Истинная для Темно-зеленого дракона

Дакнор медленно выдохнул, опасаясь спровоцировать реакцию раньше времени даже неровным сердцебиением. А сердце то стучало. С такой концентрацией стимулирующих ингредиентов не то что шутки – лишнее движение могло плохо сказаться на его Тёиной сущости. Но по расчётам Тайры всё должно было сработать. Его лучшая травница явно процитировала жену Родкана: «клин клином вышибают. Пока не переклинит». Дракон по привычке криво усмехнулся.
Как же жаль, что этот артефактный лис перехватил у него ведьмочку. Светлая травница могла бы составить идеальную пару-якорь. Хотя бы на протяжении своей жизни. Дакнор даже надеялся перехватить кого-то из их детей. Но и тут Фер всё испортил, впихнув в их маленькую ведьмочку свой дар, полностью, перекрывший светлый. И дальше ждать от этой парочки экспериментов Дакнор уже не мог.  
А ведь будь у него такой якорь, сейчас бы не пришлось изощряться. Дакнор медленно и очень аккуратно прогревал подводящие растворы трубки, закусив отросшим клыком губу. И едва не прокусил до крови. Тьму сдерживать становилось всё сложнее. Да и скрывать. Даже чешуя его дракона, когда-то тёмно-зеленая, стала практически чёрной, лишь на свету отсвечивая изумрудным блеском. А уж размеры второй ипостаси… при последнем официальном обороте даже глава их рода, Рженден Хэренсуэа ле Удрэгаун проявил давно невиданную яркую реакцию – приподнял обе брови.

Им пришлось опуститься до консультации у некромантов.
Дакнор едва рукой не дёрнул от воспоминаний абсолютной, но очень любопытной Тьмы во взгляде Крилата. Причем интерес был явно «а что будет, если этого дракона…» и далее список возможных экспериментов вплоть до ощипывания с возможностью применить их тёмные ритуалы на настоящем представителе магических существ.
Конечно, примерить их ритуалы к дракону без проб и вероятных ошибок было сложно. Зато была сомнительная подсказка, что когда у Дакнора начнут чернеть глаза – стоит начинать торопиться.  
А они у него сейчас почернеют кажется от напряжения! Дакнор очень медленно включил горелку, чтобы пламя не взметнулось, а плавно обняло магически зачарованную сферу.
Нет, ну это должно помочь! Ему нужно снова вернуть возможность приближаться к любым растениям без их медленного разрушения.
Их семья изрядно вложилась в третий сектор, куда привезли растения с самого ангельского острова. И несмотря на все созданные условия, теряли образец за образцом. Очень не вовремя. Через три месяца должна состояться его свадьба, а у них даже Золотое перо собиралось загнуться. Не дотянет. Ему срочно нужен был якорь. А у драконов это обязательно ещё и супруга.  
Семья подобрала ему светлую драконицу, но родственники с той стороны отказались поторопиться даже на условиях если семейство жениха возьмет на себя все затраты на свадьбу. Обычно это делили пополам, но тут их род был готов разжать драконову хватку на своих сокровищницах.
Только вот Уер-ре Ланты отказались отпускать свою дочь пожить в замке Хэренсуэа ле Удрэгаун. Даже со всей её свитой.
– Канонами предков не положено, – передразнил Дакнор, соединяя кончики пальцев перед лицом. Реакция пошла и теперь надо было лишь не мешать. Он как никогда был готов положить хоть целую скалу на всё что положено.  
Но это потом. Сейчас всё шло просто замечательно...
***
Дакнору показалось, что он лишь моргнул, а сферу стало вытягивать, как будто кто-то дёрнул на себя магию. Или влез не вовремя в охранный щит. Вспышка, проседание контура и плавно оседающая на всех ближайших столах пыльца нейтрализаторов.  
Выдох. Медленный вдох с пониманием, что сейчас он рискует лишиться любых барьеров контроля, когда его легкие заполняет такая концентрация коронейского и эльфийского златокорня, намешанного в эксперименте. Попытка понять, что же пошло не так. Тихий вскрик сбоку и осознание, что это не пошло, а пришло не так.
Тогда оно само виновато. Если этот кто-то не умеет считывать предупреждающие контуры, столь дефективную особь лучше сразу искоренить. А может это златокорень сорвал последние ограничения с базовых инстинктов.  
Но рванул Дакнор на звук с чёткой задачей проучить. И совершено не предполагал, что пару мгновений спустя будет рассматривать медленно проступающую метку Истинной пары и столь же удивленную девчонку напротив.  

Она точно была не из слуг. А как тут оказалась? Хотя какая разница, если его проблема теперь решена?
На краю сознания махнула хвостом мысль, что придётся выплачивать отступные роду невесты. Но при нахождении истинной они совершенно незначительны. Да всё незначительно сейчас кроме этого!
Его. Личная. Истинная. Самый лучший якорь, идеально созданный для него.  
– Никаких им канонов предков, – рыкнул Дакнор, прижимая к себе женское тело. И прикрыл глаза. Терпкий аромат лотоса с легким ветром, доносящим простой, но острый запах любим-травы. Кажется даже по загривку чешуя встопорщилась, как ему это понравилось. Им обоим.

***

– Красивая, – одной рукой продолжая удерживать девушку рядом, второй он обвёл контуры лица. Ещё мягкие, без острых черт взросления. Палец скользнул по чуть более пухлой нижней губе. Тёмные ресницы трепыхнулись, явно прикрывая реакцию на его прикосновение. – Роскошно, – с гортанными нотками проурчал Дакнор, наматывая отливающую красной бронзой прядку волос. 

