Император моего сердца

Лето 2024 года. Крым. Новый свет.

Когда я была маленькой, мама часто читала мне сказки о принцах и принцессах. Я с удовольствием слушала их и мечтала о долгой и счастливой любви. Во мне росла уверенность в будущем – ну что может случиться со мной плохого? Ведь я так старательна и прилежна, и это несомненно даст свои плоды. Со временем эта уверенность только крепла, даже, когда я выросла и перестала любить выдуманные истории.

Институт, тусовки, друзья. Все быстро пролетело и забылось, когда я встретила своего мужа. Богатый, элегантный, он работал директором по маркетингу, впервые повез отдыхать меня за границу. А спустя два года брака я узнала, что он изменяет мне с лучшей подругой. Жизнь была разбита на мелкие осколки, когда он сказал: “Ты слишком правильная и... слишком скучная. Мне не хватает огонька”.

Долгое время я не знала, что мне делать. Наконец, вспомнила, что всегда любила накладывать макияж и записалась на курсы. Делала мейки, подрабатывала в магазине косметики, по вечерам зависала с друзьями в барах, а по ночам старалась не смотреть на звезды, которые мне напоминали о любви.

Однако, счастья все не было - проходили дни и месяцы, ничего в моей жизни не менялось. Очередного отпуска я ждала даже с некоторым страхом, ведь совсем не знала, чем мне заняться, и все же, не хотелось провести все выходные, лежа на диване. Одним вечером на глаза попалась реклама, которая предлагала экскурсионные туры в Крымские горы. Что же, почему бы и не поехать, подумала я, тем более такая идея зрела во мне уже давно, ей нужен был лишь толчок.

Поскольку отпуск у меня начинался немного раньше, чем экскурсия, я решила не тратить время зря, а посетить местные достопримечательности Нового Света и Судака. Находиться здесь было довольно приятно – преобладание песочного цвета в архитектуре старинных зданий радовало глаз.

Во время посещения Генуэзской крепости, в одной из ее самых необычных башен “Ветреный Цветок” - слегка удаленной от остальных, произошло кое-что примечательное. Я стояла на самом верху и вглядывалась в бескрайнее синее море, как сзади кто-то подошел. Это была старушка, ничем не примечательная, аккуратно одетая, с высокой прической и белыми крупными серьгами в ушах.

– Что вам нужно? – спросила я, когда стало понятно, что она хочет что-то мне сказать.Честно сказать, на туриста женщина совсем не была похожа.

– Нравится вам здесь? – улыбнулась она хитро.

– Да, здесь особое место. Этот свежий ветер и бескрайняя вода... Кажется, будто паришь над морем как птица.

– Я работала тут экскурсоводом много лет, – прошамкала бабуля. – Сейчас просто прибираюсь и смотрю за предметами старины.

– А, понятно, – тревога ушла. Просто бабуля, которую оставили здесь, чтобы она не зачахла дома. Я повернулась к узенькому окошку. – Наверное, вы много историй знаете.

– Конечно, – бабуля подошла и тоже глянула в окошко. – Некоторые истории столь стары, что воспоминания о них практически стерлись из мировой летописи. Лишь единицы помнят их. Хочешь я поведаю тебе одну историю, которую нынче не рассказывают туристам? Уж слишком она печальна.

– Давайте! – с интересом я приготовилась слушать – Люблю грустные истории.

– Посмотри туда, – бабуля указала в угол башенки, в которой мы сейчас находились .– Видишь вот этот рисунок?

Я пригнулась, чтобы рассмотреть получше – высеченный рисунок почти стерся от времени. У самого низа на стенах, покрытых глиной, был начертан небольшой круг, а вокруг тулились друг к другу несколько неаккуратных зазубрин, напоминающих точки.

– Что это означает? – спросила я, и осторожно провела пальцами по наскальному изображению.

– Не так давно было установлено, что эта башня крепости не совпадает со временем постройки остального комплекса. Она выполнена в древне-китайском стиле с тупыми мелкими зубчиками на шпилях. Для этого стиля характерна цикличность элементов декора, летящие карнизы и некая воздушность архитектуры. Но все же есть кое-что и необычное…

– Не томите!

– Судя по всему, эта башня использовалась в качестве тюрьмы. В окнах, где сейчас установлены ставни, до сих пор остались отпечатки от металлических прутьев, поэтому открытые отверстия в башне есть лишь на самой вышине, чтобы через них невозможно было сбежать.

Я оглядела окна и даже провела по боковинам пальцем, не особо разглядев следы от прутьев - все же время брало свое и некоторые выбоины могли просто осыпаться от ветра, например. Бабуля тем временем продолжала:

– На поверхности ранее располагалась фреска, изображающая цветы, скорее всего, белые пионы. Сейчас от фрески остались лишь фрагменты, но еще при Советском союзе ученые провели анализ и выдвинули гипотезу, согласно которой эта башенка была выстроена в эпоху древнего азиатского государства, носившего название “Туманное королевство”. На его территории ныне располагается Корея - Южное и Северное государство.

– Подождите, – я удивилась. – Как это возможно? Ведь, если башня и фреска были созданы в другом месте, то как они могли попасть сюда и стать частью Генуэзской крепости? Разве это возможно?

– Никто не знает, поэтому и ги-по-те-за, – старуха подняла палец, произнося сложное слово. – Но в последних книгах династии Коре удалось найти записи о некой таинственной башне, исчезнувшей после воцарения на троне следующей династии Чосон в четырнадцатом веке. Там было написано, что башня эта носила название “Туманный цветок” и была выстроена в честь битвы на озере Белый Берег, победителем которой стал император Тэ Ун, он же Прародитель, именно ему удалось объединить разобщенные земли в единое Королевство Тумана. После его смерти на трон взошел один из его сыновей. И восхождение это было поистине кровавым - сыну Тэ Уна пришлось убить остальных четверых своих братьев, претендующих на трон…

На этом месте старуха замолчала, и я в нетерпении уставилась на нее, ожидая продолжения.

– Неужели такое возможно? Убить своих братьев?!

– Да, – кивнула старуха, – также новый император славился огромными репрессиями, убирая со своей дороги всех несогласных с его политикой. Он подозревал всех членов своей семьи, многие кровные родственники пострадали от его меча. В народе тирана называли “Волк”, настолько он был жесток. Впрочем, во времена его царствования он смог достичь неслыханного влияния, и годы его правления считаются золотым веком правления Королевства Тумана. После его смерти сменилось несколько поколений, прежде чем земли королевства изменились и начался виток новой истории.

– Так что это означает этот рисунок? – решилась, наконец, спросить я, глядя на еле видимый круг с зазубринами.

Старуха усмехнулась.

– Вот почему эту историю обычно не рассказывают экскурсоводы, тут слишком много тайн и слухов. Никто точно не знает. Но еще моя прабабушка рассказывала что, по народным преданиям, четвертый принц Волк нарисовал рисунок в тот момент, когда еще никто не думал, что он взойдет на престол. Принц был всегда одержим идеей власти, и хотел покорить даже луну и звезды. Но ни в одной летописи не упомянута причина, по которой он сделал рисунок именно здесь - в башне Туманного цветка.

– Кажется, он был невероятно жестоким, – вздохнула я –- Неужели его судьба была заранее предначертана?

– Судьбу изменить нельзя, – сказала старуха и повернулась, чтобы идти прочь, затем добавила. – Лучше спускайтесь вниз, ветер крепчает.

– Даже попробовать нельзя? – крикнула я ей вслед. – Я бы все отдала, чтобы моя жизнь шла иначе, чем сейчас. Иначе зачем я вообще живу?

Старуха ухмыльнулась, лишь на мгновение повернувшись ко мне, а затем ушла. Я еще некоторое время смотрела вдаль, но сильный ветер заставил меня все же спуститься в гостиницу.

На следующий день я отправилась в точку сбора. В экскурсионной группе было несколько человек, и вот мы все, обвешанные рюкзаками и сумками, двинулись в путь покорять гору Сокол. Идти было нелегко, несколько раз мы останавливались на привал. Но вот что интересно - чем больше я шла, чем больше уставала, тем яснее становились мои мысли.

Любуясь красотами природы, я ловила себя на мысли, что мне здесь невероятно хорошо, словно этому месту принадлежит мое сердце. Дышать было легко и фривольно, а на привалах я с удовольствием фотографировалась. Через день нашего пути, ветер вновь вернулся. Когда мы остановились на очередной вынужденный привал, укрывшись в своих палатках, экскурсовод поспешил нас успокоить:

– Сокол славится своим жестким нравом - ветра здесь сильнее, чем на земле, но сезон ветров еще не пришел, так что беспокоиться не о чем. А все из-за спящего, давно рассыпавшегося вулкана, который был здесь в древние времена. Некоторые суеверные люди даже утверждают, что дух гор спит до сих пор там и однажды проснется. Но все это, конечно, сказки. Переждем ветер и двинемся дальше, либо вернемся обратно.

Однако, погода не утихла. Напротив, ночью поднялся ураган, мы сидели в палатках и лишь керосиновые тлеющие лампы были нам напоминанием о том, что где-то там, – на большой земле – нас ждет тепло и горячая еда.

Я вслушивалась в стоны ветра и мне казалось, что все голоса эпох одновременно поют песни, как вдруг что-то привлекло мое внимание. Кто-то кричал снаружи палатки. Высовываться было опасно, а я была такой трусихой, что решила переждать. Ну кто-то еще слышал, наверняка, посмотрит что там, – думала я. Однако, крики о помощи было явственно слышны и медлить уже было нельзя.

Как только я взвизгнула молнией на палатке, внутрь ворвался ветер с дождем. Капли дождя хлестали по голове, спине, голым ногам - я была одета в короткий топ и шорты, а сверху утеплена своей накидкой, но и она не спасала в этот раз.

– Помогите! – одна из совсем юных девушек изо всех держалась за ветви дерева. Ветер поднялся настолько сильный, что сбивал с ног, а учитывая ее малый рост и вес, просто унес и швырнул бы хрупкое тельце в ущелье.

Уже не думая ни о чем, я кинулась к ней и вовремя. Раздался хруст и ветка обломилась в тот момент, когда я успела схватить девушку за руку.

– Пригнись и ползли, – приказала я ей, пытаясь перекричать ветер. – Иначе он свалит нас с ног.

Она послушалась меня и мы двинулись к палаткам. Навстречу к нам выбежал экскурсовод и я успела передать девушку ему. В тот момент, когда я собиралась встать на ноги, вдруг грянул гром. Да такой сильный, что буквально оглушил меня. Я плюхнулась обратно и не успела собраться, как ветер снес меня обратно к краю скалы.

Может будь я порасторопнее, ловчее, я бы смогла спасти себя. Можно было и вовсе никого не спасать, тогда забот было бы еще меньше. Однако, теперь гул непогоды, сопровождаемый громом, оглушил меня. Перекрутившись несколько раз, я сделала отчаянную попытку зацепиться за валун, но ничего не вышло. Из последнего, что я помнила - это чернильное небо в молочно-серых лохмотьях туч, яростно кидаемых в разные стороны. Яркая вспышка ослепила все вокруг и я потеряла сознание.

Начало осени 1231 года. Королевство Тумана.

Двадцать третий год правления Прародителя.

Рыночная площадь у дворца Белый Пион.

Продавец гончарных изделий Пхи Бон начал свой день, как обычно. Он встал ни свет ни заря, нагрузил пожитки на телегу с ослом, да и повел того на рыночную площадь. Идти в такую даль было тяжело, но делать нечего - прокормить целую отару ребятишек вершками да корешками не выйдет. Поднимался сильный ветер, а ночью была сильная гроза.
Лужи под ногами чавкали в прохудившихся башмаках. Одна надежда на нового императора - говорят, обещал подати снизить, а то предыдущие поборщики совсем до нитки обобрали и за торговлю на базаре нужно было целых два медяка выложить. Но старые порядки сломать трудно. Данники пока не торопились убраться восвояси, а хаживали каждый день как важные гуси среди торговцев, высматривая тех, кто еще не платил.

– Пхи, – крикнула вслед старому торговцу его жена. – Накинь турумаги, глянь какой ветер!

Пхи только рукой махнул - не хотелось возвращаться. Да и привыкший он.

– Не замерзну, – только крикнул в ответ Пхи.

Выбрать местечко получилось поближе к стенам замка, а тут и ветер потише, радовался торговец. Когда показались сборщики подати - три крупных угрюмых мужчины, замотанных в синие бархатные турумаги, настроение у Пхи сразу упало. Несмотря на людность и даже толчею, покупателей пока было не много на его горшки да плошки, удалось наторговать лишь один медяк.

Сборщики спешились, привязали лошадей к дереву и пошли собирать налог. Когда они останавливались у лотка, каждый торговец низко кланялся и передавал в мешочке свернутые медяки. Хмурые сборщики, ни слова не говоря, прохаживались вдоль рядов, пока не дошли до него - Пхи Бона.

– Господин, – поклонился Пхи, а у самого душа в пятки ушла - за обращение не по делу и высечь могут. – Ваш слуга Пхи не наторговал еще, не успел. Просит его простить… вот, все что имеет на данный момент.

Седовласый торговец, не поднимая глаз, застыл с трясущейся протянутой рукой, в которой лежал один медяк. Стоять так было тяжело, но без разрешения выпрямиться не дозволялось.

Вдруг Пхи почувствовал жгучую боль в руках. Он с удивлением поднял голову, как получил еще один удар кнутом по плечу, от чего чуть не упал. Раздался смех. Один из сборщиков насмешливо процедил:

– Погляди, какой упырь. А стал ведь ближе к дворцовым воротам. Наверняка, наторговал к себе в карман. Ты у меня попляшешь, когда высеку тебя розгой!

Пхи упал в ноги.

– Господин, не вру, клянусь!

Второй из сборщиков принялся от всей души топтать все, что с такой любовью мастерил гончар Пхи Бон по вечерам вместе с детьми и внуками. Толпа вокруг словно замерла, а прохожие с удовольствием остановились поглядеть на представление.

– Что вы же делаете, что же вы делаете , –- лишь шептал крестьянин, беззвучно давясь слезами.

Когда от глиняных кувшинов остались лишь черепки, в застывшей тишине вдруг послышалось ржание лошади. Пхи поднял голову и увидел позади окружавшей его толпы черную гнедую лошадь с лоснящейся шеей. Ее передние копыта были подняты, из-за чего рыночная пыль взметнулась в воздух и теперь медленно опадала. Вся толпа мгновенно бросилась прочь, послышались испуганные окрики:

– Это волк!

– Берегитесь волка!

– Четвертый принц...

Королевские данники замерли, отступив несколько шагов назад. Чиновник, который топтал кувшины, и вовсе вжался в стену.

Тот, кто сидел верхом на черной лошади, натянул поводья и животное встало вновь на все четыре копыта, пританцовывая на месте. Высокий человек с благородной осанкой и с черными как смоль волосами, забранными в высокий хвост, ничего не выражающим взглядом медленно обвел сборщиков податей. Часть его лица была скрыта серо-угольной маской.

– Кто такие? – задал громко он вопрос. Голос всадника был низкий, глубокий, с презрительным оттенком.

Внешность его можно было бы назвать необычной. Впрочем, Пхи слышал, что Волк, он же четвертый принц, был рожден от плененной наложницы монгольского происхождения, от того и разрез глаза у него был непривычный. А еще ходили толки разного характера, например, что принц проклят и покрыт шрамами, на которых растет шерсть. Чтобы никто этого не видел, принц носил маску, закрывающую добрую половину лица, от чего его образ делался лишь страшнее. От вида проклятого принца даже у сборщиков податей, судя по всему, тряслись коленки, хотя еще пять минут назад можно было бы сказать, что это сильные и благородные мужи по виду своему.

