Ищи на улице Фей. Книга 2

Шана

Бойтесь своих желаний, ибо они имеют обыкновение сбываться. Еще никогда Шана так глубоко не понимала смысла этой фразы, как наблюдая за сидящим напротив стариком. Хотя стариком Эдмонда Крипса назвать получалось с трудом, несмотря на почтенный возраст – слишком сильное, давящее он оказывал впечатление. Будь Шана чуточку младше или менее самостоятельной, наверняка мямлила бы что-то невразумительное в ответ на его вопросы.

Конечно, она понимала, что разговора не избежать, и полагала, что председатель навестит ее раньше. В конце концов, именно она стала причиной, что тайну его старшего внука узнали посторонние. Вдобавок она увела Винтера из-под носа у охраны – ей и отвечать. Фея ждала обвинений, скандала, брошенных в лицо денег – ну ладно, с последним она погорячилась, скорее всего, ей презрительно перевели бы их на счет или положили на стол открытый чек, – но все эти действия никак не вязались с нынешним дружелюбием гостя. Эдмонд Крипс был до отвращения любезен и уже этим вызывал подозрение.

Несомненно, визит председателя Бионик-групп создавал прекрасную рекламу для их маленькой конторы. Неважно, какие дела их связывают, новости по Изнанке разносятся быстро, и после такой встречи «Крылья помощи» будут на слуху. Но, ей-богу, Шана предпочла бы подать рекламное объявление. Куда спокойнее.

– Кофе? – Она взяла себя в руки и вернула на лицо дежурную улыбку.

– Не откажусь.

Он терпеливо ждал, пока Шана заправляла кофемашину – делала она кофе на две чашки, надо же было чем-то занять собственные руки! – и с тем же невозмутимым видом принял чашку с горячим напитком. Зерна Тайга поменяла на приличный сорт еще с прошлого визита внука председателя, но сомнительно, что их вкус был достоин самого мистера Крипса. Впрочем, если кофе и не пришелся по душе, старик не подал виду. А на повидавшем жизнь стуле он сидел с воистину королевским достоинством, как на троне.

Сама Шана предпочла стоять, чтобы немного компенсировать буквально осязаемое в воздухе давление. И как ему это удавалось?

– Вы не выглядите удивленной моим визитом, – заметил председатель, делая глоток кофе и наблюдая за Шаной.

– Я ожидала, что вы придете несколько раньше, – она повела крыльями, не видя причин скрывать очевидного. – Не думала, что найти кого-то в Изнанке будет проблемой для Бионик-групп.

– Всё верно. Я с первого дня знал, где скрывается мой внук. И оценил вашу попытку укрыть его в Холостяцком районе. Пожалуй, она могла бы быть удачной, на какое-то время, не засвети он карточку в магазине. Сигнал сразу поступил в службу безопасности.

– Почему же вы тогда бездействовали?

– Стало интересно, как далеко он решится зайти. Этот мальчишка!.. – гость осекся, но тут же продолжил: – Винтер впервые сбежал из дома, поставив собственные интересы превыше всего остального. Решимости ему всегда было не занимать, а вот эгоизма не хватало. Я рад, что он начал избавляться от этого досадного недостатка.

Что ж, Шана тоже ратовала за здоровый эгоизм. Сейчас она эгоистично хотела набрать по мушке одного дракона и попросить приехать. Его родственник, ему и разбираться. Как жаль, что у этого дракона до сих пор не было мушки!

Председателю явно понравилось, что фея не стала спорить. Он довольно хмыкнул и отставил чашку в сторону.

– Итак, мисс Либелле, чего вы хотите? – прямо спросил он.

– Я? – Шана всё-таки удивилась и тоже поставила на столик свою кружку. – Это вы захотели встречи, мистер Крипс. И, пожалуйста, называйте меня по имени. У измененных нет фамилии.

– Зато семья есть. И недавно ваш отец пришел ко мне с интересным предложением. Думаете, после такого я поверю в сказку, что вы помогаете моему внуку за красивые глаза?

Глаза у Винтера и правда были красивые, как и всё остальное, что Шана успела рассмотреть отлично и не по одному разу. А что-то даже пощупать. Хотя надменный тон Крипса-старшего намекал, что интересовалась она исключительно финансовой стороной вопроса. И пока Шана подбирала максимально вежливый ответ на неприкрытое хамство, председатель продолжил:

– К слову, я не прочь, чтобы наши семьи вступили в более тесные отношения. Но ожидаю рассудительного подхода с вашей стороны, – многозначительно намекнул он и выжидательно уставился на нее. Наверное, Шана должна была выразить бурный восторг, благодарность и поинтересоваться, чем может отплатить за доброту… но ничего, кроме нарастающего раздражения, она не испытывала. Терпеть не могла, когда лезли в ее личную жизнь. Интересно, прошлую невесту Винтеру так же подсунули? Тогда неудивительно, что он не страдал от разрыва помолвки.

Едкую фразу, что «мама не одобрит тесных отношений отца на стороне, а мистер Крипс вряд ли в его вкусе», Шана проглотила – с председателем Бионик шутить не стоило.

– Деловое партнерство на данном этапе меня вполне устраивает, – вместо этого сказала она.

– Деловое партнерство?

– Разумеется, я помогаю Винтеру не просто так. Ваш внук меня нанял, – сухо ответила фея.

– Даже так!

Похоже, об их договоренностях Крипс-старший не знал. Что ж, детали Шана раскрывать не собиралась.

– Рада, что мы разрешили возникшее недоразумение. Я работаю на Винтера, так что помогать ему – моя обязанность. А вот обсуждать его личную жизнь с кем-то посторонним – нет.

– Посторонним? – в голосе председателя появились предупреждающие нотки. – Не переходите черту! Я ведь могу и отказать вашему отцу в его маленькой просьбе.

– Вы не станете этого делать. Это не в интересах Бионик-групп, – уверенно возразила Шана. Если он думал ее напугать, то не на ту напал! – А что касается черты, вы уже перешли за нее и уже вдоволь потоптались на моей стороне. Так что мой черед спрашивать: чего вы хотите, мистер Крипс?

Гость разглядывал ее с каким-то новым выражением, и Шане оно однозначно не понравилось. Как будто ее препарировали взглядом. Всколыхнулось сомнение, верно ли она поступила, что вместо подобострастия, к которому привык глава крупнейшей компании, решила показать характер, но отступать было поздно.

– Не буду темнить. Мне нужно, чтобы Винтер вернулся домой, – наконец ответил Крипс-старший. – В идеале – сейчас, пока он не натворил дел и окончательно не обесценил акции Бионик-групп. Но я готов подождать, если он еще не наигрался в самостоятельность. Единственное, тогда я хочу быть уверен, что Винтер под присмотром.

– Иначе говоря, вы предлагаете мне шпионить за вашим внуком?

– Присматривать и уберегать от ошибок, – смягчил, но не изменил сути председатель. – Мой внук изменился, и это большая проблема. Это не то, что я смогу замять в СМИ или выдать за дурную шутку. Да лучше бы он сел за решетку! Оттуда я по крайней мере мог бы его беспрепятственно вытащить, не то что из этой… Изнанки.

Название он буквально выплюнул, и это стало последней каплей.

– А может, проблема в вас? Несмотря на дракона, Винтер всё тот же. А вот ваше отношение к нему действительно изменилось.

Повисло напряженное молчание. Впрочем, недолгое. Мистер Крипс улыбнулся, и острозубая улыбка дракона выглядела куда более безобидной.

– Вы вздумали читать мне нотации, мисс Либелле? – вкрадчиво уточнил мистер Крипс, напрочь игнорируя просьбу называть ее по имени. – Вас не учили, что невежливо грубить старшим?

– Что поделать, я же с Изнанки, а, как вы уже заметили, манеры оставляют нас вместе с изменением. – Фея тоже устала притворяться радушной хозяйкой и отлипла от стола. – Это была очень увлекательная беседа, мистер Крипс, но, прошу простить, дела.

Председатель поднялся, понимая, что ему невежливо указывают на дверь.

– Броситесь жаловаться моему внуку?

– А вы хотите скрыть ваш визит? – вопросом на вопрос ответила Шана.

– Его дракон еще нестабилен, – скривился гость. – Любые потрясения могут вызвать превращение…

– Тогда мы просто немного полетаем над городом. Вчера мне понравилось! – мечтательно выдохнула фея.

Мистер Крипс, не найдя приличных слов, вышел из офиса и так хлопнул за собой дверью, что висящий на стене сертификат покосился, соскочив с одного гвоздя.

Шана одним глотком выпила остывший кофе и огляделась в поисках чего-нибудь сладкого. Этот визит требовалось как следует заесть. И, несмотря на все предостережения председателя, поговорить с Винтером. Он точно задолжал ей надбавку за вредность!

***

Винтер

– Крипс, прекрати везде разбрасывать свою чешую! Ты скоро весь сток забьешь, – с раздражением рыкнул из ванной Бобби. Дальнейшее его ворчание заглушил шум льющейся воды. Винтер, готовивший на кухне нехитрый омлет, воровато снял с бекона очередную отпавшую чешуйку и выбросил в мусорное ведро. Он же не виноват, что дракон стал проявлять себя куда активнее. И подавлять его Винтер не собирался. Он уже понял – закон о единстве и борьбе противоположностей прекрасно работал и на измененных. Если давать зверю волю, контролировать его становилось куда легче.

После вчерашнего полета над башней Феникса и результатов ДНК-теста спал Крипс-младший как убитый. Наверное, от облегчения, что он не убийца. Бобби проверил не только ДНК с места убийства вервольфа, но и с подворотни, где нашли труп феи, и оба теста были отрицательными.

Оставался таинственный монстр из сна. Но если Винтер его и покусал, то монстр уполз в нору зализывать раны и не стремился предъявлять счет. Как ни крути, превращение в дракона обошлось малой кровью, пусть мужчина и был заляпан ей с ног до головы.

– Ну и чего ты лыбишься? – Бобби зашел в кухню, на ходу застегивая рубашку на волосатой груди. – Так рад, что никого не угробил?

– А ты на моем месте не радовался бы?

– Я радуюсь, что не твоем месте, – искренне сказал орк. – Сейчас все немного очухаются, и за драконом начнется охота. И хорошо, если только за чешуёй. Линяешь, как паршивый кот. – Бобби стряхнул очередную чешуйку со столешницы и внезапно предложил: – А давай ее продадим?

– Что?

– Чешую твою. Мне вот вспомнился недавний аукцион. Уж если чешую русалок покупают, то дракона и вовсе должны на перышки разобрать!

Разбираться Винтер не хотел, ни на перышки, ни на куски покрупнее, так что беззлобно предложил соседу продаться самому. Увы, орки частями интересовали покупателей куда меньше драконов. А целиком – тут надо было найти, кому продаться!

