Игра в Новый год

Я всегда любила и ждала Новый год и Рождество. Эти праздники казались не еще одними выходными в календаре, а самыми настоящими волшебными днями. В детстве родители делали мне кучу подарков, незаметно подкладывая их под пушистую и благоухающую хвоей ёлку. Дедушка надевал костюм Деда Мороза, а бабушка рассказывала сказки.

Когда их не стало, я по-прежнему не теряла былого оптимизма и всегда с теплотой вспоминала совместно прожитые годы. Родители, кажется, тоже не унывали, но праздники стали проходить иначе. Они словно превратились в обязательный ритуал, изменить который, никто был не в силах.

Папа ходил в лес и срубал елку. Я ее украшала праздничными игрушками и мишурой. А мама вкусно готовила, и в ночь перед праздниками практически не спала, стараясь сделать нас с папой счастливыми. 

В итоге ее кулинарные великолепия мы в ускоренном темпе ели четыре дня. Она еще любила прикрикнуть, чтобы быстрее доедали, а то всё испортится. Шутка ли? Оливье на завтрак и салат с крабовыми палочками на обед. Ужинать так вообще не хотелось, но приходилось.

В первые дни мы наслаждались, а в последние уже тихо ненавидели приготовленные изыски. Но и это не могло омрачить долгожданный праздник.

В знаменательный день мы всегда надевали самую новую и красивую одежду. Потом та без толку пылилась в шкафу, до тех пор, пока ее не отдавали знакомым, в качестве подарка. В такие моменты мама весело отмечала, что расту я очень быстро и на меня не напасешься платьев.

Папа покорно выполнял все мамины прихоти, чего и желал мне. В принципе, я тоже не отличалась от него и лишь однажды намекнула ей, что не нужно так много готовить. Но она и слышать ничего не хотела.

— А как иначе? Надо отметить, — прилетало мне в ответ. Мама просто не знала, или не хотела понимать, что бывает по-другому. Вот такой она была, совсем негибкой, закостенелой.

Бросив попытки переубедить ее, я просто плыла по течению, привыкая к необоснованным суевериям и необычным привычкам. 

Окончив университет, решила переехать в другой город. Первое время я даже скучала по маминым странностям. Звонила родителям каждый вечер и подробно рассказывая, чем занималась весь день. Любимый мамин вопрос: «Ты покушала?» всегда звучал сразу после приветствия. Затем она говорила долго не сидеть за компьютером, а потом, выслушав мои ответы и истории, отключалась. Сначала мне не хватало такого общения, но со временем я забылась, завертелась в вихре собственных проблем.

День за днем я усердно работала в крупной фирме рядовым бухгалтером, составляя отчеты в ИФНС. Я радовалась, что мне не приходилось работать с материалами и складом. Этим делом у нас занималась сотрудница постарше, Ольга Викторовна. 

Начальник, Олег Викторович, будто испытывая меня на прочность, заставляя выполнять поручения, вплоть до приготовления кофе, в ускоренном темпе. Он не любил задержек.

Я злилась, скрипела зубами, но все выполняла. Кроме работы, у меня ничего не было. Даже хобби забросила. По вечерам иногда включала какой-нибудь юмористический сериал, не сильно вникая в сюжет, смотрела, пока не надоест. Не о такой жизни я мечтала, но повернуть в нужное русло уже не могла. Успела привыкнуть. Любое изменение казалось невыносимо мучительным.

Часто засиживаясь допоздна, практически не общалась с коллегами на отвлеченные темы. Да и разговаривать мне с ними было не о чем. Интересы наши совершенно не совпадали. Но главный бухгалтер, как ни странно, всегда хвалил меня.

— Марь Сергевна, вы такая молодая, но довольно-таки опытная и сообразительная. Одним словом, молодец, — неустанно говорил он, отвратительно поглаживая круглый живот. — Всё-то у вас получается. Останетесь сегодня подольше?

Только после этого двусмысленного изречения, поняла, что дела плохи. И начальство явно непросто так просит задерживаться в офисе. Но я, как дурочка, в первую очередь думала о работе. Даже считала себя незаменимым сотрудником. А оно вот как получается. Обидно.

— Олег Викторович, я не по этим делам. Если есть срочное поручение, то так и говорите, — ответила ему, устало потянувшись в кресле.

Но он загадочно улыбнулся и провел пальцами по столу. Злость закипала во мне, мешая не только думать, но и дышать. И ведь подбирает такие моменты, когда вокруг никого из сотрудников нет.

В тот же вечер подала заявление на увольнение.

— Я не подпишу это, — сообщил он, вызвав меня к себе в кабинет. Заявление, белым флагом, трепыхалось в его руках.

А затем он просто скомкал документ и выкинул в корзину.

— Не собираюсь лишаться столь ценного сотрудника, — заявил начальник, поправляя на столе календарь за две тысячи пятнадцатый год. — Марь Сергевна, оставайтесь с нами, обещаю, что больше не буду нагружать вас лишними делами.

Без задней мысли я согласилась повременить с увольнением и полностью погрузилась в рабочий процесс, избегая личного общения с кем бы то ни было. Занятая подготовкой отчетности для Росстата и ИФНС, не заметила, как быстро пролетело время.

Кажется, даже начала забывать, когда в последний раз видела солнце. Вставала на работу, когда на небе все еще маячила луна, возвращалась, опять под ее приветливое сияние. Утопая в веренице чисел, я не выглядывала в окно, чтобы не потерять драгоценные минуты.

— Марь Сергевна! — Начальство нарисовалось нежданно. — Цифры не сходятся! Я сколько раз просил вас быть внимательней?!

На стол звонко плюхнулась увесистая кипа бумаг.

— Так вроде все нормально было. — Нервно схватив листы, уткнулась носом в документы, выискивая нужную мне информацию и чуть не поседела. Я точно помнила, что заполняла все правильно. Мотнув головой, начала бесконтрольно краснеть. Показалось еще чуть-чуть и пар из ушей повалит. 

Вот сотрудники обрадуются, узнав, что их зарплаты выросли почти вдвое. Правда, жаль, что только на бумаге. В черновике. В общем, этим листам место в урне.

— Ладно цифры, — продолжил начальник, почесав длинную и густую бороду.

