Испорченный отпуск, или Отбор мужей для попаданки

Юлия Шестакова

- «Юлия Игоревна, езжайте в отпуск!» - говорили они! «Юлия Игоревна, вам надо расслабиться!» - говори они! «Юлия Игоревна, посетите обязательно дольмены» - говорили они! «Юлия Игоревна, надо бы вам закрутить курортный роман!» говорила Петрокова! Ух, Петрокова! Ну и какой тут курортный роман? Кроме как вон с тем дубом!

Словно в насмешку мне в макушку больно ударил желудь. Я погрозила дереву кулаком, отчаянно пнула ветку, которая безусловна была не причем. Со злостью плюнула, когда в очередной момент вспомнила довольные морды подчиненных.

- Чтоб вы под землю провалились! Вместе со всем кабинетом! Ррр!

Я безуспешно пыталась выбраться из зарослей высоких деревьев оплетенных плющом и покрытых зеленым мхом. Вообще было не понятно куда идти, что делать – вот только я положила руку на дольмен, притронулась к древнему сооружению, вспышка и я тут.

Без людей, без дольменов, без тропинок, неизменным осталось только то, что откуда-то издалека доносятся раскаты грома. А еще одинаковая местность – лиственный лес и небольшие горы. Искренне надеюсь, что до того, как пустится дождь, я найду укрытие, или хотя бы не встречусь ни с каким-нибудь  животным, которое может мне нанести вред.

Я тихо бурчала себе под нос последние полчаса и костерила своих коллег и в хвост, и в гриву. Посылала на их головы все кары небесные. Лучше бы осталась дома в уютной кровати! С другой стороны я их понимала, ведь последние три года не ходила в полноценный отпуск и все уже были уверенны, что Цербер просто лапонька по сравнению с моим взрывным характером.

Признаю, что стала немного не выносимой в последнее время, но с другой стороны, откуда мне заиметь мягкость и приветливость. Коллеги шутили, что виною тому моя сексуальная неудовлетворенность, ведь с тех пор как я разошлась со своим бывшим, то решила углубиться в карьеру. Так это не я решила, просто мне предложили занять место руководителя отдела, а я не рискнула отказываться, потом влилась в работу, затем был период, когда откровенно получала удовольствие.

Работы все прибавлялось, я уходила к себе все позднее и позднее, так что времени оставалось только поужинать, принять душ и спать. Никакой личной жизни! Даже если бы и началась личная жизнь, то какой нормальный мужчина терпел бы такое, когда его женщина возвращается в десятом часу домой. Правильно – никакой! Поэтому и личной жизни у меня не было.

Вот и честно тиранила маленько своих любимых коллег, совсем чуть-чуть, ладно буду честной -  иногда перегибала палку. Но я не спрашивала с них того, что не входит в их обязанности, скорее не давала спуска – требовала выполнения плана продаж, отчеты и высокие показатели по всем направлениям.

Видимо они всем коллективом дружно устроили поход в храм и поставили мне свечку за упокой, раз я сюда так технично провалилась. А может после квартальной премии скинулись всем кабинетом и заказали ритуал у какого-нибудь магуя-шарлатана, дабы я не обижала этих ленивцев великовозрастных. То-то они так довольно шептались в последний мой рабочий день. Особенно Петракова!

- Должно же быть объяснение - как я в сознании и твердой памяти тут очутилась!

Раздался тихий ритмичный топот. Скажу честно, поначалу я обрадовалась и хотела уже заорать, что было мочи - «Люди, ау!».

А потом включился инстинкт самосохранения – вдруг это людоеды какие-нибудь, а тут я со своими криками! Это равносильно тому, что пока утка сидит и не шевелится в камышах – то охотник и не знает куда стрелять, а стоит ей только пискнуть, точнее - крякнуть, как дробь тут же прилетит в грудь. Поэтому сейчас желательно спрятаться и просто наблюдать, но как назло – удобных веток, чтобы забраться на дерево не имелось, густые кусты отсутствовали. Было только поваленное дерево, конечно не фонтан, но хотя бы не стоять посреди поляны столбом.

Полезла под трухлявый ствол, от него пахло прелой листвой и грибами, подгребла на себя не многочисленную листву, которая видимо, не перепрела с прошлого года и замерла. Топот коней приближался и действовал на нервы.

На поляну въехали всадники, отряд около десятка мужчин, которые находились от меня в трех десятках метров. Одежда в темных оттенках, на поясах висят ножи и оружие похожее на наши пистолеты. Один из них, не слезая с коня, кружился и словно принюхивался к воздуху. Спустя мгновение он махнул в ту сторону, откуда я пришла, и отряд  поскакал за предводителем. За все эти мгновения они не произнесли ни слова, общались скупыми жестами.

Они действовали слажено и органично. Чем-то напомнили то, как действует группа захвата, которую я видела по телевизору. Я хоть и стерва, но не настолько достала сотрудников, чтобы они на меня натравили правоохранительные органы. Поэтому в реальной жизни не имела такого опыта.

Я полежала в своем укрытии еще пару минут, прислушивалась к тому, как всадники удалились. Вокруг стояла тишина, пока они не вернулись обратно необходимо сменить место дислокации. Пошевелила затекшими конечностями, очень повезло, что они тут лагерь не разбили!

Раз они ориентировались на запах, то стоит все же поискать реку, в фильмах часто показывали, что так проще скрыться от погони. И конечно не мешало утолить жажду.

Пятясь на четвереньках назад, я тихо отфыркивалась от прилипшей листвы и внезапно ощутила животный ужас. То чувство когда ты еще не видишь объекта опасности, но внутренности уже замирают, а волосы встают дыбом, горло перехватывает кровожадная рука страха.

