Истинная для медведя. Враг моего отца

Глаза распахнулись, словно меня выдернули из глубокого сна. А вокруг темнота. Видны лишь очертания интерьера.

Голова гудит, во рту сухо, а тело ноет словно я всю ночь провела в тренажерном зале, прорабатывая каждую мышцу до изнеможения.

Между ног так вообще…хм, почему-то весьма влажно! Неужели я опять уснула, смотря «50 оттенков серого»?

Попытка пошевелиться отозвалась приятной, ноющей болью, которая, впрочем, очень быстро стала не такой уж и приятной.

Память играла в прятки, подкидывая лишь разрозненные обрывки: клуб, вентиляционная шахта, маска и страшное лицо…

Стоп. Это страшное лицо принадлежало хозяину клуба.

Волна обжигающего жара окатила тело, заставив сердце заколотиться, как бешеный дятел.

Что, во имя всех святых, произошло?!

Нет, и еще раз нет, я не могла. Просто бы не посмела провести ночь с врагом моего отца. С врагом всей стаи! С медведем…

Инстинктивно нырнув рукой под одеяло, я наткнулась на что-то… инородное. Твердое, гладкое, бархатистое на ощупь, как нос щенка лабрадора.

Сначала мозг отказывался обрабатывать информацию. Обхватила пальцами ЭТО, пытаясь понять, что за странный предмет такой, еще и пульсирует.

Задержала дыхание, невольно сжав сильнее, — и почувствовала, как эта «деталь интерьера» вздрагивает в ответ.

Спустя несколько долгих, мучительных секунд, до меня дошло. Я трогаю… член. ЧУЖОЙ ЧЛЕН!

Паника взлетела к горлу, пытаясь задушить меня до того как это нечто, спящее в кровати, проснется.

Лихорадочно ощупала себя под одеялом. Голая. Как Ева до грехопадения.

От одной этой мысли внутри вспыхнул фейерверк противоречивых эмоций: ужас, стыд и… какое-то странное, почти забытое возбуждение. Да что со мной не так?!

В голове царил балаган воспоминаний, где главным номером программы был хозяин клуба “Берсерк” и я – дочь Владислава Громова. Врага всех медведей. Ага.

В панике шаря по тумбочке нащупала телефон. Отчаянные попытки дозвониться хоть куда привели меня к мысли, что это не телефон вовсе, а пульт от телевизора, которым я щелкаю по каналам.

Твою ж мать!

Где я? Где моя одежда? Черт возьми, вспомнила о самом важном! Где же мой мобильник с компроматом?

Но это было еще полбеды. Ведь главная беда возлежала рядом, развалившись на шелковых простынях, как турецкий султан на подушках. Рядом, мать его, со мной!

Меня прошибло холодным потом. Широченная спина, усеянная шрамами и татуировками. Могучие плечи. И… О, Боже… рядом с моей рукой абсолютно нагло пульсировал объект моего утреннего исследования.

Пора делать ноги! Быстро и решительно! Пока этот спящий медведь не проснулся и не решил, что я тут на утреннюю зарядку пришла.

Сердце колотилось, как будто я выпила литр энергетика, заела его тройным эспрессо, а потом меня попросили пробежать стометровку не за олимпийской медалью, а в постель к Олимпийскому Мишке.

Веселого в ситуации было мало, если вообще что-то было. Как пить дать мы с бурым кувыркались всю ночь на пролет. Двинула бы ему в бок, да боюсь проснется и захочет продолжения.

Я уже почти выползла из кровати, как вдруг тяжеленная рука стальной хваткой обвивает мою лодыжку…

Дорогие, не забудьте добавить книгу в библиотеку и поставить лайк :) Мне будет приятно, а вам местами весело и горячо 🙂

Глава 1 Все мужики кобели или "Мой отец тот еще Альфа"

А как все начиналось…

Темнота уже накрыла дачный поселок Подмосковья. Моя ласточка, доверху набитая брендовыми "сюрпризами", бесшумно впорхнула во двор, освещенный сонными фонарями.

Я, аки тайный агент, предвкушала эффект разорвавшейся бомбы от моего внезапного визита.

Особенно, когда дело касалось Мирки. Бедовая подружайка, вечный магнит для неприятностей, временно дачничала у меня вместе с моим отцом, пока я моталась в Штаты.

Отцу моему Мирка как-то сразу не понравилась. Не нашего видите ли она круга. А он синдромом спасателя никогда и не страдал в отличии от меня. Но не тут-то было.

Мирка из-за него голову разбила, теперь страдает кратковременной потерей памяти. Деваться ей некуда. Отец ит себя виноватым.

Ах да, чуть не забыла! Мой отец по совместительству Альфа (не путать с самцом-альфачом, хотя и это про него). И, как всякий уважающий себя Альфа, он уже присмотрел мне партию.

Жениха из числа бизнес-партнеров-оборотней.

