Искры ненависти.

Осень в Москве щедра на золотые краски и меланхоличные дожди. Сегодня в одном из старинных особняков города проходил благотворительный вечер, посвящённый сбору средств на помощь детским домам и социальным проектам поддержки детей-сирот.

  Не скажу, что я часто бываю на таких мероприятиях, но по счастливому случаю сегодня я здесь. Благодаря тому, что я состою в университетском клубе волонтёров, мне поручили посетить это мероприятие. Приём проходил в настоящем старинном дворянском особняке. Сегодня здесь собралась почти вся элита города: бизнесмены, миллионеры, олигархи, чтобы засветиться в очередных новостях и показать свой вклад в доброе дело, мол, вот, смотрите, народ, мы помогаем сиротам и нуждающимся.

  Особняк завораживал своей величественностью. Массивные деревянные двери, украшенные гербом прошлых владельцев, встречали гостей своей прочностью и гостеприимством. В холле потолок поддерживали изящные колонны с тонкой резьбой, а полы сверкали полированным деревом, сохраняя следы ушедших времен.

   Среди собравшейся элиты моё внимания сразу привлек высокий юноша примерно моих лет. Одинокий среди взрослых мужчин и женщин постарше, он выглядел элегантно в своём чёрном костюме, явно заказанном у именитых дизайнеров. Что-то странное привлекло мой взгляд в нём. Ведь большинство присутствующих были куда старше, многие пришли со спутницами значительно моложе себя. Глядя на сияющих дам рядом с солидными мужчинами в дорогих костюмах, легко представить, что удерживает их вместе далеко не взаимная любовь. Эти девушки, вероятно, рассчитывают на материальные блага, предлагаемые своим избранниками.

  Паренёк всем видом, показывал свой не интерес на всё происходящее. Ему явно, хотелось скорее отсюда удрать. Я же ждала, когда этот приём закончиться, всё-таки, это довольно скучное мероприятие, и мои ноги ужасно устали от каблуков. Вскоре монотонные разговоры стали утомлять, и я почувствовала необходимость сменить обстановку. Решив немного передохнуть, направилась на просторный балкон особняка. Обычно такие места привлекают толпы желающих отдохнуть от формальности зала, но, удивительно, сегодня никто не пришёл разделить со мной свежий осенний воздух. Изрядно устав от каблуков я вынула одну ногу из туфли и поставила босую ногу на туфлю сверху. Я залюбовалась с балкона на ночную Москву. Мои мысли окунулись в воспоминания, садик, школа, и наконец университет, вся моя жизнь, проходит в этом городе. Интересно я останусь здесь навсегда, или же перееду в другое место, а вдруг жизнь круто повернется, и я перееду не в другой город, а вообще за границу. Я любила, Москву.  Но всё-таки иногда хотелось вырваться за горизонт родного города.

  Моё детство было очень счастливым. Я росла в любви и заботе. Несмотря, на то, что мы жили не богато, родители делали всё, чтобы у меня всё было. В нашей семье существовал прекрасная традиция: раз в месяц мы обязательно собирались вместе и целый день проводили исключительно друг с другом. Мы выбирались на природу, устраивали замечательный семейный пикник с ароматным шашлыком и песнями у костра.

  Иногда наши совместные приключения принимали иной оборот: мы отправлялись в зоопарк, где весело прогуливались мимо вольеров экзотических животных, или же заходили в веселый мир циркового представления, где смех и аплодисменты сливались в единый поток радости. Каждый такой день был уникальным и памятным событием, откладывающимся яркими картинками в моей детской памяти

  В нашем доме совершенно недопустимыми считались проявления грубости, жестокость любого вида и физическое воздействие. Меня растили мягко, терпеливо и с бесконечной любовью, избегая любых проявлений недовольства, давления или агрессивных методов воздействия.

