По длинному коридору я летела, словно безумная Бааван Ши. А все потому, что по-крупному опаздывала на занятия к новому преподавателю, который к тому же стал нашим новым деканом факультета магического подразделения. Магам этого самого подразделения, в отличие от остальных, приходится тяжелее всего. А каково мне, попаданке, да еще и без магии? А все потому что наш новый декан не кто иной, как Высший маг Офируса.

 

– Прошу прощения за опоздание! – выпалила я, таращась на мужчину, что величественно стоял около доски. Весь такой высокий, красивый и судя по взгляду, что он меня одарил, надменный. Смотрю на свое растрепанное платье и смахиваю какие-то невидимые пылинки. Я почти церемониально и дерзко прохожу и устраиваюсь на место, стараясь не смотреть на этого мачо, но спиной уже ощутила, что меня опалили взглядом. И хорошо, что только им. 

 

Не то чтобы я к преподавателям относилась непочтительно, нет! Просто когда ты избранная Богами Стихий, у тебя вдруг появляется привилегия.

 

 – Адептка, как ваше имя? – судя по грозной интонации ничего хорошего мне не предвещало. Бррр…Аж мурашки прошлись по всему телу. Ну чего мне так неловко из-за этого опоздания? 

 

Ну, опоздала. И что? Не по своему же желанию! Он должен знать, что у него на факультете жрица. И все же, мне было как-то боязно.

 

– Бааа–вуууу–ш–кааааа! – раздались голоса с задних парт и все засмеялись.

 

Бава, ну или ласково Бавушка, так меня звали адепты нашей «Божественной академии стихий». А точнее, Академия Четырех Богов. И почему ко мне прилепилось прозвище кровососущей демоницы Чертогов Бездны?

 

На самом деле меня величали Торман, Таирлана Торман. А если еще проще, то Ира. Но здесь меня так не зовут и этого сокращения даже никто не знает.

 

– Таирлана Торман, – спокойно ответила я, обводя мужчину взглядом.

 

Хм, а он ничего так, по здешним меркам. Хотя что-то я лукавлю... Он будто сошел с глянцевого журнала «Красавчики мира сего». Но выражение его лица ледяное, как заснеженная гора Непала! И лукавый такой прищур. Ох, несладко будет женской половине клуба «Роняющих слюни». Хорошо, что я не отношусь к той категории. Обычно такие мужчины, как он, в моём мире были у моих ног. Что не удивительно, ведь я же танцовщица. 

 

– Торман, разве я разрешил сесть? – преподаватель явно решил надавить на меня своим взглядом, басом и всей этой негативной аурой, что летала вокруг в радиусе километра.

 

 

 

Я взглянула на близсидящего Теона, который явно промерз от нависшего волнения. За окном поморосил дождь, громко ударяясь об оконные стекла, нарушая эту зловещую тишину. Похоже, все разом заволновались. Но ситуацию надо спасать, ибо студентов жалко, а с дядей потом буду проводить воспитательные беседы. Сейчас моей дерзостью или обыденной человеческой простотой делу не поможешь. Надо включить обаяшку, привлекашку, милашку и сразить эту холодную глыбу. Что б ему пусто было!

 

– Простите, пожалуйста, – взирала я своими круглыми глазенками  в это устрашающе красивое лицо. Пришлось в это скромное извинение пустить все женские чары, жаль всплакнуть не смогла. Актриса из меня так себе, но как еще выкрутиться перед новым деканом, который явно настроен ко мне не очень дружелюбно? 

 

Я могла опоздать, такое преимущество было лишь у меня. Ведь я единственная жрица, которая обучается в академии, и которая, между прочим,  ночами танцует в храме Четырех Богов!

 

Взгляд  декана был все так же холоден и пуст. Мне кажется, температура воздуха стала ниже нуля, и я невольно ощутила, как покрылась мурашками. Что-то мне подсказывало, что дело дрянь. Ну, хоть в петлю лезь!

 

– Простите, но я была в храме, – воззрилась я на декана, пытаясь прочитать хоть толику чувств на его холодном, но привлекательном лице.

 

– Это не оправдывает ваше опоздание, – грозно ответил мужчина.

 

Еще как оправдывает! Похоже, наш новый декан совсем не знает кто я такая, или же у Высших магов другое представление о служении  Богам?

 

– Знаете что? Не я выбираю, когда и сколько по времени должна находиться в храме!  Не я…– договорить я не успела. Заткнули одним фырком.

 

– Девчонка, не смей разговаривать со мной в таком тоне! И я не намерен слушать твою ложь, ведь в храме Четырех Богов тебя не было! Сегодня день Верховной! Как ты смеешь мне врать?

 

От этого жесткого тона  меня словно окутало ледяным пламенем. Вот ведь чертяга окаянная.

 

Он подошел к парте, за которой я сидела, и грохнул руками по столу так, что я ощутила, как трясутся коленки Теона. Или это мои коленки?

 

Преподаватель, чьё имя я, кстати, так и не знала, взгляд с меня не сводил. Я приметила желваки, что пульсировали на его шее. Какой-то псих ненормальный, но и я не лыком шита! Как посмел он обвинить меня во лжи?

 

Моя злость не заставила себя долго ждать. Я подскочила с места на котором сидела и повторила движения преподавателя, ударив руками о парту, таращась в лицо, что оказалось в такой опасной близости ко мне.

 

– Я БЫЛА В ХРАМЕ…ХРАМЕ ВААЛА! – пронзительно закричала  я, как на духу, а у самой аж ладони вспотели. Преемница Верховной жрицы, нареченная дочь Богов Стихий  была в храме Хаоса. Где такое видано? 

 

Глаза преподавателя округлились, а затем прищурились в недоумении. Странный смешок сорвался с его губ. Смешно? Этому гаду смешно?

 

– Глупая девчонка… – наклонился он совсем близко. – Ложь твоя до добра тебя не доведет. Прежде чем такое говорить, нужно тысячу раз подумать и столько же передумать. Твоё вранье Темный может однажды услышать, – эти слова он сказал как-то тихо, опаляя моё ухо своим горячим дыханием.

