Императорская Звездная Академия Зурбов

Я уже час сидела в этом тесном, прокуренном баре рядом с ИЗАЗ и начала терять надежду. Это было типичное место для студенческих тусовок, море дешевых коктейлей и полумрак. Больше всего здесь было зурбов. Эти зануды с их стопроцентно работающими мозгами никогда не пойдут на подлог, слишком правильные. Да и непонятно, что они здесь забыли. Алкоголь они не пили, сидели чинно и болтали про учебу. Другие гуманоиды были повеселее, и к сожалению, выглядели счастливыми и довольными.

«Неужели никто во всей академии не нуждается в деньгах?» – в который раз возмутилась про себя я.

Мне во что бы то ни стало необходимо поступить в Императорскую Звездную Академию Зурбов, потому что только там меня не смогут достать эти ужасные типы с планеты Черепах. Да и будет шанс разобраться, что такого открыл отец, раз его даже убили!

Неожиданно мой взгляд остановился на красноволосом станге. Эти гуманоиды были очень красивыми, с фактурной фигурой, а у этого еще и бородка симпатичная имелась, так что выглядел он старшекурсником, недоступным и невероятно притягательным. Рядом смеялись трое таких же красных друга и даже подруга. Станги всегда держались особняком. Заинтересовавший меня тип выглядел уверенным в себе, но кое-что заставило меня собраться и пойти на охоту.

Стоило красноволосой эффектной девице скрыться в туалете, как я тут же оказалась рядом с расслабленным красавцем, прижалась всем своим упругим телом к литым мышцам и, маняще улыбаясь, заявила:

– Я знаю, что тебе нужно и могу дать тебе это, если ты выполнишь мою пустяшную просьбу.

– А ты наглая, землянка!  – с легким восхищением откликнулся тип, пока его друзья от изумления хлопали глазами.

– Виктория, – представилась я, продолжая мило улыбаться.

– Галоризмурас, – на одном дыхании практически пропел красноволосый.

– Галоризмурас? Интересное имя. У стангов все такие? – без запинки произнесла я. После китайского языка, который заставлял учить отец, для меня это было плевое испытание. Но на станга я произвела впечатление, чего и добивалась.

– Да, у нас любят длинные имена. Можешь звать меня Галор, – приобняв меня за талию, прошептал на ушко станг.

Я сглотнула. Он был очень привлекательный мужчина… Но сначала дело!

– Галор, может, прогуляемся куда-нибудь, где не так шумно.

Парень пожал широкими плечами и сказал своим друзьям:

– Меня не ждите.

Я выдохнула. Первый этап прошел как по маслу. Осталось сделать такое предложение, от которого этот тип не сможет отказаться.

Мы вышли на вечернюю улицу Айроса, города с удивительно мягким климатом и полным отсутствием преступности. Именно здесь много веков назад очередной император решил основать звездную академию. С тех пор минуло много событий: зурбы открыли еще несколько десятков обитаемых или просто пригодных для обитания планет, вошли в контакт с людьми, разрешили всем гуманоидам поступать в эту самую академию.

Мне нужно туда поступить. Испытание на ум я пройду, у меня в этом сомнений не было. Даже если резонатор не пробудит мой мозг, мой айкью всегда был выше среднего на земле. А вот с физическим испытанием придется помучиться. Оно не на скорость, его нужно просто пройти. Время прохождения ограничено двумя часами, и даже обычная землянка в состоянии это сделать. Однако не все так просто. Организаторы каждый год устраивали абитуриентам ловушки: то слишком глубокая лужа под стеной, если поспешить и спрыгнуть с нее, можно переломать себе ноги; то отточенные лезвия в зоне, где нужно ползти, одно неловкое движение, и ты можешь остаться без попы или головы. Каждый год ловушки были разные, и не стоит надеяться, что допущение до испытаний гуманоидов других видов как-то смягчат их, скорее уж наоборот.

– Галор, мне нужно, чтобы ты раздобыл для меня схему полосы препятствий вступительного испытания этого года.

Шагавший рядом со мной станг даже споткнулся. Что поделать, я не люблю ходить вокруг да около.

– Ну ты и наглая, землянка! Я выпускник. Мне остался последний год, и я буду востребованным пилотом звездолетов всех классов империи. Да за меня работодатели драться будут. Зачем мне так подставляться? – возмутился Галор.