«Странно, вроде еще вчера его подбородок был начисто выбрит», — подумала меж делом. Да и похудел он как-то очень быстро. Или я совсем уже оторвалась от реальности, что не замечаю происходящего вокруг?

— Вы меня слышите? — строгий голос, заставил отложить размышления о внешности начальника в дальний ящик.

— Д-да, — ответила, дернувшись и смотря на него с опаской.

— Почему вы сделали ошибку в названии нашей фирмы? — полетела еще одна претензия.

— В смысле? — Кажется, мои глаза стали больше от удивления и давления обстоятельств.

Я опять зарылась в бумаги. Название фирмы «Простик», всегда мне казалось чудаковатым и наивным. Впрочем, оно соответствовало выпускаемой продукции для детей дошкольного возраста. В основном это развивающие игрушки и средства для ухода за кожей ограниченным выпуском. Не знаю, как начальство все совмещало, не моего ума дело. Но ошибиться в названии я никак не могла, все же шесть лет проработала.

— Марь Сергевна! — И вновь голос мужчины прогремел как гром. — Фростик!

— Что?! — Сначала я не поняла, отчего он так злится, но потом меня осенило. — Простите, Олег Викторович, я все исправлю.

— Уж будь так любезна, — процедил он перед моим уходом.

«Переработала, — упала грустная и самая очевидная мысль. — Мозги сгорели. Как я стала такой рассеянной?»

Впервые за долгое время выглянув в окно, поняла, что на улице уже темно и падают огромные хлопья снега. Рабочий день подходил к концу. Собрав вещи, выключила компьютер, оставив отчет для Росстата до завтра. А сегодня хотела  отдохнуть и как следует выспаться. Иначе я еще и не такие ошибки наделаю. Тогда Олег Викторович окончательно во мне разочаруется, как в профессионале, и выгонит. Это не сильно пугало, но искать другую работу в преддверии Нового года тот еще квест. Проходить его я, конечно, не собиралась. Так что оставалось взять волю в кулак и доделать многострадальный отчет. 

Надев длинную зимнюю куртку, и белую вязаную шапку, в одиночестве спустилась на лифте, поправляясь, глядя в огромное зеркало в пол. Упрямый каштановый хвост никак не хотел аккуратно лежать, перекинутым через плечо. От соприкосновения с шерстью волоски намагнитились и растрепались во все стороны.

В офисе уже никого не осталось, все разошлись по домам, предвкушая наступающие праздники. Встретился мне только охранник у входа. По привычке я кивнула ему на прощание и толкнула стеклянную, покрытую наледью дверь.  

Выйдя в морозное царство, решила сегодня пройтись пешком. Тем более что жила я рядом, всего в трех остановках, если ехать на автобусе. Невольно заметила, что магазины вовсю начали подготовку к Новому году. В витринах мелькали разноцветные огни и красовались пушистые елки, радуя глаз покупателей. Самые креативные бутики, делали праздничные декорации из подручных средств, будь то сумки, обувь или игрушки.

В воздухе витал дух праздника. Запах хвои и мандаринов приятно будоражил сознание. Из года в год мне казалось, что на этот раз ну уж точно случится что-то волшебное и незабываемое. В глубине души хоть и сидел маленький скептик и бука, но и он умолкал в эти дни.

Мне хотелось непременно прикоснуться к чуду, как в детстве с бабушкой и дедушкой, а не по маминой традиции давиться салатами и чесаться в новой неудобной одежде. Но волшебство, похоже, решило обходить меня стороной даже после того, как я съехала от родителей и перестала соблюдать мамины суеверные правила.

— С наступающим! — прокричал практически в лицо симпатичный молодой человек в красном костюме Деда Мороза. Белая борода висела на шее, совсем не закрывая его лицо и дежурную улыбку.

— Спасибо, — ответила смутившись. Я не любила общаться с незнакомцами, будь то промоутеры или продавцы страховок. Даже зрительный контакт с ними, ставил меня в затруднительное положение.

В правой варежке он сжимал небольшую зеленую коробочку, обтянутую красной ленточкой. Она сразу привлекла мое внимание, но из-за неуютного чувства неловкости, я отдернула себя и потопталась на месте.

— Держите подарок, — просиял Дед Мороз, выдыхая облако пара и протягивая ту самую коробку.

— Благодарю. Очень приятно, — выпалила, и еще больше растерялась, не зная, как побыстрей отвязаться от него. Я не хотела участвовать в каком-нибудь глупом опросе или пробовать новый товар.

Пытаясь уйти общения с незнакомцем, ускорила шаг, хрустя свежевыпавшим снегом. И не успела перевести дух, как вновь услышала:

— С наступающим! — сказал также громко и близко. Дед Мороз тоже выглядел знакомым, точной копией того, что я повстречала буквально минуту назад. Их тут специально расставили, чтобы реклама уж точно никого не обошла стороной?

— С-спасибо, — протянула оглядевшись. Но возле того места никого не оказалось.

Походила эта ситуация на искрометный розыгрыш близнецов в каком-нибудь американском фильме про подростков. Только я уже слишком стара для таких шуток. И дико устала.

 В руках у него была все та же коробка, что и у предшественника.

— Держите подарок, — в похожем тоне произнес он и протянул варежку. Я хотела сказать, что у меня уже есть один, вот только коробка исчезла. Точно помнила, что положила ее в карман, а теперь не могла найти. Кроме того, подкладка абсолютно целая, не порванная, как показалось вначале. Неужели я ее выронила?

Опять оглянулась, проверяя пройденный путь на предмет пропажи. Обертка яркая и по идее должна быстро попасться на глаза, если угодила в снег. Ничего.

Или, может, я ее ногой случайно пнула? Я еще раз осмотрелась. Ничего.

Руки затряслись, но это не смутило молодого человека. Незнакомец вложил подарок мне в ладонь.

— Берегите его. Он вам еще пригодится, — сказал тот новую фразу. Чем очень озадачил. Зачем мне его барахло? Может, и этот стоит выкинуть, раз уж и первый потерялся?

Повертев коробку в руках, не стала засорять природу и со стоном положила подарок в карман. Если пропадет, то не расстроюсь.