Медленно поворачивая голову, посмотрела через плечо и увидела мужчину, который словно гора возвышался надо мною. Лицо хищное, суровое не предвещавшее ничего хорошего, щеку пересекает глубокий шрам. Одна рука угрожающе лежала на поясе, вторую он поднес к губам и вложил два пальца в рот, а затем оглушительно громко просвистел.

- Звездец, отдохнула на побережье! -  не сдержалась и всхлипнула, прикрыв рот рукой.

Я вся обмерла, конечности отказывались слушаться, не могла даже ползти, не говоря уже о том, чтобы подскочить на ноги и бежать быстрее ветра. Мужчина произнес что-то гортанное и непонятное, резко нагнулся и взвалил мою тушку к себе на плечо.

- Отпусти меня на землю! Немедленно! – потребовала я, несколько раз стукнула эту груду мышц кулаками.

Большая ладонь ощутимо ударила меня по ягодицам, мужчина рассмеялся, затем опять проговорил что-то не понятное с большим количеством рычащих звуков. Я окончательно убедилась, что не понимаю его речи. Кричать и угрожать бессмысленно, меня не поймут.

Мужчина неспешно понес меня к коню и усадил на него, достал из седельной сумки веревку и связал мои запястья. Подергал веревку и буркнул что-то не разборчивое. Уже собирался взобраться позади меня, как поляна заполнилась прибывшими всадниками, и они весело заулюлюкали.

Кто-то окликнул мужчину со шрамом, он повернулся к собеседнику и они о чем-то переговаривались. Я осматривала поляну и безуспешно пыталась найти выход из сложившейся ситуации.

Если ранее был призрачный шанс убежать от одного мужчины, то от этой толпы скрыться будет намного сложнее. Страх будили еще и похотливые взгляды окружающих, они смотрели на меня с явным интересом. Повезло, что я не надела, как собиралась шорты, а отдала предпочтение платью в стиле бохо. Единственное, что оно имело разрез на юбке, к сожалению одна нога оголилась почти до бедра. С другой стороны, оно позволило в принципе с относительным комфортом сидеть на коне, не оголяясь почти до пояса из-за задранной одежды.

Один из всадников приблизился максимально близко и погладил своей пятерней меня по бедру, что-то проговорил на своем гортанном языке, я брезгливо дернулась, от чего конь подо мною нервно перебрал ногами.

Со всех сторон послышались пошлые смешки, кто-то говорил ему что-то подбадривающее, все зубоскалили, он в свою очередь резко им отвечал, а за этим шел гогот. Почувствовала себя как в седьмом классе, когда у мальчиков начинается отвратное поведение, и они ведут себя как животные.

Видимо коллеги советовали, как лучше ко мне подъехать, а он не совсем желал не прошеных советов. Мужчина довольно грубо схватил меня за подбородок, я попыталась вырваться, но он удерживал и восторженно прошептал:

- Эшхер!

- Сам ты ишхер! – буркнула и дернулась так, что контакт был прерван.

Всадники в очередной раз засмеялись и начали отпускать комментарии. Сзади уселся тот мужчина, который нашел меня. Он отдал команду строгим и недовольным голосом, все притихли, веселье прекратилось, и мы дружно потрусили в том направлении, откуда они явились. По всей видимости, мне еще повезло, что нашел меня мой сосед, а не этот приставучий тип. Я готова спорить на что угодно, но он бы сперва меня изнасиловал, а уж потом позвал весь отряд.

Я судорожно вцепилась за луку седла и боялась свалиться с коня. Это вообще было мое первое настолько тесное сотрудничество с этим животным. Кстати мне показалось, но местные экземпляры были очень крупными, помню, когда была в зоопарке, то там они были намного меньше. Тут же мощь поражала, он даже вида не показал, что ему тяжело из-за дополнительной нагрузки в виде меня.

Мы скакали несколько часов, и если вначале я старалась держать спину прямо, то очень быстро она начала нещадно ломить, да и вообще это далеко не езда в комфортном сиденье машины. В какой-то момент мужчина понял мои ерзания и, надавив широкой ладонью мне на живот, показал, что я могу откинуться к нему на грудь, тогда я смогла немного расслабиться. В его движениях не было сексуального подтекста и меня это успокоило. Тот мужчина, который оказывал мне знаки внимания еще на поляне периодически сверлил меня взглядом. Один раз даже подъехал поближе, судя по интонации, что-то спросил, но получил резкий ответ, после чего направил своего коня в начало отряда.

Остановок мы не делали, и признаться честно я этому была рада. По крайней мере пока мы в пути, то мне не стоит опасаться приставаний со стороны того всадника. Тем более у меня никакого оружия при себе не имелось. Маленькая плетеная сумочка, в которой был смартфон, банковская карточка и немного налички – вот и все имущество. Знала бы куда попаду, то обязательно прихватила с собой и перцовый баллончик, и электрошокер, и парочку ножей, а еще лучше травматический пистолет. Кстати, а так же рюкзак с вещами первой необходимости и палаткой. Вот только если бы все было так просто, то не существовало бы пословицы про соломку.

Лес начал редеть, деревья уже не стояли так плотно, и в какой-то момент мы выехали на местность, похожую на степь, трава была высокая и доставала коням до живота. Она волновалась от порывов ветра, словно бескрайнее зеленое море. Казалось при желании в такой траве можно спокойно спрятаться и никто не найдет тебя.

Отряд направился в сторону холма. Стало очень жарко, спасительной тени деревьев не было, я ладонью утирала струящийся по лбу пот. Ветер, который периодически волновал зеленое море, казалось обжигал кожу. Всадники никоим образом не показывали никакого дискомфорта. Вообще они все время ехали, молча и можно было подумать, что они немые, если бы не инцидент на поляне. По моим прикидкам, если местное светило показывает то же время, что и в моем мире, то уже примерно около четырех часов дня.