– Во-первых, никто не узнает! Во-вторых, чтобы получить хорошее место и достойную заработную плату нужно произвести отменное впечатление, и не только оценками в дипломе. Поэтому тебе понадобится много денег на покупку новенькой формы пилотов. А сколько нынче стоит обувь, желательно с антигравитными магнитами, чтобы на любой планете Империи чувствовать себя уверенно? А еще хорошо бы не очень устаревший планшет для переговоров иметь…

– Я понял, куда ты клонишь. Но с чего ты взяла, что я нуждаюсь в твоих деньгах? – спросил Галор с раздражением, выдавшим его с потрохами.

– Все просто! Я наблюдала за тобой час. За это время твои дружки выдули по три коктейля, а ты цедил один. Костюм твой хоть и смотрится неплохо, но на манжетах стерся, да и вообще тебе маловат. Швы на плечах слишком высоко, он принадлежал куда более худосочному студенту. Ты или получил этот комбез от своего старшего брата, или купил с рук. Твоя обувь…

– Я понял… – снова перебил меня красавчик и сверкнул глазами.

– Сто тысяч империалов, могу дать наличными, – на ушко проворковала я стангу.

У парня глаза слегка увеличились в размере. Я предложила ему полугодовую заработную плату высококвалифицированного пилота. Это было очень много. Пожалуй, я переборщила. Нужно было начать с пятидесяти тысяч. Но его красивые миндалевидные глаза с поволокой действовали на меня дурманяще.

Со стороны мы точно смотрелись как воркующая влюбленная парочка студентов. В то время как разговор наш был сугубо деловым:

– Я очень рискую. Двести! – кинулся прощупывать почву станг.

– У меня есть только эта сумма. Наследство отца, – наврала я. Мой отец был вселенски известный ученый-египтолог, а в юности еще и абсолютным чемпионом Империи по традиционным видам борьбы в категории кунг-фу. Мои немного раскосые глаза я унаследовала от него. Зато во всем остальном я была русская, потому что всю жизнь прожила в Москве. Отец влюбился в этот город, а затем и в мою маму, которая слишком рано покинула нас. Так что теперь я круглая сирота и могу рассчитывать только на себя.

– Хорошо… Я возьму сто тысяч и тебя, – поглаживая мою попку, безапелляционно заявил парень.

Мило ему улыбнувшись, я так же безапелляционно заявила:

– Завтра в это же время принесешь сюда схему и получишь наличкой всю сумму. Что касается меня… Я по законам Империи несовершеннолетняя. Тебе оно надо?

Лицо Галора вытянулось от досады, он явно уже рассчитывал на страстную ночь.

– Сколько тебе? – прорычал он.

– Девятнадцать… Годик всего подождать-то… – улыбнулась парню, выскользнув из его объятий, вскочила верхом на мой предусмотрительно запаркованный тут же вертоцикл и понеслась сразу в верхний ряд воздушного движения. Я не сомневалась, что завтра я стану обладательницей очень ценной информации, а послезавтра пройду полосу препятствий. И было страшно вспомнить, что всего день назад я убежала из собственной квартиры в Москве, спасаясь от грозных мордоворотов…
*******
Надеюсь, вам понравилась новая землянка Вика, решительная и хитрая. Она не зря сбежала с Земли, трепещи Вселенная!
Еще больше космических приключений ищите на странице нашего авторского литмоба

– Папа, ура! Я так рада, что ты, наконец, вернулся! – вешаясь на шею единственного родителя, радостно верещала я.

– Виктория Вэйевна Ван, может, дадите вашему уставшему после экспедиции отцу хотя бы разуться? – с наигранной строгостью отчитали меня и тут же заключили в крепкие объятия, – Ах, доча, ты даже не представляешь, как я скучал по тебе в этой ужасной пустыне. Но зато я сделал такое открытие!!! Оно перевернет мир с ног на голову!

Я улыбнулась папе, в этом весь он – профессор археологии и маньяк египетских древностей. Для него не было ничего более важного, чем мумии и саркофаги. Вэй Ван был знаменит в узких ученых кругах, к его мнению прислушивались. Моя мама долгие годы была его соратницей, но онкология сожрала веселую цветущую женщину всего за полгода. Мне тогда только-только исполнилось пятнадцать. Папа честно пытался заменить мне маму, но я видела, как потускнели его глаза, какими вялыми стали движения. Лекарство от хандры я знала. Только очередная экспедиция могла вернуть его к жизни. И я буквально выгнала его из дома. Ему счастье, мне свобода. Надо ли говорить, что тусовки в моей просторной профессорской квартире стали пропуском для меня на Олимп школьной элиты. Со мной хотели дружить все. И я купалась в этой популярности, не забывая учиться.