За такими подначками и прошел завтрак, пока к ним не заглянул сосед. Беседовали они с Бобби в коридоре, Винтер особо не прислушивался, но вернулся орк слегка озадаченным.

– Ты знаешь, что за тобой слежка? У дома с утра пасутся какие-то подозрительные типы, – уточнил он.

– Догадываюсь. После вчерашних приключений дед вряд ли оставит меня в покое.

– Тогда лови! – Он кинул брелок с ключами от машины Винтеру. – Городской транспорт в Изнанке днем с огнем не сыщешь, а пока будешь ждать, тебя загребут. Так что временно одалживаю. Учти, это от служебного форда. Разобьешь, будешь покупать новый.

– На то и рассчитываешь, что ли? – с подозрением посмотрел на ключи Винтер, вспомнив, на каких развалюхах ездила местная полиция. – Тебя подбросить до участка?

– Нет уж, спасибо. Доберусь на мотоцикле.

Сказано это было с таким видом, что ключи захотелось вернуть немедленно. С другой стороны, главное, чтобы форд завелся. Ему ведь не гонять по трассе с Шаной наперегонки?

– Может, поменяемся? – всё-таки уточнил Винтер, не особо надеясь на положительный ответ, и Бобби не подвел:

– Чтобы я доверил кому-то свой мотоцикл? Не дождешься! Я с ним в гонках участвую. И Шана на него давно засматривается, а я не собираюсь выдавать главной сопернице свои секреты. Ты ведь к ней поедешь?

Спрашивал он как само по себе разумеющееся, и Винтер кивнул. Пока он мало кого знал в Изнанке, и держаться рядом с феей было не только приятно, но и полезно.

– Насчет нашего прошлого разговора… Раз уж, как выяснилось, ты не маньяк-убийца, и вы с Шаной вместе... – Бобби неловко замолчал, подбирая слова, и с досадой вцепился в короткую челку. – Черт, я чувствую себя идиотом!

– Она ведь тебе до сих пор нравится?

– А она может не нравиться? – с какой-то горечью хмыкнул орк. – Знаешь, если вляпаешься в это однажды, равнодушным к ней остаться не сможешь. Вот только у меня с Шаной без шансов. Я ее обидел… слишком обидел, чтобы такое простить. И ей пришлось многое пережить из-за меня. Так что, если ее обидишь ты, я сверну тебе шею. Усёк?

– Ты вроде хотел обойтись без угроз? – покосился на него Винтер.

– Без рукоприкладства, раз уж ты серьезен, – поправил Бобби и опустил ладонь ему на плечо, надавливая со всей внушительностью. – Помни: я слежу за тобой.

***

Сосед не ошибся, у дома действительно дежурили охранники Бионик. Их новенький черный «ягуар» смотрелся в Изнанке совершенно неуместно. Наглядная демонстрация, что дед продолжал его контролировать. Охрана «незаметно» проводила его до парковки, затем так же «тихо» села на хвост.

– Да ладно, весь день за мной ездить будете? – разочарованно простонал Винтер, убедившись, что отставать они и не думают. Но не приближались, в «тиски» не брали: выходит, им приказали следить.

Что ж, тогда пусть наслаждаются прогулкой! Время было раннее, район незнакомый, и Винтер позволил себе небольшую экскурсию по Изнанке. А то, что выбирал самую дурацкую дорогу из возможных, так разве кто запретит?

 Плюсы полицейского форда сказались сразу – его везде пропускали. Это Винтер понял, когда случайно заехал на чужую территорию, его облаяла собака, но вместо ругани хозяин поспешно оттащил ту за поводок. И вроде как даже извинился – полицейских в Изнанке уважали. Поэтому, когда Винтер заехал на очередную перекрытую улицу, а следом опустился шлагбаум, оставив охранников позади, он не удивился. Но мысленно поблагодарил Бобби за предусмотрительность.

На встречу с Шаной он почти не опоздал. Пять минут не в счет, тем более фея о них не узнала. Винтер даже успел заказать кофе с булочками в неплохой местной кондитерской, когда она появилась на полчаса позже, запыхавшаяся и сердитая. Её кофе успел остыть, и Шана, приветливо кивнув знакомому за стойкой, заказала новый.

– Что-то случилось?

– Твой дед. – А вот от булочки с шоколадом она отказываться не стала, проглотив за несколько укусов и бесцеремонно облизнув пальцы. – Как ты с ним уживался? Это же троглодит какой-то! Ой! – Она поняла, что сказала лишнее, но извиняться не стала.

Винтер тоже не стал бы. В свое время Катрин назвала председателя куда менее лестно, прямым текстом предупредив, что не позволит лезть к ним с Винтером в кровать. Если бы она не потащила туда постороннего мужика, можно было бы поаплодировать такой храбрости. Или безрассудству: бывшая невеста сначала делала, а потом думала.

– Дай догадаюсь, он просил убедить меня вернуться домой, – предположил Винтер, пододвигая ей вторую булочку. К шоколаду дракон был равнодушен, в отличие от феи.

– В идеале, – важно кивнула та.

– А если не соглашусь, проследить, чтобы не натворил дел.

– Ух ты! Ты хорошо его знаешь! – за восхищением сквозила ирония, но совсем не обидная.

Винтер отсалютовал ей полупустой чашкой с кофе.

– Он же меня воспитывал.

– Искренне надеюсь, что ты перенял от него только деловую хватку, – призналась Шана. Как ни крути, встреча с председателем далась ей нелегко.

– Раньше я хотел быть на него похожим.

Взгляд Винтера затуманился. Дед растил из него преемника и любое отклонение от нормы считал недопустимым. Ворчал, когда внук носился на студенческие вечеринки, когда брал отпуск, чтобы слетать на острова, или когда ходил на свидания с кем-то, заранее не одобренным. Забиваешь голову глупостями! – фыркал он. Никакой жалости ни к себе, ни к окружающим! Никакого отдыха – на том свете отдохнешь. Всё, что можно было посчитать слабостью, отметалось, особенно романтические чувства. Любовь – это блажь, придуманная, чтобы отнимать время, – плевался дед. Для него существовала только его империя, Бионик. Всё остальное меркло в сравнении с ней.

– А теперь? – Шана заинтересованно подалась к нему.

– Быть собой куда интереснее. – Винтер посмотрел на собственную руку, вновь начавшую покрываться чешуей. Председатель дракону не нравился, как и воспоминания о нем. – Так куда сегодня поедем? – перевел он тему. Спрашивать, чем закончился разговор, не было смысла. Если бы Шана его продала, скрыла бы сам факт встречи.

– Хочу посмотреть на картинную галерею. Вернее, будущую галерею. Пока это зал под аренду в Каменном саду. Если не подойдет, есть еще парочка мест, но там атмосфера уже не дотягивает…

– Почему?

– О, это лучше увидеть! Не хочу испортить сюрприз, – отказалась она объяснять, прижав палец к губам с заговорщическим видом.

Кофе наконец принесли, с самой благожелательной улыбкой пожелав приятного дня, и Шана зажмурилась от удовольствия, запивая булочку горячим напитком. К слову, запах от ее чашки шёл куда приятнее, чем от его, и Винтер заподозрил местного кондитера в предвзятости. Шана проследила за его взглядом и фыркнула, поспешно закрыв рот рукой.

– Ты всё не так понял! Он ухаживает за Тайгой, поэтому пытается подкупить меня едой.

– Рику стоит волноваться?

– Не думаю. Это игра в одни ворота. Но если с твоим помощником всё сложится, я лишусь своих преференций. – Она задумчиво слизнула пенку. – Кстати, ты ведь до сих пор без мушки? Заедем, выберем что-нибудь подходящее?

– Рик обещал привезти, но пусть будет на замену. Так понимаю, долго мушки у дракона не проживут. А у Рика всё равно назревают важные дела.

– По работе? – сочувственно уточнила Шана.

– Будет учиться варить кофе. Нельзя допустить, чтобы он проиграл в такой мелочи!

***

Каменный сад впечатлял: среди многоквартирных громадин и светящихся реклам вписывались искусно вырезанные изваяния, будто перенося на века назад. Руины амфитеатра, собор из закаленного песка, гигантский фонтан в виде феи, поднявшей над головой раскрывающийся бутон. В первый момент Винтер засомневался: может, они выехали с Изнанки, слишком уж благополучным показался район. И жители выглядели обычными людьми, разве что носили на голове странные шапки, напоминающие восточные тюрбаны.

Вот только людьми они не были, а шевелящаяся ткань тюрбанов ясно давала понять, что под ней прячется что-то живое.

– Здесь не слишком любят посторонних, не обращай внимания, – предупредила Шана, маневрируя на узких улочках и высматривая обещанный навигатором очередной поворот. Винтер впервые видел, чтобы она пользовалась навигатором в Изнанке – он-то считал, что она знает эту часть города вдоль и поперек. Для поездки они выбрали машину, а не мотоцикл: как честно призналась фея, гонщиков тут любили еще меньше, а ее стрекозка слишком примелькалась, чтобы не быть узнанной.

Наконец они остановились у каменного здания, по форме способного поспорить с местными архитектурными шедеврами: это были огромные песочные часы. Зайти в него можно было как снизу, изнутри, так и по спиральной лестнице, обвивающей здание. «Музей современного искусства имени Л. Франс» – прочитал Винтер, силясь вспомнить известного искусствоведа, пока Шана искала место на парковке. Судя по количеству машин, место было весьма популярно.

– Ты купила билеты? Я думал, мы на встречу, – удивился он, когда спутница вместо того, чтобы рассказать охране, к кому они идут, отсканировала два штрихкода с мушки.

– У нас есть немного времени. Хочу побродить тут как обычный посетитель. В прошлый раз мы с Тайгой только присматривались, да и залы были открыты не все. – Она замерла, а затем шагнула назад, чтобы рассмотреть висящую перед ними скульптуру с другого ракурса. Поначалу Винтеру она показалась полной абстракцией, нагромождением полос металла, но под нужным углом проступил падший ангел.

Внезапно выключился свет. Винтер напрягся, но Шана успокаивающе взяла его за руку:

– Не волнуйся, просто спецэффекты. Смотри на стену!

«Если ты чего-то не видишь, не значит, что этого нет», – ярко светилась люминесцентная краска. Буквально минуту, пока гости оглядывались и выхватывали новые причудливые скульптуры: вместе с восхищенным шепотом атмосфера создавалась по-настоящему удивительная. Затем свет включился, и волшебство пропало.

– Идем дальше? – Шана потянула Винтера за собой, так и не отпустив его руку.

Следующий зал предлагал услышать, какой ты звук. Он был практически пустым, если не считать стоящего по центру причудливого музыкального инструмента, собранного из труб, клавесина, скрипок и барабанов. Надо было положить руку в углубление для считывания пульса и дунуть в специальную трубку, после чего запускался механизм, и уникальная для каждого посетителя мелодия заполняла комнату.

