Игры снежного духа, или Как я попала в академию магии

Телефон в сумочке разразился мелодией в самое неподходящее время, как это обычно и бывает. Именно тогда, когда я балансировала на скользком льду, коварно притаившимся под рыхлым снегом. 

Зима пришла, как всегда в нашей стране, неожиданно для всех: для коммунальных служб, автолюбителей и пешеходов. Даже спустя месяц после своего начала. И если с первыми двумя категориями всё более или менее понятно, то, хоть убейте, не могу объяснить, почему на мне всё ещё красуются демисезонные сапожки на тонком каблуке. 

Вероятно, потому, что я безмозглая модель, предъявляющая повышенные требования к внешнему виду. Ну что стоило, прослушав прогноз погоды (который в кои-то веки не обманул), переобуться во что-то более подходящее?

В общем, пока я доставала телефон, а потом под громкую трель падала, живописно раскидав конечности в разные стороны — он замолчал. Навеки. Потому что не перенёс столкновения с ледяной поверхностью, о которую и я больно приложилась пятой точкой. А ведь мне ещё ей работать!

Стоя на остановке и поминая нехорошими словами своё везение и опаздывающий автобус, я уныло размышляла о том, что не могу прошляпить такой шанс.

Денег в обрез, только на проезд и еду. Потратившись на гардероб и подарки к Новому году, я жила надеждой на приличный гонорар, чтобы заткнуть все дыры в своём скудном бюджете. До вожделенного события оставалась неделя, которую надо было протянуть на остатки моих средств. 

Когда я добралась до студии в промышленной зоне, одно из зданий которой переделали в арендуемые помещения, то уже чувствовала себя уставшей. Поднялся ветер, и я в надежде хоть немного согреться зябко куталась в своё холодное, но модное кашемировое пальто. Спустить на него огромную сумму было непростительной ошибкой. Но я не жалела. 

Обозвав себя не один раз дурой, я мечтала оказаться в тепле и выпить горячую чашку кофе. 

— Салют! Ты к кому? — спросила обвешанная тряпками костюмерша, пробегая мимо. 

— К Максу.

— А, он где-то там! — указали мне на противоположный конец помещения, оформленного в стиле лофт. 

Суетливая и хаотичная на первый взгляд работа в студии подчинялась своим строгим законам. Стараясь не издавать лишнего шума и не мешать, добралась до гримёрок. В двух мой агент и по совместительству бойфренд не обнаружился. Тогда я толкнула третью дверь, неожиданно легко её распахивая и буквально вваливаясь внутрь. 

И застыла, пригвождённая к полу... Мой Макс, приверженец разделять личное с рабочим, хозяйничал пальцами в трусиках какой-то девахи, одновременно её целуя. С такой страстью, какой давненько от него не видела. Я сразу узнала комплект из коллекции фешенебельного бренда, который должна была рекламировать.

Как это понимать? Немыслимо! Ненавижу двуличное закулисье модельного бизнеса! Думала, что если я буду ко всем с душой, то и ко мне плохое не пристанет. Наивная… 

— Катя? — мой благоверный оторвался от пиявки с красным ртом и смачно выругался. Яркая помада, разукрасившая губы, ему совершенно не шла. — Ты чего здесь делаешь? 

— На работу пришла, — усмехнулась, наслаждаясь сконфуженным видом Макса. Всё-таки небезнадёжный. Совестливый даже! — Надеюсь, прислали несколько комплектов? Я после неё бельё одевать не стану. 

— А я и не собираюсь делиться! — фыркнула девица, вызывающе на меня поглядывая. Ещё и за шею обняла моего мужчину, чтобы далеко не убежал. — Я буду представлять этот бренд, правда, Максик?

— Правда, Максик? — передразнила незнакомку, которая так смело себя вела на моей территории. Или уже не моей?

— Блин, Кать! Я тебе звонил и СМС писал, чтоб не приезжала. Контракт пересмотрели. Им понадобилась блондинка с более пышным бюстом. А Людочка идеально подходит.

— А я... — слова еле выдавила, настолько стало сухим и колючим горло, словно кактус проглотила. — Я же могу перекраситься. И с каких это пор третий размер перестал подходить? Ты же знаешь, как для меня важна эта работа! 

— Кать, я всё понимаю, но сроки…

Не хочу дальше слушать. Отступила в коридор, больно врезавшись локтем в стену. Рвущийся из груди ор заткнула кулаком. Это удар исподтишка. Прямо в спину. В резких звуках рабочей суеты меня окутало безмолвие, поглощая мой рухнувший мир. Никому нет дела до моей трагедии. Для них важно соблюсти дедлайн. 

Но Макс... Меня не столько задевает его измена (всё же настоящей любовью наши отношения сложно назвать), сколько отсутствие своевременного предупреждения об изменениях в контракте и подписание его с другой... Это слишком...

— Кать, подожди. Я перешлю тебе неустойку, найду ещё лучше заказ. Ты будешь блистать на обложках! — выбежал следом за мной Макс и схватил за руку. Вырвалась, замечая любопытные взгляды в нашу сторону.

Сколько раз я это слышала! И ведь верила, потому что его поддержка была очень важна. Задыхаясь, попыталась себя убедить, что новый мир всегда рождается на ошмётках старого. И я обязательно построю этот самый новый мир. Если, конечно, не сгину в чёрной дыре отчаяния. 

— Пусти.

— Да ладно тебе! Ревнуешь, что ли? Это не серьёзно, должна же понимать. Да и не обещал тебе ничего, Кать. Не будь дурой. Куда ты без меня денешься?

Ага, я она и есть. Дура. Выяснила уже это сегодня. Мы, конечно, не клялись друг другу в вечной верности и о свадьбе не заикались, но когда делишь с мужчиной постель, всё же надеешься, что между вами не витает дух третьего лишнего. Похоже, только я одна придерживалась этого правила.

— Прощай. Провожать не надо. И звонить тоже. — фразы вылетали рублено равнодушным тоном. Могу собой гордиться. — И неустойку засунь себе... Ну ты понял! — всё же не удержалась от грубости.

Пошла к двери и каблуком задела кабель, обрушивая какую-то аппаратуру. Послышался поток ругани, но я мстительно улыбнулась под безэмоциональной маской на лице. Как мне удалось её удержать — непонятно. Плохо осознавая, что делаю, толкнула дверь навстречу поднявшейся метели. Господи, как же меня трясёт!

За спиной услышала шаги, но, к счастью, больше ничто не удерживало меня в этой студии! Я вывалилась на крыльцо и, прыгая через ступеньку, сбежала вниз. Нет, ну какой же Макс гад! Беззвучно заорала, проглатывая колючую вьюгу и вцепившись двумя руками в перила. За что он так со мной?

Моему контракту на съёмку нижнего белья одного из самых дорогих эксклюзивных производителей пришёл конец. Я так долго к этому шла! Переступила через принципы показать открытое тело в глянце, (чего не делала раньше), потому что такими контрактами не разбрасываются. Он должен был стать гигантским шагом вперёд в моей карьере. А теперь всё коту под хвост.

Я приехала в столицу шесть лет назад, сразу после школы сбежав от родителей-алкоголиков. Банальная, в общем, и нередкая история. Мегаполис манил возможностями, а для девочки из неблагополучной семьи это было вообще единственным шансом прыгнуть выше головы и чего-то добиться. Выплыть со дна и доказать себе, что гены — далеко не решающий фактор в судьбе человека. 

В первое время было тяжело. Очень. Я работала в ночную смену упаковщицей, а днём бегала по кастингам. На одном из них меня и заметил Макс. Надо отдать должное — дело он своё знал, и я быстро стала любимой моделью для нескольких каталогов одежды и бросила ночную работу. То ли благодарность взыграла, то ли льстило внимание ухоженного представительного мужчины старше меня на четырнадцать лет, но когда он предложил перевести отношения на новый уровень — я не отказалась. При этом на работе Макс требовал от меня отдачи, как и раньше не делая поблажек. И никогда не зажимал меня в гримёрках, считая это непрофессиональным. Что с ним произошло? 

Больше всего обидно, что это случилось сейчас, когда рекламная кампания должна была стать самым важным событием в моей модельной жизни. 

Я снова оказалась на старте. Или за его пределами. И нет уверенности, что смогу подняться. Сил ни на что не осталось. Наступило какое-то опустошение. Надо бы взять такси, хоть и встанет оно в копеечку.

И только когда экран телефона язвительно улыбнулся трещиной и отказался включаться, вспомнила о падении. Да-а-а... Кажется, сегодня я упала ниже некуда. Вариант вернуться за неустойкой задавила на корню. Чего во мне всегда было в избытке — это гордости. Даже себе во вред. Остановка общественного транспорта манила тусклым огнём и отсутствием людей. Значит, автобус только что ушёл.  

Не то чтобы меня любила удача, но сегодняшний день однозначно возглавит список худших дней в моей жизни. Лишиться работы и мужчины за неделю до Нового года — катастрофа!

Пластиковая отражающая панель на остановке единственная была сегодня на моей стороне. Я увидела высокую девушку в обтягивающих потрясающие ноги джинсах, коротком пальто с белоснежной опушкой. Улыбнулась в ответ умеренно пухлыми губами, которым кроме блеска ничего не требовалось!