Наконец, один из представителей императорского дворца сделал шаг вперед и сказал достаточно грозно, хотя голос его и так и норовил соскользнуть в фальцет:

– Мы представляем его императорское величество! У нас есть полное право собирать налог с торговцев для пополнения королевской казны!

Лошадь загарцевала и всадник вновь натянул поводья изо всех сил. В наступившей тишине, когда было слышно как летит муха, ржание лошади и мрачный взгляд всадника на фоне темных туч казались поистине ужасающими.

– Ты, – кивнул он на сборщика, который ранее истоптал гончарную утварь. – Посмел уничтожить товар, за продажу которого полагалась дань. Я расцениваю это как кражу у императорской казны.

Сборщик заледенел лицом, а затем внезапно кинулся и упал на колени прямо перед лошадью, рискуя быть задавленным животным, если оно двинется вперед.

– Не велите казнить, велите помиловать! Данник Па Чоль все отдаст из своего кармана!

Всадник без всяких эмоций скользнул взглядом по сборщику, людям, собравшимся на площади и черепкам кувшинов. Затем внезапно поднял плеть и опустил ее на сборщика, стоявшего на коленях, отчего тот съежился и закрыл лицо руками. По толпе пронесся ропот. Затем всадник легко спрыгнул с коня на землю, из-за необычных черных одежд и длинных волос на мгновение сделался похожим на ворона. Не останавливаясь, обошел сборщика и нанес тому еще несколько жестоких ударов плетью по спине.

Наконец, тот упал и пополз к ногам принца, умоляя о пощаде. Обведя холодным взглядом еще раз площадь, прибывший взял за поводья гнедую лошадь и спокойно пошел к замковым воротам, которые тут же отворились. Чужеземец вошел внутрь, не оглядываясь и не спеша. Когда ворота за ним закрылись, толпа загомонила пуще прежнего, обсуждая произошедшее.

1231 год. Королевство Тумана. Лес, недалеко от императорского замка Белый пион.

Божечки, что со мной случилось? Голова была ватной, словно я заснула днем, а проснулась под вечер. В сознании вспышками мелькали какие-то лица и голоса, которых я раньше не слышала. В отрывках я видела человека, рубящего мечом людей. Лицо человека было прикрыто капюшоном, поэтому я никак не могла разглядеть его. Наконец, таинственная фигура на лошади взмахнула мечом и лязг металла, рубящего человеческую плоть, заставил меня вздрогнуть и прийти в себя.

Где я? Моя голова покоилась на сырой подушке из мха. Лицо было покрыто каплями росы, а в нос сразу же ударил запах мокрого леса. Поднял голову, я скривилась - кажется, ударилась затылком. Место, где я сейчас находилось, было не похоже на пейзаж горы Сокол – я помнила высокий пик и ущелья, но здесь скорее были лесистые холмы.

Неужели ветер унес меня так далеко? Нужно поскорее позвать на помощь, ведь я не знала, сколько так пролежала. Судя по всему, сейчас было раннее утро - повсюду густо лежал туман, а звуки доносились приглушенно.

Звуки. Да, я отчетливо слышала лай и свист. Кое-как поднявшись, я пошла на шум, но тут же запуталась в одежде и остановилась с удивлением рассматривая свой наряд. Что это на мне? Тканевое молочно-бежевое платье с прямоугольным воротом, накидкой и расшитым золотыми звездами поясом. Ладно, потом разберемся, сейчас главное найти помощь.

Пышное и длинное платье ужасно мешало идти, тем более мне пришлось перемещаться по крупным валунам. Волосы некстати лезли в лицо. Что? Длинные волосы? Почти до самого пояса. Часть волос забрана сзади в полураспустившийся бублик. Впрочем раздумывать было некогда, лай собак приближался, и я уже слышала топот копыт. Сюда мчалась целая свора животных. Неподалеку от меня раскинулся широкий дуб, за которым я поспешила укрыться.

Через минуту на поляне появилось большое количество всадников и я во все глаза смотрела на них из-за своего укрытия. Они были одеты невероятно странно - в алые и коричневые плащи, а подбитые сапоги завершали образ людей, которые вышли на охоту. Но еще более странно они выглядели - это точно были мужчины азиатского происхождения с миндалевидными глазами и высокими скулами.. Может это театральная постановка, – спрашивала я себя.

Все всадники выглядели молодо и очень… благородно. Охотничьи собаки с вытянутыми мордами сейчас смирно сидели у копыт одной из лошадей. Я рассмотрела под накидкой всадника зеленый камзол. Молодой мужчина с мягкими чертами лица и выразительными губами нахмурился и сказал:

– Псовые ошиблись, это была не лиса. Видимо, какая-то птица, которая уже улетела.

– Эх, – вздохнул другой всадник. Он выглядел совсем молодо, лет на тринадцать, не старше. У него были длинные каштановые волосы, с вплетенным в них синим бантом. Подвижные черты лица и озорное выражение говорили о том, что этому ребенку больше хотелось подурачиться, нежели действительно охотиться на лису. – А я думал уже напали на след! – После чего он поднял натянутую тетиву со стрелой, прицелился в дерево и приготовился выпустить стрелу в его мощный ствол.

Проблема была в том, что дерево, в которое он целился, было тем самым дубом, за которым пряталась я. Мы столкнулись взглядами и от неожиданности он выпустил стрелу. Та громко взвизгнула и с треском встряла прямо в двух пальцах от моего носа, а я громко ойкнула.

Все обратили взгляды на меня. То ли от шока, то ли от страха, а скорее всего, от всего сразу, я кинулась прочь, не разбирая дороги под ногами.

Вслед мне раздавались смешки и окрики:

– Эй, ты!

– Ты шпионила за нами?

– Ты кто такая?

Но я не останавливалась, пока не отбежала достаточно далеко, чтобы остановиться и перевести дыхание. Ноги от бессилия подкашивались, и я вся дрожала от понимания того, что они легко могли бы меня догнать, если бы захотели!

Кто же они такие и что делали в этом лесу?

Вдалеке показался дым - кажется, там топилась печь, немедля я бросилась туда. Дорожка под ногами вскоре стала ровнее, колея выглядела вытоптанной, значит, этой дорогой часто пользовались. Показались довольно высокие светлые стены забора, и, достигнув его, я тут же припала к широким брусьям, чтобы посмотреть, что скрывается за ними. Сначала кроме листвы ничего не было видно, однако, вскоре я разглядела красную черепичную крышу, изогнутую по краям.

Чем дальше я шла вдоль забора, тем больше троение открывалось во всей красе – высотой в несколько уровней, изящное здание было украшено множеством декоративных элементов и резьбой, особенно мне бросили в глаза вырезанные на деревянных столбиках схематичные дикие животные. Дорожка привела меня к калитке. Видимо, главные ворота находились с обратной стороны, но войти внутрь можно было и через этот неприметный вход.

Некоторые время я раздумывала - наверняка, здесь живут не бедные люди, но что, если они не захотят мне помочь? Желание разобраться поскорее в происходящем пересилило и я аккуратно заглянула внутрь, но рассмотреть что-то было сложно из-за плотной засаженности растениями и небольшими изогнутыми деревцами. Оставалось лишь идти по узкой дорожке, усыпанной гравием. Внезапно раздался женский голос:

– Ми Юн. Госпожа!

Я остановилась. Голос раздавался откуда-то из зарослей. Оказывается, там была тоже узкая дорожка и сейчас на меня оттуда неслась девушка, одетая также странно, как и я. Разве что платье у нее было попроще - из бело-серого льна, покрытое темно-коричневым длинным передником. Черты лица достаточно симпатичные, но простоватые, бесхитростные, а глаза смотрят испуганно.

– Госпожа! – шепотом прокричала она и остановилась рядом, с ужасом оглядывая меня с ног до головы. Видимо, вид был еще тот - платье порвано, грязные разводы и мой, наверняка, уставший от погони взгляд, дрожащие ноги.

– Извините, это вы мне? – я огляделась вокруг, рассчитывая увидеть некую Ми Юн.

– Голубушка! Вы меня не признаете? – запричитала девица и на ее лице отобразилось глубокое сожаление.

– Нн-нет! – медленно произнесла я, разглядывая девицу. – Я вас не знаю, простите.И почему вы меня так называете? Меня зовут Катя.

– Ка-тя, что за странное имя! Ох ты господи! – зашептала вновь девушка. – Первая госпожа Ке Юн обыскалась вас. Мы все за вас переживали. Вы наверное ушиблись головой, вот и не помните ничего?

– Кто такая Ке Юн? – воскликнула я с отчаянием. – Где же я нахожусь?

Девица всплеснула руками и прижала ладони к своему рту:

– Как! Вы совсем ничего не помните? Это дворцовое имение восьмого принца. Вы кузина его жены, после смерти вашей матушки сестра забрала вас к себе. Ваша сестра очень расстроена, а ведь ей нельзя грустить. Это плохо сказывается на ее здоровье.

– Да что вы такое говорите, – возмутилась я. - Нет у меня никакой сестры, я упала в ущелье…

– Вот видите, – заулыбалась девица. – Сами говорите, что упали. Пойдемте же скорее, если его высочество увидит вас в таком виде… ох…

Девушка изобразила сожаление и посторонилась, указывая руками на дорожку. Однако, касаться она меня явно избегала. Голова все еще кружилась и я просто пошла вперед, обещая себе разобраться во всем, но сперва следовало бы получить лечение и отдых.

Дорожка вскоре вывела к имению и я увидела женщину, стоявшую у порога. Она выглядела очень бледной, руки с силой сжимали белоснежный платок, а на лбу залегла глубокая складка. И все же она была красивой. Утонченная кроткая красота, с которой впору бы писать портреты. Завидев меня, женщина тут же бросилась с восклицанием и принялась обнимать, щупая руки-ноги.

– Ми, что с тобой случилось? Ты цела? Где ты была?

Женщина так и сыпала вопросами, и я еще раз отметила необычайную бледность ее кожи.

– Со мной все хорошо, – отстранилась я. – Простите, я не совсем понимаю, что здесь происходит.

На немой вопрос женщины, обращенной к девице, та лишь развела руками.

– Ми, идем же скорее внутрь, слуги смотрят! – женщина приобняла меня и мы вошли внутрь. Во дворе и правда сгрудились сонные люди, и даже прибежал какой-то босоногий мальчонка в рубахе, видимо, в ней же он и спал.

Внутри имения оказалось довольно красиво, хоть меня и не оставляло чувство, что я нахожусь в музее. Фрески, изображающие охоту, деревянные столики, шкуры животных на полу создавали впечатление богатого жилья. Полки украшали разнообразные цветные фарфоровые статуэтки, а кое-где стояли в вазах и живые цветы. Белоснежные шторы развивались от ветерка, что заставило меня дрожать, как только я почувствовала прохладу. Женщина, именующая меня своей сестрой, помогла мне раздеться, после чего бросила служанке:

– Приготовь горячую воду. Быстро.

Как только все было готово, мы прошли в небольшую комнатку на нижнем этаже без окон, внутри которой стоял деревянный чан с водой. С наслаждением я окунулась, отогреваясь и чувствуя, как тело вновь наливается теплом. Рядом сидела моя, так называемая сестра, и поливала меня водой из ковша.

– Ми. Ты расскажешь, что с тобой произошло?

– Я… я не помню, – ответила я, все еще с тревожностью оглядываясь вокруг. - Помню, сильный ветер, а потом… меня унесло и я упала, кажется, с высоты.

– Ты у меня такая проказница, – с печалью в голосе произнесла Ке. – Разве я не просила тебя не выходить за пределы дворца? В конце концов это опасно! Что с тобой случилось, я не понимаю.

– Простите… прости меня, – только и смогла сказать я. – Надеюсь, что в ближайшее время память ко мне вернется. Какой сейчас год?

Ке покачала головой, но ответила:

– Тысяча двести тридцать первый.

Эта новость оглушила меня.

– Что? – я вскочила, и потоки воды пролились на пол.

Ке тоже вскочила, с испугом глядя на меня.

– Значит, это королевство т-тумана? – запинаясь, спросила я, с трудом вспоминая, что мне об этом рассказывала старуха на башне. – А у власти Тэ Ун Прародитель?

– Успокойся, прошу, – Ке настойчиво вернула меня опять в воду. – Да, ты помнишь все верно! Ты моя кузина и я за тебя ответственна, понимаешь? Пожалуйста, не выходи больше за пределы дворца, и я надеюсь, что память в полной мере к тебе вернется, иначе нам обеим будет худо. Ты стала… какой-то другой, – замялась Ке.

Ну, конечно, думала я про себя, как я могу быть Ми, если я вовсе не она! Вскоре сестра ушла отдыхать, а та самая девица, которая встретила меня на дорожке, принесла зеркало, я тут же принялась рассматривать себя, пощипывая за щеки и приговаривая: “неужели это я? А вовсе и ничего! Кожа такая молодая…”

Девица с изумлением поглядывала на меня, не решаясь засмеяться.

– Что ты так смотришь! – обиженно уставилась я на нее. – Напомни лучше, сколько мне лет!

– Шестнадцать, госпожа, – прыснула таки девица.

– Шестнадцать? – переспросила я изумленно и громче, чем планировала. Еще бы! Ведь мой реальный возраст был двадцать пять лет. Это словно… словно второй шанс начать жизнь заново.

– Ши Хи, – обратилась я к своей служанке, так ее звали, о чем я поинтересовалась ранее у сестры, –- а скажи, и морщинок у меня нет? И кожа гладкая и упругая?

– Ну, госпожа, вы чудная! Вы точно очень сильно ошиблись, – улыбаясь, проговорила служанка.

После купания Ши Хи помогла мне дойти до моей комнаты, которая располагалась на втором этаже. Стоя посередине спальни и позволив дать волю чувствам, я закусила губу, чтобы не расплакаться - меня накрыла волна отчаяния. Я же совсем чужая в этом мире! Здесь нет ничегошеньки моего. Эти пуховые перины, красивые платья и запертые окна дворца вдруг начали давить на меня.

Разве думала я когда-нибудь, что окажусь в сказке? Но сказка на то и сказка, чтобы ее читать на страницах книжек. Вдруг еще одна мысль неприятно кольнула меня - я вспомнила, что в сказках рубят головы. А может и мне отрубят, если поймут, что я не та, за кого себя выдаю. От этой мысли я совсем заревела, практически в голос!

Внезапно раздался стук в дверь. В страхе я спряталась за невысокий топчан с наложенными горой атласными подушками разных форм, лишь надеясь, что кто бы это не был - уйдет сейчас же! Но этого не происходило. Стук раздавался все сильнее, в конце концов мужской голос из-за двери громко сказал:

– Ми Юн, открывайте же скорее. Мне нужно с вами поговорить. Немедленно!

Голос был знаком, кажется, я уже его слышала сегодня. Пока я всхлипывала и раздумывала, как мне поступить дальше, дверь заходила ходуном. Тот, кто стоял за ней, явно намеревался войти сюда.

– Ми Юн, с вами все хорошо? Откройте немедля же!

Однако, вместо того, чтобы выполнить приказ, я лишь беспомощно выглядывала из-за горы перин и подушек.

Вдруг что-то хрустнуло, дверь поддалась и вылетела из створок. Я в ужасе наблюдала за мужчиной, влетевшим сразу за деревянным перекрытием. Видимо, он сам не ожидал, что выломает целую дверь, и сейчас в замешательстве застыл, так и не опустив руку. Это выглядело даже немного комично, и я не удержалась от смешка. Учинитель беспорядка тут же собрался и повернулся в мою сторону, выискивая глазами ту, ради кого он сюда ворвался.

Наши глаза встретились и мы застыли, рассматривая друг друга. Мужчина был молод, но не юн. Идеальные черты лица, четко очерченные губы, нос с крохотной горбинкой, что придавало благородства, изящный подбородок. Светло-карие проницательные глаза, выражающие мудрость и опыт.