 

– Вы сейчас при всех называете меня ЛГУНЬЕЙ? Будущая Верховная никогда не пойдет на ложь, тем более такую гнусную! – не робея, указала я свой статус в обществе.

 

– Меня совершенно не волнует кто ты! – его голос громом прошелся по аудитории. – И я не думаю, что тебе удастся стать Верховной! Слишком много дерзишь т даже не слушаешь, что я говорю!

 

– Оттого, что вы так громко орете на меня, я не стану тише слушать!

 

Споры наши не умолкали, а набирали оборот. Кажется, к нам  прислушивался даже дождь, что стал бесшумно окутывать земли академии.

 

– Да как вы смеете?

 

– Смею, и ты сорвала мне урок!

 

– Я не срывала урок!

 

– Дерзкая, маленькая лгунья!

 

– Да вы...Вы... – ничего культурного не приходило в голову, а ругаться матом не пристало будущей Верховной.

 

– Да, я! – коротко ответил декан.

 

И тут, как-то слишком громко во всю аудиторию, этот гадкий, но слишком красивый  преподаватель, отстраняясь от меня, произнес:

 

– Итак, кто скажет, какой праздник, не такой великий, но, тем не менее важный, ожидает нас через две луны?

 

Я продолжала стоять, озираясь на нахального мужлана. Не знала, что от него ожидать, и сесть на место как-то не решалась. Вдруг расценит это как очередную своевольность и мне опять выговор влепят? Вот кто ж меня за зад ущипнул, что я вскочила со своей дерзостью...или глупостью?

 

– Темные Празднества! – крикнул с задних парт какой-то умный адепт.

 

– Да, так оно и есть. День, когда Солнце не успевает осветить Офирус своими лучами, и тьма окутывает мир на целую пересмену. Ранее это был праздник Темных. Да, адептка Та-и-ра? – меня вновь осчастливили  холодным взглядом. Моё имя из его уст звучало слишком приторно, слишком льстиво, волнительно и, кажется, приятно. Этот подлец явно что-то уже затевает.

 

Мы окинули друг друга недоверчивыми взглядами. Я продолжала молча стоять, поглядывая на наглого преподавателя, который ухмылялся, глядя на меня! 

 

Этот гад ухмыляется! О Боги, залейте его дом водой! Пусть мхом порастет вся его спальня! Я, кажется, стала моральной грушей для битья!

 

– И вот, чтобы оправдать вашу ложь...

 

– Да не... – опять перебил, шикнув в лицо и щелкнув по носу пальцем.

 

 

Как жаль, что рядом нет черного гримуара, он бы сразу впечатался в его физиономию!

 

– Вы, дорогая адептка, получаете наказание. В праздник Темных, вы станцуете. Для кого, догадаетесь?

 

– Ч-чего? Я не темная жрица и...

 

– Темным все равно кто для них танцует, потому что никто для них этого не делает. Они же часть Хаоса, но думаю тот, ради кого вы сегодня опоздали, будет рад, – от его хищной улыбки моя челюсть упала куда-то ниже плинтусов академии. 

 

– У-у-у-у… – раздалось гулкое по аудитории. Мне так сочувствовали?

 

– Вы все равно танцуете для Богов Стихий, так станцуйте и для Ваала.

 

Я нервно вздохнула и, по-моему, вздохнула вся аудитория, понимая, что я влипла по самый бюст.

Пары с деспотом промчались незаметно, а все студенты ходили в откровенном шоке. Новость о том, что я посетила обитель Темного, моментально разлетелась по академии, как ветрянка в детском саду. Но никто не осмеливался спрашивать у меня подробности напрямую. Зато я большую часть времени  сегодняшнего дня  задавалась вопросом, почему Хаос удостоил меня чести?

 

 

 

– Таира! Таира, ну стой же! – подбежала ко мне Юста, хватая за руку.

 

 

 

Юста стала моей подругой с первого курса. Правда, мы были на разных факультетах. Я постигала магию четырех стихий, на факультете магического подразделения, а она училась на факультете Земли и готовилась стать целителем. И, несмотря на нашу разницу в возрасте, о которой она даже не догадывалась, я вела себя более сдержанно, по сравнению с ее инфантильным, упрямым характером. А еще она обладала невероятным синдромом отличницы, которого у нее не отнять и это немного бесило.

 

– Без вопросов. Ты же знаешь! – поспешила ее осадить, прежде, чем она озвучит то, что я и без того знала.

 

 

 

– Подруга, все в откровенном шоке! И ты не хочешь мне ничего рассказать? Это я про стычку с новым преподавателем! Как тебя угораздило?! С Высшим магом мира поругаться! Совсем ничего не боишься? Я, конечно, понимаю, ты будущая Верховная, но у всего есть границы!

 

Я напряженно выдохнула. Подумаешь, Высший маг. В мире Офирус, таких  паладинов аж четыре штуки. Видать очень сильные и могущественные, раз только они и защищали мир от вторжений монстров с границ Чертогов Бездны. Каждый из Высших владел такими способностями, которыми не владели обычные маги. Поговаривают, что их сила черпается прямиком из Хаоса и именно поэтому их считали потомками Темных Богов. Вот и задаюсь еще одним вопросом, какого черта Баэль начал преподавать в нашей академии, так еще и деканом моим стал? За что, прости Господи, мне это счастье выпало? За какие грехи прошлой жизни?

 

 

Я остановилась и взглянула на подругу, которая с  восхищением пялилась на меня, ожидая подробности.

 

 

 

– Юста, этот разговор неуместен, нас могут услышать, –  намекала я на тех, кто подпирал стену и поглядывал на нас с любопытством.

 

 

 

Зайдя в первый попавшийся пустой кабинет, будущий целитель смотрела на меня щенячьими глазами в ожидании мельчайших подробностей.

 

 

 

– Ну? – зеленые глазенки адептки буравили меня насквозь, заставляя раскрыть все тайны.

 

 

 

– Что «ну»?

 

 

 

– Ну не томи! Расскажи всё, что произошло! Все говорят кто о чем! Ты же знаешь, как они любят приукрашивать!