Мало помалу стал собираться народ, а я — всё больше замерзать. Нос и щёки заледенели, хорошо хоть уши были надёжно спрятаны под волнистой копной каштановых волос, уже тоже припорошённых снегом. Заметало неслабо. Задумавшись, не заметила оживления на остановке. Испуганные крики людей заставили очнуться и поднять глаза на уходящий в занос автомобиль, приближающийся к нам. 

— Чего стоишь? — дёрнул меня кто-то за рукав, предлагая последовать за умными людьми и рвануть за остановку. Но мы ведь выяснили уже, что сегодня мои мозги взяли выходной?

Я увидела кота.

Грязно-белое, облезлое, трясущееся нечто, замершее прямо на краю тротуара. Для той, кто регулярно выкраивал долю гонораров, чтобы отдать их в приют животных — сомнений не было. Мгновение на принятие решения. Сейчас все мои дурные мысли сосредоточились на животном, равнодушно и как будто смиренно взирающем на несущуюся смерть в виде потерявшей управление машины. То, что её убийственный путь закончится на месте остановки, уже не вызывало никаких сомнений. Тело дёрнулось вперёд, подхватывая худенькое тельце и устремляясь назад, где среди криков я отчётливо услышала: "Идиотка".

Длинные ноги — это хорошо, но припорошенный свежим снегом гололёд и каблуки не дали мне ни одного шанса успеть. Я банально поскользнулась и растянулась за земле, продолжая что есть силы прижимать к себе теперь уже истошно орущего кота. Острые когти впились в мою руку. Пришлось разжать пальцы и выпустить рвущегося на свободу зверя. Яркие приближающиеся фары осветили его затяжной прыжок.

"Только бы кот успел!" — промелькнула последняя мысль, прежде чем последовал сильный, болезненный удар.

Друзья! Приглашаю вас насладиться новогодним настроением вместе другими историями нашего академического моба!
https://litgorod.ru/books/list?tag=13984

Резкий свет ослепил, а тишина оглушила. На какое-то мгновение я перестала себя ощущать, а когда сознание вернулось — всё вдруг исчезло. Стало чернильно-тёмным. Боль сдавила виски. Это же хорошо или нет? Мёртвые по идее не должны ничего испытывать. Я открыла глаза, но темнота никуда не делась. 

Накатила паника. Я ослепла! Вот откуда эта режущая боль. Через мгновение вспомнила все предшествующие события. Паника только усилилась. Где я? Руками зашарила вокруг себя, но никакой поверхности не обнаружила. Ни земли, ни больничной койки — ничего. Пустота! А ещё ужасающая тишина... Может, я ещё и оглохла? Или впала в кому?

Что хуже: умереть или стать инвалидом? Холод растёкся в груди, и сжалось сердце до болезненного спазма. Как же так? Мне всего двадцать три, и жизнь только началась. Карьера, наконец, пошла в гору. Я не успела ни полюбить по-настоящему, ни познать радость материнства.

Неужели я умерла и никому не будет горько от моей смерти, никто не придёт поплакать на могилу, не станет жалеть, что я не рядом? Даже родители. Может, Макс принесёт хотя бы два цветочка — алые гвоздики — и пустит скупую мужскую слезу о неуклюжей любовнице, закончившей своё существование из-за жалости к бездомной животине. Мне стало безумно жаль себя и непрожитую жизнь. Горькие рыдания вырвались из моей груди, горячие слёзы обожгли щёки. Я забарахталась ещё сильнее, молотя конечностями холодную пустоту. 

 — Я хочу жить! Не хочу умирать! — как заведённая повторяла снова и снова, беззвучно шевеля губами, словно рыба. 

Вдруг в ответ на мои стенания пустота будто по щелчку растворилась, и я почувствовала давящую толщу воды. Она тут же заполнила мой распахнутый рот и опутала руки и ноги. Обожгла запредельно ледяной температурой. Зря кричала.

Теперь я ощущала себя более живой, но не могла вздохнуть. И снова запаниковала, потому что чувствовать своё утопление — это слишком жестоко и очень страшно! Вокруг разгоралось мутное сияние, позволяя мне немного оглядеться. Было ощущение, что бликует сама вода, где я нахожусь. Особенно сверху было очень похоже на подсвеченный лёд.

Лёгкие распёрло, как надувной шарик, горло перекрыл последний глоток, и я снова приготовилась умирать. Глаза закрылись, конечности судорожно задрожали.

Как вдруг мои волосы резко дёрнули вверх. Поперёк груди обвилась чья-то рука. Всё это ощущалось уже на грани сознания. Судя по всему, моё окоченевшее тело вытащили на берег, потому что под спиной возникла твёрдая поверхность, а кожу ожёг ветер.

— Дур-р-ра! — прорычал чей-то низкий грубый голос, а пальцы принялись разрывать высокий воротник, который удавкой стянул моё горло. — Ведьма малолетняя! О чём только думала?!

Обидно. По словам незнакомца выходит, что я как была дурой, так и осталась такой на том свете. Ну что за несправедливость?

Чьи-то руки принялись больно давить на грудь, а рот опалили горячие губы, пытаясь высосать жидкость и дать кислород. Ком в горле протолкнулся, и из меня извергся фонтан воды, освобождая лёгкие. Кашляя и давясь воздухом, я уткнулась лицом в снег и комкала его пальцами.

— Ну всё, всё... Молодец, девочка. — устало произнёс тот же голос, который ругал меня раньше. По спине гуляла незнакомая рука, растирая и пытаясь согреть. — Как же ты меня напугала! И ведь выбрала самую морозную ночь. 

О да! Стук зубов, невозможность пошевелиться и выматывающая сонливость — такого холода я не ощущала никогда в жизни.

— Не спи! Тебе нельзя засыпать. Слушай мой голос, хорошо?

Чуть не расплакалась от такой заботы, но ресницы уже склеились, покрывшись изморозью, и больно кололи слизистую. Я готова была вечность слушать этот невероятный голос, ведь его хозяин вырвал меня из очередных лап смерти. Пусть позаботится как о попавшем в беду котёнке. Уж я в долгу не останусь!

Тяжёлая холодная ткань, сдавливающая мои ноги, затрещала и куда-то делась. Та же участь постигла и верхнюю часть моей одежды. Меня тут же укутали чем-то сухим, шерстяным и тёплым, подняли на руки. Ветер метнул в лицо пригоршню снега, и я уткнулась в грудь незнакомца. Такую тёплую, несмотря на жёсткость, обнажённую и... голубую? Через щель между ресницами была отчётливо видна странного цвета кожа, даже несмотря на царящую вокруг ночь. Если бы моё тело могло двигаться, то я обязательно бы вздрогнула. А так... С грустью констатировала факт, что всё же умерла и очутилась в каком-то странном загробном мире. Вспомнились мифы о реке Лете, через которую переправляли души умерших древние греки. Неужели она и в самом деле существует? Иначе с чего бы мне из-под колёс машины в городе попасть в глубокий водоём?

И всё же как от незнакомца вкусно пахло! Терпкий мускусный аромат окутывал и пьянил. Балансируя на границе сна и яви, я не могла им надышаться. И совсем уж бессовестно тёрлась щекой о горячую кожу на мощной груди, грела сухие потрескавшиеся губы. Огромные руки охватывали меня со всех сторон, давая понять, что принадлежат гиганту. Я со своим модельным ростом привыкла смотреть на всех сверху вниз и никогда ещё не ощущала себя такой маленькой и хрупкой. Оказывается, это довольно приятное чувство!

— Сейчас мы тебя согреем. — продолжал между тем незнакомец отвлекать меня от сна. — Как насчёт сладкого чая? Или горячего напитка со специями? 

— М-м-м... — только и смогла, что промычать, представив чашку с любимым ароматным глинтвейном. Впрочем, я была в таком состоянии, что и яду из рук незнакомца выпила бы.

 Если бы я только знала, что это в скором времени и произойдёт! А пока...

Как-то быстро мы приблизились к освещённому двору огромного каменного здания, теряющегося в ночной темноте. Непонятно, насколько оно высокое и большое. Грохнула дверь под ногой моего спасителя. Пару раз и от души. 

— Риз, открывай! Скорее! — прогремел надо мной голос.

Скрипнула дверь, и на нас обрушился поток яркого света, заставив меня зажмуриться. Пахнуло травами и чем-то косметическим. Как в аптеке.

— Мастер Ду? Что случилось? И почему вы в таком виде? — хриплый старческий голос был полон удивления.

— Да вот, адептку выловил. Принимай пациентку.

— Откуда выловил? Из озера?! 

— Ну откуда же ещё. Надо ректора звать и разбираться, что вообще случилось. Я, как обычно, в полночь совершал обход. И услышал всплеск. Еле успел! Э-э-эй, не спи! — внимание вернулось ко мне, и в рот полилась горькая, противная жидкость. Совсем ничего общего с глинтвейном. Это ж надо меня так обмануть! Заворочалась от обиды и захныкала, потому что кожу начали жалить тысячи мелких иголочек. — О, не нравится ей! А жизни лишать себя понравилось? Да ещё в мою смену!

— Лорд Санталион не обрадуется. И это перед новогодним балом! Совсем девки сдурели, поди опять кавалеров на всех не хватило. — причитал, судя по всему, загробный лекарь. Неужели и здесь есть бал? Уж не сатаны ли?!

Приоткрыв глаза, я поймала умный взгляд за тонкой оправой пенсне на худом морщинистом лице. Всё бы хорошо, только высокий лоб венчали рога. Зажмурилась, предпочитая думать, что мне это привиделось. Всё-таки страх дал о себе знать, вылившись в дрожь по всему телу. Меня аж покинуло на жёсткой койке. 

