталась всем своим видом показать, что меня разочаровал и раздосадовал очередной исход нашего с ней нескончаемого соперничества.

_______________
П.с. Дорогие читатели, представляю новиночку литмоба "Дурнушка":

Я не желала терять время зря. Потому, после того как старший войт выполнил свои обязанности и оставил нас до завтрашнего дня, я поспешила в библиотеку.

Впервые в жизни мне пришлось набраться храбрости, чтобы украсть что-то. Хотя формально взяла книгу взаймы. Я собираюсь эту вещицу вернуть обратно. Однако преимущество в этом тоже имеется. Это дело первостепенной важности. Если кто-то из учеников узнает, что их сверстник в возрасте двадцати лет не умеет читать, поднимется такая волна осуждения и насмешек, что мне и не снилось…

Это я ещё не говорю о второй даме, которая обязательно постарается испортить мне жизнь! Она обязательно передумает выступать первой и передаст эту честь своей любимой конкурентке! Мне. Чтобы я опозорилась и доказала всей академии, что хуже неё.

Я спрятала книгу у себя под плащом и отправилась в лес.

Прошло уже полдня, на улице поднялся лёгкий ветерок, которого ещё утром не было и следа. Отчего сырость ощущалась сильнее. Ходьба уняла дрожь в теле, и я даже позабыла на время о холоде.

Стены академии давили на меня. Неусыпное внимание совета и товарищей по учёбе невыносимы. Хотелось превратиться в невидимку. Пусть даже на время. И лес, что находился поблизости, прекрасно поможет мне в этом.

Здесь меня точно никто не увидит и не услышит. Лесной простор, свежий воздух, деревья вместо людей, и лишь ветер – свидетель моего позора.

В детстве мне кое-чему учили прежние соседи до того, как переехать. Меня успели научить алфавиту. А большему у меня не представилось шанса научиться.

Я присела на мягкий мох под одной из многих осин, достала из-за пазухи книгу и попыталась прочесть хотя бы название. Слова, пусть и написаны на родном языке, казались мне чуждыми, словно начертанными на чужом иноземном.

– Б-о-е-в-в-о-й… – пока произносила слово, совершенно перестала дышать, из-за чего на последней букве вдохнула свежий воздух, словно всё это время тонула, задерживая дыхание.

Это оказалось труднее, чем мне казалось. Женщину, что учила меня алфавиту, звали Ирма. Она говорила мне прежде, чем уехать, что мне нужно чаще тренироваться в чтении, но я ослушалась.

Не то чтобы специально. То у меня не было книг для этого, то вскоре и времени не осталось, когда в раннем возрасте устроилась в дом Бобриковых.

– Бо-е-вой… П-и-к. Боевой пик.

Названия ни на миг не удивило, поскольку именно изображение перевёрнутого сердца привлекло моё внимание.

Я провела пальцами по выпуклому изображению и буквам и открыла книгу.

Усталый вздох покинул уста. Все буквы слились в один единый слой. В горле образовался комок.

Вверху правой страницы большие чёрные буквы повторяли название книги: “Боевой пик”.

– Г-г-л-а-в-а. Один. Гла-ва. Глава! Глава один!

Я запыхтела от нехватки воздуха.

Научиться читать – полбеды, а вот научиться дышать во время чтения…

В стороне хрустнула ветка, и я зашуганно взметнула голову.

Я так сильно пыталась избежать внимания учеников академии, что даже не удосужилась потрудиться, оглядеться по сторонам.

Огромная волчья морда мелькнула среди деревьев. Я застыла, глядя на знакомого зверя. Среди тёмных стволов, веток, мха и листьев его белоснежная шерсть казалась слишком чистой.

Наши глаза встретились.

Неужели я пришла на то же место?!

Вроде бы нет…

Я вытерла лишнюю влагу из глаз, от которой всё помутнело, и шмыгнула носом.

С другой стороны что-то зашелестело, и я резко обернулась.

– Чего ревём?! – полюбопытствовал старший войт, осторожно подкрадываясь.

А его каким ветром сюда занесло?!
_________
П.с. Дорогие читатели, представляю новиночку литмоба "Дурнушка":
 

Я оглянулась в сторону волка, а его уже и след простыл. Или его вовсе не было?

– Простите?! – я хмыкнула. – Знаю, что вы думаете… Я недостойная пика, раз плачу. Но это не так! От ветра у меня заслезились глаза.

Понимаю, дерьмовая отмазка… Но какая пришла на ум так быстро, чтобы не казаться Володару плаксой. На него мне хотелось произвести хорошее впечатление… Как-никак, старший войт!