Когда наш отряд добрался до вершины холма, то увидела, что внизу изгибается и блестит в лучах солнца широкая река, а на ее берегу расположено поселение. Кони видимо предвкушая скорый отдых, пустились в более быстрый бег. Я с ними была солидарна, хотелось оказаться на земле, поскольку казалось, на теле нет ни одной мышцы, которая не болела.

Чем ближе мы подъезжали, тем становилось более понятно, что поселок состоял из множества шатров, кострищ и загонов для лошадей. Промелькнула мысль, что мы приехали в поселение кочевников, но стоило нам обогнуть один большой шатер, как показался большой помост, на котором стояла группа мужчин и женщин со связанными руками. Пред ними важно выхаживал не высокий человек в одежде похожей на расшитый халат и громко что-то вещал. Перед помостом находилась толпа людей, периодически кто-то из них поднимал руку.

Осознание того куда я попала, придавило меня каменной плитой. По спине заструился холодный пот. Это же невольничий рынок! Сейчас и меня затащат на этот помост и также продадут как вещь! От этих мыслей меня передернуло.

Опять приблизился навязчивый всадник, обращаясь именно ко мне, что-то спросил. Я посмотрела в его глаза и увидела в них похоть. Он просто хочет мною обладать, поиграет как игрушкой, а потом также притащит сюда и продаст с молотка. То есть поимеет с меня двойную выгоду.

- Нет! – сопроводила отказ отрицательным покачиванием головы.

Он недовольно прошипел, а затем, сузив глаза, прорычал что-то еще, изображая двусмысленные движения бедрами. Видимо намекнул на встречу в местном борделе, куда, по его мнению, меня возьмут.

Мне не дали ответить, поскольку без предупреждения стащили с коня, от неожиданности я прикусила язык, но видимо это и к лучшему.

Всадник со шрамом взял за веревку, которая связывала мои руки, и потянул, словно ведя за собой жертвенного агнца. Остальные направили своих коней к загону. Ноги болели из-за не привычной активности, но я продолжала идти за своим поводырем.

Со стороны помоста раздавались крики, невольничий рынок продолжал жить своей жизнью. Кто-то праздновал удачную покупку, а кто-то тихо выл из-за своей несчастной участи. Это было жутко.

Почему не выла я? Не знаю, внутри все словно онемело. Мозг кричал - соберись и не допускай истерику, поплакать всегда успеешь, а сейчас наблюдай и впитывай всеми возможными способами информацию.

Мой провожатый подошел к большому шатру. Свободной рукой откинул полотно скрывающее вход и ввел меня внутрь.

В нос ударила смесь табака, специй, благовоний и кофе, от такого яркого сочетания запахов я поморщилась. Когда глаза привыкли к полумраку, то увидела множество деревянных этажерок заставленных книгами, сундуками и коробками, пол и стены украшали разноцветные  ковры. Сразу возле входа стоял стол, за которым сидел невысокий скрюченный пожилой человек, одетый в серый балахон. Седые взъерошенные волосы едва прикрывали оттопыренные уши.

Всадник громко проговорил приветствие и поставил меня перед собой. Старик, не вынимая изо рта трубки приспособления, отдаленно напоминающего кальян, пробурчал что-то очень важно и высокомерно. Он напомнил мне нахохлившегося индюка.

Старик вышел из-за стола и встал напротив меня, прищурил и без того не большие глаза и внимательно посмотрел, казалось в самую душу не мигающим взглядом. Хотелось обхватить себя за плечи, максимально закрыться от него, но веревка продолжала удерживать кисти.

Затем он направился к одной из этажерок и достал увесистый сундучок, надел черные перчатки, откинул крышку и извлек из него большой кристалл похожий на лунный камень. Торопливо переваливающейся походкой, ну точно индюк, подошел ко мне и вручил кристалл в руки.

Все это время он что-то тихо бормотал, мой сопровождающий молчал, а мне только и оставалось, что хлопать ресницами, поскольку я вообще ничего не понимала. Что за сюр тут происходит?

Старик что-то быстро говорил всаднику. Мой сопровождающий на все его многочисленные вопросы отвечал очень коротко, словно рубил топором. Видимо старику что-то не понравилось, он забрал обратно из моих рук кристалл и недовольно поцокал языком.

Суетливо подошел к столу, из кармана достал кольцо с множеством ключей, безошибочно выбрал нужный и открыл ящик и довольно проворно, словно это не в первый раз бросил всаднику небольшой мешочек. В нем что-то звякнуло – вероятно, за меня заплатили этому наемнику. Судя по кислым лицам обоих, похоже, кто-то сегодня не выполнил план. Пока не знаю хорошо это для меня или плохо, но испытала злорадное удовольствие от выражения их лиц.

Наемник еще что-то сказал и вышел наружу, старик кивнул головой в сторону низкого табурета. Я присела и почувствовала облегчение, поскольку боль в мышцах никуда не делась. Старик достал очередной сундук и извлек из него странные браслеты – толстый серебристый металл украшен крупными фиолетовыми камнями. Он надел их себе на запястья и с важным видом приблизился ко мне. Не ожидая никакого подвоха, ведь с другим камнем все было хорошо, поэтому я не стала препятствовать его приближению, но все равно не спускала глаз с его рук.

Как только его кисти расположились напротив моих висков, то меня пронзила резкая боль, словно в них вгоняют огромные металлические спицы и ворочают там внутри моими мозгами. От боли из глаз потекли слезы, но я не могла их даже смахнуть со щек, поскольку мертвой хваткой вцепилась в сиденье табурета. Я выла от боли и мысленно костерила, на чем свет стоит этого гадкого старика, который делает мне так больно!

