Исцели меня

Исцели меняЕкатерина Дако

Я неслась по знакомым коридорам, не чувствуя под собой ног. Это было так... это было...

Меня разрывало от эйфории! И если бы попросили выразить моё состояние одним словом, я бы сказала, что это - СЧАСТЬЕ! Настоящее, долгожданное, самое желанное и выстраданное...

Завтра, уже завтра у нас должно было произойти ЭТО! Самое важное событие, которое я ждала уже почти год.

Завтра в восемь утра нам с мужем должны были делать процедуру инсеминации! Для тех, кто не в курсе, это такая медицинская манипуляция по искусственному оплодотворению, после которой я могла, наконец, забеременеть и родить малыша. И жить в полноценной семье долго и счастливо. Растить сына или дочь, потом ждать их внуков, а потом, в глубокой старости, умереть с горячо любимым мужем в один день...

И сейчас, зажав в дрожащих от нетерпения пальцах два экземпляра договора, которые нужно было срочно подписать нам обоим, я летела, не замечая ни ступенек, ни коридоров, ни людей в них, окрылённая перспективами скорого материнства. Летела в кабинет к своему мужу, Верховину Егору Сергеевичу, начмеду областной больницы, в которой и сама работала врачом...

Дура!

Какая же я была дура!..

Если бы не была дурой, не ворвалась бы без стука к нему в кабинет, как делала это сто тысяч раз за четыре года нашего брака. И не застала бы там совершенно неожиданную и абсолютно безобразную в своей банальности и затасканности в дешёвых романчиках картину. Но при этом настолько неожиданную для меня, что я даже по инерции ещё сделала пару шагов вперёд, и лишь потом остановилась, чувствуя, как из лёгких выходит сам по себе весь кислород. И как вдоль позвоночника расползается мерзкое ощущение, что именно сейчас, в этот момент, случилась та точка невозврата, которая разделила мою жизнь на ДО и ПОСЛЕ.

Договора сами выпали из задрожавших пальцев, которыми я закрыла рот, чтобы не завыть на всю клинику. И я так и застыла посреди просторного кабинета мужа, не в состоянии не то что выбежать прочь, а даже сделать вдох или хотя бы моргнуть, смахнуть из поля зрения отвратительную картину, которую, наверное, никогда не смогу теперь развидеть.

- Аня, ты? Ты как здесь?.. - Егор, до этого развалившийся в своём кресле, после моего появления резко дёрнулся и попытался было встать.

Но сделать это сразу не смог. И тоже замер на миг то ли от удивления, то ли от понимания, что это - всё. Конец. Финита ля комедия...

А может придумывал, как выкрутиться и из столь "щекотливой" ситуации.

И только какая-то молодая красотка в белом халатике, едва прикрывающем её подкаченную задницу, ничуть не смущаясь лишних зрителей, не остановилась, не сгорела со стыда и не провалилась на месте сквозь землю. А так и продолжала полировать ртом детородный орган моего мужа...

Моего самого дорогого и любимого человека...

Сейчас же я видела перед собой совершенно чужого, не моего Егора. Больше не моего...

И от осознания того, что случилось, я одеревенела, словно статуя. Только вряд ли статуя способна была чувствовать ту душераздирающую боль, которая сейчас расползалась по венам, грозя довести меня до уплывающего сознания.

Но, как это ни странно, какой-то частью мозга я выхватывала совершенно ненужные мне подробности.

То, как привычно раздражённо скривился муж, когда попытка встать не удалась. То, насколько идеальная фигура у его любовницы. Стройная. И длинноногая. И что она в довершение ко всему - яркая блондинка... Полная противоположность мне...

А ещё почему-то бросился в глаза браслет на её правой руке. Точно такой же, какой я совсем недавно получила от Егора на Восьмое марта... и который сейчас калёным железом запёк моё запястье...

Я видела, знала, что Егор начал заводиться от того, что не мог разрешить неудобное ему положение дел одним щелчком пальцев. Или не мог выставить виноватой меня. И изо всех сил боролась с горечью, подступившей к горлу, в очередной раз осознавая свою несостоятельность теперь уже в качестве жены.

Значит, получается, в постели я его тоже не удовлетворяла...

И ребёнка родить не смогла...

Конечно, он справился с неожиданностью ситуации первым. Снова дёрнулся в попытке встать, рыкнув при этом яростно:

- Ты что, дура, двери не закрыла!?..

И, сжав в кулаке роскошные длинные волосы блондинки, потянул её голову назад.

"Это он кому сейчас про дуру?" - словно в замедленной прокрутке всплыло в моём отупевшем от осознания уже свершившейся катастрофы мозгу.

Скорее всего, обращение было не в мой адрес, а в сторону белобрысой любительницы орального секса, которую Егор за волосы чуть ли не с трудом, но всё же оттащил от своего паха, но дурой чувствовала себя именно я.

И не просто дурой! А самой дурной дурой из всех дур!

За то, что столько лет любила его. За то, что верила ему, отдавала всю себя нашей семье, хотела от него ребёнка... нашего, общего... ещё и желание на Новый год загадала...

Словно в немом кино смотрела, как девица повернулась в мою сторону и улыбнулась мне абсолютно без стеснения. Наоборот, настолько нагло, что моментально стало понятно, чья режиссура у этого спектакля.

- Аня, что ты хотела? - муж опять попытался взять ситуацию под контроль, но с расстегнутой ширинкой сделать это у него получалось явно не очень. А блондинка так и продолжала сжимать его член своей цепкой лапкой с длинными-предлинными наманикюренными ногтями... и золотым браслетом...

Я не понимала, почему не ухожу. Почему не оставлю этих двоих продолжать наслаждаться друг другом. Я просто стояла и молча, крича внутри от боли, и, словно ненормальная мазохистка, смотрела, как рушится на мелкие осколки мой внутренний идеальный мир. Мои мечты, мои надежды, ожидания... моё СЧАСТЬЕ... Смотрела и не понимала, как дальше жить...

И как начать дышать воспалёнными от нехватки кислорода лёгкими. Как не упасть в обморок прямо здесь, если моё сознание просто не справится с обрушившимся на него кошмаром. Нет, я не плакала, я просто отупела от той невыносимой раздирающей агонии, от бессилия и отчаяния, что сейчас выжигали, вытравливали кислотой всё, что было живого во мне.

- Аня! - резко дёрнулась от окрика Егора, убрав, наконец, ладони от лица и сделав такой необходимый вдох. - Что ты хотела?

В голове странно зашумело, но всё-таки с потоком втянутого воздуха немного прояснилось.

- Что я хотела? - проговорила я зачем-то вслух, но обращалась сейчас к самой себе, - До того, как зашла в кабинет, хотела подписей на договоре... А сейчас хочу развод...

И зачем-то стала подбирать с пола рассыпавшиеся бланки двух экземпляров, которые теперь никто уже не подпишет...

Краем сознания я понимала, что должна уйти, убраться из этого кабинета, из этого кошмара, но я знала, что это ничего не изменит. Что кошмар теперь будет не снаружи, а внутри меня. Будет убивать каждую минуту моей жизни, что теперь просто потеряла смысл.

Поэтому, закончив с собиранием страниц, прижала их к груди, словно хотела пожалеть за ненадобностью, и так и осталась стоять, не в силах сдвинуться с места, настолько меня оглушило нереальностью происходящего. Наверное, я просто не понимала, что дальше делать и куда идти...

Это же на развод нужно подать... и жильё найти... и вещи собрать...

- Когда? - Егор всё-таки вырвался из цепких когтей девицы, встал из своего кресла, застегнул ширинку и двинулся ко мне.

- Что? - подняла на него глаза, не поняв сначала вопроса. - Когда развод?

- Инсеминация когда!? - зарычал муж, ожидаемо теряя терпение от моей тупости. - И какой, нахрен, развод!?

- Инсеминация завтра, - ответила чисто автоматически. - И я тебе говорила, что перед ней нужно воздержание в течение трёх дней...

Господи, зачем я это сейчас произнесла!..

И почему на губах стало так сóлоно...

- Но теперь уже всё равно не получится... - это тоже было сказано не для него, для меня. - А развод, наверное, через месяц.

Егор подошёл почти вплотную, привычно засунув руки в карманы халата...

Такой знакомый, родной жест... такой любимый... раньше...

- Почему не получится? - муж, вернее, будущий бывший муж, смотрел на меня совершенно обычно, даже без малейшей тени вины на красивом мужественном лице. - Я же не кончил. Извини, забыл, что ты предупреждала...

Наверное, если бы я не находилась в странном спасительном отупении, задохнулась бы от его слов и тона, каким они были сказаны. От того, что, получается, никакой другой вины, за которую нужно было бы извиниться, он не чувствовал...

И по-хорошему, сейчас мне нужно было влепить ему пощёчину. Или заорать, чтобы он замолчал. Или...

Но я как замёрзла с самого начала, увидев эту сцену, так и не смогла выплеснуть никаких эмоций и сейчас. Позже. Знала, что меня накроет позже. Когда я буду выть в подушку, проклиная свою женскую несостятельность и лишние килограммы, заставившие Егора смотреть налево на других. Когда буду заливать своё горе коньяком и плакаться в жилетку подруге Ритке, которая совсем недавно прошла через те же грабли. Когда я....

Нет, это всё будет позже...

А сейчас я просто развернулась и направилась к выходу, понимая, что говорить нам больше не о чем. Просто сделала несколько шагов от человека, которого ещё пару минут назад считала самым близким на Земле, и которй оказался совершенно чужим... Знакомым незнакомцем...

- Аня, подожди! - Егор схватил меня за руку чуть выше локтя и попытался развернуть к себе в тот момент, когда я уже взялась за ручку двери. Схватил той же самой ладонью, которой до этого держал блондинку за волосы. И от осознания этого факта захотелось не просто вымыться с мылом, а вывернуть себя наизнанку, только бы не понимать, что он одновременно спал и со мной, и с ней...

Дернулась посильнее, но он не отпустил. Ну понятно, ещё не всё сказал. Последнее слово ведь не за ним осталось...

- Она что, ещё и бесплодная? - за спиной внезапно прозвучал нахальный голос девицы, которая, наконец, поднялась с колен, видимо уяснив, что продолжения банкета не будет. - Так давай я тебе рожу! В чем проблема?