«Шана» звучала ярко, и Винтер поймал себя на том, что стучит ногой в такт: она угадывалась в бойком ритме барабанов и пронзительной песне скрипки. Это действительно была фея: её смех, стремительный полет и нотка щемящей грусти, которую Шана позволила ему увидеть. Кажется, она сама не ожидала, что выйдет так похоже, потому что сжала его ладонь и не отпускала до окончания мелодии.

– Так странно, да? – её голос в тишине показался особенно громким. – А ты не хочешь?..

– В другой раз, – спасовал Винтер, опасаясь, что услышит монотонный скучный гул или вообще тишину. Если бы он был один, может, и рискнул бы. Но… похоже, дед был прав, и Катрин все-таки поселила в нем комплекс неполноценности.

– Значит, в другой раз. – Шана словно почувствовала его неуверенность, не стала настаивать и повела дальше.

Здесь и правда было увлекательно. А еще весело. Он и раньше посещал выставки, но все они были деловыми мероприятиями среди солидных гостей, где никому не пришло бы в голову позировать в пасти дракона. К слову, его вторая ипостась тоже выглядела так страшно, как этот вырезанный из гранита монстр?

Последний вопрос он задал вслух, и Шана тотчас скинула по мушке с десяток фотографий его дракона, во всех ракурсах.

– Ты когда наснимать успела? – опешил Винтер, рассматривая зверя и ревностно отмечая: нет, он определенно симпатичнее скульптуры в зале.

– Так в полете же! Вчера на крыше. Вот, это моя любимая! Ой, вторую тебе не надо! – она удалила одну из отправленных фотографий раньше, чем та прогрузилась.

– Хм. А кроме дракона, ты ничего не заснять не успела? – заподозрил неладное Винтер, вспомнив, в каком виде находился на крыше, и Шана быстро отвела взгляд.

– Уже почти час! Пожалуй, на этом закончим, иначе и правда опоздаем на встречу, – перевела она тему, будто случайно взглянув на часы.

Уличить бы ее в обмане… Но, пожалуй, ему было лестно, что фея трепетно хранит его фото.

Зал, который планировали под галерею, располагался на восьмом этаже, под стеклянной крышей «песочных часов». Здесь проходили временные выставки для тех посетителей, кто пресытился основной экспозицией или специально пришел посмотреть на новые работы. Сейчас он пустовал. Яркий солнечный свет проникал через панорамные окна, и, пожалуй, это было красиво… если бы этот самый свет не портил полотна.

Не лучшее место для картинной галереи, – отметил про себя Винтер, и, судя по нахмуренным бровям Шаны, она подумала о том же.

– Никого. Наверное, Лаверн в мастерской. Заходи!

Она толкнула дверь в небольшую полутемную каморку. Сначала показалось, что здесь ждали и другие посетители, и только спустя секунду Винтер осознал – люди вокруг были каменными скульптурами. Застывшие в движении, готовые ожить в любой миг. Притягательно, но жутко. Как в настоящем логове медузы-горгоны!..

– Бу! – выскочил перед ним мальчишка лет десяти с непокрытой головой, скрючив пальцы, будто собирался напасть, и на Винтера зашипели все двенадцать змей сразу.

Маленькие зеленые головы раззявили пасти, демонстрируя раздвоенные языки, и вся эта красота развивалась на месте волос. Наверное, стоило испугаться. Судя по предвкушающему взгляду мальчишки, тот ждал зрелища. Но рациональная часть в бывшем Крипсе оказалась слишком сильна: если медузы-горгоны обращали в камень, то спасаться уже поздно. Впрочем, худшее, что на самом деле могли сделать змеи (именно об этом говорилось в статье об измененных, прочитанной не так давно) – цапнуть кого-то и брызнуть в кровь парализующий яд. Опять-таки, несмертельный. Ну, отнимется рука на полчаса-час, не велика беда.

Чужая шалость хоть и не испугала Винтера, но всё-таки застала врасплох, и дракон внутри посчитал, что змеи куда мельче его, и зашипел в ответ. Так что отшатнулся в испуге сам мальчишка, чуть не сбил скульптуру дородного пекаря и вцепился в нее, явно желая спрятаться от драконьего взгляда.

– Гай, я ведь предупреждала, что шуточки плохо для тебя кончатся! И вообще, что за шуточки?! А если ты обидел наших посетителей, и они не захотят со мной работать? – женщина средних лет в заляпанном глиной фартуке появилась из соседней комнаты, широко улыбаясь. Её собственные змеи свили на голове корону и спокойно дремали, не реагируя на посетителей. – Шана и… мистер Крипс, если не ошибусь? Я – Лаверн, владелица этой галереи и тетушка вот этого недоразумения.

Тетушка, наверное, на словах. Внешнего сходства с недоразумением Винтер не нашел. Мальчишка смуглый, с черными глазами, а Лаверн до изменения наверняка была ухоженной белокожей блондинкой. Даже змеи на ее голове были белыми. Впрочем, это точно не его дело.

– Винтер, – стоило отвыкать пользоваться фамилией.

Он протянул руку, но женщина в ответ показала изгвазданные ладони.

– Простите, руки не подам, вся заляпанная. – Измазанные руки не помешали ей отвесить мальчишке шлепок пониже спины. – А ты марш доделывать уроки. Гостей он моих пугать вздумал!

Змеи Гая зашипели уже на нее, но тихо, как-то неуверенно, и мальчишка под строгим взглядом тети покинул комнату. Хлопнул за собой дверью.

– Он только недавно изменился. Пока еще плохо себя контролирует, – с виноватым видом объяснила Лаверн.

– Прекрасно его понимаю, – хмыкнул в ответ Винтер.

– Ах да, вы тоже! Слышала в новостях. Дракон, так удивительно! – Она посмотрела на него другим взглядом, будто примерялась, не попросить ли позировать для ее скульптур. Затем опомнилась. – Поздравлять, так понимаю, не стоит?

Винтер качнул головой, и Лаверн вернулась к делу.

– Простите, я заработалась и забыла о времени. Шана, я ведь обещала показать вам зал? Он готов, с освещением мы закончили.

– Если честно, я боюсь, что слишком много солнца. Это может повредить картинам…

– Не переживайте, такого не случится. Идемте, я всё покажу.

Как выяснилось, стеклянная крыша закрывалась по нажатию кнопки специальными жалюзи, сквозь которые не проходил солнечный свет. А темноту разгоняли светильники вдоль стен. Мягкое, приглушенное освещение не создавало лишних бликов, но единственный холст, висящий на стене для примера, отлично просматривался с разных сторон.

– Вот здесь расположим полотна, а тут диванчики, если кто-то устанет или захочет подольше посмотреть на картину. И насчет скульптур, вы все еще хотите их арендовать?

– Да. Думаю, это придаст мистическую нотку выставке, они у вас как живые.

– Что ж, я буду только рада. Знаете, Шана, я немного вам завидую. Ваша мать – человек, но готова прийти в Изнанку, чтобы поделиться искусством. Это так… неожиданно, – она немного грустно улыбнулась, каким-то привычным жестом потянулась к голове, будто собиралась поправить волосы, но вовремя вспомнила о змеях и опомнилась. – Что ж, если мы договорились… – Лаверн снова нажала кнопку, ожидая, пока жалюзи разъедутся.

Где-то посредине шелест механизма прервался скрежетом, жалюзи заклинило, а затем раздался отчетливый треск. Винтер вскинул голову. Вдоль окна над ними пошла трещина, ровно в том месте, где стояла Шана.

Он сам не понял, как оказался рядом. Закрыл ее собой, прижал к себе, и дождь осколков ударил по спине, плечам, впился в шею. А спустя мгновение тонкая человеческая кожа обросла жесткой чешуёй, и дракон распахнул крылья.

***

Шана

– И что мне с вами делать, мистер Крипс? Я понимаю желание защитить слабую хрупкую девушку, но о своем звере вы подумали?

– Понятия не имею, к кому ты обращаешься. Мистера Крипса тут нет, – смалодушничал Винтер и ойкнул, когда Шана, не прекращая ворчать, пинцетом вытащила из его спины крупный осколок. Залила ранку перекисью: заживало на драконе быстро, но не мгновенно.

Честно сказать, и ругать Винтера не хотелось: он действительно подставился из-за нее, иначе бы фея серьезно пострадала. Но именно это и сбивало с толку: он не засомневался, закрывая ее собой. А если в другой раз ссадинами на спине не обойдется?

Признаться, она струхнула, когда на месте Винтера появился дракон. Легко было представить, во что может превратиться зал, если зверь потеряет контроль, и в какую сумму выльется ремонт. О том, что дракон может ею перекусить, Шана в тот момент как-то не подумала. Наверное, их совместный полет что-то повернул в ее голове, и она перестала бояться. Правда, в этот раз Винтер полностью контролировал дракона и вернулся в человеческий облик, едва убедился, что опасность миновала.

– Ты что, ухмыляешься?

Винтер согнал ухмылку с лица, принимая серьезный и почти мученический вид.

– Нет, что ты! Просто меня впервые за долгое время ругают за отсутствие здравого смысла. Новый опыт.

– Может быть, Винтер Крипс и был воплощением здравого смысла, но одно чешуйчатое чудовище точно всё изменило. Так, готово, этот последний. – Шана закончила с осколками, подула на ранки, хоть это и не оказывало никакого лечебного эффекта. Жидкий пластырь, которым она залила израненную спину, должен был сам благополучно раствориться к вечеру. – Точно не хочешь показаться врачу? – уже без шуток уточнила она.

– Это царапины, заживет быстро. Зато в любой больнице не упустят шанса разобрать дракона по чешуйкам, – отозвался Винтер и потянулся за рубашкой.

Не по размеру, со свободным воротом и широченными рукавами, а брюки, наоборот, слишком узкие в бедрах. Одежду ему одолжила Лаверн взамен испорченной – что-то из театрального реквизита: ее натурщики иногда позировали ей в мастерской. Впрочем, даже такую рубашку Винтер надевал с осторожностью. Все-таки больше храбрился, чем не чувствовал боли.

– Простите! Мне очень-очень жаль, что так вышло, – вмешалась в разговор Лаверн.

С момента обрушения окна она всячески пыталась помочь: от вызова скорой помощи, от которой оба гостя отказались сразу и единодушно, до допуска в святую святых – в мастерской можно было спокойно обработать раны, не пугая посторонних окровавленным видом. Единственным, кого они напугали, был Гай, но и того тетушка быстро пристроила к работе: принести чистой воды. Всё необходимое для лечения тоже предоставила горгона.

– Честно, я понятия не имею, что с этим окном! – каялась она. – Только на прошлой неделе проверяли.

– Госпожа Лаверн, тут такое дело… – заглянул в комнатку вызванный гном-ремонтник.

Скульптор вскочила с места.

– Ну что, разобрался, в чем проблема?

– Ага. Вам бы лучше самой взглянуть, – неуверенно посмотрев на незнакомцев, позвал он ее за собой.