— Успокойся, девочка! Что же с тобой происходит? — обеспокоенно спросил мой спаситель, и вновь я очутилась в его объятиях, расположившись на коленях. Губы коснулись моего лба. — Шварах! Да она горит вся. Риз, давай таз и настойку для обтираний.

С меня содрали тёплую вещь, с которой я уже сроднилась, и принялись обтирать. Ощущения были, словно с меня сдирали кожу. Да что же за мучения такие!

— Мастер Ду, это неприлично! Девушка же в одном белье! — возмутился рогатый.

— Считай, я ничего не вижу. Или ты хочешь, чтобы она померла до утра, пока кто-то из твоих помощниц проснётся? 

— Я и сам могу. Кто здесь лекарь?

— Вот и занимайся лечением. Как только ей полегчает, я уйду. Что там из моих настоек осталось? 

— Вон, в шкафчике посмотри...

Я приоткрыла глаза, чтобы увидеть мощный разворот плеч и накаченную спину, переходящую в умопомрачительную задницу, спрятанную под шерстяными штанами. Могу со своим опытом сказать, что далеко не каждая мужская модель может похвастаться таким великолепием. Мускул к мускулу, ничего недо- или перекаченного. Идеально! А с цветом кожи я всё же ошиблась: вполне себе человеческий. Видимо, темнота сыграла со мной злую шутку. Однако это не отменяло того, что у второго незнакомца были рога. И они снова попались мне на глаза, стоило старику заслонить собой предмет моего восхищения.

— Очнулась! Что-то я не видел тебя раньше. Как твоё имя? — улыбнулся добродушно лекарь, потрясая острой бородкой и демонстрируя два маленьких клыка.

— Ка... — начала было по вежливой привычке отвечать на вопрос, но тут ко мне на постель вскочил неизвестно откуда взявшийся кот. Белоснежная шерсть блестела, голубые глаза ярко горели. Ну какой красавец!

— Брысь отсюда, Снежок! — ругнулся лекарь. — Как ты здесь оказался?

— Не трогай его. От самого озера за нами прибежал. — отозвался мой спаситель, гремя какими-то флаконами.

— Так как тебя зовут, девочка? — переспросил рогатый.

— Ка...

— Мяу-у-у... — снова перебил кот, а мне послышалось: "Кассия ты теперь, Кас-си-я!"

Кажется, я сошла с ума. Однозначно. И лежу сейчас где-то в коме овощем, пока мне мерещатся всякие странности. Нет, от спасителя бы я не отказалась. Готова и дальше любоваться им в своём больном воображении. И даже кот понятно, почему появился, ведь это животное последнее, что я видела перед смертью. Но рогатый лекарь...

— Фавн он. И не в коме ты, а в другом мире. Привыкай, Катя — Кас-с-сия. — промурчал кот и подмигнул голубым глазом. Этого мой мозг уже не вынес и отправил меня в бессознание.

Мутная дымка медленно рассеивалась, показывая мне девушку. Словно через стекло.

Ростом ниже среднего, худенькая. Кожа белая, едва ли не прозрачная. Толстая коса светлых волос говорит, что у хозяйки богатая шевелюра. Приятные, милые черты лица: пухлые губки, зелёные глаза, тонкий чуть вздёрнутый носик. По отдельности всё красиво, но вместе смотрится блекло, невзрачно.

Кассия Солери — подсказало подсознание.

Калейдоскопом замелькали кадры из её жизни. 

Подруги поглядывали на девушку свысока, парни отворачивались со скучающими лицами. Она всё подмечала, но не обижалась, принимая такое отношение, как должное. Ещё бы, рядом с лучшей подругой Лимарой Брент — яркой и прекрасной — Кассия казалась себе, мягко говоря, непривлекательной. К тому же она не могла позволить ничего из того, что было у Лимары и её приятелей. Потому как была дочерью деревенской знахарки и сапожника, тогда как стихийные маги Бренты владели больши́м участком земли и были довольно богаты.

Их дружбе с самого детства все удивлялись, но не препятствовали. Как если бы у хозяйской дочери появился любимый питомец — пусть играет. Каким-то чудом вслед за Лимарой в Академию магии удалось поступить и Кассии. Она старалась быть подальше от компании Лимары, находила разные предлоги, чтоб поскорее убежать после занятий в библиотеку. 

Возможно, поэтому к ней приклеились такие прозвища, как "заучка" и "зубрила". Зато она была лучшей на факультете знахарства, чем ещё больше вызывала ненависть у одногруппников. Если бы не покровительство Лимары — было бы всё очень плохо. А так... Терпимо.

Ещё на первом курсе Ли всё-таки вытащила подругу на вечеринку, устроенную адептами в честь окончания сессии. Сначала Лимара не отпускала от себя Кассию, представляла её всем своим знакомым, тащила танцевать, уговорила выпить эля. Но потом забыла о ней, и невзрачная блондинка просидела в сторонке несколько часов. В конце концов, она потихоньку ушла не простившись. В комнате проплакала в подушку всю ночь, а утром дала себе слово больше никогда не посещать подобных сборищ.

Она боялась, что Лимара обидится. Но подруга сделала вид, что ничего не произошло. А может, и в самом деле не заметила отсутствия Кассии.

Яркими вспышками высвечивались не только события, но и чувства девушки. Ей очень нравилось учиться в Магической Академии Друора, куда не так-то просто сдать экзамены, да ещё и обучение платное. На первый взнос для Кассии раскошелились родители Лимары, поддавшись капризу дочери, которая заявила, что без подруги никуда не поедет, тем более на экзаменах обе набрали проходной балл. 

И Кассия была бесконечно благодарна! Она платила подруге помощью в учёбе, писала за неё доклады по тем предметам, которые у них сходились, ведь учились они на разных факультетах. А потом и вовсе стала этим подрабатывать. Заодно продавала косметические зелья по маминым рецептам. Так и выживала.

Кассия любила приходить в старинное здание главного корпуса с грозными статуями гаргулий над входом. Любила коридоры с высокими потолками, гулкие аудитории, и даже запах книжной пыли в знаменитой Друорской библиотеке.

Девушка прекрасно осознавала, что нужна подруге только для того, чтобы писать конспекты и оттенять неземную красоту Лимары. Ведь с самого детства согласилась на эту роль за возможность иметь подругу.

Поэтому Кассия прощала ей всё. Ли всегда держалась чуть свысока, но ведь так и должно было быть. Она — красавица, дочь богатых родителей, окружена поклонниками, многочисленными приятелями и приятельницами. Они вместе — словно девушки с разных миров. И тем ценнее Кассии казалась их дружба. 

— Не понимаю, зачем тебе ехать вместе с Лимарой? Да ещё так далеко на север. — сетовала Камила Солери, собирая в дорогу скудный гардероб. Она не одобряла дружбы дочери с богатым землевладельцем. — Дочка Брентов пользуется твоей добротой, а ты и не замечаешь. 

— Я благодарна им за такой шанс! — проявила непривычную горячность Кассия, защищая подругу. — Если ей нужна будет моя помощь — да, пожалуйста. Мне несложно. Ли такая красивая, такая...

— Ну какая "такая"? Избалованная выскочка — вот она какая. А ты цены себе не знаешь… Настоящая красавица — это ты.

— Я? — удивилась Кассия, пытаясь разглядеть в зеркало то, что не удавалось раньше. — Вот уж не вижу ничего красивого!

— А душа? Характер? Дай срок, найдётся тот, кто разглядит такое богатство и никуда не отпустит, — торжественно пообещала Камила Солери.

— Да кто же разглядит душу за такой внешностью? — тихо вздохнула Кассия, вставая на носочки, чтобы казаться выше, и выставляя то место, где должна быть пышная грудь. Только не было её, как ни выпячивай.

Девушка уже давно не придавала маминым словам особенного значения. Всем известно, для родителей нет никого красивее детей. Уже в Академии она вспоминала те слова. Тайком, когда никто не мог видеть, Кассия становилась перед зеркалом, смотрела на себя, поворачиваясь и так и эдак. Она распускала свои густые светлые волосы, приподнимала край серого как камень платья, чтобы увидеть — стройные ли у неё ноги. Щурила глаза или широко распахивала их, чтобы сильнее мерцала зелень радужки. Улыбалась, хмурилась и строила смешные рожицы отражению. Иногда она даже себе нравилась в хоть и простой, но новенькой форме. 

Но потом начинались занятия. Кассия смотрела на уверенных в себе адепток, общалась с Лимарой и понимала, что она по-прежнему невзрачная маленькая мышка, чьё место за спиной подруги. Новое платье терялось на фоне более модных фасонов.

Частые влюблённости Лимары заставляли и Кассию мечтать об этом возвышенном чувстве. Как бы ей хотелось встретить парня и полюбить всем сердцем! Взаимно, конечно! 

Тогда бы она знала, зачем живёт. Она бы ждала! И ожидание посвятила бы ему — своему прекрасному незнакомцу. Простому магу, которому отдала бы и сердце, и душу, и своё невзрачное тело. 

Как там в детской сказке: наследник эльфов преодолел все преграды, совершил кучу подвигов, добрался до высокой горы Энлодет, где в ледяной пещере много лет спала простая магичка под проклятием "Вечного сна" и ожидавшая поцелуя возлюбленного. Счастливый конец!