А меня, собственно, спросили? Ну, так, чисто формальности ради?

Само собой, нет!

В каком там веке у нас пережитки демократии? Но если папенька думает, что я, как овечка на заклание, покорно пойду под венец, он сильно недооценивает мою способность рыть компромат!

Уверена, мой "принц" – тот еще фрукт. Вернее, овощ… редкостной тупости!

И что, что оборотень? Отец твердит, что с ним я буду в безопасности. Ага, а он со мной? Или он считает у меня рука случайно в его челюсть не дернется, когда он завоет на луну?

Я может и дочь Альфы, но сама такой фигней не страдаю. И в мужья я себе такого страдальца не хочу.

Когда папа-Альфа ошарашил меня новостью о моем скором замужестве, я, как истинная леди, элегантно подавилась утренними хлопьями. Возмущаться вслух, естественно, не стала!

Со скорбным видом я понесла свой крест, не забывая жаловаться бабуле на отцовский произвол.

Мама, хоть и в разводе с папой, в этом вопросе держала его сторону. Семейная идиллия, одним словом!

Я думала, хуже новости быть не может. Ну что может быть ужаснее, чем насильная выдача замуж за воющего на Луну бизнесмена?

Как же я ошибалась… Ужас, как всегда, подкрался незаметно.

В доме подозрительная тишина. Мирки в комнате нет.

Предчувствие у меня, как у волка на полнолуние, нехорошее!

Отгоняю дурные мысли, но…

Открываю дверь в спальню отца и… вот оно! Все как на ладони! В смысле, отец в полуголом виде лежит на полуголой Мирке…

История Отца и Миры 


 В ту ночь, убегая от одной опасности, я угодила в лапы хищника куда страшнее. Владислав Громов, отец моей подруги, могущественный Альфа с безумным взглядом и звериной одержимостью. Он не просто властный богач, он – оборотень, и его волчий интерес ко мне – леденящий душу приговор, ведь я для него всего лишь добыча.
Между нами пропасть страха и невозможного притяжения. Что произойдет, когда зверь внутри него потребует полной покорности? Неужели мне суждено стать его игрушкой, отдав тело и душу без остатка? Или… я смогу приручить его зверя и избежать участи, где я – лишь добыча в его лапах?
🔥Властный Альфа с тяжелым характером
🔥Невинная героиня
🔥Страстно, откровенно, опасно, эмоционально
🔥Разница в возрасте
🔥Истинная пара
🔥Хэппи Энд

Вика Громова
22 года
Дочь Альфы Владислава Громова
Не проявленная волчица. Влюбила в себя грозного дядьку, который по совместительству

1. Очень властный Медведь
2. Капитан в отставке
3. Враг волков (ну потому что медведь)
4. Мы обязательно отыщем еще минусы, но + у него точно был большой...
==>>листаем далее

Глава 2 Я - Вика и я люблю вляпываться в неприятности.

Да чтоб мне лопнуть! Вот тебе и сюрприз, как говорится, вставший поперек горла!

Сердце рвануло в галоп, где-то в районе мизинца левой ноги. Слова застряли в горле, образовав там нечто вроде пробки из невысказанных проклятий и непонимания.

Ну все, теперь у меня полный комплект: жених-оборотень прилагается, папа-ловелас… со стажем, видимо, и подружка, которая, в гостях не то что зря время не теряет, а, похоже, решила поселиться прямиком в папиной постели.

Дальше всё поплыло, как будто кто-то вылил в мозг бутылку некачественной текилы. Помню, отец что-то орал, брызжа обидами, я огрызалась в ответ, стараясь перекричать его и здравый смысл, а потом… потом я уже сидела за рулем, размышляя, какое дерево станет моим персональным концом света.

Гнала я как Шумахер, объевшийся снотворного, абсолютно не соображая, куда несусь и зачем.

Меня всю била мелкая дрожь, как будто я только что увидела привидение… или хуже – рекламу нового российского сериала.

Никак не могла выкинуть из головы эту картинку: папа… и Мирка…

Он, значит, решил тряхнуть стариной, а она… Мирка хлопала глазками, как потерянный теленок!

Неужели этого достаточно, чтобы затащить её в постель?

Но как он мог? Она же моя подруга… ладно, допустим, не самая лучшая, но почти единственная! Как она могла?! Я, значит, в её положение вошла, от беды спасла, можно сказать, героический поступок совершила, а она взамен – с моим отцом?!

Допустим, отец у меня ещё «кремень»: выглядит шикарно, деньги лопатой гребёт… Хотя последнее, как показывает практика, привлекает не только золотоискателей, но и бедных подруг.

Но Мирка-то ему зачем? Ходячая катастрофа, с двумя левыми руками и полным отсутствием чувства стиля!

Так, для поддержания формы, что ли? Типа, как гантели после тренировки? Только для хера, прости господи?

Я была о ней лучшего мнения.