– Как окончила школу? – вдруг вспомнил папа.

– Прекрасно. Всего пять четверок, остальные пятерки, – похвасталась я.

– Какая же у меня чудесная дочь: и красавица, и умница.

– Есть в кого! – усмехнулась я.

– Завтра у меня важный доклад. Я попросил собрать совет. То, что я хочу рассказать, должно всех потрясти. Я даже пару журналистов пригласил, – хвастался отец. Про древности он мог говорить часами. Мне это было интересно, но не более. Я собиралась поступать на медицинский. Человеческий организм казался мне куда более неизведанной областью. Особенно мозг. С тех пор как зурбы возобновили контакт с землянами, количество программ по изучению этой области человеческого тела возросло в разы. А все потому, что мозг зурбов работал на сто процентов, и у них был резонатор, который мог пробудить у некоторых людей такую же деятельность. Мне было интересно, почему только у некоторых.

Весь вечер мы болтали с отцом. Естественно, он поделился со мной своим открытием, но я его не оценила.

– Доча, ты представляешь, я разгадал, наконец, иероглифы в самой древней пирамиде. Сидел там последние полгода и тупил, но в какой-то момент меня осенило, и я за три дня все расшифровал. Как и предполагали многие до меня, это письмена древних зурбов. Они оставили их, как сообщение потомкам. Зурбы ожидали столкновения Земли с крупным метеоритом, они рассчитали, когда оно должно произойти. Все покинуть планету не могли, поэтому накопленный опыт и знания о Земле они сохранили на информационном кристалле и запустили его в капсуле в космос, подальше от предстоящей катастрофы.

– Это как грааль всезнания? – усмехнулась я.

– Да, что-то вроде! – согласился папа и подмигнул, – И я знаю, где он находится. Если его найти и расшифровать, возможно, наше представление о Земле перевернется! Я уверен, что это настоящее сокровище.

– И где же это сокровище? – поинтересовалась я.

– В туманности Астры, – таинственным шепотом поведал мне отец.

– Но там нет планет! Это же скопление метеоритов и космического мусора. Где он там может быть спрятан? – удивилась я.

– Значит, мы чего-то не знаем об этой туманности, я точно перепроверил координаты,  – подмигнул мне папа.

Утром известный профессор археологии, ведущий египтолог России и просто взрослый мужчина очень волновался.

– С ума сойти! Я нашел настоящее сокровище! У человечества есть шанс заполучить знания, которые утратили современные зурбы! Это грандиозно…

Я не понимала, что может быть грандиозного в какой-то флешке, пусть она и выглядит как красивый кристалл.

Папу забрал водитель из его института. Я помахала ему в окно рукой и решила еще немного поваляться. У меня было счастливое время безделья. Документы в три вуза я подала и теперь ждала зачисления. У меня были высокие баллы по ЕГЭ, поэтому я верила в свое светлое будущее, знала бы, что светлое будущее вообще не зависит от результатов ЕГЭ, не мучилась бы столько с репетиторами.

Около одиннадцати мне надоело пялиться в смартфон, и я пошла готовить себе завтрак. Включила телевизор для фона.

– Глаша, листай каналы, – попросила я нейросеть.

Мне хотелось найти что-нибудь веселенькое и легкое, но взгляд неожиданно зацепился за страшную картину…

На мосту дымился черный «Волхов» - автомобиль современной комплектации имел ретродизайн, имитирующий стилистику середины позапрошлого века. Именно на такой машине утром уехал отец. Миловидная нейродиктор монотонно вещала приятным голосом:

– Предположительно в автомобиле находился профессор археологии Вэй Ван. ДТП, по словам очевидцев, произошло по вине водителя «Волхова», он неожиданно выскочил на встречные полосы, протаранив три легковых автомобиля, от удара с пассажирским автобусом его откинуло на ограду моста. Тело профессора Ван Вэя не обнаружено в автомобиле, следствие предполагает, что его выбросило в реку. Работают водолазы. К другим новостям…

Дрожащей рукой сама выключила телевизор. В голове была пустота, глаза сухие. Я пребывала в глубочайшем шоке. Перед внутренним взором всплыла картинка сегодняшнего утра: я машу отцу из окна, он отвечает мне своей открытой лучистой улыбкой, от которой его глаза превращались в едва различимые узкие прорези, и садится в машину.