И вот, это случилось... Чувства захлестнули Кассию, когда вернувшись после каникул в Академию на третий курс им представили нового профессора зельеварения.

На гигантской волне чужих эмоций картинка схлопнулась, и меня вынесло в реальность. Почему я так решила?

Может, потому, что пальцы слишком явно ощущали мягкость хлопка, а спина — жёсткость кровати. А может, дробный стук по твёрдой поверхности слишком навязчиво отзывался в голове.

— Открывайте глаза. Я знаю, что вы пришли в себя. — раздался резкий незнакомый голос.

Конечно, я послушалась. Невозможно было игнорировать приказной тон.

Рядом с моей кроватью на стуле сидел рослый, худощавый мужчина неземной красоты. Длинные белоснежные волосы собраны в высокий хвост, открывая заострённые уши. На них — россыпь драгоценных камней и колечек. Несколько прядей ниспадали у лица непривычно тёмного цвета. Белоснежные замысловатые одежды с красной вышивкой очень похожи на кимоно. На ногах — шаровары. Тонкие черты совершенной красоты лица выражали недовольство. Цепкий взгляд чуть раскосых глаз горел яростью.

Утончённые пальцы с перстнями и острыми ногтями барабанили по рукояти хрустальной трости, вызывая тот самый звук, который меня разбудил. Удивительно, но ни обилие украшений, ни красивые утончённые черты лица и тела не делали незнакомца женственным. Это сравнение — последнее, какое можно применить к нему. Взгляд решал всё. Воин, предводитель, мудрец — и не меньше. 

Похоже, моя кома пошла на новый виток галлюцинаций. 

— Где я? — прохрипела едва слышно.

— По-прежнему в Академии Друора, адептка. И я, пользуясь своим ректорским правом, хочу узнать: какого швараха вы полезли в озеро, Кассия Солери?

Что? Какая Кассия? Та самая, из сна?

Повернув голову, я увидела лекаря Риза. Он подбадривающе улыбнулся мне и качнул острой бородкой: мол, давай, признавайся. Мозг отказался складывать в картинку то, что должно было сложиться. Мне уже не нравился результат логической последовательности, которая вырисовывалась: каким-то образом меня принимают за серую несчастную мышку — Кассию Солери из сна. 

Я бы опять с удовольствием упала в обморок, если бы не грозный вид... э-м-м... ректора? Его тихий, спокойный голос (и от этого ещё более ужасающий), разрезал пространство, словно кинжалом:

— Я жду. Объясните, почему вы захотели самоубиться. И чтобы не возникло иллюзий, что это происшествие пройдёт безнаказанно, скажу сразу: если мне не понравится ответ, можете собирать вещи. И не посмотрю на ваши успехи в учёбе.

Села и, подтянув колени, подвинулась к изголовью больничной койки. Так разговаривать поприятнее, чем в беззащитной позе лежащего человека. Огляделась в поисках кота. Может, он опять что-нибудь подскажет? К сожалению, его не было. 

Что он там говорил? Что я попала в другой мир? Кажется, действительно умерла и переродилась. Я не была слишком религиозной, но в целом перевоплощение души не казалось чем-то нереальным. Единственное, что беспокоило — это память о предыдущей жизни. Разве так должно быть? А кого спросить? У этого белоснежного? 

Поймав его взгляд, тут же отвела свой. Ну невозможно выдержать подобное давление! Надеюсь, он мыслей не читает, а то мне конец. Неизвестно ведь, как в этом мире относятся к таким, как я, и были ли подобные прецеденты раньше. Ладно хоть каким-то чудом сон немного меня подготовил.

Натянув ещё повыше одеяло, которым была укрыта, тяжело вздохнула и пожала плечами.

— Ничего не помню. Кхм... Не помню, как оказалась в озере. — добавила часть правды. 

— В глаза смотри! 

Пришлось окунуться в кристальную чистоту ректорского взгляда. В последний раз я себя так чувствовала как раз перед кастингом, когда решали, буду ли я моделью. А здесь, похоже, решалась судьба Кассии и её дальнейшая учёба. — Хм... И правда, не помнишь. А почему захотела самоубиться?

— Не хотела! В смысле, я совсем не помню тот вечер, но жить хочу. Очень! — столько отчаяния прозвучало в моём голосе, что мужчины переглянулись.

Незнакомец сжал рукоять трости, отчего по ней поползла изморозь. Чего мне стоило держать равнодушное лицо! Как там ректора называл мой спаситель? Санди... Сарти...

— Лорд Санталион, похоже, у девушки частичная потеря памяти. Ноги обморожены, но не критично. — вмешался лекарь. — Денёк ещё полежит и будет готовиться к балу. 

— К балу? Думаю, наказания в виде отсутствия развлечений на ближайший год будет достаточно. — задумчиво протянул этот... местный Санта-Клаус. Точно! 

Ну ведь очень колоритный зимний персонаж! Лорд Санталион... Как звучит-то, а! 

И на бал идти совершенно не хочется. Надо как-то обживать новое тело и поменьше светиться. Впрочем, Кассия и так была чемпионом по серости, судя по тому, что я увидела во сне. А то, что это был не просто сон, а выжимка из воспоминаний, сомневаться не приходилось. Внутри я всё ещё чувствовала отголоски не только своей, но и чужой боли, растерянности, неуверенности. 

Ну ничего, каким-то же чудом я оказалась в теле этой девушки? Значит, буду за двоих строить нашу судьбу.

Похоже, мой восторг, отразившийся на лице, пришёлся ректору не по вкусу. Он усмехнулся:

— Я ожидал несколько другой реакции. Значит, балом вас не напугать, адептка? Отлично! Думаю, отработка после занятий у мастера Ду будет достойной альтернативой. Присмотрит за вами заодно.

Ну что сказать... Услышав это имя, я с трудом не выдала очередную порцию восторга. Встретиться снова со своим спасителем? Да я только за! Ну просто один подарок за другим! Лорд Санталион не хуже нашего Деда Мороза исполняет желания. 

Не удержавшись, всхлипнула от умиления. К счастью, ректор воспринял это за проявление расстроенных чувств и довольно улыбнулся. Хищно так. 

— Ну вот и отлично. Поправляйтесь, адептка. Риз, на два слова.

Грациозно поднявшись, лорд вместе с лекарем отправились в соседнее помещение, а я осмотрелась.

Ничего примечательного — могла бы я сказать, если бы жила в этом мире. Несколько стоя́щих в ряд кушеток, на одной из которых сидела я. Между ними открытые занавески, чтобы по мере необходимости отгораживаться. 

Да, ничего примечательного, если бы не...

Задохнувшись от восторга, я подскочила, но тут же рухнула обратно, потому что стопы пронзила мучительная боль, как от сотен иголочек. Ну, конечно, обморожение! Посмотреть состояние ног не представлялось возможным, потому что они были умело перебинтованы. 

Пришлось наслаждаться красотой издалека. 

Одна из стен от пола до потолка представляла собой открытый шкаф с многочисленными полочками. Причём задняя поверхность источала мягкий зеленоватый свет, отчего всё содержимое сверкало и переливалось. Колбочки, баночки, свечи, коробочки, книги, статуэтки — чего там только не было. 

Чего здесь необычного? — спросите меня. И я отвечу. За всем этим богатством следили две белых летучих мыши. Порхая между полок, они сметали светящуюся пыль в мешочки, привязанные к лапкам, и совершенно не обращали на меня внимания.

— Охре...

— Вижу, вам уже гораздо лучше, — перебил меня вернувшийся лекарь. Хлопнул в ладоши — и полки исчезли. Вместо них появилась обыкновенная кирпичная стена. А мыши с мешочками взлетели куда-то под высокий потолок, оставляя за собой сверкающий пыльный шлейф.

Именно в этот момент пришло осознание, что я действительно в магическом мире. Самом настоящем! Посмотрела на свои руки, пошевелила пальцами: интересно, а Кассия владела магией? Во сне я ничего такого не припомню.

— К счастью, пальцы рук не так сильно обморожены, чем ноги. — по-своему интерпретировал мои движения господин Риз. — Ну, ничего, к балу восстановишься и будешь отплясывать до утра. На вот поешь.

Оказывается, лекарь пришёл с подносом. Молочная каша дымилась, а от кружки с чаем шёл сильный, но приятный травяной аромат. Мята, рогульник, здравица, корень веснянки — знакомые и незнакомые названия легко всплыли в памяти, как будто я давно всё это знала. Интересно... Знахарка, значит. Травница. Похоже, вместе с телом мне достался и запас знаний прежней владелицы. Уже неплохо.

Хороший мне принесли сбор. Укрепляющий и успокаивающий. Выпила его сразу, несмотря на лёгкую горечь. Могли бы и медку положить. Или чем тут сластят? 

А вот на кашу посмотрела скептически. Фу-у-у... С детства не люблю! Можно даже сказать ненавижу...

— Смелее, Кассия, силы тебе понадобятся. Совсем ведь худенькая. — покачал рогатой головой лекарь. Его особенность уже не так сильно удивляла. От фавна исходили волны добродушия, так что сложно было воспринимать его как нечто неприятное. Наоборот, он очень располагал к себе. Ему хотелось довериться.