Резко торможу, и меня прорывает. Рыдаю как белуга на нересте, голося во всю глотку. Зачем купила дорогую тушь в Париже?

Внезапный стук в стекло заставляет меня судорожно вытирать слезы и сопли. Ну вот, сейчас ещё и штраф выпишут за парковку в неположенном месте!

Вываливаюсь из машины, как куль с картошкой, к счастью я уже приехала в деревню родную.

– Ах, бабушка, жизнь – боль!

– Ну, Викулечка, что ж ты так убиваешься? Что случилось-то, милая?

А я и сказать толком не могу.

Бабуля отца и так за человека не считает. Говорит, кобель есть кобель, и ничего с этим не поделаешь.

Ну что сказать, жизненный опыт – великая сила.

Видит людей насквозь, как рентген.

– Жених сбежал? Да плюнь ты на него! На этой деревне, как тараканов в коммуналке, мужиков на любой вкус найдется. Хошь Федьку, вон, он к тебе как пес шелудивый липнет. Хошь Егорку, вон, красавец какой, трактор водит, умница!

Федька с его щетиной, Егорка с трактором… В тот момент, если бы мне предложили стать подопытным кроликом для опытов в секретной лаборатории, я бы согласилась, лишь бы не помнить увиденное. Но, видно, судьба решила, что моим страданиям суждено стать достоянием общественности.

А вокруг уже стянулись соседи и деревенские «друзья». Прямо как мухи на… мёд!

Ну, конечно… Вот и бесплатное представление для всей деревни!

Мой Бентли уже начал плавиться от любопытных взглядов. Я-то, словно яркий экзотический цветок, в центре этого сельского пейзажа.

Длинные ухоженные волосы цвета солнечных лучей, дизайнерский сарафан, который, конечно, сидит идеально, но в сочетании с коровьим навозом на дороге выглядит несколько нелепо, и очки от солнца, хотя на дворе уже почти ночь.

– Богачка наша вернулась! – заорал Егор, подбегая к машине, а я поспешила вытереть остатки слёз. – Давно не виделись, Вика. Зазналась, наверное, слишком занятая.

Так и хотелось плюнуть ему под копыта, чтобы не пачкал мою дорогую обувь. Гордится, наверное, что однажды поцеловал меня в щёчку и коленку погладил! Да и было нам по шестнадцать, а он всё туда же.

Наверное, записывает свои победы в блокнотик, чтобы было что вспоминать на пенсии.

Ещё и перевстречался со всеми девчонками, которые не захотели уезжать из деревни и теперь работают в местном магазине или на ферме. Но такая как я ему просто неподвластна, вот и брызжет ядом каждый раз, когда я к бабушке наведываюсь.

Поздоровавшись со всеми, я выхватила из машины чемодан и пошла с бабушкой в дом. Сразу же и попрощалась со всей этой деревенской братией.

– Я что-то не пойму, Вик, – обиженно тянет Егор. – Мы тебе не ровня? Типа, папочка купил тачку крутую, а мы тут на тракторах – пустое место?

– Егор, да не говори ерунды, пожалуйста. Я просто устала с дороги.

А бабуля, как будто сговорившись с ним, подталкивает меня в спину.

– Иди, иди погуляй да развейся! В клубе праздник сегодня!

– Ну, ба, какой клуб? Я по таким заведениям не хожу.

– Ну, так это же деревенский клуб! Ничего такого пошлого, как в Москве.

– А ты откуда знаешь, что в Москве пошло?

– Ну, а то ж! Я ж телевизор смотрю!

Бабушка выхватила мой чемодан и после недолгих уговоров я поплелась с тем самым Егоркой и остальными друзьями детства в направлении клуба.

Бес попутал, когда решила, что лучше не ныть бабушке в халат, а дать волю ногам и пройтись в босоножках на платформе по сельской дороге.

То ещё развлечение, скажу я вам!

Считай, что я прошла квест: “Не наступи в коровью лепёшку и сохрани новую обувь”.

А потом в стареньком гараже, который каким-то чудом превратился в подобие дискотеки, достались солёные огурцы, наливка… и заиграл Лепс и его “Самый лучший день”.

Разговоры потекли рекой, перемежаясь искренним смехом. Я молча пила наравне со всеми, отчаянно пытаясь доказать, что я всё ещё "своя", несмотря на дорогую машину и парижский сарафан.

Хмель ударил в голову быстро, меня наконец ударило то самое головокружение, которого мне так долго не хватало.

– Ну что, Вика, раз уж ты с нами, давай поиграем? – подмигнул Егор. – В "Правду или действие", как в старые добрые времена?

– Правда или действие? – хором подхватили Ленка и Маша, заражаясь азартом Егора.

Карты были розданы дрожащей от выпитого руками Маши, и игра началась.

Я, под воздействием сливовки, ностальгии и обиды на отца и Мирку, чувствовала себя необычайно смелой, даже безбашенной.

