Игры сознания. Любовь со знаком “Пси”

“Изменить или просто устроить неприятности?” 

— Что? — оборачиваясь, переспросила  у мужа.

Йен взметнул на меня вопрошающий взгляд, дожевывая бутерброд. Над столом висела голограмма с новостями, от которых я, по всей видимости, отвлекла супруга.

Показалось. 

Я отвернулась, чтобы заварить чай, как любит Йен.

“Нетипичная реакция. Неужели наконец-то пси способности проснулись? Надо проверить” — словно наяву опять услышала голос мужа. 

Я резко обернулась. Йен ел и все так же изучал голограммы. Кружка выскользнула из рук и полетела на пол, расплёскивая напиток. 

— Дорогая, с тобой всё в порядке?

Замерев, я стояла на месте и смотрела на чашку, застрявшую в нанолучах. Наноуборшики смывали с пола горячий напиток. 

 Я схожу с ума? Почему голос Йена в моей голове говорит странные вещи?

— Дорогая?

— Всё нормально, — улыбнулась я и отвернулась, уставившись в одну точку перед собой.

Это паранойя? 

“Сегодня ночью напишу отчет о её странностях, заодно проконсультируюсь”.

На столешницу передо мной упала капля крови. В голове загудело. 

— Йен, что происходит? — спросила я, поворачиваясь к мужу.

— Елена! — подскочил он, хватая салфетку со стола. 

— Голова болит. 

— Пойдём, — муж, заботливо обняв меня, повел в гостиную. — Подключить домашнего доктора! — усадив на диван, приказал он дому.

Появилась голограмма мужчины в белом халате. Нанолучи, окутав меня со всех сторон, тихонько гудели, считывая информацию.

— Небольшое переутомление, вследствие физических перегрузок, — сказал домашний доктор. —  Рекомендуется: соблюдение режима дня: сон, правильно питание, прогулки, умеренные физические нагрузки, приём витаминов группы С, А и Е.  

Отчет о состоянии пациентки Елены Блом я отправляю в центральный офис и на рабочее место, для оформления больничного листа на неделю. Покупка витаминов совершена. Ждите курьера из псиаптеки. 

Пользуйтесь препаратами, проверенными годами. Покупайте лекарства от производителя лекарств “Целебная сила”. Аптеки “Целебная сила” — качество, которое придётся каждому по душе… 

Йен отключил доктора, и голограмма исчезла, вместе с диагностирующими лучами.

— Ты слишком много работаешь, — заглядывая в глаза, постановил муж. —  Хочешь, завтра возьму выходной, и мы вместе отправимся к морю?

— А получится? 

Обняв Йена, положила голову ему на плечо. Такой родной. Страхи растворились и показались незначительными. Это из-за усталости всякие глупости приходят в голову. Какие пси-способности? Я обделена ими с рождения, значит, они не появятся. 

— Малыш, давай ты ляжешь, отдохнёшь, а я сам всё уберу на кухне?

— Я не хочу спать.

— Тогда просто попьём чай и поболтаем. 

Взяв меня за подбородок, Йен нежно поцеловал в губы. Люблю его. Мы три года женаты, а я как будто на первом свидании реагирую на поцелуи. Хочется большего.

— Тш-ш, малыш. Тебе нельзя переутомляться. Ты забыла? — засмеялся Йен, когда я, застонав, прикусила его нижнюю губу. 

— Смена деятельности это своеобразный отдых.

— Хорошо, будет тебе смена деятельности, — подхватывая меня под ягодицы, сказал муж и понёс в спальню.

“Если ты видишь этот сон, значит, твои пси способности просыпаются. Никому не рассказывай об этом. Найди кафе “Сиреневые сны”. Хозяева — наши друзья. Скажешь им пароль: “Твоя свобода — иллюзия рабства”. Ответ будет: “Выбери себе хозяина сам”. Береги себя, доченька”.

Я проснулась как от толчка. Йен спал. Ночь ещё не закончилась. Хлопья снега медленно падали на землю, пролетая мимо нашего окна. Перед глазами всё ещё стояло лицо незнакомой женщины.

Странный сон. Я, действительно переработала. Перевернувшись на спину уставилась в потолок. Сна ни в одном глазу. Лучше пойти заняться каким-нибудь делом. 

Осторожно высвободившись из объятий мужа, я полюбовалась им немного, поцеловала, спустила ногу на пол и привстала.

— Куда? — Йен сонно зашарил по кровати рукой. 

— Не могу уснуть. Пойду, приберу на кухне. 

— Только недолго, тебе надо соблюдать режим, — пробурчал Йен, прижимая к груди подушку, на которой я только что лежала. 

Вздохнув, муж ровно задышал. Спит.

 Собрав разбросанную одежду с пола, я пошла в душ. Смыв заботы и тревоги прошлого дня, почувствовала себя лучше. Придя на кухню, обнаружила грязную посуду и остатки еды, оставленные нами вечером. 

Капли крови уже были прибраны умным домом. Столешница сияла чистотой. 

Включив систему очистки пола, расставила посуду в раковине, приготовив чай с мятой и мёдом,  села на стул и смотрела на полёт снежинок за окном. 

“Сознание Елены не повреждено. Опасности нет”.

 Сердце подавилось ударом и замерло. Опять?!  

 “Менталодиагност не обнаружил  пси способностей. Продолжаю наблюдение”.

 Я схожу с ума? Йен же спит? Почему я его слышу?

Встав из-за стола,  направилась в спальню. На фоне белых простыней увидела мужа в горе подушек и одеял. Огромная Юлуна — ночное светило, заглядывающая в окно, подсвечивала моего мужчину. Я облегченно вздохнула. 

Сюр какой-то. Надо рассказать Йену о голосах в голове.

— Ты всё-таки решила  прилечь? — подходя ко мне сзади, обнял муж.

Сердце встрепенулось и забилось, пытаясь сбежать через горло. Взглянув на кровать, поняла, что плохое освещение сыграло злую шутку. На простынях лежали одеяло и подушки, а муж уже забрался наглыми руками мне под сорочку.

— Ты где был?

— Пойдём в постель, — мурлыкнул он мне в ухо.

Пси-корпус, после моего больничного, встретил новыми делами. Прибавились псионики, которые преступили закон, пока я отдыхала. 

Одного, особо замороченного, поручили мне. “Потому что больше никто не сможет с ним разобраться”, —  так сказала начальница нашего отдела. 

Шаги гулким эхом разлетались по коридору от пола и стен. Подойдя к двери допросной, назвала своё имя. Сканирующий луч прошёлся по фигуре. 

— Идентификация пройдена, — сообщила система, открывая дверь.

Я шагнула в комнату со стерильно белыми стенами и мебелью. За столом сидел псионик в небесно-голубом костюме для задержанных.  Не обращая внимания на меня, мужчина, сложив руки на столе, как полагается заключенному на допросе, смотрел в окно. 

— Доброе утро, — сказала я, присаживаясь напротив.

Псионик медленно повернулся и улыбнулся. Красивый. Я улыбнулась в ответ и почувствовала лёгкое дуновение ветра возле лица. Задержанный смотрел располагающее. Добрые глаза сияли светом. 

Сильный, раз через блокировку пытается влиять на моё сознание. 

— Утро, действительно, доброе: голубое небо, яркое Осоне, люди, спешащие на работу, — спокойным, убаюкивающим голосом сообщил подозреваемый, как будто пытался меня загипнотизировать. —  Знаете, сверху город похож на муравейник.

Ещё раз улыбнувшись заключенному, я прикоснулась к столу. На нём засветились мои наработки по допросу псиоников, обладающих способностями выше среднего, и личное дело, которое я уже изучила.

— Виктор Раух? 

— Приятно познакомиться. Я бы пожал вам руку, но… — Виктор посмотрел на свои ладони, удерживаемые нано-наручниками. —  Кстати, вам говорили, что вы выглядите по сравнению со всеми очень свежо?

Комплементы. Ищет мои болевые точки.

— Виктор, давайте приступим к нашему с вами разговору. 

— А разве мы не разговариваем? 