  В будние дни мои родители были заняты работой: отец преподавал в художественной школе, вдохновенно передавая ученикам мастерство живописи и техники рисунка. Вернувшись вечером домой, он погружался в творчество, стараясь уловить мимолетные вспышки вдохновения, необходимые для завершения очередной картины. Мама работала учителем в местной школе, и почти каждый вечер после уроков приходила домой с стопкой ученических тетрадей. Иногда я подсаживалась рядом и осторожно перелистывала страницы, рассматривая разные почерки учеников. Мне нравилось смотреть, как мамины пальцы уверенно скользят по строчкам, точно и чётко выводя красные пометки, превращая ошибочные буквы и цифры в правильные, словно волшебница одним движением палочки устраняет недостатки, превращая неудачи в победы.

  Моя мама, Мария Сергеевна, — невысокая женщина с большими карими глазами и мягкими каштановыми волосами, свободно спадающими на плечи. Самое запоминающееся в ней — это её очаровательная улыбка, которой она заражает всех вокруг, мгновенно поднимая настроение.

 Однажды отец признался мне:

 — Аленька, знаешь, именно в эти прекрасные карие глаза и эту невероятную улыбку я влюбился впервые... Тогда понял, что нашёл женщину, с которой хочу провести всю жизнь.

    Я вспоминаю своего отца Александра Николаевича с глубокой любовью и сердечной благодарностью. Его образ встаёт передо мной ясно и отчётливо: его облик ясно проступает перед мысленным взором: статный мужчина среднего роста, крепко сложённый, с пышной копной тёмно-русых волос, тронутых первым серебристым оттенком, и прозрачными серо-голубыми глазами. Страх ему был незнаком, он шёл вперёд уверенно и твёрдо, оберегая нашу семью и являясь настоящим примером силы духа и мужества.

  Нелегко осознавать, что родного человека, больше нет рядом... Моего отца не стало три года назад. Это произошло в страшной автомобильной аварии, ставшей роковым ударом для всей нашей семьи. Особенно трудно пришлось мне, шестнадцатилетней девочке, столкнувшейся лицом к лицу с суровой действительностью и болью утраты.

  Потеря отца стала серьезным испытанием не только для меня, но и для моей матери. Я лишилась родителя, а она — мужа, любимого человека, верного спутника жизни. Нам обеим пришлось столкнуться с огромным горем, которое невозможно описать словами.

  Даже среди множества приглашенных гостей я чувствовала свое абсолютное одиночество. Люди вокруг казались чужими, чуждые моему внутреннему миру. Казалось, что они собрались здесь ради собственного удовольствия, статуса и видимости участия в благородном деле, тогда как я оказалась здесь совсем случайно и вынуждена терпеть подобную компанию.

  Женщины в блестящих колье и массивных браслетах улыбались широко открытыми губами, изображая неподдельный интерес к судьбе бедных детей, которым предназначались собранные средства. Они говорили тихо, сдержанными голосами, уверяя окружающих в важности каждого пожертвованного рубля, хотя большинству из них было абсолютно безразлично будущее этих малышей. Для многих присутствие здесь служило возможностью продемонстрировать собственную значимость, статус и красоту.

  К реальности меня вернул тихий шорох шагов за спиной. Я торопливо засунула ногу обратно в тесную туфельку и резко обернулась, но одно неловкое движение обернулось настоящей катастрофой: длинные пышные складки нежного пастельного платья в пол намертво зацепились за острый каблук, и я стремительно полетела вниз.                         Мир стремительно поплыл перед глазами, паника и страх охватили каждую клеточку тела. Но судьба решила вмешаться: крепкие мужские руки молниеносно подхватили меня в последний миг, остановив падение и бережно поставив на ноги. Сердце бешено заколотилось, дыхание оборвалось, а голова шла кругом от удивления и благодарности.