Ну почему, почему я не ушла раньше, когда никто не держал!

Дура, да...

- Заткнись, Вика! Через рот дети не рождаются. Даже через такой рабочий, как у тебя, - огрызнулся злобно Егор.

Вернее, Верховин Егор Сергеевич.

Мой муж.

Бывший...

- Аня! - это уже ко мне, да? - Да подожди ты, не вырывайся! Нам нужно поговорить!

Господи, как я всегда смеялась над подобными фразами, услышанными в кино или прочитанными в книгах! Как это звучало пошло и... дёшево...

А теперь вот...

Захотелось внезапно захохотать, но одновременно почему-то и слёзы навернулись на глаза, как я ни старалась сдержаться.

- Иди с рабочим ртом разговаривай! - всё-таки смогла ответить достойно, хоть и сорвавшимся голосом, и, наконец вырвавшись из захвата мужской руки, распахнула пошире двери в спасительный коридор. - А меня оставь в покое!..

Дорогие мои!

Рада всех приветствовать в новой истории про доктора Аню. Книга планируется довольно эмоциональной, потому что наша Аня совсем неидеальная, да. И в некоторых моментах очень неуверенная в себе. Но это ведь не повод не хотеть любить и быть любимой, правда?

Продолжение первую неделю каждый день, потом постараюсь через день 😉

Не забудьте добавить книгу в библиотеку, чтобы не пропустить выход продолжений 🥰 И очень хотелось бы в качестве поддержки нашей героини ей побольше звёздочек от читателей ⭐️⭐️⭐️

Глупо было надеяться, что, покинув кабинет Егора, мне станет легче. Наоборот, стоило мне оказаться вне пределов досягаемости его внимательного и совершенно не выражающего угрызений совести взгляда, как меня тут же накрыло. Бесконечные коридоры, больничные запахи и спешащие куда-то люди слились в единую безликую декорацию, которую я будто бы не замечала. И на фоне которой казалась себе маленькой крупинкой мироздания за мгновение до того, как её поглотит огромное и бескрайнее море боли...

Хотя... не такой уж и маленькой, да. И скорее не крупинкой, а толстым и неповоротливым бревном...

Не зря же Егор меня на такую секси поменял...

Тут же вспомнились все его намёки на мои лишние килограммы, и раньше задевающие довольно глубоко, а сейчас вообще режущие по живому. И то, что в постели я его устраивала далеко не всегда. Особенно когда не удавалось достаточно натурально симулировать оргазм. Он ведь пару раз меня даже фригидной назвал...

А что я могла поделать, если желание зачать ребёнка и мысли о том, получится ли у нас именно в этот раз, совершенно сбивали и романтический настрой, и возбуждение, и вообще...

А таблетки, которые я пила уже почти два года, чтобы нормализовать гормональный фон, намертво приклеили к моим бёдрам и животу лишние двенадцать килограмм. И сколько я ни пыхтела в тренажёрном зале и на фитнесе, мои габариты никак не хотели уходить.

А теперь получалось, всё это оказалось бессмысленно! И гормоны, и бесконечные визиты в клинику репродуктивной медицины, все мыслимые и немыслимые обследования и лечебные процедуры... Никакого ребёнка в любом случае уже не будет! И не потому что у нас с мужем оказалась какая-то там несовместимость, и зачать естественным путём всё равно не получилось бы... А потому что... теперь вот и искусственным тоже... Никогда... не будет малыша...

В груди, к которой я так и продолжала прижимать смятые бланки договора, жгло невыносимо. И я брела, сама не понимая, куда иду, хотя знала эту больницу, как свои пять пальцев. Но сейчас я практически потерялась. Заблудилась. И... мне было всё равно. И очень больно... Больно так, как не было никогда в жизни...

И сознание почти отключило меня от окружающей действительности.

Странным было только, что кто-то громко и очень горько ревел прямо рядом со мной. Оказалось... что это я, я сама рыдала в голос, оплакивая своё несостоявшееся, невозможное, несбывшееся счастье...

Наверное те, кто видел меня в коридоре, думали, что я потеряла кого-то из близких. Это ведь и не удивительно, в больнице всякое случается.

А я... да, я потеряла. Потеряла своего сына... или дочку... Потеряла, даже не сумев обрести...

- Анька! - донеслось, словно сквозь пелену откуда-то издалека.

И даже голос был вроде как знакомый. Но всё равно этот окрик не смог пробиться через скорлупу моего отчаяния и горя.

- Аня! - кто-то даже схватил меня за рукав. - Ань! Ну!

И внезапно чьи-то руки обняли, заставляя остановиться. Обняли не сильно, но крепко. Уверенно. Надёжно.

- Ну ты чего, дурында, ревёшь? Не взяли на процедуру, что ли?..

Процедуру...

- Н-не будет н-никакой п-процеду-ууурыыыы... - зарыдала я совснм уж навзрыд, уткнувшись лицом в мягкое плечо и наконец осознав, кто сейчас крепко обхватил меня за плечи.

Ритка.

Моя самая дорогая и близкая подруга.

Единственная, кто знал о моих проблемах в плане деторождения. И, кстати, единственная, кто терпеть не мог моего мужа...

- Почему не будет? - удивилась она, не поддаваясь моей истерии.

А я... я не знала, как ей рассказать о той мерзости и унижении, которые пережила только что...

Об этом хотелось забыть навсегда. Насовсем. Как страшный сон...

Но развидеть ту картинку никак не получалось. Я и сейчас, словно в живую, видела мужа... и её...

- Он... - начала я, но захлебнулась в новом потоке рыданий. - Он... там... с ней...

Хотела показать рукой себе за спину, предположительно в направлении кабинета Егора, но мои руки оказались прижаты к моей же груди вместе с дурацкими листами договора. А я вся оказалась обхвачена объятиями подруги, которая утешающе поглаживала меня по спине.

- Егор, да? - она поняла всё даже из моих обрывков фраз. - Ну, сука! Урод конченый! Проявил таки свою кобелиную натуру!..

Я была готова к тому, что Ритка сейчас скажет что-то типа "А я тебе сто раз говорила, дуре бестолковой!.."

Но она промолчала и по поводу моей глухоты к её советам, и в отношении моих умственных способностей. Знала, наверное, что будет только больнее.

- Короче, - я почувствовала, как Рита внезапно вся подобралась и словно получила новый заряд энергии. - Сейчас едем к тебе, собираем шмотьё этого ушлёпка и вышвыриваем на лестницу! Главное успеть до того, как он с работы вернётся! И я Кольку, соседа, попрошу приехать, замок тебе поменять...

Да, деловой хватке подруги всегда можно было позавидовать.

- Рит, я... - отстранилась от неё и отупело уставилась в пышущие яростным блеском глаза. - Это же наша квартира... Мы же...

- Ань, ты дура, да!? - она таки назвала вещи своими именами.

Да ещё и пальцами перед моим лицом пощёлкала, явно призывя очнуться от морока, в котором я находилась последние десять минут. А может последние четыре года...

- Это твоя квартира! - подруга проговорила по слогам. - ТВО-Я!!! Она тебе ДО свадьбы досталась! От родителей. Когда они в деревню переехали.

И продолжила уже на ходу, схватив меня за руку и волоча куда-то по коридору:

- Так что давай, руки в ноги и вперёд! Давно пора было вышвышнуть этого мудака из твоей жизни!..

- Я тоже виновата, - слёзы, временно вытесненные бурной деятельностью Ритки, опять навернулись на глаза. - Если бы не была такой толстой и родила бы ему ребёнка...

Она даже не стала ничего мне говорить. Отмахнулась от меня свободной рукой, покрепче перехватила моё запястье второй и, не сбавляя шагу, ринулась исполнять свою заветную мечту - избавлять меня от мужа...

Наверное, не встреть я тогда Ритку, идущую после дежурства и планёрки домой, всё сложилось бы по другому. Но подруга как знала, в какой момент возникнуть из ниоткуда. И ещё лучше знала, что нужно делать в таких случаях. Просто совсем недавно, буквально каких-то пару месяцев назад так же точно застала своего бывшего мужа с любовницей...

Наверное поэтому настолько рьяно и взялась "очищать" мою жизнь от Егора, вымещая на него желание отомстить не только за меня, но и за себя.

И я даже не смогла в полной мере предаться горю и оплакать мой так бесславно закончившийся брак. У меня было лишь совсем немного времени в машине, когда мы ехали ко мне домой и я ещё продолжала реветь от осознания своей дурости и никчемности. И от понимания, что все мечты и надежды безвозвратно крушатся прямо в эти минуты и навсегда рассыпаются по ветру, как песок между пальцев. Мечты о настоящей семье, о любящем муже и детях, о "жили они долго и счастливо..."

И Ритка, надо отдать ей должное, даже не лезла ко мне с утешениями и комментариями все те десять минут, пока мы ехали. Лишь выдернула из моей руки телефон, засветившийся в какой-то момент именем Егора на экране. Отобрала гаджет и, остановившись на светофоре, отправила номер моего мужа в чёрный список.

- А вдруг он... - непонятно зачем начала было я, хотя сама прекрасно понимала, что разговаривать нам с ним больше не о чем.

- Не вдруг! - огрызнулась подруга, лихо заруливая в мой двор. - Нахрен его! Поняла?

Умом я, конечно, поняла, да. Но как было смириться с тем червячком сомнений о собственной вине в случившемся.

- Давай, выходи! Будем тебя от всякой погани исцелять...

Ещё на парковке возле больницы она позвонила неизвестному Кольке и продиктовала ему адрес. А я... я и тогда пыталась её остановить. Но подруга пёрла, как танк, словно сейчас не утешала меня из-за измены мужа, а осуществляла свою давнюю мечту.

А может, так оно и было...

Войдя в мою квартиру, в которой в последнее время она бывала только в отсутствие Егора, Ритка сразу взялась за дело. И у меня снова не осталось времени для того, чтобы полноценно оплакать свой неудавшийся брак.

Пустые чемоданы были выгружены из угла гардеробной, и в них методично, полка за полкой, отправлялись все вещи моего мужа. Почти уже бывшего...

- Рит, подожди, - я хотела было вынуть у неё из рук свадебную фотографию, небрежно сдёрнутую со стены, но подруга и тут не дала слабину.