 

 

 

– Я опоздала на занятия, извинилась, прошла, села, а этот нахал назвал меня лгуньей!

 

 

 

– Лгуньей? – взметнула брови в удивлении. – А это правда, что...

 

 

 

– Юста, ты вроде умная, а такая дурочка!

 

 

 

– Ну, Таира, не мне тебе говорить, что в шоке ВСЕ! К чему жрице Четырех Богов посещать храм Хаоса?

 

 

 

– Юста, ты в своем уме? Если здесь нет людей, это не значит, что нас не слышат Боги! Даже жрицы не спрашивают  друг у друга ничего и никому ничего не рассказывают. Не гневи Высших Богов и меня не подставляй.

 

 

 

– Что намерена делать дальше?

 

 

 

– Печь пирожки и кушать блинчики! 

 

 

 

– С деканом? –  девчонка тихонько ударила меня локтем в бок и хихикнула. И тут я вспомнила, что направлялась к ректору, но меня перехватила настырная девчонка. Конечно же, новость дошла до главы академии, и такой инцидент нельзя было просто замять.

 

И вот я сижу в кабинете ректора Ринара Гардисхеля. Хороший такой дедуля, относился ко мне как к взрослому человеку, и дело было не в моей почетной будущей должности, которой я не кичилась.

 

 

 

Иногда этот седовласый ректор приглашал испить чай и обсудить моменты обучения, и я охотно участвовала в улучшении академической жизни. Со второго  курса я уже числилась в комитете академии, где было лишь пару выпускников, куча преподавателей, в том числе и ректор, а также те, кто ранее обучался в этой академии, а теперь заканчивает магистратуру.

 

 

 

Дерзости я себе не позволяла ни с одним преподавателем. По сути, у меня волевой и авторитарный характер, но то, что случилось сегодня, как-то вытекло за рамки дозволенного.

 

 

 

– Эльтар Баэль…– начал протяжно ректор, восседая за дубовым массивным столом. – Я считаю, вы были неправы по отношению к адептке Торман.

 

 

 

Декан тем временем сидел на кожаном диване и равнодушно осматривал меня, сидящую напротив. Я не оставила его без внимания и также равнодушно пялилась на него. Этот маг потерял свой авторитет и пал в моих глазах с первой же минуты несостоявшегося этического знакомства. А как его восхваляли, молились, словно на Божество! Девчонки слюну роняли при виде этой бесчувственной глыбы льда и тихо радовались, что моё с ним отношение в первые же секунды превратилось в прах святого Будды.

 

 

 

– Адептка проявила вольность, тем самым показывая свое неуважение ко мне и академии.

 

Мои брови на секундочку поползли наверх, но я тут же приняла эмоциональную маску безразличия к словам этого нахала.

 

 

 

Мне было, что ему сказать, этому невоспитанному гаду! Да, я опоздала, ну так мне было разрешено. Да, я прямиком направилась к парте, но так и разговоров не было, что я должна дожидаться приглашения. Пришла, молча прошла и села. Распоряжение ректора–не моё! Два года так и училась. Все знали, что это нелегко посвящать себя учебе и служению. Все, почему-то считали, что я могла бы отказаться от обучения в академии и спокойно себя посвящать в жречество. Но мало кто знал, что сами Боги меня и направили сюда, а ректор посчитал это похвалой от Высших и с распростертыми объятиями принял жрицу, как дитя родное, коих у него, к сожалению, не было. Хотя мой новый возраст был маловат для адептки. Но коли Боги велели, как можно ослушаться?

 

Мне очень нравилось снова ощущать юношескую академическую жизнь, хотя, в своем мире этот этап я уже прошла, но он никак несравним с тем, что происходит тут. Игнорировать волю Богов нельзя, да и не хотелось, поэтому службу в храме никто не отменял. Так и упахивалась на два фронта, готовя себя в Верховные, и постигая не постигающие для меня силы стихий.

 

 

 

Каждый от рождения в этом мире получал в дар силу природного элемента. А потом выбирал путь, по которому должен был следовать. То есть выбирал факультет, а числилось их пять и на каждом уйма кафедр. Четыре факультета относящиеся к стихиям Богов и пятый – Магическое подразделение. Он же совокупность всех стихий. Конечно же, никто не обладал магией четырех элементов, но выпускникам этого факультета открывалось множество дверей, вплоть до королевских. Этот факультет считался одним из самых тяжелых, так как подразумевал изучение всех стихий и постижение энергий. И открылся он не так давно, за пару лет до моего появления в академии.

 

 

 

Я не была рождена в этом мире и ни одной стихией не обладала. Но в дар мне досталась другая чудинка. Я слышала, а иногда и видела Богов. Незримые духи природы и их обитатели являлись мне, и каждая стихия, что была невидима для всех, ходила за мной по пятам и всегда помогала в трудную минуту. Иногда мне казалось, что я неуязвима. Даже споткнувшись, я знала, что не упаду, обязательно подхватит воздух. А если я сильно замерзну, то могу вспыхнуть, словно огненный стихиаль. Правда насколько сильно  еще не замерзала. Поэтому пока что это только предположение. К слову, мне всегда тепло. Стихия как отдельное существо, энергия со своим разумом. Она оберегает своего «носителя», только порой вести себя, как ребенок ей никто не запрещает.  

 

Пока ректор говорил что-то про мою успеваемость, и то, как я важна для академии, и как академия важна для меня, мы с деканом то и дело переглядывались, то друг на друга, то куда-то по сторонам, иногда обращая внимание на Гардисхеля. Только сейчас я смогла в полной мере оценить сидящего напротив. Ему можно отдать должное, он действительно невероятно красив.  Но только такого декана даже это лицо не украшает.

 

Для академии было честью принять столь выдающегося мага в качестве преподавателя и декана факультета магического подразделения. По слухам, ему был подвластен огонь, воздух и различные энергии. Мой декан, что б его лесные блохи покусали, маг мирового порядка! Волнительно до одури! Вот только я сделаю все, чтобы он тоже волновался при виде меня. Обучаться у Высшего мага почетно? Так пусть для него станет почетно обучать будущую Верховную.