  Я замерла, поражённая случившимся. Щёки мгновенно вспыхнули горячим румянцем, сердце отчаянно забилось, словно выпущенный на свободу зверёк. Подняв глаза, я обнаружила, что передо мной стоит тот самый юноша, которого заметила ранее издалека. Теперь, когда расстояние сократилось, я смогла детально рассмотреть его вблизи.

  Передо мной возвышался высокий парень с отличной спортивной фигурой и гармонично развитой мускулатурой. Аккуратная короткая стрижка каштановых волос подчёркивала его ухоженность и стиль, но при этом создавалось ощущение, что весь этот лоск ему явно навязан сложившейся ситуацией. Он явно предпочёл бы оказаться где угодно, только не на этом событии, полном фальшивых улыбок и натянутой вежливости.

  Парень медленно и внимательно осмотрел меня с головы до ног, после чего презрительно ухмыльнулся и произнёс:

–  Какая очаровательная леди, жаль, что грация пока не входит в список ваших достоинств. — Я почувствовала, как щеки моментально вспыхнули огнем, а сердце глухо застучало в груди. Внутри нарастала волна негодования, смешанная с обидой. Голос, который секунду назад звучал таким равнодушно-пренебрежительным тоном, врезался в уши, словно иглой царапнул по стеклу.

  Я твердо решила не показывать парню, что его грубость задела меня. Всего лишь избалованный мажор, привыкший чувствовать себя королём. Поэтому, спокойно и уверенно встретив его взгляд, я ответила:

– Не волнуйтесь, ваше мнение не влияет на мой список приоритетов. Умение сохранять достоинство в присутствии хамов для меня куда важнее грации.

Парень нахмурил брови, а моя душа торжественно ликовала: похоже, он не ожидал, что я найду, что ответить на его хамство.

– Кто хам, я? — недоверчиво уточнил он, явно раздосадованный моей самоуверенностью.

– Ой, а вы ещё здесь кого-то видите? — Оглядываясь по сторонам спросила я.

– Да, вижу, Красивую девушку, только жаль, девушка, ходить не умеет, спотыкается на каждом шагу. – Дерзко ответил парень.

– У вас уникальный талант — делать комплимент и одновременно хамить. Где вы этому научились? Уж не потому ли, что в престижных школах хорошие манеры остаются необязательным предметом?

– Видимо, пока вас обучали правилам хорошего тона, я посвятил себя изучению тонкого искусства отмечать чужие слабости.  Поверьте, плохо сидящее платье и отсутствие природной грации требуют особого подхода и достойны самого пристального внимания.

  От возмущения я буквально потеряла дар речи. Чувство несправедливости обожгло изнутри, словно глоток слишком горячего чая. Этот самодовольный юнец бесцеремонно грубо обошелся со мной, проявив полное пренебрежение правилами приличия.

  Наш короткий обмен колкостями протекал в опасной близости, и каждое холодное слово, словно капля расплавленного металла, касалось кожи, оставляя невидимые отметины. Последняя едкая фраза, брошенная с особой долей цинизма, оставила горький осадок в душе, обостряя стремление отделиться от этого самовлюблённого паренька.

  Резко развернувшись, я целеустремленно направилась к дальнему краю балкона, ощущая кожей каждое движение воздуха, между нами. Каждая секунда нахождения рядом с ним отзывалась неприятным покалыванием вдоль позвоночника, как будто соприкасаюсь с электрическим полем.

  Сердце постепенно возвращалось к обычному ритму, освобождая грудь от груза его тяжёлого взгляда, который, казалось, зависал за плечами, нависая подобно густой тени. Лишь оказавшись на расстоянии, достаточном для восстановления дыхания, я позволила себе перевести дух и расслабиться.

  Я снова смотрела, на вечернюю Москву...  Я не знаю, сколько прошло времени, минута, две, или же пять. Но когда я обернулась, чтобы найти наглого, собеседника, его уже не было, наверное, с чувством победы надо мной он вернулся, обратно в парадный зал, где продолжали звучать учтивые беседы и соблюдался официальный этикет, я почувствовала странное сочетание облегчения и сожаления.