- Нахрен этот иконостас! - второе совместное с Егором фото было так же непочтительно сорвано и отброшено в один из чемоданов. - Как говорится: с глаз долой - из сердца вон! А то начнёшь тут смотреть на вашу "счастливую жизнь" и сопли распускать!..

Теоретически она, конечно, была права, но практически...

И, как бы не было больно, всё же мне пришлось сдаться. В итоге, на стене остались только мои собственные фото в количестве двух штук. Остальные были закинуты к прочим вещам Егора.

- Сейчас Колька придёт и вышвырнет этот хлам на лестницу!.. - Рита, явно кайфуя, в очередной раз прошлась с проверкой по комнате и со злорадной усмешкой, словно мерзкого таракана, извлекла с подоконника деревянную статуэтку будды. Кстати, любимую вещицу Егора, которую мы с ним привезли из Таиланда и над которой он трясся, как над живой, веря, что она приносит удачу. А Ритка её, как в баскетбольную корзину, швырнула в последний ещё не закрытый чемодан. И сверху на неё водрузила пару не очень чистых мужских ботинок, вынутых из-под батареи, где они сохли со вчерашнего вечера.

- Ну вроде здесь мы всё от этой скверны очистили, - она снова прошлась по нашей супружеской спальне и направилась в гостинную. - Двай теперь здесь посмотрим...

Я не стала смотреть. Знала, что подруга сделает всё в лучшем виде. Как не стала выходить и к так называемому Кольке, явившемуся для замены замков.

- Рит, не надо чемоданы на лестницу, - вяло заметила между опять накатившими рыданиями, уставившись в чашку с остывшим чаем. - Там же вещи ценные... Могут украсть...

- Да и похрен! - да, подруга явно недолюбливала моего мужа. - Так даже лучше. Останется твой красавчик не только с голым членом наперевес, но и с голой жопой!

И она, поддерживаемая невидимым мне Колькой, захохотала над собственной шуткой.

- Рит, пожалуйста, - я всё-таки попыталась остановить безумие. - Оставьте чемоданы в коридоре, и замок туда не меняйте. Только в квартиру...

Я думала, сборы вещей и смена замка продлятся до вечера, но уже в три часа дня всё было сделано. Чемоданы сгружены неаккуратной горой под стенкой во входном тамбуре, замок в саму квартиру поменян, а Колька выдворен за дверь с припрятанной во внутреннем кармане куртки купюрой.

- Ну что, Анют, давай, бери паспорт и свидетельство о браке - и поехали! - отдала новую команду неугомонная подруга.

- Но... - я совсем не была готова к тому, что подам на развод так быстро. Мне казалось, что у меня есть ещё время подумать. Всё взвесить...

Хотя... что тут взвешивать? Сердцем я бы может, Егора и простила, но стоило представить, что он совал свой... ну... совал в... а потом опять спал со мной... Нет, это лучше было не представлять, чтобы не стошнило прямо на стол, за которым я так и сидела, не в силах встать.

- Где документы? - подруга конечно же не сдалась под моим умоляющим взглядом о том, чтобы меня все оставили в покое.

Пошла и достала из ящика свидетельство, которому скоро должно было исполниться четыре года. Порылась у меня в сумочке, проверяя, на месте ли паспорт, и, потянув за руку, таки поставила на ноги.

- Давай, иди, переодевайся! - опять скомандовала мне, как маленькому ребёнку.

- А так нельзя?

На мой взгляд, одета я была вполне прилично, в джинсы и пудрового цвета худи.

- Так - нельзя! - Ритка отрезала абсолютно категорично. - Так на тебя в клубе ни один нормальный член не встанет! Давай, юбку надень или что-то такое...

- Рит, в каком клубе? - даже само слово вызывало ломоту во всём теле. - Я не хочу в клуб. Я спать хочу...

Но подруга и тут не смутилась.

- Да знаем мы твоё - спать. Будешь ты тут спать, ага. Особенно когда твой Егорчик придёт и обнаружит своё хламьё перед закрытой дверью. Нет уж, милая моя! Сейчас едем в ЗАГС, подаём на развод, потом можем у меня передохнуть, а потом обязательно сгоняем в клуб. Развеем твою хандру, так сказать...

И я сдуру согласилась на этот весьма сомнительный план. Знала бы тогда, как всё в итоге обернётся - ни за что бы не поехала!..

Но в итоге я всё-таки успела до конца рабочего дня и переодеться в "приличный лук" под пристальным вниманием подруги, и подать заявление на развод, и даже очутиться в весьма сомнительном на мой взгляд заведении.

И сейчас сидела на балкончике какого-то клуба, потягивая третий, а может четвёртый или даже пятый коктейль, и сквозь пелену пьяных слёз сверху вниз рассеянно смотрела на двигающихся в синхронном ритме девушек и парней. Рядом естественно была Ритка, которая тоже не отставала от меня по количеству выпитого алкоголя. Только по ней это было не особо заметно...

- ...Может быть, если бы я так не зацикливалась на ребёнке... - провыла я, делая очередной глоток сладкого-пресладкого бейлиза. - Если бы не пила эти дурацкие таблетки... я бы...

Почему-то зал передо мной стал раскачиваться из стороны в сторону. И я, чтобы прекратить это качание, отпила ещё немного из своего стакана.

- ...и не расплылась бы, как корова... не была бы такой толсто-о-ой!..- размазывая слёзы по лицу, запричитала, забыв про то, что я в общественном месте.

- Ты не толстая, Анька, ты дурная! - икнув, попыталась вразумить меня Ритка. - И если бы ты не была такой дурной, даже на порог этого гондона перфорированного не подпустила бы!

Она, скорее всего, говорила что-то важное и правильное, но я её почти не слушала.

- ...И если бы я во время секса думала о сексе... - продолжала я страдать дальше, - ...может, Егор бы и не стал искать никого на стороне. А так... понятно, любой бы не выдержал...

Наверное, я всё-таки выла довольно громко, если отдыхающие за соседними столиками начали на меня оборачиваться.

Но мне было всё равно. У меня было ГОРЕ!

- И я...

- Слушай, подруга! Я сейчас, как твой Егор, тоже не выдержу! - раздался совсем рядом, с соседнего диванчика, голос, от которого даже коктейли задрожали, как при землетрясении. А мне захотелось пригнуться и заползти под стол. - Задолбала уже горлопанить! Вали домой и там вой! Я сюда расслабляться пришёл, а не херню эту твою заунывную слушать!..

Инстинктивно прижала уши и резко развернулась назад, чтобы хоть посмотреть на обладателя этого голоса перед тем, как он меня прихлопнет, как мошку.

Но лучше бы не разворачивалась! Потому что к такому даже после звука его голоса я была не готова. Вернее, к ТАКОМУ!!!

Мужчина, вернее, мужик, а ещё вернее - бугай, сидевший за соседним столиком боком к нам, оказался не просто большим, а огромным! Словно лесоруб или... или викинг какой-то. Головорез, короче. С бородой в пол-лица, нахмуренными бровями, из-под которых глаз было почти не видно, с короткой стрижкой под ёжик, а ещё с широчезными плечами, совершенно не вмещавшимися в надетую на них косуху, и с татуировками, полностью покрывавшими выглядывавшие из рукавов кисти рук.

При виде последних я даже рот раскрыла. Ну потому что невозможно, просто нереально было иметь руки ТАКОГО размера...

- Челюсть подбери! - прорычал мужик, видя, что я реально обалдела от его внешнего вида. - А лучше вообще рот не раскрывай! Нихрена полезного оттуда всё равно не вылетает...

И он немного подался в мою сторону, а я от испуга чуть не подскочила с дивана и не бросилась бежать наутёк.

Но выпитый алкоголь, к сожалению, сделал своё дело, и я смогла только икнуть, а потом крутануться обратно в сторону подруги, и то не очень элегантно, слегка завалившись в бок.

По лицу Ритки поняла, что она тоже находится в не меньшем шоке.

- Интересно, скольких несчастных он в ближайшем лесочке прикопал? - прошептала подруга, но я, даже не смотря на громкую музыку, услышала.

Видимо, чувство близкой опасности обострило мои способности до животного уровня.

- Рит, пойдём отсюда, а? - я ещё и наклонилась поближе к столу, и с целью конспирации тоже зашептала, чтобы тот, за соседним столиком, не услышал мой гениальный план. - А то...

Но Ритка, только пару минут назад заказавшая обновить коктейли, внезапно возмутилась. Видимо, коктейль сейчас хотела больше, чем жить...

- Никуда я не пойду! - в ней точно говорил алкоголь, задавивший в зародыше инстинкт самосохранения. - Кому не нравится - пусть уши заткнёт!

Последние слова она произнесла явно громче, чем следовало бы, если мы хотели выйти из клуба на своих двоих, а не выкатиться на носилках скорой помощи.

И я даже голову в плечи втянула. Потому что понимала, что если бугай двинется в нашу сторону, первой по-любому заденет меня.

А мне, не смотря на лишние килограммы, много ли надо...

- Эй ты! - бас из-за соседнего столика не заставил себя ждать. А потом раздался скрип ножек этого самого столика. - Ты щас это кому ваще вякнула?..

Последние слова я услышала уже с приличного расстояния. Потому что мои ноги, даже не смотря на количество выпитого спиртного, всё-таки очень захотели жить. Поэтому очень быстро распрямили мою тушку в вертикальное положение и помчали в направлении выхода. А руки по ходу действия подцепили вяло сопротивляющуюся Ритку и практически понесли по заданному ранее вектору.

- Давайте-давайте, шуруйте отсюда! - послышалось из-за спины громогласное.

И уже намного тише и не так агрессивно:

- Платоха, ты какого х@я тёлок распугал. Я ту рыжую склеить хотел...

Господи, хорошо, что я - не рыжая!..

Я не очень помню, как мы вышли из клуба. Кажется, даже заплатили на баре за коктейли. И ещё и в туалет сходили. Но на первом этаже было совсем уж громко, поэтому мы выбрались на улицу... А потом Ритка вызвала такси...

