Исчезнувшая. Под его защитой

Громкий лай моего пса разбудил меня. Я дёрнулся во сне и резко выпрямился, а взглянув на часы, с досадным стоном рухнул обратно на подушку. Вставать совсем не хочется, да и не жду никого, не в семь утра уж точно и тем более не в воскресенье.

«Ну и кого там принесло в такую рань?», – хотя вариант всего один, вероятно это мой партнёр приехал, но… Неужели нельзя было предупредить заранее? Не люблю ни сюрпризов, ни внезапных визитов – ощущение, будто врасплох застали, а подниматься и идти открывать дверь всё равно пришлось.

Как только я вышел из комнаты, навстречу радостно выбежал Зевс и, виляя хвостом, начал крутиться рядом – «мол, посмотри, хозяин, какой я хороший, охраняю тебя и прогоняю незваных гостей».

– Да-да, ты молодец, – похвалив его и потрепав за ухом, я закрыл пса на кухне. На всякий случай. Он не агрессивный, но далеко не каждого впускает в дом – исключительно тех, кто нравится, а нравятся ему немногие. Друга моего, например, терпеть не может, уж не знаю почему.

Это как раз и был Макар.

– Псину свою убрал? – сперва спросил и протянул мне руку, пожав которую, я широко распахнул дверь.

– Проходи, – то ли с недосыпа, то ли в принципе настроение с утра паршивое, как и самочувствие, а промолчать я не смог: – Ты единственный, кто позволяет себе заявляться в любое время дня и ночи.

– Ворчишь как старый дед, – он вальяжно развалился в кресле.

Я сел напротив него.

– Чему обязан? – поторопил его.

– Вопрос есть важный и очень срочный, можем на этом прилично заработать, если успеем подсуетиться.

– Догадался уже. Выкладывай.

– Слушай, когда ты переберёшься обратно в город?

– Пока не собираюсь, мне и здесь неплохо.

– Тут красиво, спору нет, тихо и уединённо, никто не мешает, но тебе ещё не надоела жизнь отшельника? – Макар прям мастак забалтывать и увиливать от точных ответов.

– Наверное, это тебе надоело ездить сюда, – перефразировал я. – Говори давай, что случилось?

– Интернет, я так понимаю, ты до сих пор не провёл, новости не смотришь и не читаешь.

– Стараюсь не засорять мозг ненужной информацией.

– Твой отпуск затянулся, пора возвращаться к работе.

– Макар… – иногда мой друг дико раздражает меня, совсем как сейчас: хочется конкретики, а не разговоров вокруг да около «загадочной» темы.

– Короче, Фил, дела такие, – он наклонился вперёд и почти шёпотом, словно нас могут подслушать, сказал: – Внучка олигарха Демидова пропала вчера.

– А у него была внучка? – чего не знал, того не знал.

– В смысле – была? – возмутился Макар. – Есть. И, надеюсь, жива, здорова, цела и невредима.

– Дальше что? – уточнил я, хотя в целом – плевать.

– Надо помочь, не бесплатно, разумеется, – пояснил он.

– Пусть Демидов обратится куда следует. С ним я ничего общего не желаю иметь.

– Старик объявил вознаграждение тому, кто её найдёт, – зато у моего друга глаза загорелись.

– Мы с тобой юристы, адвокаты, а не ищейки. Я не буду этим заниматься.

– Всё никак не забудешь прошлые обиды? Да брось, Фил. Детский сад какой-то, – Макар покачал головой.

– Ты называешь это «детским садом»? Серьёзно? – уму не постижимо. – Из-за него я лишился лицензии, когда перешёл ему дорогу, из-за него мне пришлось уехать, все двери передо мной закрылись.

– Никто из города тебя не гнал, сам добровольно заключил себя в этом захолустье. И фактически все текущие дела нашей конторы вёл ты, пусть и под моим именем, практику, навыки и хватку не растерял.

– Вот и разбирайся один, если надо, а я – пас.

– Фил, не отказывайся. Случай интересный с профессиональной точки зрения, ты ведь любишь докапываться до правды и распутывать сложные ситуации. Эта девушка – богатая наследница империи своего деда. Понимаешь, к чему клоню?

– Хорошо, только сразу скажу – ничего не обещаю, – тем не менее любопытно стало, мой друг знает на какие рычаги надавить и чем зацепить. – Неужели полиция бездействует?

– На ушах стоит. Демидов считает, что внучку похитили с целью шантажа или выкупа.

– У следствия иная версия?

– Всё указывает на то, что она умерла, но тело пока не обнаружили.

– Это как? – что-то тут не сходится.

– Предположительно, Настасья Демидова не справилась с управлением, на скорости врезалась в ограждение моста, после чего машина упала в реку и ушла под воду.

С такими «перспективами» я согласен с предварительными выводами полиции, хотя родственники всегда до последнего верят и надеются, что их близкий человек найдётся. Но, по-моему, не в данных обстоятельствах.

– Кстати, авария здесь неподалёку произошла. Странно, что ты не слышал об этом. В вашей глуши люди вообще не обсуждают новости?

– Вчера я никуда из дома не выходил.

– Пора что-то менять в своей жизни.

– Спасибо за ценный совет, – сыронизировал я. Затем добавил: – Скорее всего тело унесло течением, – тут без вариантов, а значит и шансов на чудесное спасение практически нет. Я реалист и никогда не тешу себя иллюзиями.

– Конечно, её ищут, прочёсывают всю местность… – Макар пожал плечами.

– А дед, наверное, другого мнения, и уверен, будто авария была инсценирована, а внучка не погибла?

– Именно так, – подытожил он.

– Ладно, я подумаю, что можно сделать.

Тем более эта река находится поблизости, а мы с моим псом часто гуляем вдоль берега.

***

Выспаться хотел, называется, ну-ну…

Но, раз уж так получилось, что меня бесцеремонно разбудили и пришлось вставать, я решил не откладывать на потом то, ради чего и припёрся мой друг в такую рань – и ведь не поленился.

Хотя в одном он прав: я действительно люблю распутывать сложные дела, вычислять преступников и выводить всех на чистую воду – привычка из прошлого осталась, когда ещё следователем работал. Пока по личным причинам не ушёл на вольные адвокатские хлеба, где тоже успел отличиться, за что и поплатился разрушенной карьерой, став неугодной персоной. Впрочем, даже при этих раскладах никогда не допускал мыслей отмстить Демидову, а его пропавшая внучка, о которой я ничего не слышал, и вовсе ни в чём передо мной не виновата. В данных обстоятельствах и врагу не пожелаешь мучиться от неизвестности, если речь идёт о жизни близкого человека.

Правда, зная себя, будет лучше, если я вообще не стану вмешиваться в ситуацию и вписываться в чужие проблемы. Ведь моё обострённое чувство справедливости и восприятия, желания кому-то что-то доказать – может обернуться против меня, как уже было. Оказаться крайним опять и столкнуться с новыми трудностями – совсем не хочется. Хватило когда-то.

Ну да ладно, обо этом подумаю позже. И не факт, что смогу чем-то быть полезен. В любом случае лезть в гущу событий не планирую, как и афишировать своё негласное участие. Если, путём частного расследования, получится выяснить и нарыть что-нибудь любопытное, то сразу сообщу Макару, а дальше пусть он разбирается.

В общем, проводив его, сначала я накормил Зевса и сам тоже позавтракал, а пока я ел, изучил всю имеющуюся информацию.

Друг предоставил довольное скудное досье на Настасью Демидову: возраст, где жила-училась, фото тоже есть. Вот только я никогда не видел её, что в целом неудивительно и не кажется странным. Вероятно, дед оберегал внучку от излишнего внимания других людей после гибели родителей – она одна у него осталась, согласно данным, собранных Макаром.

Затем я умылся, быстро переоделся, и мы с моим псом направились к реке – берега тут не крутые, чего нельзя сказать о той местности, где ищут девушку. Хотя, наверное, отряд постепенно движется вдоль течения в нашу сторону. Если тело и вынесло, то, скорее всего, здесь поблизости.

Кто знает, возможно, именно я и обнаружу Настасью.

Но в каком виде?..

Погода сегодня хорошая – солнечная и безветренная. А какие потрясающие, пьянящие ароматы цветений витают в воздухе. Весна в этом году ранняя, а май выдался не просто тёплым, а прям непривычно жарким. Днём легко можно выйти на улицу в футболке и не замёрзнуть до самого вечера.

К чему это я?

Если девчонка и правда каким-то образом выжила после жуткой аварии, находилась в воде продолжительное время и всё-таки смогла выплыть, то есть мизерный шанс найти её относительно здоровой. Хотя, объективно, рассчитывать на чудесное спасение не стоит. Вот и я в первую очередь пошёл выгулять пса, а уж заодно проверить территорию – от меня не убудет. Мало ли, вдруг повезёт? – звучит сомнительно, конечно, но как уж есть.