Горгона извинилась и вышла из мастерской, Гай выскочил следом. Шана и Винтер, переглянувшись, направились за ними. Если нельзя, попросят уйти. А так интересно же, что там нашли!

– Можешь рассказывать. Мои гости пострадали и имеют право знать почему, – заметив, что гном колеблется из-за посторонних, разрешила хозяйка музея.

– Как хотите.

Ремонтник пожал могучими плечами и поднял один из сложенных в горку осколков. Гай тут же сунул нос к остальным, но под суровым взглядом стушевался и спрятался за тетю.

– Вот тут явно подпилено. Смотрите, какой гладкий срез. От него и пошла трещина. – Гном повертел осколок в руках, демонстрируя обнаруженную проблему. – Получается, во время закрытия створок пошло давление, и окно развалилось у распила.

– Точно? – Лаверн осторожно провела пальцем над осколком, по ровной линии.

– Зуб даю.

– Теть, может, пора уже в полицию обратиться? – дернул ее за фартук Гай.

– А что, это не первый случай? – ухватилась за оброненную фразу Шана, и мальчишка, ойкнув, смешался и замолчал.

– Недавно проводку замкнуло, – покосившись на Лаверн, выдал гном.

– Мы еще не установили причину поломки, – напряженным голосом напомнила женщина.

– Да там и устанавливать нечего. Провокация, точно говорю! – не выдержал гном. Кажется, они спорили на эту тему уже не первый раз. – Проводку меняли в прошлом году, всё хорошо было. А как к вам те мошенники приходили, так и началось!

– Что за мошенники?

– Да заглянула парочка вервольфов с месяц назад. Предложили оформить страховку от несчастных случаев, – нехотя рассказала Лаверн. – Сумма была какая-то баснословная, естественно, я отказалась. Отстали они на удивление быстро.

– Ага, отстали. Вот только теперь то двери заклинит, то потоп… – буркнул гном. – Еще немного, и музей придется закрывать на ремонт!

– Зато ты получишь премию за сверхурочную работу.

– Лучше бы лишний выходной дали. Пойду, инструмент принесу, – покачал головой ремонтник и, не переставая ворчать, направился к выходу.

– Догони и спроси, нужна ли ему помощь, – подтолкнула племянника Лаверн.

– А уроки?

– Потом уроки, – строго сказала тетя, и мальчишка, обрадованный было освобождением, понуро поплелся за гномом.

Дождавшись, когда они скроются из виду, Лаверн повернулась к гостям.

– Простите, что не сказала сразу. Если честно, до сегодняшнего дня я надеялась, что это случайности…

– Гай прав, с этим лучше обратиться в полицию, – посоветовала Шана.

– Теперь по крайней мере есть доказательства. Конечно, я обращусь, покажу, что мы нашли, и то предложение о страховке тоже… И да, Шана, если вы не захотите устраивать у меня выставку, я пойму.

Фея заколебалась. С одной стороны, у музея явные проблемы. С другой – явные проблемы и решать легче. К тому же она сомневалась, что остальные залы, где еще есть возможность договориться, подойдут для выставки: два из них были у порта, и, судя по отзывам из сети, сырость успела пропитать их стены насквозь. Третий зал выглядел достойно, и фея поначалу склонялась к нему – удобное расположение и ближе к Рабочему, но Тайга выкопала какую-то мутную историю о владельце и его нетерпении к людям… Если это был кто-то из обиженных измененных, он вполне мог пожелать мести. И хорошо если просто отказать в аренде. Не хотелось бы в день выставки оказаться перед закрытыми дверьми и без картин.

– Лаверн, вы ведь успеете заменить окно? – Она незаметно стряхнула застрявшее в крыле стеклышко – мелочь, не стоит и заклеивать.

– Разумеется. И я готова пойти на уступки по аренде, раз уж…

Сторговались на двадцати процентах.

Не сказать, чтобы фее были сильно нужны эти деньги: мероприятие так или иначе оплачивал отец. Но Лаверн ощущала себя обязанной после случившегося. Шана же предпочитала работать с партнерами, а не должниками, так что расстались они весьма довольные состоявшейся сделкой.

– Я оценил, – заметил Винтер, когда они вышли из здания.

– Что именно?

– Ход со скидкой. Ты могла скинуть куда больше. Но это умный шаг: уступить в краткосрочной перспективе, чтобы обрести союзника…

– Это называется дружеское отношение, Винтер, – рассмеялась Шана и подала ему выпавшие во время превращения ключи от машины. – А теперь, если ты не против, заедем к Бобби, переоденешься, и навестим Мэри. Я, конечно, верю в нашу полицию, но в Мэри все-таки немножко больше.

***

До открытия бара оставалось чуть более часа, и Мэри было не до гостей. Самая работа: убедиться, что на кухне всё готово, зал прибран, а музыканты не забыли о выступлении. А если забыли, найти замену: на памяти феи он дважды вызванивал знакомых исполнителей, чтобы выручили на вечер. Находил, помогали. Кто откажется от благодарности одного из лучших информаторов Изнанки? А вот те, кто подвел, больше в Черной дыре не выступали, да и для бара становились персонами нон-грата.

Лезть Мэри под горячую руку сейчас не стоило, но ведь никто не мешал подождать внутри. Шана провела их через черный ход. Аннет, всеобщая любимица, встретила у дверей, покрутилась в ногах, выпрашивая долю ласки, и, гордо задрав дымчатый хвост, удалилась по своим делам.

– Работай-работай, мы тебя в зале подождем, – кивнула фея выглянувшему на звуки хозяину бара.

Мэри, еще не наведший лоску, в заляпанной мукой черной рубашке и с собранными под шапочку волосами, посмотрел на них с недовольством.

– Динь-Динь, а ты не зачастила? Раньше тебя днем с огнем было не сыскать, а тут которую неделю подряд меня навещаешь.

– Ты не рад?

– Рад, конечно. Но лучше бы ты пришла одна. Хотя если позволишь разместить маленькое объявление… – он оценивающе посмотрел на ее спутника.

Изнанка шумела после новостей о Крипсе. Были те, кто хотел посмотреть на дракона, и те, кто откровенно злорадствовал проблемам в Бионик. В любом случае появление Винтера в баре навело бы шуму.

– Он не зверушка для привлечения внимания, – отрезала Шана.

– Конечно, нет. Он – дракон. А это куда интереснее, – согласился Мэри. Правда, настаивать на демонстрации Винтера всем желающим не стал и, махнув рукой, чтобы они располагались, снова скрылся на кухне.

В зале народу было немного. Всё та же знакомая компания вампиров играла в карты, официантка Китти протирала столы, а охранник-циклоп расставлял стулья. Шана перебросилась с ними парой ничего не значащих фраз: циклоп по ее совету заказал себе капли для слезящегося глаза, и теперь чувствовал себя куда лучше, а у Китти кошка месяц назад окотилась, и она придержала самого красивого котенка для феи – будет брать? Рози давно выпрашивала себе питомца. Шана думала подарить ей на день рождения, но сейчас, наверное, пока Рози привыкала к новой себе, лучше было повременить.

– Не хочешь сыграть? – предложила Шана, заметив, что Винтер заскучал.

– В покер? – Он пригляделся к партии, в которую азартно резались вампиры. – Я не большой любитель этой игры.

– Бридж? Преферанс? – услышав их разговор, тотчас уточнил один из игроков, ловко тасуя колоду. – Не переживай, мы играем на интерес, а не на деньги.

– И какой тогда интерес? – усмехнулся Винтер, но, к всеобщему удивлению, отказываться не стал и присел за стол. – Что получает победитель?

– Ответ на вопрос, – ответил один из игроков. – Информация нынче – лучшая валюта.

– А если я проиграю? Из меня информатор так себе.

– Будешь должен услугу, – быстро переглянувшись с приятелями, предложил тот же вампир, и Шана почувствовала подвох. С них станется заставить Винтера отрабатывать в баре, и хорошо если официантом, а не на подтанцовке. – Выбирай, во что сыграем.

– Тогда преферанс. Без обид, для парных партий я слишком плохо вас знаю. Да и не играл давно.

– Если что, по ходу напомним.

Зазвавший вампир раздал карты, и игра началась.

Шана потерялась где-то на втором круге. Все эти «прикупы» и «контракты» для нее не значили ровным счетом ничего, так что развлекалась она, наблюдая за выражениями лиц игроков. Поначалу вампиры посмеивались и немного снисходительно советовали Винтеру, что лучше сделать дальше. Затем, чем дольше и яростнее шли торги, становились всё серьезнее. Винтер, в отличии от них, брал карты с тем же невозмутимым видом.

– Говоришь, давно не играл? – не выдержал один из вампиров, нервничавший больше остальных. Кажется, он проигрывал по очкам.

– Ага, последний раз в университете. На городском турнире, – добавил Винтер как бы между делом и положил карты рубашкой на стол. – Тогда я выиграл.

Смешка Шана не сдержала и стойко вынесла брошенный в ее сторону злой взгляд.

– Ты знала?

– Нет, конечно, – она подняла руки. – Мы не настолько близки.

– Увы. Но я стараюсь исправить это недоразумение. – Винтер отвлекся впервые за партию, запрокинув голову, чтобы поймать ее взгляд и подмигнуть.

Шана уже привычно покосилась на его руки, но чешуей они покрываться не торопились. Странно, в прошлые разы он флиртовал, когда дракон брал верх. А сегодня, похоже, позволил расслабиться себе настоящему.

К окончанию партии к столу подтянулись все присутствующие в баре. Не так часто случайные гости обыгрывали профессионалов, и Мэри досадливо цокнул языком, когда подсчитали очки.

– И эти люди считаются моими лучшими информаторами! – покачал он головой и сделал жест, приглашая Шану и Винтера пересесть поближе к барной стойке. – Итак, Пэн, чего ты хочешь?

– Шана? – щедро предложил разделить выигрыш Винтер.

– Нет уж, твоя победа, ты и загадывай, – отказалась фея. – Мы с Мэри между собой сами разберемся.

– Вот и иди погуляй, – тотчас предложил вампир, доставая бутылку с томатным соком и два стакана. – А мы пока тут поговорим, по-мужски.

– Эй! – «Вообще-то это мой дракон!» – чуть не сорвалось с языка, но Шана вовремя его прикусила. Развернулась, чтобы уйти, возмущенно передернув крыльями.

– Не уходи, тут нет ничего такого. – Винтер удержал ее за руку и, замявшись, вытащил из кармана блистер. Положил на стойку перед Мэри. – Можешь пробить, что это? Где купить, для чего используется?

– Наркотики? – деловито уточнил владелец бара, покрутив упаковку в руках.

Шану кольнуло разочарование. В том, что золотая молодежь ими увлекается, не было ничего нового. И все-таки жаль, что Винтер разделял этот нездоровый интерес.