Наверное, именно поэтому я решилась попробовать кашу. За здоровье, так сказать, существа, которое меня выходило. Однако, прожевав первую порцию, я не могла остановиться, пока не выскоблила тарелку до последней крупицы. Только что не облизала, наткнувшись на лукавый веселящихся взгляд Риза.

Смутилась и медленно вернула тарелку на поднос.

— Спасибо, было очень вкусно.

— Я заметил. Каша из марьянника — это деликатес, который подаётся только на императорский стол. Вам повезло, что лорд Санталион поделился своими запасами для быстрейшего восстановления сил. 

— О-о-о... Очень щедро с его стороны. 

Забота ректора оставила приятное ягодное послевкусие. Не такой уж он, оказывается, злой и суровый, как пытается казаться. 

— Ложись, я смажу твои ножки. 

Фавн достал из сундука на столе баночку, размотал мои ноги и стал смазывать стопы. Я закрыла глаза и стиснула зубы, но слёзы от боли всё равно потекли по щекам. 

— Терпи, девочка, скоро станет легче. Пару часов и сможешь ходить. Будет немного жечь. — приговаривал лекарь, лёгкими движениями втирая густую мазь в кожу. Смотреть на состояние своих конечностей резко расхотелось. — Какие маленькие ножки! А знаешь, я вспомнил тебя. На первом курсе ты получила ожог на лодыжке от яда хекуса во время практики. Только сейчас ты изменилась.

— Изменилась? — постаралась не выдать паники в своём голосе. Неужели так заметно, что тело Кассии заняла другая?

— Я не вижу затравленности во взгляде. Ты не опускаешь голову при общении, смотришь прямо. Ну так это и понятно — времени то сколько прошло. Повзрослела. Третий курс, как-никак, завершающий.

Всё. Я пропала. Повадки уверенной в себе женщины трудно спрятать. Если уж малознакомый с Кассией господин Риз заметил изменения, то что произойдёт, когда я встречусь с близкой подругой Лимарой?

— Все меняются. — как можно безразличнее пожала плечами, усмиряя беспокойство. И забросила крючок, чтобы проверить реакцию: — А после того как чуть не утонула, я почувствовала себя словно другим человеком.

— И то верно. Такое потрясение пережила! — схватил наживку фавн. — Я за свою жизнь столько повидал! Бывало, самые лютые неучи, окончив академию, становились порядочными и достойными людьми. И наоборот... Да-а-а... Жаль, что не помнишь, как беда приключилась. Может, мастер Ду поможет вернуть воспоминания. Ну всё, полежи до вечера, а там и в комнату свою можешь идти. Кстати, подружка твоя рвётся повидаться. 

— Лимара? Ох... Честно говоря, я бы ещё поспала.

Господин Риз понятливо заулыбался, качая рогатой головой. 

— И правда, лучше тебе отдохнуть. А то эти подружки... Утомят сверх меры. Успеете ещё наговориться. Сейчас Кела придёт, моя помощница. Поможет, если что понадобится. А я на кафедру побежал. У третьекурсников, кстати, буду вести лекции. Так что ещё увидимся, Кассия Солери. 

— Спасибо, господин Риз. Вы очень добры. 

— Так а лекарю без этого качества никак не обойтись. Так же как и знахаркам. — подмигнул мне фавн. — Лечение оно ведь от хорошего отношения только выигрывает, а помогать другим существам — наш долг, иначе зачахнет силушка. 

Риз ушёл, а я так и не смогла больше заснуть, как не пыталась. Хотела ещё что-нибудь через сон узнать о Кассии, но беспокойные мысли терзали. Очень странно оказалось чувствовать себя в чужом теле. Я словно похудела килограмм на пятнадцать. Приподняв простынку, посмотрела туда, где должен был быть третий размер, которым я гордилась. Увы... Придётся находить другие достоинства. Как модель я понимаю, что даже неформатная внешность может круто взлететь, если правильно её подать. А у Кассии неплохие природные данные. 

Одна проблема: меняться резко чревато тем, что вызову подозрения. Плюс — можно оправдать себя переосмыслением после несчастного случая на озере. Лекарь уже прошёл тест, и мои объяснения не показались ему подозрительными. На том и буду стоять! 

Вскоре пришла Кела — задумчивая и немного рассеянная помощница Риза. Высокая, худая женщина неопределённого возраста за тридцать. Она помогла сходить в отхожее место, помыть ноги и переодеться в серое платье, которое передала Лимара. Грубая ткань неприятно колола кожу, вызывая зуд. Неужели Кассия была настолько бедна, что не могла позволить себе вещей получше? 

А туфли? Иметь отцом сапожника и ходить в такой грубой тесной обуви? Или это после обморожения она так ощущается? Жалость к прежней хозяйке тела сменилась раздражением. Это же надо себя так не любить! Естественно, что и другие к ней относились подобным образом. Как себя поставишь... 

У меня вот тоже было тяжёлое и небогатое детство. Попробуй-ка вырасти человеком из семьи алкашей! Но я же из кожи вон лезла, старалась, чтобы выбраться из этой трясины. Другое дело, куда меня это привело: под колёса машины. И ни внешний вид, ни модное пальто не помогли.

Понятно, что Кассия была зациклены на учёбе и получении знаний в Академии, чтобы помогать матери и открыть семейную лавку с лицензией. Но не ценой же личной жизни и собственного достоинства?!

В общем, чем больше я размышляла, тем больше приходила к выводу, что непросто так именно меня закинуло в тело Кассии Солери. Ничто не происходит без причины. Даже моя гибель — это начало новой миссии. 

Когда вечером ко мне вбежала Лимара и со словами: "Касси! Слава Лучезарному, ты жива!" бросилась обниматься, я уже решила, что не дам себя в обиду. Никому. И никогда.

— Ты не представляешь, как я волновалась, когда с утра тебя не оказалось в комнате! Джанет слышала, как ночью хлопнула дверь, но и предположить не могла, что это была ты. Она подумала, что это Триста побежала на свидание к Колину. — тараторила Лимара, пока мы шли по протоптанной дорожке в сторону корпуса, где жили адепты.

Шерстяной длинный плащ спасал от мороза, но, конечно, не так, так подбитый мехом у моей новой подруги. Шикарный рыжеватый мех вызывал зависть. Что поделать, шмоточницу во мне даже перенос в другой мир не убил.

 Я пыталась не пропустить ни слова, и в то же время осмотреться по сторонам. Территория Академии была довольно большой и окружённой высокими стенами с башенками по периметру. В одной из башен как раз и располагались лекарские помещения. На отшибе почему-то. 

Основные расчищенные дорожки были освещены коваными фонарями, благодаря чему я смогла рассмотреть главное здание с гаргульями у входа, такое же, как во сне. Широкие мраморные ступени приглашали зайти под величественную арку. Интересно будет посмотреть на всё это великолепие днём. 

— Ты чего молчишь? — остановилась Лимара и крепко сжала мою руку, всматриваясь в лицо под капюшоном. — Ну и видок у тебя!

— А? Должно быть, я задумалась. Что ты сказала?

— Понятно, ты, как всегда! — закатила глаза девушка и повела меня дальше. — Чтобы ты без меня делала! А я говорила вчера, что компот сильно кислил. Неудивительно, что у тебя несварение — выпила и свой, и мой. 

Так вот, значит, какую причину моей болезни выдумали. Не захотели распространяться, как адептка по ночам купается в озере. Ну, мне же и лучше. Даже объяснять ничего не нужно. Но для себя я обязана узнать, что на самом деле подтолкнуло Кассию так ужасно закончить свою жизнь. Во избежание повторения.

— Сегодня, кстати, распределяли пары на бал. — продолжала вещать Ли. — Хорошо, что я успела договориться с Демусом. А вот ты меня не послушалась, и теперь придётся идти с тем, кого тебе определили. Ну-ка, пойдём посмотрим на списки, раз уж мы здесь рядом. 

Зайдя в холл основного здания, заметила толпу у деревянных стендов, сделанных из плоских реек. Вот только меловые надписи на них были не просто белые, а ещё искрились словно снежинки. Ну какая красота! Впечатление портили две ругающиеся девушки с бледной кожей и резкими чертами одинаковых лиц. Чёрные гладкие волосы до плеч, на ушах — округлые кольца.

— Сестрички До’Хай опять кого-то не поделили. Так им и надо. — съязвила Лимара.

Взгляды всех присутствующих обратились на нас. Одна из упомянутых сестёр осмотрела меня презрительно и громко сказала:

— О, задохлая объявилась. Опоздала, милочка. Тебе досталась лишь такая же шваль.

— Тамила, тебя хекус укусил, что ли? — встала на мою защиту Лимара, шагая вперёд. Так, как будто не впервой ей приходится защищать Кассию. В моих видениях она выглядела немного иначе. — Чего такая злая?

— А ей Бартоломью не достался, вот и цедит яд. — отозвалась вторая сестра и показала первой язык. 

— Ты знаешь, Ли, я не пойду на бал. — наверное, во мне проснулась нерешительность хозяйки тела, иначе никак не могу объяснить, почему застыла за спиной подруги, вместо того, чтобы ответить обидчикам. Да и что я там на этих балах не видела? 

Не видела — и не надо. 

— Совсем с ума сошла? — поражённо воскликнула Лимара, поворачиваясь ко мне. — Как это не пойдёшь? Начало третьего курса, последний год в Академии — и не отметить?! А платье для чего тогда готовила? А туфли у отца заказывала? Ну уж нет. На этот раз ты не отсидишься у себя в комнате. В конце концов, с кем я буду обсуждать красавчика Кхэру? Не с этими же глупыми голубками? — последнее она уже шептала мне на ухо.