Я почувствовала небольшое давление на лоб. Один и тот же сценарий от опроса к опросу. Почему все псионики так предсказуемы? И этот прощупывает, пытаясь залезть в моё сознание. 

— Итак, Виктор, расскажите, как так получилось, что вас задержали в пси-кафе “Сиреневые сны” за превышение использования пси-способностей?

Псионик хмыкнул:

— Я расскажу. Можно узнать ваше имя? 

— Елена Блом, специалист по психологии псиоников. 

Виктор загадочно улыбнулся и открыто посмотрел мне в глаза.

— Елена, разве можно быть специалистом по псионикам, если сам им не являешься? 

— Виктор, я задала вопрос. Будьте добры на него ответить.

В глубине глаз мужчины на секунду сверкнуло недоумение. Затылок как будто мягко погладили. Пытается найти слабое место в ментальных щитах. Я пристально смотрела на допрашиваемого. Ничего у него не получится. 

— Я заступился за женщину. К ней приставал клиент.

— Как это произошло?

— Жанет попала в затруднительную ситуацию. Я пытался не вмешиваться, знал про ограничения.

— Жанет? 

— Да, эта девушка — официантка. Я являюсь завсегдатаем этого заведения.

— В пси-кафе, где официанты-псионики выискивают  в сознании клиента именно те блюда, которые он, действительно, хочет? — спросила я.

— Совершенно верно.

— Псионик позволяет копаться в своей голове другим псионикам? 

— Только в разделе вкусовых предпочтений в еде, — признался Виктор нисколько не смутившись.

Даже не боится, что его защиту повредят другие псионики. Смелость или сила? Наверное, глупость, раз так нагло пытается на меня воздействовать. 

— Раньше за вами не наблюдалось таких самоотверженных действий. Что случилось на этот раз?

Ментальный щуп Виктора обвил мою голову.

— Что с вами не так, Елена? 

Проникновенный взгляд, тихий голос. Пауза. Сердце тревожно дёрнулось. Неужели чувствует тревогу по поводу произошедшего неделю назад? 

Хотя, чего это я? Это было переутомление. Взяв себя в руки, спросила:

— А что случилось с вами? 

Щуп дёрнулся и исчез. Виктор долго всматривался в моё лицо прежде чем ответить:

— Я устал. 

Мужчина отвернулся к окну. 

— Почему не взяли выходные или отпуск?

— Елена, — горько вздохнул он. — Я устал от постоянного контроля. 

— Вам не нравится политика государства? Или недостаточно свободы?

Виктор, опять устало вздохнул. Да, да. Я тебя не понимаю.

 Посмотрев на меня, подозреваемый выдал:

— Я вырос в интернате.

Давит на жалость, раз  не получилось пройти сквозь мои щиты.

— Это одно из условий правоохранительной системы. Вы же понимаете, что псиоников нужно правильно воспитывать с детства, в специализированных условиях.

— Мне каждый день нужно отправлять в службу псиконтроля данные о моих действиях в сфере “пси”. 

— Виктор, вы бы предпочли умереть? 

Нытьё псионика о несчастной доле я уже слышала не раз. Только мы простые люди знали, чем грозило ослабление контроля над одарёнными. 

Мужчина поменялся в лице и снова впился в меня взглядом. 

Догадался, дорогой. Твои способности на меня не действуют. Поэтому здесь именно я. Начальница была права, когда поручила этого клиента мне.

— Кто вам сказал, что получив свободу, псионики станут менять сознания людей? — в голосе Виктора прорезались стальные нотки. 

Задела я тебя за живое. Прекрасно. Может так станешь разговорчивее. 

Скептически взглянув на обвиняемого, я  углубилась в личное дело Рауха. Сколько здесь было псиоников с честными глазами, доказывающих, что они невинны, при этом пытающихся пролезть в мою голову? 

— Это ваше первое нарушение, мистер Раух?

— Я устал.

Виктор отвернулся к окну. Мы были на двадцать втором этаже, и Джане раскинулся перед нами во всём великолепии.

— Всё дело в этом? В вашей усталости? 

— Город похож на муравейник. Люди бегают и думают, что делают свои дела. Но свои ли? Псионики, не псионики все мы подчиняемся системе, и вы Елена тоже. Я просто уверен, была бы ваша воля, вас бы здесь не было, как и меня. 

Тонкий психолог. Даже без пси-воздействия ищет болевые точки. Я сделала пометку в личном деле и заметила:

— Иначе не достичь порядка.

— Жизнь ради порядка, — горько усмехнулся Виктор. 

— Во время Великой мировой войны многие отдали жизни ради него. Как бы там не было, простые люди теперь не рабы, да и псионики тоже.

— Свобода лишь иллюзия рабства.

Виктор развернулся и посмотрел мне в глаза. Сердце ухнуло вниз. В голове всплыла картинка незнакомки и слова о “Сиреневых снах”. Кусочек пазла встал на место. Моего опрашиваемого задержали именно там. 

Руки похолодели. В груди забилась тревога. Я уже и забыла про этот странный сон. 

Интересно, что будет, если я произнесу вторую часть фразы? Да нет, не может быть, что это всё реально. В принципе, я узнала всё, что мне нужно. Можно и уйти.

— Опрос закончен, — как можно более безэмоционально сказала я, отключая рабочий стол, не смотря на Виктора. 

Не хочу, чтобы подозреваемый знал, насколько сильно смутил меня. 

— Когда меня выпустят? — спросил псионик, как будто не он только что нарушил несколько пунктов закона о пси-энергии.

— Результаты вам объявят позже, — ответила я вставая.

— Не вы?

— Я свою работу сделала, теперь с вами будут работать другие специалисты. До свидания, мистер Раух

Я пошла на выход, упорно делая вид, что псионик просто моя работа, а не ещё одна загадка.

— До свиданья, Елена. Вернее, до скорой встречи, — донеслось мне в спину.

Очень самонадеянный человек. Я не хочу с ним больше никаких встреч. Только-только прекратились эти непонятные приступы.

Дверь за мной закрылась. 

— Елена Блом, пройдите в кабинет вашего начальника, — послышался мягкий голос системы. 

Я направилась в крыло, где сидела Алисия Фрозе — Мой наставник, учитель и подруга. Думаю, разговор будет об опросе Виктора. До меня его пытались допросить два специалиста. Оба подверглись пси-атакам. Незначительным для выдвижения обвинений, но никто теперь не хочет иметь дело с таким ретивым клиентом.

— Проходи, Елена, — попросила Алисия, едва я оказалась на пороге её кабинета. 

На работе мы с Алисией не демонстрировали свои дружеские отношения. Держали субординацию. Она указала рукой на кресло перед её столом. 

—  Что будем делать с Виктором? 

Пройдя на место, указанное мне, я ответила:

 — Псионик не средней руки спровоцировал конфликт в пси-кафе. Он здесь не просто так. И свои возможности демонстрирует неспроста.

— Думаешь? Я смотрела ваш опрос. Зафиксировано несколько пси-атак.

Алисия, смотрела на меня не мигая. Изучает реакции. 

— Я знаю.

— Он опасен?

— Либо он, действительно, устал и поэтому творит дичь, не осознавая, что делает, либо что-то хочет сказать.

— Интересно, насколько ценно то, что он хочет нам донести, — постучав пальцами по столу, задумчиво сказала Алисия. —  Или его подсознание нам хочет что-то открыть без ведома сознания. 

— То есть вариант, что Виктор обыкновенный психованный псионик ты отвергаешь?

— Слишком он продуманный. 

— Я тоже думаю, что Раух знает о вывертах своего разума. 

— Ты первая, кому он рассказал о случившемся в кафе, — подруга тяжело вздохнула. —  Что же нам с ним делать?

Алисия откинулась на спинку стула, постучав при этом пальцами по столу.

— Казнить или помиловать? 

— Дело не в этом. Ты же понимаешь, что Виктор — псионик из разряда элиты. Он может легко затирать свои промахи. Думаю, это не первое его нарушение. Просто о других мы не узнали. 

— И при этом он по собственной воле попал в пси-корпус? Может отпустить его и проследить?

Алисия отрицательно покачала головой.

— Многое зависит от твоего заключения. Хотя вариант проследить тоже возможен.