– Понимаю. Всё не так просто. Мир магии. Академия. Всякое бывает… – Володар тяжело вздохнул и разместился за соседним деревом в нескольких шагах от меня.

Я вся сжалась от его присутствия. Знаю, он неплохой человек, а ещё, как оказалось, понимающий. Однако меня всегда настораживали такие люди: добрые без причины.

– Я так понимаю, наш библиотекарь не в курсе, что один из фолиантов пропал, – кивнул он мне на руки.

Я замерла.

– Не беспокойся. Я сохраню твой секрет.

Мои плечи расслабились.

– Не любишь общество?! Чем тебе библиотека не угодила? Там тихо, и никто бы не помешал.

Я нахмурилась, возвращая своё внимание книге.

– А что насчёт вас, старший войт, вам заняться нечем, и, увидев меня, вы решили поболтать?

– Предполагаю, ты не умеешь читать.

– ЧТО?! – мой голос стал на редкость высоким.

– Ну… Если я не прав, то зачитай мне первую страницу. Тому, кто умеет, выполнение этой просьбы не составит никакого труда.

Я во всей отчаянием посмотрела на Володара.

– Это так очевидно? – спросила так тихо, будто боялась, что лес расслышит и донесёт кому-то о моём секрете.

Парень с жалостью поглядел на меня, и я стиснула челюсти. Меня всегда бесил снисходительный тон в мою сторону. А взгляд ещё хуже. Когда человек недоговаривает, всё видно на его лице, особенно в глазах.

– Ты побелела как полотно, когда услышала о речи дам и валетов на состязаниях… Тебе повезло, что я один это заметил.

Всё тело окаменело. Мне было трудно сформулировать что-то вразумительное. Значит, он следил за мной, а не случайно набрёл?! Зачем?! Что им управляет?

– Дай угадаю: у тебя нет друзей?!

Что за странный вопрос?! Ему то какое дело?

– Я буду благодарна, если вы никому об этом не расскажете.

– О чём? О том, что у тебя нет друзей или не умеешь читать?! – весело полюбопытствовал войт.

Я хмуро поглядела на него, желая хорошенько отдубасить веником, да так, чтобы пятки сверкали по пути к академии.

– Да ладно тебе! Чего такая серьёзная?! Я же шучу! Не скажу я никому… Триста лет оно мне нужно… – махнул рукой старший войт.

– Спасибо.

– Ой, Кристина, хватит вести себя как брошенная дворняжка! 

Я ошалело округлила глаза.

– Чего таращишься?! Я серьёзно! Таких, как ты, необразованных, с неблагополучных семей, видимо-невидимо! На каждом курсе. Но это не значит, что нужно жалеть себя! Прекращай! Ты пиковая дама, как никак, нужно соответствовать! – сурово отчитал Володар.

Я задохнулась от возмущения.

– Ушам не верю! А кто говорил всем, что слышать не желает о ещё не достигнутых рангах?!

– Вы поглядите, у кого-то хорошая память! – саркастично заметил собеседник в ответ. – Знаешь, очень мало, кто не достигает своего ранга. У меня нет причин полагать, что у тебя это не получится. Судя по всему, один или оба из твоих родителей из знатной семьи. Высшие ранги всегда становятся такими. Цифровые, пожалуй, чаще недотягивают…

– Почему тогда вы сказали в академии, чтобы никто не говорил о рангах…

– Разве это неочевидно?! Чтобы носы свои не задирали. Особенно Габриэлла. Та ещё змея.

– Она вам это ещё припомнит… Вряд ли её долго будет волновать, что вы войт.

– И не таких обламывали. Когда дорастёт, тогда посмотрим. Пики по-особому обожают сражения. Тебе, кстати говоря, придётся два раза с ней биться.

– Я её не боюсь…

– А стоит, Криста. Стоит.

– Криста?! – охнула с изумлением, глядя на Володара, будто у него кроличьи уши выросли на глазах.

Так меня ещё не называли.

– Так короче. Твоё имя слишком длинное. Мне лень каждый раз произносить его полностью.

Я с трудом сдержала смех за кашлем.

Он внимательно поглядел на меня.

– Не сдерживайся, Криста. И можешь обращаться ко мне на ты. Так будет проще, когда я буду учить тебя читать.

– Вы будете что?!
 
______________
П.с. Дорогие читатели, представляю новиночку литмоба "Дурнушка":

– Вы будете что?!

Володар смерил меня взглядом.

– Будешь и дальше выкать?! Думаешь, я просто так заглянул на огонёк?! Хочу, чтобы ты утёрла нос этой задире! Терпеть не могу зазнавшихся болванов-аристократов, как Габриэлла.