– Он не мог погибнуть! – прошептала я и уже более уверенно крикнула, – Нет!

Стадия отрицания началась. Мои мысли все были о том, что этого не может быть!

Отец только что сделал гениальное открытие, его ждал успех, слава и деньги! С его кипучей энергией я не сомневалась, что он за полгода организовал бы экспедицию в туманность Астры. И через три года, максимум пять, отрыл бы этот древний грааль всезнания.

– А вдруг это все из-за этого дурацкого открытия? – мелькнула шальная мысль.

Дзи-и-инь!

Звонок в дверь прозвучал так резко и неожиданно, что я вздрогнула, и плохое предчувствие закралось в душу липким холодком.

На цыпочках прокралась к входной двери и заглянула в глазок. Перед дверью торчали три подозрительных типа: высокие, плечистые черахи с планеты Черепах. Это была странная планета, где основным видом животных были черепахи всех размеров. Они были всеядными и не брезговали местным разумным видом – черахами. Видимо, поэтому эти гуманоиды получились очень мощными и туповатыми. Идеальные разбойники и силовики. Но поскольку всезнайки зурбы в нашем межгалактическом союзе были лидирующим народом, они силовиков и набирали. Больше всего эти синие зануды ценили ум. Поэтому у черах не было шансов. Отец говорил, что зурбы даже какое-то время относили их к животным, что-то вроде наших обезьян. Но нашелся ученый-фанатик и доказал, что черахи – это гуманоиды. И зурбы тут же кинулись обучать их, на свою голову. Теперь благодаря людям с их амбициями и жадностью в империи появились космические разбойники, которые то и дело грабили мелкие звездолеты, работая в основном на богатых людей, мечтающих захватить мир. Зурбы быстро вычисляли всех в преступной цепочке и жестоко наказывали, но на их месте появлялись новые команды.

Если мозгом этих группировок были, как правило, люди, то силой – черахи. И вот трое этих амбалов стояли у меня под дверью и мило улыбались.

Открывать дверь я не стала, наоборот, затаив дыхание я начала отступать, но споткнулась о собственные раскиданные туфли и с шумом грохнулась на попу.

– Виктория Вэйевна, мы из института вашего отца. Пришли выразить вам наши глубочайшие соболезнования, – тут же отреагировали за дверью, – Откройте нам! Мы принесли материальную помощь.

– Подождите немного, мне нужно одеться! – крикнула я, чтобы потянуть время.

«Нашли дуру! – ругалась я на черах, – Они себя в зеркало-то видели? Какие они сотрудники института?»

Не теряя ни секунды, я бросилась в свою комнату, продолжая размышлять над глупостью этих мордоворотов. У них, кстати, были очень толстые губы, глаза навыкате и маленькие плоские носы. Очень неприятная внешность. К слову о материальной помощи, она была мне не нужна. У моего отца были прекрасные доходы. Его счет был полностью мне доступен. Он давно сделал для меня дополнительную карту к нему без каких-либо лимитов.

Торопливо натянула на себя облегающие шорты, сверху пышную юбку в стили балерины, а обычную белую футболку спрятала под ярко-оранжевым бомбером с широкими рукавами. Свои блестящие, черные волосы я собрала в хвост, а в маленький рюкзак, кроме паспорта и карты, еще и кепку засунула.

Когда все было собрано, из коридора послышался треск. Кажется, коллеги отца потеряли терпение и начали ломать дверь. Я бросилась к окну и распахнула его. Мы жили на пятом этаже, высоковато для прыжков. Я кое-как связала одеяло, простынь и пару полотенец, скинула эту ненадежную конструкцию вниз, один конец закрепив на батарее. Несмотря на стрессовую ситуацию, я уже просчитала в своей голове план побега от этих тупых великанов. Главное, повторяла я снова и снова, не совершить ошибку в недооценке противника.

Убедившись, что путь к спасению выглядит правдоподобно, я еще и свою рубашку кинула вниз, она живописно повисла в ветках липы, что росла под нашими окнами. Мысленно похвалив себя за креатив, я кинулась в комнату отца.

– Виктория, не делайте глупостей. Мы просто хотим с вами поговорить! – орали черахи, продолжая методично выносить нашу крепкую железную дверь.

У меня не было никакого желания с ними общаться, поэтому я продолжила свой путь к спасению. В спальне родителей находился единственный в квартире балкон, я вышла на него, предварительно зашторив окна и прикрыв за собой дверь. Открыла крайнюю фрамугу и осмотрелась. Сбоку у соседей балкон был не застеклен, и это была уже другая парадная.  Без особых раздумий я подтянулась и перелезла.