Домой я пошла, совершенно не понимая, что происходит и почему со мной случаются странности. Самая логичная причина — усталость. Организм просто не справился с нагрузкой и начал выдавать подобное. Но с каждым пройденным шагом, моя теория таяла, как снежинки на разгоряченных щеках. Не о таком чуде я мечтала. Шизофрения и нервный срыв мне не нужны. Я хочу, чтобы моя крыша твердо стояла и никуда не съезжала как можно дольше.

Украдкой оглянувшись, увидела, что тот загадочный мужчина в костюме все еще стоит и смотрит на меня, словно хочет окликнуть, но не решается. Стало страшно. А вдруг маньяк? Ну а что? Был же один убийца в костюме клоуна, а теперь вот… Дед Мороз, борода из ваты. Или все же воображение? Или кукушка больше не хочет со мной дружить?

Чувство первобытного страха подстегнуло, похлеще плети.

Теряясь в догадках, я ускорила шаг, сильнее продавливая свежевыпавший снег. Тот скрипел под подошвами и медленно заметал мои следы. Давая призрачную надежду, что за мной никто не погонится.

Добралась до квартиры, словно в бреду. Всё казалось, что незнакомец в любую секунду может сорваться с места и бегом догнать меня, а потом повалить на землю. Представлять, что произошло бы дальше, не хотелось, но и того, что приходило в голову было достаточно. И откуда только в моем воображении столько грязи?

В подъезде, почувствовав себя в безопасности за надежной железной дверью, облегченно выдохнула. В тепле мозг вдруг начал сигнализировать о своей усталости. Ступеньки внезапно показались невыносимо высокими. И дойти до пятого этажа представлялось практически невыполнимым заданием.

«Мне на всё наспать», — пульсировал мозг, рассматривая любую горизонтальную поверхность в качестве отличной кровати. 

В прихожей меня встретила звенящая тишина и тихое тиканье часов. Вместо мамы, они молчаливо напоминали, что время уходит, а я все еще одинока. В последний год она проела мне весь мозг с внуками. Знаю эти беседы. Сначала она будет просить, а потом пару раз подержит на руках и уедет к себе. А мне придется его растить, воспитывать, любить. И все это умудряться проделывать без отца ребенка. Ведь где нормальному мужику взяться в столь короткий срок, с пометкой: «Срочно!»

Отмахнувшись от навязчивых мыслей, разулась, сняла верхнюю одежду и не включая свет, прошла в спальню. Уже там стянула с себя джинсы и свитер. Сладко зевнув, забралась под одеяло и мгновенно отключилась.

Снилось падение. Будто подо мной огромная черная дыра. Но она не расщепляет тело на атомы, а просто засасывает целиком. Затем наступила непроглядная тьма, в которой я барахталась, как космонавт на МКС.

Через мгновение оказалась возле огромной пушистой ёлки, украшенной мишурой и разноцветными стеклянными шариками. Изо рта вырвалось облачко пара.

— С наступающим! — Меня встретил тот же голос, что и на улице. Мой мозг не придумал ничего лучше кроме, как воспроизвести недавние события? Медленно повернувшись на звук, обомлела. Действительно, он даже улыбался так же.

— Убирайся из моего сна, — процедила злобно. Захотелось еще и пнуть ненастоящего Деда Мороза, но я сдержалась.

— Мари, ты спишь? — Лицо незнакомца обеспокоенно вытянулось. — Тебе так кажется?

То, что он назвал меня по имени, немного смутило.

— Я совершенно точно вернулась домой и отдыхаю, а вы мне опять мерещитесь, — фыркнула, хватая его за локоть.

Порывалась добавить еще пару ласковых, но замерла. Зеленые глаза мужчины показались мне знакомыми. Может, у какого-то актера такие же?

— Что-то вспомнила? — насторожился он, перехватывая меня за плечи. Но не успела я ответить, как вновь начала падать. Ничего не понимая, потерла лицо.

Перед глазами вдруг появилась картинка. На этот раз, разглядела высокое здание с широкими окнами. Вот только свет в них не горел. Смутно оно напоминало мое место работы, но едва уловимое чувство неправильности не позволило назвать его таковым.

Из темного, почти черного неба, падали крупные хлопья снега.

— Мари, почему ты убегаешь? — Ряженый Дед Мороз появился из ниоткуда. — Как у тебя получается так быстро перемещаться?

Вместо ответа я пожала плечами и сделала шаг в сторону. Картина мира смазалась, смешивая яркие краски. На пару мгновений показалось, что рядом пролетело северное сияние. В итоге я очутилась возле ледяной стены. Не видя конца и края холодной глыбы, дотронулась до гладкой поверхности. Под ней пульсировало нечто, излучая красный свет. Времени подумать над этим явлением у меня не нашлось. Я опять начала бесконтрольно падать в черную дыру.

Всё закончилось внезапно. Миг и передо мной заснеженная равнина с невысокими холмами. Вдалеке виднелись черные ёлки и горизонт серого неба. Среди белой пустыни, вдали, почти у самого леса, мигала разноцветными огоньками избушка, вроде как без курьих ножек.

«Мне туда», — щелкнуло в голове. Ежась от холода в одном нижнем белье, я пробиралась по снегу, топая босыми ступнями.

Наверное, одеяло упало на пол, поэтому мне так зябко. Или просто нога свесилась с кровати. И окно я, конечно же, забыла закрыть. Так вроде бы и не открывала его, когда пришла с работы. Может, на автомате сделала и теперь не помню? 

В голове вертелись вялые размышления, но ни одно из предположений не могло дать ответа на мои вопросы. Пришлось махнуть рукой на раздумья и прибавить шагу, иначе, как я проснусь.

Путь до хижины дался нелегко. Пару раз упала и отбила себе все, что только можно. Тело ныло от боли и усталости, но я упорно шла к цели, словно от этого зависела моя жизнь. Шаг за шагом, сквозь холод, боль и непреодолимое желание упасть и забыться сном. Во сне, ага. 

Вот не надо было столько работать. Теперь уставший мозг выдает такие кульбиты, что страшно становится.

 Уже на подходе, увидела в окнах силуэты людей. Они веселились, размахивали руками и танцевали. Радуясь, что добралась до заветной теплоты, открыла дверь.

Навстречу вышел высокий мужчина в капюшоне, он оттеснил меня на улицу, выставив широкую ладонь вперед. Ничего не понимая, я обратилась к нему:

— Пустите погреться.