И конечно же, совершенно неожиданно для себя, выбрала "действие" и… проиграла.

Ну вот почему мне так везёт?! Только не в любви, а в каких-то дурацких спорах!

– Поцелуешь меня в губы! С языком! – гордо заявляет Егор, расправляя плечи.

Ленка нахмурилась и даже сжала свои наманикюренные пальцы в кулаки. Эх, Егор, опасную ты ведёшь игру! Сам того не понимая!

– Нет! Ты что! Придумай что-нибудь другое! – завопила Ленка, надув губки, как обиженный ребёнок. – Пусть… пусть она залезет в дом лесника и украдёт что-нибудь! Например, семейные трусы в горошек!

– Ну уж нет! – возмутилась я. – Почему семенные и в горошек? Я воровством не занимаюсь! Тем более какие-то трусы у деда воровать! Совсем с ума посходили?

– Струсила, да? – Ленка закалилась как настоящая волчица, словно ей самой всё по плечу.

– Ну что ж, – Егор радостно потер руки. – Тогда давай целоваться, Викуля! Забудем про трусы и вспомним про старую дружбу! Хотя, можешь мне свои трусики отдать, – подмигнул он.

Что я тут делаю? Зачем выбрала такой дурацкий способ забыться?

– Вик, только с языком! Ты ж в Париже недавно была, бабушка обмолвилась! Вот давай, по-парижски целуй! Покажи мастер-класс!

– Дурак, – двинула его Ленка. – Надо говорить: "По-французски!"

– Не по-парижски, не по-французски не буду! Целоваться вообще не буду! – гордо заявила я, поднялась со скамейки и даже на секунду забыла, что нахожусь на платформе.

– Всё! С меня хватит этих весёлых развлечений! И вообще… я пошла!

И вот я уже иду к дому лесника, гордо подняв голову и проклиная свою несдержанность. Даже не представляя, кто он на самом деле и что там меня ждет...

Глава 3. Кровавый Топор и внушительное владение.

Перелезть через забор… пустяк?

Совсем недавно, на йоге, я вытворяла куда более головокружительные кульбиты, поэтому забор считала сущим пустяком.

А зря…

Сейчас же, прижимая к груди подарок от парижского кутюрье (именно с ним я намеревалась элегантно преодолеть препятствие, если бы забор не оказался столь коварно высоким), я усомнилась в собственном здравомыслии.

Сняв босоножки, на мгновение задумалась. Оставить здесь? Ни за что. Уж слишком дороги! Взмахнув изящным движением, отправила их в свободный полет, и обувка мягко приземлились в траву.

Сама же, последовав за ними, ощутила разницу между грацией французской моды и грубой реальностью приземления на незнакомую территорию.

Собак нет. Это хорошо.

Если бы они здесь были, то давно бы уже разорвали тишину лаем.

Я сейчас подобно профессиональному вору-домушнику, пригнулась и, стараясь не издавать ни звука, начала пробираться вглубь двора. Докатилась. А еще риелтор…

Предрассветная тьма постепенно отступала, уступая место бледным, акварельным тонам зари.

В голове промелькнула мысль: дед наверняка крепко спит, и добыть вожделенные трусы не составит труда.

Но вместе с тем, наливка выветривалась из крови, и реальность, с ее абсурдностью, начинала проступать все отчетливее…

И нафига я в это ввязалась? Что и кому я пыталась доказать?

Но было уже поздно…

Дом предстал передо мной во всей своей заброшенной красе и не первой свежести.

Казалось, здесь давно никто не жил. Однако… сапоги, висевшие на заборе, как странное украшение, заставили меня усомниться.

Странные какие-то, длинные, аж до бедер. Аки ботфорты, но резиновые. Дед походу тот еще модник.

Сушатся? Вполне возможно.

Ну хоть бы веревка с бельем висела, а то я как дура лазию тут без малейшего намека на успех.

Уж лучше бы я на сапог поспорила бы. Но кто я такая чтобы отступать?

Медленно, оглядываясь по сторонам, я подошла к окнам и, стараясь не привлекать внимания, заглянула внутрь.

Пустота и запустение.

Обошла вокруг – все закрыто, кроме одного окна. Ну, похоже, это знак!

Приоткрываю я эту завесу тайны в Богом забытое местечко. А там воняет! Чем? Да всем сразу!

Сыростью, плесенью, нафталином… Брр! Не хочется мне туда лезть! Вдруг там вообще трусов нет?

Оглядываюсь, а моя банда зыркает на меня через забор, как на обезьянку в зоопарке.

Машка, зараза, еще и снимает! Ну, ничего, я ей это припомню

Меня чуть током не пробило от осознания, что я городская дура в глуши. Но лезу. Благо, низко. Надеюсь, хоть трусы деда стоят того!

В доме темно, хоть глаз выколи! Ну, думаю, сейчас буду пробираться, как мышь сквозь завалы.