Это хуже чем на приеме у стоматолога, когда он не дождался, пока подействует укол и рьяно принялся выдергивать зуб мудрости. Там ты хотя бы знаешь, чего ожидать и пытка кончится, когда в руках врача окажется зуб, а тут ты даже не представляешь, что тебя ждет дальше.

Боль, словно морская волна во время шторма накрывала, раз за разом и не давала вырваться из пучины, только изнуряла и разрывала. В какой-то момент мое сознание сжалилось на до мною и  покинуло меня. Последняя мысль, что прорвалась ко мне сквозь муки:

«Юлька, этот изувер поджарил тебе мозги!»

Я проснулась, но не спешила открывать глаза и вообще шевелиться. Голова раскалывалась от постоянной пульсирующей боли, словно ее сдавливает обручем. Немного подташнивает, но возможно это от голода, ведь я даже не помню когда ела. Наверное, это был скромный завтрак из бутерброда с красной рыбой и кофе. Казалось, прошла целая вечность!

Я не питала ложных надежд, что мне все приснилось, у меня было столько моментов за последние часы моей жизни чтобы я отчетливо чувствовала боль, что продолжать надеяться на «показалось» попахивает полным идиотизмом. Я реалист, хотя как это применить к текущей ситуации еще тот вопрос. Остается пока наблюдать и мимикрировать под обстоятельства.

Я начала улавливать какие-то звуки. По интонации было понятно, что собеседники ругаются и постепенно ко мне приближаются. Мужчина и женщина.

- А что мне делать, если ты ее сделал полоумной? Кто ее возьмет? – ругалась женщина.

Стоп! От осознания глобальности изменения мне хотелось подскочить, но насильно удержала себя на месте. Я поняла, о чем они! И это не непонятное сочетание букв, а я понимаю их словно это мой родной язык. Удивительно! Теперь понятно, что со мной делал тот старик и как бы ни было больно, но готова признать - это того стоило. Теперь я хотя бы понимаю окружающих, а это важно.

- Ну, она симпатичная, может какой бордель возьмет! – предложил мужчина.

Гениально! Видимо в его понимании это единственное, куда можно отправить симпатичную, но с выжженными мозгами девушку. Ага, сейчас!  Мне, конечно, прочили курортный роман, но не сексуальное же рабство.  Помню, травка в поле высокая, надо будет осмотреться и если ситуация будет безвыходная, то постараться сбежать. 

- А если она очнется и сможет только пузыри из слюней делать! Тогда зря мы заплатили за нее полную стоимость! Сначала надо было поработать с ее головой, а потом платить наемникам.

- Я сам растерялся, поскольку такого еще не было. Обычно они так не реагируют на артефакт. Ну, пропищат маленько и то не долго, а тут не получалось. Словно щит стоял и не давал произвести воздействие. Отступить и не завершить до конца я не мог, неизвестно, как бы это повлияло на способность говорить. Поэтому остается только ждать, либо она и правда будет, как ты выразилась пузыри пускать, либо все пройдет, как и всегда, а это все ее индивидуальная особенность.

Они уже стояли рядом со мною, но я не выдавала себя и продолжала слушать. Но мне этого не дали. Резко и без всякого предупреждения в лицо плюхнула вода. Я закашлялась и непонимающе хлопала глазами.

- Ну вот, живая, это уже хорошо! Голубка, ты меня понимаешь? – женщина средних лет склонилась надо мною и, склонив голову на бок, словно любопытная птичка, внимательно рассматривала. – Вижу по глазам, что понимаешь! Думаешь ты первая такая? Давай вставай, хватит отлеживаться и господина мага пугать.

Интересно, не прошло и минуты, как она его критиковала, а теперь «господин маг». Я не стала прикидываться ветошью и начала вставать, но голова резко заболела и я не сдержала стона.

- Что ты как сайгак вскакиваешь? Медленнее! – неожиданно, но она помогла приподняться, а затем поднесла ко рту глиняную чашку с чем-то пряным. – Не бойся, пей! Это не отрава, а питье трав специальное для снятия побочного эффекта от вмешательства.

- В-вмешательства? – даже произнести слово сложно было, но отвар я пила с жадностью и удовольствием, на вкус он напомнил сироп корня солодки всем знакомый с детства.

- Ханна, а ты говорила - испортил! Смотри, как хорошо говорит. Великолепный результат! – тут же оживился господин маг.

Посмотрела на мага, а он уже уселся за свой стол, разложил перед собой большую книгу, затем начал вносить в нее записи уже не обращая на нас никакого внимания. Словно это ученый, который провел эксперимент и получил хороший результат и вполне удовлетворен этим.

- Ну, у нас это обычное дело, вы же приходите сюда из разных земель, вот и пришлось нашим менталистам и артефакторам постараться и сделать такой удобный инструмент, чтобы не тратили время на обучение нашему языку. Выпила? Хорошо, пошли за мной!

Женщина дернула меня за веревку, которая продолжала связывать запястья и повела в сторону выхода. Маг даже не посмотрел на нас, он углубился в свои записи и принялся выпускать клубы дыма.

- Фу, навонял тут! Находиться не возможно! Ты хотя бы проветривал. Может твоим посетителям худо становится из-за курева твоего? Вот же нашел на старости лет игрушку, и отобрать не дает. Ходит потом по всем шатрам ищет, как ищейка! – возмущалась Ханна.

Надо же. Мир другой, а проблемы все те же.

- Вы ему дайте маленьких леденцов на палочке, вот пусть и сосет. Раз в рот тянет всякую гадость! – посоветовала один прием, который в свое время помог мне избавиться от подобной вредной привычки, то, как я ее поборола, до сих пор у меня вызывает гордость.

- А тебе палец в рот не клади! Смотрю борзая. А это что такое? Леденцы? – удивилась женщина, оценивающе смотря на меня сверху вниз и обратно.