—  Тогда в первую очередь, сегодня я займусь диагностикой. Проанализирую результаты опроса Рауха и составлю отчет. 

— На вскидку ты же можешь сказать, какой будет вывод?

Подруга внимательно меня изучала. Почему мне кажется, что она всё знает о причине моего больничного? Я точно становлюсь параноиком. 

— Могу, но только приблизительно. Ты же понимаешь?

— Понимаю, что не факт, но всё же.

— Ему нужно на отдых в санаторий закрытого типа. 

— Или закрытого режима, — усмехнулась Алисия соглашаясь.

Подруга отвернулась от меня и посмотрела в окно. Говорить стало легче.

—  Отдохнёт, полечит нервы, отвлечется. Состояние очень похоже на эмоциональное выгорание.

— Хорошо, что ты вышла. Он уже неделю  кошмарит всех специалистов.

— Шутник. 

— Ага. Обращайся, если станет скучно.

Кроме как о Викторе нам ещё было о чем поговорить. Немного поболтав о насущных проблемах, мы расстались. У себя в кабинете я занялась анализом опроса Рауха.

За неделю, что я провела на больничном, накопилось много дел. Пришлось работать допоздна. Сегодня я могла себе это позволить. Йен был в командировке, и дома меня никто не ждал. 

Несколько раз в течение дня я вспомнила слова Рауха о свободе. Может сходить в это кафе, просто разведать обстановку? 

Возвращалась с работы по ночному Джане. Желание было одно —  упасть на кровать лицом и уснуть. Зайдя в квартиру, поздоровалась с домом, встречающего меня с улыбкой у порога в форме услужливого мужчины.  

— Подогреть еду и сделать ванну, — приказала я. — Убрать голограмму. 

Не люблю, когда дом пытается заменить живого человека. Так, быстро закончились денечки, украденные нами с Йеном в этой суете. 

Что-то я совсем расклеилась. Неужели за неделю, проведённую в праздности, отвыкла от высоких нагрузок? Непривычная тишина резала уши. Обычно, когда я прихожу, Йен уже ждёт меня, но сегодня он повез студентов, которых курировал на конференцию. 

Когда на кухне села есть, вдруг заметила, что накрыла ужин на две персоны. Позвонила мужу, он не смог ответить. Другой часовой пояс. В ответ Йен отправил сообщение, пообещав перезвонить, как освободиться, с кучей сердечек. На душе стало веселее. 

В ванной, увидев мыло Йена, протянула руку и поднесла к лицу. Запах мужа дарил приятные воспоминания и успокаивал. 

Я так и не рассказала ему, что со мной творится что-то неладное. Да, наверное, и не стоит этого делать. Приступы больше не повторялись, и если бы не Раух, я уже всё позабыла. Просто я устала, и мне нужно было немного побыть с мужем.

Без Йена кровать в спальне казалась огромной. Распластавшись на ней как звезда, я смотрела в потолок, мечтая об объятиях мужа. Никак не получалось удобно улечься и уснуть, пока я  не обняла подушку, на которой спит муж. Вдохнув родной запах, я отключилась.  

“Если ты видишь этот сон, значит, твои пси-способности просыпаются. Никому не рассказывай об этом. Найди кафе “Сиреневые сны”. Хозяева — наши друзья. Скажешь им пароль: “Твоя свобода — иллюзия рабства”. Ответ будет: “Выбери себе хозяина сам”. Береги себя, доченька”.

Я проснулась. Долго смотрела в потолок, пытаясь вспомнить лицо женщины, назвавшей меня доченькой. Сон пропал. 

Что сказал бы великий ученый — Зильмунт Фейт, узнав, что мне снится один и тот же сон? 

Это всё Раух виноват. Напомнил мне про “Сиреневые сны”.

Я повернулась и взбила свою подушку. Потом обняла подушку Йена, долго лежала.

Посмотрев,  на время поняла, что муж уже освободился и можно с ним переброситься парой слов.

Позвонила Йену.

— Привет, малыш, — зевая ответил он. В домашней футболке, муж сидел в номере гостиницы. — Ты чего не спишь? 

— Скучаю без тебя, не могу уснуть.

— Я тоже тебя люблю.

Мы ещё немного поболтали ни о чем и отключились. После разговора я наконец-то сладко уснула.

— Доброе утро, — разбудил умный дом. 

Работа! Если бы не ты, то я бы сейчас ещё поспала. 

Встав с кровати, пошла собираться. Может Виктор прав, сейчас я делаю не то, что хочу, поэтому не свободна.

Так, всё! Хватит думать о псионике. Никаких мыслей о работе пока я дома.

Быстрый завтрак, парочка веселых сообщений мужу, и я, прыгая в машину,  лечу на всех парусах на любимую работу, ведь там я нужный и востребованный сотрудник. Только у меня, обладающей способностью анти-пси, есть возможность работать по-настоящему с сильными преступниками. Так что не расклеиваемся. Вперёд и с песней — приносить в мир добро, порядок и спокойствие. 

— Елена Блом, пройдите в кабинет вашего начальника, — решил меня порадовать встречей с подругой, голос системы, как только я зашла к себе. 

Сразу отправилась в кабинет к Алисии. Даже не активировала рабочий стол, чтобы посмотреть новости, произошедшие ночью.

— Привет, — с порога поздоровалась я.

“Стоит ли верить Виктору? В принципе Елена вытянет это дело, но на кого переложить её нагрузку?”

Я остолбенела. Алисия смотрела на меня и молчала. Я сейчас слышала её мысли? 

— Проходи, садись. Не стой. 

Нет, нет, нет, нет, нет! Стоп! Это просто какой-то глюк! Я не слышу чужих мыслей! Я анти-пси! Это просто моё воображение разыгралось.

Села в кресло напротив начальницы и уставилась на неё. В голове было пусто. 

Фух. Значит, просто показалось. 

— Что-то не так? — спросила Алисия.

— С чего ты взяла?

— Ладно, показалось, — начальница отвернулась.

“Когда тебе что-то кажется, то значит, что не кажется. Наверное, Елена догадалась о чем я хочу её попросить”.

Алисия активировала рабочий стол и раскрыла голограммы. Всё это она делала молча.

Богатая фантазия, уймись, пожалуйста. Я не хочу, чтобы со мной происходило вот это всё. Я в домике. Точно. Я в железном шлеме.

— Виктор согласился сотрудничать с нами, — сказала Алисия. — Ты прекрасно вчера поработала и, действительно, оказалось, что он совершая правонарушение, планировал оказаться под нашей защитой. 

— Он ввязался во что-то серьёзное?

— Так по мелочи, но ему всё простят за сотрудничество. Псионики затевают революцию. 

Сердце ухнуло. Ещё в школе мы изучали Великую мировую войну. Она была страшна тем, что псионики безнаказанно врывались в сознания людей, стирали воспоминания, начиняли их своими идеями, управляли судьбами простых смертных так, как им казалось нужным. 

— Значит, Раух причастен к подготовке переворота? 

— По должности тебе не положено знать эту информацию, но в связи с открывшимися обстоятельствами, придётся вникнуть в дела Виктора. 

Я обомлела. Подруга знает, про мои странные приступы?

— Какими открывшимися обстоятельствами? — с дрожью в голосе переспросила я.

Неужели система слежения за пси-энергией зафиксировала то, что я услышала Алисию?

— Виктор не хочет работать ни с кем кроме тебя.

Я облегченно выдохнула. 

— Почему?

Не зафиксировала. Значит, как я и думала, во мне нет пси-способностей.

— Ты не подвержена пси-атакам. Так он сказал.

— Любой сотрудник, в снаряжении анти-пси тоже  не подвержен.

— Он хочет тебя. Мы не смогли его переубедить. 

— Дурдом! А как же остальные мои дела?

Виктор будит во мне что-то непонятное,  из-за него я опять видела странный сон.

— Это всё решаемо. Перераспределю среди других сотрудников.

— Виктор как то связан с готовившемся переворотом? 

— В том то и дело, что связан, но не настолько, чтобы казнить его. Он назовёт имена зачинщиков. 

— Зачинщиков?