Так, что-то не сходится...

— Погоди, ты же сказала, что пойдёшь с Демусом? — хорошо внимательно прислушивалась к словам подруги. Надеюсь, имечко не перепутала. 

Но Лимару это не смутило.

— Ну и что? Кто мне мешает подарить хоть один танец Кхэру? Да и, в конце концов, кому как не тебе знать, что нужно нагуляться, пока моего женишка рядом нет. Вот зачем ты мне о нём напомнила? — наигранно застонала девушка. — Мои родители не должны были договариваться за моей спиной и отдавать какому-то орку, пусть даже девятому сыну правителя. Если это и будет орк — то только тот, какого я сама выберу!

Ну, сложно с ней поспорить. Я бы тоже не захотела связываться с орками. Особенно если они такие, как их показывают в наших фильмах. Ну вот правда! Значит, у Лимары есть навязанный жених. 

Жаль, что так мало увидела во сне. Девушка не проявляла никакого восторга по поводу выпавшего на её долю счастья... А ведь поклонников у неё и в самом деле было великое множество. Маги вились вокруг неё, как пчёлы у цветка. Да и могло ли быть иначе? Лимаре выпало счастье родиться голубоглазой брюнеткой: яркой и броской. Кроме того, черты её лица словно вышли из-под кисти художника. Безукоризненные. 

Да, глупо не признать, что Кассия проигрывала ей во внешности. В прошлой жизни я бы Лимаре не уступила, а теперь... Не могла похвастаться подобными достоинствами. Ростом, как и выделяющимися формами обделена. К тому же природа наградила Кассию белокурыми непокорными волосами, без малейшего блеска. Вот только глаза… Глаза были её особенными. Яркая радужка цвета первой весенней травы с солнечными вкраплениями была словно заключена в чёрное кольцо. В нашем мире их наверняка назвали бы колдовскими.

В общем, моё новое лицо не было ни красивым, ни уродливым… Невзрачным – вот самое подходящее определение.

Наверное, поэтому предыдущая хозяйка тела не видела никакого смысла соперничать с Лимарой. Зато Кассия обладала прирождённым даром уравновешивать сварливый характер подруги. А вот во мне этой добродетели не осталось. 

— Вот мел. Давай, пиши. 

Девушка подтолкнула меня к стендам, где по-прежнему находились незнакомые люди, и теперь ждали... Чего? Подозреваю, очередных насмешек над Кассией. 

И снова здравствуй, буллинг. Мало мне его было в школе? Ну ничего, там всех приструнила, и здесь не оплошаю. Дайте только время освоиться. Сжала в кулаке мелок, призывая себя не показывать характер сразу и не вызвать лишние подозрения. Да и, в конце концов, какая мне разница, кого выберут? Я собираюсь всеми правдами и неправдами избежать бала.

— А как происходит распределение? — спросила тихо у Лимары. — Кто решает этот вопрос?

— Снежный дух, кто же ещё. Лорд Санталион выпускает своего любимца в начале года, чтобы тот устраивал нам праздник. Твоя аура сама подскажет ему, кто больше подходит. Касс, это всего лишь формальность. Пара, чтобы войти в праздничный зал. Давай, трусишка!

Я почувствовала в зажатом кулаке холодок, исходящий от мела. Когда поднесла его к доске, то увидела свечение, как на других буквах.

— А что писать?

— Своё имя, конечно.

Не знаю, с чего я так вдруг заволновалась. Ладошки вспотели, тошнота поднялась к горлу. Такое ощущение, что в этот момент я выбирала себе будущее. Или это безотчётные реакции тела бывшей владелицы? 

«К-а-с-с-и-я С-о-л-е-р-и» вывела незнакомым, но аккуратным почерком. Надпись вспыхнула и замигала... Оставив моё имя одно на строчке, тогда как на других было по два: мужское и женское. Значит, пару мне не нашли?

— Ничего удивительного, — заметила Тамила До’Хай. — Вы бы ещё завтра пришли. 

— Ага, не видать тебе, Солери, бала, как нового платья. — подтвердила её сестра Камила До’Хай. 

— Да и слава богу! — с облегчением высказалась я, тут же исправившись. — В смысле, слава Лучезарному. Я и не собиралась. А вам желаю как следует повеселиться, потому что в новом учебном году придётся искать другую дурочку, которая будет давать списывать свои конспекты. Всего хорошего!

Оставив потерявших дар речи сокурсниц, я накинула капюшон и пошла в адапторию, как здесь называлось общежитие адептов: для женщин и мужчин отдельно. Давно пора было дать отпор. Не понимаю, зачем Кассия это терпела. Хлопнула дверь, и меня догнала Лимара.

— Как ты их, а? Молодец, Касс. Но ты же это несерьёзно? — спросила девушка заискивающе. 

— Серьёзнее некуда. В конце концов, уже третий курс. Пора самим заниматься. 

— Я, как твоя лучшая подруга, полностью тебя поддерживаю. Но для меня же ты сделаешь исключение, не так ли? А вот то, что тебе дух не нашёл пары — это плохо! Одной в зал не войти. Зря, что ли, я тебе платье приготовила? Нет, тут нужно подумать...

В свете фонарей мелькнул белый пушистый комок, заставляя меня споткнуться.

— Ты видела? Это был кот?

— А это, наверное, Снежок мышей ловит. 

Как я ни крутила головой, но ничего больше не увидела. А так хотелось убедиться, что кот действительно говорящий. Я бы столько всего у него спросила. Вопросов накопилось так много, что голова напоминала воздушный шар, готовый в любую минуту лопнуть.

Адапторий встретил шумом женских голосов, хлопающими дверьми, травяным запахом, чем-то подгорелым и духами. Адская смесь.

— Кто-нибудь одолжите белые банты!

— Джемма, где маг-утюг? 

— Отдам, когда вернёшь мне зелье Отилуса.

— А-а-а... Шнуровки не хватает!

— А не надо было пирожные неделю жрать!

В подобной какофонии реплик мы поднялись на второй этаж. Ну что сказать, подготовка к балу была грандиозной! И это учитывая, что впереди ещё целые сутки. 

— Ли, одолжи мне браслет. — выскочила из комнаты высокая девушка, едва не сбив меня с ног. — О, Касс, ты вернулась! 

— Джанет, я обещала браслеты Кассии.

— Можешь забирать. Я не иду. — милостиво разрешила назревающий спор и пошла дальше. Быстрей бы остаться одной.

— Как это не идёшь? — удивилась Джанет. — Мы зря, что ли, тебе платье выбирали?

Не поняла, так кто мне из них платье обещал? Лимара закатила глаза и объяснила:

— Кассии не досталось пары. Но ничего, я этот вопрос решу. А ты куда?

Последнее явно предназначено для меня.

— В свою комнату.

— Касс, ты меня пугаешь. Вот она! — девушка показала мне на дверь, которую я прошла. Как раз напротив комнаты Джанет. 

— Знаю. Просто вы меня так заболтали... — пробормотала я возвращаясь. Настолько устала, так внутри накипело, что, казалось, тронь — и взорвусь. Дёрнула за ручку, но дверь была закрыта. 

Прекрасно. Просто прекрасно! Не мог кот оставить мне хоть какие-то инструкции? Чтобы не выглядеть дурочкой, обернулась к подругам и улыбнулась:

— Девочки, я так устала. Ещё не до конца выздоровела. Давайте завтра встретимся?

— Хорошо. Тебе и правда нужно выспаться, а то с такими кругами под глазами только призраков пугать. 

Лимара развернулась и пошла к лестнице. Джанет сочувствующе улыбнулась и протянула мне коробку с печеньем, которую держала в руках.

— Угощайся. А то правда, выглядишь не очень. Дашь браслеты? 

— Да без проблем. Только завтра.

— Лучезарной ночи.

— Ага, и тебе того же.

Подсмотрела, как Джанет приложила ладонь к медальону над замком, и сделала то же самое. Металл нагрелся, щёлкнул замок, и дверь открылась. Сразу же зажглись несколько шарообразных светильников, освещая пространство.

Ну наконец-то я осталась одна! Как же хорошо, даже несмотря на то, что абсолютной тишины не наблюдалось. Где-то что-то шуршало и звенело, скрипел пол, хлопали двери, звучали голоса, но всё же гораздо тише. 

Комната Кассии оказалась маленькой, но уютной. Кровать, стол и шкаф — вот всё убранство. Клетчатый коврик на полу, пейзаж на стене, кружевные занавески и три вазы с комнатными растениями. 

Я присела на полутораспальную кровать и сняла обувь, со стоном вытянув горящие стопы. Надеюсь, завтра будет гораздо лучше, как обещал господин Риз. Где-то в кармане плаща находится баночка с кремом, который дала мне Кела, чтобы я нанесла его на ночь. 

На столике у окна лежали книги, на подставке стояли какие-то колбочки и флакончики. Несколько лент для волос и маленькое зеркало. Посмотрела на себя новую — жесть. Просто убогая жалость. 

Чтобы поднять настроение, угостилась иномирным печением. Оказалось очень даже вкусно. Тем более что я и не ужинала совсем. В окно швырнуло ветром горсть снега, и мне захотелось запустить немного свежего воздуха, чтобы проветрить комнату. 