- Сладость такая, - я улыбнулась с ностальгией, поскольку в далеком детстве дедушка варил для меня такие леденцы и заливал их в железную формочку, смазанную растительным маслом.

- А что надо для этого? – заинтересовалась Ханна.

- Сахар, вода, лимонный сок. Кстати, у вас есть такие приблуды, чтобы я по вашему говорить начала. Почему ему с помощью них не воздействовать на голову, чтобы тоже перестал курить.

- Не говори ерунду, маг у нас один. Думаешь, он сам себе будет что-то делать, как же! А вдруг он мозги себе поджарит, что мы тогда без мага тут делать будем? Дело наше встанет, оштрафуют! – женщина махнула рукой, словно отгоняла настойчивую муху. - Сахар говоришь. Так тебя все равно кормить надо, тогда и пошли на кухню, поешь, па заодно покажешь, что это за сладость такая.

- А что вы тут делаете? – решилась на вопрос, в надежде узнать о реалиях этого места.

- Как что? Так с вами проходимцами занимаемся. Вот через дыры вы сюда попадаете, наши люди находят вас, привозят сюда. Маг поверяет – есть способности или пустые. Если есть способности, то учиться отправляют, а если нет, то торги. Все строго и под отчет.

- Значит, когда мне маг давал кристалл, то он мои способности проверял? И насколько я помню, кристалл ничего не показал. То есть мне предстоит отправиться в рабство?

- Агась! И не смотри на меня волком, такой порядок не просто так заведен. На кусок хлеба заработать надо, никому нахлебники не нужны. В давние времена, как только открылись первые дыры, то повалили такие проходимцы – одни начали честно работать, обживаться, порою хорошие вещи делать. А были и те, кто предпочел другую дорогу – разбой и грабежи. Создавали банды и тиранили местное население. Вот и пришлось создать такой порядок.

Вот так пришла парочка паршивых овец в этот мир, накуролесили дел, а нам честным попаданцам теперь в рабство идти! Несправедливо это!

- Смотрю, ты мозговитая, вопросы верные задаешь. В истерике не бьешься. А что умеешь? Навыки, какие? У нас бывает, хорошие господа спрашивают, кого мы порекомендуем для покупки.

А какие навыки? Офисный работник, который работает с цифрами, статистикой, проверяет сотрудников, которые филонить пытаются. Кажется, прошло столько времени, как я выходила в пятницу с офиса, хотя минула всего пара дней. Просто плотность событий зашкаливала.

Опять же говорить, что я бытовой инвалид не хотелось бы – рукоделие только на уроках труда, приготовление еды самое простое, без каких-либо изысков. Элементарно, если какое пятно, то мне проще было отдать вещь в химчистку, нежели самой искать сто один способ как вывести его и не сделать дырку. Все же руки и ноги есть, значит, всему смогу научиться, раз тут политика такая, что никто тебе просто так хоромы не дарит еще и со скатертью-самобранкой в придачу, чтобы в этих хоромах от голода не опухнуть.

 Как будто в моем мире такое кто-то просто так подарит? Даже чтобы выиграть лотерею, надо сначала купить билет и скорее всего попросить удачи у Фортуны.

А вообще у них еще очень рациональный подход к человеческим ресурсам. Попал человек - пристроили куда надо. Интересно, а если бы у нас тоже появились вот такие дыры и из них периодически выходили попаданцы, что бы с ними делали? Даже представить сложно! У нас порою на иностранцев могут смотреть чуть ли ни как на инопланетян, а тут посланец другого мира. Скорее всего, подумают, что это узурпаторы и захватчики, всех просто ликвидируют.

- Наверное, навык управленца, счетовода, бухгалтера. Подчиненных контролировала, - все же это хоть что-то, а иначе скажут, что вообще навыков никаких.

- М-да не густо, лучше бы швея была. Пользы гораздо больше. Женщин не берут управляющими, тем более с такой мордашкой. Тебе бы немного ее испачкать, а то и правда заберут в дом для утех, или господин какой позарится и для личного пользования купит. Хотя ты тощая, мужчины у нас любят пофигуристее, - она демонстративно огладила рукой свою пышную грудь и крутое бедро.

Я не была моделью, но и уродиной не являлась. Классическая славянская внешность, голубые глаза, натуральная блондинка, кстати, из плюсов то, что волосы у меня натуральные и не будет ужасных отросших корней. Вспомнила того всадника, который мне делал двусмысленные намеки и решила, что непременно надо воспользоваться советом Ханны - постараться измазать лицо и волосы.

Я с сожалением вспомнила перекошенный фартук на уроках труда, да еще и с кривыми лямками, не стала на себя брать как говорится лишнего – чего нет, того нет.

- Но я очень способная, легко учусь! – с энтузиазмом затараторила я. В голове так и возникла юмористическая сценка, где героиня очень просилась на работу с фразой – ну возьмите меня!

- Верю, голубка, верю. Вот только на сильно тяжелый труд тебя никак нельзя, ты же если в поле выгонят, то там и ляжешь.

Тут я не спорю. Одно дело быстро сбегать из офиса в магазин под летним палящим солнцем при этом проваливаться шпильками в расплавленном асфальте. И совершенно другое дело работать в поле в такую погоду каждый день. Я ехала на коне когда меня везли сюда и помню, как обливалась потом, и как спокойно сидели в это время другие всадники.

За разговорами мы пришли к шатру-навесу, судя по ароматам, витающим в воздухе, это и есть кухня. Внутри хозяйничало четыре женщины немного старше самой Ханны. Шатер был разделен на две части, как пояснила Ханна – на одной части готовили для рабов, на другой для господ. Раз леденцы готовим магу, то повели меня и на ту, что для сильных мира сего.