Ага, как же! Каждый шаг – предательский скрип половицы.

Потихоньку двигаюсь на ощупь. Шкаф открываю – скрип, как будто там кто-то стонет, аж мурашки по всему телу.

Из шкафа сразу вещи на меня валятся. Мерзость…

Лишь бы трусы на голову не упали.

А солнышко уже потихоньку поднимается над лесом, лучи в дом проникают.

Рубашки клетчатую вижу, штаны какие-то бесформенные… И вот они! Мои трофеи! Сердце, как бешеное, колотилось!

Капец. У деда трусы от Calvin-Klin. Вот же модник.

Перед каким бабками демонстрацию проводит? А впрочем, что еще демонстрировать? Маловероятно там в трусах что-то годное осталось. Но Calvin от такого не спасает, увы.

И тут, как назло, телефон завибрировал. Я так перепугалась, что чуть припадок не словила.

Достаю, читаю:

– Лесник не дома! Идет из леса с топором!

От Егорки смска.

Да ладно?! Эти придурки решили меня до смерти напугать? Не выйдет. Трусы уже у меня.

Но потом посылку деду отправлю в качестве извинений. Ибо дорогие они. И чувствую на ощупь, не паленка с рынка.

Ну, дед ты меня удивляешь. Что еще у тебя есть в шкафу?

И тут грохот. Да внушительный.

Дверь открывается. Я замираю.

На пороге дед! Огромный, заросший, страшный, как моя жизнь без кофе по утрам.

Рубашка вся в чем-то красном, а в руках… Топор!

Серьезно? ТОПОР?

У меня чуть челюсть не отвисла от такого сюрприза.

Ну, приплыли. Он меня за воровство трусов этим топором на капусту порубит.

Пока он в коридоре возится я включаю режим "турбо-убегание", но куда тут убежишь?

Залетаю в первую попавшуюся дверь, а там – ванная! Супер! Окошко маленькое, зад мой в такую не протиснуться.

Ну, все, попала я!

Залетаю за шторку в ванну, сижу, как мышь в крупе. Сердце колотится, аж ребра дрожат. Авось пронесет?

Трусы прижимаю к себе, телефон достаю, смс пишу Егору:

“Если дед меня убьет – в этих трусах и хороните!”

Смс уходит, зарядка садится.

А мороз по коже носится с такой силой, что сомневаюсь на счет июля месяца.

Шаги тяжелые приближаются. Все ближе и ближе… И вот, дверь открывается!

Господи, я сейчас от страха в этой ванне утону.

Замираю, дышать боюсь. Тишина. Потом хрип, как будто у него там дракон в горле живет. И запах… крови! Фу, как в морге! Я то знаю, практику же проходили в мед-училище.

Дед что-то мычит себе под нос. И похоже раздевается, что-то швыряет на пол. Брр!

Чувствую ноги подкашиваются. В обморок упаду от страха или вида голого деда. Это же травма психики на всю жизнь?

А рука его волосатая тут как тут – за шторку тянется, воду включает. Меня сразу окатывает ледяной водой, благо не заорала. А может надо было? Испугала бы его и деру дала.

Все, момент упущен и шторка резко отлетает!

Стоит передо мной…Глазища выпучил. Я тоже.

Он огромный! Бородатый! Весь в крови и ГОЛЫЙ!

Страшный, но… зараза, хорош! И совсем не дед, а мужик, с рельефом накаченным, любой спортсмен позавидует.

Взгляд как-то сам скользнул по телу, все ниже и ниже.

Сглатываю. Ну нихрена себе.

И прежде чем я успела прикусить язык, взяла да ляпнула:

– Ого, какие у вас внушительные овладей… в смысле, владения!

Лесник хищно ухмыльнулся, обнажив ряд крепких зубов, отчего у меня по всему телу пробежали мурашки. После чего он, не говоря ни слова, просто взял и бессовестно залез ко мне в ванную.

Эй, господин лесник, вы чего?

Дорогиче читатели, нужна ваша поддержка :) Всегда рада лайку и коментарию :)

Глава 4 Попалась...
Я вжалась спиной в кафель. Какого черта он задумал?

Воздух в ванной мгновенно сгустился, стал обжигающим и тягучим.

Бородатая верзила залез в ванную и прижался всем телом ко мне.

Меня словно молнией пронзило – от кончиков пальцев до корней волос. В такой опасной близости с раздетым, накаченным, и, кажется, немного безумным дровосексом мне еще не приходилось быть.

Ох у него же топор окровавленный, он уже кого-то грохнул.

Ну все, Вика, ты следующая. Помирать тебе в девках, а возможно он это сейчас исправит.

В горле пересохло, желудок скрутился в тугой узел.

Внезапный приступ тошноты подкатил к горлу, и мир вокруг начал расплываться, теряя четкость.