К счастью, этим летом в Москве стояла жуткая жара, и в квартирах все окна были настежь. Мои соседи не были исключением, балконная дверь была открыта. Я тихонько проникла в чужую квартиру. Адреналин в крови заставлял сердце стучать так, что мне казалось, все должны его слышать. К моему огромному облегчению, на чужой территории было тихо.

«Неужели мне повезло и все на работе?» – обрадовалась я и уже смелее пошла к выходу, когда неожиданно из-за угла на меня набросился шипящий серый комок. Я едва не заорала. Что стоило бы мне жизни. Хорошо вовремя сама себе закрыла рот рукой. А бешеный отчаянный комок, продолжая гневно мяукать, повис на моей пышной юбке, раздирая ее острыми когтями.

– Защитница! – похвалила я кошку, осторожно взяв перепуганное животное за шкирку. Занесла ее в кухню, где для нее стояли миски с водой и едой, и закрыла пушистого защитника там.

«Хорошо, что у соседей оказалась кошка, а не собака», – запоздало испугалась я и рванула к входной двери. К счастью, замок открывался просто, и закрыть его можно было, просто хлопнув дверью. Когда я уже выходила, со стороны моей квартиры послышался жуткий грохот, кажется, черахи доблестно победили мою дверь.

Я кинулась вниз по лестнице, проигнорировав лифт, потому что точно знала, что наше ТСЖ сэкономили и не установили камеры видеонаблюдения на черной лестнице, только в лифте и на первом этаже подъезда. Отец, помню, очень возмущался такой экономии, а мне это решение сейчас могло спасти жизнь.

Из подъезда я вышла во двор, окна моей комнаты выходили на улицу, поэтому по моим расчетам черахи сейчас должны были чесать свои лысые репки, выискивая меня среди прохожих с той стороны дома. Прячась под сенью деревьев, я обошла двор и юркнула в соседний, а оттуда легкой непринужденной походкой выпорхнула на проспект, идущий параллельно мой улице. Отсюда до метро было пару шагов, которые я проделала совершенно беззаботно. Но это была видимость. Сердце мое продолжало отстукивать похоронный марш, как бы намекая, что смерть идет по пятам. Но я не слушала сердце, заставляя работать мозг. Сейчас мне нужно снять деньги и купить за наличку билет на ближайший звездолет на Зурб. Я уже решила, что надежнее всего спрятаться в звездной академии. Там и до туманности Астры будет возможность добраться. Уж если мой отец пострадал за свое открытие, я обязана довести его дело до конца! Нельзя позволить каким-то аморальным типам присвоить себе результаты его трудов.

«Хорошо, что отец все свои записи вел в личном планшете на разработанном им языке. А мы еще с мамой считали его параноиком. Зато теперь, даже если эти разбойники завладеют планшетом, они ни черта в нем не поймут!» – порадовалась я, ныряя в пешеходный переход.

На метро я отправилась в центр. Доехала до центральной столичной кассы, единственного места, где еще можно было расплачиваться наличкой.  Тут же рядом с кассами зашла в банк и наполовину опустошила банковский счет отца, несколько раз подчеркнув, что мне нужны крупные купюры. Да, сумма получилась почти скромная, но на мои планы должно было хватить. Сотрудники на меня косились с подозрением, но деньги выдали. Хорошо, что я была броско одета. При таком раскладе меня точно заметят.  Возможно, это собьет моих недалеких во всех отношениях преследователей с пути, и они будут упорно искать яркий бомбер и балетную юбку. В кассах я взяла билеты сразу на пять поездов, отправляющихся вечером с разных вокзалов столицы. Оплату произвела картой. А потом купила еще один билет на ближайший косморейс до Зурба, наполовину опустошив запасы наличных денег. Старт к межзвездному кораблю был через три часа, мне едва хватало времени на дорогу.

Прекрасно зная, что город напичкан камерами, прежде чем отправиться в столичный космопорт, я зашла в метро, в толпе сняла броский бомбер и подарила его в пешеходном переходе у входа в подземку бабуле, продающей, как и век назад, зелень с собственного огорода.

– Для внуков, – пояснила я, заметив удивленный взгляд старушки, – Можно, я у вас один огурчик возьму.