Допустим, я наткнусь на неё и… Дальше-то что делать? Если она мертва, то понятно – надо сообщить куда следует, а если жива? Я же не знаю подробностей и обстоятельств произошедшего. Богатая наследница империи своего деда – серьёзный аргумент, чтоб крепко призадуматься. И усмотреть здесь мотив – а не подстроено ли всё специально, чтоб избавиться от девушки, чтоб это выглядело несчастным случаем? Значит, у кого-то должен быть веский повод так поступить. Значит, и я не должен торопиться, нужно вначале убедиться во всём, а выводы появятся позже.

А ведь я действительно заинтересовался этим делом – спасибо Макару, подкинул задачку со звёздочкой, которую теперь хочется разгадать и решить.

Причём я настолько глубоко погрузился в свои мысли, что не сразу обратил внимание – в какой момент и куда делся мой пёс. Вроде бы рядом бегал и крутился, а теперь нигде не видно.

– Зевс, иди ко мне! – я огляделся вокруг. Какой-то шорох был слышен где-то в зарослях у реки, но он никак не реагировал на команду. – Зевс! – снова позвал его и пошёл на звуки.

В этом месте берег людьми не использовался, натоптанной тропики здесь не было – и пришлось пробираться сквозь кусты, а потом...

Вот тогда я и понял, чей запах привлёк моего пса, когда заметил торчащую человеческую руку.

Вообще я не из впечатлительных натур, в том смысле, что при виде трупа, даже в обезображенном состоянии, в обморок не свалюсь. В силу профессиональной деятельности, давно оброс толстой кожей и чего только не насмотрелся за годы своей работы, можно сказать – привык.

Хотя почему-то сейчас я растерялся от находки – и вроде ожидаемо было, а всё равно оказался к этому не готов.

Лучше бы Настасью нашёл кто-нибудь другой… Теперь самому придётся разбираться. Конечно, позвоню куда следует и обо всём сообщу, а в остальном – как быть? Ведь как бы я не относился к Демидову, хочется разобраться в случившемся с его внучкой. Жалко девчонку, умерла мучительной смертью. Молодая совсем, двадцать лет всего, ей бы жить да жить…

А то, что это она, и так ясно. Девушка лежала лицом вниз, погребённая в слое вязкой грязи, но в первую очередь я обратил внимание на её особую примету – белёсые как снег волосы. Поэтому не перепутаешь, тем более учитывая всю ситуацию.

– Зевс, уйди, – оттащив своего пса в сторону, я тщательно притоптал кусты вокруг тела.

Затем присел на корточки и аккуратно перевернул Настасью на спину – бездыханная, с посиневшими губами, коже бледная, а на лбу и в височной области у неё засохла кровь.

Картина вырисовывается следующая: в результате аварии, она получила травму головы, после чего, возможно, была жива ещё какое-то время, но утонула по понятным причинам, либо… Либо мгновенно умерла от сильного удара – до того, как машина упала в воду. Ну а тело унесло течением и позже прибило к берегу.

Хотя… Что-то тут не сходится.

Я резко выпрямился и обернулся назад, убеждаясь в своих наблюдениях и выводах – визуально до кромки реки около десяти метров. Выходит, девушка сама выбралась и доползла до этого места, только потом потеряла сознание – и, видимо, в таком состоянии находится со вчерашнего дня.

Точно! Пульс-то я не догадался проверить. И почему-то вдруг решил, что она мертва, раз не подаёт признаков жизни, а губы могли посинеть из-за перепадов температуры по ночам и переохлаждения.

Вот и Зевс всё почувствовал сразу, оттого и не унимался, скулил постоянно. Терпел, терпел и сорвался. Подбежал к телу и начал лизать лицо Настасьи. Отогнав его снова, я опустился на колени, прикоснулся двумя пальцами к шее и… О чудо, нащупал-таки слабое биение! – а ведь казалось даже не дышит.

Дальше я действовал быстро и не теряя времени. Поднял девушку с земли на руки и понёс домой – отогревать и оказывать помощь, насколько, конечно, у меня получится справиться в данных обстоятельствах.

Знать бы ещё точно, какие повреждения есть… По-хорошему, в больницу надо обратиться. Но я не уверен, что там до неё не доберутся те, кому она помешала, если всё-таки её пытались убить. Значит, и я пока никому ничего говорить не буду о своей находке. Пусть придёт в себя и расскажет – был ли это несчастный случай или какие-то определённые события предшествовали аварии, с чем удастся срастить факты? А там уж посмотрим, как лучше поступить.

Первым делом я уложил Настасью на кровать. Затем закрыл пса на кухне, чтоб не путался под ногами. Тщательно вымыл руки и подготовил всё необходимое для обработки ран – антисептики, бинты, пластыри и таз с тёплой чистой водой. Разные лекарства тоже есть, хотя я понятия не имею, какие из них могут пригодиться. Антибиотики, как вариант? – дабы не допустить воспалительных процессов. Если переломов нет и всё ограничится ушибами, то, думаю, молодой организм вскоре пойдёт на поправку.

Только сначала нужно удостовериться, что её жизни ничто не угрожает.

– Извини, девочка… – я окинул Настасью внимательным взглядом, – мне придётся тебя раздеть, иначе никак.

Взяв ножницы, я осторожно разрезал одежду, чтоб лишний раз не ворочать девушку, и постепенно всё с неё снял, оставив лишь трусики.

Наверное, в другой ситуации я бы и оценил красоту женских прелестей – нежной на вид груди, и словно никем ни разу не тронутой, но не сейчас. Даже стыдно стало от непрошенных образов.

«Соберись!», – мысленно приказал себе и приступил к делу.

Хотя, признаться, отмывая её тело от грязи, местами зависал чуть дольше, чем стоило бы, и с интересом рассматривал. Зато убедился, что, кроме головы, нигде больше нет заметных травм – синяки и ссадины не в счёт, а рану на лбу, вдоль линии роста волос, я обработал и заклеил – зашивать не пришлось.

Можно сказать, Настасья ещё легко отделалась.

Осталось очнуться. Правда, и к вечеру этого не случилось.

Более того, проблем добавилось: у неё начался сильный жар и лихорадка. Она бредила, бормоча дрожащими губами одну и ту же фразу: «я не позволю, я не позволю».

***

До глубокой ночи я сбивал температуру девчонке.

Измельчил в порошок таблетку жаропонижающего, развёл в воде и поил её с ложки, но почти вся жидкость проливалась мимо рта, а если что-то и попало внутрь, то явно не в том количестве, чтобы помогло. Даже находясь в бессознательном состоянии, Настасья либо плотно сжимала зубы, либо отплёвывалась, либо отмахивалась от лекарства, то затихала ненадолго, то опять тряслась всем телом.

Народные способы я тоже использовал. Вспомнил, как делала мама, когда я болел в детстве – она обтирала уксусной водой и прикладывала холодный компресс на лоб. Правда и эти манипуляции были безрезультатны, лишь временный эффект давали, минут на десять в лучшем случае. И всё повторялось заново, а девушке становилось только хуже.

Мои попытки – это ж не лечение, а так – снятие симптомов, и подобными темпами может развиться пневмония после переохлаждения, а воспалительный процесс, скорее всего, уже начался. Да я бы рад отвезти Настасью в больницу или обратиться к знакомому врачу, но тогда о ней станет известно тем, кто открыл охоту на девчонку. Пока я придерживаюсь такой версии, вот и оттягиваю этот момент, насколько получится справиться самостоятельно в данных условиях.

Что ещё можно предпринять?

Я бы давно вколол ей что-нибудь действенное – и толку было бы больше для организма. Но… Во-первых, в наличии у меня нет ни ампул, ни шприцов, одни обычные таблетки на разные случаи жизни, которые найдутся в каждом доме, а, во-вторых, понятия не имею, какие конкретно препараты нужны и в каких дозах. А хоть бы и знал, то где раздобыть всё необходимое прямо сейчас? – в этом вся загвоздка.

Думай, думай, думай...

И кое-что я надумал...

Помнится, когда весной прошлого года я купил щенка ротвейлера, то через пару дней моему маленькому питомцу резко поплохело, а после осмотра я снял с него напившегося кровью клеща. Как потом объяснил ветеринар, если бы ему вовремя не оказали помощь, то он умер бы. Помимо антидота, его курсом антибиотиков пролечили и чем-то ещё. Температура у него тогда тоже поднялась и довольно долго держалась, её какими-то уколами сбивали… Как они называются?

Точно! – у меня же остались записи из клиники, а найдя их, я понял, что требуется: литическая смесь из трёх компонентов и медикаменты пенициллиновой группы. Удивительно, но факт – некоторые лекарства, предназначенные для людей, используются в том числе для животных.

Правда появилась новая проблема…

В нашем селе есть фельдшерский пункт, там же расположена единственная аптека. Но ночью никто не работает, а ждать до утра я не в состоянии, просто не вытерплю.