На мужчине был одет синий бархатный камзол, а струящийся низ напоминал скорее юбки, украшенные вышивкой. Талия подвязана широким кожаным поясом, сапоги тоже выполнены из кожи с вкраплениями шелка. Это был тот самый мужчина, который предположил, что собаки лаяли на птицу, а не на лису. Когда я это поняла, то от страха пригнулась, прикрыв лицо рукой. Впрочем, это было бесполезно. Несмотря на то, что я не смотрела на него, я слышала его шаги. Он медленно шел ко мне, разглядывая очень внимательно.

– Ми Юн, – наконец, сказал он доверительно, – это же ты была в лесу? Что ты там делала?

Я убрала руку, все еще боясь посмотреть на него. Что, если он будет злиться?

Но что-то в его голосе было такое, от чего я чувствовала себя в безопасности. Он не собирался причинять мне вред.

– Я… я…, – от моего лепета мне самой вдруг сделалось тошно. Неужели я, девушка из двадцать первого века, не смогу совладать с человеком из прошлого? Я же хотела получить второй шанс, так вот он, пожалуйста. Нужно лишь собраться. Все будет хорошо! Я выживу!

Мне кажется, он следил за ходом моих мыслей, или может быть заметил, что я пытаюсь собраться с духом. Но он не торопил меня, даже с удовольствием наблюдал за моими душевными метаниями, по-доброму улыбаясь. Постаравшись придать своему взгляду хоть немного дерзости, я смело взглянула ему в глаза и выпалила:

– Я не помню, что я там делала. Я упала и ударилась головой. Извините, если доставила вам неприятностей!

Мужчина обошел топчан и предстал передо мной так, что теперь разглядывать его тайком было неудобно - приходилось слишком задирать голову. Руки хозяина имения (этот бесцеремонный человек явно был здесь хозяином) были сложены за спиной. Он проговорил:

– Все хорошо. Но я волновался за тебя. После того, как ты убежала, я специально не стал гнаться за тобой и дал время тебе уйти. Не нужно, чтобы тебя узнали другие принцы и доложили императору, он может заподозрить тебя в шпионаже.

Я растерянно молчала, не зная, что и ответить. Сердце слишком забилось и теперь мне не хватало дыхания, и я приоткрыла рот, чтобы глотнуть воздуха. Мужчина, видимо, заметил мое замешательство. Он немного наклонился и протянул мне руку:

– Не волнуйся, я помогу тебе. Не нужно отвечать прямо сейчас, поговорим позже.

Я протянула руку и осторожно взялась за кончики его пальцев. Его кожа была теплая и приятная на ощупь. Светло-карие, почти прозрачные, глаза смотрели с теплотой, от чего мне лишь сложнее стало дышать. Он с нежностью сжал мою руку и помог подняться.

Мы оказались на расстояние всего лишь в нескольких сантиметров друг от друга. Вглядываясь в его красивое лицо, я действительно испытывала признательные эмоции. Может быть этот мир не так уж и плох, несмотря на то, что в лесу мою жизнь чуть не оборвали случайной стрелой.

– Если тебе страшно и неуютно находиться в моем дворце, ты можешь поехать в резиденцию твоей тетушки или отправиться путешествовать куда-нибудь еще.

Только сейчас я поняла, что все еще не отпускаю его руку, больше того, вцепилась в нее, как ребенок в любимую игрушку. Засмущавшись, я выпустила наконец его пальцы и отошла.

– Немного позже я пришлю чинителя, он исправит дверь, – на прощание сообщил мужчина и вышел.

Только, когда он вышел, я вдруг поняла, передо мной наверняка был восьмой принц, он же муж моей сестры Ке! От этого факта у меня закружилась голова.

Всю ночь мне снились сны, тревожные и кровавые, но проснувшись, я уже ничего не помнила. Утром ко мне пожаловала Ши Хи и принесла завтрак.

– Раньше госпожа и господин завтракали в большой зале, но после болезни госпожи Ке Юн, господин Лю Рель, он же восьмой принц, в резиденции которого вы сейчас находитесь, распорядился разносить еду по комнатам, чтобы лишний раз не тревожить его жену.

– Вот как, - протянула я. Лю Рель, значит. У меня было миллион вопросов, но я все их отодвинула на задний план из-за чувства голода, что снедало меня.

Завтрак состоял из свежесваренной каши грубого помола, свежего яйца и компота. Мне было неловко есть в одиночестве, пока Ши Хи покорно стоит у двери в ожидании пустой посуды, так что я предложила позавтракать вместе со мной.

– Да вы что, госпожа! Если кто увидит, меня тут же казнят! – запротестовала девушка, кланяясь и понижая голос, словно здесь мог появиться сам император.

Я подошла и взяла ее за руку.

– Ши, ты же моя личная служанка, так ведь?

– Да, это так, госпожа! – Ши боялась поднять глаза.

– Значит, я несу за тебя ответственность, и никто не имеет права наказывать тебя. А уж император точно не узнает, я обещаю! Пожалуйста, присядь!

Мне пришлось практически насильно усадить девушку. М-да, до того времени, пока люди обретут равноправие, пройдет еще много веков.

– Ешь, – я положила кашу и половину яйца в свободную тарелку, затем протянула девушке.

– Благодарю вас, госпожа! – Ши преклонила голову и пробормотала:

– Что же с вами случилось в том лесу…

– Знаешь что, Ши, кажется, память понемногу начинает ко мне возвращаться, – поспешила успокоить я служанку, видя ее обеспокоенность.

После этих слов ее лицо озарила улыбка

– Правда?

– Да, – соврала я, – но ты мне должна помочь вспомнить все подробности. Так будет быстрее.

– Конечно, госпожа, – с готовностью ответила Ши.

– Тогда расскажи подробнее об императоре и о восьмом принце, – попросила я.

Ши Хи наспех прожевала кашу, и отложила тарелку в сторону, после чего мечтательно посмотрела наверх. Однако, она смотрела не на потолок, ее взгляд пронизывал стены и улетал куда-то в небеса.

– Лю Рель - восьмой принц императора Тэ Уна. Всего у него более двадцати детей, но лишь шестеро из них достигли половозрелого возраста и могут претендовать на трон. Самый вероятный наследник - наследный принц Лю Тиан. Именно он сражался бок-о-бок вместе с Прародителем на поле боя и помог объединить три земли: Королевство Полной Луны, Королевство Тумана и южные земли Черных Виноградников в единое государство. Третий принц Лю Хё - сын самой королевы Ю - первой жены императора. Кроме них во дворце ещё живут молодой принц Лю Има и Лю Бош-и, который больше всего на свете любит рисовать. Даже, когда он навещает резиденцию господина Реля, делает зарисовки.

Я слушала во все уши, пытаясь вспомнить из уроков истории, что-нибудь про этот период в истории, но события происходили настолько давно, а я хоть и была прилежной ученицей, историю не особо любила, и пропускала мимо ушей все, что не понадобилось бы мне для экзамена. Так что приходилось довольствоваться тем, что рассказала мне бабушка в крепости.

После завтрака, я упросила Ши Хи пройтись со мной по саду.

– Конечно, госпожа, только давайте оденем вас подобающе, –- поклонилась она.

Желто-розовый ханбок, подпоясанный широким атласным поясом, идеально сел на мою фигуру. Пышный внизу, он делал меня похожей на фарфоровую статуэтку. Волосы, собранные наполовину в косу, наполовину распущенные, украсили две разноцветные милые заколки по бокам.

Сад был поистине огромным. Старая часть, по рассказам Ши, специально оставалась почти нетронутой, за исключением дворцовых дорожек. Гулять здесь было даже немного жутко из-за обилия старых широких дубов, заслоняющих солнце.

Деревья шумели кронами, храня надежно свои истории, ныне покрытые вековой пылью. Зато центральная часть сада представляла предмет искусства - множество декоративных дорожек, каменных изваяний и аккуратно подстриженных кустиков, ниже моей голени. Высоких деревьев здесь было мало, и они были представлены в основном ивами, опускающими свои ветви в круглый пруд - настоящее украшение сада и, судя по всему, место развлечения.

Возле пруда возвышались несколько разных беседок для чаепитий, а еще здесь можно было скрываться от полуденных лучей в знойные дни. Я не могла скрыть восхищения от местных красот, пытаясь все же держать язык за зубами и не слишком привлекать к себе внимание местных служанок, стайками снующих вдоль сада. Они выполняли различные поручения - например, несли стирку или полные корзины овощей для обеда.

– Ах, это же господин Лю Рель, – я резко остановилась и вытаращилась во все глаза. Затем набрала полные легкие воздуха и с трудом смогла выдохнуть от внешнего вида этого мужчины. Сейчас, когда я понимала, что он сын императора, моему восхищению не было предела. Именно так я и представляла себе настоящего принца - красивый, благородный, добрый и величественный.

Он прогуливался со спокойным видом, заложив руки за спину. Рядом с ним семенила Ке Юн - моя кузина. По сравнению с ней, Лю Рель был очень высоким, на целую голову выше, а может и на две. Теперь на нем был надет темно-фиолетовый атласный наряд, вышитый золотыми нитями. Солнечные лучи освещали светлое лицо принца и, казалось, что от него исходит божественное сияние. Он что-то с лёгкой улыбкой говорил Ке, а та слушала его несколько рассеянно, изредка кивая головой.

– Расскажи о восьмом принце, – попросила я Ши. – Какой он человек?

Служанка явно с готовностью была настроена рассказывать о своем хозяине.

– Лю Рель - лучший господин во всем Королевстве Тумана, конечно, после своего царственного отца. Его высочество очень добрый, почти никогда не наказывает служанок. А еще - у него огромная библиотека и он проводит там большую часть времени. Многие предпочли бы видеть именно господина Лю Реля в качестве наследного принца, а не господина Лю Тиана. Наш господин очень умный, – закивала Ши. – Раньше он часто читал своей жене старинные стихи, собранные бродячими поэтами и музыкантами.

– А сейчас же что? – с удивлением уточнила я.

– Ну, – замялась служанка, явно подбирая слова. – В последнее время госпожа проводит время в своей комнате, редко куда выходит.

– И все равно, - добавила я, наблюдая как Рель почтительно продвигает стул Ке и та аккуратно на него присаживается, –- они кажутся хорошей парой, а он - любящим мужем.

На последнем слове я вдруг вспомнила его лицо так близко от моего. Нежные красивые губы цвета восходящей алой зари и желание мне искренне помочь, читающееся в его глазах. Да, пожалуй, такому мужчине можно доверять. Я понимаю Ке, так преданной ему.

Внезапно он перевел взгляд со что-то говорившей ему жене на меня. Видимо, я застала принца врасплох, потому что его глаза резко расширились, но он тут же собрался и краешком губ улыбнулся мне. Мое дыхание участилось, а сердце забилось как бешеное. Я не смела вздохнуть, и изо всех сил старалась не выдать своего волнения. Все-таки передо мной был принц, возможно тот, кто станет следующим императором. На мгновение у меня получилось отвести глаза, а когда я, взглянув на совершенно не интересующую меня утку, вернулась к разглядыванию Реля, тот уже смотрел в глаза жене, отпивая чай из кремовой чашечки.

– Какое неприличие! – внезапно раздался визгливый женский голос рядом со мной, от чего я вздрогнула и повернула голову.

Слева стояла юная дама, возрастом примерно с мой, но может быть и чуть старше. Во всяком случае надменный взгляд, прямые черные брови и холодные глаза вполне могли принадлежать опытной хозяйке, владеющей, как минимум, поместьем. Северная красота девушки дополнялась цветом ее одежд, выполненных в снежной палитре - серебристо-серый ханбок и голубой серебристый ободок на темных волосах.

– Что? – оторвалась я наконец от ее разглядывания. Девушка выглядела возмущенной, немного приподняв бровь.

– Простите нас, госпожа Го, госпожа Ми Юн как раз желала поклониться, – зачастила Ши, улыбаясь во все зубы и слегка подталкивая меня рукой вниз.

В недоумении я посмотрела еще раз на подошедшую девушку, а затем на Ши, но поклонилась.

– Простите нас, госпожа. С Ми Юн недавно приключилось несчастье, вот она еще не в себе! - Ши продолжала заискивающе улыбаться.

– Ты что, назвала меня сейчас сумасшедшей? – теперь возмущаться пришел черед мне.

– Вовсе нет, – Ши, казалось, сейчас упадет в обморок.

– Оставь ее, – холодно сказала госпожа Го. – Я слышала, что с ней случилось. Наверняка, теперь ее придется учить всему с нуля. И не стоит разглядывать супружескую пару, это неприлично.

После этих слов барыня уже приподняла юбки, чтобы последовать своей дорогой, однако, я ее остановила.

– А вам не стоит вмешиваться в чужой разговор. Это вообще-то тоже неприлично!

– Что ты сейчас сказала? – голос барышни приобрел металлические нотки, а глаза налились гневом.

– То и сказала, – я поставила руки на бока. Хотя, конечно, где-то внутри себя я понимала, что делаю что-то неправильно, но такое поведение было возмутительным. Теперь меня было не остановить. – Иди своей дорогой туда, куда шла. А меня не учи. Я и так ученая!

Я была уверена, что она сейчас вцепиться в меня, пальцы ее рук задрожали и она уже начала поднимать руку, как слева от нас возник Лю Рель.

– Что здесь происходит, Чон Го? – решительно спросил он.

Мы с барышней стояли друг напротив друга, дыша как два горных барана. Наконец, Чон Го первая взяла себя в руки и натянула улыбку:

– Поговорите с кузиной вашей жены о манерах. Или мы будем вынуждены покинуть ваш дом, несмотря на гостеприимство, – отчеканила Чон Го, после чего слегка склонила голову перед принцем в официальном прощании, и, не дожидаясь его ответа, покинула двор, сопровождаемая своими служанками.

***

Библиотека восьмого принца действительно была огромной. Дубовые стеллажи, сверху донизу заставленные книгами, соседствовали с картинной галереей и зимней оранжереей. Восьмой принц сидел за своим столом возле окна и что-то писал. Его лицо было хмурым. Я же стояла посередине комнаты, не зная, что мне делать. После скандала в саду, Лю Рель привел меня за руку в свою библиотеку и, не предложив присесть, занялся своими делами.

Я не совсем понимала его эмоции, лишь чувствовала, что он немного зол. Но вскоре я поймала его взгляд, украдкой брошенный на меня, он был наполнен какой-то отеческой добротой и принятием. Сколько лет Релю? Если мне шестнадцать, а Ке двадцать восемь, наверняка, он ближе к ней возрасту. Может быть двадцать девять или двадцать семь?

Пока я гадала, в комнату внесли чай. Поставив поднос с сервизом на чайный столик, служанка ушла, а Рель еще некоторое время читал какое-то письмо. Затем, не обращая на меня никакого внимания пересел за чайный столик и налил сам себе чаю, дополнив его двумя крошечными пирожеными. Я сглотнула, мне тоже хотелось пить и есть, кроме того от долгого стояния болели ноги, но попросить сесть я не решалась. Я и так чуть не накликала на себя беду в саду.

– Что случилось в саду между тобой и госпожой Го? Мне казалось, вы помирились в прошлый ее приезд.

Помирились? Значит, раньше мы уже были в ссоре. Нужно будет об этом расспросить Ши.

– Она сделала замечание, – хриплым голосом начала я. Прочистила горло и сказала громче. – Я бы не хотела, чтобы мне делала замечание девушка моего возраста. К тому же, оно было нецелесообразным.

– Не целесоо…? – удивился принц. – Какое удивительное слово.

– Вычитала его в одной из книг, – выпалила я, надеясь, что принц не заставит меня вспомнить, в какой именно. Но он уже перевел мысль.