  Осторожно проводя кончиками пальцев по гладкой поверхности перил, я поймала себя на мысли, что эта незначительная победа досталась ему слишком легко. Самоуверенность парня раздражала, но почему-то его поведение вызывало также легкое чувство жалости. Какой нелепой вышла эта ситуация! Мы даже не нашли времени, чтобы нормально познакомиться, но зато уже успели основательно поскандалить. Получилась какая-то абсурдная комедия ошибок: оба выплеснули негатив, не успев выяснить имена друг друга.

  Немного отдохнув на свежем вечернем воздухе, я решила вернуться обратно в помещение. Но вот ирония судьбы: обернувшись, я снова увидела знакомого парня, которого недавно успела окрестить хамом. Он стоял в нескольких метрах от меня, удобно опершись плечом о столбик ограды балкона. Во второй руке он небрежно держал два тонких хрустальных бокала с вином.

 Он приблизился ко мне, держа в вытянутой руке хрустальный бокал с рубиновым напитком. Его темные глаза встретились с моими, в них мелькнула едва заметная искорка иронии.

   –Знаешь, — начал он негромко, но отчетливо, — мы начали наше знакомство крайне неверно. Такая хорошая ссора заслуживает хотя бы символичного примирения.

  –То есть, предлагаешь отпраздновать завершение словесной дуэли бокалом вина? — Мой голос звучал ровнее, чем мне хотелось бы, но рука неуверенно потянулась к бокалу.

   Если бы я только знала, что произойдет через считанные секунды, я бы незамедлительно развернулась и ушла прочь, избежав этого наглого, самоуверенного парня. Но, слепо доверяя первому импульсу, я решила поверить в его искренность и приняла предложение, полагая, что он действительно стремится смягчить возникшую, между нами, напряжённость.

  Я осторожно взяла бокал и сделала небольшой глоток, наслаждаясь вкусом благородного напитка. Вместе мы медленно подошли к перилам балкона, любовались ночным городом и пытались наладить разрушенное взаимопонимание. Молчаливый, внимательный парень находился чуть позади, почти незаметно держась рядом. Мысленно я прокручивала идеи для подходящего разговора, желая преодолеть напряженную атмосферу после нашего столкновения. Но, как выяснилось позже, удача отвернулась от меня.

 Один быстрый и точный маневр парня — и красная жидкость, плескаясь, покрыла красивое платье густыми разводами. Совершенно ошеломленная, я резко обернулась, готовые слезы гневно застряли в горле.

  Передо мной стоял он, одаривая меня коварной, едва заметной ухмылкой. Именно она стала последним доказательством, что инцидент произошел неслучайно. Уловив триумф в его взгляде, я окончательно поняла: ситуация вышла из-под контроля, и началась новая игра — та, в которой правила диктовал он.

  Горечь и злость мгновенно заполнили горло, перехватив дыхание. Губы сами собой сжались в плотную линию, а кулаки бессознательно сжались. Перевернутый бокал, розовые капли вина на платье — теперь все приобрело новый смысл: он не пытался исправить ситуацию, а сознательно усугублял её, открыто насмехаясь. Минуты шли, а гнев не стихал. Внутри все бурлило, сердце билось быстрее, кровь горячей волной приливала к щекам. Столько усилий потрачено впустую, столько надежд и иллюзий разбито одной неловкостью.

 –Ты... издеваешься?! — воскликнула я, потрясённая его поступком. — Было мало словесных перепалок? Мало того, что ты отравил мой вечер своими колкостями, теперь решил добавить штрихи красным вином на моё платье?!

  – Понимаешь, принцесса, ты нечаянно наступила мне на ногу высоким каблуком. А я терпеть не могу незавершённые дела. Сначала мы провели прелестную дуэль, полную острых словечек, а ты решила завершить её преждевременно, промолчав. Значит, твой выход был неполноценным, и его следовало дополнить... завершающим аккордом.