 А вот цвет радужки угадывался с трудом – настолько зрачок расширился и даже немного пульсировал в такт сбившемуся дыханию. Вроде бы зеленый. Обретение истинности было явной неожиданностью для них обоих. Инстинкты обладания рвали границы контроля. Суматохи в ощущениях добавляли всё ещё осаживающиеся в воздухе смеси стимуляторов. Дыхание девушки в его руках становилось всё чаще, лишь повышая концентрацию вдыхаемых частиц. 

 Дакнор же ощущал, как ему становится тесно в си-дет-ха. Как будто артефакт давил со всех сторон, не в силах удержать в себе драконью силу. Рука его скользнула к шее незнакомки, собираясь обнаружить её родовой символ. Заодно, пока еще сохранялись частицы разума, узнать про надлежность. Пальцы с удивлением пробежались по ямочкам предплечий, будто не верили глазам. Где её хай-де-тха? Снят главой рода для полёта? Костюм из зачарованной ткани это подтверждал. Но снять мог и муж. Мелькнувшая мысль так взъярила его дракона, что Дакнор зарычал, обхватывая девичью шею ладонью. 

 Чувствуя его силу и раздражение, драконица открылась, наклоняя голову так, что подставила под его пальцы венку, пульсирующую в его кожу бешенным ритмом пульса. Как будто знала, что такая видимая покорность сразу успокоит дракона. И он довольно заурчал. Его истинная. И будет только его. 

 Свободная ладонь скользнула с шеи на затылок, разрушая остатки прически. Пальцы с наслаждением зарылись в шелковые пряди, вынуждая девушку снова повернуться к нему.
И вроде бы она хотела что-то спросить. А может сказать. Дакнор не позволил. Они поговорят позже. А сейчас его губы смяли её уверенно, даже жёстко. Ловя девичье недоумение и лёгкий вздох непонимания. 
И эгоистичная мысль, что даже если и был там какой-то муж, то он отвратительный любовник.
Его истинная сначала замерла, приоткрыла губы, будто пыталась возмутиться, но, дала этим доступ его языку. Трепыхнулась, пытаясь упереться кулачками в его грудь. И даже немного запыхтела. Но когда его язык коснулся её, смешивая их вкусы, ответила. Скорей инстинктивно, чем умело. Сдаваясь под его напором, но не наступая сама. И как же это нравилось его дракону! 
С ближайшего стола полетели бумаги. Кажется что-то еще звякнуло и покатилось под стеллажи. Но сейчас это было не важно. Главнее то, что он смог усадить свою драконочку так, что компенсировал разницу в росте и освободил руку для маневра. Не прерывая поцелуя, не давая и секунды возможности на возражения, он дёрнул шнуровку платья. Рывком спустил на талию вниз вместе с нижней сорочкой и обхватил ладонью упругое полушарие, перекатывая между пальцами ставшим твердым сосок.
Драконочка ахнула, дёрнулась, попытавшись прикрыться рукой, но обе ладони тут же были пойманы в плен и зажаты над головой. Нависающий сверху дракон прервал поцелуй лишь ради одного категоричного «моя!». Вновь лишая истинную возможности возражения поцелуем. Оба тонких запястья он зафиксировал одной рукой, а второй снова обхватил женскую грудь, сжимая так, что поймал первый стон удовольствия своей истинной. 
От чего она замерла, прекращая свои намеки на сопротивление. Дакнор довольно улыбнулся, не прерывая властного поцелуя. Какие же вкусные у неё губы…
Его пальцы уверенно ласкали женскую грудь. Чуть сильнее, вторя глубине поцелуя, сжимая и тут же оглаживая. Тихие стоны, нерешительный ответ, женское тело пока едва заметно выгибающееся, чтобы подставиться под его прикосновения. А он уже скользнул ниже. 
Драконова ткань не хотела рваться, зато он смог подтянуть подол до талии. И вклиниться между девичьих ног раньше, чем драконочка успела их сжать. Теперь невольно обнимая его за талию. 
Может быть там и были какие-то непонятные возражения, но чуть отросшие когти успели разобраться с бельем. Пальцы скользнули в уже влажное лоно, задевая чувствительные места так, что драконочку выгнуло, вжимая в него сильнее.
Она простонала в его губы что-то удивленное. Но сейчас инстинкты истинности и сорванный стимуляторами контроль брали верх. 
Он прервал поцелуй лишь для того, чтобы коснуться губами гораздо ниже. Одной рукой он по-прежнему удерживал её запястья, только теперь на животе, а второй помогал своему языку. 
И вот теперь стены лаборатории услышали и женские вскрики и невнятные просьбы то ли остановиться, то ли наоборот. Но он не слушал. Потому что ощущал, как пульсирует и набухает под его губами чувствительная точка. Как влажно и жарко становится его пальцам. 
И лишь крепче сжимал на животе её руки, чтобы, метаясь, драконочка не ускользнула от его острой ласки. Жёстко сжатые губы, щелчок языком и девушка вскрикнула, выгибаясь так, что выскользнула из-под его руки. Но Дакнор и не держал уже. Пока по женскому телу прокатывала дрожь первого удовольствия, он стягивал си-де-тха и на последних гранах самоконтроля расстегивал пряжку ремня. Штаны он уже сдёргивал, а не аккуратно снимал..