Значит… Значит, залезу туда и сам возьму всё, что надо, а чтоб воровством не считали – положу деньги на видное место, с компенсацией за несущественный ущерб.

В общем, оставив пса охранять девчонку, а он только и рад был плюхнуться на постель рядом с ней, и, как ни странно, она даже перестала дрожать и успокоилась, ну а я поехал совершать «ограбление».

Машину бросил, не доезжая до нужного места, чтоб не привлекать лишнего внимания. Быстро добежал до фельдшерского пункта, с замком справился и того быстрее, благо монтировку не забыл прихватить с собой. Затем, подсвечивая фонариком, обшарил все шкафы и полки, и отыскал необходимые препараты. И тем же путём вернулся обратно.

Уже дома, сделав Настасье инъекцию внутримышечно, вскоре я отметил, что температура начала снижаться, а испарина на коже высохла. Хотя в сознание она по-прежнему не приходила. Плохо это или нет – пока не понимаю, как и то, грозит ли ей какими-нибудь последствиями полученная травма, ведь бывают скрытые повреждения. Надеюсь, всё обойдётся, а девушка пойдёт на поправку и восстановится в ближайшее время.

Сейчас ей, как минимум, требуется крепкий здоровый сон.

Я тоже хочу отдохнуть. Вымотался и дико устал за бесконечно длинный день.

С этими мыслями я и уснул незаметно для себя. Лёг там же, на второй половине кровати, не было сил перебираться на диван. Отрубился, едва коснувшись головой подушки.

Так и проспали втроём до утра: мы с Настасьей, ну и пёс остался между нами.

Собственно, Зевс и разбудил меня. Начал тормошить, тыкаясь влажным носом в моё лицо, лизать его и при этом поскуливать. И спросонья я не сразу сообразил, с чем связано такое поведение. Подумал, что ему на улицу надо выйти, хотя обычно он терпеливо ждёт, когда выпущу, и никогда настойчиво не просится.

– Дружище, дай пять минут, скоро встану, – отмахнулся от него, но пёс не успокоился. Спрыгнул на пол и истошно залаял. – Хорошо, уже иду… – а открыв веки, я наткнулся на внимательный взгляд васильковых глаз. Вот тогда и вспомнил про Настасью.

Она очнулась и молча смотрела на меня в упор.

Интересно, и как давно Настасья очнулась? Скорее всего перед тем, как Зевс засуетился, он и заметил первым пробуждение девушки.

Наверное, что-то нужно ей сказать? Представиться – кто я такой, и как-то объяснить ситуацию? Но… С чего начать? В каком порядке? В состоянии ли она сейчас усвоить информацию или нет? Это не лучшая затея – вывалить на неё всё и сразу.

Признаться, и я тоже растерялся, не ожидал, что вот так проснусь, открою глаза, а на меня пристально уставятся и будут молчать. Хотя напуганной девчонка точно не выглядела. Или после случившегося дезориентирована? – раз ни о чём не спрашивает.

– Эй, – я приподнялся и помахал рукой перед её лицом.

Реакции – ноль. Настасья продолжала смотреть, даже не моргала и не шевелилась, как будто в ступоре находится.

– Как ты? Скажи что-нибудь, – уточнил я без всякой надежды услышать вменяемый ответ.

Так оно и получилось. Попытки разговорить девушку не увенчались успехом, да я и не рассчитывал на мгновенный отклик.

– Ну хорошо, значит – потом, – я прикоснулся к ней, положив ладонь на лоб.

По моим ощущениям, температура всё ещё повышенная, но хотя бы жаром не пышет – уже неплохо, и надо бы её напоить, чтоб обезвоживание не наступило.

Что я и сделал. Встал с кровати, взял бутылку, помог девушке приподнять голову и поднёс к губам воду. На удивление, она не отказалась, наоборот – жадно глотала, не отрывая взгляда от меня, а как закончила, шумно выдохнула, прикрыла веки и снова отключилась.

Настасья совсем без сил – оно и понятно. Зато выжила, об остальном я позабочусь, главное – положительная динамика уже наметилась. Думаю, к вечеру ситуация изменится в лучшую сторону. Это первые сутки самые трудные, дальше будет легче.

– Зевс, пойдём, не будем мешать, – позвав его за собой, мы с ним вышли из комнаты.

И в тот момент в дверь внезапно постучались. Мой пёс едва не сорвался на лай, но я успел шикнуть на него и приструнить.

Ну и кого принесло на этот раз? Опять Макар что ли, никак не уймётся? Теперь каждыми днями станет наведываться? Он не должен узнать про мою находку. Своему другу я полностью доверяю, хотя пока не стоит ему что-то рассказывать, да и мне так спокойнее работать будет. Вот появится вся картина произошедшего – тогда и поделюсь информацией.

Стук повторился.

Если это Макар приехал, то впускать его в дом ни при каких условиях нельзя, и надо выпроводить под благовидным предлогом, не вызывая подозрений. Пожалуй, единственный вариант – сослаться на Зевса, с которым он не дружит, и их неприязнь взаимна. Кстати, никогда не задумывался – почему? – а ведь собаки в этом смысле чувствительные животные. Очень интересно…

Но все эти размышления сейчас неуместны.

Открывать дверь всё равно пришлось, и, как оказалось, зря я занервничал. Это была моя ближайшая соседка – тётя Зося.

Каждый понедельник, ровно в девять утра, она приносит мне молоко, творог, сметану, масло, сыр и хлеб домашнего приготовления. Сколько раз предлагал ей, что сам буду забирать, женщина ни в какую не соглашается – мол, ногам требуется разминка.

– Ты уж прости, кажется, разбудила я тебя? – тётя Зося виновато улыбнулась, протягивая пакет с продуктами.

Да я вообще про неё забыл, и, честно говоря, не хочу приглашать в дом. Опасаться, объективно, нечего, но и выбора как бы тоже нет – не держать же её на улице. Во-первых, необходимо пустые банки на возврат подготовить, а, во-вторых, заплатить.

– Спасибо, – забрав пакет из её рук, я распахнул шире дверь, – проходите, – «надеюсь, девчонка не проснётся и не станет звать».

– Всё один и один ты здесь, – со свойственным многим людям в возрасте природным любопытством, тётя Зося огляделась по сторонам, явно оценивая моё запущенное хозяйство. Затем присела на стул в кухне и, вздохнув, добавила: – Вот и псину от тоски завёл. Жена тебе нужна, Филиппушка.

– Однажды попробовал – не понравилось, – «понятно, к чему эти разговоры».

Даже Зевс возмутился, громко гавкнув, словно догадался о чём идёт речь. Нам пока и так неплохо живётся, а захочу жениться снова, его мнение в этом вопросе играет далеко не последнюю роль – он должен принять мою женщину, а она, в свою очередь, поладить с ним.

– Может тебя с внучкой моей познакомить? Она девка хоть куда – фигуристая, молодая, школу в прошлом году окончила.

Мне только вчерашних детей не хватало, в мои-то почти тридцать пять лет!

– Лучше я как-нибудь сам, – терпеть не могу сводничество, особенно, когда приходится оправдываться и чувствовать себя некомфортно.

– Совсем наши бабы не милы тебе, городских фиф подавай, да?

Это уже перебор…

– Тёть Зось, вот пустые банки, – поставив пакет на стол, тем самым намекнул, что ей пора. – Деньги внутрь положил.

– Ой, – всполошилась вдруг она, – а ты слышал новости? Ночью кто-то в фельдшерский пункт вломился? Вынесли по мелочи, но всех проверяют. Участковый и к тебе придёт. Тут давеча ещё авария на мосту произошла, он и на эту тему спрашивает – ищут какую-то девчонку. Пропала бедняжка.

Бедняжка... Ну тут с какой стороны на это посмотреть. Не повезло Настастье, конечно, угодила в неприятности, но ведь выжила, а в остальном, да, богатая наследница, что и стало, вероятно, причиной всех бед.

– Нет, я ничего не слышал, два дня никуда не выходил из дома, – соврал. И не стыдно.

А за подсказку соседке – большое спасибо. Буду иметь в виду и подготовлюсь к встрече.

***

С местным участковым мы лично не знакомы, ну так – видел, разумеется, но общаться с ним никогда не доводилось. Думаю, он и без этого в курсе, кто проживает на вверенной ему территории, а его внимание к себе я не привлекал. Повода не было, да появился…

Отличился я, конечно, хотя в целом не раскаиваюсь, вот ни разу, и сознаваться не собираюсь. Цель – оправдывает средства. Опять же, воровством свой поступок не считаю, я заплатил за медикаменты, даже больше чем нужно, они явно не стоили пятнадцати тысяч, оставленных мной. Хватит и на новый замок.

А вообще в нашем селе тихо и спокойно, тут редко что-то случается, чтобы потом возникала необходимость обходить и опрашивать население. Полагаю, в первую очередь участкового интересует авария на мосту и исчезнувшая Настасья Демидова, но говорить ему про девчонку не буду. Лишь бы он сам не связал одну ситуацию с другой, решив, что ограбление фельдшерского пункта – это важная зацепка, о чём можно доложить наверх, кто ему и поручил провести работу.