   Моя реакция была незамедлительна:

 –Ты вообще адекватный? Окончательно потерял рассудок? — воскликнула я, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться окончательно. — Нужно было окончательно подтвердить свою репутацию придурка, и ты решил залить моё платье вином? Идеально завершил спектакль!

  Мышцы рук сводило судорогой, ногти впивались в ладони, а сердцебиение ускорялось с каждой секундой. Всевозможные объяснения поступка парня казались абсурдными, а единственный выход виделся в стремлении восстановить пошатнувшееся достоинство.

  – Ладно, хватит цирковых представлений, — выдохнула я, промокая остатки вина мокрой салфеткой. — Ты будешь компенсировать ущерб? Хочу получить возмещение убытков!

   – Ха, — парень ухмыльнулся, наблюдая за моими движениями. — Похоже, наша встреча судьбоносна. Представь себе, мы ещё увидимся, и я лично подберу тебе наряд намного дороже и красивее того, что ты носишь сейчас.

   – Прекрасная идея, — продолжая ухмыляться, заявил он. — А кстати, вот теперь самое время познакомиться: я Артём.

  –Ты сумасшедший, — выпалила я, борясь с искушением швырнуть в него остатками вина.

 – Успокойся, девочка, — подбадривающе поднял он руку. — Сейчас обсудим детали новой встречи, на которой ты выберешь идеальное платье взамен старого.

  Меня поразила степень его наглости. Кто он вообще такой, чтобы диктовать условия, требовать повторного свидания и назначать себе роль судьи моих покупок? Ещё несколько часов назад вечер был полным счастьем и мечтами, а теперь превратился в кошмар. Собрав волю в кулак, я коротко кивнула головой, отказываясь отвечать на его комментарии.

  – Ну, а тебя как зовут? — Артём смотрел на меня с едва заметной улыбкой, словно проверка устойчивости моего самоконтроля стала частью его развлечения.

   – Алёна, — выпалила я, кусая губы от раздражения. — Хотя в вашем случае это знание вряд ли пригодится.

 – Очень интересно, — спокойно отозвался он, опустив глаза. — Жаль, что мы не можем продлить сегодняшний вечер в менее официальной атмосфере.

   – О, нет, мне сегодня вашего общества с лихвой хватило. Из-за вашей выходки… моё платье испорчено! – Проговорила я.

 –  Во-первых, хватит церемоний, мы уже перешли на простое «ты», — заметил он, словно демонстрируя преимущества личного обращения. — А, во-вторых, ты выглядишь слишком угрюмой для праздника. Гости смотрят на тебя с интересом, а ты хмуришься, словно попала в ад.

   Я предпочла хранить молчание, считая бесполезным продолжать дискуссию. Сегодняшний вечер подарил мне уже достаточно острых аргументов и неприятных моментов, чтобы захотеть вступить в ещё один бессмысленный спор.

  Мы шли под руку, и, конечно, все гости провожали нас взглядами. Меня это немного тяготило, но ещё больше напрягало другое: парень явно вёл меня по какому-то особому маршруту, и вскоре я поняла, что это вовсе не случайность.

  Несколько раз я порывалась остановить процессию, попросить объяснить, куда мы движемся, но парень крепко держал мою руку, продолжая уверенно вести вперёд. Вскоре мы подошли к элегантно одетой паре средних лет. Я сразу заметила, что мужчина сильно напоминает Артёма: высокие скулы, светлые глаза и решительность во взгляде. Оба родителя выглядели невероятно привлекательно и уверено.