– Такие, как она, хоть умеют кусаться?! – взметнула брови. – Думаю, они умеют только трещать без умолку и выпускать яд.

Я вспомнила всех тех, кто болтал без умолку обо мне одни гадости. А их за всю мою жизнь было – не счесть.

– Знаешь, что означает её имя? – непринуждённо спросил старший войт. Или же наставник?

– Не знаю, однако “Габриэлла” звучит чертовски привлекательно, и это бесит, учитывая, что и выглядит она также. А моё… “Кристина” – звучит, будто кому-то поплохело. Только, умоляю, ей не говори…

Уверена, он будет держать язык за зубами. Думаю, он не выносит эту девчонку даже больше, чем я.

Юноша лающе рассмеялся на мою шутку. Было приятно слышать эти звуки. Никогда раньше так не реагировал на мои слова. Никто прежде не вёл со мной непринуждённых бесед. Никто не глядел на меня с добротой и братской заботой.

И это удивляет. Мы знакомы всего ничего! Возможно, он относится так ко всем своим подопечным, отчего ощутила едва знакомый укол ревности внутри, от которого стало не по себе. Зачем мне ревновать его?! Разве это не его работа – заботиться о его курсе? О всех нас?

Разумеется, я его приревновала никак мужчину.

Милостивый Бог, нет!

Кажись, у него есть девушка, это трудно не заметить. Трудно не заметить их взгляды, страсть и искры между ними.

Зависть, ядовитой маленькой змейкой, прокатилась по груди едва заметной волной и исчезла. Мурашки окатили мою спину. Сколько странных и новых эмоций я испытала за одну единственную беседу с ним. Это так удивительно и одновременно ужасающе.

Этот человек, несомненно, особенный. Тяжело ничего не чувствовать к тому, кто так по-доброму отнёсся к тебе.

Внезапно весёлый смех Володара прекратился, и сам он посерьёзнел:

– Её имя означает “божья тварь”.

– Разве “тварь” в этом случае не означает “создание”.

– Как мы можем быть уверенными, какое значение сами родители в него вкладывали?! Её род… Ты о нём скоро узнаешь. Они даже среди нас, пик, имеют определённую славу. Поэтому попытайся быть осмотрительнее и не недооценивай её.

– Я не сказала, что она слабее или глупее по сравнению со мной, просто не боюсь.

– А я имею в виду: стоит бояться, Криста. Знаешь почему?! Потому что это пустота. Ты не хочешь быть лучшей, ничего не боишься, ни к чему не стремишься, а воин, которому не за что бороться, проигрывает первым. Да, он искусен в боевых искусствах, если научится, но всегда нужна цель.

Мне подумалось, что в его глазах блеснуло беспокойство и отчаяние.

– А кто сказал, что я ни к чему не стремлюсь?!

Да что он может знать о дне и неудачах? Разумеется, я ничего не боюсь, после того, где мне пришлось побывать, что пережить от рук собственного отца, благодаря своим корням.

– И к чему же стремится Кристина Чудская?!

– Признанию.
 
___________
П.с. Дорогие читатели, представляю новиночку литмоба "Дурнушка":
 

Я на ходу сняла уличный плащ и аккуратно повесила его на изножье кровати. На удивление, общая спальня пустует. Лишь несколько новобранцев.

– Здесь дефицит с крючками для одежды, – привлёк моё внимание мужской голос. – Впрочем, как и со шкафами, полками… Ну и с хорошими манерами тоже…

Я выровнялась в спине и поглядела на парня напротив снизу вверх. Отчего стало неловко.

Рослый, с пронзительными зелёными глазами, угловатые черты, веснушчатое лицо кажется грязным, рыжая копна волос всклокочена. Поза достаточно уверенная и непринуждённая, в отличие от моей – опасливой и напряжённой. Одежда такая же, как и у меня: кожаные сапоги, обтягивающие чёрные брюки, белая рубашка с жабо наполовину закрыта жилетом. Только на мне ещё жакет с высоким угловатым воротом, стоящим торчком. Вся форма выполнена с минимальным изяществом, без лишних украшений.

– Я твой сосед по койке – Антип.

– Я Кристина.

– Знаю! Ты уже знаменитость…

Я заморгала.

– Ты знаешь почему, слышала, как все шептались. Я просто не привык говорить за спиной.

Я растерянно кивнула, не понимая, что ответить.

– Мне жутко интересно, из какого ты рода, что даже смешение крови тебе не помешало найти пиковую даму.