— Помнишь взрыв на заводе “Антипсионических снаряжений”? 

— Ты, думаешь, это их рук дело?

— Не думаю, а знаю. Раух обещает рассказать, о тех, кто хочет подорвать создавшуюся систему.

Холодок прошёлся по позвоночнику. 

— А наши специальные службы так и не установили виновных? Ведь, в новостях было сказано, что это несчастный случай.

— Зачем будоражить умы людей? Не стоит раньше времени сеять панику. Да, виновных не поймали, но знать об этом простым гражданам не нужно. 

— Послушай, я простой специалист, у меня недостаточно опыта…

— Не простой, — твердо перебила меня Алисия. —  Ты единственный анти-пси на нашей планете. 

— Такое ощущение, что на мои плечи давят все мировые проблемы. Я могу отказаться?

Алисия тяжело вздохнула.

— Можешь, но тогда службам придётся дольше вычислять тех, кто причастен к подготовке переворота. Раух категорически отказался от других специалистов. Начальство уже готовит приказ о твоём назначении. У тебя только один выбор — уволиться. Но ты же понимаешь, что дорога каждая минута?  

От моих действий зависит судьба мира, который попытаются нарушить.

— Когда я должна приступить к работе?

— Чем скорее, тем меньше ущерба нанесут мятежники. 

— То есть сегодня.

— Сегодня будут готовиться документы о твоём назначении, подписываться договор с Виктором. Ближе к вечеру вам можно будет встретиться. Стоит ли говорить о денежном вознаграждении и о том, что информация о готовящейся революции конфиденциальна?

— Не стоит. Я всё понимаю. 

— Тогда иди, готовь дела для сдачи. Я позже пришлю специалиста, посветишь его во все тонкости.

Я покинула кабинет Алисии в растрёпанных чувствах. Придя к себе, долго сидела и смотрела в одну точку. Впрочем, я не могу остаться в стороне, когда от меня зависит так много. Поэтому мой внутренний дискомфорт не должен сказаться на работе. Придётся работать с Виктором. 

День завертелся, и я даже не сразу смогла прочитать сообщение от Йена о его приезде. Он смог освободиться пораньше, поэтому был уже дома и ждал меня.

Пришли коллеги, которые разобрали дела псиоников с которыми я работала. Затем мне на почту прислали новый договор, в котором прописывались должностные обязанности. Выходило, что теперь я не специалист по психологии псиоников, а агент класса “Пси”. 

Изменился график работы, став более загруженным. По требованию начальства или при чрезвычайной ситуации, меня могут вызвать на работу в любое время суток, в выходной или во время отпуска. 

После обеда я уже была свободна от своих старых обязанностей поэтому, по настоянию Алисии, сообщила охране Рауха о своём желании пообщаться с ним.

Когда Виктора привели в допросную, я немедля отправилась к нему. Тот же коридор, то же эхо от  стука каблуков, та же комната. Только настрой уже не тот.

Нано-охранник, просканировав меня с ног до головы, открыл дверь. В этот раз Виктор выглядел лучше. Он смотрел на меня сияющими глазами и широко, по-дружески улыбался, как будто мы давние друзья. 

 Красивый мужчина, уверенный в себе. Такому нужно работать в телешоу, но он выбрал политику и стезю штатного секретаря-псионика в партии “Свободная Силания”.

— Вот теперь день действительно добрый, а я предупреждал, что мы скоро встретимся, — сказал Раух, мягко улыбаясь.

Я молча зашла в кабинет. Дверь за мной закрылась. Виктор всё так же сидел за столом, только руки теперь его были свободны. 

Пройдя под его пристальным взглядом, села напротив.

— Так звучит, как будто вы искали меня.

В глазах Виктора блеснули смешинки.

— Я здесь ради своей безопасности, Елена. Предлагаю перейти на “ты”. Работы у нас будет много. 

— Хорошо. Я бы хотела знать почему ВАШ выбор пал на меня? 

Псионик широко улыбнулся, услышав, что я не позволила себе перейти черту деловых отношений.

— Ты не рада? У тебя новая должность, зарплата. Я помог сделать тебе карьеру.

— Почему я? — не дала сбить себя с толку. 

— Мне с тобой интересно. 

— Мы виделись всего минут тридцать от силы. 

— Я искал человека, который будет выдерживать мои пси-атаки. Нам придётся пойти против организованного синдиката псиоников, желающих перевернуть мироустройство. 

Лицо Рауха стало жестким. В глазах блеснула сталь.

— Это единственная причина?

Почему после беседы с Виктором у меня опять начались эти странные приступы? Наверняка он всё-таки сумел что-то сдвинуть в моём сознании.

— Ты красивая женщина. Мне приятно находиться с тобой рядом, — широко улыбнулся Виктор и красноречиво посмотрел в сторону, снимавшей весь разговор, камеры. 

Хм-м интересно. Неужели он хочет сообщить мне что-то без свидетелей? Наверное, Раух всё-таки нащупал во мне ещё что-то, кроме способности поглощать все пси-атаки? 

— Хорошо, мистер Раух. У меня есть два условия для нашего сотрудничества. Позвольте их озвучить.

— Очень интересно какие, — Виктор улыбнулся мне, как малому ребенку и поддался вперед.

— Первое, у нас с вами будут только деловые отношения. Второе, никаких  пси-атак направленных в мою сторону. 

— Согласен, — легко согласился Раух. — Но только с одним пунктом. Думаю по истечению времени, мы все-таки станем друзьями, и ты сама упразднишь пункт о субординации. Я тебе не враг.

— Если я сама решу, только в этом случае.

Наивный. Разделение работы и личной жизни —  профилактика эмоционального выгорания. Я не собираюсь ею пренебрегать.

— Я принимаю твои условия.

Опять “ты”. 

— Тогда приступим, — я равнодушно отвернулась от Виктора и активировала рабочий стол. —  Ради чего ВЫ здесь? 

— Согласно моему договору с пси-корпусом. Я называю имя преступника. Сообщаю о его преступлении и месте, где хранятся улики. Вы арестовываете его и проводите расследование. Я готов назвать первое имя. 

Я смотрела на Рауха, затаив дыхание.

— То есть вы здесь, чтобы в мире восторжествовала справедливость?

— Аста Форофар, — сказал псионик, не обращая внимания на мой вопрос.

Ладно, мы потом вернёмся к это теме “дружище”. Имя женщины мне ничего не говорило.

— Кто она?

— Маньячка, наёмный убийца, псионик. Благодаря ей произошёл взрыв на заводе. 

Рука дёрнулась к рабочему столу, чтобы найти женщину в соц сетях. Я забила её имя в поисковик системы.

— Хотелось бы знать подробности, и вы обещали улики, — не отрываясь от мелькающих голограмм потребовала я уточнений.

— Аста ненавидит людей. Простых естественно, не псиоников. В молодости она вышла замуж и родила дочь. Как положено супруги отдали дитя в интернат, но там девочка погибла. Сказали, что несчастный случай. Асте удалось узнать, что произошло на самом деле. Оказалось, что её дочь подверглась ментальной атаке и выбросилась из окна. Но никто не спешил наказывать виновных. 

Рабочий стол выдал изображение молодой женщины. Счастливая, она стояла рядом с мужем и держала ребёнка на руках. 

— Виновных наказали? — спросила я, рассматривая остальные изображения. 

Получалось, что если бы девочка выжила, то была бы моей ровесницей. Но, судя по данным, последний раз в соц. сети Аста выходила около двадцати лет назад. 

— Наказали, — хищно улыбнулся Виктор. — Аста сама лично этим занялась. 

Я присмотрелась к Виктору. Он сам нормальный, раз водит знакомство с такими людьми?

— Вы давно знакомы с миссис Форофар?

— Давно.

Виктор смотрел на меня честно и открыто. Как умеют это делать псионики, пытаясь вломиться в голову собеседника.

— Почему молчали, что она убийца?

— Об этом я узнал недавно. К тому же мы много лет не общались. Кстати, вам нужно поторопиться, потому что в гостях у мисисс Форофар сейчас директор интерната.

— Тот самый при котором умерла дочь Асти Форофар? И гостем он оказался не по собственной воле?