– Нет, не думаю… Но ломку вызывают, – признался тот с неохотой.

– А правильный мистер Крипс не такой и правильный?

Укол не достиг цели. Винтер оставался серьезным, и Мэри сгреб таблетки куда-то под стойку.

– Как узнаю, сообщу. Вы из-за них пришли?

– Нет, это так, бонусом вышло, – признался Винтер, а Шана кивнула на бутылку с соком.

– Мне нальешь?

Мэри достал третий стакан.

– Так что случилось?

– Мама попросила помочь с выставкой. Я забронировала зал в музее современного искусства – ну, знаешь, в Каменном квартале, где реалистичные скульптуры Лаверн, – и сегодня мы ходили туда посмотреть, как подготовка.

– И? – прекрасно понимая, что пауза не случайна, поторопил её вампир. Он ценителем современного искусства не был и любил классику. Шана даже как-то пошутила, что, будь его воля, он предпочел бы быть вампиром Брэма Стокера, а не Кровавой Мэри, на что владелец бара невозмутимо ответил, что «кровавая Мэри» – тоже классика.

– На нас обрушился стеклянный потолок, – подвела итог фея.

– Ты не пострадала?

Первым делом Мэри, разумеется, посмотрел на её крылья. Больше бы переживал за остальное! Крылья, как и чешуя дракона, были достаточно плотными.

– Нет, спасибо Винтеру и его дракону. – Мелкие царапинки не в счет, её почти и не задело. – Но не хотелось бы повторения.

Приятель заметно расслабился и перестал сжимать стакан так, словно собирался его раздавить.

– А от меня ты чего хочешь? Посоветовать подрядчика для ремонта? – небрежно уточнил он.

– Не в том дело. Стекло подпилили. Лаверн собирается обратиться в полицию, но сам знаешь, какая там бюрократия. Пока начнут раскручивать дело…

Больше всего нервировало, что тот, кто сделал распил, знать не знал о драконе. Выходит, не боялся навредить.

– У тебя простых запросов не бывает, я понял, – вздохнул Мэри и потер подбородок. – На территории горгон, говоришь… Попробую пробить по своим каналам. Такса стандартная, – опомнился он, включая мушку.

– А как же скидка постоянному клиенту? – с тоской посмотрев на зависшую цифру на голограмме, уточнила Шана.

– А как же «мы с Мэри между собой сами разберемся»? – передразнил её вампир, покосившись на Винтера.

Тот в разговор не лез, хоть мог играючи оплатить сверх указанной суммы. Другое дело, что бесплатный сыр только в мышеловке, и Шана чувствовала бы себя обязанной. И, кажется, Винтер это прекрасно понимал.

– Ну так и разбираемся, – парировала она, не поддавшись на провокацию. – Но твои расценки – настоящий грабеж. Даже не скинул для школьной подруги.

– Торгуешься, как на базаре, – фыркнул вампир, но сумма на виртуальном экране уменьшилась вдвое. Всплыло окошко оплаты, и фея наклонилась к сканеру, подтверждая платеж и уполовинивание кошелька. Ох, не там она работала, ох не там! – Когда у тебя выставка?

Шана назвала дату. Времени разобраться хватало, если, конечно, неприятности не посыплются одно за другим.

– Помогу, чем смогу, – кивнул Мэри, отмечая себе контрольную дату. – Но на твоем месте я присмотрел бы и другие варианты.

– Это само собой.

Отступать, пасовать перед трудностями Шана не любила. Но не рисковать же гостями из-за личных заморочек?

Винтер

В «Черной дыре» пришлось задержаться. Сначала Шане позвонил Бобби и попросил подождать его полчаса, он был где-то неподалеку. Но на подходе к бару случилась драка, полицейский взялся ее разнимать, и стало не до разговоров. В итоге полчаса переросли в полтора, драчунами оказались какие-то местные шишки, которым скандал был поперек горла, и стало понятно, что Бобби легче перехватить дома.

– Думаю, тебе хватит. Пойдем, подвезу.

Винтер забрал у феи очередной бокал амброзии и вернул его Мэри. Может, спирта в напитке не было ни капли, но в голове от выпитого становилось легко и хотелось безумств. А Шана и без амброзии могла отчудить.

– Куда поедем? К Бобби? – улыбнулась она беззаботно.

– К Тайге, – качнул головой Винтер.

Неизвестно, во сколько придет орк, а оставаться с Шаной наедине казалось дурацкой идеей. Безумно привлекательной, от которой дыхание перехватывало, и накатывало желание, но это и пугало.

– Хорошо, – к счастью, не стала спорить она. Винтер не был уверен, что у него хватит выдержки возразить. – Я на минутку.

Она провела пальцами по его руке, погладив едва заметные чешуйки, и затерялась в толпе.

– Проветрит голову, – вместе с Винтером проводил ее взглядом Мэри. – Ты зря беспокоишься, она хорошо себя контролирует, даже после амброзии. К тому же сегодня грех не расслабиться. Знакомство с родителями всегда большой стресс.

По выразительному молчанию легко было догадаться, о ком шла речь.

– Ты о председателе?

– Его визит в Изнанку не мог пройти незамеченным. Готов поспорить, он считает вас любовниками. Скорее всего, предлагал Динь-Динь отступные. Я прав?

– Насчет любовников или отступных? – максимально равнодушным тоном уточнил Винтер. Отчаянно хотелось выдать желаемое за действительное и показать, что они с Шаной больше, чем случайные знакомые. Фею с Мэри много чего связывало: школа, гонки, какие-то общие тайны. Они понимали друг друга с полуслова – и это неосознанно злило. А еще прозвища, Кровавая Мэри и Динь-Динь – чужие люди себе такого не позволяют.

– Насчет любовников я и так знаю, – ухмыльнулся вампир и ощерил клыки, забавляясь его реакцией. Винтер уткнулся носом в стакан. Хотелось верить, что вспышка ревности заметна из-за дракона, ведь раньше удавалось сохранять лицо. – Да не напрягайся ты так! Ничего между нами нет. Она для меня скорее как семья, как младшая сестра, которую надо оберегать и нравится дразнить. Другой-то семьи у меня не осталось. А насчет любовников – со стороны всё видно: Шана очень контактна, а с тобой до сих пор держит дистанцию. Со своим парнем так себя не ведут.

– И со многими парнями ты ее видел?

– С одним так целый год точно. Ты, кстати, остановился у него. И уж если к кому и ревновать… – Мэри многозначительно поиграл бровями. Ожидал, что он бросится выспрашивать подробности? Зря. Винтер слышал достаточно, чтобы понять – сейчас орка и фею связывает только дружба. – Ладно, развлекайся, – с долей разочарования протянул вампир. – Не буду раздражать тебя своим видом, – и он переключил внимание на подошедшего к стойке знакомого.

Развлекаться было особо нечем. Местная группа, выступавшая на сцене, как раз сделала перерыв, и танцующие начали потихоньку расходиться по местам, перекусить и отдышаться. Шана еще не вернулась, а сок в стакане плескался где-то на дне, напоминая о временах, когда в стакане водилось кое-что покрепче.

Винтер потянулся включить новенькую, пусть и простецкую мушку, чтобы проверить почту и почитать новости, но тут на место Шаны подсела миниатюрная девушка в очках и поставила на стойку банку энергетика. Короткие черные волосы топорщились в разные стороны, от чего она походила на ощерившегося ежа. Человек, – безошибочно определил Винтер, несмотря на энергетик и на накладные клыки, заметные при разговоре. С каждым днем чувства обострялись, и теперь не составляло труда понять, кто перед тобой – человек или измененный.

Очень полезное свойство, если учесть, что ролевиков, маскирующихся под вампиров, оборотней, демонов в зале собралось немало. Роли они отыгрывали весьма достоверно, к другим измененным не приставали. Но, бывало, случались и эксцессы: некоторые люди были уверены, что на Изнанке им помогут измениться. Особенно страдали вампиры, которым на шею вешались томные девы с просьбой укусить. Правда, с такими посетителями разговор был коротким – Мэри выставлял их из бара. Сегодня просят укусить, а завтра придут с осиновым колом. Нет уж, увольте.

– Извините за беспокойство, но вы ведь Винтер Крипс? – спросила незнакомка с дружелюбной улыбкой и тут же добавила, чтобы ее не прогнали и не проигнорировали. – Я поспорила с друзьями, что смогу проговорить с вами пять минут. Помогите выиграть, пожалуйста!

– На что хоть спорили?

– Кто оплачивает счет. А они столько наели, я разорюсь! – Она бросила быстрый взгляд на дальний столик, за который официант принес большущую тарелку закусок и несколько бокалов амброзии. – Всего пять минут. Уже четыре с половиной, – поправилась она.

Винтер пожал плечами. Он всё равно никуда не спешил. Правда, и тем для разговора не подкидывал, но собеседница прекрасно справлялась сама.

– Все-таки удивительно встретить вас в Изнанке. Разговаривать вот так…

– Как?

– По-простому, как с обычным человеком. Ой! – поняв, что ляпнула, она хлопнула себя по губам и виновато сжалась, ожидая вспышки гнева. – Простите.

Не дождалась. В чем-то она была права – еще недавно Крипса-младшего сложно было представить за стойкой обычного бара. Дед пристально следил, чтобы наследник не гулял, где ни попадя, и Винтер привык к элитным клубам с входом по пропускам. Но, честно сказать, «Черная дыра» была куда приятнее и душевнее, что ли? А что его назвали человеком…

– Не стоит извиняться. В нынешней ситуации это скорее комплимент, – спокойно заметил Винтер.

– Значит, слухи о вашем изменении не врут? Вы действительно дракон? – ухватилась за слова девушка.

– Мне кажется, об этом уже растрепали на каждом углу.

Пока Шана общалась с Лаверн, Винтер успел посмотреть новости, и как же хорошо, что он не видел их раньше! Сеть буквально разрывалась сплетнями о нем, фотографиями, предположениями и скандальными интервью со знакомыми. Особенно отличилась бывшая невеста: заголовок «Дракон в постели» заставил глаз дернуться и поспешно захлопнуть ссылку, пока статью не прочитала Шана. Наверняка адвокаты и айтишники Бионик работали круглые сутки, подчищая самые отвратительные слухи – и с треском проигрывали скорости их распространения.

– Если честно, я подозревала, что это пиар-ход Бионик, чтобы привлечь новых покупателей, – призналась собеседница, смущенно перекатывая банку из руки в руку. – Как еще заинтересовать измененных? Только заполучить их доверие. А когда внук председателя один из них, договариваться легче.

– Боюсь, это не поможет, даже если измененным окажется сам глава компании, – развел руками Винтер. – Кто-то посочувствует, кто-то позлословит за спиной. Как вы верно отметили, представителей Бионик здесь не любят.

– Раз уж вы об этом заговорили… Бионик-групп и семья продолжают вас поддерживать? – девушка небрежным жестом поправила очки на тонком носу.