   Мать Артёма, Наталья Андреевна, была женщиной с ярко-зелёными глазами и длинной гривой светлых волос, собранных в низкий хвост. Она была одета в элегантное платье оттенка аметиста, украшенное нитями бисера и кристаллами Swarovski. На шее сверкало крупное колье из белых алмазов, подчёркивающее её естественный шарм. Дмитрий Александрович, отец Артёма, был высоким мужчиной атлетического телосложения, с коротко стрижеными волосами пепельного оттенка и тёплыми голубыми глазами. Он носил идеальный темно-синий костюм-тройку с бежевым платком в кармане и золотыми запонками. Образ завершала белая рубашка с французскими манжетами и дорогой синий шейный платок.

  Пока я размышляла, что творится, Артём широко улыбнулся и обратился к родителям:

 – Мамочка, папочка, хочу познакомить вас с необыкновенной леди. Судьба сегодня настояла на встрече, буквально толкала нас друг к другу. Это Алёна. Алёна, это мои родители — Наталья Андреевна и Дмитрий Александрович.

  Родители Артёма смотрели на меня с недоумевающим любопытством, явно удивлённые поведением сына. Я, со своей стороны, пребывала в растерянности: познакомились мы буквально пару часов назад, а он уже представляет меня родителям, да ещё и в платье, испачканном вином, которое он же и пролил.

  На мгновение воцарилось неловкое молчание. Я судорожно прижимала ладонь к пятну на платье, пытаясь хоть как-то уменьшить его видимость. Настроение стало окончательно испорченным, и я мысленно корила себя за доверие этому дерзкому мальчишке.

  Я страстно желала, чтобы этот бесконечный приём наконец закончился, и искренне надеялась, что дорога никогда больше не сведёт меня с этим парнем. Но судьба, смеясь надо мной, готовила очередной поворот событий, доказывая, что надеяться на покой — напрасная трата времени. 

  Прошла целая неделя после того несчастного вечера и той неприятной встречи с Артёмом. Я старалась выбросить его из головы, но воспоминания о странном поведении парня не давали покоя. В частности, вспомнить, как он неожиданно представил меня своим родителям, было непросто.

  Родители Артёма — Наталья Андреевна и Дмитрий Александрович — оказались очень воспитанными и интеллигентными людьми. Они восприняли ситуацию спокойно, лишь бросив удивлённый взгляд на испачканное платье и поведение сына.

  Позднее, когда Артём ненадолго отошёл, Наталья Андреевна обратилась ко мне:
 
  – Алёна, — улыбнулась Наталья Андреевна, мягко касаясь моей руки, — надеюсь, не сочтёте за бестактность, но Артём бывает чрезмерно непосредственным. Его молодые годы порой заставляют совершать странные поступки.
 – Я заметила... до сих пор не понимаю его поступка, — сказала я, отводя взгляд. — Ни с платьем, ни вообще с самим фактом нашего знакомства... Всё получилось как-то нелепо и непонятно.
 
 – Артём проявляет свою симпатию весьма специфическим способом, — мягко улыбнулась Наталия Андреевна. — Видимо, обычные методы знакомства кажутся ему скучными, поэтому приходится придумывать оригинальные способы обратить на себя внимание.

  Мне оставалось лишь прислушаться к мнению матери Артёма, постараться понять и простить. 
 Чуть позже приём завершился, и я наконец смогла покинуть особняк, направляясь домой. Но почти у самого выхода парень внезапно схватил меня за руку, сжимая так сильно, что я почувствовала сильную физическую боль.
  – Ты с ума сошёл? Мне больно! — крикнула я, инстинктивно пытаясь высвободиться.
   Мы покинули территорию особняка, и лишь снаружи парень отпустил мою руку, сопровождая освобождение усмешкой и равнодушным взглядом. Я вырвалась из хватки парня. Что это такое, ну неужели, нельзя хотя бы закончить этот вечер без его особенных приемов общения.
  – Что это такое? — возмущённо воскликнула я. — Неужели нельзя было закончить этот вечер хотя бы без твоих фирменных экстравагантных выходок?
 