– Госпожа Го наша почетная гостья, поскольку она является дочерью сестры императора, а значит, она выше тебя по статусу и имеет права делать замечания. – На этом моменте я горделиво вскинула нос, но принц сделал вид, что не заметил этого. –. Вместе со своей матерью они прибыли к празднику Сухоцветного благоденствия, возвещающего о конце лета.

– Праздник Сухоцветного благоденствия? Ми Юнь забыла об этом, прошу ее простить, – я низко наклонила голову.

Рель сделал глоток чая, затем встал из-за стола и неспешно подошел ко мне. Теперь на его ногах были не сапоги, а хлопковые удобные тапочки с острыми носками. Принц приблизился почти вплотную, и осторожно приподнял мой подбородок одним пальцем, вглядываясь в глаза. От такой близости я почувствовала приятный аромат травяного чая, исходящего от принца, однако, сердце билось так быстро, что я испугалась, будто оно сейчас выпрыгнет.

Мне было приятно разглядывать черты лица этого мужчины настолько близко - я видела свое отражение в его зрачках - испуганную девочку с широко раскрытыми ресницами.

– Вы ведь меня не боитесь, – спросил тихо принц, вновь перешел принц на “вы”, все еще не отпуская мой подбородок. – Никак не могу понять.

Меня хватило лишь на то, чтобы отрицательно качнуть головой. Принц провел взглядом по моему лицу - заглянул еще раз в глаза, проскользнул по носу, губам. Наконец, остановился на подбородке и отпустил руку, сделав шаг назад. Затем он отвернулся и прошел к стеллажам.

– Что вы собираетесь сделать? – спросил он, беря какую-то книгу с полки.

Я вдруг испугалась, что он сейчас меня сошлет куда-нибудь подальше, в глухую деревушку, где я буду томиться от скуки всю оставшуюся жизнь.

– Я как раз ищу себе занятие по душе, – осмелела я и даже сделала несколько шагов к библиотечной полке. – Я люблю собирать букеты, например, а еще делать макияж…

– Макияж, – принц полуобернулся. - Опять вы используете незнакомые мне слова.

– Наносить краску на лицо, – я провела рукой вдоль своего лица, как бы демонстрируя свою способность.

– А, – вновь отвернулся принц, перелистывая страницы в книге, которую держал в руках. – Понятно. Это хорошо, хорошо… - рассеянно пробормотал он. Затем добавил: - это хорошо, что вы планируете чем-то заняться, потому что вам нужно восстановить память. Жить при дворце тяжело, не помня даже правила приличия, знаете ли.

– Я обещаю, я все выучу! Справлюсь! Мне не понадобится ничья помощь. Я все смогу сама.

– Сама, – засмеялся принц. – Мне будет интересно на это поглядеть.

Лю Рель углубился в чтение и наступила тишина. Стоять без дела было скучно, к тому же меня вдруг привлекла одна из книг, лежавших на дальней полке и я рискнула к ней подойти, думая, что принц занят и не обратит внимания, однако, он тут же прокомментировал:

– Это собрание стихотворений бродячих поэтов. Недавно доставили ко дворцу. Очень приятные строки. Если вы хотите, однажды я вам прочту их. – Я повернулась к принцу, чтобы поблагодарить за такое великодушие, однако, не увидела его на том месте, где он только что стоял. Тогда я резко повернулась в другую сторону, чтобы подойди к нему и мы тут же столкнулись. Рель уже обогнул книжную полку и подошел незаметно с противоположной стороны. Из-за этого столкновения я резко ойкнула и уронила книгу. Лю Релю пришлось меня поддержать за локоть, чтобы я не грохнулась, оступившись. В этот момент он проявил небывалую ловкость и я увидела в его глазах истинную тревожность за меня.

– Какая я неловкая, простите, – зачастила я, правда испытывая неловкость.

Но хозяин библиотеки и не думал злиться, он лишь поднял книгу и дал ее мне в руки обратно со смешком.

– Вы и правда стали другой, Ми Юн. Наблюдать за вами будет интересно. Надеюсь, мы еще встретимся, чтобы я смог прочитать вам необычные стихи.

Наспех сунув книгу на полку, я поклонилась и развернулась, чтобы уходить.

– Вот, – внезапно донесся до меня голос принца.

Ну что еще?! Я и так уже вся красная как рак.

– Пожалуйста, помните о правилах приличия. Наедине со мной вы можете их и не соблюдать, но гостьи должны оставаться довольны. В этом доме чтят законы императора.

– А, – вспомнила я и поклонилась.

– Идите, идите, Ми Юн! – еще раз со смешком ответил Лю Рель.

Осень 1231 года.

Площадь перед дворцом Белый Пион.

На придворцовой площади происходило настоящее веселье. Пятеро братьев тренировались к будущему празднику Сухоцветного Благоденствия, изображая танцы животных и попутно сражаясь на мечах. Это была репетиция. Принц в маске кабана сделал выпад и успешно отразил атаку “гуся”. “Гусь” в свою очередь расставил руки в стороны, изображая взмах крыльями, после чего приподнял одну ногу, схватил меч обеими руками и занес его над головой.

Согласно плану, брат в деревянной маске лисицы должен был перекатиться и отразить атаку, лежа на лопатках, однако, вместо этого при падении достаточно сильно ушиб руку и схватился сейчас за локоть, подвывая от боли. Музыканты остановились, и брат в страшной маске обезьяны с изогнутой причудливой улыбкой, воскликнул:

– Има, с тобой мы и до утра репетицию не закончим. Вечно ты ошибаешься!

Под маской обезьяны скрывался принц Лю Хё. Остальные последовали примеру и тоже сняли тяжелые маски.

Лю Има - самый молодой из всех, скуксился и потешно замахал руками:

– Вот вы все… братцы еще называются. Сделали бы вид, что ничего не заметили!

Брат, который скрывался под маской гуся - Лю Бош-и прыснул:

– Как тут не заметить, когда ты взвыл, как девчонка, у которой отобрали кусок сладкой лепешки.

Все остальные заржали, а Има бросился на Бош-и, и схватил того за грудки. Они принялись шутливо драться, Хё лишь покачал головой и рявкнул:

– Хватит! Вы выставляете себя на посмешище!

– Братья, – мягко вставил восьмой принц Рель, – давайте отдыхать и пить чай, а позже продолжим. Тем более, скоро к нам должен присоединиться четвертый принц.

Переодевшись, братья сели за чайные столики, за исключением наследного принца Лю Тиана, который, извинившись, отбыл. Служанки принесли чай, после чего были отосланы.

– Брат Рель, – заискивающе спросил Има, посматривая по сторонам хитрыми глазками - не подслушивает ли их кто? – Ты сказал, что скоро к нам присоединится четвертый брат. Значит, он уже во дворце?

Лю Хё, наделенный волевым упрямым подбородком и рассудительным взглядом, скользнул по младшему брату металлическим взглядом.

– Братец Има, разве вам еще неизвестно о том, что произошло у дворцовой площади? – с усмешкой и нарочито громко спросил Хё. – Кажется, об этом знают уже все. Смотрите, пока вы тайком будете уплетать сладости, не заметите, как новый император взойдет на престол.

Послышались смешки. Лю Има смутился:

– Признаться, ничего не слышал. Ездил по поручению отца за шелками к празднику.

– Я слышал, что четвертый принц учинил там форменное безобразие! – Лю Бош-и взял в руки двенадцатиструнный каягым, который выкупил у одного из музыкантов, и провёл по струнам. Инструмент издал веселенькую мелодию и Лю Бош-и закончил предложение: – побил сборщиков податей.

Има от такой новости присвистнул:

– Не зря же говорят он волк! Наш четвертый братец и убить может. Слышал, он теперь искусный воин и может одним ударом меча уложить пятерых!

– А еще я слышал, что он недавно зарубил целую семью, которая подозревалась в измене.

– Это домыслы, – Хё задумчиво отпил чай. – Всем известно, что Чинг был отправлен в семью Сонг-Ги в качестве заложника. Стали бы они обучать его премудростям владения меча?

Восьмой принц Рель допил чай и отставил чашку в сторону:

– Отец говорил со мной… – сообщил он, делая многозначительную паузу. Дождавшись, пока все взоры будут прикованы только к нему, сообщил новость. – Четвёртый принц действительно прибыл во дворец. После разговора с королем, он направится в мою резиденцию, где и пробудет до праздника, после чего покинет Королевство Тумана и отправится обратно.

– Скорее бы это произошло, – прошептал Има. – У меня мурашки от одного лишь его упоминания. Он очень жестокий зверь, которому не место среди людей. К тому же о нем ходят такие слухи...

Однако, юный принц осекся под гневным взглядом старшего брата Лю Рея и не стал договаривать, что он слышал.

***

Император Тэ Ун Прародитель разгневанно вышагивал взад-вперед вдоль трона.

Наследный принц Лю Тиан сидел на стуле, задумчиво опустив глаза в пол. Рядом с ним стоял недавно прибывший во дворец четвертый брат Лю Чинг, одетый в черный дорожный ханбок, украшенный внизу вышивкой. Низ платья был покрыт пылью, как и кожаные сапоги.

– Как ты посмел избить моих людей? Разве они не представилось? – спросил грозно король, не смотря на сына. Тэ Ун был облачен в сине-золотистую мантию с изображенным на груди вышитым серебристыми нитками драконом. Седые длинные волосы, собранные на макушке, украшала серебряная толстая шпилька.

– Представились, – спокойно ответил Лю Чинг, он же четвёртый принц, смотря вперед себя без единой эмоции. По его лицу было бы невозможно сказать, о чем он думает. – Эти люди растоптали товар одного из торговцев, а значит лишили казну положенных монет. Сборщики подати показали себя как люди, не ценящие малого. А одна рисинка, как известно, – четвертый принц прямо взглянул отцу в глаз, .–- бережет целую миску каши.

– Это мои слова, – сказал король, пристально глядя на сына, – я так сказал о восточных землях при объединении трех королевств.

– Именно, – кивнул Чинг и еле уловимо улыбнулся кончиком губ.

Наследный принц Тиан решился поднять взгляд и сейчас с удивлением разглядывал четвертого принца. Они были рождены от разных матерей и совсем не похожи, однако, Лю Тиан знал - между ними с самого детства всегда было доверие. В раннем возрасте он оберегал четвёртого брата и заботился о нем, пока королева Ю не отправила Чинга воспитываться в семью Сонг-Ги. Теперь пришла пора четвертого принца отплатить добротой.

Король смягчился и сообщил:

– Нам нужна твоя помощь, Лю Чинг.

– Вот как, – четвёртый принц удивленно приподнял одну бровь и спросил чуть насмешливо, – что же желает король от простого подданного?

Лю Тиан кинул быстрый взгляд на брата. Как смеет он дерзить самому королю. Сам он - наследный принц - никогда бы не посмел проявить неуважение, а ведь с отцом они вместе сражались на поле боя и именно он, первый сын, помог объединить ему три царства. Взгляд Прародителя похолодел, но он продолжил:

– Это дело довольно щепетильное. Я уверен, никто не справится с ним лучше чем ты. Ведь ты брат наследного принца, искусен в бою и вы хорошо друг к другу относитесь. Это верно?

Лю Чинг в знак согласия немного склонил голову. Тэ Ун прародитель удовлетворился такой реакцией и продолжил:

– Кто-то строит козни против наследного принца, зная, что вскоре тот взойдет на трон…

Король сделал паузу, ожидая реакции, ведь эта новость была пока тайной, однако, четвертый принц по прежнему оставался непроницаем, словно это событие его вовсе не волновало.Наконец, Чинг сказал:

– Недавно вы отправляли письмо, в котором говорилось о том, что я должен был вскрыть шпионскую ячейку. Я выполнил ваше поручение и нашел предателей. Перед смертью один из них сказал, что на наследного принца планируется покушение, но точных подробностей он не знал, еще не успел получить.

Лю Тиан испуганно взглянул на брата:

– Получилось выведать у него еще больше информации?

Чинг покачал головой.

– От того человека мы больше никогда ничего не узнаем, я не мог оставить его в живых, а больше он ничего не говорил даже под пытками.

– Нам нужно найти предателя! – с металлическими нотками сказал император.

Четвертый принц нахмурился и перевел взгляд на отца.

– Вы хотите, чтобы именно я нашел того, кто хочет избавиться от наследника престола, потому что не доверяете остальным братьям? – спросил Чинг, и, не дождавшись ответа, добавил. – Не находите это занимательным?

Тиан увидел вскипающую ярость отца и вскочил со своего места, быстро поклонившись:

– Четвертый брат, проси, что хочешь взамен! Думаю, мы сможем помочь друг другу.

– Вот как, – Лю Чинг оживился. – Я хочу жить здесь, в столице. Это мое условие.

Наследный принц молчал, ожидая решения императора. Тот пристально смотрел на четвертого принца.

– Ты правда этого хочешь? Семейство Сонг-Ги будет опечалено твоим отъездом.

– Я уверен, эти люди, которые держали меня в заложниках все эти года, только рады избавиться от такого чудовища как я.

Император лишь вздохнул, даже не удостоив вниманием сына. Мало какие слова его сейчас бы могли опечалить, скорее, он относился ко всему равнодушно. Как повидавший виды человек, прошедший множество боев, сейчас мечтал лишь об одном - отдыхать и проводить часы в беседах с наложницей Вон. Мирские дела и страсти волновали его все меньше, к тому же у него вновь начинала болеть голова.

– Хорошо, – наконец кивнул император. –Ты слишком дерзок, однако, сейчас твоя черта пригодится. Будь настойчив, чтобы узнать того, кто желает смерти наследному принцу.

Четвертый принц, поклонившись, вышел, однако, в коридорах дворца его догнал наследный принц.

– Чинг, – позвал он.

Чинг подождал, пока брат догонит его, а затем спокойно пошагал вперед с непроницаемым лицом.

– Чинг, – повторил Тиан. – У меня есть еще одна просьба к тебе.

– Чего ты хочешь?

– Я слышал, что ты искусен в боях и равных тебе нет.

Чинг остановился и медленно повернулся к Тингу.

– Конечно, я искусен в боях, - иронично произнес Чинг с некой злобой в голосе. - Ведь после того, как твоя матушка, она же королева Ю, кинула меня в клетку к волкам и я выжил, меня отправили в семью, где тоже любили развлекаться подобным образом. Знаешь, сколько зверей мне пришлось перебить голыми руками?

Лю Тиан ошеломленно молчал. Разве мог бы он знать, сколько бед выпало на голову его несчастного брата!

Четвертый брат вдруг резко успокоился также, как и разгневался. Он вновь отвернулся и спокойно зашагал, бросив вопрос:

– Дай угадаю. Ты боишься, что убийцы нападут во время карнавала, и хочешь, чтобы я подменил тебя?

– В этом случае ты можешь быть уверен - я всегда буду на твоей стороне, а когда стану императором - непременно отблагодарю тебя. У тебя будет своя резиденция, наложницы, золото - все, что пожелаешь.Тебе больше никогда не придется страдать.

Чинг лишь усмехнулся.

– Хорошо, – донеслось до Лю Тиана.

После произошедшего в саду, у меня был неприятный разговор с сестрой. При слугах она лишь молчала, иногда кидая на меня холодные взгляды. Но, как только мы остались одни, Ке села на кровать и я увидела в ее глазах слезы. Я сидела рядом с ней и поняла, что тоже хочу разреветься. За то недолгое время, которое я провела здесь, я уже поняла, что моя сестра - замечательный и добрый человек. К тому же тяжелобольной.

Несколько раз я видела как она начинала кашлять, а затем сразу же уходила в свою комнату. Очень жаль, что я не могла ей никак помочь. В эпохе, в которую я попала, не было абсолютно ничего, что могло бы ей помочь, а как изобретать антибиотики я тоже, к сожалению, не ведала.