– А вы не слышали? Мой дед даже приезжал сегодня в Изнанку, – хмыкнул Винтер, отмахиваясь от раздражающего жужжания, ставшего громче. Может, стоило признаться, что он заметил? Хотя нет, так даже интереснее…

– Значит, вы остаетесь наследником Бионик-групп? И нас ждет первый председатель-дракон? – уточнила она, от воодушевления едва не расплескав содержимое банки.

– Зачем вы их носите? – вместо ответа на вопрос, спросил Винтер.

– Что? – даже опешила собеседница, невольно потянувшись к очкам.

– Накладные клыки. Это выглядит глупо.

– А!.. – девушка натянуто улыбнулась и провела языком по кончикам выступающих клыков. – Я тут впервые. Не хотела выглядеть белой вороной, вот друзья и посоветовали. Пошутили, а я повелась. Хотя я видела тут нескольких «эльфов» с накладными ушами. И фею с радужными крыльями, – задумавшись на мгновение, припомнила она. – Не похоже, чтобы они были настоящими. Но, возвращаясь к моему вопросу…

– Крылья как раз настоящие. А ты обещал меня подвезти. – Шана появилась из толпы, врываясь в разговор. Внезапно только для незнакомки – Винтер ощутил запах фрезий куда раньше и не вздрогнул, когда узкая ладонь легла на его плечо.

– Закончила свои дела? – оживившись, повернулся он.

– Да, я готова.

– Тогда едем.

– А как же?.. – робко подала голос позабытая соседка, и Винтер взглянул на таймер.

– Прошло шесть минут, – уточнил он. – Этого хватит, чтобы выиграть спор. Удачного дня, мисс.

– Но…

Она собиралась сказать что-то еще – и неудивительно, будь ее воля, вопросы бы посыпались потоком, но Шана уже уволокла его от стойки.

С Мэри они попрощались мимоходом. Несколько знакомых пытались задержать их, пока они двигались к выходу, но куда там! «Всё потом» – это было самое вежливое, что можно было услышать от феи.

– Ни на минуту нельзя тебя оставить, – ворчала Шана даже на стоянке, пока Винтер лавировал между плотно наставленными машинами.

– Злишься?

– Естественно! Она записывала ваш разговор. Неужели ты не заметил?

– Заметил, конечно. Умные очки, версия третья. Я их сам тестировал, – он выбрался наконец на дорогу, и разговаривать стало легче.

– Почему тогда позволил?

– Во-первых, журналистов все равно не избежать. Знаешь какая самая большая сила в наше время? Слухи. Они могут поднять до вершин, а могут втоптать в грязь. Лично я предпочту проконтролировать взлет.

– Проворачивать такое лучше через редакцию, чем через журналиста.

– Не спорю. Но доброе слово и кошке приятно. Так зачем наживать себе врагов? От вежливого разговора с меня не убудет. – Шана ничего не ответила, но аргумент приняла, и Винтер продолжил. – Во-вторых, мне было скучно. Ты ушла, Мэри тоже занялся своими делами. А так хоть развлечение. Ну и в-третьих, эта журналистка очень старалась. Не у каждого хватит смелости отправиться за сенсацией в Изнанку.

– Это меня и пугает. Эта смелая там понапишет…– мрачно предрекла фея.

– Да брось! Я не говорил ничего, что бы уже не осветили в новостях.

– Мистер-бывший-Крипс, мне кажется, ты недооцениваешь значимость момента, – с неожиданной горячностью откликнулась Шана. – Дракон в Изнанке – это не шутка. Да один факт твоего пребывания в «Черной дыре» всколыхнет волну! И в другой раз там от журналистов яблоку упасть некуда будет!

– Тогда останется придумать, как стрясти с Мэри за рекламу.

Она застонала в ответ на его слова и уткнулась лбом в боковое стекло.

– Ты ведь понимаешь, что я всё равно не могу прятаться вечно? – осторожно уточнил Винтер, притормозив на светофоре.

– Да, но… – она прикусила губу, выдохнула и закончила совсем не тем, чем хотела: – Ладно, будем надеяться, всё обойдется.

***

Бобби появился дома поздним вечером, уставший, злой и голодный. Сначала недоуменно уставился на чужие ботинки и куртку, потом вспомнил, кто гостит у него дома, и так же недоверчиво поглядел на кипящее в кастрюльке рагу. Принюхался, не отравлено ли.

– Шана заходила? – с опасением уточнил он у Винтера. Пахло хорошо, и кажется, это его напугало.

– Нет. Надо было отвлечься, вот я и решил что-нибудь приготовить, – откликнулся Винтер, уткнувшись носом в многочисленные графики. Рик к вечеру прислал отчеты по текущему состоянию компании, и впору было хвататься за голову, а не за поварешку. – Кстати, убавь температуру, там почти закипело.

– Ты умеешь готовить?

– Три блюда. Мама научила, – отмахнулся бывший Крипс.

Они нечасто что-то делали вместе, но Винтер хорошо помнил, как она возилась с ним на кухне. Кажется, это был очередной период поиска себя, на этот раз в роли заботливой матери и домохозяйки. Дед бесился, что она вообще посмела показаться дома и забрать его внука, а Винтер просто радовался, что мама рядом, и боялся слова поперек сказать, чтобы она не уехала.

Зря старался. Игра в примерную родительницу быстро ей наскучила, и она укатила за границу, пообещав вернуться в ближайшее время, и, как обычно, потерялась почти на несколько лет.

Сейчас мама отдыхала где-то в горах, без связи с цивилизацией, и Винтер надеялся, что к ее возвращению ажиотаж вокруг его изменения немного поуляжется. Сложно было предугадать, как она поступит, когда узнает. Примчится в Грейтаун? Предложит переехать к ней? Или проигнорирует, как обычно?..

– Отлично вышло, – жуя, прервал его воспоминания Бобби. Вместо того чтобы выполнить поручение, он влез ложкой в рагу и уплетал с видимым удовольствием.

– Эй, там еще не готово! – всполошился Винтер.

– В самый раз. Я на ногах целый день и перекусил только кофе.

– Зернами похрустел, что ли? – сдержаться, когда так пренебрежительно отнеслись к труду нескольких часов, было сложно. С другой стороны, Бобби явно понравилось, иначе бы он не ел, обжигаясь, прямо с плиты.

– Типа того.

Рагу в кастрюльке перекочевало на стол, и орк сделал широкий жест, мол, присоединяйся. Винтер последовал совету: по той скорости, с которой пустела посуда, он рисковал остаться без позднего ужина.

– Слышал, вы сегодня попали в передрягу? – исподлобья посмотрел на него Бобби, «незаметно» подтягивая кастрюлю к себе.

Ну, хоть кому-то хорошо: для Винтера из рагу вкусными были только овощи. А хорошо протушенное мясо, тающее на языке, дракон признавать отказывался и рычал внутри, что полусырой стейк куда лучше.

– Это ты про окно? Мэри рассказал?

– Нет, приятель из полиции. Он будет вести это дело. Упомянул, что сам Винтер Крипс заинтересован в поимке преступника. Я вспомнил, что Шана собиралась посмотреть зал, вот и сложил два и два. Кстати, мой коллега проверил все обращения из музея в полицию за несколько лет, там и правда тишь и гладь. Пара ссор на пустом месте и всё, скукота! Заодно пробил саму Лаверн – мало ли, вдруг она всё ради страховки и затеяла, – но с ней тоже всё более-менее спокойно. Штраф за неправильную парковку, еще несколько – за порчу городского имущества, где её подопечный постарался, разбил мячом витрину и накарябал надписи на стене. Сам же и отмывал. В общем, не похожа она на ту, которой станут палки в колеса ставить. А вот попробовать вымогать у нее деньги – запросто.

– Шане еще не рассказывал?

Бобби выразительно промолчал, выскребая со стенок рагу. По-хорошему стоило уговорить их подругу выбрать другой выставочный зал и забыть о возникшей проблеме, которая не касалась её напрямую, но… Шана уже вляпалась в это дело, даже Мэри подключила, а значит, не отстанет, пока со всем не разберется.

– Присмотри за ней. Как бы тот, кто достает Лаверн, не решил, что фея ему мешает, – попросил Бобби.

В этот раз Винтер был с ним абсолютно согласен.

***

Шана

Хороший день с писка мушки не начнешь. В этом Шана не сомневалась со времен учебы и открыла глаза с ощущением грядущих проблем. Будильник поутру звенел куда нежнее.

– Да, миссис Хамминг, я вас слушаю, – обреченно ответила она.

– Шана, я не потерплю такого в своем доме! У нас тихий район, спокойная дружественная обстановка. А это… Это какое-то форменное безобразие, – раздался возмущенный голос владелицы офиса. На фоне слышались чьи-то голоса, шум, и Шана мысленно перебрала в голове, что могло случиться. Она не выключила технику, и случился пожар? Их ограбили? Им подкинули труп?!

– Рабочий день начинается с девяти. Ждите на улице! – рыкнула на кого-то горгона, и Шана непроизвольно вжала голову в плечи, будто наорали на нее. – Нет, ты это слышала? Просто ужас какой-то. Немедленно приезжай!

– Слышала что?

Вопрос Шана задала в пустоту, Хамминг уже отключилась.

– Мне показалось, ты с кем-то говорила… – Тайга, зевая, вышла из своей комнаты, одергивая помятую со сна пижаму и пытаясь привести кудряшки на голове в относительный порядок.

– Не показалось. – Шана оставила попытки связаться с домовладелицей – та игнорировала звонки, и потянулась до кончиков крыльев. – Что-то в конторе произошло. Хамминг рвет и мечет. Слетаю, посмотрю.

– Позавтракай для начала.

– Нет уж, если задержусь, горгона меня сама сожрет. Перекушу в городе.

– С Винтером? – не скрывая интереса, уточнила Тайга.

Шана пожала плечами:

– Если получится.

Вариант позавтракать вместе ей нравился – с Винтером было о чем поговорить и что ему показать. Например, кофейню у одноглазого Джека с видом на Озеро Слёз. Конечно, не таким шикарным, как из его апартаментов в Небесном городе, зато с самыми лучшими оладьями в Изнанке с изумительным кленовым сиропом. Увы, уже на подходе к «Крыльям помощи» фея поняла, что связываться с Винтером придется, но по другой причине. У входа собралась толпа журналистов: кто-то разговаривал по мушке, кто-то заглядывал в окна, а кто-то и вовсе сидел на асфальте, подперев стенку в ожидании. Сопоставить их появление и утренний звонок не составило труда – журналисты собрались по ее душу. Или по душу дракона.

Ха! Давно ей не случалось оказываться под вспышками софитов и отвечать на неудобные вопросы! А ведь когда-то толпа журналистов вокруг, равно как вспышки камер и подсунутый микрофон, были частью повседневности. Отец наверняка взбесится, увидев ее интервью на первой полосе, хотя… Учитывая, как рьяно он сватал ей Винтера, скандал мог быть на пользу его планам.