Виктор нервно улыбнулся.

— Это была плата за хорошо выполненное задание.  

Мурашки прошлись по коже.

— Какое задание?

— Врыв завода.

— То есть Асти Форофар заплатили человеком?

 — Тем самым, под чьей ответственностью находилась дочь Асти, когда подверглась пси-атаке. — сказал Раух. Она долго не могла подобраться к нему.

 На рабочем столе мигнула иконка, сообщая, что мне приказано покинуть Виктора. Я встала с места, быстро отключая рабочий стол. 

— Говорите она маньячка?

— Именно поэтому я поеду на захват Асти с вами. Мы теперь с тобой напарники, Елена.

— Это не мне решать, — сказала я, выходя из кабинета.

Навстречу ко мне по коридору бежала Алисия. Она с кем-то беседовала по гарнитуре. Дверь за спиной закрылась, оставляя Виктора в одиночестве. Начальница, оказавшись со мной рядом, закончила разговор и взволнованно скомандовала:

— Собирайся. Форма в твоём кабинете. Едешь с боевым отрядом брать Асту Форофар. У тебя десять минут. Пока идём, я проинструктирую.

Мы направились к моему кабинету. 

— Вы проверили слова Виктора? — поинтересовалась я.

— Директор интерната —  Адам Гейлз, действительно, пару дней не выходил на работу. Все думали он на больничном. Мужчина одинок, семьи у него нет. Связались с его умным домом, система показала, что хозяина не появлялся там около трёх дней. Направили к дому патруль полицейских. Никто не открыл.

Я остановилась.

— Если он уже мертв?

— В любом случае Форофар нужно брать, и не выпускай Рауха из вида. Если заметишь, что он заодно с Асти, тебе разрешено бить сразу на поражение.

Мы опять двинулись по коридору.

— То есть мы берём заключенного с собой? Ты уверена, что Раух необходим при захвате? 

— Это одно из его условий. Виктор и ты всегда должны вместе приезжать туда, куда он укажет. Но сбегать ему невыгодно. За то, что он раскрыл нам парочку секретов, его свои же и прихлопнут. А так он под охраной пси-корпуса. 

— А если будет попытка его убить? 

— Всё под контролем. Помни, твоя задача следить за Раухом, за каждым его действием за всем, что рядом с ним происходит. Будь внимательна. 

Мы остановились возле моего кабинета.

— Удачи. Надеюсь всё получится, — пожелала подруга.

Кивнув, я пошла переодеваться. Алисия осталась за дверью. Быстро облачившись в штаны, куртку и ботинки, я вышла к месту сбора, стараясь лишний раз не анализировать своё состояние. 

Руки подрагивали и внутри нарастало какое-то паническое чувство. Подавив ненужные эмоции, я быстро зашагала к группе захвата. Виктор в штатском уже был там под присмотром нескольких ребят. Широко улыбнувшись, он сделал шаг мне навстречу.

— Отлично выглядишь. Форма тебе к лицу, — сказал, улыбаясь псионик.

— Выдвигаемся, — скомандовал командир операции — опытный боевик агент класса “Пси” Вильямс. 

Я оглядела Рауха с ног до головы, высокий, натуральный блондин смотрелся в джинсах и бежевом свитере, как звезда шоу. 

— С первым совместным делом, Елена, — прошептал он мне на ухо.

— Соблюдаем субординацию. 

Виктор насмешливо кивнул, и мы направились в рабочие машины. Нельзя позволять выводить себя на эмоции. Сильные чувства порой, заставляют людей делать ошибки. Я сейчас не имею право, что-то сделать не так.

— Дом Форофар уже окружили. Ждут только нас, — сообщил агент Вильямс, едва мы тронулись в путь. 

В машине кроме меня, Рауха и Вильямса был только шофер. Автомобиль элитного класса и замаскированный под обыкновенную машину, взлетел и, встав в нужную полосу, тихо пробирался через улицы Джане. Виктор равнодушно уставился в окно. В машине поселилась гнетущая тишина. Наконец, Вильямс поинтересовался у Рауха.

— Насколько сильна преступница, и есть ли у неё сообщники? 

Равнодушно посмотрев на агента, Виктор выдал:

— Я с вами не сотрудничаю. Отвечать буду только на вопросы своей напарницы.

Вильямс ожидающе уставился на меня. Ну, вот к чему такая принципиальность? Пришлось просить:

— Виктор, ответьте, пожалуйста. Это важно.

Раух демонстративно повернулся ко мне и начал рассказывать:

— Среди жертв Форофар есть и псионики. Асти достаточно сильна, чтобы поработить весь ваш отряд. Поэтому, она в напарниках не нуждается.

Вильямс надел на голову шлем, сделанный из специального сплава предназначенного оберегать агентов от пси-атак.

Виктор усмехнулся и опять уставился в окно.

— Вы всё поймёте по прилету, — равнодушно сказал он.

Асти Форофар жила в районе, где преимущественно селились псионики. Её дом стоял на отшибе города, что наверняка было очень выгодно, когда она совершала преступления. 

Мы остановились так, чтобы наши машины не просматривались со стороны дома. Когда мы собралась выходить, Вильямс остановил меня: 

— Сначала в дом зайдёт группа захвата, потом, когда Форофар будет обезврежена,  вам с мистером Раухом можно  присоединиться к нам.

Приказ есть приказ. Я не командир, в отличие от опытного Вильямса. Подчинившись,  присела обратно. 

— Без нас вы вряд ли справитесь, — неожиданно возразил псионик, собираясь выходить.

— Сидеть! — рявкнул Вильямс. — Я сказал вы останетесь здесь! 

Виктор, не дрогнув, посмотрел на меня. 

— К Форофар пойдут обученные бойцы, — постаралась донести до него.

Раух хмыкнул и сел на место. 

— Потом не говорите, что я вас не предупреждал. 

Агент Вильямс вышел из машины и, активировав щит, слился с ландшафтом. 

Несколько минут прошло в ожидании сигнала. 

— А где муж миссис Форофар? — спросила я прерывая неловкую тишину.

Сидеть и ждать намного сложнее, чем действовать. Лучше занять время полезной беседой.

— Они развелись и он, узнав о первом убийстве, совершённым бывшей благоверной, улетел по обмену псиоников на Летанус. Там женился, получил гражданство и счастливо живёт по сей день. 

— То есть, он всё время знал об убийствах и ничего не сообщил властям. 

— Елена, псионики — это другой мир. Он понимал, что в этом противостоянии не выиграть. Среди нас свои законы. Муж Асты решил покинуть планету, потому что понимал, что жена не остановится. 

— С Летанусом у нас напряжённые отношения. Мы теперь не сможем его оттуда выковырить.

— Именно поэтому он там. Скоро ты узнаешь всё про мир “Пси”.

Сердце ухнуло вниз. Он знает про мои приступы? Зачем Раух собирается меня знакомить со своим миром?

Со стороны дома Форофар прогремел взрыв. Прозрачный купол накрыл участок, где проходил захват. Тревога резанула по груди. Надеюсь никто не пострадал.

— Я же говорил, — открывая дверцу машины, сказал Виктор. —  Пошли, там нужна наша помощь.

Раух выпрыгнул из автомобиля. Я вслед за ним, и тут из-за угла на нас вылетела миниатюрный гоночный летавто. За рулём сидела растрёпанная женщина.

Раух лучезарно улыбнувшись, помахал ей рукой.

— Привет, Асти, как дела?

Та, сделав в небе пике, полетела на нас. Мы еле успели отскочить, чтобы не быть сбитыми. Я упала на землю и сделав, кувырок подскочила на месте. Форофар в это время припарковалась рядом с нашим транспортом.

Асти выскочила на улицу и побежала к Рауху, злобно сверкая глазами.

— Ну, ты крыса, Виктор! Тебе не жить! 

Я почувствовала, как в лоб ударила сырая ментальная сила. Способности не подвели. Внушение на меня не подействовало. Быстро выхватив бластер, я направила его на женщину. Округлив глаза, она остановилась.

— Ты же не псионик! 

— Асти, не делай глупостей. Сдавайся! — приказала я в ответ.