Думала, возникнут сложности с приготовлением леденцов, но мне развязали руки, вручили кастрюльку, сахар и лимон. Откуда эти продукты среди поля и в шатре оставалось только удивляться. Только лимон был не большой по размеру, ближе к лайму. Сахар не рассыпной и не кубиком, а как большой брусок, от которого приходилось откалывать молотком необходимый кусок. Поинтересовалась, не является ли ядовитым дерево, из которого сделали дрова, сказали, что все безвредно. А то не хотелось бы, чтобы попала под раздачу из-за отравления одного единственного мага, примут еще меня за какого-нибудь повстанца, который ведет подрывную деятельность и нарушает местный порядок жизни.

Формочек тут конечно нет, но как, оказалось, имеются обычные железные ложки, которые мне и послужили формой для заливки сиропа.

- А вкусненько! Он у нас сладкое любит! – довольно причмокнула женщина. – А еще больно он у нас азартный, споры разные любит. Буду давать ему леденец, за каждый день который он не будет тащить в рот эту свою курилку. И секрет приготовления никому не расскажу, чтобы маг никого не подкупил, дабы ему делали в обход меня.

Ханна принесла мне железную тарелку с лепешкой, кашей, тушеными овощами и кусочками мяса. Махнула рукой в сторону угла, чтобы я там разместилась для приема пищи. По вкусу это напомнило что-то из индийской кухни - очень пряное и много различных специй. Я с аппетитом умяла все до последней крошки, голод дает о себе знать. Если честно, то я бы не отказалась от добавки.

Женщины монотонно переговаривались между собой, отчего их речь меня убаюкивала. Начало клонить в сон, я положила голову на колени и на секундочку прикрыла глаза. Так хорошо и спокойно стало.

Проснулась от того, что меня очень уж небрежно принялись трясти за плечо.

- Вставай! Ели нашел тебя! Тебе пора идти на помост к остальным рабам, - бородатый мужчина средних лет склонился надо мною. – Руки протяни их связать надо.

Я глазами поискала Ханну, но не обнаружила ее. Вспомнила, я была так голодна, что когда увидела еду, то забыла воспользоваться ее советом – измазаться в саже. А теперь уже и поздно!

И мышление такое притупленное, тело вялое. Еда для рабов! Очень пряная еда. Осознание обожгло кипятком – видимо, поэтому и разделение кухни на две части, в еду подмешивали что-то седативное, чтобы рабы были покладистые и спокойные.

Стоп! Помост - это же торги? Так быстро. Ох, пропала я, пропала!

- Не мешкай, а то можно получить плетью по спине за не послушание, - уже более недовольно буркнул мужчина, видя мою не расторопность.

Сначала накормят успокоительными травками, а затем бьют за медлительность! Вот же изверги!

Получить порку вообще не вписывалось в мои планы, поэтому поспешила встать и протянула руки. А может и стоит заупрямиться? В книгах писали, что случается после порки лихорадка открывается, несколько дней можно болеть. И выиграть время? Выиграть время для чего? Знать бы, что есть цель для чего сидеть и упираться тут, а так в любом случае меня ждет неизвестность. Только после порки призрачный шанс на хорошую рекомендацию от Ханны и тот растает как снег.

- То есть торги сегодня будут? Вечером?

- А почему бы и нет. Приехали важные господа, хотят купить рабов. А нам же проще, охранять вас не надо, чтобы не сбежали, кормить. Это уже забота хозяина.

«Вот же ты дурында, Юлька! Расслабила пятую точку, да и прохлопала ушами все и вся!»

Чем ближе мы подходили к помосту, тем труднее передвигались ноги, словно на них уже надели кандалы. На рабов посмотрела мельком – мужчины и женщины. По внешнему виду они не похожи на моих соотечественников.

Начала различать лица собравшихся господ, которые должны будут выкупать нас. Увидела среди толпы Ханну, она переговаривала с приятного вида женщиной. В душе зародилась робкая надежда, что она и правда решила шепнуть доброе слово за меня. Они обе повернулись в мою сторону, а я затаила дыхание - может все же повезет попасть в добрые руки. Волна благодарности к этой доброй женщине поднялась внутри меня. Подумать только – крепостное право в моей стране отменили почти как двести лет назад, а я сейчас надеюсь на доброго хозяина!

Потом я почувствовала прожигающий насквозь взгляд, такой от которого все волоски на теле встали дыбом. Я медленно повернула голову и встретилась глазами с тем самым всадником, сомнительные ухаживания, которого я отвергла. Он демонстративно погладит мешочек, который висел на его поясе. Спина покрылась холодным потом.

- А любой может купить рабов? – тихо спросила у сопровождающего.

- Да, абсолютно любой коренной житель ну или маг.

Он не похож на мага, видимо является представителем коренного населения. Вот же присосался как клещ! Баб в твоем мире мало что ли! Или не дают? Неужели мой отказ так его уколол, что он решил в торгах участвовать? Судя по нахальной ухмылке - готов. Выкупит и в назидание начнет меня ломать словно куклу.

Посмотрела на Ханну, она видимо заметила наши с всадником гляделки и к моему ужасу помрачнела. Внутри все упало. Я поднялась по ступенькам и подошла к шеренге других рабов.

- Продано! – громко закричал работорговец и дернул за веревку связывающую запястья очень худого мужчины стоявшего рядом с ним.

Затем он передал веревку помощнику и уже тот повел раба к тому самому магу-мозгоправу, который за малым меня не угробил. Маг достал какой-то предмет, по всей видимости очередной артефакт. Помощник развернул руку раба и на внутренней стороне предплечья ближе к локтю маг приблизил к коже артефакт. Одновременно с тем как артефакт коснулся кожи раба, он взвыл от боли. А когда маг убрал свою руку, то на коже остался черный оттиск. Нас будут клеймить словно животных!