И я с ужасом увидела, что она отрубается прямо на ходу. Ну понятно, бессонная ночь на дежурстве давала себя знать. А ещё алкоголь... Поэтому я даже придержала её под локоть, пока мы стояли возле фонарного столба и тихо подхихикивали, что остались невредимы. А потом я помогла подруге разместиться на заднем сидении, причём почти лёжа. И хотела уже сама занять переднее пассажирское, как внезапно мой пропитанный алкоголем мозг пришёл в неописуемый ужас.

- Слушай, я свой телефон найти не могу, - прошептала я подруге, уже закрывшей глаза и скорее всего ничего больше уже не слушавшей. - Он не у тебя?

Естественно, никакого ответа от Ритки я не дождалась.

- Пожалуйста, подождите меня немного, - попросила я таксиста, явно недовольного таким раскладом вещей. - Я быстро. Туда и назад...

И, не получив никакого ответа и от него тоже, захлопнула двери машины с шашечками и как могла быстро заспешила к зданию клуба.

Но тут же вспомнила, почему мы оттуда так срочно эвакуировались... и стала, как вкопанная.

Нет, остаться без телефона было не вариант. Но и возвращаться туда, где находился тот громила, тоже не виделось возможным.

Тогда что же было делать?..

Даже своим не очень ясным разумом я понимала, что мне нужно что-то решать, и желательно как можно быстрее. Потому что такси не могло ждать меня всю ночь. И, как бы мне ни хотелось сейчас забраться в машину и уехать из этого места, свой телефон я оставить просто так не могла. И не только потому, что там была половина, а может и вся моя жизнь, но и потому, что просто любила этот гаджет. Срослась с ним, можно сказать. И плевать, что его мне подарил когда-то Егор...

В итоге, собрав всю свою силу воли в некрепкие руки и покачиваясь на таких же некрепких ногах, обутых стараниями Ритки в довольно высоке каблуки, я всё-таки двинулась в сторону клуба.

Идти было всего ничего, но за это время я совершенно реально представила, как подхожу обратно к диванчикам, на которых мы с подружкой сидели, а там меня уже ожидает людоед. Ну, который наш сосед по столику. И как он кладёт меня на одну свою ладонь, а второй прихлопывает. И от меня остаётся только мокрое место, хоть и довольно объёмное.

Почему-то при воспоминании об огромных мужских ладонях, покрытых татуировками, вспомнилась шутка про Челябинских мужиков. Ну, что они, в смысле, мужики, настолько суровы, что у них в ладони умещается сразу две груди Анны Семенович. И, пьяненько хихикнув и мысленно попросив прощение у Ани, я всё-таки вошла в здание, придержавшись за дверной косяк. На второй этаж почему-то шла на цыпочках, словно боялась потревожить отдыхающего мордоворота даже просто своими шагами, которые на фоне бахающего ритма с танцпола вряд ли бы услышала даже я сама. Но он ведь мои завывания по поводу Егора услышал! Хотя сидел довольно далеко... Может у него не только габариты огромные, но и какие-то сверх-способности имеются. Например, обострённый слух. Или нюх. Да, ему бы в его бандитской профессии это было очень кстати...

Только, выглянув из-за угла на балкончик второго этажа, в том месте я его не увидела. Как и второго мужчины, ну, его друга, любителя рыженьких, которого и рассмотреть-то почти не успела, впечатлённая габаритами первого мужика.

Облегчённо и протяжно выдохнула, осознавая, что я и дыхание даже задержала на всё то время, пока пробиралась по клубу. И уже намного более уверенно, хотя и всё так же неустойчиво, двинулась на поиски своего телефона.

На удивление, оба столика оказались ещё не заняты другими посетителями, и надежда, что мой гаджет найдётся, всё-таки оставалась. Но очень быстро растаяла, стоило мне приблизиться к своему диванчику. Потому что он оказался абсолютно пуст. Как и уже убранный после нас стол.

"Значит, здесь был официант, - вяло зашевелились логические цепочки в моей голове. - И он мог увидеть мой любимый самсунгик и забрать его... Значит, нужно найти официанта... Но не факт, что он отдаст..."

Но тут же в голову пришла ещё более ужасная мысль. А вдруг это не официант, а тот, ну, который наш огромный сосед, обнаружил мой телефон и забрал его. Не зря же Ритка про него сказала, что он из этих, из братков. Мог и прикарманить...

Слёзы, о которых я забыла за текущими переживаниями сначала о собственной целостности, а потом о своём мобильном, тут же выступили на глаза и покатились по горящим от обиды и бессилия щекам. И я с ужасом представила себе, что нужно будет восстанавливать всё, что было в телефоне...

Тут же некстати вспомнилась безобразная утренняя сцена с Егором и его фигуристой любовницей. И я зарыдала уже совсем всерьёз...

Понимала, что должна идти, потому что такси не могло ждать меня до утра. Но тут мне в поле зрения попался наш официант, принёсший заказ какой-то компании совсем ещё подростков. И мне пришлось подождать, пока они разберутся, кто что заказывал и в каком количестве, и только потом не очень связно объяснить, в чем моя печаль.

Но после того, как парень внимательно выслушал мою почти бессвязную речь и отрицательно покачал головой на мой вопрос о потерянном телефоне, мне стало совсем-совсем плохо. Просто невыносимо...

Не очень помню, как спустилась на первый этаж, но ноги, к счастью, не сломала. Зато зацепилась колготами о перила и получила огромную дыру прямо на колене. Дальше зачем-то пошла через середину танцпола, хотя могла его обойти и не получить увестистый пинок под рёбра от танцующего, словно в трансе, и даже не извинившегося молодого человека. Пока потирала ушибленное место, на ногу больно наступила ещё чья-то нога...

Я не понимала, в чём я провинилась перед судьбой и почему на меня свалились разом все несправедливости мира. Но, выйдя наконец из клуба, осознала, что всё, что было до этого - просто ерунда. Потому что такси, в котором меня должна была ждать Ритка и в котором я оставила свою сумочку с деньгами, бесследно исчезло. И никакие поиски на парковке и дальше, на подъездной аллее, не помогли отыскать заветную машину с шашечками и подругой внутри.

От отчаяния я даже не очень представляла, куда иду. И совсем не могла сообразить, что мне делать дальше. Без денег, без ключей от квартиры, без мобильного... Без мужа, которому раньше позвонила бы с чьего-нибудь телефона в первую очередь. Но не теперь, не в сложившихся обстоятельствах. И без Ритки, которая наверняка сейчас беспробудно спала в теплом салоне машины...

А я... в какой-то момент я обнаружила себя сидящей прямо на газоне почти в кустах возле дурацкого клуба. Без натёрших водянки и валявшихся рядом туфель, с огромной дырой на колготах, расползшейся до невероятных размеров, и наверняка размазанной по лицу косметикой. А ещё - с воспоминаниями о изменщике-муже, почти уже бывшем, кстати, и с полнейшим непониманием, как жить дальше. И за что мне всё это...

Не знаю, сколько времени я так просидела, глотая слезы, которые всё катились и катились по лицу. Наверное, долго. А может всего минут десять. Только моё отчаянье почти уже достигло края, за которым наверняка поджидала депрессия, если бы не огромные чёрные кроссовки адидас, внезапно появившиеся в поле зрения. Очень туманного зрения.

- Ты не за этим, случайно, убиваешься? - раскатистый голос заставил в буквальном смысле подскочить на месте. - Или ты по жизни воешь по поводу и без?..

"Бежать!!! Бе-жа-а-ать!!!" - была первая и единственная мысль в моей голове.

И бежать как можно скорее и как можно дальше.

И я бы, наверное, ринулась наутёк даже ползком по газону, даже в кусты, если бы не бросила послелний отчаянный взгляд вверх, на своего "нового знакомого" и не увидела в его руке...

Нет, это не могло быть правдой!..

Но это ведь мне не казалось, да?..

В его лапище чётко был виден мой мобильный. Мой родной, милый, ненаглядный, самый лучший в мире телефончик. В розовом с серебристыми стразиками чехле. Довольно странно смотрящийся в огромной ладони с мощными крепкими пальцами, покрытыми вязью татуировок...

- Твой же? - мужская ручища приблизилась ко мне, явно предлагая забрать гаджет.

Но от одной мысли, как мне нужно будет поднять руку и тем самым приблизиться к мужчине, я застыла в тупом онемении. И даже оттолкнулась пятками от земли и рывком переместила пятую точку назад, когда мужик, не дождавшись от меня никакой реакции, сделал шаг в мою сторону.

- Да бери уже, ну! - и вот вроде говорил он вполне миролюбиво, даже вроде как с сочувствием, но от его баса и наводящих панический ужас размеров я невольно отползла по траве на попе назад ещё на несколько сантиметров. Так, что чётко упёрлась спиной в ветки кустов.

Почему-то в голове всплыла мысль, что его, мужка этого, в смысле, кажется, Платоном зовут. Вроде бы мне так тогда от его друга послышалось...

Господи, ну за что!?..

За что ты послал мне все эти ужасы и испытания? Почему, почему именно этот огромный и страшный мужик нашёл мой телефон? А потом ещё и меня обнаружил...

А я даже сбежать от него больше не могла...

От чудовищной несправедливости, которая сейчас происходила в моей жизни, а может быть просто чтобы было не так страшно, я не придумала ничего лучше, как закрыть лицо руками и горько заплакать.

Знала, что этим могу разозлить вроде-бы-Платона только сильнее, как это было в клубе, но ничего не могла с собой поделать.

- Эй, ну ты чего? - я не видела, но почувствовала, ощутила опасность спинным мозгом, когда он внезапно присел на корточки возле меня. Словно мышеловка захлопнулась.

И я совсем уж позорно отползла ещё назад, больше не обращая внимания на впившиеся в задницу колючки, а в спину - ветки, которые захрустели от моей попытки просочиться сквозь них.

- Ты чего, боишься меня, что ли? - рычание, которое явно проступило в мужском голосе, заставило меня всё же открыть глаза.

Он оказался совсем близко. Так, что я даже захлебнулась воздухом от испуга, увидев всего в нескольких десятках сантиметров от себя огромную мощную фигуру. И даже в очень неярком свете фонарей различила под нависшими бровями никак не сочетавщиеся с образом бандита совершенно добрые и даже какие-то лучащиеся весельем глаза.

Ему, значит, весело, да?

- Ты поэтому так быстро сбежала, что даже телефон выронила? - надо же, догадливый какой! Просто член клуба "Что?Где?Когда?"