– Сестра, – начала я. – Ты знаешь, что я не хотела тебя расстроить, но эта девка…

– Эта девка, – холодно перебила меня Ке. – дочь сестры императора. Ты не помнишь госпожу Юи Го Ун, так вот я тебе скажу, она жестокая и бессердечная, и, поверь, если она захочет доставить неприятности, она это сделает!

– Но разве мы не входим в родственный круг императора тоже? –- моему возмущению не было предела. Почему одним в этом месте дозволяется все, а другим ничего и они были вынуждены терпеть нападки неприятных девиц вроде Чон Го, как будто этого мало!

– Госпожа Юи Го Ун с дочерью - близкий круг родственников, к тому же Юи Го любит влезать в королевские дела. Я прошу тебя, Ми, заклинаю - не связывайся с ними! Иначе ты накличешь на себя неприятности.

Глядя на скатывающиеся по бледному лицу слезы, я тоже прослезилась. Мне вдруг стало тяжело дышать, потому что я находилась в этом мире. Нет, я определенно здесь не выживу. К тому же, ничего моя мама не умерла, как заявила Ке. Моя настоящая мама осталась в реальном мире и она, наверняка, сейчас по мне скучает! Что такое этот реальный мир? При мыслях о том, что мне не попасть домой, в свою теплую уютную кроватку, мне стало еще тоскливее и слёзы градом полилось из глаз.

Обнявшись и плача, мы сидели с сестрой с добрых полчаса. Затем она начала кашлять, и я заметила, что платок в ее руке обагрился кровью. Ке велела мне ступать и готовиться к вечернему плетению букетов.

Как плести букеты, я понятия не имела, да и вообще ранее не любила творчество и рукоделие. Но чему быть того не миновать, - приняла решение я, так что дождавшись Ши, спустилась вместе с ней после ужина в нижнюю гостевую залу. За самым большим столом сидела Чон Го вместе с женщиной чопорного вида. Судя по высокомерным взглядам, которые она кидала по сторонам и манере держаться, это была та самая Юи Го.

Я с неудовольствием подумала о том, что они могли бы остановиться и в каком-нибудь другом доме, не обязательно в резиденции восьмого принца. За малым столом сидели служанки, которые старательно выбирали сухие цветки из корзины и белой субстанцией приклеивали их к веточкам, после чего дополнительно скрепляли льняными нитками. В воздухе стоял невообразимый аромат высушенных трав.

В голову закралась мысль - я ведь умею варить настои и мыло, нужно попробовать изучить здешние растения - авось получится сотворить косметические средства. Заодно будет чем заняться! Обрадованная этой идеей, я поклонилась госпоже Юи Го и ее дочери, а затем села за большой стол, рассудив, что садиться со служанками не стоит, дабы не устроить новый скандал, хотя мне было абсолютно все равно.

Может быть в другой раз я бы специально игнорировала здешние правила, но… я пообещала Ке, что не учиню нового конфликта, да и это было бы неразумно - пора бы мне вливаться в это общество, если я хочу жить здесь долго.

– Ми, давно тебя не видела. Ты выросла и …изменилась, – заметила Юи Го.

Да чего они с этим пристали. Каждый раз от этого замечания у меня холодел затылок от страха быть обнаруженной.

– Да, время не проходит бесследно для всех нас, – ответила я. Госпожа Го, кажется, немного изменилась в лице. Наверное, подумала, что я имею в виду ее облик.

– Не обращайте на нее никакого внимания. Она ударилась головой и позабыла все правила приличия, – вставила Чон, посверкивая гнусной улыбкой.

Только я хотела было возмутиться, как в комнату вошла Ке. Сегодня она выбрала яркое желтое платье с красными маками, однако, кожа была бледнее обычного. Мне вдруг захотелось сделать ей макияж. Да, определенно ей нужно улучшить цвет лица и подвести губы. Сестрица слегка кивнула и села за стол, судя по всему, она уже была здесь, просто выходила. Мы принялись клеить цветы на деревянные каркасы, обматывая лентами. После нескольких безуспешных попыток приклеить цветок, я случайно его порвала и он осыпался. Это заметила Чон и не преминула подколоть:

– Судя по всему на празднике Сухоцветного благоденствия будет недоставать нескольких букетов, – после это колкой фразы, я подняла на нее яростный взгляд и она это заметила. Весь вид этой девицы говорил о ее ликовании.

– Милая, почему бы вам не пойти отдохнуть, – спросила меня госпожа Го.

Взгляд Ке был расстроенный и, хотя я с удовольствием убралась отсюда бы, все же сказала:

– Нет, я буду отдыхать вместе со всеми. Но я сделаю все, что вы мне скажете –от всей души я надеялась, что последняя фраза сгладит атмосферу. Мне бы не хотелось расстраивать сестру еще больше. Но Чон не преминула воспользоваться этим.

– А знаешь, нам не хватает вьюнковой розы, было бы неплохо вплести ее цветки в букеты. Может быть ты сходишь в сад и принесешь несколько штук - спросила Чон, безвинно хлопая глазками.

Хм, пойти сорвать и принесли розу - это же плевое дело, так ведь? Разве я не справлюсь с этим? Соглашаясь, я заметила странный взгляд сестры, но назад свои слова взять не решилась.

По сути в сад я поймала служанку и принялась выспрашивать, что же это за вьюнковые розы такие.

– Дак вот они, сударыня, – указала служанка на высокий куст, уходивший по стене дома в самое небо.

– Высоковато! – сказала я, рассматривая верхушку, на которой росли те самые розы.

Было желание в принципе развернуться и уйти, но внутренний гнев не давал мне этого сделать. Если я сказала, что принесу цветы - значит, принесу. Давайте же, Катя, думай. Точнее, уже не Катя, а Ми - лучше так себя и величать.

Увидев неподалеку деревянную лестницу, я подтащила её к стене дома. Если я смогу забраться по ней, то как раз дотянусь до нужных роз. В пышном и длинном ханбоке карабкаться было крайне неудобно, но выбирать не приходилось. Я забралась на макушку лестницы и нарвала цветки, сложив их в предварительно заготовленный платок. Теперь предстояло самое страшное - спуститься вниз. Взглянув на землю, я вдруг вспомнила, насколько я боюсь высоты.

“Ладно-ладно, я просто сделаю это” - бормотала я, одной рукой держась за лестницу и слезая с нее шажок за шажком, а другой придерживая платок с розами.

Когда до земли оставалось буквально несколько перекладин, одна из них вдруг хрустнула прямо под моей ногой. Я громко вскрикнула и забралась повыше.

“Вот черт!” - в сердцах воскликнула я, оказавшись в невыгодном положении. Можно было или скинуть платок с розами, затем попытаться спуститься через ступеньку, придерживаясь обеими руками. Либо просто спрыгнуть - но все же было еще высоковато.

– Это тоже одно из новых слов, которые вы почерпнули из своих книжек? – послышался мягкий голос.

– Кто это? – удивленно завертела я головой и вдруг увидела восьмого принца. Он прогуливался по одной из дорожек и сейчас остановился, разглядывая меня.

М-да. Выставлять себя перед принцем в таком смешном виде не хотелось, поэтому я напряженно выдавила, улыбаясь во весь рот:

– А, принц! Добрый вечер! Все в порядке, я почти закончила.

– Что вы там делаете? – не унимался принц. – Зачем вы залезли на лестницу?

– Чон Го поручила мне собрать вьюнковых роз для букетов, которые мы готовим ко дню Сухоцветного благоденствия, поэтому я здесь.

Принц критично оглядел лестницу, а затем не спеша подошел ко мне с легкой улыбкой.

– Кажется, лестница обломалась. Давайте я помогу вам слезть. Прыгайте!

Он расставил руки, и правда собираясь меня ловить.

– О, нет, не нужно, благодарю вас. Мне правда неловко!

– Давайте же! – Лю Рель был явно настроен вызволить меня из этого высотного плена.

Сделав глубокий вдох, я зажмурилась и отпустила руки. Рель оказался достаточно сильным, чтобы поймать меня и сразу же поставить на ноги, так что я даже не успела испугаться. Открыв глаза, я вдруг поняла, что принц оказался так близко от меня и я даже успела поймать его взгляд, наполненный нежности. Нет-нет, мне нужно гнать эти мысли прочь. К тому же, может быть мне показалось - он всего лишь хочет быть доброжелательным. Это муж моей сестры, я не могу смотреть на него как на мужчину. Но… у меня не получалось.

– Вы… вы меня не отпускаете, – сказала я тихо, обнаружив его руки на моей талии. Он все еще держал меня, как будто боясь, что если отпустит, я полечу дальше.

Словно очнувшись от наваждения, от вздрогнул и разжал руки, сделав шаг назад.

– С вами все в порядке? – спросил он. Его медовые глаза смотрели пронзительно, изучая мое лицо.

– Все хорошо, правда! – поспешила заверить я, не зная куда деть взгляд. Вдруг увидев примятые розы, лежащие на земле, я бросилась к ним и принялась подбирать.

Боковым взглядом я видела, как Рель сделав шаг навстречу, собираясь помочь, но остановился. Если он сейчас опустится на колено передо мной, мы окажемся на слишком близком расстоянии друг от друга. Наспех собрав цветы обратно в платок, я судорожно прислонила его к своей груди обеими руками и, опустив глаза в землю, поклонилась принцу.

– Благодарю еще раз вас! Если бы не вы, я бы наверное и ночевала тут на лестнице, – хмыкнула я, а принц засмеялся. Посмотрев на него, я тоже улыбнулась. Наконец, он сказал:

– Ми, вы сказали, что будете учиться и останетесь здесь, чего бы вам это не стоило, и я вижу - у вас это отлично получается. Вы удивительная девушка!

На следующее утро я встала ни свет-ни заря, хотя планировала выспаться. Но вчерашние мысли о том, что я хочу сварить свою косметику из подручных средств и сделать подарок сестре, не давали мне покоя. За завтраком мы собрались за одним столом, Ке сегодня выглядела посвежее. Гости имения - Чон Го и старшая госпожа Го обсуждали вместе с моей сестрой предстоящий праздник, я же сидела покорно, пережевывая кашу и не в силах взглянуть на Лю Реля.

Я знала, что он иногда украдкой смотрит на меня. Но поднять глаза и встретиться с его необычными глазами было выше моих сил. Вчера перед сном я еще долго вспоминала его сильные руки на своей талии.

После завтрака, захватив с собой Ши, я отправилась на базар. Здесь царило оживление - лоточники предлагали всевозможную утварь, специи, вяленое мясо, молоко, яйца, чуть дальше слышалось ржание животных, также выставленных на продажу. На базаре можно было купить живых кур, коров и даже лошадей. Отовсюду слышался гомон, разговоры, смех, иногда доносился и звуки ругани. В нос лезли запахи пряностей, свежих продуктов, ароматных специй и конского навоза.

Покупателей было - не протолкнуться. С корзинками, телегами они расталкивали друг друга и прокладывали себе путь через эту толчею. Потратив несколько часов, я наконец нашла ингредиенты, которые мне понадобятся, хоть это была и непростая задачка. Изучив местные виды растений, я решила, что, пожалуй, смогу попробовать создать подобие тонального крема, а еще различные крема для увлажнения и очищения кожи.

Прежде чем идти на рынок, я предварительно нашла кастрюли и колбы, которые могут мне понадобиться, а с помощью моей сестры позаимствовала в Чайном домике крошечную пароварню, которая позволила бы мне выпарить лишнюю влагу из цветков и получить эмульсию для основы любого моего крема.

В общем, нужно было провести множество экспериментов и я была к этому готова, радуясь, что на курсах косметологии не только училась использовать средства, но и внимательно слушала о способах изготовления.

Было решено, что из розмарина, миндаля, персиковой и виноградной косточки путем пароварения я сделаю масла, а из лаванды и розовых лепестков - эмульсию. Для того, чтобы сделать подобие тонального крема мне понадобятся ростки пшеницы и пчелиный воск, который я тоже нашла у лоточников. Конечно, у меня не получится создать те продукты для макияжа, которые я знала, но если выйдет хотя бы приблизиться, я обрету успех у всех местных дам и мужчин, которые тоже любили за собой следить.

Уморившись как следует, я отдала Ши корзинку, доверху наполненную различными травами и корешками.

– Было бы неплохо найти еще риса, я смогу перемолоть его в мелкую муку и использовать как пудру, – задумалась я. – Хотя, наверняка, я смогу добыть его у нашей кухарки. Как думаешь?

– Госпожа, – заныла служанка, не расслышав последнего вопроса. – Я так быстро за вами не поспеваю. Давайте немного отдохнем.

– А знаешь что! Подожди меня здесь, я скоро вернусь, хорошо? – я насильно усадила Ши вместе с корзинкой на ближайшее бревно, хотя она и сопротивлялась.

– Госпожа, куда же вы? – кричала она вслед.

Я лишь махнула рукой. Впереди маячил небольшой каменный мост под которым река бурно несла свои воды, а с обратной стороны моста начинались как раз лотки со всевозможными крупами - думаю, там и было то, что я искала!

Переходя через мост, я подметила, что падение с него могло бы стоить жизни, ведь никаких поручней в эти времена еще не делали. Как назло на мосту застряла телега и чтобы ее обогнуть, я рискнула пройти по самому краю каменного сооружения. Вдали послышались крики, но находясь на самом краешке, я не могла повернуться, чтобы посмотреть в чем дело. Крики людей раздавались отовсюду, видимо, что-то случилось, однако, я не могла поднять головы, балансируя на краю. Что они кричат?

Внезапно мост под ногами затрясся, словно к нему приближался табун лошадей. Мне оставалось сделать всего лишь один шажок, чтобы обойти телегу, но она опередила меня. Хозяин в панике, наконец, вытащил застрявшее колесо и сдвинул ее с места, от чего телега покатилась прямо на меня. Непроизвольно я отступила на шаг в сторону, вернувшись на то место, где стояла мгновение назад, но вот беда - часть булыжников там была вымощена неравномерно и я почувствовала как падаю с обрыва вниз, прямо в бурное течение реки.

Мысли неслись с бешеной скоростью, а я лишь успела подумать о том, что не хочу еще раз умирать. Краем глаза успела заметить какое-то движение на мосту. Когда мое тело окончательно потеряло равновесие, чья-то рука подхватила меня за талию и унесла ввысь. Это был всадник, облаченный в черный дорожный плащ с широким капюшоном и черной металлической маской с шелковыми вставками, которая прикрывала добрую половину лица.

Длинные черные волосы всадника развивались по ветру, часть челки ниспадала на маску, а жгучие темно-карие глаза смотрели прямо на меня, периодически устремляя взгляд вперед. Из-за того, что события развивались быстрее, чем я успевала подумать и предпринять какие-либо действия, мне оставалось лишь доверить себя в руки этого незнакомца.

Пока я успела лишь испугаться, всадник на ходу усадил меня на лошадь лицом к себе, и, не останавливаясь, скакал теперь дальше. От страха и неожиданности момента я уставилась на него и никак не могла отвести взгляд. Лицо таинственного незнакомца ничего не выражало, словно передо мной был не человек, а каменное изваяние.

Так мы и летели на лошади под крики людей, я не могла даже вздохнуть, находясь в его цепких объятиях. От быстрой прыти животного и страшного момента я и сама намертво схватилась за плащ своего спасителя, до боли сжимая пальцы. Наконец, он отклонился чуть назад, уводя меня вместе с собой, натянул поводья и выкрикнул:

– Стоп!

Лошадь под нами замедлилась и перешла на шаг, а затем и вовсе остановилась. Следующие несколько секунд он осматривал мое лицо так, словно выбирал спелую тыкву, а затем вдруг резко отодвинул от себя и скинул с лошади.

– О, господи, – крикнула я, больно ударившись спиной. От зарождающегося чувства благодарности не осталось и следа. – Ты совсем больной?

Корчась от боли на земле я заметила, что он собирается уезжать.