Работорговец покрутил свои длинные черные усы, внимательно посмотрел на женщин и мужчин, оставшихся на помосте, другой рукой унизанной кольцами он погладил выступающий живот. Я постаралась сгорбиться и втянуть голову в плечи, чтобы стать можно не заметнее. Но мои ухищрения не дали результата - его цепкий взгляд задержался на мне.

- Уважаемые господа, осмелюсь вам предложить еще одну рабыню! – он подошел ближе и дернул за мою веревку, заставляя тем самым выступить из толпы.

Во рту все пересохло! Ну, что допрыгалась стрекоза? Я в этом мире даже суток не провела, а уже все, вон пытаются пристроить в «добрые» руки за звонкие монеты! И пока в моей голове метались мысли, работорговец начал принимать ставки. Как я уже и ожидала, первый потянул руку всадник.

- Пять золотых! Начальная цена! – громко провозгласил работорговец.

- Шесть золотых! – сказала женщина, одетая в яркий костюм, словно являлась экзотической птичкой.

Я нервно сцепила пальцы и, затаив дыхание, наблюдала за окружающими.

- Семь! – предложила женщина, с которой говорила Ханна.

- Десять! – не уступал всадник.

- Двенадцать! – опять предложила знакомая Ханны.

- Четырнадцать золотых! – ставку озвучил седой мужчина, чем-то неуловимо похожий на местного мага. Видимо наличием балахона.  

- Шестнадцать! – решила еще раз попытать удачу женщина в ярком.

- Восемнадцать! – рискнул поднять цену всадник.

Я смотрела на присутствующих, но более никто не предлагал свою ставку. Ханна что-то сказала своей знакомой, но та покачала головой. Внутри у меня все рухнуло. Женщина в ярком костюме уже смотрела в сторону остальных рабов.

- Восемнадцать раз! – начал отсчет работорговец.

Всадник победно улыбался во все свои тридцать два зуба. Седой мужчина очень внимательно на меня смотрел, потом вскинул руку и сказал:

- Девятнадцать!

Остальные окончательно потеряли интерес. Я вглядывалась в старика и надеялась, что от него для меня будет меньшая угроза, нежели от наемника. Но все надежды рухнули, когда я услышала:

- Двадцать один золотой!

Да почему он никак не уймется! Хотя улыбка его померкла. Видимо выходило гораздо дороже, нежели он рассчитывал изначально.

- Двадцать один раз!

- Двадцать один два!

Мы с наемником смотрели друг другу в глаза, и мне становилось страшно. Я даже не спросила у Ханны, есть ли какие-нибудь права у рабов. Хоть какие-то ограничения для хозяина? Может ли он меня безнаказанно убить, забить плетьми? К глазам подступили слезы, я закусила губу, чтобы не разреветься. 

- Двадцать один три! Продано! – работорговец довольно потер руками.

Подошел помощник и взял меня за веревку, чтобы провести к магу для постановки клейма. Сейчас меня заклеймят как животное! А мои дети? Если у меня появятся дети, то их так же продадут с помоста?

Во мне поднялось такое дикое возмущение! Всю распирало изнутри, хотелось орать, что было мочи. Крикнуть в лицо этим господам категоричное - «Нет!», но меня что-то сковывало и не пускало, душило и удерживало.

Помощник дернул сильнее, чтобы я начала идти, но я не шелохнулась. Посмотрела на него со всей ненавистью и яростью, это те эмоции, которые испытываю сейчас ко всем тут присутствующим. Он отшатнулся от меня как от психиатрически больной и начал тыкать пальцем в мою сторону.

- Она…она…она горит! – прокричал помощник.

Окружающие начали кричать, но я уже не слушала их. Мои эмоции настигли апогея, я почувствовала, словно внутри меня что-то взорвалось. Это как извержение вулкана, которое неумолимо меняет окружающий ландшафт, он никогда не будет таким, как был прежде!

Из моей груди в районе сердца внезапно вырвалось что-то красное, похожее на большой цветок гибискуса сотканный из пламени. Меня скрутило болью, выгнуло грудью вперед, руки охватило огнем, веревки не выдержали напора стихии – истлели, а пепел осыпался к моим ногам, как и вся одежда.

Я стояла перед толпой народа, в чем мать родила, вся объятая пламенем, но удивительно, оно меня не обжигало. Что это такое?

Затем накрыла еще одна волна боли, теперь цветок стал голубым, словно горное озеро. Меня окатило прохладной водой, пламя на теле погасло, отчаянная ярость ушла вместе с огнем.

Очередная волна боли. Удивительно, но с каждым разом спазмы становились все сильнее и сильнее, кажется, что очередную волну я не переживу. Цветок стал зеленым, затем светло серым.

Я думала, что меня сильно потрепало, когда маг ковырялся в моих мозгах? Ха! Сейчас было значительно хуже. Меня словно пережевало и выплюнуло, раздробило каждую косточку и мышцу. Последнее что я запомнила – как лепестки окрасились в фиолетовый цвет, а потом видимо я не выдержала и в глазах начало темнеть. Ура, даже если эта боль меня будет истязать и дальше, то я это уже не почувствую!

Было тихо. Почти. Я слышала ритмичный скрип, чавканье и шумное сопение. Про хищников в этом мире я естественно не интересовалась, но не удивлюсь, что рядом стоит большое животное и уже пускает слюни на меня, видимо собирается сожрать и примиряется с какого бока приступить. Никакого другого логичного объяснения просто не приходило в голову.

Хотя был еще и ритмичный скрип. Странно! А может рядом стоит какой-нибудь извращенец и занимается чем-то непотребным? Насколько помню, то на помосте я осталась совершенно голая. Послышалось кряхтение, вполне человеческое. Это уже слишком!