Я покачала головой. Не знаю, стоит ли мне самой искать ответ на этот вопрос, раз мать по собственному желанию бросила меня. Уверена, это ничем хорошим не обернётся.

– Что это даст?!

– Что? – округлил глаза Антип.

– Что даст знание о роде моей матери?

– Значит, ты знаешь, от кого из родителей тебе достались силы… Хотя… – он плюхнулся на соседнюю койку. – Теперь понятно, почему ты дама. Обычно гуляют налево мужики. От них бастарду достаётся мало навыков. А вот от пуповины матери к ребёнку гораздо больше.

Парень сощурился:

– Но ты права. Знание рода тебе ничего не даст. Никому не нужен лишний наследник. А мне просто любопытно… А тебе почему… – Антип осёкся и неожиданно подскочил с места, глядя куда-то сквозь меня.

Я повернулась и столкнулась взглядом с каким-то мужчиной. Он резко отличался от студентов, которых я уже повстречала. Широкие плечи, могучее тело, которое прикрывает куда более богатое убранство пик, чем у нас с товарищем. Манжеты и лацканы обведены изящной блестящей вышивкой из серебряных и бронзовых нитей.

Он русоволосый, прядки, что загорели на солнечном свете в летнее время, до сих пор сохраняют свой оттенок.

– Командир! – внезапно посерьёзнел Антип.

Командир без стеснения проехался по мне взором: от кончиков рук и ног до макушки головы. Кажется, его глаза улавливали во мне каждую деталь: растрёпанные волосы, неопрятный вид, румянец, вспыхнувший под его пристальным взором. Рядом с ним мне стало неловко, что я столь легкомысленна к своему внешнему виду. Ведь он мужчина, а одет с иголочки, причёска уложена волосок к волоску, тело хорошо сложено. Выглядит как идеал мужчины.

Его губы изогнулись в кривой усмешке, полностью удовлетворённый произведённым впечатлением. Он по-хозяйски засунул руки в карманы.

– Ты Кристина? - Пусть его губы сложены в полуулыбку, в голосе ни капли мягкости.

Я молча кивнула.

– Забавно.

– Что?! - раздражённо скрестила руки на груди, словно отгораживаясь от себялюбивого незнакомца.

– По рангу я король. В нашей академии уже у всех мужчин есть их дамы. А в этом году поступило аж две… – мужчина сочно рассмеялся, проходясь пальцами по русым волосам. – Мне это льстит.
___________
П.с. Дорогие читатели, представляю новиночку литмоба "Дурнушка":

Я нахмурилась. Только сейчас стало заметно, как в помещении стало тихо. Новобранцы притихли при появлении командира, но я не собираюсь ходить на цырлах перед таким расхохлившимся петухом! Больше никому не позволю смотреть на меня свысока, не позволю определять судьбу за себя, не позволю валять себя в грязи! Слишком долго меня унижали. Да и я сама себя недооценивала. Больше я этого не допущу.

Я догадываюсь, на что он намекает, но всё же повернулась к парню, который явно знал больше меня. Тот сразу же понял мою безмолвную просьбу.

– Каждый валет и король академии в будущем связывают свои судьбы только с равной себе – то есть с дамой. Обычно, мужчины старше, соответственно, поступают на обучение раньше, – прошептал Антип.

– Значит, ты ждал даму?! – сузила глаза.

Командир расплылся в улыбке довольного кота, который объелся украденной сметаны, пока хозяева ловили ворон.

– Так и есть.

– Не знаю, с чего ты вдруг решил, что две пришедшие дамы именно для тебя…

Или он желает, чтобы я стала запасной?!

Сзади послышались изумлённые вздохи.

Веселье на лице “короля” тут же скисло.

Я попыталась объяснить:

– Я, пожалуй, тоже подожду своего принца на чёрном коне… А Габриэлла как раз тебе очень даже подойдёт.

Глаза командира превратились в две бездны. Он направился в нашу с Антипом сторону. Его движения, пусть и оставались изящными, теперь наполнились твёрдостью и напряжённостью.

Я неуклонно держала голову высокоподнятой и не отпрянула от его напора. Да, мне стало страшно, но старший войт мне сказал, что академия – это не моё село, где мне нужно было пресмыкаться ради денег. Чтобы быть достойной пикой, я должна стать смелой, честной и стойкой.

Антип по левое плечо отшатнулся на два шага. Не знаю, напугал ли его командир, или это был жест вежливости. Как-никак, мужчина желал побеседовать со мной, а не с ним.

“Король” приблизился ко мне впритык и неожиданно сомкнул свои длинные пальцы на моём подбородке. Я хотела отдёрнуть его, но он слишком жёстко его сжал.