 

Баэль, что царственно восседал на диване, был не на шутку красив и опасен. На вид около тридцати пяти лет, но я подозревала, что намного больше. Черные, как ночное небо волосы, спадали на его плечи. Синие выразительные глаза, стрелкой, черные брови, прямой нос, заостренный подбородок и алые, как кровь, губы, тонкой полосой красовались на его лице. Цвет кожи был слегка смуглым, а вот я на его фоне просто Белоснежка. Одет во все черное, длинный камзол прошит еле видимой золотой нитью. Ни амулетов, ни перстней, ни браслетов. Начищенные до блеска сапоги, в которых даже отражался  интерьер кабинета.

 

 

 

– Таира…Кхм... Таира, вы меня слышите? – ректор взывал ко мне, а я прослушала, о чем он говорил, и от стыда почувствовала, как краска прикипает к моим щекам. Ну вот, опозориться сейчас перед этим хамом не хватало.

 

– Д-да ректор, я просто задумалась.

 

– Позвольте узнать, о чем?

 

Я взглянула на Гардисхеля, потом на декана, мысленно взывала к стихиям и просила о помощи, ибо совершенно не знала, что сейчас сказать.

 

– К моему глубочайшему сожалению, я не могу гарантировать, что опозданий больше не будет. И мне очень жаль, что войдя в аудиторию, я не поприветствовала вас должным образом, декан Баэль. Это было моей грубой ошибкой. Я извиняюсь. Но я… –  выдержав иронично паузу, выпалила, подскочив с дивана. – Я нелживая адептка!

 

 

 

Поморгав, я поняла, что это тот самый эпический момент. И из глаз хлынули слезы. Я кратко взглянула  на ректора, потом на декана. Судя по выражению их лиц, ни тот, ни другой не ожидали такого окончания беседы. Конечно, меня больше волновала физиономия Эльтара Баэля. Я выставила его полным чудовищем перед ректором. Шах и мат, дорогой, шах и мат.

 

Кивнув ректору в знак прощания, я поспешила удалиться из кабинета, оставляя декана пребывать в легком шоке.

 

 

 

Время приближалось к ужину и я, вытирая выступившие слезы победы и счастья, радостно шагала в столовку, но моя радость длилась недолго. Позади меня декан отчеканивал шаг, а я шагала вперед, в надежде, что не увижу лицо этого противного мужлана хотя бы перед трапезой. Настроение стремительно падало вместе с аппетитом, когда я поняла, что декан уже дышит мне в затылок.

 

 

 

– Если, как вы утверждаете, вы были в храме, значит, вас призвал либо Хаос, либо Ваал, либо Боги Стихий настояли. Ваш танец не будет насмешкой, а наоборот!

Да чего он прицепился ко мне с этими потанцульками!?

 

– Я не танцую по чьему-либо желанию, а по велению сердца!

 

Не понимала, как он вообще может обсуждать это со мной? Думает, если он Высший маг, то ему дозволено лесть в дела жриц?

 

– А вы не думали, что веление сердца, это и есть желание Богов? Ведь что-то побудило вас спуститься в чертоги темноты заброшенного храма, и это явно не любопытство!

 

– Так вы мне верите? – я остановилась и посмотрела мужчине в глаза. Уж не знала, уместно ли мне вообще смотреть на него после нашего разговора. Он склонился, и, опаляя моё лицо своим дыханием, ответил: «нет».

 

Вот и на тебе, никакого извинения! Я же говорю: невоспитанный, наглый, атлетический бог, мерзавец, красавец, нахал!

 

 

 

– Идиотизм какой-то, – отвернувшись от мужчины, я направилась прямо к столовой. Указывать он мне еще вздумал, кому и когда я должна танцевать. Но больше всего меня начал пугать тот факт, что я действительно желала станцевать для Ваала.

Я понятия не имела, что именно представляли собой те, кто относился к Хаосу. Их не почитали, как Богов стихий. Их боялись, но не оскверняли. Боги, есть Боги. О Темных просто предпочитали молчать. Они считались совокупностью зла в мире, создававшие лишь смерть и разрушение. Но так ли это было в действительности? 

 

Равновесие держали Боги Стихий. Меня учили служить лишь им. Но уважать всё Высшее, к которым относились и Темные, должен был каждый живущий маг в мире Офирус, дабы не вызвать очередное разрушение мира.

 

А танцевала я столько, сколько себя знала. Мама таскала меня по всевозможным кружкам, а окончив школу и медицинский колледж, я все-таки пошла по стопам Айседоры Дункан, вскоре став востребованным хореографом. Может это Боги во мне и заприметили?

 

Как оказалось, танец изначально заложен в нас Богами, как способ самовыражения, как неповторимая сила. И это не то, что можно заучить и показать. Каждое движение будет прекрасным, если оно отражает твою искренность и исходит от сердца. Мы передаем чувства, выражаем эмоции, обнажая душу. Это наш язык со стихией. Это наш подарок Богам. Наша благодарность. Открываясь мирозданию, выпускаешь свой свет и впускаешь божественное благословение. И я понятия не имела чего мне ждать, танцуя для Темного Бога.

 

Случаются в жизни моменты, когда в голове все переворачивается и жизнь меняется кардинально. В моем случае, все изменилось, когда я попала в этот мир. Но чувствую, что еще не раз все изменится после моего похода в Темный храм.

 

По своей натуре я добрый человек, не корыстный и не разделяющий людей на группы. Не делящий белое и черное на добро и зло, но  смелая и решительная, не теряющая самообладания. Я всегда слушала сердце и меня не раз называли человеком со светлой душой. Вот видимо этот самый свет и привел меня в самое темное место города Алавер. Хотя нет, Храм Хаоса в нашем городе был единственным в мире, самым что ни на есть тёмным и пугающим.