Значит, сейчас всё и выясню.

Заметив в окне человека в форме, я поспешил выйти во двор вместе с Зевсом. Никаких ухищрений, у нас с ним прогулка запланирована по распорядку дня. Поэтому и дом я тоже закрыл. И сделал вид, будто не вижу, как приближается полицейский.

– Гражданин Громов?

– Он самый, – я обернулся и кивнул в ответ.

– Капитан полиции Протасов, – представился участковый, показав свои документы.

– Я знаю, кто вы.

– Хорошо, тем проще будет. Несколько вопросов к вам имеется. Пса уберите, пожалуйста.

– Да он вроде вас не трогает.

Скажу больше: Зевса капитан не заинтересовал. Сидит послушно в стороне и ждёт меня.

– Не очень-то я доверяю этой породе собак.

– Зря. Ротвейлерам не свойственна агрессия, – пояснил я, – злая собака только у плохого хозяина, а при должном воспитании они становятся верными друзьями и компаньонами.

– Ваш пёс такой?

– Лучший. Мы, кстати, гулять к реке идём. Может по пути поговорим? Вы не против?

– Давайте.

Главное – увести участкового подальше от дома, чего несложно было добиться.

– Тогда прошу, – пригласил его жестом руки.

Зевс тоже резко рванул с места и вперёд нас убежал.

– Даже намордник ему не наденете? Не порядок, – а замечание Протасов всё-таки сделал.

– Мой пёс никому не причинит вреда, гарантирую вам.

– Что ж, поверю на слово.

– И какие у вас есть вопросы ко мне? – спросил я, и, наверное, не стоило первому начинать, но моя привычка – быть ведущим в диалоге, когда речь идёт о каком-то деле, оказалась сильнее.

В минус бы не сработало это…

– Про фельдшерский пункт вы уже слышали? – уточнил он.

– Слышал. Соседка недавно приходила, она и сказала, что воры туда залезли, а так нет, я ничего не знаю об этом, – приходится врать и изворачиваться. – Возможно наркоманы? – подкинул Протасову идею, хотя вряд ли купится. Опытному полицейскому не составит труда срастить факты.

– Не похоже. Вообще очень странный случай – украли по мелочи, ещё и деньги оставили, сумма в несколько раз превышает стоимость медикаментов.

– Что хоть взяли-то? – спросил я. Если уж изображать участвующий вид, то лучше до конца придерживаться этой легенды.

– Анальгин, папаверин, димедрол, пенициллин, шприцы.

– Не густо.

– Вот и я о том же, и как трактовать – пока не понимаю, с квалификаций тоже не могу определиться.

– Мелкое хулиганство?

– Вы разбираетесь?

– Я юрист по образованию. Следователем когда-то работал, потом в адвокаты ушёл, – специально ввернул эту фразу.

– Коллега, значит.

А к коллегам доверия всегда больше, на то и был расчёт. Вон как Протасов заулыбался. И наверняка мысленно вычеркнул меня из числа потенциальных подозреваемых.

– Обращайтесь, если понадобится моя помощь, – не забыл предложить ему.

– Спасибо, не откажусь. Иногда требуются разного рода консультации, я ж здесь один на всё село и ближайшие деревни, и не всесилен, мои обязанности ограничены, а люди порой с такими вопросами приходят, что и ответить нечего, кроме как дать совет – искать юриста с нужным профилем. Кстати, – он остановился, сосредоточенно посмотрев, – по поводу «искать». Про аварию на мосту слышали?

– Да, всё от той же соседки.

– В местных новостях ещё был выпуск.

– Нет у меня телевизора. Живу как аскет.

– Сбежали к нам от личных проблем?

– Вроде того, – «какой проницательный участковый, а вообще нормальный мужик, как показалось».

– Ладно, тогда я вас больше не задерживаю, а вот здесь вся информация, – Протасов достал из папки листовку и протянул, – возьмите на всякий случай, и, если что-то узнаете о пропавшей девушке, то свяжитесь со мной.

– Непременно, – ну, что поделать, опять соврал.

До тех пор, пока сам не выясню все обстоятельства случившегося с Настасьей, никому не скажу о ней. Интуиция меня никогда не подводила – девчонке угрожает опасность.

– Капитан, подождите! – вспомнив кое-что важное, я окликнул участкового и поспешил за ним, пока тот не успел уйти далеко.

Он услышал меня, остановился, развернувшись лицом, а когда я подбежал к нему, сам уточнил:

– И всё-таки вам есть что рассказать? – сощурив глаза, внимательно посмотрел Протасов.

– Да нет, я не об этом, – хотя на самом деле об этом. Но, конечно, для себя интересуюсь, подумав об элементарном удобстве – как я буду работать без доступа к интернету, а он потребовался в кои-то веки. Опять же для связи с внешним миром пригодится, я даже свою почту уже как год не открывал и не проверял письма – накопилось там, наверное, а ноутбук пылился всё это время… – Хотел у вас спросить: есть ли в селе провайдер? Кто здесь этим занимается?

Капитан по-доброму усмехнулся на мой вопрос.

– Никто не занимается. Провайдерам эти траты невыгодны с таким-то количеством дворов и населением по возрасту в среднем – шестьдесят плюс. Жили б мы в пригороде, тогда да, нас бы общей волной захватили, а так, сами понимаете, большинству это просто не надо. Молодёжь ведь надолго не задерживается в родных пенатах, остаются лишь единицы, старики и вовсе – не знают, как пользоваться компьютером.

– Ясно, – примерно догадывался, каким будет его ответ, но... – А как же местная школа, администрация, да хоть ваш участковый пункт полиции? Мобильный интернет тут не ловит.

– Выход есть – установить спутниковую тарелку, будет и сеть, и телевидение. Могу дать номерок, мой знакомый как раз в этой сфере трудится.

– Отлично. Буду благодарен.

– Что, решили быть в курсе всех новостей? – Протасов улыбнулся, добавив: – Вот и правильно, – он достал из кармана брюк телефон, порылся в своих контактах, потом повернул экраном в мою сторону: – Сохраните. Зовут Сергей. Скажете, что от меня, вам скидку сделают, у нас с ним была договорённость – если найдутся желающие, то направлять клиентов к нему.

– Спасибо, – я записал в телефонную книгу номер монтажника.

– Кстати, Громов, а не хотите посотрудничать с полицией? – неожиданно вдруг предложил участковый. – С вашим опытом это будет несложно, а дополнительные руки и голова ой как нужны.

– Помочь вам в поисках пропавшей девушки?

– Именно так. Свободного времени у вас, видимо, предостаточно, а я один и не разорвусь.

– Забавно, быть частью агентурного аппарата мне ещё не доводилось ни разу, – наоборот было, да.

– Неофициально, разумеется, я ж не опер, с осведомителями не работаю, если только поступает сигнал, а люди на добровольных началах сообщают о правонарушениях – тогда передаю информацию для проверки, куда следует.

В принципе, я не против побыть в этой роли, опять же то, что известно полиции, буду узнавать из первых уст, а может и подкидывать ложные варианты? Во благо, конечно.

– Хорошо, я согласен, если вы со мной поделитесь ходом расследования.

– К самому расследованию я не имею отношения, не моя компетенция, хотя минимальными данными располагаю, должен же я понимать, о чём спрашивать население.

– Кто-нибудь что-нибудь видел?

– Алкаш наш местный – Харитонов, утверждает, что был на рыбалке и заметил в реке тело – его течением несло, правда назвал сначала это бревном, не разглядел он толком. Но я всё равно позвонил начальству. Поисковая группа к нам сюда уже выехала.

Вот как… Хреново, очень хреново, пусть и ожидаемо, хотя, думал, есть немного времени в запасе.

– Значит, скоро здесь будут прочёсывать всю территорию, – подытожил я. А если привлекут собак, то те могут легко напасть на след… Засада! – я так непредусмотрительно оставил притоптанным то место, где была найдена Настасья. Вычислят ведь на раз-два.

– Наверное, выловят труп, да и закроют дело. После такой аварии выжить нереально. Вторые сутки пошли… – он отрицательно помотал головой, – без шансов на спасение.

И я был того же мнения, но, как оказалось, ошибался.

– Вопрос в другом: девушка сама не справилась с управлением или ей помогли?

– Машину из воды достали и на экспертизу отправили, насколько я знаю. Предварительные выводы следствия – несчастный случай. Новой информации пока нет.

Это я уже слышал от Макара.

– Любопытно, однако.

– Заинтересовались, да? – Протасов кивнул. – Только не предпринимайте ничего, что выходило бы за рамки закона, и учтите – мы с вами ни о чём не договаривались, а моя фамилия нигде не должна фигурировать.

– Без проблем. Буду осторожен, попробую по своим каналам что-нибудь выяснить.