Сначала я открыла один глаз – осмотрелась, насколько это было возможно, но кроме подушки и шатра ничего не увидела. Уже хорошо, что не в поле или лесу. Все же мало ли решили, что я того отошла в мир иной и отправили на съедение диким зверям. Неизвестно какие у них тут традиции для упокоения усопших. Другой мир, другие правила. Неужели, ко мне в шатер пробрался извращенец? Жаль, в пределах видимости нет ничего, что можно использовать как оружие, разве что подушкой зарядить.

Открыла второй глаз и уже поднялась на локтях, чтобы лучше оценить окружающую обстановку. Каково же было мое удивление, когда обнаружила сидящего на стуле мага-мозгоправа. Он весело, совсем по-детски болтал ногами, читал очередную книгу, а еще с удовольствием посасывал и причмокивал знакомый леденец на палочке.

Видимо Ханне все же удалось забрать у него кальян и вручить конфету! Надеюсь он не может читать мысли, а то стыдно будет от того что я тут про него подумала.

- О, госпожа! Наша юная магичка, вы проснулись! – его лицо расплылось в довольной улыбке.

Госпожа? Юная магичка? Судя по тому, что мы с ним были вдвоем, и он так уважительно обращался ко мне, то это очень неожиданный поворот. Уже не рабыня бесправная?

-Ч-что произошло? – хрипло и ели ворочая языком, выдавила из себя, во рту все пересохло.

Он очень расторопно поспешил к выходу и проорал на улицу:

- Ханна! Ханна, магичка наша очнулась!- потом подошел ко мне и уже более уважительно, словно я особа, к которой необходимо проявлять почтение, - Простите меня дурака старого, не доглядел! Я же просмотреть вас пытался, но ничего не видел. Да и артефакт никакого дара не показал. Он даже не мигнул, явно указывая, что вы пустышка. В вашем мире есть магия?

- Нет. Есть гадалки, травники! И то многих называют шарлатанами! - я вспомнила, что творилось со мною на помосте, и видимо это и было проявление той самой магии и да, такого в нашем мире не было, только в книгах и фильмах.

- Я так и думал! У вас юная госпожа, в голове стояли настолько сильные ментальные блоки, что вы не могли даже допустить наличия магии. Хотя магия есть везде в любом мире, просто ее проявления могут быть сильные или менее заметные. Вот вы сказали, что есть гадалки и травницы. Значит, одни могут слышать травы, другие видеть прошлое и настоящее. Но то, с каким пренебрежением вы об этом сказали, уже говорит о таких сильных ментальных конструкциях, что сама мысль о существовании магии для вас абсурдна.

- Вы правы, многие у нас считают эзотериков, как они себя называют, просто сумасшедшими.

- Видимо магия в вашем мире проявлена не так сильно физически и доказать ее сложно, но то что она есть нельзя отрицать. А попав в наш мир и имея такие ментальные блоки раскусить вас было трудно, даже настроить на наш язык оказалось еще тем испытанием на прочность. Артефакт наш рабочий, буквально вчера к нам попала магичка и он ее прекрасно определил. Вас же пропустил, потому что у вас оказалась особенная магия – вы универсал. Вам подвластна работа с любым направлением. Такие способности крайне редкие, для них необходим другой артефакт. А он крайне дорогой в изготовлении, поэтому нас не снабдили им.

Я с удивлением посмотрела на свои руки и обнаружила браслеты на запястьях. Затем осмотрела себя более внимательно и смутилась неприятного запаха исходящего от тела и волос – пот и гарь. Заметив мою реакцию, маг пояснил:

- После того выброса силы который произошел с вами на помосте, вы заболели – у нас это называется магическая болезнь. Когда одаренный пробуждается, то в зависимости от силы дара он может заболеть физически. Это как сильная лихорадка. Тело так реагирует на внутреннюю перестройку, настраиваются магические каналы. Некоторые сравнивают этот процесс с родами ребенка. Поскольку вы универсал, то и настройка как нам удалось наблюдать, была очень болезненная. Я был удивлен вашей выдержке – сознание теряют уже после так сказать первого выброса, вы же отключились после пятого, но поверьте, еще долго из вашей груди вырывались разные цвета-индикаторы магии.

Сейчас я была в сорочке, а тогда я лежала голая перед толпой народа. Стыд, какой! Наемник получил сеанс бесплатного стриптиза с элементами огненного шоу.

- А как же торги? Ведь меня продали! – решила уточнить этот вопрос, вдруг если сделка совершена, то назад дороги нет.

- Вы что, магов нам не хватает! Даже если бы через год рабства у человека бы открылись способности, хозяин обязан передать магичку или мага властям. Иначе последуют такие сильные репрессии, что участь раба покажется нерадивому хозяину благом. Таких ссылают на каменоломни. Но опять это настолько редко, и то скорее было по началу, потом поменяли артефакты и они уже не ошибались.

- А дальше что с магами? – меня очень интересовала дальнейшая перспектива.

- Магов необходимо обучать! Как раз сегодня должен явиться сопровождающий и вас с другой магичкой отправят в учебное заведение.

- Зачем эти браслеты? – я указала на тонкие полоски металла.

- Это ограничители. Такие мы устанавливаем тут, чтобы пробудившийся маг не навредил ни себе, ни окружающим.

- А учитывая, что я не просто магичка, а универсал, то вероятность усиливается? – маг кивнул. – Замечательно, я не просто обезьяна с гранатой, а с ядерной бомбой!

- Догадываюсь о сути вашего сравнения и солидарен с этим высказыванием!

- Очнулась! – в шатер ворвалась Ханна и принялась хлопотать вокруг меня, затем опомнилась и выдворила мага на улицу. - Потом поговорите, надо девочку в порядок привести!