 

Вообще Темных храмов, Великих храмов Хаоса, было четыре, и тот, что в нашем городе, самый страшный, темный и вечно пустующий. Люди боялись получить гнев Темноты и Хаоса, поэтому просто обходили храм стороной. Не зная, что можно туда преподносить, и нужно ли вообще что-то Богам смерти, кроме смерти? При этом он всегда был открыт. Но и жрецов там не наблюдалось. Были ли они вообще? Неясно. Может они скрывались? Тоже загадка для многих. Возможно закрытый культ. А возможно существовала какая-нибудь святая инквизиция, о которой нам просто неведомо.

 

Занесло меня в храм Хаоса ну почти что случайно. Спеша в академию, я проскочила мимо алтаря Темных, что были разбросаны в хаотичном порядке, так же как и стихийные, по городу и на территории академии. Вообще они были везде. И несмотря на то, что сейчас Темным не поклонялись, видимо когда-то это было в порядке вещей, но с тех пор многое изменилось, но алтари разрушать побоялись, так же как и храмы Темных.

 

Сила алтаря отозвалась во мне. В руках вдруг запульсировало, и словно огонь, не обжигающий, но греющий, пробежал по каждому уголку тела, оставляя холодок. А после, какую-то печальную пустоту. Ну, и конечно же, я расценила это как знак, и пошла в храм Хаоса. Ощущения «звучали» как приглашение. Они мне очень были знакомы.  А когда ты избранная, игнорировать такое было бы безрассудным поступком. Даже если избрана ты совершенно другими Богами.

 

Таким способом меня не раз призывали Боги Стихий, но до этого момента меня не призывали другие Боги, а не ответить на призыв было как-то непочтительно. Я не испытывала страха, какого-то ужаса к Темным, и никтофобией  не страдала. Познав мир с другими Богами, я просто испытывала уважение  и почтение. В том числе и к Темным, что все так же являлись частью этого мира.

Если все это было, значит, кому-то это было угодно. Кому-то, кто был еще выше. Такую информацию Верховная, почему-то от меня скрывала, как собственно и Боги Стихий. Да кто я такая, чтобы в секреты секретные мира сего меня посвящать? Попаданка, что чуть не освежевали в предыдущем мире.

 

И вот глядя  на Темный храм, обитель Хаоса, я смело зашагала по ступеням вниз, постепенно поглощённая темнотой. И идти пришлось на ощупь. Что-то подсказывало, что алтарь  для подношения рядом. И вот нащупав его, я поставила… Яблоко. Обычное, но очень вкусное яблоко на алтарь Ваала. 

 

 

Свечи не ставят в храме Хаоса. Ну вроде так говорил кто-то. Из-за отсутствия посещающих храм, во тьме царила тишь, да пустошь. Алтарь слегка засветился, будто принял в дар то, что имелось у меня. Немного осветив пространство, что густо окутывал мрак, я разглядела ноги каменного изваяния. Подняв голову, передо мной величественно стоял Ваал. В высоту пять метров, не меньше.

 

Именно так его изображали в книгах по темной истории, что я отыскала в закрытой, запрещенной библиотеке академии. Величественный и сильный, в темных одеяниях, с мечом в руке, что по иллюстрациям всегда горел адовым пламенем.

 

Свет быстро потух, погружая пространство снова во мрак, и более ничего увидеть я не смогла. Я поблагодарила Хаос за возможность существовать, и в благодарность отдала единственный дар, что был у меня в тот момент, надеясь, что Темный не воспротивится фрукту. Сделав все, что от меня требовалось,  я с чистой совестью отправилась в академию.

 

Воля была исполнена. Никто не вправе требовать что-то, тем более винить меня в чем либо. Никогда не знаешь, когда откликнется сила и кому, но каждый обязан подчинится безукоризненно.

Глава 4. Декан. Ученье – свет, а неученье – танец для Темного.

Давно я изнывал от тоски и скуки. И не зная уже как себя развлечь,  подался в преподаватели академии Четырех Стихий, ну или правильно сказать, Четырех Богов.

 

Все это лицемерие со стороны окружающих, дабы сблизиться со мной, бесило изрядно. При виде меня все ходили как по струнке; кланялись, улыбались и боялись до трясучки, пытаясь найти расположение самого сильного мага. Уверен, попроси я их вылизать мои сапоги языком, они бы и на это сподобились. А тут такое… Влетает в аудиторию как буря. Космы длинные, темные, струились шелковым ручьем по спине, огибая точеную фигурку. Платье до пят, чернее ночи, полностью закрытый ворот и руки. Даже ног не видно! Не пойму, босиком что ли?

 

Дерзкая нахалка сделала мой первый рабочий день...

 

Оторопел, когда она вальяжно прошла на свое место и села, даже не спросив разрешения. Взбесила меня своей дерзостью. Где видано, чтобы девчонка так себя вела с Высшим магом и по совместительству с деканом? У нее что, ни страха, ни воспитания?

 

Неужто она, и есть та самая жрица академии? О Боги, что вы в ней нашли? Как ворон залетела, вороху навела. Нервы всколыхнула! 

 

Ректор мне сообщил, что есть избранная  Богами на роль будущей Верховной. И ее пропуски и прогулы нужно учитывать, как волю этих Богов. Хотя сама девчонка неплохо успевала по учебе, судя по табелю, со своим-то плотным графиком учусь-молюсь и поклоняюсь. Да вот только в свой адрес я хотел бы почтения и уважения, а не этого фарса. А она грубит, да за словом в карман не лезет, отвечает с уверенностью и дерзостью в глазах. Ни какого страха. На что она рассчитывала? Что я смилуюсь и похвалю за преданность Богам? Вот еще! Пока я не услышал, где она была…

 

В храме Хаоса! У Темного! Да что б ее тьма поглотила за такое враньё! Как Боги могли ее избрать в нареченные дочери? Не верится мне... Что-то тут не чисто... Или она решила так нагло соврать, зная, что никто не пойдет в Темный храм проверять и уточнять? Потому что все равно никто не сможет доказать, но и опровергать ее слова не посмеют, ибо избранная. Одним Богам ведомо, что там жрицы делают и какую воду мутят.

 

Я решил девке преподать урок. Да и всем остальным тоже уроком будет ... Танцует, значит.

