— Это приказ короля, — отец был в бешенстве. — Лира выйдет замуж за этого палача, чего бы ей это ни стоило.
Я замерла.
Сердце пропустило удар, а может и два.
Быть того не может! Меня хотят отдать замуж. Моего мнения, разумеется, никто не спрашивал.
— Георг, она ведь совсем девочка, — ахнула тетушка из-за двери отцовского кабинета. — Помилуй. Она ведь ничего еще не видела в жизни. Даже ни разу не кружилась в танце на балу…
— Решение окончательное и обсуждению не подлежит, Мирана. Лира станет женой Дарга, и точка.
Повисла тишина, которая тугой петлей затягивалась на моей шее.
Послышался шорох шелка, и я прижалась к стене, надеясь, что в нише коридора я останусь незамеченной для стороннего взгляда.
Не показалось.
Дверь приоткрылась, и появилась пышная юбка тетушки. Она застыла в проеме, глядя на моего отца.
— И когда ты планируешь об этом ей сообщить? — в голосе слышался вызов.
Отец не любил условий и требований. Тут все подчинялись его слову и даже взгляду, которого хватало, чтобы припечатать провинившегося и заставить раскаяться во всех грехах. Даже тех, о которых он и помыслить не мог.
Во всем мире была лишь одна сила, которая могла ему противостоять — тетушка Мирана, сестра моей покойной матушки. Только она смело бросала ему вызов. Впрочем, она никого и ничего не стеснялась, приговаривая, что сейчас в том возрасте, когда стыдно должно быть другим.
— Как только прибудет жених, так сразу же сообщу, — отрезал отец. — Надеюсь, ты задержишься до церемонии.
Тетушка уже отвернулась от него. Ее взгляд скользнул по пустому, на первый взгляд, коридору и задержался на пальме, за которой я пыталась спрятаться.
Почему-то я не сомневалась, что она заметила меня, но сама не торопилась выбираться.
Если отец узнает, то мне… В лучшем случае, запрут до самой свадьбы. О худшем думать не хотелось, но в его стиле было высечь розгами за непослушание и несоблюдение режима.
А я ведь просто за книгой вышла, чтобы разнообразить серость ранних весенних дней…
— Я отбуду этой ночью. Прощай, Георг.
Тетушка вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Стук каблуков отражался от стен.
Ночью и мышка боялась пробежать по коридору, чтобы ничем не потревожить лорда Георга Элари.
Выждав пару минут, я, едва дыша, на ватных ногах прошмыгнула в комнату тети. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Руки дрожали, в горле стоял ком. Я боялась, что если заговорю, то просто разрыдаюсь.
Тетя стояла у своего сундука с задумчивым видом.
— Тётушка… — голос сорвался, и я сглотнула, пытаясь взять себя в руки. — Кто такой лорд Дагар?
— О, милая… — она притянула меня к себе и крепко обняла. — Ну-ну, тише, не плачь.
Я уткнулась ей в плечо, и слёзы, которые я так долго сдерживала, наконец полились ручьём. Плечи затряслись от беззвучных рыданий.
— Меня хотят выдать замуж… — всхлипнула я. — Прошу, помоги мне.
— Чем же я помогу… — растерянно проговорила тетя.
Я и сама не знала чем. Разве кто-то в здравом рассудке перейдет отцу дорогу. И уж тем более королю, чье слово неписанный закон по восточную сторону континента.
— Я никогда не слышала ни о каком Дагаре, — я прерывисто вздохнула, пытаясь совладать с собой. — Неужели меня и правда отдадут какому-то палачу?
Тётушка замерла на мгновение, а потом ещё крепче прижала меня к себе.
Я чувствовала, как её рука ласково гладит меня по волосам. Так же, как в детстве, когда мне снились кошмары. Но сейчас кошмар был наяву.
— Тише, милая, тише, — шептала тётушка, покачивая меня, словно маленькую. — Ну-ну, не надо так отчаиваться. Мы что-нибудь придумаем.
— Решение окончательное, — всхлипнула я, поднимая на неё заплаканные глаза. — Ты ведь сама слышала…
Тётушка отстранилась, посмотрела на меня пристально. В её глазах появилась твёрдая решимость.
— Значит, мы уедем раньше, — произнесла она чётко и уверенно. — Сегодня же ночью. Пока твой жених не успел заявиться на порог.
Я замерла, поражённая её словами.
— Куда?
Я сомневалась, что найдется хоть какое-то место, где он меня не найдет.
— В Академию Стихий, — тётушка отпустила меня, подошла к сундуку и начала быстро складывать в него какие-то вещи. — Там ты будешь в безопасности. Под защитой магии и древних законов. Король не сможет просто так забрать студентку из академии. Это вызовет скандал при дворе, а Георг слишком дорожит своей репутацией, чтобы идти на такое.
— Но я же ничего не знаю о магии, — растерянно пробормотала я. — Как я туда поступлю?
Тётушка хитро улыбнулась, на мгновение снова став той беззаботной женщиной, которую я знала.
— О, милая, в этом-то и прелесть. В наше время всё решает звонкая монета и связи. К твоему счастью, у меня есть и то, и другое.
Я ошеломленно уставилась на неё.
— Взятка? — я невольно приоткрыла рот от изумления.
— Скажем так, небольшое пожертвование на нужды академии. — Тётушка подмигнула и понизила голос до заговорщического шёпота. — В конце концов, кто я такая, чтобы мешать процветанию магического образования? Тем более что оно спасёт мою любимую племянницу от брака с палачом.
Она ловко подхватила с полки пухлую шкатулку, щёлкнула замочком и продемонстрировала мне блеск золотых монет.
— Видишь эти славные кружочки? Они откроют тебе двери в Академию Стихий быстрее, чем самый мощный магический ключ. А мои связи при дворе помогут оформить все бумаги так, что никто и не заметит, что твоя магическая подготовка… скажем так, оставляет желать лучшего.
Я всё ещё не могла прийти в себя.
— Но… разве так можно? Это же обман!
Тётушка фыркнула и захлопнула шкатулку с громким стуком.
— Можно, милая, можно. Когда на кону твоя свобода — можно многое. К тому же, — она хитро прищурилась, — кто сказал, что ты совсем без магических способностей? В твоей семье по нашей линии были маги, пусть ты и не подозревала об этом. Твоя мать умела оживлять засохшие растения одним прикосновением. Возможно, и в тебе дремлет что‑то подобное. Академия поможет это пробудить.
Я замерла, переваривая услышанное.
Маги? Я? Но ведь отец всегда говорил, что магия — это опасная глупость, и запрещал даже упоминать о чём‑либо сверхъестественном.
Он просто ненавидел магию, на каждом углу утверждая до пены у рта, что магия убила мою маму.
— Лира, ты готова рискнуть? Покинуть дом, где тебя держат как птичку в клетке, и отправиться туда, где может оказаться не менее опасно?
Я глубоко вздохнула.
— Да, — сказала я твердо. — Я готова.
Тётушка просияла.
— Вот и славно! Тогда слушай план.