Другое дело, что, в отличие от Винтера, у Шаны не было никакого желания поддерживать необоснованные слухи. А слухи обычно множились, дай только повод. Она уже начиталась о драконе столько, что, не знай его лично, обходила бы по большой дуге! Добавлять для обсасывания еще одну любовную историю не хотелось. Тем более какая уж тут история? Взаимного притяжения для серьезных отношений недостаточно, а жаркие поцелуи на крыше высотки признанием не считаются. У любого снесет голову после полета!

Иначе говоря, пока они сами не разобрались в своих отношениях, не хотелось привлекать к этому СМИ.

– Бобби, у меня тут проблема, – без колебаний набрав приятеля, нажаловалась она.

– Какая проблема? Ты время видела? – судя по хриплому голосу, орка она выдернула из объятий сна.

– Видела. Меня тоже разбудили.

Выглянув из-за угла, Шана сделала несколько снимков и передала их с очков на мушку. Непечатное слово, которым Бобби наградил ситуацию в целом, прекрасно характеризовало картину.

– Я сейчас приеду. Винтера брать?

– Не надо, только подогреешь слухи. Думаю, появления офицера полиции будет достаточно, чтобы унять самых ретивых.

– Понял. Главное, сама к ним не лезь.

– Да я и не… – Шана осеклась, потому что один из журналистов, решив то ли сбегать за угол по нужде, то ли заскочить в круглосуточный магазин, выскочил прямо на нее.

– Эй, а вы разве не?..

– Поздно. Жду в конторе, – отключилась Шана и, проигнорировав опешившего от встречи мужчину, решительным шагом направилась к офису.

В тишине удалось пройти где-то половину пути. Затем журналисты очнулись, окружили плотным кольцом, без устали осыпая вопросами.

– Вы новая девушка Винтера Крипса?

– Это вас вчера вместе видели в баре?

– Вы встречались до разрыва помолвки?

– Правда, что мистер Крипс – дракон в постели?

На последнем вопросе Шана споткнулась, представив дракона в постели в натуральную величину и последующие за тем разрушения, и не выдержала:

– Господа, минутку внимания! – развернувшись, громко произнесла она и, дождавшись, пока все угомонятся, ровным тоном заметила: – Господа, я понимаю ваш интерес, но хочу напомнить о неприкосновенности личной жизни.

– Личной жизни? Значит, между вами всё-таки что-то есть? – обрадовался один из писак. – Это можно считать заявлением?

– Нет, это значит – никакого интервью! – прорычала Шана не хуже дракона и захлопнула дверь у них перед носом.

***

Бобби приехал в рекордные сроки. За это время Шана только и успела, что от души наругаться на сломавшуюся кофемашину и вскипятить чайник. Она как раз залила кипятком пару ложек совершенно безвкусного растворимого кофе, когда полицейский фордик остановился у офиса, и во дворе разыгралось целое представление. Смотрела его она не одна: этажом выше с грохотом открылось окно. Похоже, миссис Хамминг бдительно следила за тем, что происходит.

– Граждане, на вас поступила жалоба за нарушение тишины, – заявил Бобби всем собравшимся.

В форме, слегка жавшей в плечах, он выглядел еще внушительнее, а нахмуренные брови и выпирающие клыки усиливали впечатление. Грозный вид несколько портили очки на носу, если не знать, что с их помощью орк получал досье на каждого из присутствующих. А «умные очки» были знакомы всем искателям горячих новостей.

Несколько журналистов с грешком на душе предпочли сделать вид, что просто мимо проходили, и Шана начала вести счет. Пока «два: ноль» в пользу полицейского.

– Расходитесь, или мне придется принять меры.

– Жалоба? Что за чушь! Мы всего лишь хотели задать мисс Либелле пару вопросов! – попытался кто-то возразить, и Бобби вперил взгляд в смельчака.

– Насколько знаю, для этого не требуется осаждать чей-либо офис, мистер… Джонсон, – саркастически заметил он, поправив устройство на носу. – Договоритесь о встрече и приходите в порядке очереди. Впрочем, если вы не согласны, можете поспорить со мной в участке.

– Это превышение полномочий! – задохнулся от возмущения журналист.

– А это – преследование, которое куда более серьезное преступление, чем нарушение общественного покоя. Или мне стоит уточнить у госпожи Шаны, создаете ли вы ей неудобства? – осклабился орк и добавил куда тише, но таким проникновенным тоном, что все прислушались: – Превышение полномочий – это если я пинком вышвырну вас из Изнанки. А так я всего лишь предупреждаю, что не стоит создавать проблем. Вроде доходчиво объясняю? – он зыркнул на тощего паренька рядом.

Тот торопливо закивал и свернул голографический экран. За ним с явной неохотой последовали остальные. Взбешённые взгляды, которые акулы пера бросили на окно, заставили Шану отшатнуться и засомневаться, так ли хороша обещанная мастером зеркальная поверхность. Вдруг стоящую у окна фигуру все-таки видно?

Так или иначе, а Бобби победил с разгромным счетом! Не прошло и десяти минут, как перед офисом снова стало чисто и безлюдно.

– Детка, задание выполнено! – прикоснувшись к мушке, доложил орк.

– Вижу. Заходи, выпей кофе. Кофе так себе, но есть печеньки, – отозвалась она и уже собиралась отойти от окна, когда из полицейской машины выбрался Винтер. Так, а он-то что здесь забыл? Спасибо, что вышел не при журналистах!

– Бобби!

– А ты попробуй удержать этого упрямца, – зашедший в офис орк сразу догадался, отчего возмутилась Шана. Но кружку с кофе принял и глотнул не поморщившись, несмотря на дрянной вкус. А шоколадных печенек зачерпнул целую горсть. – Он как услышал про журналистов, подорвался так, будто опаздывал на интервью.

– Потому что это моя вина, – насупленный вид хозяйки офиса Винтера ничуть не смутил. – Статья, так подозреваю, появилась из-за вчерашней журналистки. Она видела нас в баре и растрепала, что мы встречаемся. А остальные слетелись, как вороны.

– И ты решил подтвердить слухи? Или опровергнуть?

– Ты действительно собралась обсуждать это при своем бывшем? – покосился на орка Винтер.

– А что такого? Бобби видел всех моих парней.

– Целого одного, – встрял тот с серьезным видом, прихлебывая кофе, и Шана исподтишка показала ему кулак. С личной жизнью у нее не слишком ладилось.

– Слушай, если тебе некомфортно, мы можем поговорить наедине. Позже, – согласилась она, пока Бобби не добавил чего-нибудь еще столь же компрометирующего. – Не подумай, я не давлю. Просто хочу знать, что…

Что именно хочет знать, Шана договорить не успела. Сложно разговаривать, когда тебя целуют, а сдерживать себя дракон пока не научился. И сердитый поцелуй быстро перерос в жадный, а Винтер, похоже, забыл, что хотел таким образом объясниться. Хотя «объяснение» зачетным вышло. У Шаны больше сомнений не возникало.

– О, ну, конечно! Я всё понял. Бобби сделал свое дело, Бобби может уходить, – протянул орк, о котором они совершенно забыли, и хрумкнул печенькой. – Мне выйти, голубки?

– Да! – отозвались они хором, и Шана распахнула глаза.

– Нет! – запоздало поменяла она решение.

Бобби, стоявший за спиной Винтера, ухмылялся с самым что ни на есть паскудным видом, и можно было не сомневаться – он эту ситуацию не скоро забудет.

Шана уперлась рукой в грудь Винтера и нехотя отстранилась.

– Ладно уж, я не ревнивый. Хоть меня и задевает, что за спасение от журналистов я даже спасибо не услышал. Не говоря о столь жаркой благодарности, которой одарили Крипса. Который, к слову, эту ситуацию и создал.

– Я угостила тебя кофе.

– Да брось! Я избавил тебя от этого ужасного напитка! – закатил глаза Бобби. – И раз сегодня у меня день добрых дел, помогу кое с чем еще.

Он поставил кружку на стол и вышел в коридор.

– Миссис Хамминг, доброе утро! – раздался оттуда его бодрый голос, которому вторило шипение змей. – Вы хотели переговорить с Шаной? Она немного занята, у нее посетитель. Тот самый Крипс, – перешел он на шепот, но такой громкий, что услышал бы глухой. – Не переживайте, я прослежу, чтобы нашествия журналистов не повторилось. Да-да, вы совершенно правы, это форменное безобразие.

Голоса стали стихать: Бобби решил проводить горгону до мастерской, а заодно успокоить ее по пути.

– Он вернется, – уверенно сказала Шана. Больше для себя – губы еще горели от поцелуя, и безумно хотелось повторить. Судя по потемневшему взгляду Винтера, хотелось не ей одной.

– Думаю, пара минут в запасе у нас есть, – хрипло ответил он и не стал терять времени.

На этот раз вышло даже лучше: дракон приноровился обнимать так, чтобы не задевать крылья, и целовал напористо, но позволял ей самой проявлять инициативу. Это было настоящим сумасшествием – видеть, как от ее прикосновений на его коже начинает проблескивать чешуя, сбивается дыхание, и с каким трудом он раз за разом возвращается к обычному облику. От этого зрелища хотелось плюнуть на все приличия, запереться и... Бобби ведь большой мальчик, всё поймет?

Винтер отстранился, когда Шана почти убедила себя наполнить утро прекрасными воспоминаниями и уже ненавязчиво подталкивала его к двери.

– Извини. Я правда не думал, что журналисты начнут с тебя, – повинился он, сбивая настрой. – Нужно было сразу отослать ту журналистку.

– И нас поймали бы вместе в другой раз. Шила в мешке не утаишь! Но зато они приписали тебе роман со мной, а не с Бобби, – немного нервно хихикнула Шана. – А ведь история могла бы получиться куда драматичнее!

– Думаю, это повод начать подыскивать себе жилье, – ужаснулся подобной перспективе Винтер. На роман с феей председатель еще посмотрит сквозь пальцы, но никак не на предложенный вариант!

Когда Бобби вернулся, они успели перебрать несколько самых популярных мест для жилья. Винтер оказался придирчивым покупателем: то ему мешал расположенный рядом бар, то, наоборот, район был слишком тихим. Наличие консьержа, лифта, панорамные окна – нескольких обязательных запросов хватило, чтобы Шана вспомнила, в насколько разных мирах они живут. Хотя останься она Либелле, ей такая шикарная жизнь тоже казалась бы нормой.

– Вы как-то быстро перескочили этап ухаживания, – отметил полицейский развешанные предложения от риэлтеров.

– Винтер решил переехать, пока журналисты не нашли твой дом, – пояснила Шана.

– Не подумай лишнего, я беспокоюсь о Скребухе. Мне показалось, она не любит лишнего шума, – на голубом глазу соврал Винтер.