Ну что ж, девчонка.

Станцуй и для меня ...

 

 Декан. Плачущая дева для Темного–это плохая примета.

 

Вести лекции для малолеток оказалось слишком утомительно. Бестия молча записывала все мною сказанное. Иногда задавала вопросы и умудрялась воссоздать спор на тему. Девчонке надо отдать должное, она действительно старательный уникум. После лекции она скрылась с моих глаз и больше я ее не видел. Остаток дня я провел в корпусе огненного факультета, обсуждая с преподавателями программу для боевой магии.

 

Все были такие дружелюбные, ну прям сахар с медом, до скрежета зубов… Раздражало.

Знай они, кто я на самом деле, таких оваций и аплодисментов я бы не удостоился.

 

 

– Де`Морган Баэль, расскажите, почему вы решили преподавать? Разве Высший маг не должен следить за порядком мира? – спросила белокурая преподавательница алхимии, как ее там… Лоттера Родман.

Вот так привалило мне счастья получить её внимание. Здешние училки выглядели неплохо, но так себе по сравнению с теми, с кем я предпочитал проводить свое время. Разговоры с преподавателями меня утомляли, а с назойливыми женщинами особенно. Они лишь желали получить меня и владеть мной. Моя сила, власть и богатство – вот, что их интересовало. Так что я удостоил ее лишь ледяным взглядом и не менее ледяным ответом.

 

– Мисс Родман, я как тьма вездесущая, успеваю и порядок мира блюсти и адептов обучать.

 

– Ох ну и шутник вы, скажете тоже, ТЬМА вездесущая… – засмеялась она, приобнимая меня за локоть. 

 

Дамочка не скрывала своего желания сблизиться со мной, а мне это не нужно... Во всяком случае, пока. Я аккуратно убрал руку с моего локтя, давая понять, что ее жест неуместен.

 

– Баэль, по академии ходят невероятные слухи! Прошу вас, нам не терпится узнать, что же случилось сегодня у вас с адепткой Таирланой Торман? Говорят, что… – этому щупленькому преподавателю магических искусств договорить я не дал.

 

– Сами ответили на вопрос–это всего лишь слухи. И уж преподавателям не пристало такое обсуждать. 

 

Как-то во время в комнату преподавателей зашла секретарь. Грудастая, рыжая особа, по имени Кендра, в зеленом обтягивающем платье, что подчеркивало все прелести ее фигуры. 

 

– Декан Баэль, прошу, поднимитесь к ректору Гардисхелю. Он вас ожидает, – томным голосом сказала она, пытаясь прожечь во мне дыру порочным взглядом.

 

Я был рад удалиться из этой комнатушки с толпой преподавателей. С нетерпением ожидал увидеть свой личный кабинет и апартаменты, так как я не намеревался вести дружеские беседы с этими магами.

 

Вообще моё нахождение  в этой академии имело двоякий характер. Во-первых, меня начала одолевать скука и мне захотелось чего-то новенького, чего раньше со мной не происходило. И растить будущих, достойных и великих магов, я счел полезным для этого мира. Молодым недоучкам полезно обучаться у Высшего мага, коим я по факту и не являлся, но все же в этом мире по силе мне не было равных, не считая братьев. Во-вторых, Темные подозревали, что грядут изменения. Боги Стихий по-прежнему молчали, соблюдая субординацию. Междоусобицы никто не желал, но все как-то было мутно. Лучшим способом, что-либо узнать, это оказаться поближе к стихийникам.  И как-то кстати в академии Богов Стихий нужен был преподаватель и декан. К моей же удачи храм Хаоса был выстроен в этом же городе и находился в таком же запустении, что и остальные три. А когда-то люди приносили жертвы и просили благословения у Богов. И мы благословляли их, как оказалось, на войну, разрушение и смерть. Люди возжелали слишком многое, а после возомнили себя Богами на землях этого мира. Все то, что так долго строилось, рухнуло в одночасье. Мир канул во мрак, и виноваты были Боги. С союзом четырех Богов Стихий все изменилось. Одарив спасшихся людей магией, мир достиг равновесия. Историю перековеркали, оставив Темных, как источник зла, а Светлые и вовсе сгинули. И до сих пор не ясно куда. Мы более не лезли в судьбы и жизни людей и были просто забыты всеми. Вечная жизнь утомительна. Когда ты заточен в одном из двенадцати миров, никакого разнообразия.

 

Я зашел в кабинет ректора, который жестом пригласил меня присесть. Старый маг не спешил начинать разговор, будто чего-то ожидая, а я уже начал догадываться о чем будет речь, а точнее, о ком.

 

– Де`Морган Баэль, ваш кабинет и апартаменты для вас готовы. Как вы и просили, ваш дом будет находиться на границе академических земель. Но это не единственное, по какой причине я вас сегодня пригласил. Как я вам уже говорил, одна из ваших адепток является жрицей…

 

Разговор прервал стук в дверь, и в кабинет вошла бестия, сразу же окинув меня презрительным взглядом. Поприветствовав ректора, она села напротив меня, скромно сложив руки на коленях.

 

– Де`Морган Баэль… Я считаю, вы были не правы, по отношению к адептке Торман.

 

– Адептка проявила вольность, тем самым показывая свое неуважение ко мне и академии.

 

Кем бы не была эта девчонка, у нее нет права так хамски себя вести. И я осажу эту маленькую жрицу, чтобы она знала свое место.

 

Девчонка от моих слов чуть удивилась, а потом ее физиономия стала невероятно равнодушной. Всем своим видом она показывала, что я никакого почтения не дождусь. Наверное, мне стоит извиниться, чтобы конфликт не раздувался, а со временем, я приструню это создание. 

 

Жрица не сводила с меня свой враждебный взгляд. На несколько секунд ее лицо изменилось, как будто она о чем-то задумалась, видимо забыв, где и с кем находится. А она достаточно мила, когда не хмурится. Хоть она и сидела в паре метрах от меня, я только сейчас заметил на ее щеках поцелуи солнца… Веснушки.