Та осмотрела хороший брендовый спортивный пиджак и милостиво кивнула. Я присела рядом с ней и начала хрустеть подарком, при этом незаметно сняла юбку и засунула ее в бездонную сумку возрастной предпринимательши.  Потом достала кепку, спрятала под нее длинный хвост, и вот уже незаметная худенькая фигурка в белой футболке, облегающих светло-голубых шортах и такого же цвета кепке затерялась в спешащей толпе. Рюкзак я тоже оставила бабуле, стянула у нее пакет, в который убрала пачки денег, карту и документы.

 Фигурой я пошла в отца: невысокая, худая. Скользнув по мне взглядом, не каждый сразу разберется мальчик перед ним или девочка. Остро стоял вопрос, как пронести деньги через досмотр в космопорте. Наверняка возникнут вопросы, почему я везу такую сумму наличкой, в двадцать втором веке это считается практически атавизмом, еще и декларировать заставят. Мне не нужны ни лишние вопросы, ни тем более бюрократическая волокита. По пути заехала в книжный и купила там пару традиционных книг вместе с новым рюкзаком и ультралегким швейцарским ножом. У одной из книг вырвала все страницы и сложила вовнутрь пачки денег, упаковала все это в прозрачную пленку, мысленно попросила маму и отца о помощи и помчала на экспрессе в космопорт.

При этом мне постоянно казалось, что за мной следят. У моего соседа в экспрессе на планшете были включены новости, в которых передавали, что семья Ван сегодня поистине самая невезучая в столице. Мало того, что после ДТП пропал профессор Ван, так еще и его квартира сгорела. Про меня пока не было сказано ни слова. Надеюсь, следователи заподозрят неладное, таких совпадений не бывает, чтобы в один день столько несчастий свалилось на одну семью.

Вход на космопорт представлял собой полосу препятствий покруче, чем на зурбском экзамене. Без билетов никаких провожающих или любопытствующих в святая святых не пускали. Сначала ты должен был предъявить сканеру билет, потом документы, потом сетчатку собственного глаза. Если пассажир проходил все эти роботизированные испытания, его встречали приветливые охранники, улыбки которых больше напоминали хищные оскалы. Багаж, ручная кладь пропускались через привычный аппарат досмотра, человека тоже сканировали. И вот если на этих аппаратах что-то вызывало подозрение, то милые охранники мгновенно преображались в цепных псов из самых страшных ваших кошмаров.  

Я встала в очередь, без проблем прошла сканеры, к трем работающим пунктам личного досмотра выстроились три небольших хвостика из людей. Я, театрально споткнувшись, упала на впереди идущую девушку и незаметно засунула ей в карман модного пиджака купленный мной ультралегкий швейцарский нож. Девушка была явно из богатых. Смерила меня презрительным взглядом и молча пошла в правую очередь. Я встала по центру.

Как я и ожидала, мои книги заинтересовали охранников.

– Что это? – спросил мужчина, по ширине плеч не уступающий черахам.

– Это книги. Везу в подарок, – искренне улыбнувшись, ответила я.

Отец всегда говорил мне, что из меня получится отличная актриса. Но меня никогда не привлекала эта профессия. Однако таланты не остались невостребованными.

– Зурбам книги? – удивился охранник, продолжая вертеть в руках замотанные в пленку печатные издания.

– Да. Они любят все традиционное. Вы же знаете, у них уже много веков как нет бумажных книг, и они утратили эту традицию, полностью перейдя на цифру. Поэтому многие из них проявляют интерес, – любезно пояснила я.

– Не могли бы вы снять пленку, – строго глядя на меня, попросил мужчина.

При этом опции "отказаться" не было.

Я начала разматывать нормальную книгу. Сделала это быстро и передала для досмотра. Охранник пошелестел листочками, убедился, что все хорошо и указал взглядом на вторую. Мысленно снова попросила маму и папу о помощи и медленно принялась искать хвостик от пленки. Нашла, потянула и начала тщательно, неторопливо освобождать миллиметр за миллиметром твердого и яркого переплета. И тут от соседнего пункта пропуска раздался вопль:

– Да как вы смеете! Вы знаете, кто я такая! Мой отец… – верещала моя невезучая соседка по очереди.

Охранник рядом со мной потянулся к кобуре, полностью сосредоточив все свое внимание на истеричной девице, которая имела наглость оттолкнуть от себя его коллегу. Тут же замигала красная лампочка, и механический голос огласил зал досмотра:

– Внимание, в зоне холодное оружие. Внимание, в зоне холодное оружие.

– Идите! – сказал мой охранник и побежал на помощь коллеге.