На мужских губах, почти неразличимых из-за густой растительности, внезапно заиграла улыбка... Но страшно от этого стало только сильнее. От того, что он понял, что я его боюсь.

И я по-немногу, как можно незаметнее, снова устремилась назад, стараясь слиться с окружающей меня растительностью.

- А подруга где? - не унимался этот доморощенный следопыт, так и продолжая сидеть рядом. - И ты чего здесь прячешься? Чего домой не едешь?..

Да, домой! Правильно! Мне срочно нужно домой! В родные стены, которые, говорят, лечат. А для этого... для этого мне нужен телефон!..

И...

Словно в омут с головою, боясь передумать, резко подняла руку и вырвала свой драгоценный мобильный из мужской ладони. Прижала к груди, как самую ценную ценность.

И отползла ещё назад, понимая, что прошла уже почти насквозь через живую изгородь.

- А спасибо сказать? Ну, типа, поблагодарить... - мужик, который вроде как Платон, усмехнулся. И от того, что его улыбка была больше похожа на ухмылку, а ещё больше - на звериный оскал, меня словно ледяной водой облили. А может, кипятком обварили. Только стало очень и очень страшно. Намного страшнее, чем раньше.

Это он сейчас... это в смысле... он на какую благодарность намекнул?..

Господи, о чём я думаю! Кому я такая корова нужна!? Да еще и грязная, и с наверняка растёкшейся по лицу косметикой, и с жутким перегаром... и колготы порваны, и юбка задралась совсем уж неприлично, пока я сдавала задним ходом в кусты... На меня сейчас встать может только у какого-то нереального извращенца. А этот вроде...

Перевела мутный взгляд на мужика, так и сидящего на корточках рядом со мной.

О боже!

Даже сидя он казался огромным. И страшным. С вот этой его бородищей на пол-лица, с широчезными плечами и такой же мощной шеей. Просто медведь какой-то. И эта почти бритая голова усиливала впечатление, что я попала в лапы жуткого криминального отморозка, лёгким движением руки ломающего хребты своим конкурентам...

Но почему-то, посмотрев на него, как на потенциального сексуального партнёра, пусть и насильника, стало совсем немножко не так страшно.

Я же из ума не выжила, нет?

Только и пахло от него очень приятно. И глаза под густыми бровями вроде бы были не злые, а смеющиеся, что ли...

- Сп-пасибо, - прошептала ему онемевшими дрожащими губами, мысленно молясь всем богам, чтобы хватило и такой благодарности. - До с-свиданья...

Наверное, последнее я ляпнула зря, но очень уж мне хотелось остаться одной, без него...

- Бывай здорова, красавица! - мужик нахмурился, явно давая понять, что и ему моя компания не доставляет удовольствия.

А может обиделся, что пытаюсь от него избавиться?

Да нет, точно нет!..

И я выдохнула даже от облегчения, наплевав на его стёб по поводу моей расчудесной красоты, когда он наконец распрямился и сделал шаг назад.

Но, проследив взглядом, на какую высоту поднялась его фигура и голова, я даже почувствовала головокружение. Блин, лучше бы он, наверное, сидел. Так было не настолько страшно. А сейчас...

Ему же ничего не стоит раздавить меня своим растоптанным сорок седьмым, словно букашку...

- Платоха, вот ты где! - от дорожки послышался ещё один голос, и почти сразу к нам подошёл второй из их компании. Тот, что любитель рыженьких.

- Ты чего тут на...

Наверное, он хотел сказать "нашёл," но запнулся на полуслове при виде "красавицы" меня.

- О, а вот и краля твоя отыскалась, - друг хлопнул так называемого Платоху по плечу.

А я чуть не заплакала от обиды от слов второго ценителя моей красоты. Ну вот что ж они заладили-то!..

- Только... слушай... Это ты её так, что ли?..

Товарищ с явным укором посмотрел на бугая, который был на пол-головы его выше.

Он что, подумал, что...

- Ты чё, гонишь! - закономерно возразил головорез и, сжав кулачищи, шагнул было в сторону друга. - Чтобы я?.. бабу?..

- Всё, всё! - тот поднял ладони вверх, сразу капитулируя. - Я же просто...

- За такое "просто" можно пару зубов не досчитать... - огрызнулся так называемый Платоха.

А я раскрыла глаза совсем широко.

Значит, он, получается, противник насилия над женщинами? И... выходит, я зря тогда от него так быстро бежала?..

Нет, всё равно. Это всё только слова. А там мало ли, разбушевался бы, ткнул в мой бок пальцем и зашиб насмерть!

- Так ты чего тогда девушку в кусты загнал? - почесал друг затылок, оглядывая меня и мою диспозицию. - Или это тоже не ты?..

Бугай тоже посмотрел на всю меня, свернувшуюся в три погибели в ветках кустарника, и тоже почесал бритую голову.

- М-м-на-я... - промычал что-то нечленораздельное.

- Ну так какого хера ты титьки мнёшь!? - оживился его друг. - Понравилась тёлка - помоги. Поухаживай! Домой подвези... Девушка, вас подвезти?

От того, что сейчас сказал этот вполне привлекательный и почти не страшный мужчина, я впала в настоящий шок. Сначала от его "понравилась тёлка," а потом от варианта, что этот, который огромный, решит и впрямь последовать совету товарища...

- Н-не н-надо... п-под-двозить... - я даже протрезвела окончательно.

- Как не надо? - удивился друг. - Обязательно надо!

И он снова хлопнул громилу по плечу, словно подавая тому сигнал к действию.

- И где ваша подружка? - оглянулся по сторонам явно в поисках Ритки. - Я бы её тоже подвёз... Меня, кстати, Георгий зовут. Но можно просто Жора. А вас как?

Господи! За что мне этот позор!? Большего унижения я в жизни не испытывала! Знакомиться со вполне симпатичным мужчиной, сидя грязной и оборванной в кустах...

Но я всё-таки была девушкой приличной. И от этого друга опасности не ощущала. Поэтому только открыла было рот, чтобы представиться, как услышала бас сверху:

- Аня её зовут...

От удивления мои глаза, наверное, чуть не выпали из орбит.

Откуда...

Откуда он узнал?..

Хотя... может, в клубе услышал?

И запомнил же!..

Рядом громко и заливисто захохотал Георгий, он же Жора. Так, что кулаки у бугая опять непроизвольно сжались.

- Зацепила, да? - сквозь смех проговорил товарищ, держась за живот. - Вот и говорю же, бери и домой вези!

Наверное, если бы я посмотрела на эту картину со стороны, тоже бы рассмеялась. Двое мужчин стоят и смотрят на нечто, некогда бывшее довольно привлекательной молодой женщиной, и один рекомендует другому везти меня домой. И при этом хохочет. А второй явно злится...

Но я была не в стороне. Я и была эта самая молодая женщина! И на меня внезапно накатила жгучая обида на этих двоих. Нет бы не ржать и не пускать пар из ушей, а элементарно помочь мне встать!

Решила, что цирка на сегодня хватит, повернулась немного боком и попыталась встать на босые и замёрзшие от контакта с сырой землёй ноги. И плевать, что при этом получила несколько царапин ветками вдоль рёбер. На всё плевать!

Нужно просто уйти отсюда! Даже пешком. Даже босиком...

Но рука, на которую я попыталась опереться, тоже онемела и дрожала. И подогнулась в самый неудачный момент. Поэтому я внезапно вместо того, чтобы подняться, наоборот, стала заваливаться на бок прямо лицом на сучки...

Только никакой боли от царапин я не почувствовала. А почувствовала... наверное, это было ощущение свободного парения. Или полёта...

- Держи её! - запоздало послышался совет Георгия-Жоры.

А я и сама не поняла, как внезапно оказалась в воздухе. Высоко. Очень и очень высоко. Как на башне какой-то.

И при этом эта башня стала куда-то передвигаться, держа легко и непринуждённо, словно пушинку, мою семидесятидвухкилограммовую трясущуюся от ужаса тушку...

- Платох, ты поаккуратней там! - услышала сзади напутствие друга Жоры и закрыла глаза, пытаясь хоть так спрятаться в норку от страха, нет, от неописуемого ужаса за себя и свою жизнь!..

Чтобы меня не укачало и чтобы было не так жутко, закрыла глаза и попыталась смириться с судьбой. И внезапно поняла, что если бы не весь ужас ситуации, то мне вполне комфортно сейчас перемещалось. Более того, никто никогда в моей жизни не носил меня вот так на руках. Ну, я имею в виду не детство, конечно. А во взрослой жизни...

Сначала мне просто не везло с кавалерами, все оказывались сплошные хлюпики. А потом вроде встретился нормальный. Егор. Молодой и перспективный, тоже врач, сделавший очень стремительную карьеру вверх аж до начмеда. Да ещё и довольно красивый, и не хлюпик какой, и умный, образованный...

Короче, я тогда подумала, что выиграла джек-пот, не меньше...

Но даже он, даже в самый конфетно-букетный период тоже никогда даже не пытался поднять меня на руки, да что там, просто на колени к себе никогда не садил, постоянно намекая на мои немалые габариты...

Тихонько всхлипнула, вспомнив про мужа. И инстинктивно прижалась сильнее к широкому плечу, покрытому мягкой кожей косухи, на котором оказалось на удивление удобно лежать...

И пахло от моего "спасителя" просто крышесносно. Кожей этой самой куртки, каким-то парфюмом, свежим и одновременно агрессивным, и ещё немного им самим, мужским, брутальным...

Кстати, Егор никогда не умел подбирать запахи, некоторые его парфюмы мне совсем не нравились... А у этого, огромного... ну, который вроде бы звался Платон, попадание было - сразу десять из десяти...

Господи, о чём я думаю?..

"Аня, очнись! - попыталась вразумить сама себя. - Тебя сейчас несёт в неизвестном направлении бритоголовый бугай, а ты оцениваешь, насколько приятно от него пахнет!.."

А может он и не бандит никакой? Ну подумаешь, внешность! Внешность может и обманчивой быть! Просто мне ещё ни разу в жизни так близко не попадался вот такой экземпляр. Ритка, укатившая в такси в неизвестном направлении, сказала про него "колоритный." А мне опять вспомнился прикол про суровых челябинских мужиков. Ну, которые настолько суровы, что варят сталь в пригоршне.