 

Маленький аккуратный носик, пухлые алые губы, черные брови, густые ресницы. К ее молочной коже не подходило это чопорное черное платье. Ей надо что-то светлое и легкое.

 

– Таира…Кхм... Таира, вы меня слышите? – взывал ректор, пока девчонка витала в своих мыслях, а я в своих.

 

– Д-да ректор, я просто задумалась.

 

– Позвольте узнать, о чем?

 

– К моему глубочайшему сожалению, я не могу гарантировать, что опозданий больше не будет. И мне очень жаль, что зайдя в аудиторию, я не поприветствовала вас должным образом, декан Баэль. Это было моей грубой ошибкой. Я извиняюсь. Но я… Я не лживая адептка!

 

С глаз ее хлынули слезы, и она оперативно попрощалась с ректором, и удалилась из кабинета, оставив нас в полном ступоре. Я видел, как дрогнули уголки ее губ. Вот бездна! Похоже, она меня выставила полным мерзавцем на глазах у ректора. Ну ничего… Маленькая, лживая бестия. Я тебя еще проучу.

 

 

– Хм... Знаете, многоуважаемый Де`Морган Баэль, всем нам не дано ведать об отношениях жриц с Богами. Но просить станцевать для Ваала...  Мне кажется, вы погорячились.

 

– Как вы считаете, она могла посетить храм Темных?

 

– Хм... Могла или нет, и это нам не ведомо. Но она жрица Четырех Богов Стихий. Просить жрицу… Танцующую для Богов, станцевать для Темного, может только Темный.

 

– И все же, праздник Темных не за горами. И станцевать в знак мирового порядка было бы неплохо.

 

– В знак мирового порядка, или же… Для Темного... Мы тут ничего не решаем, сами знаете, достопочтенный Эльтар. Да и Таира не достигла совершеннолетия, что б танцевать вне храма. Как вам известно, лишь взрослые жрицы танцуют на праздниках, показывая не только Богам, но и людям свое прекрасное мастерство танца.

 

– Несовершеннолетняя на третьем курсе? – я диву дал. – Что за жрица такая?

 

– Она одарена, не по годам умна и сообразительна. Не замечали?

 

– И сколько синих лун ей?

 

– Так ведь только восемнадцатая  прибыла…

 

На этом наша беседа была закончена, и  в глубине своей темной души я прибывал в откровенном шоке. Как же сильно изменился мир. Темному Бог дерзит маленькая жрица! 

С наступлением темноты я отправился в обитель Темных. Темная ночь, темная обитель, Темный я... Какая тавтология. Правда, вся компания темных чертогов, это я, мрак да Хаос. Спускаясь, по ступеням храма, окутанного вечной чернотой, я начал ощущать странные притоки магии. Хотя нет, не магии. Чего-то не знакомого, при этом такого желанного и сладкого.

 

Подойдя к алтарю, адовым пламенем вспыхнул меч, что красовался в руке моего каменного собрата. И я не хило так удивился от увиденного

Яблоко. Девчонка и вправду тут была. Странная девчонка. Почему этот фрукт? Почему она вообще пришла?

 

Хаос тактично промолчал, просто проигнорировав мой вопрос, считая явно  неуместными.

Возможно, что-то затеяли Боги Стихий? Чего они этим добивались? Или может девчонка сама... Тьма ее знает, что в ее голове. Может сплошные потёмки, но выяснить надо.

Сегодняшний день не предвещал ничего хорошего, так как начался он с раскатистого грома и мощного дождя. Я буквально засыпала на паре, а Теон то и дело толкал меня локтем, чтобы я не стукнулась носом о парту.  

 

С этим мальчишкой мы в плотную начали дружить на втором курсе. На земле, будучи подростком, я была еще той занозой. Здесь же ввиду обстоятельств особо со своим характером не разгуляешься, дабы не посрамить. Но иногда выходила за рамки именно с этим мальчишкой. Раз мне выпал шанс прожить снова свою юность в другом мире, я иногда забывала про этику и хулиганила с Теоном и Юстой от души. Мир нуждался в радости, а радость–это мое второе имя. Мы в  тайне устраивали какие-нибудь розыгрыши, чтобы в академии жилось весело и непринуждённо. Правда, некоторым это не нравилось. Но мы с ребятами ни разу не попались на своих шутках.

Кстати, у Богов Стихий тоже есть чувство юмора. Например, то, что земная девушка нареченная дочь Богов – это полбеды. А то, что нареченная не владеет ни одной из стихий, разве не смешно? Смешно, что аж грустно! Зато тут много своих плюсов. Любые подозрительные взгляды обходили меня стороной, когда мои шуточки с охоткой и задорностью исполняли стихиали. Иногда надо было проучивать зазнаек.

 

Мой друг знал обо мне немного больше, чем кто бы то ни был. Просто однажды я прокололась, когда вслух умудрилась рассказывать стихиалям пережитые тяжбы в земном мире. Так меня парень и застукал. Но дал слово держать язык за зубами, присматривая за мной, словно за маленькой сестрой. Хотя, скорее это он мне годился в младшие братья.

 

Прозвенел звонок, все устремились в столовку на обед, освобождая аудиторию, а я скатилась на парту, огибая ее пространство руками и очерчивая лицом деревянную территорию.

 

 

– Ты что, не спала сегодня? 

 

– Не-а.

 

– Танцевала?

 

– Не-а.

 

 – А что тогда? А не говори, я догадываюсь… Ты вынашивала план мести для… – струйка пламени пронеслась по губам огненного мага и он понял, что говорить о таком не стоит. – Пошли есть. Впереди три часа с твоим любимым преподавателем, – усмехнулся Теон.

Я легонько ударила кулаком мальчишку в бок и устало выдохнула.

 

– Впереди час отдыха. И я хочу вздремнуть пока тут пусто. А ты возьмёшь мне булочку и разбудишь  за десять минут до начала занятий. Усёк?