  – Послушай, прошу прощения, что не рассчитал силу, и причинил тебе боль — произнес парень, слегка хмурясь.
  – Это всё? — возмутилась я, складывая руки на груди. — Может, стоило извиниться раньше, скажем, за ситуацию с платьем?
  – Я уже сказал, — небрежно бросил парень, — что на днях мы купим тебе новое платье, намного лучше того, что на тебе сейчас.

   – Может, заплатишь мне компенсацию за моральный ущерб? — ядовито предложила я, глядя ему прямо в глаза.

    – Нет, это слишком просто, — ухмыльнулся он. — Куплю тебе новое платье и забудем о старых грехах.
  

   – Зачем ты познакомил меня со своими родителями? — решилась спросить я, пытаясь понять мотивы парня.

    – А что в этом такого? — спокойно ответил парень, пожимая плечами. — Ты нашла общий язык с моей мамой, разве не здорово?

    – Я не понимаю, какой смысл был в этом знакомстве... — настаивала я, чувствуя раздражение.
  

  – Никакого смысла, — ухмыльнулся он. — Захотел — познакомил. Ровно так же, как захотел испортить твоё платье, а теперь куплю тебе новое.
 
 
  –То есть, получается, платье ты испортил специально? — спросила я, смотря ему прямо в глаза.
  – Скажем так, это был отличный способ начать интересный диалог, — улыбнулся парень, явно довольный собой.
 
  – Великолепно ты придумал, — сухо прокомментировала я. — Это, по-твоему, адекватный способ познакомиться?
   – Почему бы и нет? — парировал он, насмешливо приподняв бровь. — Обычные подходы такие предсказуемые и скучные. А вот креативный подход сразу выделяет человека из толпы, правда?
   
   – У тебя серьезные проблемы с головой, — вздохнув, констатировала я, бросив на него укоризненный взгляд.
 
   Он лишь улыбнулся, словно воспринял моё замечание как похвалу.
   
   – А где твои родители? — продолжила я. — Вы ведь вместе поедете домой?
   
   – Если ты считаешь, что я маменькин и папенькин сынок, выполняющий любые распоряжения родителей, то глубоко заблуждаешься. У меня вполне самостоятельные планы, и я не обязан придерживаться семейного расписания. 
     
    – Всё-таки ты очень дерзкий парень, честно говоря, таких не особо люблю, — сказала я, отводя взгляд.
    – Ого, а что ещё ты не любишь? — ухмыльнулся парень, наклоняясь ближе. — Давай перечислим, я буду стараться соответствовать твоим пожеланиям.
     
    –  Чем больше общаемся, тем больше ты мне не нравишься, — раздражённо выпалила я, подавляя раздражение.
    – Как будто ты мне нравишься, — резко бросил парень, чуть хмурясь.
     
    – Девушки вроде тебя меня вообще не интересуют, — продолжил он, с насмешливой ухмылкой. — Просто захотел проверить, вписываешься ли ты в мой типаж.
     
   – В твой типаж впишутся только психопаты и нарциссы, — резко заявила я, смотря парню прямо в глаза.
 
   – А тебе подойдет какой-нибудь инфантильный парень, который ничего из себя не представляет, — не остался в долгу парень, насмешливо прищурившись. — Прямо идеально, как зеркало твоей посредственной личности.
   Меня жутко раздражал этот парень. Я не хотела снова ругаться, но, после того как он опять повел себя некрасиво, взяв меня за руку, решила высказать ему всё, что накопилось: 
     
    – Дурак! — выпалила я, едва сдерживая гнев.
   
    – А ты скандалистка и истеричка! — мгновенно ответил он, явно наслаждаясь нашей перепалкой.
 
   Мы стояли друг напротив друга, напряженно дыша и практически рыча от взаимного раздражения. Каждый аргумент рождал ответную агрессию, и казалось, этот замкнутый круг обсуждений и обвинений не разорвать.
  