Я едва не потеряла сознание, уходя в черную бездну.

Но сильные руки внезапно подхватили меня, крепко и надежно, словно якорь в шторм. От этого соприкосновения меня прожгло, ведь он словно пылал!

Я сфокусировала взгляд на его лице. Глаза его сияли как Святого Грааля. И плескалось в них что-то нечитаемое, хищное и… заинтересованное.

Горячий взгляд скользил по моему лицу, словно ощупывал, изучал каждый изгиб.

Да кто он такой, черт побери? И чего так ухмыляется, словно я бочка меда, а он голодный Винни-Пух?

Такой сексуальный, брутальный и накаченный…

– Надо же, волчица пожаловала прямо ко мне… в ванную. Чем же я такое заслужил? – промурлыкал он, и от его бархатистого голоса по коже побежали мурашки.

Я сглотнула, чувствуя как внутренний голос прекратился в голос Пяточка из мультика.

Но… стоп…

Его слова словно вырвали меня из ступора.

Волчица? Он понял, кто я? Аааа дура, сдала себя не продержавшись и пяти минут!

– Еще и пахнешь…ммм. У тебя волчий гон? Странно, обычно вы к медведям ни-ни…

– М..м…медведь? 

Воооот же черт! Ну за что мне так везет-то?

 Его дыхание опалило мою щеку.  Нервно сглотнув я дернулась, по прежнему сжимая в руках трофей.

– Чтобы волчица забралась в логово к медведю… это как же надо желать? – прошептал он мне прямо в ухо, и от этого шепота, словно электрический разряд, пронзил все тело.

Инстинкт самосохранения взвыл, как сирена воздушной тревоги.

Надо срочно выбираться из этой ванной, пока не стало слишком поздно.

– Дайте уйти, по хорошему!

– А если по плохому?

– Я просто… ошиблась домом! – выпалила я, стараясь звучать убедительно, но голос предательски дрогнул.

Его взгляд заставил меня замереть. В нем читалось что-то первобытное, хищное, голодное… И это "что-то" было направлено прямо на меня.

Его руки медленно скользнули вниз, обхватив мои бедра.

Ткань моей намокшей юбки натянулась. В то время как сердце заколотилось с бешеной скоростью, отдаваясь в ушах оглушительной барабанной дробью.

Я попыталась сопротивляться, уперлась ладонями в его плечи, была уверена, что он просто запугивает, но нет…

Прежде чем я успела хоть что-то сделать, он резко задрал мою юбку…

– Не ошиблась, волчица. Уверяю…

Глава 5.  Не смей скулить, мохнатая, или Медведю (не) отдамся!
– Вы ненормальный что ли? Лапы убрал, кому говорю! – начинаю рычать на полном серьезе, словно не я воришка пойманная с поличным.

– Ишь, какая дикая! – передразнивает, искорки азарта пляшут в его глазах.

Замахиваюсь на наглеца, когда его пальцы проникают под резинку моих трусов, но он молниеносно перехватывает мою руку, а потом вторую.

Смотри мне в глаза отнюдь не восхищенно и гОлодно, а вполне озлобленно. 

Видимо за мой замах, но взгляд тут же становится озадаченным. Ага, труханы свои заметил… ой.

Что подумает-то?

Скомкав трусы в кулаке держу их как спасательный круг.

– И что это у нас? Трусы похищаем? Фетиш какой-то?

– Да сдались они мне как волку пятая нога!

– А чего тогда? Хотела на Авито толкнуть мои Кельвины? "Снято с богатого мужчины, почти новые"? Не надо так, дорогуша.

– Да вы бредите!

– Слушай, если тебе деньги нужны, так  я могу выделить. Не надо богатых дядей обносить исподним.

– Богатого дяди? – давлюсь смехом. Он серьезно?

– Я – Камиль Тахиров. Имя тебе что-то говорит? Ну, хоть что-то?

– Не-а!

– Вот как. А я-то думал, меня знают все воровки в округе. Молода, а уже на скользкую дорожку встала. Ну, не дергайся, не съем.  Ты мне нравишься, пахнешь шикарно. Говорят, блондинки на вкус – чистый мед. – подмигнул, окинул мои торчащие соски взглядом и смачно облизнулся.

– Это из-за холода!

– Лапуль, так я согрею.  Я-таки бурый медведь. Не северный.

– Дать хоть хреневерный! Отвалите по-хорошему, и я исчезну. И трусы ваши мне даром не сдались. Спор проспорила!

Трусы предательски выскальзывают из моей руки и плюхаются мокрым комом к его ногам. Надо же было за ними проследить!

Ох как зря…

Я думала после того как увидела отца на своей подружке уже не восстановлюсь, но нет.

Прощай, моя невинная психика.

То что видела сейчас уже никогда не забуду.

Не уж-то у медведей такой большой…? Или он какой-то стеройдный что ли… Для кого такое предназначено? 