– Тогда до связи. Мой служебный телефон указан в листовке.

Мы попрощались, пожав друг другу руки, и разошлись в разные стороны.

Позвав Зевса, я вернулся на «место преступления», если можно так выразиться, чтобы уничтожить улики. Вроде тщательно всё убрал там и проверил, а мой пёс нашёл ещё браслет – дорогущий по виду, золото-бриллианты-изумруды. В общем, ни одной зацепки не осталось.

А вот дома меня ждал сюрприз…

***

Первым неладное почувствовал Зевс. Едва мы вошли, он мгновенно отреагировал, резко рванул в комнату к девчонке, потом и я заметил открытую дверь. Спешно направился туда и…

Увидел пустую постель.

Неужели Настасья сбежала, пока нас не было? Как?! Как такое вообще возможно? – если я запирал дом на ключ. Опять же, в её состоянии никаких сил не хватило бы уйти, и, по-моему, девушка ещё не в себе – по крайней мере так показалось, когда она очнулась на какое-то время и молча уставилась на меня.

Я заглянул в каждое помещение, а их тут немного, и нигде не обнаружил девчонку. Может в окно вылезла? – подумал, было, я, а проверив каждое из них, убедился, что они закрыты.

Тогда куда девчонка подевалась?

Скорее всего, где-то прячется – пришёл к выводу я, после чего начал заново всё осматривать внимательно, куда же именно Настасья могла запропаститься. Но ни под кроватью, ни в шкафу не нашёл её. Она словно испарилась.

Да ну нет… Не получилось бы у неё бесследно исчезнуть, не в этих обстоятельствах уж точно, а значит – по-прежнему находится здесь и выбрала какое-то не слишком очевидное место для укрытия.

– Ася! – я стал звать девушку.

А вдруг выдаст себя? Испугается и создаст шум, а по звуку будет несложно определить направление. Хотя такой цели – внушать Настасье страх, у меня, конечно же, нет. Даже специально использовал сокращённое имя, правда не знаю – обращаются ли так к ней, впрочем, в тот момент посчитал это единственным способом показать ей, что я не представляю никакой опасности и угрозы. Наоборот – пытаюсь помочь.

– Ася, я ничего плохого тебе не сделаю.

И снова ответом была тишина…

– Зевс, ищи, – я достал из кармана джинсов тот самый браслет и дал понюхать псу. До этого он ходил за мной и на каждое моё действие поскуливал – тоже потерял девчонку, а она, видимо, ему понравилась.

Кажется, Зевс только и ждал моей команды. Следы увели его в спальню, я пошёл за ним. Он всё тщательно облазил, походил кругами, а оттуда прямиком подбежал к ванной комнате, уселся и гавкнул.

Вот так просто?

Но ведь я смотрел там…

Смотрел, да почему-то забыл, что за душевой кабинкой есть немного свободного пространства, которое при входе в глаза не бросается, а оставлено для технического обслуживания проведённых коммуникаций. И для девушки миниатюрной комплекции вполне достаточно места, чтоб залезть туда и спрятаться.

Наверное, она в туалет захотела, проснулась, встала, нашла нужное помещение, а что произошло потом?.. Чего напугалась? – раз что-то заставило её забиться в угол. Моего возвращения? – ох, чувствую, ещё намучаюсь с ней, пока буду доказывать, что не враг ей, и это лишь начало…

«Терпение, только терпение», – выдохнул я и собрался с мыслями.

Открыв дверь ванной и теперь не сомневаясь, где именно девчонка притаилась, я медленно вошёл, хотя приближаться не торопился, опасаясь сделать хуже, и Зевса на всякий случай не стал впускать сюда – он парень бесцеремонный.

– Ася, это я, – успокоил так успокоил.

Настасья же не знает, кто я такой! Ну, подумаешь, уже видела, а по факту – могла и не запомнить меня. Я ведь даже примерно не представляю, что творится в её голове, особенно, если она восприняла всю ситуацию, как похищение, а аварию – первопричиной и следствием всего остального.

– Эй, давай поговорим.

– Не подходите… – дрожащим от страха голосом сказала девушка.

Что ж, уже неплохо, навыки речи не потеряла, и ещё один немаловажный момент – травмы позвоночника нет.

– Я не причиню тебе вреда, обещаю, – осторожно приблизился, опустился на корточки и заглянул за душевую кабинку.

Настасья сидела на полу, сжалась в комочек, подогнув колени к груди и обняв руками плечи, а взгляд не просто тревожно-лихорадочно бегал, в глазах отражалась нескрываемая паника, и похожа она была на затравленного, трясущегося, маленького зверька.

И это ещё хорошо, что я надел на неё свою майку, а то за насильника, наверное, приняла бы меня, если бы увидела себя голой.

– Не бойся, трогать тебя не буду, – заверил я.

– Вы кто? Где я нахожусь и как сюда попала? – растерянно уточнила.

Ожидаемая реакция.

– Я Филипп, – а раскрытую ладонь ей всё-таки протянул, предлагая пообщаться. – Давай ты выйдешь отсюда, и мы всё обсудим.

– Нет! – Настасья с надрывом закричала.

Только приступа истерики не хватало, и бог знает ещё чего…

– Позволь тебе помочь, – надо срочно успокоить.

Поэтому, я не стал спрашивать разрешения прикоснуться, быстро достал Настасью из закутка и, обездвижив, скрутил и прижал к своей груди.

Девчонка, на удивление, оказалась не такой слабой. Начала вырываться и дёргаться в моих руках, часто хватая воздух ртом, словно задыхается, но я и не думал отпускать. Потом она и вовсе внезапно замерла, посмотрев на своё отражение в зеркале, а перед тем, как опять потерять сознание, на выдохе произнесла:

– А я… Кто я? Я ничего не помню…

«Здрасьте, приехали… Только амнезии не хватало для пущего эффекта», – а я так наделся, что Настасья сама поделится случившимся с ней, как и предшествующими аварии событиями, после чего станет ясно, как действовать дальше. Теперь же проблем добавится, и придётся очень постараться, чтоб докопаться до истины.

Хотя… Возможно это ненадолго – и она скоро всё вспомнит?

Потеря памяти – не такая уж и редкость после травмы головы, и, наверное, является своего рода защитным механизмом организма, чтобы тот направил все силы на восстановление. Не разбираюсь в нюансах, но людей с амнезией видел не раз. Кто-то из них притворялся, желая избежать последствий содеянного ими или оттянуть момент наказания, или чтобы признали невменяемыми, кто-то и правда ничего не мог о себе рассказать, а некоторые и спустя продолжительное время оставались в этом состоянии.

С Настасьей явно всё по-настоящему, и это не хитрая уловка, лишь бы я побыстрее отпустил её.

В общем, поразмыслив, я пришёл к выводу: пожалуй, даже к лучшему, что она сейчас дезориентирована, значит – не будет рваться домой, ведь возвращаться ей пока нельзя. Опасно. И чем бы это закончилось? – кто знает… Очередной попыткой избавиться от девушки? Нет, здесь необходимо поступить умнее, продумать и выверить каждый шаг, чтобы не допустить ошибок, чтобы и для тех, кто причастен к её бедам, чудесное воскрешение из мёртвых стало неожиданным «сюрпризом» и нарушило их планы.

Вероятнее всего так и будет: Настасью официально признают погибшей и закроют дело за недостаточностью улик, если другие факты не всплывут, конечно. Вот тогда ей и нужно громко заявить о себе и всех разоблачить.

Осталось понять: зачем оно мне надо – вписываться в чужие проблемы? Ах, ну да… Я ведь заскучал без нормальной работы и выпал из реальности, а мой отшельнический образ жизни затянулся и уже утомил. Перед собой-то приходится быть честным. Впрочем, открыто не признаю, что устал, засиделся и многое порядком надоело.

Экшена не хватает, динамики, привычного ритма и стремительно развивающихся событий.

Пора выбираться из своей скорлупы – чем не повод?

Удивительно, и как ни странно, а именно семья Демидовых повлияла на обстоятельства, в которых я очутился с разницей в год.

Сначала Аркадий Семёнович разрушил мою карьеру до основания. «Не стоило тебе, Филипп, лезть туда, куда не просят, я же предупреждал – твоё упорство и жажда справедливости ни к чему хорошему не приведут», – с издёвкой сказал он, когда я проиграл очень важное, нашумевшее, резонансное дело в суде, фигурантом которого был сын его хорошего знакомого.

Теперь вот и внучка Демидова оказалась на моём пути, а помочь Настасье могу только я один. Можно назвать это неким знаком свыше – не иначе, хотя к самому термину «судьба» отношусь скептически.

Интересно, а что бы сейчас ответил её дед, узнай он, где она находится? Обвинил бы меня во всём произошедшем с ней или в кои-то веки поблагодарил бы за спасение? Нет, правда, мстить ему и в мыслях не было, никогда не опущусь до такого. Но… Раз уж выпал удачный случай отличиться, то оберну ситуацию в свою пользу, тем более девчонке рядом со мной ничто не угрожает.