– Стой! – выкрикнула я, пытаясь встать и хватаясь за ушибленную спину.

Всадник повернулся ко мне и измерил несколько высокомерным взглядом, ни слова не говоря.

Я сумела подняться и заправила выбившуюся прядь за ухо.

– Ты, – указала я на него пальцем и попыталась вернуть дыхание. – Ты что, не видишь, сколько здесь людей? Зачем скачешь как ненормальный? Хочешь сбить кого-то?

Всадник удивленно приподнял бровь и на его лице я наконец увидела какую-то эмоцию - уголки его губ приподнялись в легкой ухмылке.

– Что ты за эгоист такой, а! – заорала я. – Неужели тебе твоя лошадь важнее, чем люди? Посмотри, как всем пришлось расступиться ради тебя!

Я провела рукой по площади, показывая испуганных людей, с затаившимся дыханием наблюдая за происходящим.

Однако, вместо объяснений, всадник вдруг резко натянул поводья и прямо передо мной в мгновение ока выросло исполинское туловище лошади с разрывающими воздух передними копытами. Громкое ржание животного испугало меня и я шлепнулась обратно на землю.

В это время нахал вернул лошадь на прежнее место, прогарцевал рядом со мной, все еще ухмыляясь, и полетел дальше своей дорогой, даже не думая снижать скорость.

– Эй ты! – кричала я ему вслед. – Вызовите кто-нибудь полицию, то есть, стражу!

– Госпожа! Госпожа! – закричала Ши, несясь на меня. – С вами все хорошо?

Она помогла встать и отряхнуться. Внутри меня все еще кипело от праведного возмущения.

– Что это вообще такое было! Какое ужасное поведение. Кто этот придурок, кто он, а? – допытывалась я у нее.

– Ой, Ми Юн, вам вообще повезло, что живы остались. Это же четвертый принц Лю Чинг. Лучше никогда не связывайтесь с ним!

– Принц? Еще один? – удивилась я. – Да сколько же их всего?

***

Четверо братьев - Хё, Има, Бош-и и сам хозяин резиденции - принц Лю Рель - собрались в большой зале, где все еще пахло травами и кореньями - результат вчерашней подготовки букетов. Двое из них сидели на диванах, третий расположился на мягком кресле, а Рель скромно примостился на стуле. Шло обсуждение четвертого брата Лю Чинга.

– Четвертый брат никогда со мной не разговаривает, я даже немного его побаиваюсь, – сказал Има. - Я ему "привет", а он мне - "ты желаешь умереть?!"

Има приложил руку к лицу, пародируя маску как у Лю Чинга

– К тому же говорят, когда Чинг жил в семье Сонг-Ги, то его запирали в клетке с животными. Тех, кто нападал на него - он разрывал голыми руками, а с остальными спал как с родными братьями, – загадочно вставил Хё. – Может по ночам он воет на луну?

Има и Хё прыснули, как тут дверь растворилась на всю ширину, ударившись о стену и заставив вздрогнуть всех присутствующих. Четвертый принц тяжелой походкой вошел внутрь, не меняя выражение лица, скрытого по-прежнему наполовину под маской. Оно оставалось беспристрастным и холодным. В зале наступила мертвая тишина. Все наблюдали за Лю Чингом, не смея дохнуть, кроме восьмого принца Реля и третьего принца Хё. Лю Рель доброжелательно улыбался, а Хё смотрел исподлобья, наблюдая за гостем

Четвертый принц скользнул взглядом по братьям, подошел к стулу, стоящему на противоположной стороне от Реля, и рухнул на него, залихватски положив ноги на стол.

– Брат, – начал разговор первым восьмой принц. – Рад тебя приветствовать в моей резиденции. Располагайся и будь здесь гостем. Для тебя у меня всегда найдется место.

– Да, – подхватил Лю Бош-и. – Здесь тебе будет наверняка лучше, чем во дворце.

Бош-и осекся, перехватив взгляд Реля и опустил глаза.

– Мы ждали тебя, ты опоздал, – сказал Хё.

Чинг посмотрел куда-то поверх головы братье и скучающим тоном произнес:

– Но сейчас я здесь.

– Завтра мы репетируем танец зверей, ты присоединишься к нам? – спросил Рель.

– Можно, – коротко кинул Чинг.

Хё язвительно добавил, желая подколоть:

– Четвертому брату особо и репетировать не нужно, зверей он понимает лучше, чем людей!

Чинг откинулся на заднюю спинку стула:

– Видимо поэтому я так отлично сейчас понял тебя.

Такой ответ вызвал смешки, а Чинг без всякой улыбки прикрыл глаза, демонстрируя, что ему не интересен этот разговор.

Хё изменился в лице и хотел что-то ответить, как с улицы раздался шум.

– Кажется, там драка! – воскликнул Има, который был молод и хотел веселья.

Все ринулись на улицу, кроме Лю Чинга. Он остался безразлично сидеть в своем кресле, по-прежнему полуприкрыв глаза.

В резиденцию стягивались гости. Как я выведала у Ши, восьмой принц был добрым и гостеприимным хозяином. До болезни его жены они устраивали вечера очень часто, звали музыкантов и артистов на выступления. Перед таким большим праздником как день Сухоцветного благоденствия, Ке решила вновь созвать всех гостей вместе пить чай с пирожными и наслаждаться игрой на музыкальных инструментах.

Сегодня планировались различные мероприятия и я была в предвкушении. Оказалось, что сидеть в своей комнате утомительно, даже с видом на красивый сад. Хотя целые дни я проводила в своих косметических экспериментах, вечера обычно были наполнены тоской, которые я пыталась скрасить чтением, но надолго меня не хватало.

Окошко моей комнаты выходило на старую часть сада, куда я изначально и забрела, как только попала в этот мир. Мне нравилось смотреть, как дикая растительность оплетает дремучие деревья прямо под моим окном. При желании по ним можно было бы вскарабкаться аккурат к окну.

В первой половине дня я, как обычно, варила и выпаривала эмульсии из цветков, создавала масла и бальзамы. Долгое время выходило всё не то, то консистенция подводила, то цвет не удавалось - все же мне не хватало подкованности в этих вопросах. Когда я уже хотела все забросить, наконец, получилось нечто похожее к тому, что можно было бы опробовать на людях.

Конечно, первым человеком, кому я сделала макияж стала я сама, а затем и Ши. Я нанесла своей служанке легкие краски на лицо, зная, что целый день она в заботах, а затем следила и периодически осматривала ее кожу. Результат меня удовлетворил - даже при физическом труде мои краски преспокойно лежали на лице несколько часов.

Дело шло к вечеру, слуги зажгли спрятанные в вечереющих деревьях фонари, послышались звуки лютней и барабанов. Я нанесла на лицо светло-бежевый крем, подрумянила щеки и подкрасила губы экстрактом из красных ягод, смешанных с воском и маслом.

Глаза я лишь немного подвела черным пигментом, не переусердствуя, ведь мой внешний облик был очень свеж и юн, и ему совсем не требовалось много косметики. Я использовала легкие штрихи, но взгляд определённо засиял.и результатом я осталась удовлетворена. Увидев меня, Ши всплеснула руками;

– Какая вы красавица, госпожа!

Прочитав в её словах искренность, я заверила, что сделаю похожий мейк ап и ей.

– Мейк ап? – неуверенно переспросила служанка.

– Ну да, – беспечно кивнула я и тут же спохватилась. – Как у меня на лице!

– Аа, – протянула Дуняша и принялась мастерить мне причёску.

Волосы у меня были довольно длинные и доходили до пояса. Я не сразу к ним привыкла и даже порывалась сделать более короткую стрижку, но Ши сразу меня отговорила;

– Госпожа, какая вы всё таки чудная стали. Если вы обрежете свою прекрасную косу, то госпожа Ке Юн вам этого не простит!

Поразмыслив, я всё же решила оставить всё как есть, ведь в этом времени было не принято ходить с каре. Хотя, представив лицо окружающих, завидь они меня с такой прической, я прыснула со смеху.

Ши Хи сделала мне закрутку сзади, оставив несколько локонов висеть свободно. Основной завиток был украшен черепаховым гребнем, а по бокам я решила подколоть синие заколки, которые красиво гармонировали с платьем. Синяя ткань с серебристыми вставками отлично дополняла образ и я чувствовала себя принцессой.

Покружившись перед зеркалом, я спустилась вниз. Настроение сразу же упало - первым кого я увидела, была Чон Го. Она мило разговаривала с Лю Релем и, судя по всему, флиртовала с ним. По крайней мере, мило щебетала и стреляла глазками. Какое бесстыдство!

Сделав вид, что я ничего не заметила, я прошла мимо, слегка поклонившись. Восьмой принц проводил меня долгим взглядом и это не укрылось от Чон Го, тем не менее она что-то продолжала ему говорить.

Из большой залы раздавалась музыка и я прошла туда. Ке сидела на высоком пуфе и задумчиво смотрела на музыканта, игравшего на старинном инструменте, название которого я не знала, но он напоминал мне арфу - похожий инструмент я видела в одном театре, куда мы ходили с классом в школе. Чуть поодаль служанки расставляли угощения.

Не выдержав, я подошла и взяла один бутерброд, состоявший из лепешки и вяленого мяса. Запихав все это в рот, я еще раз огляделась. Многих гостей я не знала, а знакомиться не хотелось - еще не так посмотрю на них или чего ляпну. Повернувшись, чтобы выйти на улицу, я услышала, как сестра позвала меня и пригласила сесть рядом с собой.

Делать было нечего и я послушалась, к тому же ей наверное тоже было несладко, учитывая состояние ее здоровья, и все же она покорно сидела и улыбалась присутствующим. Помолчав некоторое время, Ке сказала:

– Тебе нравится здесь?

– Конечно, – с готовностью кивнула я. – Хоть память ко мне так и не вернулась, но это место замечательное. Мне нравится находиться здесь.

– Знаешь… – замялась она и я почувствовала, что она хочет сказать мне нечто важное, – после того, как я уйду..

– Сестра, не говори так! – попросила я. Хоть я понимала, что это неизбежно, но я еще слишком мало здесь живу, чтобы обвыкнуться. Сестра - единственный человек, которому я могу доверять.

– Нет-нет, – попросила она. – Пожалуйста, не прерывай меня. Рано или поздно это случится, я чувствую… После того, как я уйду, я бы хотела, чтобы ты осталась жить в этом доме.

Я опустила глаза в пол. Мне стало грустно от той мысли, что она может действительно меня покинуть, хотя по факту это был чужой человек для меня.

– Я поговорю с господином, возможно, он согласится жениться на тебе, – вдруг сказала сестра.

– Что? – опешила я и вскочила. – Сестра!

Кажется, я сказала это громче, чем следовало бы, кто-то из гостей повернулся в нашу сторону, и я села обратно.

– Почему ты так говоришь? – с отчаянием в голосе повернулась я к ней.

Ке взяла меня за руку.

– Он хороший и добрый человек, он всегда позаботится о тебе, а другой родни у тебя нет.

Она мягко улыбнулась и я увидела в ее глазах дрожащие капельки. Не выдержав, я погладила ее по щеке, затем утерла слезы и накрыла ее ладонь своей.

– Давай поговорим об этом потом, хорошо, сестра? Я бы не хотела становиться заложницей этого времени.

– Что ты имеешь ввиду? – сестра недоуменно взглянула на меня, но ответить я ей не успела.

Снаружи раздались голоса и в комнату с гомоном влетело стадо принцев.

“О, господи” - прошептала я еле слышно, обмирая от увиденного. Это были те самые принцы, которых я видела в лесу. Самый шебутной из них, тот самый, который чуть меня не пристрелил, влетел самым первым и сразу направился к угощениям. Я сидела ни жива ни мертва, вспомнив слова Лю Реля о том, что не нужно выдавать себя, иначе мне могут предъявить обвинения в шпионаже. Ну, а что ещё девушка могла делать в лесу, как не подглядывать за принцами!

Пользуясь тем, что часть принцев заняты едой, а другая часть разговорами, я поднялась и попыталась незаметно проскользнуть на улицу, однако, сделав несколько шагов, я замерла. Тот самый принц, который в меня пустил стрелу, сейчас с раскрытым ртом уставился на меня. Я запаниковала и просто застыла, надеясь, что превращусь вдруг в привидение.

– Эй, – ошарашенно вскричал он, указывая в мою сторону, – это ведь она!

Все, кто находился в комнате, смотрели сейчас на меня, в том числе и Лю Рель. Благо, Чон Го не было рядом с ним, она бы не преминула потом меня подколоть.

– Это не я! – мой голос был больше похож на писк. Можно ли постараться достойно держаться в такой ситуации? Я старалась, хотя было очевидно, что принц узнал меня.

– Это она шпионила за нами в лесу, точно говорю! – продолжал он гнуть свою линию.

– Да не я это, говорю же! – я даже прикрикнула на него со злобой. Чего пристал!

Пригнувшись, принц подскочил ко мне, растопырив руки в стороны, словно собирался ловить, если я начну убегать, а теперь разглядывал меня, словно я расписная ваза. От его пристального взгляда, изучающего мои черты лица, я лишь больше разозлилась. Вот прицепился как банный лист! Но это еще было куда ни шло, пока он не попытался схватил меня за руку.

Я оттолкнула принца изо всех сил. Он, отлетев на другую сторону залы, свалился на пятую точку и взвыл, ударившись копчиком.

– Ах ты ж! Тебе конец! – закричал юноша, а я уже была такова.

Перед тем как выбежать наружу, я успела поймать непонимающий взгляд восьмого принца. Неужели он не поможет мне? Он обещал! Но это всё потом. Сейчас я бежала в сад, в спасительную темноту, а ярость и злость заливала мне глаза. Маленький засранец! Теперь он испортит мне всю жизнь, а умирать или быть высеченной плетьми я точно не хочу.

Прежде чем нырнуть в рощу, мне нужно было пересечь центральный сад и пруд с беседками. Несясь по дорожке, я увидела женскую фигуру спереди. Чон Го! Как некстати она прогуливалась здесь в сопровождении своих служанок! Этого ещё не хватало. Попробуй сейчас она что-нибудь скажи мне - отлуплю как сидорову козу!

Я постаралась прошмыгнуть мимо, но не тут-то было.

– Ты всё ещё не выучила правила приличия, безродная девка! – в её голосе звучала издёвка.

Вот жеж…!

Я остановилась и медленно повернулась. Моё лицо пылало.

– Вот ты и показала свою истинную сущность, – с яростной ухмылкой прошипела я, растягивая слова. – Притворяешься миленькой, а на самом деле - змея!

– Да что ты себе позволяешь! Как ты разговариваешь! Ты вообще знаешь, кто я! – она говорила искренне, в её голосе действительно звучало непонимание.

– Кто? Родственница императора? И что с того?

– Что с того? Да я могу просить дядю о том, чтобы тебя выпороли!

Я сделала несколько шагов по направлению к ней и гневно зачастила, переполненная злостью:

– Только подумай, кем бы ты была, если бы родилась в мире, где родовые связи не имеют никаких привилегий! Максимум, на что ты была бы способна - скандалить и доносить за спиной. Потому что я сразу вижу, что ты за человек.

Далее произошло то, чего не ожидала даже я. Чон Го бросилась на меня словно кобра.

Слава богам, что у меня была быстрая реакция и кое-как успела защитить лицо, иначе бы эта стерва непременно оставила царапину. Истошно рыча, мы покатились с ней в обнимку, не выпуская друг друга из объятий и попутно обмениваясь ударами по чем придется.

Кажется, пару раз я неплохо въехала ей в глаз, зато она выдрала мне клок волос. Дело принимало неудачный оборот - вокруг нас собирались зрители и кто-то даже весело закричал: “здесь драка!“. Это конец, - подумала я! Теперь меня точно повесят или даже отрежут голову на потехе публике.