Я с ужасом застыла, затаив дыхание. По сравнению с ним, я казалась дюймовочкой. Он чуть ниже Антипа, однако шире и мощнее.

Мои руки беспомощно повисли плетьми. Мужчина наклонился к моему уху и прошептал низким, пугающе дразнящим тоном:

– Будь осторожна, девочка. Некоторые могут укусить в ответ на твой острый язычок.

И ушёл.

Я тупо глядела на его огромную спину, пока он совсем не исчез из виду за одной из дверных проёмов общей спальни.

– Ууф… Это было… На острие… – прошептал сосед по койкам. 

Я едва смогла выдохнуть, избавляясь от части напряжения в теле. Он прав, я чуть сквозь землю не провалилась. Парень резко развернул меня лицом к себе. Я запрокинула голову, чтобы видеть его лицо.

– Какого рожна ты вытворяешь?! Хочешь, чтобы он точно выбрал эту крысу Габриэллу?! – чуть ли не прошипел Антип.

Я оттолкнула парня, тот во все глаза таращился на меня.

– Какое мне дело до него, до Габриэллы и до твоего мнения?! Я поступила в академию ни чтобы шуры-муры крутить!

– Ууу… Истинные слова пики… Может, ты даже больше подходишь нам, чем всем казалось.
 

Меня что-то резко выдернуло из сна. Я попыталась очухаться, скинуть с себя тонкую вуаль слепоты и дремоты, понять, что происходит. Ученики вокруг отчего-то двигались слишком быстро.

– Этот зов намного жестче, чем тот, который ты слышала вчера, он другой природы, но ты привыкнешь, – хрипло пробубнил Антип, словно прочитав моё недоумение на лице.

Я моргнула, очищая уголки глаз кончиками пальцев.

– О чём ты? – оглянулась на парня, который как солдат подпрыгнул с койки и натянул на правую ногу кожаные брюки.

– Об утреннем призыве, который разбудил тебя. Подъём. 

Значит, поэтому я проснулась и чувствовала себя так странно, словно меня тянет невидимая нить, требуя незамедлительных действий. Только каких не говорит.

– Быстрее одевайся. Вальты терпеть не могут, когда кто-то группу тормозит.

Я непонимающе оглянулась в поиске одежды и покраснела, когда увидела соседа по койке.

Если новый знакомец спал почти обнажённым, и лишь белые портки обтягивали его бёдра, то я спала не только в нижней одежде, но ещё в подштанниках и рубашке, ткань которой помялась во сне.

Одна из двустворчатых дверей, которая слева, резко распахнулась. В общую спальню без стука и лишнего стеснения ворвался войт. Несколько девушек вскрикнули, закрывая нижние одежды, я поморщилась от звонкого визга, а затем закатила глаза. Тут и так предостаточно парней, чем их смутил именно Володар?

Неужели в женихи его себе прочат? Милостивый царь, у него, очевидно, есть девушка, или увлечение в виде Велдзы… Никто из нас и рядом с ней не стоял, в самом деле! Надеяться даже не стоит…

– Поторапливайтесь, – без лишних обиняков начал он.

По его суровому виду понятно – настроение у него с самого утра так себе. Я даже усомнилась, точно ли он вчера говорил со мной по душам.

– Прогрессивная группа, подойдите. Ваши занятия самые короткие – вам повезло.

Кто-то, подпрыгивая на месте и подтягивая штаны, направился к нему, кто-то ещё с не зашнурованной обувью мучался, спотыкаясь.

Войт принялся раздавать товарищам свитки с пергаментом, в котором, как я поняла, указан список предметов и другие инструкции. А я и другие новобранцы продолжили приводить себя в порядок. Хотя мне это не особенно помогло…

– Я остаюсь вашим старшим войтом, но во время занятий вас будет курировать ещё другой войт – Борис Кранковский.

Сзади все зашептались:

– Что?!

– Разве Володар последние три года не вёл прогрессивную группу?! Почему в этом решил не вести?

– Не наводите шороху. Я слышала, Кранковский даже лучше, он не прочь проучить низших. – хмыкнула моя ровня по будущему рангу.

Мда уж, им явно этот Борис Кранковский подходит… Боюсь, кто же нам достанется…

В проходе появляется обольстительный мужчина, похожий на “короля”. Но это не он. И слава Богу… Не хватало, чтобы он каждое утро заглядывал сюда. Я и так еле выдержала с ним первую встречу… Надеюсь, он больше не думает, что я ему предначертана в пары, запасной, второй женой, или что он там имел в виду…