Пришлось залезть на стол, чтобы дотянуться. Приоткрыв форточку, я закрыла глаза и жадно вдохнула, словно только что не пришла с улицы. Здесь в тепле холод ощущался иначе. Обхватила себя руками, сдерживая накатившие слёзы. Открыв глаза, увидела отразившуюся в стекле худенькую фигурку. 

Кассия... За что же ты так с собой? 

А главное — не с кем поделиться. Не с кем поговорить по душам. Пожаловаться. Поплакать. Посмеяться. Я чужая в этом мире, никого и ничего толком не знаю. Как только учиться собралась? Да меня же раскусят на раз два.

— Ну чего разнюнилась? Я же с тобой. А это большая честь! — раздался мурчащий знакомый голос.

Резко обернувшись и чуть не свалившись со стола, я увидела развалившегося на кровати кота, умывающего лапой морду.

— Снежок? Как ты здесь оказался? 

— Под ноги смотреть надо. Чуть хвост не прищемила дверью. 

— Прости. — радостно улыбнулась и слезла со стола. Села на край кровати, положив руки на колени. — А я не верила, что в этом мире коты говорящие. Думала, показалось.

— И пр-р-равильно делала, что не верила. — сверкнул синими глазами пушистый гость. — Снежок всего лишь кот. Причём не очень умный. 

— А кто тогда говорит со мной? — жуткое ощущение сумасшествия снова ко мне вернулось. 

— Меня называют снежный дух. Друор — моё королевство вечной зимы. И я решаю, кто достоин пройти сквозь врата мироздания в мой мир.

— Правильно ли я понимаю, что вы вселились в тело животного? 

— Умная девочка, уваж-ж-жаю. 

Кот встал и подошёл ко мне, чтобы поластиться. Пальцы с удовольствием погрузились в пушистую шёрстку. 

— А почему кот? Признаюсь, пока вы в таком виде, мне сложно соблюдать положенный пиетет. 

— Ну ты же любила котов в своём мире, раз пожертвовала жизнью ради одного из них. Вот я и решил, что так будет лучше и привычнее для тебя. 

Да уж… Не думала, что мой безрассудный поступок приведёт к таким последствиям.

— Ты недовольна? — прочитал мысли дух. 

— Нет-нет, что вы… Просто непривычно и много всего непонятного.

— Привыкнешь. Память Кассии поможет. Научись прислушиваться к себе, доверять интуиции. 

— Как сегодня с дверью? — скептически заметила. 

— Прошло слишком мало времени. С каждым днём будет всё легче. После бала пройдёт несколько дней, прежде чем начнутся занятия. 

— Я не пойду на бал. 

— Обязательно пойдёшь! — возмутился кот, раздражённо фыркнув и выпустив когти. Если дух хотел меня напугать, то неверно выбрал тело для подселения. Почесала его за ушком, вызвав довольное урчание.

— Кажется, вы сами не дали мне пару на распределении. 

— А там среди кандидатов и не было подходящего для новой Кассии. Но это не повод не идти. Найдётся тебе пара, не переживай. 

— Вот уж за что я меньше всего переживаю, так за это. — фыркнула я и зябко поёжилась. Кажется, пора закрывать форточку, пока не заболела. Пришлось опять залезать на стол. Порывом ветра её с громким стуком захлопнуло.

Когда вернулась, Снежок чесал себя за ушком.

— Уважаемый дух, а расскажете, что случилось с Кассией? — решилась задать наболевший вопрос.

— Мяу-у-у! — ответил кот и посмотрел на меня синими глазами, в которых уже не было сверкающих искр. 

Похоже, дух покинул меня без предупреждения. Вот и надейся на его помощь и подсказки! 

Тревожный вечер сменился не менее тревожной ночью. После того как выпроводила кота, в шкафчике я нашла небольшой пузатый чайник и горелку с маленькими квадратными камешками. Долго думала, как же мне эти добром воспользоваться, ведь ни электричества, ни спичек, ни керосина я не увидела. Да даже кресала не было, чтобы извлечь искры. 

И, как назло, очень сильно хотелось чая, который благоухал травами из стеклянной баночки. Уже было плюнула на эту идею и взяла в руки камешки, чтобы вернуть их обратно в мешочек, как неожиданно пришло понимание. Будто торкнуло изнутри. Положила их в горелку, повернула три раза основание почасовой стрелке и вуаля — заскакал огонёчек, медленно поглощая каменное топливо. Повернуть против часовой — затухает. Ну не чудо ли? 

Попыталась запомнить свои ощущения в этот момент. Как будто далёкий внутренний голос подсказал. Будем считать его интуицией, памятью Кассии. Не об этом ли говорил дух? Чтобы больше к себе прислушивалась. 

О своих новых способностях я и размышляла, сидя на широком подоконнике и смотря на метель за окном. Горячая кружка грела руки, а аромат трав наполнял уютом воздух. Мелисса, цукаты, каркаде, лимонник — я смогла разложить чай на составляющие. Причём так легко, будто мои вкусовые и обонятельные рецепторы обострились. 

Так вот какой магией обладала Кассия. Это наследственные знания и опыт, передающиеся из поколения в поколение. И развитая чувствительность. 

Беглый осмотр скромного содержимого платяного шкафа принёс неутешительные выводы: девушка совершенно не заботилась о своём внешнем виде. Судя по количеству книг и ингредиентов для составления зелий, основной доход уходил туда. Отдельно на полочке стояли флаконы, приготовленные для продажи. Целый час я потратила на то, чтобы сопоставить названия и предполагаемый эффект. Заодно прокачала внутреннее чутьё.

Вот как, скажите мне, можно обладать таким ценным богатством местной магической косметологии и совершенно им не пользоваться для себя? Нет, я понимаю, что некоторые ингредиенты довольно дорогие и редкие, а зелья получаются недешёвыми и приносят неплохой заработок, но обделить себя… Для меня это было совершенно невообразимо. 

Пора всё менять! Теперь это невзрачное тело моё, а о себе любимой я привыкла хорошо заботиться. 

Долой серость и уныние! 

Да здравствует красота и здоровый цвет лица!

Уж если мне суждено появиться на балу по предписанию снежного духа, то пусть все захлебнутся от зависти за все годы, когда не замечали добрую, отзывчивую девушку Кассию.

Взять хотя бы её подруг. Лимара и Джанет по-своему заботились о ней, но при этом не забывали извлечь свою выгоду. Печенье за браслеты, наряд за конспекты. Кстати, а что там с платьем? Где обещанный наряд?

Не этот ли? Достала из шкафа единственное платье, более или менее подходящее под праздничное, так как глубокий синий цвет выделялся на фоне серо-коричневой палитры.

Я долго стояла перед зеркалом, задумчиво разглядывала себя, поворачивалась так и эдак. Всё же в непривычной одежде чувствуешь себя соответственно. Несомненно, платье можно было бы назвать привлекательным, если бы не слишком простой крой и цвет, который делал мою кожу ещё бледнее и более синюшной, оттеняя тёмные круги под глазами.

— Нет, это не подходит, — в конце концов, вынесла вердикт. 

Если бы платье было сшито из дорогой натуральной ткани, ещё куда ни шло, но это был дешёвый искусственный шёлк, и платье смотрелось жалким подобием, попыткой бедности выдать себя за роскошь.

Даже я это понимала, ещё не увидев ни одного по-настоящему бального платья. 

В общем, уснула я лишь под утро, перед этим нанеся на ноги лечебный крем, а на тело косметическое зелье. Жаль, что душевые находились на этаже и были общими. Они мне ой как завтра понадобятся.

Позднее утро меня встречало всё той же метелью за окном и свежим нежным цветом лица. Судя по результату, средства Кассии были очень эффективными. Не зря же она сделала хорошую выручку перед балом, которую я нашла на верхней полке шкафа в коробочке из-под конфет. Перед тем как пойти в столовую на завтрак, я надела белую блузку и тёмно-серую клетчатую длинную юбку, в которой Кассия обычно ходила на занятия, гладко зачесала волосы и заколола их на затылке в пучок. Если и преображаться, то только как Золушка перед самым балом, чтобы не спугнуть. Завершающим штрихом стал уже знакомый шерстяной плащ на толстом подкладе, который служил вместо пальто. 

Одной идти не захотелось, и я отправилась на поиски комнаты Лимары. На удивление в коридорах было пусто, поэтому, воззвав к интуиции, определила направление — на третий этаж. Там находились покои более обеспеченных адепток и аристократок с отдельными ванными комнатами. Ну понятно, здесь процветают махровая сословная иерархия.

Проходя мимо одной из дверей, я услышала голоса сестёр До’Хай и затормозила. И не собиралась ведь подслушивать, но так удобно была приоткрыта дверь, а вокруг никого… Да ещё и моё новое имя прозвучало…

— Никак не пойму, что держит тебя рядом с Солери? 

— А я не пойму, чего вы к ней цепляетесь. — ответила Лимара. Ну вот, кажется, я её нашла.

— Почему же, мне она безразлична, только не нашего же круга.

— Да при чём здесь это? Я, знаешь ли, выше этих предрассудков! Тем более что в академии все равны.

Ага, если не вспоминать разный комфорт комнат. На мгновение я даже возгордилась своей новой подругой. Ну и что, что немного высокомерна? Зато защищает меня.

— Но вы с ней такие разные.