– Ты само очарование, – скривился орк и повернулся к Шане: – Заодно присмотри новый офис. Хамминг предупредила, что еще одна демонстрация под окнами – и тебе придется подыскивать другое помещение. Так что с журналистами лучше встретиться, потому что внушение от полиции – дело, конечно, полезное, и на пару дней его хватит, но не более. Могу дать парочку контактов самых порядочных.

– Из тех, что освещают ваши расследования?

Знала Шана эти контакты: с Бобби работали самые психически устойчивые журналисты. Другие не выдерживали: убийства в Изнанке редкостью не были, особо жестокие, к сожалению, тоже. Но статья про Джесси была неплохой: без смакования подробностей, сухие и сдержанные факты: где нашли, что нашли. И несколько кратких слов друзей о самой девушке, от которых сжималось горло.

– А давай, – согласилась Шана. Такие журналисты точно в чужую постель не полезут.

Бобби порылся в мушке, скинул контакты.

– Ты хотел вчера о чем-то поговорить, – напомнила она.

Орк как-то странно замялся.

– Ага. Ты только не волнуйся… Я достал адрес Ллойс. Старый адрес, – торопливо добавил он. – Это с того аукциона. Дело не мое, получил его через знакомого. Полиция там уже побывала, но хозяйка утверждает, что Ллойс не появлялась со дня аукциона.

Высветившийся на экране адрес почему-то расплывался перед глазами.

– Успокойся, – голос Винтера за спиной показался спасительным, и Шана позволила себе прижаться к мужчине, выдохнуть. Затем еще раз, куда спокойнее, посмотрела на находку. Ллойс жила в доходном доме неподалеку от доков. Выбрала излюбленное место молчаливых русалок. Неудивительно, что найти ее никак не получалось!

– Я хочу туда съездить.

– В этом я не сомневаюсь, – согласился Бобби. – Может, если хозяйка поверит, что вы подруги, расскажет что-нибудь новое. Я узнавал: с пяти вечера она обычно на месте.

– Хорошо.

Судя по скептическому выражению лица, орк глубоко сомневался, что хорошо. Ему вообще не нравилась идея искать Ллойс, и, если бы не давнее обещание помочь, пальцем не пошевелил бы.

– Я с тобой не поеду. Я ж не дурак и понимаю, что очередным полицейским госпожа Грета будет не рада. Подозреваю, она и тебя-то выслушает с неохотой…

– Поняла, – выдохнула Шана. – Только…

– Тебе необязательно докладывать о чем-то полиции. Ты ищешь свою подругу и понятия не имеешь, что она скрывается, – правильно истолковал ее переживания приятель.

Найти подругу, чтобы потом из-за нее же Ллойс угодила за решетку – так себе воссоединение.

– Спасибо, – отозвалась Шана с явным облегчением.

– Ну наконец-то! Дождался благодарности! – Бобби с пафосом вскинул руки, но, заметив ее задумчивость, опустил свою большую ладонь фее на голову и потрепал светлую макушку. – Не переживай. Вот увидишь, всё наладится.

***

Шана довезла Винтера до ближайшего агентства недвижимости – приличных агентств в Изнанке было всего три – а сама отправилась в доки. До Дня Перелома это был один из самых оживленных районов Грейтауна. Торговля, туризм, досуг: здесь можно было найти тысячу увлекательных занятий от рыбалки до яхтинга. Узкие улочки с лавками с самыми разнообразными товарами (бабушка рассказывала, как купила здесь живого осьминога!) выходили к песчаным пляжам у Озера Слёз и к причалу, где парусников было больше, чем людей.

Хотя людей тоже было немало. Раньше. До того как появилась Изнанка, и заходить на территорию измененных стало опасно. Сейчас причал выглядел пустым и унылым, и несколько яхт на воде смотрелись удручающе.

Доходный дом, в который отправил ее Бобби, располагался у воды и частично под водой, что неудивительно – большая часть его обитателей была неразрывно с ней связана. Тем же тритонам повезло, они хотя бы могли выйти на сушу, как госпожа Грета. А вот русалкам немало времени приходилось проводить в воде, и, к своему сожалению, Шане не довелось раньше с ними общаться. Вот и сейчас она заметила только промелькнувший хвост кого-то из прислуги, присматривающей за подводной частью дома.

Если не считать мелкой чешуи по телу и перепонок между пальцами, госпожа Грета выглядела обычной женщиной средних лет, с тусклыми каштановыми кудрями, торчащими в разные стороны. О постояльцах она рассказывала неохотно, и стоило ей узнать, что Шана здесь не ради комнаты, как потеряла к гостье интерес. А за намек заплатить за информацию едва не выгнала: припомнила и полицию, которая недавно приходила, и попытки свалить все преступления на измененных, нашелся бы повод.

Ллойс Амели? Не уверена, об одной ли особе они говорят. Была у нее постоялица-фея, да кто ж имя припомнит? В списках посмотреть? Так нет списков, системный сбой, вся база очистилась. А какая та фея из себя была? Да обычная: молодая, невысокая, худенькая. Серая мышка, а не фея. Как съехала, ее комнату заселили. Заселили ведь? – повернулась она к проходящей мимо горничной со стопкой полотенец, и та кивнула – мол, да, всё занято. Нет, фея не говорила, куда уезжает, за полгода они почти не общались. Но за комнату она платила исправно. А вы, собственно, кто? Подруга детства? Стыдно близкой подруге не знать таких вещей. Ах, давно не виделись! Тогда понятно.

И так далее, и тому подобное. Чем дольше Шана с ней говорила, тем больше понимала – они ходят по кругу, ничего нового Грета не расскажет, только будет с каждым вопросом раздражаться всё сильнее. Как и предсказывал Бобби. Надо было всё-таки брать с собой Винтера, у него хотя бы опыт переговоров колоссальный!

Но вмешивать чужого человека в проблемы подруги она не хотела. Не то чтобы не доверяла Винтеру – скорее, она не могла доверять Ллойс.

Поблагодарив Грету и получив пожелание не возвращаться, Шана вышла из дома. Её стрекозка дожидалась в положенном месте, и фея погладила сиреневый бок, делясь переживаниями.

– Снова не получилось. Что ж, я просто продолжу поиски, – пробормотала она и похлопала по карманам куртки. Брелок с ключами куда-то завалился или вывалился. Лучше бы первое, конечно: искать что-то мелкое в сумерках было неблагодарным делом.

– Постойте!

Глухой стук каблуков по брусчатке прервал поиски. Ее нагнала одна из помощниц Греты – та, которую она спрашивала о комнате, и воровато оглянулась.

– Я правильно услышала, вы Шана? И ищите свою подругу?

– Вы что-то знаете? – тотчас уцепилась фея.

– Она просила вам передать. – Женщина протянула сложенный вчетверо листок, подписанный знакомым почерком, каждую буковку которого Шана знала наизусть. И этот завиток на хвосте, и слитное написание двух-трех букв вместе!

– Ллойс просила? Когда? – опешила она.

– На днях. Она зашла за вещами, а я дежурила в ночную смену. Она так и сказала: вы обязательно появитесь. Больше я ничего не знаю, – предупреждая вопросы, торопливо добавила горничная и снова огляделась, пугаясь неизвестно чего. Может, такие просьбы от постояльцев были у Греты под запретом. – Зря вы пришли, – вырвалось у нее.

– Раз получила весточку, то не зря.

Но женщина только покачала головой и, больше не говоря ни слова, скрылась в тенях.

***

О том, что так напугало горничную, Шана догадалась, когда раскрыла записку. И конечно, можно было не сомневаться, любопытная прислуга сунула туда свой нос. Ллойс назначила ей встречу в одном из худших районов Изнанки. Крысятник. Без причины Шана туда не совалась, даже на гонках. Там жили те, кто не смог нормально адаптироваться: со спонтанными оборотами, необоснованной агрессией, так или иначе искалеченные людьми. И они одинаково сильно не любили как людей, так и себе подобных.

– Ты ведь не собираешься ехать туда одна? – забеспокоилась Тайга, из дома рассматривая трехмерную карту района, скинутую подругой. Если верить спутнику, место, которое указала Ллойс, было давно заброшено. Она решила встретиться на нейтральной территории или подготовила себе тайное убежище?

– Я уже туда еду, – развернувшись на перекрестке, честно призналась Шана, получив в ответ разочарованный стон. – Ты же понимаешь, Бобби звать нельзя, ему придется рассказать обо всем коллегам.

– А Крипса?

Шана задумалась, но мотнула головой.

– Не хочу втягивать его в это дело. Я не знаю, как отреагирует Ллойс на чужих. Вдруг она подумает, что я ее предала? В записке сказано, чтобы я пришла одна.

– Мне это не нравится. А если что-то случится?

– Она моя подруга. Что может случиться?

– Дай подумать. – Тайга пересела на диване в свою излюбленную позу лотоса. – Вы не виделись уйму лет, если не считать подозрительного аукциона, где она купила себе женщину для утех. Ладно, допустим, она покупала ее для чего-то еще, – услышав возмущенное сопение, добавила соседка. – Но ты уверена, что это та подруга, которую ты знаешь?

– Она пыталась меня защитить, когда начался пожар.

– И сбежала, едва выдался шанс, – безжалостно напомнила Тайга.

– Естественно, сбежала. Ее хотела схватить полиция. Думаешь, они стали бы разбираться в настоящих мотивах? Это подразделение из Рабочего, им плевать на измененных! Посадили бы – и дело с концом.

– Но ты тоже не знаешь ее мотивов.

– Вот и спрошу! – получилось грубо. Тайга резко и обиженно замолчала, и Шана прикусила губу. Она не собиралась срываться на нее, просто… Это же Ллойс! Та самая Ллойс, с которой они вместе мечтали, делились сокровенными тайнами, обсуждали мальчишек. Тихоня Ллойс. Если бы тогда Шана не попала на тот бесполезный курс по реабилитации, если бы позвонила ей на несколько дней раньше и забеспокоилась, почему подруга не отвечает!..

Лучше бы я умерла. Не хочу жить, такой… Не могу. – Слова получалось разобрать с трудом. Но окровавленный нож в руках говорил лучше слов.

Шана сжала ручки руля мотоцикла. После всего что случилось, она не могла ее бросить. Если бы Ллойс позвала ее на конец света, она поехала бы за ней. Потому что кто-то должен был протянуть ей руку. Потому что – Шана не сомневалась – Ллойс сделала бы для нее то же самое.

– Не вздумай отключать мушку и надень очки. Я буду за тобой следить, – ворчливо предупредила Тайга. – Поняла?

– Мэм, так точно, мэм.

Уголки губ Шаны невольно поползли вверх. Соседка обижалась, но не бросала, и в этом была вся Тайга. Если всё пойдет благополучно, она обязательно познакомит своих подруг. Хотя почему «если»? У нее обязательно всё получится!