Да, ручищи этого конкретного сурового мужика вполне позволяли предположить такое развитие событий...

За своими бессвязными мыслями я не очень запомнила, в какую конкретно машину меня загрузили. Но в салоне было просторно и, главное - тепло. И по-мужски не идеально чисто. И мне на каком-то совсем уж бессознательном уровне внезапно захотелось навести здесь порядок...

Мысленно заскулила от своих дурных размышлений, стараясь не обращать внимания на огромного владельца автомобиля, разместившегося рядом за рулём и занявшего, кажется, всё немалое пространство.

- Ну и вот стоило из-за какого-то еблана так надираться? - мужик резко повернулся ко мне, заставив рефлекторно вжаться в сиденье машины. - Ты ж еле мычишь...

Ну да, мне ж в добавок ко всему ещё психотерапии не хватало. Лучше бы вёз уже куда-то, а не мозг выносил!

Хотела тяжело показательно вздохнуть, но из-за отекшего от слёз носа получилось лишь издать звук, очень похожий на хрюканье.

О горе мне! Ну вот за что!?

Да уж, Аня, докатилась...

А раньше вроде бы интеллигентной себя считала!.. И умной...

И этот, который сидел рядом, только хмыкнул в ответ.

- Тебя куда везти-то? - такой с первого взгляда простой вопрос, заданный обычным голосом... оглушил своей тупиковостью.

Действительно, куда?

Домой попасть не получится, ключи остались в сумочке в такси, а новый комплект я за своими страданиями не додумалась отнести соседке. Да, к тому же, у соседки их легко мог взять Егор...

Тогда, получается, нужно ехать к Ритке. Она уже наверняка добралась домой. Но... зная подругу много лет, я прекрасно понимала, что сейчас, после дежурства и выпитого алкоголя, она вряд ли проснётся, даже если я оборву ей три дверных звонка...

Тогда...

Всё, на этом мои варианты закончились. Ну не к родителям же за город почти ночью в таком виде заявляться!

- Ты чего, адрес забыла? - в очередной раз усмехнулся так называемый Платон.

А я... я снова заплакала.

Тихонечко, чтобы он не услышал. Отвернувшись к окошку и сжимая дрожащими пальцами свой мобильный.

- Или у тебя дома этот, хрен моржовый? - сделал ещё одно ошибочное предположение хозяин машины. - Так погнали, помогу освободить от него жилплощадь...

Господи, ну вот что он привязался со своим рыцарством! Не видит, что ли, какая мега-соблазнительная красотка ему в качестве трофея досталась?

А хотя... плевать! Сам меня сюда приволок - вот пусть теперь сам разбирается, что со мной делать. Никто его не заставлял подходить к одинокой толстой тётке, отдавать телефон и играть в благородство.

- Жилплощадь я от мужа уже сама освободила, - зачем-то стала рассказывать, глядя в одну точку за окном и стараясь излагать как можно более вразумительно. - И замки сменила. Но сумочку с ключами оставила в такси. В котором уехала подруга. А она с дежурства, спит сейчас...

Первый раз я решилась посмотреть на сидящего рядом мужчину, ожидая увидеть очередную снисходительную насмешку на его лице. Но увидела... лишь удивление. И даже тихонько хихикнула сквозь слёзы, настолько комично выглядели сейчас взметнувшиеся вверх брови. Наверное, только в этот момент мужик наконец понял, как влип. Хорошо хоть не застонал в голос от перспективы провести остаток вечера в моей компании...

Отвела взгляд, понимая, что и так рассматривала мужчину неприлично долго. А он так и продолжал смотреть на меня, почти не мигая. Теперь уже внимательно, словно впервые увидел...

Молчание затягивалось, и мне под столь пристальным взглядом снова стало не по себе. И захотелось провалиться сквозь сиденье, на котором я сидела.

Ну вот чего он затаился там? Обдумывает, как быстрее от меня избавиться и слинять? А может планирует, в какой лесок меня отвезти и прикопать по-тихому?..

- Ла-а-адно... - протянул мой типа спаситель после очень-очень длинной паузы и устало потёр ладонями лицо.

Не добавил ничего, молча завёл двигатель и тронулся с места, но я отчётливо уловила, что дальше должно было последовать что-то типа "Сама виновата!.."

Всю дорогу я смотрела в боковое стекло, чтобы хоть немного отгородиться от пугающей неизвестности и обидной действительности, но тем не менее очень чётко, на каком-то животном уровне ощущала сидящего рядом огромного мужчину. Это было довольно странно, так настроиться на его волну. Наверное, срабатывал всё ещё не прошедший страх...

Я больше не плакала, даже не шевелилась, просто замерла в оцепенении, стараясь не привлекать внимание к своей персоне. Но время от времени чувствовала на себе тяжёлый прожигающий взгляд. И тихую злость, направленную скорее не на меня, а на саму ситуацию. Но при этом странно-плавные движения в управлении внедорожника. Другой бы уже психовал, газовал...

Да и в салоне было тепло, и я даже почти перестала дрожать. А ещё внутри пахло чем-то приятным, ассоциирующимся с уютом и домашним вечером с близкими людьми. И даже молчание не казалось таким уж давящим. И мне бы, наверное, даже понравилось вот так ехать среди подсвеченных огнями фонарей ночных улиц, если бы не одно НО. Огромное. Сидящее рядом. И всё ещё пугающее...

С удивлением поняла, что мы направлялись в район, где жила Ритка. Вот даже её девятиэтажка показалась...

И я внезапно напряглась, не понимая, откуда он узнал...

Но нет, всё-таки машина свернула в соседний двор, к точно такому же дому, как у моей подруги. Но другому.

И так называемый Платон ловко припарковался на чудом оказавшемся пустым месте во дворе, заглушил машину и обернулся ко мне.

Только сейчас я осознала, что привёз этот медведь меня, скорее всего, к себе домой. В свою берлогу. Только готова ли я была в неё идти - непонятно.

Хотя... а какие ещё оставались варианты? Ночевать на коврике возле Риткиной двери? Это хорошо ещё, если в подъезд к ней проникнуть получится.

А тут мужик вроде заботу появляет... Хоть и огромный, и страшный...

- Идти сможешь? - спросил мой странный спаситель, открывая свою дверь и выходя на улицу.

И почти сразу распахнул дверцу с моей стороны.

- Ну? - руки он не подал, просто стоял и выжидательно смотрел сверху вниз.

Хлюпнула всё ещё заложенным носом и попыталась выбраться из машины.

Но почему-то не рассчитала, что окажется так высоко, и...

Я бы наверняка грохнулась на асфальт, но в последний момент он всё-таки подхватил меня, как уже сделал это один раз, там, в кустах возле клуба. Молниеносно отреагировал, словно ждал чего-то подобного...

И от понимания ситуации стало невыносимо, просто отчаянно стыдно. Ведь выглядело всё наверняка просто хуже не придумаешь: как будто бы я - неуклюжая дура, напившаяся с горя до невменяемого состояния, и меня нужно постоянно ловить и контролировать...

Господи, вот за что!?

Ну где, где я так провинилась, что эта сплошная полоса и мелких, и глобальных неудач никак не хотела прекращаться?..

Снова захотелось плакать. А ещё - забраться к кому-нибудь на ручки и почувствовать себя маленькой девочкой, которую все любят и жалеют. Хотя.. о чём я? Я ведь и так оказалась на ручках. Вернее, на огромных лапищах, которые снова, словно я вообще игрушечная, подняли меня над землёй. На тех самых суровых "ручках," что могли уместить обе груди Семёнович. Да что там Семенович! Они уместили даже целую меня!

- Ну ты даёшь! Ни на секунду нельзя тебя оставить... - пробасил почти мне в ухо мужской голос.

И я всё-таки не выдержала, решилась наконец открыть глаза и... тут же наткнулась взглядом на густую бороду. С виду жутко колючую... А ещё - на изогнутые иронично губы. Красивые... наверное мягкие...

И зачем он их под усами и бородой прячет?..

Тихонько охнула, когда мужик, ну, который вроде как Платон, слегка подкинул меня в воздух, перехватывая поудобнее, потом плечом толкнул, закрывая, дверцу машины и направился в сторону одного из подъездов.

Интересно, ему совсем не тяжело было, вот так меня нести? Хотя... Это его проблемы! Мне, например, было вполне комфортно и хорошо. Только снова стало стыдно, когда на лавочке возле нужного нам входа обнаружилась компания из нескольких подростков, которые курили и громко разговаривали.

И я даже глаза зажмурила и уши хотела зажать, чтобы не слышать насмешек в свой адрес. Но... никаких насмешек не последовало. Вообще ничего не последовало. Тишина стояла просто оглушительная. Даже голоса совсем стихли, и стало слышно шум проезжающих вдалеке машин и звуки какой-то передачи из открытого окна.

Ну понятно, я же не сама в подъезд шла, а с Платоном. А над ним вряд ли кто-то стал бы смеяться...

Так и не открыла глаз, чтобы проследить, а какую квартиру и на какой этаж мы поднялись. В лифте ещё сильнее прижалась к крепкому плечу в кожаной куртке и ещё сильнее зажмурилась, наслаждаясь ощущением защищённости. Сама не поняла, как отступил страх и отступили все горести. И как на их место пришло умиротворение и покой. И стало уже абсолютно всё равно, куда меня несёт этот странный огромный мужчина...

- Эй, ну, ты! Не засыпай! - внезапно рявкнул он мне снова почти в ухо, мгновенно нарушив мою идиллию. - Пара минут до кровати осталась - и дрыхни, сколько влезет!..

При мысли о кровати этого громилы представился, почему-то, огромный полигон, как прицеп от автомобиля. И снова не к месту вспомнилась шутка про суровость Челябинских мужиков, которые укрываются куском рубероида...

Даже сквозь закрытые глаза свет в коридоре вспыхнул слишком ярко. И меня тут же сгрузили на какое-то жёсткое сиденье, которое, когда я открыла глаза, оказалось довольно высоким сейфом, непонятно зачем стоящим возле стены в коридоре. А ещё в моё поле зрения тут же бросилась огромная дыра на моих колготках и грязные подошвы босых ног...

Блин, я же туфли так и не забрала с газона! И в чем же мне теперь домой возвращаться?..