Даже голос не дрогнул. Все эмоции я спрятала. Потом разберусь с ними. Рука Форофар метнулась к поясу. Я выстрелила, не ожидая момента, когда преступница выхватит оружие. Асти метнулась к ближайшему дому. Заряд бластера попал в её машину. Я хотела побежать за ней, но вспомнила приказ. Не оставлять Рауха. 

— Бежим, — сказала ему, набирая ход.

Он, догнав меня, схватил за руку и потащил в сторону дома, где должна была быть группа захвата. 

— Что ты делаешь? — возмутилась я.

— Оставь. Ей уже не скрыться. Я перехватил её ментальныый удар и успел сделать внушение. У нас есть дело поинтересней.

— Какое внушение?

— Сдаться.

— Но она ушла.

— Я не всесилен. Если её не поймают через пару дней она сама придёт.

Я во все глаза смотрела на Рауха.

— А разве так можно? Это же нарушение личного пространства. Ты без разрешения…

— Асти сама виновата, — не дослушал меня Виктор, продолжая тянуть к дому Форофар. — Я же говорил, что мир “Пси” совсем не такой, как у обычных людей. Не смогла защититься — значит теперь живи с этим.

— Я не имею права об этом умолчать. 

Виктор ухмыльнулся. Мы  побежали дальше. Моё дело следить за Раухом. Если он будет свободно себя чувствовать, то быстрее проявит свои истинные мотивы. Не буду мешать ему командовать.

Защитный купол легко пропустил нас, едва я прикоснулась к нему. Зайдя в распахнутую калитку, увидели на газоне наш боевой отряд, который был в отключке. 

— Что произошло? — кинулась я к первому попавшемуся агенту.

Присев рядом с ним, постаралась нащупать пульс на его шее.

— Асти вырубила всех пси-атакой, — ответил Виктор, подходя ко мне. — Пойдём, найдём Вильямса.

— Вы можете убрать пси-приказ?

Я встала перед Виктором, от ужаса произошедшего холодок прошёл по спине. Все агенты были в снаряжении, отражающем пси-атаки. Почему на них подействовало ментальное воздействие?

— Могу. Но мне нужен агент Вильямс.

Виктор протянул руку и ласково убрал мне за ухо локон выбившийся из причёски. Я смотрела на него во все глаза. Неужели все наши снаряжения не действуют? 

— Ты поранилась. 

— Где?

— На лбу царапина. Будь осторожней. Не хочу менять напарника.

Я прикоснулась ко лбу. Рану защипало. Надо же я даже не заметила в пылу всего происходящего. Вытянув из рукава обезоруживающую салфетку, промокнула лоб.

— Пойдем, — беря меня за руку, сказал Раух и потянул к крыльцу дома. 

Я пошла за ним. Вильямс лежал за входной дверью. Шлем — анти-пси был на нем. Виктор, поднявшись на крыльцо, присел рядом с агентом. По напряжённой позе я поняла, что псионик убирает чужие установки. Через несколько секунд Вильямс открыл глаза.

— Что вы здесь делаете?! — зашипел он на Рауха, подскакивая с места. — Я же сказал ждать в машине сигнала. 

Виктор отошел от агента и, спустившись с крыльца, встал рядом со мной. 

— Агент Блом, вы нарушили приказ, — обратился ко мне командир.

— Форофар сбежала. Нам не удалось её остановить… — попыталась я всё объяснить Вильямсу, но Виктор, схватив мою ладонь, сжал её и перебил:

— Только что я снял с вас ментальное внушение. Вы упустили Форофар. Я предупреждал, что она одна легко с вами справится. 

— Никакого внушения не было! Я только поднялся на крыльцо. Как вы возникли тут? 

Вильямс так уверен в себе. Может это у меня опять начался приступ, и мне всё показалось?

— Посмотрите на время, агент Вильямс, — холодно ответил Виктор.

Я тоже взглянула на часы. Уже вечернее время. Всё шло своим чередом. Значит на мне внушения не было. 

— Ваши бойцы спят, — сказала я.

— Не может быть! — воскликнул агент. 

Я указала рукой на солдата, лежащего неподалёку. Вильямс спустился с крыльца и пошёл к своему бойцу. Я, отняв руку у Виктора, тоже последовала за агентом. Псионик вышагивал за мной. 

Вильямс присел возле солдата.

— Что с ним? — он посмотрел на меня.

— Пси-атака.

— Это он сделал? — Вильямс указал на Рауха.

Виктор, фыркнув, отвернулся.

— Нет. Всё это время мы были вместе, — ответила я. —  На вас напала Асти Форофар. Она встретилась нам возле машины. Я пыталась её задержать, Форофар провела пси-атаку, потом скрылась. Мы пошли к вам. 

— Придётся вызвать штатного псионика, чтобы поднять бойцов, — с досадой кинул Вильямс. 

— Я могу снять ментальное внушение, — вызвался Виктор. — Но не вижу в этом смысла. Все очнутся через пару минут. Они, как и вы, будут считать, что только зашли на территорию дома.

— Дерьмо! — выругался агент.

Пнув, носком землю, он отошёл прочь от нас, затем опять вернулся. 

— Зачем тогда вы разбудили меня? — спросил он Рауха.

— Чтобы вы поняли против кого выступаете. Этого бы не случилось…

— Если бы я послушал вас, — злобно прорычал агент. — Дерьмо! 

Вилямс опять отошел в сторону.

— Мы так и будем стоять во дворе или всё-таки попытаемся спасти Адама? — спросил Раух в спину командиру.

Вильямс резко развернулся и направился к дому Форофар.

Я было дёрнулась, чтобы пойти за агентом, но Виктор стоял на месте, и я осталась рядом. Всё-таки он моё задание, а не директор.

— А кто объяснит бойцам их задачу, когда они очнутся? — ехидно спросил псионик у Вильямса.

Агент остановился. Выругавшись, он вернулся к нам. 

— Идите, агент Блом, будьте внимательны и если что бейте на поражение. 

Хмыкнув, Раух пошел к крыльцу, я за ним. Что происходит в этом мире, если псионики могут так просто вырубать обученных агентов в защитных нанокостюмах?

Поднявшись по крыльцу, мы зашли в гостиную. Перед нами возникла голограмма системы умного дома. Я вздрогнула, дом Асти был точно такой же, как и у меня. Теперь мой мир не будет прежним.

— Добрый день, агенты “Пси-класса”. Я рад помочь вам, что вы хотели узнать? 

— Вот почему Асти знала, что идут за ней, — кивнул Виктор на голограмму, при этом проходя внутрь. 

— По инструкции создателя корпорации “Живилегко” мы не имеем право разглашать данные полученные из полиции и пси-корпуса своим клиентам, — откликнулся дом на слова Виктора.

— Выруби его, — устало попросил Раух.

— Подождите, — попросила я Виктора и обратилась к дому: —  В доме есть ещё люди, помимо нас двоих?

— Да, в подвале находится гость  — мистер Адам. Ему плохо. Провести диагностику состояния?

— Да, будьте добры и проведите нас до него. 

Голограмма кивнула и направилась вглубь дома. Мы с Виктором поспешили за ним. 

— Почему твой дружок, — Раух кивнул на голограмму мужчины. — Не сообщил о гостях Асты в полицию. 

— Ты же видишь, он считает его гостем. Форофар, что-то намудрила с системой. 

Дом открыл дверь, ведущую в подвал, и мы стали спускаться по лестнице вниз. Там нас ждал дом-врач, в белом халате, диагностирующие лучи окружили мужчину с кровоподтёками на лице, привязанного к стулу. Он был без сознания.

— У мистера Адама обнаружено два перелома правой ноги и правой руки. Сотрясение мозга и кровоподтёки на лице и по всему телу. На мозг оказана пси-атака. Я вызываю скорую и сообщаю пси-корпусу о случившемся.

— Не надо, — махнул рукой Виктор. Пси-корпус уже в доме. Медик скоро будет. 

Я посмотрел на Рауха. Командует. Хорошо. Пусть чувствует себя свободно, а я понаблюдаю за ним.

— Отключи дом. Он только мешает, — сказал Раух. 