Не издав ни звука, он сделал резкий шаг и поймал меня, обхватив рукой за талию.

— Вы сегодня так очаровательны, — хриплый голос, полный ехидства и власти.

Наклонившись еще ближе, мужчина коснулся моих губ ледяным поцелуем. В этот же момент с тихим хлюпаньем в живот вошло что-то острое. Я почувствовала, как горячая кровь стекает вниз по голым ногам.

«Да, жизнь полна гадости», — скользнула горькая мысль.

Он оттолкнул меня, как ненужный мусор. Упав в сугроб, я захрипела, пытаясь зажать рану, но ничего не получалось. Пальцы окоченели от холода и не хотели слушаться. Каждый вдох давался с трудом.

«Неужели во сне бывает так больно?» — паника в моем сердце нарастала. Я не хотела умирать.

— Эй, наглец, — сказал еще один мужской голос сбоку. — Не суй свой нож в чужие тела.

Подол красной шубы показался совсем рядом. Я хотела протянуть руку и попросить о помощи, но ничего не вышло. Из горла вырывались только вялые всхлипы.

— Проходите и разлагайтесь, — усмехнулся первый. — Ей нельзя сюда заходить.

— Так зачем применять радикальные меры? — Не унимался тот, что в костюме Дед Мороза.

В глазах резко потемнело. Мне, как никогда, хотелось проснуться и натянуть уже злосчастное одеяло на тело, а также разобраться с тем, что причиняет неистовую боль.

 Где-то на задворках сознания, услышала, как хлопнула дверь негостеприимной избушки.

— Зачем ты вернула время в спать? — говоря непонятную белиберду, он поднял меня и закутал во что-то мягкое и теплое. — Потерпи немного.

Кошмар не хотел прекращаться. Скинуть с себя сон, никак не получалось. Тело словно парализовало. Даже пальцем пошевелить оказалось невозможно. Лба коснулись сухие губы и дышать стало легче. Боль постепенно отступала.

Медленно открыв глаза, увидела, что нахожусь у себя в спальне. Обрадовавшись, что всё закончилось, перевела дух и натянула одеяло до подбородка. Оно пахло приятно еловой свежестью и мандаринами. Очень странно. Повертев в руках ткань, поняла что это шуба Деда Мороза с белым пушистым подбоем. Резко сев, увидела справа черный силуэт.

— Кто ты такой? — вырвался нервный вопрос. Не хватало мне еще маньяка в квартире. Неудивительно, что снились такие ужасы. Что он со мной делал?

— Ох, Мари, вы раздеваетесь надо мной? — прозвучал насмешливый голос с нескрываемым весельем.

Опомнившись, я натянула шубу повыше, чтобы не светить обнаженными формами. Колени подтянула к животу и замерла, даже не подозревая что можно ожидать от незнакомца.

 Мужчина сел рядом на кровать и до меня медленно начало доходить, что в расплывчатом образе есть знакомые черты.

«Точно! Это тот самый, что дал мне подарок на улице», — мелькнула внезапная догадка. На каркала все же. Он оказался шизанутым маньяком и пробрался в мою квартиру посреди ночи.

— Вижу, вспомнила, — Ряженый Дед Мороз провел пальцами по моей щеке. — Я Клаус. Это всё, что тебе необходимо знать. А сейчас, спать.

Мужчина мягко, но настойчиво уложил меня и погладил растрепанные волосы. А затем, поверх шубы накрыл одеялом, наблюдая за тем, как слипаются мои глаза. Сонливость накрывала сознание. Я ничего не смогла с этим поделать. Вероятно, он чем-то меня отравил или распылил что-то в воздухе. Иначе, как объяснить эту невообразимую слабость?

— Отдыхай, — прошептал Клаус над ухом. — И не ходи в тот дом. Еще не время.

— Постой, — попросила, ухватив его за мизинец. — Что ты со мной сделал?

— Ничего особенного, просто отдохни. Я не обижу тебя, обещаю, — сказал он, погладив меня по плечу.

Последнее ощущение, как что-то квадратное скользнуло мне в руку.

Просыпаться оказалось мучительно больно. Тело скручивало судорогой, словно по мне топтался табун и случайно сломал позвоночник. Потянувшись до хруста, я повернулась на бок и тут же взгляд упал на зеленую коробочку, обтянутую красной ленточкой. Все же не потерялся подарочек от странного незнакомца. Кстати, где он?

Я хотела подняться и проверить квартиру на предмет посторонних, но замерла, уставившись на коробку. На удивление, она зашевелилась и крышка заметно приподнялась.

Испугавшись, я мгновенно вскочила, но трогать странный подарок не стала. Совершенно не понимая что делать, закуталась в одеяло и отсела подальше, строя предположения о содержимом. Неужели там мадагаскарские тараканы? На холоде они мирно спали, а теперь отогрелись и лезут наружу. Хотя хватило бы им сил так резво дрыгаться? Кто там еще мелкий может быть? Краб? Они тоже вроде впадают спячку от холода. Лягушка? И эта дамочка не прочь вздремнуть зимой, а весной оттаять и продолжать нормальный образ жизни.

Крышка еще раз дрогнула и отодвинулась. Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как высовываются маленькие лапки и крохотный красный колпак с белым помпоном.

Крыса? Прищурившись, попыталась приглядеться. За окном уже светало и я могла четче видеть все предметы в комнате.

Белая, с едва различимой желтизной, мордочка показалась из коробки. Нос зверька ходил из стороны в сторону, ловя новые запахи.

— Ты откуда взялся, малыш? — Потянувшись к хомяку, тронула указательным пальцем его голову. Он оказался совсем нестрашным и очень милым. Укусить меня не пытался, а просто замер и пристально посмотрел в мою сторону глазами-бусинками.

— Раз все равно я здесь, то не прогонишь? — маленький ротик с острыми передними зубками открылся и изрек вот это мужским, смутно знакомым голосом. Вот это фокус. Я все еще сплю? Как такое может быть?

Размеры зверька никак не подходили его звучанию. Скорее всего, вчерашний гость где-то затаился и таким образом подшучивает надо мной. Какой-то очень странный маньяк попался.

— Ты в порядке? — спросил он озабоченно. Звук точно исходил из хомяка. И зверек определенно был живым, а не игрушкой. 