А, плевать! Плевать на всё! Главное сейчас - определить себе спальное место в этой явно холостяцкой квартире. И желательно - не рядом с её хозяином. Дожить до завтра и тогда уже решать проблемы по мере их поступления.

- Да уж! Ну и видок у тебя! - к сожалению, мой плачевный облик обнаружила не только я.

Этот, который Платон, не ушёл никуда, не испарился и конечно же не проявил деликатность. Стоял рядом и задумчиво рассматривал меня, переводя взгляд то на торчащее в дыре не очень чистое колено, то на довольно откровенное (спасибо, блин, Ритке) декольте.

Хоть бы и впрямь не решил меня с собой рядом уложить. Хотя... вряд ли даже такой на меня покусится...

- Противно, да? - голос предательски задрожал, а на глаза сами собой выступили слезы. - Ну и нечего тут стоять, меня рассматривать и нос воротить! Я...

- Почему "противно?" - он перевёл таки нахмуренный взгляд на моё лицо и я даже замерла на мгновение с открытым ртом, когда увидела цвет его глаз. Совершенно синий. Глубокий, без примеси серого... Индиго, кажется, называется...

А может это линзы? Да, точно, наверняка! Таких ведь глаз в природе не бывает, уж кому, как не мне, это знать...

- Ну? - напомнил мой типа спаситель, что вообще-то он задал вопрос и одидает на него ответ.

А я... да, я была - как всегда. Мне это и Егор говорил. Вечно в своих мыслях. Вечно думала-думала-думала... Даже во время нашего секса обдумывала и оценивала всё происходящее до мельчайших деталей... Может потому и удовольствие от процесса получала, мягко скажем, редко. А муж злился...

Стоило вспомнить почти бывшего супруга и нашу интимную жизнь, а ещё - так и не свершившуюся беременность, как стало снова очень жалко себя. И обидно! И вообще...

- Да потому, что никому я такая не нужна! - выкрикнула внезапно, так, что бугай даже брови поднял вверх. - Ни тебе, ни мужу моему, ни ещё кому другому! И не делай вид, что не видишь, какая я сейчас грязная и... толстая... и некрасивая!.. И не надо...

Сама не поняла, как внезапно сорвалась на рыдания и...

...И так же внезапно замолчала, вернее, подавилась воздухом, когда к моим распухшим губам требовательно и почти грубо прижались горячие мужские. А на затылок, не давая вырваться, легла огромная лапища. Да-да, та самая, суровая, которая покушалась на грудь Семенович...

Господи, о чём я вот сейчас думаю?..

"Ну вот и началось, да? - промелькнуло в голове. - Значит, он меня всё-таки именно с этой целью привёз?.. И что же мне теперь делать?.."

Но дальше этого вопроса мысли почему-то не пошли. А захотелось...

Да, захотелось просто закрыть глаза и целоваться. Пусть даже вот с этим огромным мужиком. Только бы ещё хоть ненадолго почувствовать себя не грязной замарашкой, а желанной женщиной.

А в то, что этот самый Платон меня хотел, почему-то я внезапно безоговорочно поверила. Слишком уж настойчиво он целовал. Просто смял мои губы, обхватил своими, словно присваивая. Потом раздвинул их языком и прошёлся им по ряду моих зубов. А потом...

Потом я и сама не поняла, как сдалась, впустила его настойчивый язык. Да что там впустила, я ещё и стала отвечать на поцелуй, даже не пытаясь вырваться. Может это потому, что была одурманена абсолютно невероятным мужским запахом? Это должно быть запрещено - вот так пахнуть!

В процессе поцелуя насильно задвинула на задний план мысль, что ещё совсем недавно боялась этого мужчину до потери разума. Ну может и боялась, да! Но я ж его не знала!..

Ага, а теперь, можно подумать, знаю...

Наверное, этот Платон сам не ожидал, что я так быстро сдамся. Сначала прижал меня к себе за затылок довольно крепко, а потом, осознав, что я не особо и вырываюсь, ослабил хватку и с утробным рычанием... смял второй рукой мою грудь. Но мне это почему-то очень понравилось. Было видно, что он целует меня не из жалости, а потому что и впрямь хочет. Пусть и не пытается быть нежным, не спрашивает, хочу ли я...

И в какой-то момент я даже почти поверила, что он и впрямь "запал" на меня, как выразился его друг. И вдоль позвоночника побежали щекотно-будоражащие электрические заряды. Выгнулась навстречу огромной лапище, интенсивно сжимавшей и мявшей сквозь слои ткани нежное полушарие, и сама не поняла, откуда взялось желание эту ткань с себя снять. Я даже с Егором и то не всегда полностью раздевалась. А тут...

С удивлением почувствовала, как от нехитрых ласк мужчины внизу живота сладко потянуло, а между бёдер всё запульсировало и стало сжиматься в ожидании более откровенной ласки. И я почти неосознанно подняла руки, которые до этого судорожно сжимали мобильный телефон, и положила обе ладони на широчезную грудь. Со странным восторгом почувствовала, как часто и громко бьётся сильное мужское сердце. А ещё уловила, как тяжело Платон дышит...

"Мамочки! - снова примчались дурные непрошенные мысли. - Если ж он такой огромный ростом, то у него же и там всё должно быть соответствующего размера, да!?.."

Но под действиями мужского языка мои предположения и фантазии почти сразу отступили на задний план. Вместо этого я непроизвольно переключилась на здесь и сейчас, пытаясь запомнить ощущение своей женственности и желанности. Восторженно проследила, как ручища с моего затылка поползла вниз, вызывая желание замурлыкать, как огладила , кажется, сразу две мои лопатки (куда там бюсту Семенович), с нажимом прошлась по талии, а потом опустилась ещё ниже...

Ой мамочки мои...

При этом я словно само собой разумеется, раздвинула колени, когда Платон прижался к ним своими бёдрами. А после и вовсе пустила его совсем близко, ощущая, как мокро становится в трусиках от крепко сжавшей ягодицу ладони. И сама двинулась бёдрами ему навстречу, раскрывая их всё шире и наплевав на наверняка критично задравшуюся вверх юбку.

За всё это время он так и не разорвал поцелуй. Просто периодически сменял жадность, грубость, напор и явное желание на почти нежность. И я, не имея возможности разговаривать, лишь тихонько заскулила прямо ему в рот, когда почувствовала мужские пальцы у себя между ног. Именно там, где всё просило, да что там, отчаянно требовало ласки!..

Ещё сильнее зажмурилась и непроизвольно прогнулась в пояснице, выпячивая вперёд грудь и ещё шире, насколько позволяла дурацкая юбка, будь она не ладна, раздвинула ноги.

Услышала, как между ног не выдержали натяжения и треснули, разрываяся, несчастные колготы. И мне бы сгореть со стыда, а я... я только тихонько хихикнула, тут же захлебнувшись дыханием, когда мужская ладонь проникла в образовавшуюся дыру и по-хозяйски принялась там действовать.

"Да уж, быстро я забыла о супружеской верности," - снова вклинилась очередная идиотская мысль, но эту я просто затоптала в зародыше.

И ей назло обвила бычью шею Платона обеими руками. А потом сама потянула с его плеч куртку, неожиданно для себя загоревшись желанием ощупать эти самые огромные плечи...

Но почти сразу бросила эту затею, вообще забыв обо всём на свете, ощутив прикосновение к самому чувствительному месту, до этого скрытому полосочкой белья. Да, Платон не стал церемониться с раздеванием. Просто сдвинул кружево трусиков в сторону, освобождая себе путь, и усердно принялся за дело.

Почему-то вспомнилось, как выглядели эти мощные пальцы, покрытые вязью татуировок. Удивительно, как они могли быть такими нежными. Как могли задевать такие зоны, о существовании которых я, кажется, и не знала...

- Пи@дец ты горячая!.. - прохрипел он, на мгновение разорвав поцелуй, потом прикусил мою губу, продолжая всё более настойчиво ласкать меня, введя внутрь пальцы. - Меня щас разорвёт просто...

В ответ на его более чем пошлые слова у меня в голове что-то помутилось, а потом тело, словно само по себе, бесконтрольно, выгнулось в дугу в сносящем остатки сознания оргазме. Между бёдер словно разлили горячую ртуть, которая заставляла внутренние мышцы сладко пульсировать и сжиматься. А тело утратило притяжение и стало лёгким-лёгким, словно пёрышко...

- Ты чего, кончила, что ли? Оху@ть! - долетело словно издалека, но в моей голове сейчас звучало тоже нечто подобное, пусть и не в такой прямолинейной форме. - Отсосёшь мне тогда?..

Наверное, если бы меня ошпарили кипятком или вылили на голову ушат ледяной воды, это подействовало бы не настолько отрезвляюще, как последние слова этого... да, по сути совершенно незнакомого мужчины.

Господи, я ведь даже не была уверена, что имя его правильно расслышала! И, помнится, увидев в первый раз, испугалась его так, что даже сбежала из клуба. А теперь...

Теперь я, как последняя павшая женщина, сидела в чужом коридоре почему-то верхом на сейфе и занималась совершенно постыдными вещами.

Затравленно обернулась вокруг, отмечая мимоходом неновый ремонт на стенах, пару курток на крючках вешалки, выглядывающих из-за могучей спины, пару дверей дальше по коридору...

Внезапно накатило отчаянное желание сбежать отсюда как можно дальше и желательно - как можно быстрее. Только как сделать это сейчас, да просто как слезть с этого дурацкого сейфа, когда огромный мужик навис надо мной в ожидании своей очереди за удовольствием, я совершенно не понимала.

- Ну, ты чего замерла? - он дёрнул меня на себя, и я внезапно оказалась стоящей на своих нетвёрдых двоих. И это дало хоть и крошечную, но надежду, что мне всё-таки каким-то невероятным способом удастся сбежать.

Стоя мужчина оказался ещё больше, чем я запомнила. Наверное, на голову выше меня, хотя до этого я никогда не считала себя миниатюрной. И это почему-то снова вернуло страх, что он просто меня раздавит, даже не заметив...

А когда он ещё и джинсы начал расстёгивать - мне стало совсем не по себе. Паника накатила душной волной, и я даже оперлась на стоящий за спиной сейф. Словно зачарованная следила, как под мощными татуированными пальцами поддалась пряжка ремня, потом пуговица, следом молния...