Диагностические лучи истаяли. 

— Вы можете быть свободны, — приказала я голограммам. 

Они исчезли. Я подошла к Адаму, осмотрев его, освободила от нанонаручников. 

— Помогите, — попросила Виктора. 

Тот положив руку на лоб директора, замер. 

— Гадина! Всё стёрла! Адам, Адам, очнись. 

Виктор пощёлкал пальцами перед лицом, потерявшего сознание псионика. Тот, тяжело вздохнув, приоткрыл глаза.

— Виктор? Что за хрень? Почему так болит голова? — прохрипел директор.

— Асти. Ты у неё дома.

Адам попытался встать, но его попытки не увенчались успехом.

— Твою мать! Что она сделала?

— Мистер Адам, не двигайтесь, сейчас подойдёт помощь. Я пока могу сделать вам обезболивающий укол.

Я достала из, вмонтированного в рукав потайного кармана, капсулу с лекарством.

— Это кто? — спросил Адам у Виктора хмуро глядя на мои манипуляции.

Моя форма, по всей видимости, ничего не сказала Гейелзу.

— Из пси-корпуса, — ответил Раух.

— Тогда пусть делает.

Активировав капсулу, подошла к Адаму и внедрила её ему в основании шеи.

— Сейчас станет легче, — успокоила я директора.

— Спасибо.

— Адам, нам нужно тебя оставить. Я хочу кое-что показать агенту, — сказал Виктор.

— Идите, мне уже легче, — разрешил пленник. 

Адам закрыл глаза и положил голову на грудь. Дыхание у него выровнялось.

— Пойдём, нужно поговорить, — легонько потянул меня к выходу псионик.

Решив, что Гейлз в относительной безопасности и сейчас я ничем не смогу ему помочь, двинулась за Виктором. На выходе мерцала голограмма дома. 

— Ты что его не вырубила? — возмутился Раух, шарахнувшись в сторону. 

— Зачем? Он фиксирует всё, что здесь происходит. Потом будет легче писать отчет. 

— Фиксирует и передаёт Асти и её подельникам, — прошипел он. 

— Ты уверен?

— А почему, по-твоему, полиция до сих пор не знает, что у Форофар пленник? 

Бросив взгляд в окно, я увидела Вильямса, инструктирующего оживших бойцов. За две три минуты Виктор мне ничего не сделает. 

Подняв ладонь, поднесла её к лицу голограммы.

— Я агент класса “Пси” приказываю отключить систему “умный дом”. Подключаться к внешним источником и связываться  с кем либо, так же передавать информацию запрещено до особого распоряжения. 

Нано-лучи дома просканировали меня с ног до головы. 

— Исполняю, — сказала голограмма и исчезла. 

Казалось бы ничего не изменилось, но в доме стало темнее и воцарилась тишина, давящая на уши. 

— Зачем он тебя просканировал? — настороженно спросил Виктор.

— Дом не может исполнять чужие приказы, если они не исходят от официальных лиц.

— Плохо. Теперь Асти знает о тебе всё. Но не переживай, скоро мы её поймаем. Рассказать о тебе она ничего не сможет, я об этом тоже позаботился.

Сердце тревожно подпрыгнуло. Стало как-то неприятно. Спокойно. Сейчас нельзя паниковать.
 

— Пойдём, тебе нужны улики. Сведения о других убийствах Форофар и заказчики взрыва на заводе. Они там, — Виктор потянул меня к какой-то двери.

Мы зашли. Это был кабинет. 

— Откуда вы знаете, что здесь доказательство вины Асти Форофар?

Виктор направился к рабочему столу, стоящему у окна.

— Я же тебе говорю, мы знакомы, — ответил Раух, активируя систему.

— Вы тоже делали у неё заказ?

— Нет. Я отменял чужой.

— Кого хотели убить?

Виктор подняв взгляд, хищно улыбнулся.

— Меня. 

— Получилось отменить?

— Нет.

Над столом вспыхнули голограммы, углубившись в их изучение, Раух сразу стал собранным и серьёзным. 

— Вы из-за этого сотрудничаете с нами?

— Отчасти да. Быстро скачивай информацию, у тебя буквально пара минут, потом всё исчезнет, как будто ничего и не было. 

— Блом, вы где? — услышала я голос Вильямса из передатчика встроенного в воротник куртки. 

— В кабинете. Скачиваем информацию с рабочего стола Асти. Мистер Адам в подвале, я дала ему обезболивающее, ему нужен медик. 

Я подошла к столу и, проведя рукой над ним, активировала накопитель, находящийся в моём персональном датчике. 

Виктор сделал шаг назад и недовольно смотрел, как информация перетекает ко мне. Вдруг над рабочим столом появилась голограмма женщины, приходящей ко мне во снах. Я уставилась на неё, затаив дыхание, не в силах отвести взгляда. Информация закачивалась, я как завороженная смотрела на изображение.

Сердце, казалось, не билось, и детали сна опять прокрутились в сознании. Обычная фотография мужа и жены. Мужчина был мне смутно знаком. Белые волосы и выражение глаз, как будто кого-то напоминали. Изображение, моргнув исчезло. Я всматривалась в голограммы, чтобы не упустить ещё чего-нибудь интересного.

— Ты до сих не поняла, что свобода всего лишь иллюзия рабства? — тихо спросил Раух.

Я взглянула на Виктора, он пристально, как будто чего-то ожидая, смотрел на меня. По коже прошёлся холодок. Что Раух сейчас имеет в виду?

— Кто это был? — спросила я указывая на рабочий стол.

— Мои друзья — псионики, —  не отводя взгляда тихо, сказал Виктор. — У них была дочь.

— Тоже погибла? — голос изменил мне, внезапно захрипев.

— Нет. Потерялась на несколько лет.

— Её родители живы? 

— Погибли, защищая будущее дочери. Она тоже была псиоником и должна была попасть в интернат…

— Блом?! — В кабинет зашёл Вильямс. Я отвернулась от Виктора и задышала свободней. — Информация у тебя?

— Да. 

Голограммы мигнув, исчезли. Стол противно запищал. Над ним появилось красное зарево.

— Выходим, — скомандовал, встревоженный Вильямс. — Сейчас всё взорвется!

Мы выскочили в коридор. Раух захлопнул за нами дверь. Послышался взрыв и звон стекла. Дом покачнулся Взрывная волна, подхватив меня, отбросила к стене. Мир померк. 

Тупая боль сдавила виски. Гул мотора, легкое покачивание.

— Елена, ты как?

Я открыла глаза, не понимая где нахожусь, и что за мужчина, у которого я лежу на плече? Миг и воспоминания вернулись. Присмотревшись, увидела, что рядом Раух, сжимающий мою ладонь. Мы летели в машине, на заднем сидении. 

 Слабость во всём теле словно придавила меня. Я попыталась сменить позу. Лежать на плече псионика было некомфортно. Голова закружилась.

— Был взрыв, — вспомнила я.

Виктор помог мне усесться поудобней.  За окном мелькали огни. Все они сливались в одно световое пятно, пронзая болью до самого мозга. Я зажмурилась. На улице темно. Сколько же времени я была в отключке?

— Прости, — сказал Виктор. — Я не думал, что Асти запустить самоуничтожение кабинета. 

— Вы не пострадали?

Виктор улыбнулся.

— Твоё снаряжение оснащено режимом телохранителя.  У него большое силовое поле, рассчитанное на двоих. Я в порядке.

— Почему у меня болит голова?

— Потому что моя голова крепче твоей, по всей видимости.

— Сколько я была в отключке? 

— Около часа. Не случилось ничего важного. Кроме того, что тебя осмотрел доктор и немного подлечил. Ну и Вильямс ругался на меня матом, — хохотнув, закончил Виктор.

— За что?

— Он думал, что я знал про активацию саморазрушения. 

— А ты?

— Я похож на самоубийцу?

Я открыла глаза и опять посмотрела в окно.

— Куда мы едем?

— В пси-корпус. Сдашь меня охране и будешь свободна. Выздоравливай и возвращайся скорее. Я буду скучать.

