Игрушка Грозного

Поздний вечер. Вокруг — оглушительная музыка, полуголые девушки порхают на шестах, словно экзотические птицы. В воздухе витает что‑то безумное, будто вот‑вот появятся ХарлиКвинн и Джокер.
Приглушённый свет, полумрак… Я точно знаю, зачем здесь, но всё равно чувствую себя не в своей тарелке. Стрип‑клуб — явно не моё место. Если бы не просьба подруги Алики — забрать её подвыпившего парня с мальчишника, — я бы ни за что сюда не пришла. Но обещание дано, и я должна его выполнить.
Алика хватает меня за руку и указывает на винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. На её плече едва держится симпатичный парень: светлые волосы, чёлка, уложенная набок. Вот они — герои сегодняшнего вечера. Может, они не Джокер и Харли, но их любовь тоже похожа на безумие.
И тут эта девушка в перьях и короткой юбке обращается ко мне с «деликатнейшей» просьбой:
Катюша, наверху этот придурок забыл портфель. Там портмоне и документы. Сходи, забери его вещи из комнаты с розовой дверью. Дело на две минуты, а он нас завтра в ресторане угостит. Ну что, заманчиво?
Она хлопает наращёнными ресницами, словно опахалами. Я вздыхаю. Взялась за гуж — не говори, что не дюж. Я человек совестливый, поэтому приходится идти и выполнять обещание.
Вокруг — калейдоскоп тел: девушки изгибаются на шестах, мужчины свистят, суют деньги в трусики танцовщиц. Я пробираюсь сквозь эту вакханалию, добираюсь до второго этажа. Передо мной — та самая розовая дверь.
Толкаю её, опускаю ручку и вхожу. Антураж… скажем так, на любителя. Красные стены, белые кожаные диваны, плети на полу и кое‑что из категории 18+. Я стремительно проскальзываю вглубь комнаты. На диванчике — белый портфель, всё как описывала Алика. Хватаю его и с облегчением направляюсь к выходу.
И тут — сюрприз. В дверях стою лицом к лицу с незнакомым мужчиной, который разговаривает по телефону. Его холодное «Перезвоню…» заставляет меня напрячься.
Всё становится ясно, когда он зовёт охрану, а его взгляд сковывает меня ледяными тисками:
Воришки сбежали. Это был отвлекающий манёвр.
Он убирает телефон и грубо хватает меня за руку, резко подтягивая к себе:
-Маленькая, ты кто вообще? Куда делись твои провокаторы? Они тебя сюда подослали, чтобы смыться с моими документами, пока я с тобой разбираться буду, несчастная ты моя овечка…
Он оборачивается к охране, которая всё ещё стоит за дверью:
-Перекройте все выходы. Найдите мне этих двоих!
Я хлопаю ресницами, слёзы льются ручьём. Я совершенно не понимаю, что происходит:
-Я… я ничего не делала! Я ничего не крала и не…
-Принцесса, рот закрой! — он бьёт меня по лицу. Не сильно, но ощутимо. Истерика тут же сходит на нет.
-Смотри на меня, детка! Твои дружки попали, их обязательно найдут. Но и ты, дорогуша, просто так отсюда не выйдешь. Ты пыталась вынести мой портфель с документами, а такое не прощают.
Черноволосый мужчина в костюме в полосочку грубо отталкивает меня, и я падаю на пол. Он продолжает угрожающе скалиться:
-Мне плевать, крала ты что‑то или тебя подставили. Свидетели мне не нужны, как и подельники. Поэтому… прощай.
Он достаёт из кармана пистолет, перезаряжает его, снимает с предохранителя и, склонившись надо мной, приставляет к моему виску.
-Нет, пожалуйста! Я же ничего не знала, я ничего не крала, не надо!!! — я истерически воплю, падая ему в ноги. – Я сделаю всё, что угодно, только не убивайте!!! Не убивайте!!!
Мужчина смотрит на меня, словно размышляет. Потом берёт меня за подбородок, разглядывает моё бледное лицо и произносит:
-Так… Артур сегодня добрый. Поэтому я решил тебя помиловать, киска…
Он странно улыбается:
-Но при одном условии. Ты проведёшь эту ночь с одним хорошим и уважаемым человеком. Станешь его подарком.
Я чувствую, как щёки заливает румянец. Такого подвоха я точно не ожидала:
-Что?! Вы хотите, чтобы я с кем‑то переспала?!
Голова кружится, я едва не падаю. Артур подхватывает меня под руки:
-Никаких обмороков, чувствительная моя. Не хочешь в койку — тогда пуля.
Я мотаю головой. Это предложение оказывается ещё страшнее, чем я думала. Шепчу:
-А… я… понимаете, вряд ли я ему понравлюсь. Я ещё ни разу ни с кем не спала…
Артур понимающе кивает и хлопает меня по плечу:
-Детка, постарайся. От этого зависит твоя жизнь. К тому же, надо же когда‑то начинать. Давай так: тебя отвезут, ты полежишь на кроватке, раздвинув ноги, а утром — свободна. Лети на все четыре стороны, моя пташка!
Я бы никогда не согласилась на подобную мерзость. Но когда на тебя направлено дуло пистолета, все принципы летят к чёртовой матери. Сглатывая слёзы, я шиплю, пытаясь унять дрожь:
-Хорошо. Гореть вам в аду, сутенёр чёртов!