Прям руки чешутся распутать этот клубок.

И, надеюсь, я не пожалею...

Роль няньки, конечно, совсем не прельщает, а выбора как бы и нет. Кто-то же должен защитить Настасью. Асю… Да, так лучше звучит, это сокращение ей подходит, значит, так и буду звать.

– Эй, очнись… – положив девушку на кровать, я похлопал по её щекам.

Зевс тоже лез к ней, лизал то руки, то лицо. Надо же, всё-таки понравилась она ему, а его попытки принесли больше результата, чем мои.

Ася зашевелилась и тут же захныкала, мотая головой в разные стороны.

– Кто я, где я, как я здесь оказалась?.. – «понятно, напугана и ничего не соображает».

Даже слёзы потекли.

Нужно срочно остановить надвигающуюся волну истерики. Поэтому, обхватив девчонку за подбородок, заставил её посмотреть на меня. Она уставилась молча, округлив глаза и раскрыв рот в немой фразе, а дышала часто и рвано.

Наверное, что бы я ни сказал сейчас, поверить ей всё равно будет трудно.

Ну, что ж, видимо, начну с главного, а там как пойдёт, и лучше дозированно давать информацию, ведь я не знаю, как Ася отреагирует на те или иные слова.

А может, пока вообще не говорить, кто она такая?

И решение пришло мгновенно… В данный момент не стоит нагружать её голову лишними подробностями. Жива, относительно здорова, а остальное подождёт.

– Я понятия не имею, кто ты, – будем считать – это ложь во благо. – Нашёл тебя на берегу реки, без сознания, и принёс в свой дом.

– Тогда почему… – она замешкалась, а потом, нахмурившись, спросила: – Как вы меня назвали?.. Асей?

Удивительно, но факт: люди с амнезией могут ничего не помнить о себе, при этом другие навыки и знания, приобретённые до травмы, сохраняются, а умение усваивать новую информацию не утрачивается, как и способность логически мыслить. И помочь активизироваться памяти вполне возможно, нужен только мощный толчок – триггер. Надо подумать, как лучше сделать, а потому не хочу торопиться. Вот появится интернет – изучу всё от и до. С врачом тоже было бы неплохо проконсультироваться – это вообще поддаётся лечению? Если да, то как и чем?

– А почему Ася... – повторил я. Затем, присев на кровать, облокотился на колени и обернулся на неё. – Ну, просто имя хорошее, и как-то же я должен к тебе обращаться. Не нравится?

– А-ся… – по слогам произнесла она, что, по-моему, не вызвало у девчонки внутреннего отклика и каких-то ассоциаций.

Вероятно, такое сокращение никто не использовал в отношении Настасьи. Зато я буду. Мне так удобнее.

– Странно звучит, – добавила Ася, – вам не кажется?

– Тебе идёт, – ответить больше нечего.

– Как вы это поняли? – уточнила она, приподнявшись на подушке повыше, а взгляд у неё сосредоточенно-настороженный.

– Увидел тебя и как-то сразу понял, – несу откровенную чушь.

– Филипп, да? – переспросила Ася. Запомнила-таки.

– Можно Фил, и давай без официоза, по-простому, на «ты».

– Мне неловко, – моё предложение заметно смутило её.

Кстати, вот ещё один немаловажный момент – привычка общаться с незнакомыми людьми на «вы». Или из-за моего возраста? Да, я значительно старше. И? Впрочем, и это показатель из той же области – вложенное в голову воспитание диктует поведение, в каких бы обстоятельствах и ситуации человек не находился.

Хотя я допускал мысли, что Ася, поскольку она из так называемой «золотой молодёжи», обладает типичным набором характеристик, свойственных этой самой молодёжи – эгоизм, наглость, циничность, беспринципность, вседозволенность от безнаказанности. А если девушка, то, значит, капризная, истеричная и вредная особа. Думал, столкнусь с чем-то похожим и ещё намучаюсь с ней. Выходит, я заблуждался. Вряд ли амнезия вдруг кардинально изменила её, скорее всего и раньше вела себя скромно, деньгами не испорчена. Она и внешне выглядит так.

Ну прям мамонт – вымирающий вид, среди деток богатых и влиятельных родителей.

Может быть, поэтому дед-олигарх ограждал внучку от внешнего мира? Пытался уберечь от контакта с подобными личностями и не хотел, чтоб Настасья превратилась в прожигательницу жизни, с потребительским отношением ко всему. Тем не менее за сынка своего знакомого, как раз вот такого классического мажора, он вписался и помог тому избежать тюрьмы. Какие-то двойные стандарты...

Но, если откинуть «лирику» в сторону и не учитывать, то Аркадий Семёнович небезнадёжен, как казалось когда-то, и, возможно, у нас с ним получится найти общий язык. Цель объединяет, как говорится, а совместными усилиями мы бы быстрее вычислили недоброжелателя в его окружении, у кого был мотив – расправиться с Асей. Правда, на кривой козе к нему не подъедешь, подход нужно искать – и в этом смысле тоже надо пораскинуть мозгами. Мой интерес сводится исключительно к намерению реабилитироваться в работе, а в идеале, конечно, добиться признания Демидовым собственных ошибок.

– Оставь ты эти стеснения, нам с тобой так будет проще общаться.

– Я вас боюсь... – Ася съёжилась под моим взглядом, посмотрев исподлобья.

И опять на «вы» обратилась… Ладно, я не настаиваю. Пусть освоится – и потом ей будет легче.

– Чем же я пугаю тебя – желанием помочь? – хотел, было, улыбнуться, лишь бы она расслабилась и успокоилась, хотя даже по моим ощущениям – не улыбка вышла, а оскал какой-то.

– А вы поможете? – интонация голоса прозвучала с нескрываемыми сомнениями.

– Конечно, – пообещав, кивнул.

– Что я делала на берегу реки? Что со мной случилось? – Ася заметно занервничала и начала кусать губы. В эмоциональном плане пока нестабильна. Вот этот градус необходимо снижать, заботиться о том, чтоб она не волновалась. Вдруг это отразится на восстановлении?

– Не знаю, что именно с тобой случилось, но я обязательно всё выясню, – про аварию не стану говорить, ведь возникнет другой логичный вопрос – а не ищут ли её?

«Прости, девочка, только мне требуется больше времени», – мысленно извинившись перед ней и в очередной раз оправдывая свой поступок «ложью во благо», я достал из кармана браслет и протянул Асе.

– Твой. Нашёл там же, на берегу, где ты и лежала.

– Нет, это не моё, – девчонка отрицательно замотала головой. Причём так уверенно.

– Как ты можешь утверждать, если ничего не помнишь?

– Я почему-то думаю, что такое украшение никогда бы не выбрала для себя – слишком вычурное, совсем не нравится.

Допустим… Хотя едва ли с деньгами её деда, она носила дешёвые побрякушки.

Очень странно… И, видимо, браслет принадлежит тому, кто хотел избавиться от Аси? Точнее – ей. Значит, это женщина.

По факту, это ничего не значит пока. Прямых улик и доказательств нет, найдётся масса разнообразных версий, связанных с чем угодно, относящихся как лично к Асе, так и к её деду. Легко допускаю и то и другое. И с обычными людьми порой бывает не всё так просто, а когда дело имеешь с кем-то вроде Демидова, то исключать происки недоброжелателей нельзя.

Возможно, браслет всего лишь подарок, который Асе пришёлся не по вкусу, вот и не надела его, убрав в карман. Откуда он потом выпал, когда она, из последних сил цепляясь за жизнь, выползла из реки на берег. Возможно, у неё есть поклонник, оказывающий знаки внимания и набивающийся в женихи. Про то, кто её родственник, даже не заикаюсь, ведь для кого-то внучка олигарха, как богатая наследница, могла стать лакомым кусочком. Ну либо, как вариант, до момента аварии в машине или рядом побывал кто-то ещё и случайно потерял украшение, а девчонка подобрала? – тогда опять всё указывает на некую женщину. Больше к этому склоняюсь.

Безусловно, надо проверять близкое окружение Демидова и искать того или ту, у кого есть явный мотив. Ася кому-то помешала, это очевидно. Осталось понять – кому именно и каковы на то причины? Что-то случилось и пошло не так… Например, она узнала нечто такое, что нарушило бы чьи-то планы, о чём хотела рассказать, да не успела – её заставили замолчать.

Теперь этот «кто-то» не сомневается в гибели девушки, а значит – будет вести себя решительно и уверенно, не ожидая подвоха, не прячась и не опасаясь внезапного разоблачения.

Мне срочно нужен интернет. Необходимо собрать всю информацию из открытых источников, проанализировать и выявить закономерность, по своим каналам, надеюсь, тоже получится пробить и нарыть что-нибудь важное. Я не в курсе, как жил Аркадий Семёнович весь этот год, ни разу не интересовался им, но наверняка он давал журналистам интервью, откуда удастся почерпнуть хоть какие-то зацепки или идеи – в каком направлении двигаться дальше. Опять же изучу соцсети Аси – может быть там что-то найду?