Мороз прошелся по коже от осознания того, что со мной разговаривает животное. Проморгавшись, я потерла глаза и подергала себя за уши.

Всё, Маша, приехали. Твоя психика не справилась с нагрузкой на работе. Придется полежать в психиатрии. В голове начали возникать всевозможные диагнозы от острого психоза до шизофрении.

— Чего там себе напридумывала? — Хомяк подполз ближе и встал на задние лапы. — Ты не сходишь с ума! Я настоящий и послан защищать тебя.

— От кого? — Моргнула непонятливо.

— Пока точно неясно, по ходу дела разберемся. — Махнул он крошечной лапкой.

— Хор-рошо, — протянула неуверенно и мельком бросила взгляд на циферблат. С содроганием поняла, что безнадежно опаздываю. И еще час назад я должна была сидеть на рабочем месте.

— Мне пора, усатый, — выдохнула, ползая на пол и забегая в ванную. 

Из рук все валилось. Зубная паста размазалась по раковине. Расческа выдернула пару тройку еще живых, но безнадежно запутавшихся волос. Косметичку даже не рискнула открывать. В таком состоянии я только сделаю все хуже.

В комнате живо переоделась, не обращая внимание на животное. Тот, категорически не согласный с таким положением, возмутился:

— Так не годится. Ты уйдешь, а я останусь один в большой квартире без колеса, еды и имени.

— Ай-я, — шикнула на мелочь. — Некогда мне. Пожуй хлеба.

Сбегала на кухню и заодно проверила, не спрятался ли там вчерашний Дед Мороз. Заглянула на балкон. Все оказалось чисто. Не души. Видимо, все же это был страшный сон и стоит беспокоиться. Хотя говорящий хомяк, как-то странновато для реальности. Мотнув головой, пришлось отогнать тревожные мысли. Я так зависну еще на несколько часов и точно не успею доделать многострадальный отчет. 

Вздохнула и открыла холодильник. Тот оказался практически пустым. Вчера от страха и усталости я так и забыла забежать в круглосуточный магазин. В хлебнице нашлась черствая позавчерашняя буханка белого. Ее-то я и прихватила в качестве лакомства для грызуна. 

 Вернувшись в комнату, я замешкалась. Устраивать из кровати домик для хомяка не хотелось. Тем более что я только поменяла белье. Оно красивое и новое.

Поэтому достала с верхней полки шкафа старый плед и расстелила его на полу, возле прихожей.

— Вот твоя обитель. — Аккуратно взяв зверюгу за хрупкое тельце, перенесла его вместе с коробкой и хлебом на лежанку.

— Ты даже кофе не попьешь? — спросила мелочь. Будто ему есть дело до содержания моего желудка.

— На работе уже выпью. Я не успеваю, — отмахнулась, проверяя сумку на наличие телефона. Тот куда-то запропастился. 

— А имя, — завопил нежданны питомец, когда я уже застегивала молнию на черных сапогах до колен. Вот ведь приставучий.

— Кхе… Горе ты мое. — В голове всплывали дурацкие клички для грызунов, но ни одна из них мне не нравилась. Время поджимало, так что выпалила, первое, что пришло на ум. — Будешь Сантту.

— Ладно. — Кивнул тот и почему-то повернулся ко мне маленьким хвостиком.

Выяснять, что ему так сильно не понравилось, я не стала, а поспешила на работу. Вспоминая названия фирмы, металась между двумя вариантами «Фростик» и «Простик», теперь оба казались правильными.

На крыльце чуть не хлопнулась на наледи. Хорошо, что вовремя схватилась за ручку железной двери. На улице отметила, что соседские бабушки не спешили по очень важным делам, как обычно. Детвора не шла в школу наперевес с неподъемными портфелями. Даже кошки не грелись на теплотрассе. Как-то слишком тихо и пустынно. 

Может, просто из-за того, что я так поздно вышла? Или на елках все. В бабульки отдыхают. Морозец стоял сильный, но не такой, что дышать невозможно.

Помню, как примерно в это же время бабушка везла меня на санках в детский сад. Обе закутанные, как матрешки. Я будто барыня, а она словно упрямая лошадка, тянула меня сквозь сугробы и сильный ветер. Еще она часто проверяла не выпала ли я. Потому что однажды такое уже случалось.

Это произошло вечером. Закутав меня как капусту, бабушка постелила одеяло на деревянные дощечки санок, а сверху меня посадила и велела:

— Держись за бортики и не отпускай их.

Я послушно кивала, не переставая втягивать в себя порядком надоевшие сопли.

Поехали мы живенько, с ветерком. Бабушке не терпелось оказаться дома. А я задрав голову смотрела в черное небо. Сверху медленно падали снежинки и приземлились на мой язык. Хоть мне и не разрешали, но я все равно украдкой ела снег. Он казался самым вкусным на свете лакомством. Еще очень сильно хотелось лизнуть железный бортик санок.

Он манил меня к себе как магнит. Но я все не решалась.

Так, размышляя о своем, о детском, не заметила, как свалилась с санок. Даже боли не почувствовала. Просто миг и все. Мы вроде не едем никуда, а я все так же языком снежинки ловлю. Мне хорошо.

— Вот ты где! — Лицо бабули загородило живописный обзор. Только тогда я осознала, что все это время лежала в сугробе и пялилась в небо.

На ее ресницах застыли слезы.

— Ты бы хоть крикнула, когда упала, — вздохнула она, сажая меня на санки.

От изобилия одежды на тщедушном теле я даже ходить толком не могла. Катилась как колобок.

— Бабушка, — только и сказала, потянув к ней руки.

— А, теперь-то ты испугалась, — она нервно хихикнула. — Я тоже испугалась. Иду, разговариваю с тобой, глядь, а тебя и нет в санках. Смотрю, ты в сугробе лежишь, отдыхаешь.

С тех пор она очень часто проверяла на месте ли я.

Улыбнувшись теплым воспоминаниям, ускорила шаг. Перейдя, на обычно оживленную, дорогу встретила всего пару машин. Но все же удача оказалась на моей стороне.

Поймав такси, назвала адрес и пристегнула ремень безопасности, борясь с внезапно подступившей тошнотой.

К офису подъехала быстро. И только выходя из машины, поняла, что забыла взять перчатки. Пальцы начинали замерзать. Потерев ладони друг о друга, подошла к высокому зданию.