Виктор взял мою ладонь и пожал. Голова так болела, что сил не было ставить какие-либо границы. Думать совсем не хотелось. Закрыв глаза, я попыталась немного расслабиться.

Когда мы приехали, нас встретила Алисия. Рауха сразу же увели в его камеру, а мне пришлось отчитываться перед начальницей. 

— Долго не буду тебя мучить. Я уже знаю, что тебе пришлось несладко. Просто отдай мне информацию, скаченную в дома Форофар, — сказала подруга. — Завтра на работу можешь не выходить. Асту мы поймаем без твоего участия. 

— Виктор её…

— Я знаю, — махнула на меня рукой Алисия. 

Вытащив из манжеты костюма небольшой чип, я отдала его подруге. 

— Я вызову служебную машину. Сама до дома ты не доберёшься. Передавай привет Йену, — сказала Алисия вставая.

Она проводила меня до машины и усадив в неё сказала:

— Честно, не ожидала, что всё так повернётся. Скорее бы всё это дело закончилось. Держись. 

Алисия захлопнула дверцу, и машина взлетела на воздушную трассу. Ночной Джане хоть и жил активной жизнью, но пробок не было. До моего дома мы добрались за двадцать минут. 

— Вас проводить? — спросил шофер.

— Нет спасибо. Мне уже лучше. Я сама. 

Я вышла из машины и двинулась к дому. Окна не горели. Конечно, уже поздно. Йен, наверное, спит, ему завтра рано вставать. Это я не успела выйти на работу и опять отдыхать буду. 

Потихоньку зайдя в дом, я вздрогнула от того, что увидела в голограмму. Надо сделать перегрузку и сменить облик домашнего помощника. 

— Доброй ночи. Вы больны. Разрешите вас просканировать, — вежливо попросил дом. —  Ваш муж оставил ужин на столе и уже спит.

— Исчезни, — махнув рукой на голограмму, прошла на кухню.

На столе стояло какое-то блюда с мясом, салат и два бокала. Осознание, что Йен ждал меня весь вечер, вспыхнуло в голове. Тяжесть разлилась в груди. Я забыла сообщить мужу, что задерживаюсь.

Как я могла? Разве работа важнее семьи? Даже если я попала в такое положение, когда от меня зависит весь мир, я должна была подумать о близких. Как я могу помочь другим, когда сама не являюсь примером. Завтра извинюсь перед Йеном. 

Я пошла в ванную. Приняв душ, аккуратно улеглась в кровать, стараясь не разбудить любимого. Он, едва я оказалась рядом, придвинулся ко мне и обняв со спины, поцеловал в плечо. 

— Малыш, ты где была? — сонно спросил супруг. — Я переживал. Алисия сказала, что у тебя какое-то задание.

Он догадался позвонить подруге. От облегчения я расслабилась и, выдохнув, развернулась к мужу лицом.

— У меня был очень сложный день. Прости, что не сообщила.

Йен мягко прикоснулся губами к моим губам. Руки, погладив по спине, нежно спустились до ягодиц, легонько шлёпнув, Йен прикусил мне губу. Я замерла. Затем нежно поцеловав меня, он сказал:

— Больше так не делай.

В груди родился жар, разливаясь по телу и концентрируясь сладкой болью внизу живота. Как же я люблю своего понимающего мужа.

Высвободив руки, положила их на грудь Йена и нежно погладила. Затем потянулась к его губами. Легонько поцеловав меня, муж, отстранился.

— Завтра рано вставать, да и ты наверное устала. Работала весь день. Давай спать.

— Люблю тебя, — сказал я, рисуя узоры вокруг сосков мужа нежными касаниями. 

— Я тебя тоже, малыш, — ответил он.

 Мягко взяв меня за руку, Йен поцеловал ладонь и прижал её к груди, через несколько секунд он уснул.

Ну, в принципе я же тоже устала. А ему завтра работать с утра. Грустный выдох вырвался из груди. На сегодня приключения закончились. Я положила голову на грудь Йена и закрыла глаза.

“Если ты видишь этот сон, значит, твои пси способности просыпаются. Никому не рассказывай об этом. Найди кафе “Сиреневые сны”. Хозяева — наши друзья. Скажешь им пароль: “Твоя свобода — иллюзия рабства”. Ответ будет: “Выбери себе хозяина сам”. Береги себя, доченька”.

Я проснулась утром. Опять снился этот сон. Теперь мне показалось, что за спиной женщины стоял мужчина с изображения, которое я видела в доме Асти. 

Глядя в потолок, долго лежала ни о чем не думая. Йен уже ушёл на работу, я даже не услышала как.

— Доброе утро, приготовить кофе? — нарушил мою идиллию дом.

Даже поворачиваться не хочу и смотреть на голограмму. Нужно перенастроить систему.

— Да, лате. И исчезни, — махнула  рукой.

Я повернулась. Голограммы не было.

— Вам нужно принять лекарства. Ваш муж оставил для вас сообщение.

— Дорогая, наш ужин не состоялся, но я надеюсь на компенсацию, что будет сегодня вечером, — зазвучал игривый голос Йена.

Улыбнувшись, я повернулась и перекатилась на половину кровати, где спал муж. Почувствовался его аромат, вызывая желание закрыть глаза и представить, что Йен рядом. 

— Постараюсь освободиться пораньше. Жди меня, малыш. 

Я села на кровати. Так не честно. Почему мы с Йеном не отдыхаем одновременно? Надо издать закон, чтобы все семейные пары ходили на работу синхронно, чтобы праздники и вечера проводить вместе. Ах, мечты, мечты. 

Утро пролетело быстро. После плотного завтрака, я занялась домашними делами. Перебрала наши старые вещи, сложила их в пакеты, чтобы отвезти в центры социальной помощи.

В обед мне позвонила Алисия. 

— Привет, как себя чувствуешь?

Подруга сидела в своём кабинете и выглядела так, как будто не уходила с работы. 

— Я в порядке, а ты? 

— Всё нормально. Скоро пойду домой. Виктор желает встречи с тобой. Сможешь подъехать? Говорит, что у него очень важная информация. 

— Хочет сообщить ещё одно имя?

В груди шевельнулось недовольство. У нас с Йеном запланирован вечер, как-никак.

— Говорит, что это важно. Но про имя ничего не сказал. Я понимаю у тебя выходной, и вчера был трудный день. Но вдруг Раух знает какое-нибудь тайное убежище Асти?

Виктор однозначно что-то знает про мои сны. Как я не старалась притвориться, что ничего не происходит. Они всё же есть. Может он об этом хочет поговорить? Хватит прятаться от странностей, что происходят со мной.

— Ладно. Если просто разговор, думаю я смогу подъехать.

Быстро поговорю и сразу домой. Постараюсь долго не задерживаться.

— Прекрасно. Я жду тебя, — сказала Алисия отключаясь.

Быстро собравшись, я вызвала такси и отправилась в пси-корпус. Заодно заберу свою машину, которую вчера оставила возле работы. По пути к Виктору зашла к Алисии. 

— Ты быстро восстановилась, — увидев меня сказала подруга. — Выглядишь хорошо. 

— Почему у меня ощущение, что ты здесь ночевала? — спросила я усаживаясь напротив. 

Бледное лицо и круги под глазами выдавали Алисию. Наверняка она не спала всю ночь. Быть одним из командиров пси-корпуса большая ответственность.

— Это не так. Я была дома, просто не смогла уснуть. Сложный день.

— Асти не поймали?

— Даже не засекли, — горестно вздохнула Алисия. — Но зато теперь мы точно знаем, кто взорвал завод, благодаря скаченной информации. Форофар воспользовалась своими псионическими способностями. Поэтому нет свидетелей. Она  даже руки не марала. Просто сделала внушение.

— Скажи, ты знала, что псионикам не помеха наше антипсионическое снаряжение?

Алисия отвела взгляд. 

— Сегодня как раз было совещание по этому поводу. Нужно срочно что-то изобретать, иначе…

Подруга грустно вздохнула. 

— Значит продолжаем работать, — ответила я, вставая, и пошла на выход. У двери обернулась к подруге. — У нас всё получится. Мы же за добро.

Алисия вымученно улыбнулась.