В общем, любопытное расследование предстоит. И я докопаюсь до правды, по-другому не умею – если взялся помогать, то не остановлюсь, пока не доведу начатое до конца.

Но… Единственная проблема в том, что девчонку никто не должен увидеть и узнать, где она находится, а утром приедет монтажник – устанавливать спутниковую тарелку и прочее оборудование. Уже созвонился с ним и договорился о времени.

Вот как теперь ей донести – не высовываться из комнаты? Под каким предлогом?

На эту тему я и захотел пообщаться.

– Как твоё самочувствие? – спросил, зайдя в спальню.

– Тошнит немного, слабость в теле и голова кружится.

Оно и понятно почему: под глазами у Аси пролегли симметричные синяки – признак сотрясения мозга. По этой же причине она ничего не ест, хотя я сварил бульон, пытался накормить, но её вырвало несколько раз одной водой, больше не предлагал. Зато температура у неё держится в пределах нормы.

– Завтра утром у меня в доме будет рабочий. Желательно, чтобы ты никуда не выходила.

– А в туалет?

– В туалет можно.

– Хорошо, – Ася шумно выдохнула, прикрыв веки.

И это всё? Даже не уточнит детали?

Тогда сам скажу.

– Для твоей же безопасности так будет лучше.

– Ясно, – и снова никаких вопросов, как и возражений нет.

– Вероятнее всего тебя пытались убить – есть такое подозрение. Люди не оказываются ни с того ни с сего без сознания на берегу реки. Поэтому и в больницу обращаться нельзя, иначе быстро вычислят.

– Я уже думала об этом.

Так вот в чём дело. Надо же.

– Что ты надумала?

– Наверное, меня ищут?

О, ещё как ищут.

– Но сначала нужно всё вспомнить – кто я, откуда и что со мной случилось, – продолжила она, а открыв глаза, добавила: – Куда возвращаться, где мой дом – тоже не знаю. Сейчас внутри какая-то пустота поселилась, и словно какие-то образы мелькают мысленно, а ухватиться за них не могу, снова белый лист.

– Может поспишь?

– Надоело лежать и спать не хочу.

– А чего хочешь тогда?

– Помыться бы, – Ася даже приободрилась.

– Самостоятельно ты вряд ли справишься. Вдруг поскользнёшься, потеряешь равновесие, упадёшь, ударишься и заработаешь новую травму? – «а предлагать свою помощь – не очень хорошая затея, ведь девчонке придётся раздеться полностью, и пусть я уже видел её голой, доставлять дополнительный дискомфорт приятного мало».

– Говорят, клин клином вышибают.

Посыл понятен – избавиться от проблемы тем же путём, что и привёл к возникновению сложностей.

Причём она не просто употребила устойчивое выражение, а ещё перевела всё в шутливую форму. Хотя на этом плюсы закончились. Надеюсь, не будет проверять на себе сомнительный способ вернуть память.

– Потерпи денёк-другой, потом помоешься, я ещё одежду для тебя закажу.

И вроде Ася прислушалась ко мне, кивнула в ответ, соглашаясь с разумными доводами, но, как оказалось позже, она лишь для видимости не стала спорить со мной, усыпляя мою бдительность.

***

Ночью я проснулся от непонятного шума, и спросонья не сразу сообразил, что же это было.

Тем более, когда в доме живёт собака, то рассчитывать на полную тишину не приходится. К этому я уже привык и давно не обращаю внимания на посторонние звуки, а если моего пса что-то заинтересует, то лаем всегда даст знать и разбудит меня – охранные качества в нём превалируют над всеми остальными.

Хотя на этот раз он был ни при чём. Открыв глаза и дотянувшись на ощупь до столика, где стояла лампа, я включил свет и… Обнаружил его возле дивана, куда я временно перебрался, уступив свою комнату в полное распоряжение Аси.

То есть, получается, Зевса ничего не насторожило и не привлекло? – а он точно отреагировал бы, если бы ему что-то не понравилось. Странно, очень странно… И что я слышал тогда? Или показалось? – такое, конечно, тоже может быть.

– Пойдём-ка проверим нашу гостью, – я встал с дивана.

Зато мой пёс даже не пошевелился и остался лежать на полу.

Вот так новости. Обычно он готов куда угодно идти за мной, лишь бы вместе, просто позови, а тут прям удивил… Ну, ладно, как хочет. Возможно, я зря засуетился, а в собачьем восприятии – обстановка под контролем и нет повода для тревог.

Если бы…

Ведь Ася не в том состоянии, чтобы ни о чём не волноваться и преспокойно спать. А вдруг плохо стало? Ещё эти разговоры про то, что ей срочно надо помыться, не внушают доверия – не додумалась бы она без помощи залезть в душевую кабинку, с её-то слабостью в теле. Как здесь угадаешь: устоит на ногах или нет? – и для этого необязательно поскальзываться, достаточно на доли секунд потерять равновесие и рухнуть вниз.

Пока я шёл к ней, чего только не представил, разные мысли одолевали: одна хуже другой, от самого элементарного – Ася вставала в туалет, а возвращаясь обратно, например, запнулась, до более серьёзных и опасных последствий – опять ударилась головой и теперь находится без сознания. Тот звук, который я уловил сквозь сон, да, как раз был похож на то, как если бы что-то упало.

В коридоре я резко остановился, заметив, что из-под двери ванной комнаты пробивается свет.

«Вот ведь неугомонная! Всё-таки приспичило помыться, называется… Наказание какое-то!», – но в спальню, на всякий случай, я тоже заглянул. Ожидаемо, в кровати девчонки не оказалось.

Более того, я снова услышал, как что-то грохнулось и с характерным для стекла звоном разбилось…

Ну и рванул туда.

Благо Ася не закрылась на защёлку, и я смог беспрепятственно, не теряя время на взлом замка, проникнуть внутрь.

Она стояла возле раковины, голову опустила, а руками опиралась на тумбу. Покачивалась из стороны в сторону – её сильно штормило и лихорадило, и, судя по всему, вот-вот рухнет.

– Ты зачем поднялась?! – заорал на неё, – я же говорил: никакого пока душа!

Сдерживаться не было сил. Сказать, что я разозлился, не сказать ничего… Была б моя воля, как следует надрал бы ей задницу. С превеликим удовольствием. Разумеется, в воспитательных целях. Потом бы неделю не присела на мягкое место, зато точно поняла бы – к чему приводят безрассудные поступки.

– Я всего лишь хотела умыть лицо… – ответила Ася, посмотрев на меня в зеркальном отражении.

– А флаконы с шампунем и гелем сами себя разбросали? – моему возмущению нет предела.

– Так получилось, я не специально. Простите, ещё туалетную воду разбила, – она попыталась обернуться, и вместо этого стала заваливаться на бок.

Но я успел приблизиться к ней и обнять за талию, а затем усадил девчонку на унитаз.

– Ногами на пол не наступай, осколки везде валяются, – один из которых прямиком вонзился в мою ступню. – Чёрт… – прошипел от боли я.

– Давайте помогу?

– Уже помогла. Сейчас не мешай, – я взял в углу совок с веником, и, прихрамывая, быстро всё убрал тут.

– У вас идёт кровь, – тихо пролепетала Ася.

– Вижу, – следы на кафеле действительно остались, да и порез противно ноет, поэтому я открыл воду и обмыл пострадавший участок кожи. А взглянув на девчонку, уточнил: – Признайся, ты же собиралась принять душ?

– Да… – кивнув, не стала отрицать она, – мне очень нужно. Грязь засохла в волосах и на теле.

Что ж, тем лучше.

– Тогда не жалуйся, – я решил выполнить её желание.

Подошёл к ней. Подхватил на руки, перенёс в душевую кабинку и начал раздевать.

Сама напросилась.

Не знаю, что на меня нашло...

В тот момент я был словно демоном одержим, а под этим воздействием как будто тронулся умом и с каким-то остервенением вёл себя.

Сорвал с девчонки немногочисленную одежду, полностью обнажив. Вещи бросил тут же. Повернул Асю спиной в свою сторону, а для опоры заставил упереться ладонями в стену и шире расставить ноги. Потом включил верхний душ и начал мыть – она ж так этого хотела!

Сперва занялся волосами, удалил с них засохшую грязь и воспользовался шампунем. После чего нанёс гель на губку, вспенил и стал тереть кожу до заметного покраснения. Девчонка всхлипывала от каждого моего движения, но не противилась и не просила остановиться. Значит, всё устраивает, рассудил я, вот и продолжил.