Возле входа попалась пара прохожих и охранник в зеленой медицинской маске. Посмотрел он на меня с подозрением и повертев в руках пропуск, измерил температуру и разрешил войти. В лифте я встретилась с двумя коллегами, то же в масках, но на мое приветствие женщины никак не отреагировали.

Чувствуя себя крайне неловко, опустила взгляд в ожидании, когда мы доберемся до десятого этажа. И чего это все вдруг они так вырядились? Натянув шарф повыше, сжала губы плотней.

— Наконец нам отдали видео с выпускного дочери, — негромко вздохнула одна из них, кажется ее имя Оля. — Полгода ждали. Думали, уже не получим его.

— Это всего лишь детский сад, — хохотнула вторая.

— Да, но из-за вируса нас не пустили посмотреть выступление, — фыркнула первая. — А так хотелось хоть одним глазком глянуть.

— Тогда, ладно, поздравляю, — снисходительно хмыкнула та.

А я вдруг задумалась. Вроде как у Ольги не было детей. И что еще за вирус? Это из-за него они в медицинских масках? И когда эта гадость успела появиться. Я ничего про него не слышала.

Может, я обозналась?

Украдкой покосившись на них, уверилась в том, что это действительно Оля и Света. Опять странности. После отдыха все должно было прийти в норму, но стало только хуже. Мало того что снились всякие кошмары, так еще и говорящий хомяк появился. Надеюсь, он куда-нибудь сбежит, пока я буду занята.

Выйдя на нужном этаже, отметила, что вокруг неестественно тихо. Обычно в последние рабочие дни все просто сходят с ума. Одни украшают офис сверкающей мишурой, другие носятся с кипой бумаг, которые срочно нужно подписать или переделать. 

В это раз коллеги занимались рабочими делами, негромко переговариваясь друг с другом. Кроме того, их лица закрывали медицинские маски. На меня они не обращали никакого внимания. Не рискнув прерывать процесс, прошла к кабинету с надписью «бухгалтерия» на двери. Встав в проходе, обомлела. За моим столом сидела незнакомка. Остальные коллеги делали вид, что очень сильно заняты. Их глазные яблоки едва не елозили по светящимся экранам.

— Вам что-нибудь нужно? — спросила незнакомка, поправляя сползающую вниз маску.

— Что вы делаете на моем рабочем месте? — Пройдя внутрь, подошла к ней вплотную. — Кто позволил вам копаться в отчетах?

На меня смотрели уставшие серые глаза с лопнувшими капиллярами.

Примерно так же выглядела и я, когда отчитывалась перед начальством. К горлу опять подступил тошнотворный ком.

— Женщина, где ваша маска? Выйдите, пожалуйста, вы мешаете мне работать. — Тон ее показался крайне недоброжелательным и раздраженным.

— Наталья Александровна, как там дела с отчетом? — В кабинет заглянул шеф. Но почему-то позвал отнюдь не меня.

— Олег Викторович, — я обратилась к нему настороженно. — Что здесь происходит? Кто она?

— Марь Сергеевна? — Он удивленно приподнял брови. — Каким ветром вас сюда занесло? Вы же уволились лет пять назад.

Его слова не укладывались в голове. Это какая-то шутка? Они все вместе решили разыграть меня?

— То есть как? — обронила удивленно.

— Уходите, — попросил бывший начальник. — Вам здесь больше нечего делать. Если надумаете опять работать у нас, то обратитесь в отдел кадров. Рассмотрим вашу кандидатуру в порядке очереди.

— Вы издеваетесь? Мы вчера с вами разговаривали, — пролепетала, сцепив пальцы. — Вы еще отчитали меня за ошибки и отправили домой отдыхать. Я пообещала, что все переделаю на следующий день.

— Марь Сергеевна, это вы надо мной издеваетесь. Пришли сюда без маски еще и права качаете, — вспылил он, зыркнув на меня совсем не по-доброму. — Уходите, пожалуйста, не мешайте рабочему процессу.

— Но все же… — Попыталась хоть что-нибудь понять.

— Нате вот. — Олег Викторович достал из большой коробки маску и помог надеть мне ее. — Возвращайтесь домой. Обратитесь к врачу. Не знаю… Что хотите, то и делайте, только не мешайте работать.

Растерянно я пошла на выход. Странно все это. То ли я еще сплю, то ли поехала крыша, то ли чего-то не понимаю. Не могла же я забыть об увольнении и этом странном вирусе. 

Рассеянно глядя перед собой, спустилась на лифте, кивнула охраннику и потянулась к промерзшей ручке.

 Как только открылась дверь, в лицо дунул морозный ветер. Обернуться я не смогла. Тело сковал ужас.

Впереди простиралась снежная долина из недавнего сна. Попытавшись сделать шаг, упала в сугроб. Все же мое увольнение и хомяк не могли оказаться правдой. Испытав облегчение, выдохнула белесое облачко пара. Все же я не сошла с ума. Это просто очередной кошмар. Никогда мне еще не снились настолько яркие и реалистичные образы. Видимо, крепко меня подкосила нервотрепка из-за отчета.

Теперь я смогла как следует осмотреться и убедиться, что это то самое место, по которому я бродила в одном нижнем белье недавно. Вдали виднелись разноцветные огоньки избушки. Повезло, что на этот раз на мне надета зимняя одежда, пусть и без перчаток. Еще я помнила об опасности в домике. Там злой дядька с ножом.

Как проснуться, не знала. Уже и ущипнула себя и укусила. Всё без толку. Окружающий пейзаж казался реальностью. Тому способствовали мороз на щеках и хруст снега.

Паника накатывала, и не найдя другого выхода, я пошла к избушке.

«Проситься внутрь не буду. Просто спрошу, как проснуться», — пообещала себе, утопая в сугробах по колено. Не станут же меня убивать повторно. Может, это поможет мне быстрей проснуться?

 На этот раз путь оказался сложнее и отбирал последние силы. Сугробы словно стали глубже. Ноги все сильней проваливались, так что продвигаться становилось сложней. Еще и хлопья снега начали падать. А домик, как мираж, только все удалялся и удалялся.

 В итоге я упала так и не дойдя. Странно, но мне очень хотелось спать. Как вообще такое возможно, если я и так уже пускаю слюни на подушку?