Да только пока я думала медведь моей заминкой воспользовался. 

Поцеловал так, что искры из глаз и  ноги подкосились. Язык свой наглый в рот просунул, хозяйничал, будто я его собственность.

Я дергаюсь как муха в паутине, а он все крепче меня сжимает. Боюсь, что кости хрустнут.

Но нет, так умирать я  не собираюсь!

Только гад этот каждый мой шаг и действие предугадывает. 

Руки держит над головой, к кафелю прижимает и целует остервенело и лапает другой рукой, куда только дотянуться может. А дотягивается он, собственно везде.

Никто меня так не мучил… то есть, не целовал. И сказать, что это противно, язык не поворачивается. 

Вот в чём вся соль! 

Почует слабину и прямо тут, на кафеле, оприходует.

Ну уж дудтки, не для того я берегла себя. Не для жениха мохнатого, не для извращенца бурого.

Сама себе выбирала платья, учебу, работу и мужика выберу сама. И нечего меня воле своей подчинять!

От отчаяния кусаю его за губу. Глаза у него полыхают, в них пляшет моё отражение – не менее безумное.

И не гон у меня вовсе! Ирод проклятый, напугал меня и мою волчицу.

Напугал же? 

Блин ну какого лешего моя волчица проснулась на его ласки? Молчала ведь всю жизнь!

Не смей скулить, мохнатая! Я не отдамся медведю!

– Отпусти меня, ты… старый! 

– Да ты охренела, малая. Мне  тридцать девять! Похоже, надо побриться.

– Я буду кричать!

– Конечно, от удовольствия!
– АААААААААААА, – ору как сирена, он все лыбится.
– По моему ты забегаешь вперед, я ещ ене начал.

– Хватит издеваться надо мной!

–  Я же флиртую.

– Хреновый вы фильтровщик! Я такие отношения не приемлю. Только по любви и секс только после замужества.

– Да не гони. Я слишком молод для брака. Ты тоже.  Что-то в мурашках вся, давай воду потеплее сделаю.

Горячий поток воды обрушивается на нас, моментально наполняя ванную паром. Становится нестерпимо жарко, а голова идет кругом.

– Я…девтвенница! –  может хоть это остановит этого ненормального?

– Ну что ж… тем интереснее. Я тоже, знаешь ли, по части волчиц не специалист. Ты будешь моей первой.

– Да сколько можно? Вы озабоченный маньяк!
– Немного озабоченный, да. Но не маньяк. Честно, – берет мою руку и прижимает к своей груди, а потом оспускает ниже и ниже. Я одергию ее в ужасе.

Не трогала я дубин внушительных да и не собиралась в ближайшее время.

– Я видела топор, и вы были в крови!

– Ну, раз так, тогда точно напоследок стоит насладиться жизнью.

– ПОМОГИТЕ! УБИВАЮТ!

– Ну что за дура, – рычит он и снова целует. Колено бесцеремонно проскальзывает между моих ног, и он прижимает меня к ледяному кафелю.

Моя рука нащупывает что-то твердое, и я со всей силы обрушиваю это на его голову.

Думала, вырвусь! А он рычит, но  перехватывает мою руку, и в следующее мгновение я чувствую не только его возбуждененный член, упирающийся в мою задницу, но и его клыки, скользящие по моей шее.

Кровь застывает в жилах. Страх парализует. Горло сдавливает будто не спазм, а его рука.

– Не надо, прошу....

– Не бойся. Метка не вечна. На период спаривания. Но зато ты будешь только моей, и прекратишь бесить меня своим сопротивлением. Я устал болтать. Я до ужаса голоден, а Зверь выбрал тебя. Выбирай: либо предаемся звериной страсти до обеда, а потом  можешь бежать на все четыре стороны, так уж и быть, забрав мои трусы. Либо метка…

Глава 6. Шоковая терапия для девственницы, или Вид снизу лучше.

– Да ты посмотри как горишь, зверушка моя. И сопротивляться не можешь. Или не хочешь? Ммм?

– Ты бурый извращенец! Тебе это с рук не сойдет!

– Значит, все-так меткую

– Не надо метку! – озноб охватывает все тело хоть я в объятиях медведя, хоть пар окутывает и горячая вода.

Просто холодно от одной мысли, что это свершится сейчас и …здесь?!

Не в Париже, с панорамным видом на Эйфелеву башню с любимым человек, а в деревне, в старой ванне, где плитка местами побита, а ванна покрыта желтизной. 

И с кем? С медведем! К тому же озабоченным!

– Не надо метку! – ору и реву и оседаю прямо на дно этой уже слегка наполненной ванны. 

Уткнулась в собственные колени, чтобы не видеть волосатые ноги медведя и все вышестоящие прелести.

А с  моими-то слезами ванна наполняется быстрее!