    – Знаешь, что, Артём? — тихо произнесла я, смотря ему прямо в глаза. — Больше не желаю разговаривать с тобой. Никогда. Найди себе кого-нибудь другого, чтобы заниматься этими играми.
 
  Парень лишь усмехнулся, будто это была очередная попытка загнать меня в угол.
   
   – Ого, как романтично! — ухмыльнулся он. — Правда, в прошлый раз ты говорила практически то же самое, но вот мы снова стоим здесь, говорим и чувствуем взаимную страсть к.… борьбе.
  
   –  Его последняя фраза вывела меня из себя окончательно.
 
   – Страсть к борьбе? Ты больной! — взволнованно выпалила я. — Давай разберёмся сразу: ты меня не интересуешь, и никаких «страстей» здесь нет.
 
  Слова остались висеть в воздухе, пока мы стояли, глядя друг на друга. Сквозь всю эту нелепую перепалку я поняла: наш конфликт далеко не окончен, и я снова попала в замкнутый круг ненависти и раздражения.
   – Что ж, я свяжусь с тобой на днях, и мы съездим за новым платьем. — Произнёс парень, слегка улыбаясь. — Ссора — это ссора, но я всё-таки не настолько плохой человек, чтобы оставлять тебя в платье, испорченном моим участием. Так что, видно, наши дороги ещё пересекутся. 
     
   Сказав это, парень улыбнулся и подмигнул мне.
   
  – Тебя подвезти? — спросил он, выжидающе глядя на меня.
   
  – Спасибо, но думаю, я вызову такси, — отказалась я, стараясь сохранить достоинство.
  
  – Брось, прими это как минимальное извинение за сегодняшние выходки, — предложил он, демонстрируя призрачную попытку компромисса. — Вон там моя машина, пойдем.
 
   Парень махнул рукой в сторону, припаркованной рядом черной Audi RS7 Sportback с зеркальным кузовом и белыми светодиодными фарами. Машина выглядела мощно и дорого, словно олицетворяя сущность владельца — сильного, своенравного и уверенного в себе.
  
   Мне стало неловко. Автомобиль произвел на меня огромное впечатление — не столько сама машина, сколько тот факт, что она принадлежит такому молодому парню. Черная Audi RS7, с ее мощным двигателем и спортивным дизайном, безусловно, производила впечатление роскоши и успеха, но в сочетании с характером Артёма это выглядело странно и даже вызывающе.
   
   – Ты чего застыла? Садись уже, — поторопил парень, слегка раздраженно хлопнув рукой по пассажирскому креслу.
  

Я села в машину, и мы тронулись с места. Машину мягко понесла мощная турбина двигателя, и вскоре мы уже выезжали из ворот особняка.
  
   – Сколько тебе лет? — неожиданно спросила я, разглядывая интерьер салона.
   
   – А что? С какой целью интересуешься? — парировал парень, поворачивая руль и улыбаясь уголком губ.

   – Просто интересно, откуда у двадцатилетнего парня такая дорогая машина, — объяснила я, наблюдая за улицей.

    – Понял, —сказал он, переключая передачу. — Мне двадцать два, а машина — подарок родителей на день рождения.
 
   –  А тебе сколько лет? — поинтересовался он, подъезжая к проспекту.
  
   – Мне девятнадцать, — тихо сообщила я, глядя в окно.
  
   – Не такая уж и большая разница, — заметил парень, прибавляя скорость.
   По дороге парень позволил себе очередную шуточку, на что я лишь закатила глаза, понимая, что общение с ним всегда заканчивается одинаково — небольшим конфликтом.

  Около дома я вышла из машины, поблагодарила парня и попрощалась. Провожая взглядом уезжающую Audi, я задумалась: может, эта встреча действительно судьбоносна? Ведь случайностей не бывает...
 Ребята, привет. Кратко напишите ваши комментарии. Это моя первая книга. Сюжет в принципе банален, но поддержите меня пожалуйста,  буду рада, услышать ваше мнение и мысли).