 Подняться не смогла. Вот засада. Не надо было так сильно активничать.

— Ты - не ты, когда холоден, — насмешливый голос Клауса раздался сверху. Как ему удается пробираться в мои сны? Или это оголодавшее по мужскому вниманию воображение, рисует такие образы?

Я открыла глаза и слабо улыбнулась. Все же он милый, хоть  и не настоящий.

— Отдыхаю вот, — ответила, едва шевеля губами. — В парке культуры и безысходности.

Он помог мне встать и отряхнуться от налипшего снега. Я заметила, что на этот раз он пришел без шубы, в обычной одежде, но в красной шапке с белым помпоном и бутафорной бородой.

Клаус снял с себя варежки и надел на мои окоченевшие кисти. Я увидела его длинные аккуратные пальцы. На безымянном поблескивало широкое кольцо. Обычное серебряное, но почему-то очень знакомое. Так и подмывало дотронуться и нежно провести по выпирающим косточкам. 

Подняв голову, вгляделась в лицо мужчины.

«Нет. Просто показалось, — успокоила себя. — Что со мной вообще такое? Откуда это неистовое желание прижаться к его груди и уткнуться носом в плечо?»

— Как мне вернуться? — спросила и увидела, как потухает его взгляд. Чего он так расстроился? Вроде я не сказала ничего дурного.

— Сейчас помогу тебе, — буркнул негромко. — Но постарайся больше не проваливаться в межмирье и бери с собой везде Сантту.

— Откуда ты.... — Не успела я договорить, как Клаус щелкнул пальцами. Мир завертелся, как в калейдоскопе. Голова закружилась. Снова подступил тошнотворный ком к горлу. Почему это чувство постоянно донимает меня? Сил никаких нет.

Секундная тьма сменилась требовательным возгласом:

— Девушка, просыпайтесь! Мы приехали!

Мари ела хрустящие тосты с кокосовым джемом и проверяла сообщения, медленно перемещая текст на смартфоне большим пальцем вверх.

— Как там Алан с новым проектом? — спросила она, не отрываясь от чтения. 

— Вроде пока получается. — Я пожал плечами и налил себе кофе.

— Здорово! — встрепенулась Мари, отложив завтрак и телефон. — Вот бы поиграть в виртуальной реальности. Он говорил, что можно переместиться в любую страну и точку прошлого. Так интересно узнать, как жили люди раньше. О чем думали и мечтали.

— Ничего в этом хорошего нет. — Не разделяя ее радости, нахмурился. — Твой мозг превратится в кашу, если будешь играть в это.

— Дорогой. — Она встала и медленно подошла ближе. — Ты иногда бываешь таким занудой, но мне нравится.

Она коснулась моих губ сладким поцелуем со вкусом кокоса. Обняв ее за талию, притянул к себе. Я действительно боялся, что Мари, захотев новых впечатлений, пойдет на риск. Но также понимал, что перед тем, как игра выйдет в продажу, ее как следует протестируют. 

Нас отвлек входящий звонок на мой телефон.

— Да, — ответил машинально.

— Надеюсь, ты явишься сегодня на работе? — Голос коллеги такой неприятный и раздражающий. Я сразу сбросил вызов.

— Иди, — усмехнулась Мари. — А то вычтут из зарплаты твое опоздание.

— Ты, как всегда, права. — Чмокнув жену в лоб, я поспешил в офис.

Сконцентрировавшись на работе, забыл о нашем утреннем разговоре. Выслушивая претензии клиентов банка, поглаживал серебряное кольцо на безымянном пальце, подарок любимой. Только оно придавало мне сил в стрессовых ситуациях.

Вечером, вымотанный до предела, шел по заснеженной улице от остановки, придумывая, как удивить Мари в праздники. Мы очень любили делать друг для друга сюрпризы и этот год не должен был стать исключением.

Проехавший мимо беспилотник просигналил.

— Эй, мужчина! Не хотите ли купить хомяка? — Из окна пассажирского сидения высунулась рыжеволосая девушка.

— Что, простите? — Я подошел к машине, смущенно озираясь по сторонам. Не каждый день поступает столь странное предложение.

— Хомяка, — улыбнулась она и показала на ладони желтый комочек.

— Я отвозила малыша покупателю, но тот отказался. Видите ли ему не нравятся генно-модифицированные грызуны. А раньше сказать не мог. Что мне теперь с ним делать? 

— Так он бунтарь или долгожитель? — усмехнулся, с интересом поглядывая на зверька.

— На самом деле. — Девушка понизила голос. — Два в одном. Но никто не хочет брать, обзывая дефективным. У себя оставить не могу, а выкидывать жалко. Если нет денег, то берите задаром, главное — не обижайте хомяка.

— Хорошо. — Я достал помятую купюру из пальто и протянул незнакомке. — Возьму его.

Вот и сюрприз для Мари нашелся. Забежав в сувенирную лавку, приглядел небольшую зеленую коробку, как раз для зверька. Он сладко пригрелся у меня за пазухой и даже не елозил.

— Выберите, какого цвета ленточку вы хотите, — сказала продавец, демонстрируя мне мотки.

— Красную. — Ткнул на первую попавшуюся.

Оплатив покупку, я поспешил домой, представляя, как Мари приятно удивится подарку. Ей нравились животные, но мы все никак не решались их заводить.

Моё радостное: «Я дома», повисло в тишине. Жены нигде не было. Пройдя на кухню, нашел лишь записку на холодильнике: «Уехала к маме на два дня».

Почему она не прислала сообщение на телефон, я не понял.

Набрав номер Мари, наткнулся на автоответчик. В сердце кольнуло беспокойство. Может, у ее родителей что-то случилось?

Хомячок заерзал и пришлось его выпустить и накормить морковкой. Следом я позвонил теще, но и она мне не ответила. Волнение нарастало. Буквально кожей чувствуя, что творится неладное, не находил себе места. Не могла Мари просто так, оставив только записку, исчезнуть на целый день. Она бы нашла возможность позвонить мне, даже если телефон разрядился.

Ночь оказалась сплошным кошмаром, окутанным тревогой. Я практически не спал, ждал звонка и не переставал надеяться, что жена вскоре объявится и улыбнувшись, обнимет меня.