Лишь когда одной рукой скользнул между ягодиц, а вторую – засунул в промежность и ощутил нежные складки, то понял, какую дичь творю. Впрочем, для сожалений слишком поздно. Всё что мог – я уже сделал, а тормозить нет никакого смысла. Потрогал везде, где только можно, точнее – нельзя, ведь разрешения на это не получал. Хотя «кое-кто» с этим не согласен и командой по стойке «смирно» оттянул мои намокшие от воды пижамные штаны.

При этом Ася даже не зажималась и перестала хныкать, позволив прикасаться к ней и «там» тоже. Более того, она прогнулась в пояснице, ближе подставляя бёдра – поза, скажем так, провоцирующая, дразнящая и доступная, если б не куча сопутствующих «но». Всё это как минимум неправильно ввиду её состояния здоровья.

«То есть, в другой ситуации – легко поимел бы девчонку прям здесь?», – пронзила шокирующая мысль, аж дыхание перехватило. – «Громов, ты дебил?», – спросил сам себя и приказал немедленно прекращать соблазняться, а руки тем не менее не спешил убирать, тщательно намывая ей интимное место, чем, в общем-то, и оправдывал своё поведение: – «Мне ведь надо закончить гигиенические процедуры».

О да, ещё каменную эрекцию как-то нужно спрятать и угомонить…

Твою ж мать!

Хотя, если уж говорить откровенно, то совсем не стыдно, ничего запрещённого и предосудительного я не делаю. Во-первых, она совершеннолетняя, а, во-вторых… Впрочем, предыдущего пункта вполне достаточно, чтоб не считаться извращенцем.

Ну а что? Подумаешь, хотеть женщину – нормальная реакция нормального мужика. Ага, нормально, но при взаимном желании и располагающих к этому обстоятельствах. Сейчас, да и в целом, если речь идёт об Асе, ни к чему хорошему это не приведёт, а беззащитность и слабость вовсе – не приглашение ко всему остальному.

– Всё, ты чистая, – «и пахнет она вкусно» – мысленно подытожил я и резко отстранился от неё. Только увлечься не хватало. – Стой и не шевелись, – я выключил воду, а выйдя из душевой кабинки, пока она не видит меня, снял с себя мокрую одежду и надел халат.

После чего взял полотенце. С головой, как маленького ребёнка, завернул в него девчонку. Подхватил её на руки и отнёс в комнату. Там усадил в кресло, чтоб сменить на кровати комплект белья, которое тоже было сильно испачкано засохшей грязью – конечно, спать в таком никому не захочется.

Чем я и занялся, перестилая постель.

– Теперь можешь ложиться, – я обернулся на Асю.

Она притихла. Подогнула ноги в груди, кутаясь в полотенце, и смотрела с опаской.

Напугал всё-таки…

– Ты прости, что грубо с тобой обошёлся… – не забыл извиниться я, пусть и замешкался.

– Спасибо вам, сама бы я точно не справилась, – дрожащим голосом ответила она.

Едва ли я заслужил благодарность… Самому неприятно стало от собственного поступка, про остальное – даже думать не хочу. Мало того, что своими действиями словно наказывал её за безрассудность, так ещё и крепкий «стояк» одолел.

– Не бойся меня, ничего плохого я не сделаю тебе, – то ли ей, только больше себе сказал, словно предупреждение вынес – не приближаться к ней впредь. Я же просто стараюсь помочь и не более того? Да, этого плана и буду придерживаться. – Вот, – из шкафа достал футболку и протянул Асе, – надень. Завтра закажем одежду с доставкой на дом.

– У вас здесь очень тихо, за окном нет оживлённых звуков.

– Потому что это село, да и ночь на дворе.

– Непривычно, – добавила она.

Оно и неудивительно.

В подобных местах девчонка вряд ли бывала. Разве что из интереса, что, опять же, сомнительно звучит. Ася до недавнего времени жила и училась в Англии, согласно данным досье, предоставленным Макаром. Вернулась на Родину всего-то несколько месяцев назад, окончив экстерном университет. И уже успела влипнуть в серьёзные проблемы.

«Кто же тебя пытался убить, кому ты помешала?», – наверняка эта история напрямую связана с её дедом, значит, и разгадка кроется в нём – либо его делишках, либо личной жизни. Других идей нет. По-хорошему, надо бы с ним встретиться, но...

Риски слишком велики.

– Вы можете не смотреть на меня или отвернитесь хотя бы… – заметно покраснев, подала голос Ася, а сказать прямым текстом, чтоб я вышел из комнаты и не пялился, видимо, постеснялась. Как-никак хозяин тут.

А я, на самом деле, так крепко увяз в своих размышлениях, что не сразу обратил внимания, как пристально уставился на неё и завис.

– Конечно, мешать не буду, – и пусть я видел её голой, даже трогал там, где не должен был, но смущать девчонку больше чем есть – правда, не думал. Просто кое-что вспомнил, о чём стоит поговорить – мало ли, вдруг это как-то поможет ей? Поэтому предложил: – Чаю хочешь?

– Не откажусь, – она кивнула.

– Вернусь через десять минут, – предупредил Асю, чтоб успела надеть футболку и лечь в постель, ну и чтоб не торопилась.

Времени достаточно.

На кухне я заварил чай, и, пока тот доходил до нужной кондиции, присел на стул, облокотившись на колени. Потом, понуро опустив голову, заявился Зевс. Приблизился ко мне и ткнулся мордой в мои сцепленные в замок руки, словно извиняясь за то, что не разбудил раньше.

– Да ладно тебе, я не сержусь, – потрепал его за ухом. Если пёс не чувствует никакой угрозы, то и будет вести себя спокойно, а нахождение Аси в моём доме не вызывает в нём посыла к активным действиям, как к опасному элементу. – Но за нашей гостьей всё равно приглядывай. Хорошо? Она пока не здорова.

– О-оу… – ответил он, как если бы понял и просьбу, и то, отчего я расстроился поначалу, и что от него требуется, если случится нечто подобное.

– Иди на место, – сказал ему.

Зевс развернулся и послушно ушёл.

Я же взял с собой всё необходимое и направился в спальню.

Перед приоткрытой дверью притормозил и предупредил Асю, что собираюсь войти.

– Да, уже можно, – произнесла она.

Девчонка лежала в постели, натянув одеяло до самого подбородка. Кажется, опять боится, и с этим надо тоже что-то делать, как-то расположить её к себе, чтоб доверяла, иначе так и будет от каждого шороха вздрагивать, дёргаться и напрягаться.

– Тебе с сахаром или нет? – уточнил я, поставив поднос на тумбочку.

– Спасибо, я буду сладкий чай, – вежливая манера общения о многом говорит.

Опять же, привычное поведение, в каком бы состоянии Ася не находилась, осталось неизменным – и это хороший показатель, а над восстановлением памяти мы ещё поработаем. Должны же существовать какие-то эффективные методики и особые приёмы при амнезии? Начну с малого: изучу, что пишут на данную тему в интернете. Но придётся подождать до завтрашнего дня.

Подав ей кружку, я присел на край кровати и продолжил:

– Когда я нашёл тебя на берегу реки и принёс в свой дом, то ты потом бредила, повторяя одну и ту же фразу – «я не позволю». Как думаешь, что бы это могло означать?

Какой-то смысл в этом точно есть – та самая важная зацепка, даже не сомневаюсь.

– Не знаю, – она пожала плечами. Выглядела растерянной.

Наводящими вопросами будет легче разговорить её.

– Давай просто порассуждаем, вдруг что-то натолкнёт тебя на нужную идею. Допустим, ты стала свидетелем того, о чём планировала кому-то рассказать, в целях предотвратить какое-то грядущее событие.

– То, за что меня хотели убить? – ход моих мыслей Ася уловила правильно.

– И вероятнее всего считают, будто у них получилось избавиться от тебя.

– Если я о себе ничего не помню, то каким образом вспомню всё остальное? Наверное, это происходит одномоментно, как по щелчку? – «а логика у неё работает безотказно».

– Любая мелочь может пригодиться, повлиять на активизацию памяти и идентификацию личности, – например, я специально не пытался изъясняться попроще, потому что она адекватно воспринимает все слова – ровно так, как они и звучат, пояснять не надо.

– Такая мелочь, как сон? – уточнила Ася, забавно сморщив маленький носик.

– Кстати, вполне. Сон – как отражение подсознания. Тебе что-то снилось?

– Снилось, да, но подробностей тоже не помню, – она отрицательно замотала головой, – видела какие-то мелькающие картинки, разные лица, слышала голоса людей… – девчонка замешкалась, словно ей удалось за что-то ухватиться.

Нельзя терять эту связующую нить.

– Голоса – это интересно, а что именно ты слышала? Прикрой глаза, попробуй сосредоточиться и представить то место. О чём говорили люди вокруг тебя? – и на всякий случай я забрал горячий чай из её рук, отставив кружку в сторону.

Ася сделала как я сказал. Молчала какое-то время, хмурилась усиленно. Потом она вдруг резко села и уставилась на меня, раскрыв рот, а спустя ещё несколько секунд, с нескрываемым удивлением добавила:

– Там был… ты?..