Я не смогла скрыть торжествующей улыбки, убрала обе книги в рюкзак и пошла на посадку, которую открыли пять минут назад. В шаттле я оказалась без приключений. Он напоминал мне летающую тарелку диаметром около двадцати метров. По центру стояли тридцать посадочных мест. Я заняла свое и пристегнулась. Мне впервые предстояло отправиться в такой полет. Моих родителей всегда больше интересовали тайны Земли, они ни разу не вывозили меня на другие планеты.

Перемещение на звездолет оказалось мгновенным, приятный синтетический женский голос огласил:

– Посадка окончена. Пристегните ремни. Перемещение на звездолет класса Т6 начинается.

Нас ослепила яркая белая вспышка, и все тот же синтетический голос сообщил:

– Добро пожаловать на борт К694ЁТ6! Можете отстегнуть ремни. Полет до Зурба займет два часа.

Я люто ненавидела манеру зурбов давать всему математические коды. Отец даже как-то взялся расшифровать их, и у него получилось.

– Это очень продуманная система обозначений, – похвалил он тогда расу-прародительницу. А я все равно считала их занудами и, несмотря на весь их ум, тупыми.

Покинув зону телепортации, я оказалась в просторном белом коридоре. Все здесь для меня было в новинку. Первым делом я нашла столовую и попробовала зурбскую пищу. Она была очень полезной, но на вид напоминала бесформенную коровью лепешку.

– Как это можно есть? – спросила я себе под нос. Стоящий рядом со мной мужчина, довольно симпатичный и представительный, хмыкнул соглашаясь.

«Если меня начали интересовать мужчины, значит, паника отступила!» – порадовалась я и попробовала-таки универсальную смесь для обеда № 1.06. На вкус она оказалась приятной, там даже соль и перец чувствовались. Значит, не все потеряно с инопланетной кухней.

После обеда я прогулялась по коридору мимо трех комнат отдыха, они различались лишь цветовым решением однотипных интерьеров, а вот на смотровой площадке зависла. Передо мной были панорамные окна и бескрайний черный космос. Звезды пролетали мимо быстро, оставляя визуальный эффект светящихся хвостов. Красиво! В этот момент я решила, что буду пилотом. В звездной академии было три направления: силовой блок, там готовили штурмовые отряды – это элита императорских войск, летный состав и механический блок.

Поначалу я подумывала стать механиком, чинить – это почти то же самое, что лечить. Так размышляла я. Но увидев близко космос, я решила, если получать образование, то такое, чтобы потом хотелось применять его на практике.

Оставшуюся часть пути я сидела в мягком округлом кресле и любовалась звездами.

– Звездолет К694ЁТ6 прибыл в космопорт города Айрос, планета Зурб.

– Странно, что у города есть название, – бурчала я, пробираясь через толпу таких же, как я, абитуриентов. Увидев синее море зурбов, в котором были вкрапления красных лиц стангов, тоже очень сильных и умных гуманоидов, я ощутила, что моя уверенность в себе пошатнулась.

– Айрос в переводе с зурбского означает первый учебный, – раздался над моим ухом спокойный мужской голос. Я вздрогнула и подняла голову. Рядом со мной стоял молодой зурб, еще один мой конкурент. В его красивых, идеально правильных чертах лица было столько спокойствия, что невольно захотелось залепить ему пощечину, чтобы стереть эту вселенскую надменность.

– Я разве с вами разговаривала? – выдавив из себя улыбку, спросила я не очень любезным тоном.

– Нет. Но ты наступила на ремень от моей сумки. Я решил, что ответив на твое, безусловно, верное наблюдение, смогу привлечь внимание.

Я действительно остановилась, чтобы изучить расписание перегожек, это местный общественный транспорт. Растерянно посмотрев себе под ноги, я поняла, что синюшный тип прав, мои белые кроссы безжалостно топтали серебряный ремень от его дорожной сумки.

– В такой толпе нужно держать свои вещи при себе, – сердито буркнула я и пошла вперед.

– Ты все равно опоздала на последнюю перегожку. Она только что отстыковалась от второй платформы. Следующая по расписанию через три часа, – любезно сообщили мне в спину.

Я скрипнула зубами, но обернулась, очаровательно улыбаясь:

– Меня зовут Виктория. Я думаю, мы вместе приехали поступать в ИЗАЗ.

– Неужели ты думаешь, что у тебя есть шансы? – очень серьезно, с интересом рассматривая меня, спросил зурб.