Утром ничего не изменилось. Прихватив хомяка и корку хлеба, поехал к теще. Надеясь, что просто обе выключили телефоны.

Частный домик, увешанный новогодними гирляндами, встретил меня светом в окнах и вселял слабую надежду, что на самом деле все хорошо. Ругая себя за то, что зря переживал, постучал в белую дверь.

Открыла теща, зябко кутаясь в шаль.

— Доброе утро, — начал я буднично. — Мари уже проснулась? Почему на звонки не отвечаете?

— Мари? — Женщина уставилась на меня непонимающим взглядом. — Она обещала на следующие выходные приехать, а в эти, сказала, что навестит друга. Кажется, его имя Алан.

— Что?! — Ее слова буквально ударили меня под дых. Жена мне солгала.

— Она тебе ничего не говорила? — удивилась теща.

— Нет, — ответил, тяжело выдохнув и достал из-за пазухи хомяка с коробкой. — Присмотрите пока за ним, а я найду Мари.

— Что-то случилось? — встрепенулась она. — Моя девочка в опасности?

— Не волнуйтесь раньше времени. — Передав ей зверька, слегка сжал пальцы. — Я приведу ее домой.

Не теряя больше ни минуты, поймал первое попавшееся беспилотное такси и вбил адрес лаборатории Алана. Чувствуя, как время безвозвратно утекает, молил, чтобы Мари не додумалась попробовать игру. 

Машина остановилась перед огромными коваными воротами. Расплатившись карточкой, я поспешно вышел и позвонил в домофон. 

— Кто там? — прозвучал незнакомый голос.

— Откройте. Мне нужно увидеть мою жену. Она внутри, — от волнения я даже не представился, а выпалил то, что вертелось на языке.

Странно, но ворота со звонким щелчком открылись. Спеша, совсем не заметил окружающую обстановку. Я видел цель — дом из белого камня, остальное казалось неважным. Забежав в холл. Чуть не налетел на друга. Тот словно ждал моего появления.

— Здравствуй, — нервно покусывая губы, обратился он. — Зачем пришел?

— Моя жена у тебя? — спросил, сжимая кулаки. — Где Мари?

— Она… — протянул тщедушный мужчина в белом халате. — Она сама настояла стать первым игроком.

— Что? И ты позволил? — Схватив его за грудки, слегка встряхнул.

— Она настаивала, — усмехнулся Алан, резко меняя выражение лица. — Только не думай. Что сможешь ударить меня. Хоть сегодня выходной здесь охранники и камеры повсюду.

— Когда ты стал таким мерзким? — Я практически выплюнул эти слова ему в лицо.

— Если хочешь помочь Мари, то успокойся и пошли со мной, — велел он.

— Ей нужна помощь? — Выпустив ворот, стиснул зубы. Безумно хотелось ударить, но я сдержался.

Алан провел меня на цокольный этаж и указал на просторную комнату со стеклянными стенами. В кресле безвольно лежала моя жена в черном обтягивающем костюме виртуальной реальности. На лице ее была надета маска для полного визуального погружения, а из затылка торчал черный шнур. Видимо, для подключения к нейронным связям мозга. 

— Что это? — Пройдя внутрь, дотронулся до ее руки. Теплая.

— Она вошла в игру и выбрала прошлое. Ей захотелось узнать, как работали бухгалтеры в две тысячи пятнадцатом году, — пояснил бывший друг. — Её сознание слилось с игровой реальностью. Я никак не могу их разделить. Боюсь, что скоро она умрет.

Его объяснения показались мне бредовыми. Зачем ей вообще заходить ради такой цели? Неужели ей недостаточно настоящей работы, чтобы еще и в виртуальной реальности интересоваться этим?

— На такие случаи у вас нет аппаратов для поддержания организма? — возмутился, рассматривая Мари. Губы ее уже успели побледнеть.

— А зачем? — хмыкнул тот. — Если не выйти из игры через пять суток, то мозг умрет.

— Я подам на вас в суд! — закричал из комнаты.

Алан стоял снаружи и ни капли не испугался моих угроз.

— Если хочешь ее спасти, то лучше поспешить, — сказал он и нажал на кнопку. Из-под пола поднялось второе кресло. — Садись, я подключу тебя.

Следуя инструкциям, занял свое место. Алан достал штырь с длинной иголкой, очки и костюм. Он умело обращался с оборудованием. Я не успел заметить, как вокруг потемнело, а затем перед взором появилось меню.

— Твоя задача помочь ей вспомнить настоящую себя и уберечь от бдительного искусственного интеллекта, — информировал голос. — Дам тебе пару читов и возможности выставлю на максимум. Дальше дело за тобой. У вас есть в запасе месяц игрового времени. Все понял?

— Да, — выпалил не раздумывая.

Появился зеленый круг с надписью: «Загрузка». Чувство неправильности происходящего не покидало меня. В висках болезненно покалывало.

Что если Алан солгал? Почему он не остановил Мари от малодушного желания зайти в еще не протестированную игру? Не верю я, что он мог, так просто, позволить ей делать все, что захочется. 

После того как закончилась загрузка, я услышал множество голосов на разных языках. Все они пели, судя по всему, новогодние песни и придерживались одного мотива. Звучало это очень жутко. Не знаю, кто придумал саундтрек к игре, но он явно нездоровый человек.

Показалось, что еще немного и из ушей потечет кровь. Благо какофония стихла, вслед за моим недовольным сопением.

Образовавшаяся тишина стала усладой после болезненного шума. Перед глазами начал вырисовываться новый мир с заснеженными ёлками и звездным небом. Высокий женский голос звучал отовсюду.

— В снежном лесу.

Спит добрая сказка.

Мороз на носу,

Будь с женой ты ласков.

Море огней

Разобьют твои страхи.

Иди же за ней,

Прижми к рубахе.

Скоро опять

Бой курантов. 

Её ты должен обнять

Без вариантов.

Дослушав до конца, я все еще пребывал в недоумении. Эта бессмысленная песня должна мне помочь или просто часть стандартной вводной? Обычно в играх я их пропускаю. Не люблю дурацкие предыстории с километровыми слезливыми текстами.

Мне не терпелось начать игру, чтобы увидеть Мари и позвать ее домой. Вот только вместо этого маячило совсем другое, заставляя меня неистово нервничать.