— И что с того? С ней я чувствую себя в безопасности. Она ведь абсолютно безобидна, к тому же она честная и у неё всегда можно списать… Да вы и сами сколько раз пользовались её помощью? А зелья сколько покупали? Поражаюсь вашим лицемерием.

Хм… Похоже, пора брать слова о гордости обратно. Странные у них в этом мире понятия о дружбе. Что называется, одной рукой глажу, другой бью.

— Ты так уверена в её безобидности? После вчерашнего выпада? — продолжила вторая До’Хай. — Болезнь на неё как-то странно повлияла. Я бы на твоём месте не была бы так беспечна. И не стала бы просить Демуса провести вас обеих.

— Ради моего поцелуя он пойдёт на всё, но не променяет меня на Кассию.

— И всё же если её приодеть и подкрасить, она будет довольно хорошенькой. Давай поспорим! — оживилась первая сестра. Её голос был чуть звонче, и я начала их немного различать. 

— А ведь классная идея! — поддержала вторая. — Мы подберём ей платье и всё остальное. И посмотрим, сколько мужского внимания соберёт наша заучка и на сколько танцев её пригласят. Это будет весело!

— Ну уж нет, у неё уже есть платье. Я отдам ей своё. И вообще, ещё неизвестно, попадёт ли она на бал. С Демусом я ещё не разговаривала.

— Тогда вообще непонятно, чего тебе бояться.

— Хорошо, — чуть помедлив, согласилась Лимара и проглотила наживку. — На что спорим? 

— Значит, пари? — прищурив глаза, спросила До’Хай. — Жемчужный гарнитур, который подарил тебе жених, на новый тройной накопитель.

— Идёт. 

Вернулась к лестнице, ощущая, как меня трясёт от негодования. Нашли себе веселье за мой счёт! Не удивительно, что с такими подругами Кассия решила утопиться. 

К несчастью для Лимары, мои планы по преображению совпали со ставкой сестричек. Селяви, как у нас говорят. Жалко только неизвестного жениха, подарки которого Ли так беспечно разбазаривает. Ему бы также не понравилось, что она флиртует то с однокурсником Демусом, то положила глаз на профессора Синхкра. При мыслях о последнем моё сердце споткнулось, на мгновение остановившись, и снова забилось чуть более ускоренным темпом. Интересная реакция. Надо бы покопаться в памяти.

Но только я собралась настроиться, как меня догнала Лимара. Хорошо, что на моём этаже, избавив от лишних объяснений.

— О, вот ты где! Уже позавтракала? Пойдём мерить платье.

— Не могу, — заартачилась я. — В столовую опоздаю.

— Ну и ладно. У меня чай попьём. Мне Демус такие конфеты вкусные прислал, ум-м-м… — Ли схватила меня за руку и повела вверх по лестнице. 

Оказавшись в своей комнате, где недавно заключилось увлекательное пари, подруга бросилась к дверям, ведущим в её гардеробную. Вскоре она швырнула на кровать целый ворох одежды и стала в нём копаться. Чего там только не было! А я получила возможность воочию увидеть в чём разница материального достатка Лимары.

— Так… Где же оно... Вот! — сказала она, вынимая из груды платьев золотисто-зелёное. Нежный шёлк струился и переливался между пальцами. — Ну, смотри, какая красота! Я его всего два раза надевала на первом курсе. Конечно, фасон немного устарел, но никто и не вспомнит. Так что не волнуйся…

— Не знаю, достойна ли я такого подарка. 

— Хоть померяй, — Лимара даже не заметила моего сарказма. — Лучше у тебя уже не будет. 

— Ну хорошо. А ты нашла мне пару на бал? 

— Почти. Попрошу Демуса, чтобы он сначала меня проводил, а потом вернулся за тобой. В крайнем случае попросит кого-то из своих друзей. Не отвлекайся. Надевай.

Платье было откровенно велико: подол волочился, низкое декольте излишне открывало грудь. И ладно бы там было чего показывать. Всё-таки формами подруги сильно различались. Однако цвет освежал лицо, придавая ему золотистое сияние, и удивительно оттенял зелёные глаза Кассии. Определённо это лучше, чем синее платье. Поймав ликующий взгляд Лимары в зеркало, я поняла, что она специально выбрала такое платье, чтобы подчеркнуть худосочность моей фигуры и выиграть пари.

— Спасибо, Ли! — притворно восторженно всплеснула руками, кружась вокруг себя и чуть не запутавшись в юбке. У меня уже появились идеи, как можно переделать это платье. Однако времени осталось совсем мало. — Я пойду, хорошо? 

— Давай, мне тоже готовиться надо. Джанет должна мне причёску сделать.

С платьем через плечо побежала к себе. В коридоре опять царил шум, гам и беготня из комнаты в комнату. Не знаю, что творилось в мужском адаптории, но в нашем бушевал смерч из платьев, лент, кружев и прочих аксессуаров. 

С трудом отвоевала себе кабинку в душевой, прошмыгнув перед остроносой девушкой, которая на минуту отвлеклась. Скрабы, маски на лицо и волосы, крем для удаления лишней растительности — всё натуральное и очень действенное. Наши косметологи дорого бы заплатили за такое. Золотистое и серебристое сияние, присутствующее в составе практически всех средств, намекали на магическую составляющую. Завершающим стало тонизирующее зелье, убирающее усталость и придающее воодушевление.

Пропитала волосы настойкой для блеска и замотала их отрезом ткани. В груди что-то тоскливо сжалось. Наверное, таким образом Кассия с того света (или где она там находится) выражает неодобрение тем, как я использую её труды. 

И, наконец, села подшивать платье. Хоть какой-то полезный навык мне достался от пьющей матери, в прошлом известной швеи. В ящике стола обнаружился набор ниток и иголки.

За окном смеркалось, вечер быстро пожирал день. Шея затекла, пальцы были все исколоты, но я упорно сражалась с тканью. Как же в этот момент не хватало швейной машинки!

В дверь торопливо постучали. Пришлось откладывать шитьё и идти открывать. Даже не удивилась, увидев на пороге сестёр До’Хай в полной праздничной экипировке и с маленькими мешочками в руках.

— Ну ты посмотри, она ещё не готова!

— Ага, даже волосы не высушила! Мы пришли тебе помочь.

Девушки напористо отодвинули меня и зашли в комнату, оценивая моё творчество.

— Мне не нужна ничья помощь. Сама справлюсь. И вообще, с чего такая доброта? — приняла робкий удивлённый вид.

Сёстры переглянулись и заговорщицки улыбнулись:

— Ну кто ещё поможет? Феи мы, или кто?

Ого! А разве феи такими бывают? Черноволосые, бледнокожие с заострёнными чертами лица. В моём воображении они должны быть маленькими, хрупкими, светловолосыми и, главное, добрыми. Мои представления о сказочных существах переворачивались с ног на голову.

— Да, ты вчера была права. Ты даёшь нам конспекты — мы подготавливаем тебя к балу. Платье, кстати, вполне хорошее. Померишь? — спросила Камила.

— Оно ещё не готово. 

Даже зная о пари и мотиве по-настоящему помочь ради выигрыша, как-то не хотелось быть им обязанной. 

— Ну и зря! — топнула ногой Тамила. — У меня приличный уровень бытовой магии. 

Я закусила губу, оценивая фронт работы. А что, собственно, я теряю? Быстро переодевшись в праздничное платье, предстала перед сёстрами. Вид портило только полотенце на голове.

— Так… Повернись-ка…

Тамила обошла вокруг меня, потрогала оборку, которую я отпорола, но не успела пришить на новое место, покосилась на перекошенный подол, который с одной стороны волочился по полу. Пошкрябала ногтем пятно, которое я не заметила. Что-то прошептала, зачерпнула из мешочка светящуюся пыль и дунула, развеивая её надо мной. Серебристые песчинки закружились вокруг, оседая на платье. Я почувствовала, как ткань словно живая подтягивается в нужных местах, добавляются или убираются складочки, растягивая или укорачивая швы. А что, так можно было? И не нужно было тратить несколько часов?

Не смогла сдержать восторга и засмеялась. Почувствовала себя Золушкой из нашей сказки. Только феи старались не по доброте душевной, а из собственной корыстной выгоды. Впрочем, какая мне разница?

— А ты и правда хорошенькая. Я же говорила! — довольно заметила Камила, словно в этом была её заслуга.

Новый стук в дверь заставил сестёр испуганно переглянуться.

— Касс, я пришла тебе помочь! Уже пора выходить! — прокричала Лимара, нетерпеливо дёргая латунную ручку. — Вели двери открыться!

— Ли не должна нас видеть! — зашептала Тамила, озираясь по сторонам и, в конце концов, остановив свой взгляд на шкаф. Не думает ли она…

— Совсем сдурела? Мы там не поместимся! — шикнула Камила и кивнула на кровать. — Давай туда!

Мне стало так смешно, что я с трудом сдержалась. Представляю, как они в своих нарядных платьях полезут мести пыль под кровать. И даже аристократические корни их не останавливают. Неужели, тот жемчужный гарнитур так ценен?

— Кассия Солери! — не унималась Ли.

Я указала рукой сёстрам в угол за дверь и приложила палец к губам, чтобы не шумели. Быстро размотала полотенце на голове, позволяя влажным волосам беспорядочно окутать меня до самого пояса. Выглянула в приоткрытую дверь, не давая подруге зайти, и сдула прядку с лица.

— Ли, чего кричишь? Я уже почти собралась.