«Вот же высокомерный болван!» – ругнулась я про себя.

– Конечно, у меня меньше шансов, чем у тебя, но они есть. И я ими воспользуюсь!

Зурб хмыкнул и пошел.

– Эй, а ты не хочешь представиться? – возмутилась я ему в спину.

Он обернулся и с искренним удивлением посмотрел на меня:

– Я Орш…

– Вот и отлично, Орш! – перебила я зурба, зная, что они любят называть фамилии и еще какие-то понятные только им титулы и приставки, меня же волновало дело, – Ты как будешь добираться до академии?

– На парковке меня ждет вертоцикл, – сообщил мне ошарашенный моим напором Орш.

– Подкинешь? – кокетливо подмигнув, спросила я.

– Нет, – коротко, без пояснений ответил зурб.

И пошел. Я несколько секунд пыталась осознать, что мое природное обаяние и красота впервые дали осечку. У меня не было модельного роста или фигуры порно актрисы, но мое кукольное личико с маленьким аккуратным носиком и искрящимися голубыми глазами нравилось всем, сияющая здоровьем ровная кожа восхищала, а роскошные черные волосы заманивали в свои сети шаловливые ручки. Только рот у меня был посредственный, но ведь главное мозги!

Я кинулась за зурбом. Он уже вышел из космодрома и направился к парковке.

– Почему ты не хочешь меня подбросить? Это было бы любезно с твоей стороны. И ты сам сказал, что я тебе не конкурент.

– Мама советовала мне остерегаться землянок, особенно таких наглых, – равнодушно поведал мне Орш и даже бровью не повел в мою сторону.

Все-таки не зря у них стопроцентно работающие мозги!

Зурб уселся на крутой вертоцикл, черный, с хромированным рулем. Я запрыгнула на сидение за ним и обняла неподдающегося моим чарам парня сзади. Он замер.

– Пожалуйста, не бросай меня здесь одну, – слезливо проныла я.

Парень хмыкнул:

– Здесь безопасно, как и на всей планете Зурб.

И молниеносным движением разорвал мои объятия, сделал резкий разворот и тут же выпад, пытаясь перехватить мое плечо и скинуть со своего транспортного средства. Но мой отец не зря учил меня с года кунг-фу. Я уклонилась от выпада, перехватила руку и скинула с вертоцикла хозяина ударом локтя в грудь. Во время падения он ловко сгруппировался и приземлился на две ноги. Опять я была удостоена внимательным взглядом.

– Пожалуй, у тебя отличные шансы попасть в академию, – сделал мне комплимент зурб, сам того не желая, естественно.

– Так ты подкинешь меня? – сложив на груди руки, упрямо спросила я.

– Нет, – повторил упрямо зурб.

Не успела я глазом моргнуть, как он прыгнул ко мне, обхватил за талию, прижал к своей железной груди и выдернул мою попку с удобного сиденья. Этого было достаточно, чтобы деморализовать меня. У меня еще не было опыта близкого общения с мужчинами, чего организм требовал уже давно, но учеба и природная избирательность не способствовали... А тут такой красивый и сильный самец. Мои гормоны после пережитого стресса и так шалили, тут уж они устроили во всем моем теле бразильский карнавал. Я едва сознание не потеряла от ритмичного сердцебиения и шума крови в ушах, которые рокотали, скандируя: «Хотим его немедленно!»

Зурб что-то заметил или услышал (да не может быть!), хмыкнул, поставил меня на чисто вымытый тротуар, подпрыгнул с места на пару метров и приземлился на свой вертоцикл.

– Увидимся на испытаниях, – слегка улыбнувшись, сказал он мне и рванул с места.

– Вот же синяя зараза! – простонала я, пытаясь успокоить пляску крови в своих венах и придумать план дальнейших действий.

Чтобы вы не забывали о моих героях в ожидании следующей проды, я решила показать вам их. 
Виктория - решительная, сообразительная и весьма ловкая, в чем вы еще убедитесь. У нее один недостаток: она очень эмоциональная.

С одним из главных героев-парней вы уже познакомились. Это Галор - станг, гуманоид с красными волосами. Веселый и обаятельный, но рядом с ним лучше не расслабляться, парень себе на уме!

Еще один претендент на сердце нашей отважной Викки - это синекожий зурб. Очень умный и серьезный. Приехал в ИЗАЗ учиться, а не хороводы с землянками водить. Ну-ну...

Как вам герои? У кого-то уже есть предположения, кто победит на этом любовном фронте?