- Тебе чего, плохо, что ли? - прозвучало сверху раздражённо, а я с немым отупением поняла, что ещё секунда - и из его штанов появится то, что лучше бы мне никогда не видеть.

- Да... - прохрипела севшим голосом. - Мне бы водички...

Водички, да.

Коротко ругнувшись себе под нос, мужчина внезапно отступил, и я судорожно втянула ртом воздух, словно до этого он и кислород мне тоже перекрыл, а не только пути к бегству.

Кстати...

С бешено загремевшим в ушах пульсом проследила, как мужчина повернулся ко мне спиной, и эта спина направилась в одну из дверей дальше по коридору.

А я...

То ли мне помогла короткая молитва всем существующим богам, только бы я смогла быстро и желательно беззвучно открыть дверь, то ли мироздание наконец сжалилось надо мной, но буквально два поворота простенького замка - и я уже стояла на лестничной площадке. А ещё парой секунд позже мчалась вниз по лестнице с совершенно запредельной скоростью, с заносами на поворотах и с явной адреналиновой анестезией в босых ступнях, то и дело наступающих на что-то твёрдое.

Но сейчас мне было на всё плевать. Я бежала, как ненормальная, понимая, что это, возможно, мой единственный шанс спастись. Конечно же не стала пользоваться лифтом, чтоб не ждать его прямо возле дверей медвежьего логова. И мысленно ругала себя, что не посмотрела, на какой этаж этот медведь меня завёз...

Получилось - всего лишь на четвёртый. И очень быстро я оказалась "на воле," босиком возле чужого подъезда, в драных колготах, грязная и заплаканная, зато свободная и с зажатым в руке телефоном.

Метнулась в сторону выезда из двора, решив, что всё же перспектива ночевать на коврике у Риткиной двери намного лучше, чем то, что сейчас предложил мой типа спаситель. Охая от попадания под ступни мелких и крупных камушков забежала за угол и спряталась в кустах. Просто, если этот мужик решит меня преследовать, бегущую по дорожке он меня очень быстро вычислит. А вот если идти потихоньку, крадучись и оглядываясь...

Втянула одурманивающий запах сирени, ставший для меня чуть ли не запахом свободы, и протиснулась между несколькими душистыми, но довольно сучковатыми кустами, чтобы очутиться с другой стороны здания. Тут и до Риткиной квартиры было совсем рукой подать...

Решила сначала всё же позвонить подруге. Странно, что раньше до этого не додумалась. И, о чудо, буквально на третьем гудке подруга подняла трубку. И... почему-то мужским голосом ответила оттуда "Да!"

В первый момент мне даже поплохело немного, потому что я решила, что это Платон уже добрался туда первым и теперь поджидает меня рядом с подругой.

Но почти сразу выдохнула, когда мужчина представился таксистом того самого такси, которое меня не дождалось. После недолгих выяснений, что я та самая подруга, и после туманных объяснений я, наконец, поняла, что уехала машина потому, что проснувшаяся в какой-то момент Ритка срочно захотела воды. И водитель отвёз её к круглосуточному супермаркету за углом. Потом долго ждал, пока она выйдет (кстати, совсем не с водой, а с двумя бутылками шампанского.) Потом они вернулись к клубу, ждали меня, но не дождались. И не нашли. И в итоге Ритка заснула, и таксист привёз её по указанному в заказе адресу и теперь не знал, что с ней делать...

- Сейчас буду... - проговорила я в трубку тихонько, чтобы меня не обнаружил возможный преследователь, и так же, как и раньше, прикрываясь кустами, с которыми сегодня практически сроднилась, направилась к соседнему дому, тихо радуясь, что ночевать я, всё таки смогу в кровати и за это даже не придётся "отсосать..."

И ещё - наивно веря, что больше никогда не встречу этого медведя...

___________________Всем доброе утро!

Спешу сообщить, что с Платоном мы встретимся буквально чуть ли не в следующей главе, да)))

Как Ритка ни пыталась, выудить у меня информацию о том, где я была всё время, как нашла телефон и почему моя одежда в таком виде, ей не удалось. Да я даже самой себе боялась напомнить, что со мной произошло прошлым вечером. От моментально встающих перед глазами развратных картинок хотелось заползти под кровать и никогда оттуда не вылезать.

Как, как я могла дожить до подобного!? Чтобы позволить совершенно чужому мужику себя касаться! А потом ещё...

Я же ведь всю жизнь считала себя если не праведницей, то точно не распутной девкой. А тут...

Более того, поданное заявление о разводе совершенно не означало пока, что я свободна. Поэтому тем более не стоило бросаться в объятия другого, пока со своим не разберусь. Пусть даже этот свой сам первый мне изменил...

Но это совершенно не повод ему уподобляться! Наоборот, мне бы, в пример ему, вести себя целомудренно... А я...

В итоге, одолжив у подруги "нормальную," хоть и явно тесную одежду, отправилась на работу. Там всё равно нужно было переодеваться в медицинский костюм.

Хорошо хоть мне сегодня было к девяти. И ещё лучше - что у меня смена в нашем частном офтальмологическом центре, организованном при клинике, а не в государственной больнице. Можно не идти на общебольничную планёрку и избежать таким образом встречи с Егором. А устраивать разборки на рабочем месте он вряд ли захочет...

Так думала наивная я ровно до того момента, пока не забежала лёгкой трусцой в больничный холл.

- Аня! - знакомый и почти ласковый голос резанул по нервам и заставил дыхание сбиться.

Господи, как я когда-то любила и этот чуть хрипловатый тембр, и самого этого мужчину...

Чуть не расплакалась снова, вспомнив, какие мечты и планы строила для нашей семьи...

Нет! Стоп!

Нет больше у нас семьи!..

Как могла, решительно тряхнула головой и снова заспешила по коридору в сторону своего глазного отделения. Во-первых, я уже почти опаздывала, а во-вторых, решила во что бы то ни стало избежать разбора полётов именно сейчас.

- Ты чего, охренела совсем? - голос Егора прозвучал теперь уже точно не нежно. Он явно не ожидал, что я отвернусь и уйду. - Да стой ты!

Хорошо, что матом на весь холл ругаться не стал. Но в тоне его явно звучал трёхэтажный.

А я ещё прибавила шагу, игнорируя уже совсем в открытую и выбегая в предбанник с лифтами.

Ну а что он может мне зделать, если его здесь каждая собака знает? Тут же из всех дверей любопытные глаза и уши торчат! А он, между прочим, не какой-то сантехник, а начмед! И это, кстати, мне только на руку...

Рванула было к лестнице, чтобы не ждать лифт, и сама не поняла, как он смог догнать меня так быстро. Но буквально через пару секунд я почувствовала мёртвую хватку чуть выше локтя правой руки. Так внезапно, что по инерции продолжила двигаться и чуть не упала. Да и упала бы, если бы он не держал...

И внезапно тоже разозлилась. На всех! На себя, что такая мямля и пытаюсь избежать разговора, на Егора, который предал, изменил и теперь ещё чего-то хотел, да даже на мужика этого вчерашнего, из-за которого я испортила одежду и теперь стояла перед бывшим мужем не в элегантном костюме, а во впивающейся швами в мои габариты Риткиной одежде. И сейчас я, из-за обтягивающей чёрной водолазки и постоянно съезжающей вверх юбки, которая, казалось, перетянула мои внутренности пополам, напоминала больше мешок с арбузами. Хорошо хоть колготы были не рваными, зато туфли, тоже меньше на размер от моего, нещадно жали пальцы...

- Я спешу! - огрызнулась первой, потому что это было правдой, и попыталась выдернуть руку. - Давай потом!

- Я надолго не задержу, - злобно процедил мой почти бывший муж и конечно же хватку не разжал, не отпустил. - Я просто предупредить хотел...

Он говорил совсем тихо, почти шептал одними губами, чтобы нас ненароком не услышал кто-то из снующих туда-сюда медиков или пациентов.

- Если сегодня не откроешь дверь - выламаю её к херам! Повы@бывалась - и хватит! Поняла!?..

У него от злости чуть пена изо рта не валила.

- Я вчера на развод подала... - сказала тоже тихо. Но твёрдо. - Забирай вещи и переезжай. А меня оставь в покое!

Не знаю, откуда я брала силы для этого разговора, но мне удалось даже не расплакаться! Лишь голос один раз предательски дрогнул. И Егор тут же это уловил и воспользовался.

- Ты же сама не хочешь, чтобы я уходил! Или тебе совсем не больно, что наш брак разрушается?

Он бил по живому и не стеснялся. А я...

Мне сейчас было так плохо... Опять, как и вечера, хотелось на ручки и чтобы кто-то пожалел.

Мысленно усмехнулась сама себе, вспомнив одного такого "жалельщика," и это внезапно придало сил.

Наверное, если бы не вчерашняя сцена с тем мужиком, я бы сейчас окончательно раскисла от мыслей, что я никому, кроме Егора, и не нужна-то такая толстая. А теперь...

Странным образом, но мужские жадные поцелуи в ярко освещённом чужом коридоре, где меня можно было вполне детально рассмотреть и оценить мои объёмы, как и тот мой совершенно ненормальный оргазм подействовали вполне самоутверждающе. Получалось, что стоило просто оглянуться, и желающие найдутся даже на такой крупногабаритный товар, как я.

- Это не "наш брак рушится!" - посмотрела Егору прямо в глаза. - Это ты. Ты! Его! Разрушил! Так что не перекладывай вину на других и... Давай просто разведёмся и не будем портить друг другу кровь...

Наверное, он совершенно не ожидал, что я так отвечу. Думал, разревусь, как обычно, начну мямлить и сама же извиняться и просит прощения...

Поэтому мне почти без усилий удалось таки вырвать руку и отправиться в сторону своего отделения.

- Ты ещё пожалеешь! - больше не прячась, выкрикнул он мне в спину. - Я тебе ещё устрою!.. На брюхе приползёшь!

Может и пожалею, да! Но обратно точно не вернусь! Измена - это то, что простить нельзя. И даже время в этой ситуации не лечит...

А лечит - работа! Вот ею и нужно заняться!..

Господи, знала бы я только, чем закончится этот рабочий день...