Мы всё катались по земле под смешки и улюлюканье, пока наконец почти скатились в пруд, остановившись лишь у самой кромки. Люди, тем более придворные дамы в этой эпохе, плаванию не учились и воды боялись, так что пока испуганная Чон в ужасе поглядывала на холодную воду из пруда, маячившую в непосредственной близости от ее носа, мне удалось оседлать противницу.

Фыркнув, я замахнулась, чтобы отвесить ей смачную оплеуху, как в этот момент меня кто-то резко поймал за руку. Не ожидая этого и вложив все силы, которые у меня оставались, я чуть не опрокинулась назад. Гневно повернувшись и, сверкая в пылу битвы глазами, я внезапно увидела его. Тот самый черноволосый нахал с маской на пол лица. В первое мгновение я потеряла дар речи, раскрыв от удивления рот.

– Отпусти, – заорала я!

Но принц и не думал меня слушаться. Напротив, он покрепче схватил руку и дернул за нее так, что не желая того, я вслед за рукой подпрыгнула и налетела на него всем телом. Наглец был на добрую голову выше меня, а то и выше, кроме того держал стальной хваткой. Мне оставалось лишь отчаянно трепыхаться, с удивлением вглядываясь в эти безразличные черно-карие глаза.

– Держите её, – закричала Чон Го и кинулась вновь на меня, однако, я успела увернуться и вжаться в четвертого принца, спасаясь от ее побоев, ведь теперь я не могла дать сдачи, все еще удерживаемая за руку. Чон Го тут же перехватил восьмой принц и не дал ей нанести удары. Тут уже подбежала старшая госпожа Го и они вдвоем увели Чон прочь в довольно потрепанном состоянии.

Когда они скрылись, четвертый принц улыбнулся кончиком губ и отпустил мою руку. Я тут же принялась её потирать - это было довольно неприятно. Какой же нахал! Наглец! Я не могла подобрать слов, чтобы начать ругаться с ним, но никак не могла выбрать самое злобное, поэтому лишь гневно дышала и метала из глаз искры.

Толпа принялась расходиться, а темноволосый принц, обвел меня взглядом с ног до головы и тоже зашагал прочь.

– Нет уж, так не пойдёт! – крикнула я ему вслед, но кажется он не услышал, продолжая шагать вперёд чётким ровным шагом.

Всё ещё разозленная и в боевом настроении, я кинулась за ним, но он передвигался так быстро, что пока его догнала, ужасно запыхалась.

– Ты, – выкрикнула я почти визгливо, не в силах продолжать, и лишь указывая на него пальцем. Точнее на его спину, потому что этот придурок делал вид, что меня не существует. – Ты должен извиниться.

Это подействовало. Принц, наконец, остановился и полуобернулся. Его косая чёлка прикрывала ту сторону лица, которая была закрыта маской, в полумраке и на фоне далеких мерцающих фонариков его образ выглядел поистине мистически.

Неспешно он развернулся ко мне всем телом и я увидела резкий блеск в его глазах, в которых блистали, словно звезды на дне озера, серебристые огоньки от металлических вставок на маске. Холодный взгляд заставил меня внутренне содрогнуться и сделать шаг назад. В нем чувствовалось нечто звериное. Может быть такой человек много убивал или был просто жестоким - я не знала. Но то что он явно не будет церемониться со мной - было очевидно. Его губы слегка скривились в еле уловимой усмешке и он спросил:

– Ты кто такая, что позволяешь себе так дерзко вести себя?

Впервые я услышала его голос... Низкий бархатный баритон. Он мог бы быть приятным, если бы не безэмоциональная напористость, присутствующая не только в его взгляде, но и голосе, манере речи. С таким человеком тяжело договориться.

– Я… – что мне было ответить? И я ответила то, что пришло первое в голову, –- я Ми. Ми Юн!

– Я не спрашивал имя, я спросил сословие, род, – я заметила, что он немного приблизился и теперь вновь бессовестно разглядывал моё лицо.

– А это имеет для вас такое большое значение? Хотя чему я удивляюсь, если вы каждый раз обращаетесь со мной как с предметом, зная, что перед вами не принцесса!

Изо всех сил я пыталась себя остановить, но гнев буквально кипел во мне. Не собираюсь терпеть такое унижение!

Принц тем временем открыл рот от такой дерзости. Ну и поделом ему! В следующий раз будет думать дважды, прежде чем обидеть человека ниже сословием. Я его проучила! Точно проучила!

В какой-то момент я даже поверила, что он и правда извинится, поскольку его взгляд будто потеплел и в глазах промелькнул озорной огонёк. Однако, вскоре я убедилась, что моё предположение было ошибочным.

Принц сделал шаг ко мне и сейчас его лицо находилось так близко, что я могла рассмотреть все детали искусно сделанной маски.

– Значит ты хочешь, чтобы я попросил прощения? – ухмыльнулся он.

Что-то в этом вопросе было угрожающим, и я замешкалась, с опаской глядя на него.

– Если я попрошу у тебя прощения, ты умрешь прямо сейчас. Согласна? – с каждым словом он нависал надо мной все больше, словно глыба льда, от чего мне пришлось отклониться немного назад.

Замерев, я судорожно раздумывала, что ответить. Сердце заколотилось как бешеное, пропустив удар. Во-первых, за спиной у него висел небольшой меч в ножнах, Во-вторых, он явно было очень сильный, в-третьих, он принц, а значит, может просто велить повесить и ничего ему за это не будет. Вот такой был этот мир! Пока я размышляла, принц, растягивая слово, произнес:

– Из ви…

– Сестра! – выкрикнула я, завидев Ке позади. Она выглядела испуганно, а из глаз текли слезы. Ну вот, опять я, её расстроила.

Принц мгновенно выпрямился, развернулся к моей сестре и ответил на ее поклон, слегка преклонив голову. Я оббежала его и схватила сестру под руку:

– Ты же меня искала, да? – стараясь говорить как можно громче, я потащила её обратно к дому, оставив принца позади себя.

В комнате у меня состоялся разговор с сестрой, в котором я просила прощения.

– Я не понимаю, как ты могла так поступить, – сестра заламывала руки. – Избить Чон Го! Они вместе со старшей госпожой отъехали в соседнее имение к родне, завтра пришлют слуг за вещами. Ты нанесла большое оскорбление, и теперь накажут тебя, меня и что ужаснее всего - восьмого принца!

– Восьмого принца? – не поверила я своим ушам. Хотя чего следовало ожидать?

– Ты кузина его жены и все произошло именно в его имении. Я не знаю, получится ли у него разобраться со всем этим! – сестра правда была в отчаянии, но при попытках ее обнять и успокоить лишь отталкивала, все еще злясь. Наконец, ее настиг приступ кашля и она удалилась к себе в комнату, оставив меня наедине со своими мыслями.

Я стянула с себя сырое платье - подол был мокрым из-за драки в озере, и растянулась на перине, разложив руки в сторону. Нет, это все слишком сложно! Может быть мне еще разок умереть, чтобы вернуться в свой привычный мир?

Створки ставен стукнули. Вздрогнув, я прислушалась. Показалось или птица врезалась?

Еще раз.

И звук такой звонкий: “бумсс” - словно что-то мелкое ударилось несколько раз подряд. Камешки, догадалась я! Кто-то кидает камешки в мое окно.

Поскольку я была в хлопковой сорочке, предназначенной для сна, то наспех натянула плотный халат, плотно завязав его вокруг талии и отворила одну из ставен.

Внизу, под сенью дерева, стояли два человека. Из-за того, что сейчас была ночь и свет фонариков почти не долетал сюда, я не сразу поняла кто это!

– Ми Юн! – “заорал” шепотом один из них и с ужасом я узнала младшего принца, который выдал меня сегодня.

– Что вам нужно? – испуганно зашептала я в ответ. – Уходите отсюда.

– Ми, спуститесь же, нам нужно поговорить, – сказал второй голос. Это был другой принц, шелковистые волосы которого украшал красный задорный бант.

– Не спущусь! Делать мне больше нечего! К тому же я спать собиралась. Уходите! – повторила я, нахмурив брови, и уже собиралась закрыть окно, как младший принц сказал:

– Если вы сейчас же не спуститесь, я буду вынужден сдать вас матушке!

Я замерла. Вот же гаденыш!

– Сейчас я спущусь и поколочу тебя! – пригрозила я кулаком.

Из-за того, что дерево росло прямо под моим окном, спуститься вниз не составила труда, хоть я немного и запуталась в юбках, но посторонней помощи мне не понадобилось. За моими усилиями весело следили две пары глаз.

– Ну теперь держись, дружок! Если бы не ты, той драки в саду не произошло бы! – в сердцах кинула я и попыталась ухватить за нос младшего принца. – Я же из-за тебя сбежала из дома!

Поняв, что я не шучу, младший принц испуганно скрылся за деревом, пытаясь удрать от меня. Принц с миловидными чертами лица и с красным бантом заливался от смеха, наблюдая, как младший принц улепетывает прочь.

– Стой, стой, – заорал он, – я всего лишь хотел выразить своё почтение!

– Почтение? – резко затормозила я, –- то есть, ты серьёзно считаешь, что после всех твоих угроз я поверю?

– Правда-правда, – заверил меня прин, выставляя ладони вперед. – То, как ты отметелила Чон Го... Такого я ещё не видел! Ты такая смелая!

– Ага, – сквозь смех проговорил принц с бантом. – А ещё она толкнула тебя так, что ты чуть стол не снёс.

Младший принц сделал раздасованное лицо и шуточно поставил руки в боки, чем напомнил обиженного медвежонка.

– Мы всего лишь хотели подружиться с тобой, – принц всё ещё настороженно не решался подойти ближе.

– Что же, – смилостивилась я. – Подставляй лоб для щелбана и, считай, я тебя простила.

– Нет уж., – скуксился он. – Тогда изволь играть. В волан. Кто проиграет, тот и получает щелбан. Соглашаешься?

Я задумалась. Не очень-то владея искусством волана, я всё же решила не сдаваться на милость небес

– Хорошо, только играть мы будем не в волан, а городки. Вот, смотри, нужно собрать несколько каменных башенок и тот, кто одним ударом палки собьет больше всего башенок, тот и выиграл.

Братья переглянулись, а потом всё же согласились на эту авантюру. Что же! Они скоро пожалели об этом, потому что в детстве это была моя любимая игра и у меня был колоссальный опыт в том, как нужно бросить палку и на сколько шагов отойти. Уже через несколько бросков, стало очевидно, что я вырвалась далеко вперед - соревноваться со мной в дальности и меткости броска мог разве что человек, владеющий искусно мечом, а, как известно, десятый и тринадцатый принцы имели другие увлечения.

Немного устав, мы решили передохнуть в самой дальней беседке сада, чтобы не быть ненароком замеченными. Заметив, что миловидный принц, которого звали Бош-и, достал лист пергамента и чёрный угольки для рисования, я спросила:

– Разве принцы, претендующие на престол, должны проводить много времени за рисованием?

– О, – усмехнулся тринадцатый принц, который был известен своей красотой и склонностью к творчеству. – Чтобы взойти на престол, мне нужно пережить половину братьев. После нашего царственного отца на престол взойдёт наследный принц Лю Тиан, затем, если, конечно, жизнь Тиана оборвётся прежде либо он отречется от трона, придёт очередь Хё, а третьим следует в очереди следует Лю Рель.

– Значит, тебе не стоит и думать о том, чтобы стать королём?

Младший принц Има ответил вместо брата:

– Больше всего на свете Бош-и любит рисовать и играть на музыкальных инструментах. У него нет желания владеть королевством, в отличие от Хё, так ведь братец?

Тринадцатый принц внимательно посмотрел на десятого:

– Смотри, чтобы эти домыслы не дошли до третьего принца, ты же знаешь, он не любит, когда о нём распускают слухи.

– А что насчёт вашего четвёртого брата, что скажете о нём? –- решилась спросить я.

Има изобразил гримасу, оскалив зубы, и тихо завыл.

– Все его кличут волк, потому что королева Ю отправила его в семью Сонг-Ги, чтобы укрепить союз, но все знают, что она просто ненавидела его мать - монгольскую наложницу, возлюбленную короля. Во время пыток Чинга бросали в клетку с волками, где ему и приходилось сражаться за свою жизнь.

– Лучше с ним не связывайся, – вставил Бош-и. – Все ждут, когда он уедет из дворца после празднования Сухоцветного Благоденствия, хотя, когда я был маленький, он хорошо ко мне относился. Изменился брат после того, как получил множество шрамов, а увечье на лице он скрывает под маской и никогда об этом не говорит.

Сказанное подействовало на меня удручающе. Но узнать про Лю Чинга было очень любопытно. Все замолчали, каждый думая о своём.

– Ну что! – вскочила я со своего места. – Может быть поиграем в прятки? Тем более, гости уже разошлись, а мне спать нисколько не хочется.

– Только давайте не шуметь! – Бош-и посмотрел по сторонам .– И условимся, что прячемся только в саду. В дом не заходим, чтобы не подставить Ми Юн.

– Хорошо! – Има, уже радостно потирал руки и оглядывался по сторонам, придумывая, где бы ему спрятаться.

Следующие полчаса мы прятались везде, где только можно, по очереди водя, и пугая зазевавшихся гостей, что впрочем, было не страшно, поскольку они тут же спешили сами скрыться пьяной шатающейся походкой, считая, что набрели на призрака. Луна взошла довольно высоко и хорошо освещала окрестности, так что ближайшие беседки, деревья и кустарники служили отличными местами для пряток.

Настала очередь водить одного из принцев, и я вломилась в кусты, выискивая места, где мы ещё не прятались. В дальнем углу сада я увидела бревенчатое строение именуемое чиджильбангом. Старая баня, – обрадовалась я. Хорошее местечко!

Вбежав внутрь, я вдруг поняла, что здесь кто-то собирался мыться, потому что в центре стояла огромная бадья с водой, из которой исходил пар, уже готовая для купания. В углу, на жаровне, лежали горячие камни, которые служили для подогрева воды. В бане было еще одно небольшое внутреннее помещение с двумя жаровнями, в нем можно было непосредственно париться, но сейчас оно было не натоплено - из трубы не поднимался дым, поэтому я не сразу поняла, что внутри кто-то есть. В те дни, когда баня затапливалась, густой пар выходил из специальной трубы на улицу, а внутри было очень жарко. Иногда мы с сестрой приходили сюда, а после парилки и купания в бадье, любили пить ароматный горячий чай в предбаннике.

Человек, который решил пришел сюда, имел намерение лишь наскоро помыться. На низком столике неподалеку от бадьи лежала мягкая тряпица, служащая полотенцем, а также растительный мыльник.

– Вот черт! – пискнула я и собиралась выбежать обратно, как дверь скрипнула. Желание быть не пойманной заставило меня шмыгнуть в дальний угол комнаты за перегородку, на которой висела чистая рубаха.

Господи, как же неловко! У меня просто талант попадать в нелепые ситуации!

Я стояла, затаив дыхание, вслушиваясь в шаги. Кто-то плотно закрыл за собой дверь, затем подошёл к чану с водой и принялся раздеваться. То ли из-за жары, то ли из волнения, я забыла как дышать и мне нужно было сделать вдох, если я не хотела умереть прямо сейчас.

Наконец, я осторожно перевела дыхание и краем глаза решилась взглянуть, кто собирается купаться в столь поздний час. От неожиданности мне пришлось закрыть рот руками. Четвёртый принц Лю Чинг Ун собственной персоной! Он был уже без рубашки, лишь в один исподних широких длинных штанах, перехваченных низко на поясе тонким шнуром. Лю Чинг был довольно худым, хоть и хорошо сложенным.

Принц подготовил полотенце, повернувшись ко мне спиной и я обомлела. Вся спина, бока были посечены шрамами, оставленными когтями животных. Лю Чинг медленно поднял руки и принялся развязывать маску, надежно закрепленную у него на голове.