– Да еб твою мать! – заорал мужик и поднял меня за плечи как тряпичную куклу. –  Вас, волчиц. хрен поймешь! Ты нахрена ревешь? Я тебе носильник что ли? Что ты как эта…самая... Сама ж пришла!

– Кто эта самая? Чего вы обзываетесь-то? Я вообще-то стою тут и страдаю!

– Страдает она... Это я страдаю! Членом можно гвозди заколачивать! И вообще, чего ты снова на ВЫ перешла? И хватит тут море устраивать, пол ванны наревела уже. Так ну все, не реви, не реви кому сказал!

– Я не хочу свой первый раз тут, – аж захлебываюсь слезами. – С каким-то медведем мохнатым.

– Что значит с каким-то? Камиль Тахиров я. Докатился, то девки штабелем падают под ноги, а ты вообще как с другой планеты. Че приперлась, откуда взялась на мою голову?

– Из деревни я, – вытираю слезы, – за трусами пришла. Отпустите, пожалуйста, я больше так не буду. Я мечтала о другом. О любви, о цветах, о поцелуях при лоне! А тут… вы!

Снова заливаюсь слезами, представляя себе эту картину: я, старая ванна, мохнатый медведь и перспектива лишиться девственности под угрозой метки.

– Я же маленькая, глупенькая, – продолжаю давить на жалость, – я ничего не понимаю в этих ваших… отношениях. Я думала, все как в кино будет, а тут…вы с топором кровавым! Хоррор какой-то!

 Умоляюще смотрю в эту нахальную морду, надеясь увидеть хоть искру разума в этих глазах. Да что там разума, хоть проблеск совести!

Кажется, что-то дрогнуло. Медведь немного подобрел. Или мне просто показалось?

– Да ты и правда, как ребенок, – ворчит он, но уже не так угрожающее и гладит, как собаку по мокрым волосам. – Ну чего ты ревешь? Хватит, кому сказал! Не будешь больше?

– А вы отпустите? – смотрю щенячьими глазками.

То ли вздыхает, то ли рычит, пойди разбери этих медведей.

– Метку ставить не буду.

– Значит отпустите? – на лице расцветает улыбка. Сейчас как дам деру отсюда!

– И трахаться тоже видимо не будем, – закусив губу, смотрит на меня, как будто я последняя банка мёда в его жизни.

Ну, мохнатый, давай уже отпускай меня.

– Я могу идти? – шепотом спрашиваю, боясь нарушить "планы". Вдруг он передумает?

– Нее, – задумчиво протянул и обводит взглядом. – Я же чувствую твое возбуждение. У тебя точно гон.

– Да вы гоните! – ору в голос. – Либо головой ударились о плитку, либо мёда переели! Вы вообще в себе?

– А куда делась милая и беззащитная волчица? – снова прижимает к стенке, и между нашими губами уже сантиметры! 

Господи, он прав. И это очень плохо. Я не могу обуздать свою природную похоть, а мужик только рад.

Локтем задеваю мыльницу на присоске. Та падает, мыло уплывает в небытие. 

– Так можно поскользнуться и сломать шею, – говорит он и приседает. И начинает трогать мои ноги. Он реально издевается?

Руки его скользят выше, а он смотрит на меня снизу вверх, наслаждается моей беспомощностью. 

Вот гад!

Ладони уже на бедрах, и тут он резко спускает мои трусы. 

Вот это поворот! Я замираю будто увидела врата в ад, и стою не в силах сопротивляться. Да что со мной не так?

– Что ты делаешь? – говорю дрожащим голосом.

– Нет, ну хоть что-то поиметь от этой ситуации мне тоже хочется, если уж тебя поиметь нельзя. 

И улыбается.

– О чем ты вообще? Думаешь, я тебе сейчас спасибо скажу?

– Тебе лучше и вправду быть девственницей, – говорит хриплым голосом. И смотрит на меня так как ни один мужчина на меня не смотреть.

С обожанием, с заботой, с ЛЮБОВЬЮ?

Нет, это все пар, и наливка была паленая. Никак иначе!

Волчица устроила душераздирающий вой, уговаривает забыть о всех принципах. Хочет просто почувствовать его, ощутить его грубую силу и дикую страсть.

– Да девственница я! Неужели непонятно? 

Девственница! Только не говори, что у тебя фетиш на таких как я!

Медведь игнорирует меня. Его пальцы, скользнув под бедра, резко поднимают мою ногу, укладывая на широкое плечо. Я чуть ли не падаю, спиной упираюсь в кафель, рукой в кран, другой -- в его плечо, то в голову.

Но  весь мир все равно переворачивается с ног на голову. 

Внизу – его хищный взгляд, готовый меня поглотить…

Внутри – буря противоречий из страх, вперемешку с нарастающим желанием, которое я больше не в силах сдерживать.

И пока он медленно склоняется,  у меня осталось лишь мгновение, чтобы решить, кто я – жертва или та, кто  готова ответить на его дикий зов?