Наконец, он осторожно снял её и положил на край столика. Затем пришёл черед перстней с пальцев. Длинные, черные как смоль, волосы принц забрал на самый верх и подвязал бантом, видимо, собираясь вымыть их отдельно.

Завороженная, я не могла отвести взгляд от этого зрелища. Испещренное шрамами изящное тело при жёлтом свете мерцающего светильника казалось невероятным, словно, передо мной была ожившая картина. Лю Чинг медленно погрузился в воду, и закрыл глаза, явно наслаждаясь процессом. Свет мигнул и я перевела взгляд на лицо, сейчас можно было рассмотреть его мельчайших деталях. Длинный глубокий шрам пролегал под левым глазом, затем уходил к брови и змеился по лбу. Вот, что скрывала маска. Никакой шерсти там не было.

Я опустила голову. Нет, это неправильно. Нельзя вот так тайком продолжать разглядывать людей! Я случайно двинула рукой и ширма чуть сдвинулась. Звук был почти не слышим, но всё-таки этого хватило, чтобы выдать себя с головой.

– Кто там прячется? – я услышала шум воды, быстрые шаги и звук металла. Отлично! Он вытащил меч и сейчас просто прирежет меня.

Нужно было что-то сказать, попросить о пощаде, но от страха я не могла и словечка вымолвить, пряча лицо в ладонях от сковывающего меня ужаса.

Ширма отлетела в другой угол комнаты и приземлилась там, разломавшись на кусочки. Я всхлипнула, не в силах взглянуть на человека передо мной.

– Ты… – в его голосе сквозило удивление, перерастающее в грозный рык. – Но что… что ты здесь делаешь? Следишь за мной?

Я молчала, всё ещё всхлипывая. Принц вдруг схватил меня за руку и больно дернул к себе.

– Отвечай же!

Теперь мне пришлось против своей воли посмотреть прямо на него. Однако, всматриваясь в его глаза, я заметила что-то необычное и это приковало мое внимание, потому что я пыталась разгадать его загадку. Помимо гнева и удивления во взгляде что-то ещё. Безоружность?

– П-пощадите, – запинаясь от страха, пролепетала я и попыталась опустить взгляд. Его чёрные глаза были наполнены яростью и, наверное, если он мог бы выпускать молнии, то непременно сейчас сжег бы меня!

Вместо помилования Лю Чинг схватил меня за горло и тут мне правда стало страшно за свою жизнь. Слезы ручьем полились из глаз, дыхание перехватило. В нём боролись демон и ангел и я видела эту борьбу.

– Прошу, – прошептала я одними губами.

Он уменьшил хватку так, чтобы я хотя бы могла дышать, и тогда я поняла. Он боится! Он боится того, что я сейчас вижу его шрам. Его рука задрожала, а глаза наполнились слезами.

– Ты видела? – закричал он, всё ещё не отпуская руку с моей шеи, словно не решался отпустить того, кто сейчас начнёт смеяться над ним и его увечьем.

Не в силах ответить, я лишь плакала и беспомощно цеплялась за его руку.

– Забудь всё! Если ты ещё раз покажешься мне на глаза, ты сильно пожалеешь! – отчеканил он злым голосом, делая паузы между словами.

Я, не в силах пошевелиться, лишь продолжала с мольбой смотреть на него. Его шрам… вблизи он был такой необычный - когти животного прошлись по всей левой стороне лица, оставляя три глубокие борозды. В черных раскосых глазах я видела смесь чувства отчаяния, гнева и бесстрашия. Я и правда пожалею, если ослушаюсь этого человека.

– Ты меня услышала? – тряхнул он меня изо всех сил.

– Да-да! – пролепетала я.

– Я сделаю тебя такой же как и я, если ещё раз увижу, – он наконец отпустил меня, и я упала на пол мешком, зарывая лицо в ладонях. Лю Чинг схватил полотенце, чистую одежду, маску и вышел из бани, громко хлопнул дверью. Только после этого я смогла вздохнуть. О, господи! Неужели я выжила! Какой же он и правда ужасный человек. Теперь больше всего мне хотелось убраться отсюда подальше.

Поднявшись, я поплелась к выходу, наверняка, десятый и тринадцатый принцы меня обыскались. Еще поднимут тревогу, а этого мне точно не нужно. Перед тем как выйти, что-то привлекло моё внимание - под столиком поблескивала какая-то вещица. Кольцо Лю Чинга.

Я подхватила перстень, решив отдать при удобном случае. Правда, теперь лучше с ним не встречаться, но может быть получится тайком подкинуть в его вещи, ведь он временно остановился в резиденции восьмого брата, а значит, пробудет тут ещё некоторое время. Пусть этот поступок станет моим извинением за сегодняшний вечер и на этом мы закончим с ним любое общение.

***

Прошло несколько дней, наполненных тревогой. Каждый день я ждала, что за мной придет королевская стража и поведет на экзекуцию плетьми за то, что я избила Чон Го. Другие волнения были связаны с тем, чтобы не встречаться один на один с Волком.

Я взяла в привычку называть его так от его же родных братьев. Бош-и и Има единственные, кто скрашивал мое одиночество. Встречались мы теперь не только по вечерам, но и днем, играя в разные игры, иногда гоняясь по саду или ловя бабочек. Правда не каждый день, все из-за тренировок танцев с мечами, которые проходили в королевском дворце, и братья принимали в них непосредственное участие.

После того, как Чон Го с матерью уехали в тот злополучный вечер, общие обеды прекратились и мы опять ели у себя в комнате. Лю Рель много времени проводил в делах, не выходя из библиотеки до поздней ночи.

Несколько раз я приносила ему чай, тогда он просил просто остаться и посидеть на пуфе в углу кабинета. Целый час я украдкой наблюдала за тем, как он что-то пишет или читает и боялась вздохнуть, чтобы не помешать. В конце-концов он поднимал усталые глаза и улыбался. Тогда я понимала, что наступило время отдыха, брала книгу и читала ему стихи.

Что касается Лю Чинга, то его я почти не видела. Он никогда не гулял по саду, не выходил пообщаться с обитателями дома и проводил свободное время у себя в комнате. Правда, один раз, дурачась с братьями, я увидела его на дальнем балконе, но он тут же поспешил скрыться. И все же я подметила некий ритуал - каждый вечер он уходил купаться в баню в одно и то же время, и это происходило очень поздно, когда весь дом и даже слуги уже спали.

Я специально выжидала это время, чтобы проверить свою теорию. Когда луна всходила высоко на небе, темной тенью принц шел к бане, где его уже ожидал подготовленный заранее слугами чан с горячей водой. Через полчаса он возвращался и до утра не выходил из комнаты. Наблюдение я вела с той целью, чтобы подкинуть ему перстень, сама уже не раз пожалев об этом.

Можно было изначально оставить кольцо под столиком и наверняка он бы его нашел или кто-то из слуг, но теперь пути назад не было - входить в баню я не могла, боясь быть замеченной, а встречаться с глазу-на-глаз тоже не хотела, помня о предупреждении принца. Лучшим выходом для меня было просто подбросить перстень в комнату Лю Чинга, пока его самого не будет в ней - это дело одной минуты!

В одну из ночей я все же решилась на вылазку.

Немного помявшись у двери, и убедившись, что вокруг никого, я дотронулась до ручки, намереваясь войти внутрь, как раздались шаги. Я сразу же спряталась за колонну, еле дыша, и сто раз благодаря бога за то, что не поспешила войти в комнату. Это был четвертый принц.

Может быть он почувствовал что-то или это был такой рок судьбы, но он вернулся в ту ночь раньше. Мне даже не хотелось думать о том, что было бы, застань он меня с поличным.

Так что кольцо оставалось у меня все последующие дни, иногда я его доставала и разглядывала искусно выкованный рисунок, изображающий лошадь с всадником, луну и звезды. Изделие было сделано из черненого серебра, выглядело мрачно и очень подходило своему хозяину. Луна и звезды.

Где-то я уже видела эти символы. Точно, видела! В крепости. Та старуха говорила, что император был так жесток, что хотел подчинить себе даже луну и звезды. Но…Значит, четвертый принц будущий император?

В таких раздумьях и проходили мои дни, пока, наконец, не наступил день праздника Сухоцветного Благоденствия, знаменующий наступление осени и начало сезона охоты. С самого утра в имении царила суета. Несмотря на то, что украшения отправили в замок несколькими дня раньше, нужно было собрать всех придворных дам, живших в резиденции восьмого принца.

Ши суетилась вокруг меня с самого утра, вплетая в волосы ленты, закрепляя заколки, украшая платье булавками. На праздник я решила надеть чудесный розовый ханбок, подпоясанный светло-молочным бантом на поясе. Рукава из тончайшего кружева так и переливались на солнце, а шелковые туфли с вышивкой замечательно подчеркнули образ. На шее блистал цветочный медальон, серьги в виде нежных пионов с зелеными лепестками украсили уши. После сборов я принялась наносить макияж себе и, конечно же, сестре, как и обещала.

Несмотря ни на что, времени я даром не теряла и практиковалась почти каждый день до праздника, один раз накрасив даже Иму, который стал похож на девчонку и мы с Бош-и долго хохотали с этого милого личика. Зато для кожи сестры мне удалось подобрать идеальный тон, который скрыл ее бледность. Губы вышли яркими и сочными, а легкие румяна добавили лицу цвета. Она выглядела шикарно и тысячу раз меня благодарила.

После окончания сборов нас посадили в повозку и мы отправились в императорский дворец. С собой я захватила томик со стихами и Ке с удовольствием слушала мое чтение во время утомительного пути.

Дворец встретил нас поистине величественно! Хотя сама атмосфера праздника настигла нас куда раньше еще до того, как мы въехали на придворцовую площадь. Мне кажется, это был тот момент, когда я ощутила, что действительно получила невероятный шанс испытать то, чего не суждено испытать никому - своими глазами увидеть события давно минувших веков. Чувство, охватившее меня, было невероятным.

Я смотрела во все глаза. Отовсюду слышалась веселая музыка, там и тут выступали акробаты, факиры, глотатели шпаг, циркачи. Песни и пляски не смолкали, а украшения были яркими и привлекающими взор. Издалека привезли мраморные статуи, которые были созданы настоящими мастерами искусства, а во дворце их украсили сухоцветами и нарядными лентами. На журчащих фонтанах сидели птицы, которых было не отличить от настоящих.

Все вокруг двигалось и я хваталась за руку Ке, чтобы не потеряться. Побродив по площади перед дворцом, мы вошли внутрь. Дворец Белый Пион собственной персоной выглядел величественно и настолько монументально, что у меня перехватило дух.

Очень жаль, что по какой-то причине этот дворец не выстоял до двадцать первого века. Это грандиозное сооружение было призвано, чтобы увековечить себя на страницах истории. Но увы.

– Ми, Ке! – услышала я голос восьмого принца.

– Туда, – показала Ке и мы отправились по направлению к Лю Релю.

Он завел нас в одну из комнат дворца и поклонился.

– Очень рад видеть вас, мои дорогие. Ке, – вдруг воскликнул он, внимательно вглядываясь в лицо своей жены, видимо, пытаясь понять, что изменилось. – Ты выглядишь…

– Сногсшибательно, – прыснув, помогла я Релю.

– Сног… чего? – удивленно переспросил принц.

– Сногсшибательно. Значит, просто потрясающе! Еще одно слово из моих книг.

– Аа, значит, сног-ши-ба-тель-но! – со свойственным ему усердием повторил Лю Рель и Ке ему поклонилась.

– Это дело рук моей кузины. У нее огромный талант, – похвалила сестрица меня, на что я смутилась.

– Ну что ты, сестра! Мне правда было очень приятно это сделать.

Лю Рель одарил меня глубоким долгим взглядом и улыбнулся. По его взгляду можно было понять, что он действительно гордится мной. Я ответила ему тем же, но вдруг заметила, что это не укрылось от Ке. Она заметила, как мы смотрим друг на друга и мне стало не по себе. Господи, наверняка, видеть такое ей очень неприятно. Я отвела взгляд в пол, слегка поклонилась и отошла за спину сестры.

Восьмого принца тут же кто-то отвлек, и он рассеянно бросил нам:

– Если вы желаете, можете принять участие в помощи беднякам. Служанка отведет вас.

– Что за помощь? – спросила я Ке.

– О, мне нравится заниматься этим, – ответила Ке. – В праздник Сухоцветного Благоденствия мы раздаем теплые вещи и еду тем, кто не может себе это позволить купить.

– Замечательное мероприятие! – заулыбалась я, вспомнив как часто волонтерила в школе.

Вместе с остальными придворными дамами мы стояли за столами и раздавали одежду - теплые накидки из овечьей шерсти, войлочные сапоги, шерстяные чулки. Скоро наступит осенняя пора и холод, польют дожди, самое время утепляться. Раздав вещи, мы стали за другой стол, где я наливала горячий суп в плошки и раздавала их детям до тех пор, пока у меня не заныла рука.

До самого вечера мы были заняты делом, лишь изредка позволяя себе перекусить. Мимолетом я видела всех принцев, но пересечься с ними не удавалось, хотя мне не терпелось похвастаться Бош-и и Иму о том, чем я занималась. Лишь один раз Бош-и умудрился выделить минутку и подбежать ко мне.

– Видела? Чон Го с матерью здесь? Не боишься?

– Что? – я округлила глаза. – Пусть это они меня боятся, а то еще раз отстегаю несносную девицу.

Я сложила руки перед собой на груди и гордо вскинула нос.

– И все же, береги себя, – Бош-и дружелюбно положил мне руку на плечо.

– Брат, разве ты не знаешь, как нужно себя вести с придворными дамами? Что ты себе позволяешь? – раздался в этот момент голос третьего принца Хё.

Хё обладал высоким ростом и выглядел довольно грозно. Четкие, прямые черты лица и островатый подбородок дополняли образ амбициозного горделивого человека. Принц был одет в костюм широкого кроя, напоминающий шкуру животного, а за плечами у него висела маска, разглядеть которую я сейчас не могла. В волосах блестела большая золотая заколка в виде сферы.

Бош-и смутился и поспешно отнял руку, тут же поклонившись брату. Я сделала то же самое.

Хё осмотрел меня с ног до головы.

– Это ты та девица, которая устроила скандал в резиденции восьмого брата?

Я пожала плечами.

– Надеюсь, не я. То была какая-то другая девица! – ответила я и Бош-и прыснул, но вовремя спохватился

Хё шутку не оценил. Его взгляд лишь больше похолодел.

– Не ерничай! Тебя не наказали лишь благодаря просьбе Реля. Госпожа Го и ее дочь лично доложили королю о твоем проступке.

Я ничего не ответила, чтобы не вызывать лишний гнев на себя. Хё еще раз кинул любопытствующий нахмуренный взгляд на меня и ушел.

Бош-и не стал испытывать судьбу, поклонился и тоже отчалил, а меня закружил дальнейший водоворот событий до самого вечера. Когда вечер плотно укрыл город, а тысячи фонариков зажглись над ним, наступило время самого интересного. Однако, мы с Ши задержались, выбирая браслеты и когда ударил гонг, возвещая о самом главном представлении вечера - мне уже было не успеть занять свое место на трибуне.

Я решила не бежать, сломя голову, через толпу, а подобраться как можно ближе к арене и постараться увидеть хоть кусочек представления издалека. Воплотить задуманное было тяжелее, чем я думала. Народу было столько, что даже на носочках я ничего не видела. К тому же среди простолюдинов не было принято никаких церемоний, мне нагло истоптали ноги уже через минуту.

Я хотела было уйти, но Ши взяла дело в свои руки и растолкала толпу так, что я могла видеть целую половину арены, на которой происходило нечто ужасное и прекрасное одновременно.