 

– Усёк, усёк…

 

Дверь кабинета хлопнула, и я, оставшись в гордом одиночестве с учебником по материи стихий, провалилась в сон. А снился мне этот напыщенный преподаватель. Он то злостно смотрел на меня, то нежно гладил по голове, и все рассказывал про то, как одиноко существовать Темным в этом мире. А я внимательно слушала, как примерная ученица, и заворожённая, этой его неподдельной красотой.

Тепло от его руки протекало по всему телу. И мне было так спокойно, так сладко... Рядом с ним в этом сне, пока из дремоты меня вытащил знакомый голос.

 

– Давай, просыпайся! Я тебе булку принес. На, – ароматная  сдоба коснулась моего носа. – Ешь и пошли.

 

– Куда пошли?

 

– В другую аудиторию. На занятия к твоему... Кхм! В смысле к декану нашему.

Проходя по пустому коридору академии, я почувствовал уже знакомый мне приток энергии. Открыв дверь кабинета материй стихий, моему взору предстала спящая жрица.

 

Громкими шагами я приблизился к парте, но она даже не вздрогнула. Спала себе крепко и так сладко, что я понял, будить ее нет никакого смысла, а то ненароком пошлет на меня злость всех стихий. Я провел  рукой по ее голове, касаясь шелковистых, темных волос. Девчонка сказала что-то невнятное, но не проснулась, а я взгляд не мог оторвать от этого спящего чертенка. Сейчас она выглядела слишком милой и невинной. Ее тонкие, изящные пальчики временами подрагивали, как будто ее что-то беспокоило. Поверить не мог, что она спустилась в темнейший храм Хаоса и не побоялась.

 

– О чем же ты думала, бестия, когда спускалась в мою обитель? – шепотом спросил я, зная, что она все равно не услышит.

 

Мысли погрузили меня в воспоминания совсем мрачных времен, и как плохо пришлось Темным, когда мир начал утопать в черной бездне. Забытые Боги. Боги, запертые навечно в одном мире, который ненавидел нас и тем самым делал нас слабее и уязвимее. 

 

Я удалился из кабинета, оставляя спящую жрицу наедине со снами. Понимал, что у девчонки едва хватает сил на уроки. Врать не буду, мне польстило, что она была у моего алтаря. И отношение к ней вдруг сразу как-то изменилось. Такого не было уж множество столетий. И я ощутил, какое-то странное, уже давно забытое чувство. И даже не мог разобраться какое. Смертная девчонка ввела меня в раздумья, удостоилась же чести Темного. 

 

Время приближалось к лекциям, аудитория постепенно заполнялась учениками, но самую желанную персону я все так же не видел. Наверно так и спит сладко в обнимку с учебником, а может, спохватится в середине лекций и опять прибежит растрепанная, и без разрешения усядется на свободное место. Побраню ее за опоздание, а она опять мне ответит дерзко и нагло, напоминая, кто она и где моё место.

 

С губ сорвался смешок от таких мыслей, и вдруг я заметил темноволосую бестию, что радостно уплетала булочку, проходя в кабинет. Своим взглядом она меня не удостоила. Ну что ж. Не опоздала, и на том спасибо.

 

Лекции прошли как на духу. Мне нравилась заинтересованность адептов. Понимал, что из некоторых выйдут хорошие  маги. Иногда ловил на себе горящий взгляд жрицы. Все еще злится. Хочу узнать ее поближе. Хочу знать, почему она пришла в храм.

 

 

Вечер прошел в темной, закрытой библиотеке, в попытках  отыскать что-то новое и интересное для себя, но ничего кроме огорчения я не нашел. Не книги, а кипа дряхлого, пыльного мусора, что просто занимали место. История со слов людей не имела ничего общего с тем, что произошло на самом деле. Покидая библиотеку, приметил в пустующем холле знакомое лицо.

 

– Эй, девчонка ... – я пытался догнать дерзкую, маленькую жрицу, что быстрым шагом удирала от меня по коридору, показывая свое нежелание пересекаться со мной.

 

– Вообще-то у меня есть имя, – резко остановившись, ответила девчонка, а  я буквально чуть не впечатался в ее изящную спинку.

 

На ней было длинное, зеленое платье, в тон стихийникам Земли. Волосы аккуратно заплетены в длинную косу, в которой красовался редкий темно-фиолетовый цветок Анхеллы, именуемый как «Цветок смерти». Девчонка не перестает меня удивлять.

 

– Почему ты положила яблоко? – глаза ее расширились от удивления, видимо она не ожидала, что я проверю.

 

– Откуда вы… Вы что, ходили проверять? Знаете что? Несмотря на то, что вы один из самых сильных магов этого мира, почетный и всеми уважаемый, это не даёт вам права меня клеветать, оскорблять и проверять мои действия! А так же вы не имеете права говорить мне, что я должна делать или не должна. Я сама решаю! Боги решают!

 

Мда, выпалила чуть не поперхнувшись. А девчонка разозлилась не на шутку. Ведь я подумывал ее проучить. Ну да ладно. Такими темпами я не узнаю, по какой причине она спустилась в моё царство.

 

– Признаюсь, пошутил с танцем  неудачно, –  ответил нехотя, хотя не грех сознаться, я очень желал, чтобы мне станцевали на Темные празднества. – Просто напиши доклад о Темных. Это будет полезно для тебя. 

 

– Идите вы со своими шутками к Хаосу! И вообще, вы не можете давать мне такие задания. Это академия Богов Стихий, – воспротивилась девчонка, прожигая во мне дыру. 

 

– Ты все равно сидишь в запрещенной библиотеке. Кстати, кто тебе позволил? – девчонка смолчала и я понял, что поймал ее с поличным. 

 

– А вы что там делали? – спросила она через несколько мгновений оглядывания меня. 

 

– Тоже что и ты, читал! Мне же не запрещено, – хмыкнул я в ответ. 

 

Ответа у девчонки не нашлось. Явно этого ректор не позволял даже будущей Верховной. Ну что ж. Дело за малым, осталось узнать, почему она пришла ко мне в храм.

 

– Так почему яблоко? Хочу знать. Почему ты вообще туда пошла?

 

– Вы жрец и с вами разговаривает Хаос? Или же вы сам Ваал? Не понимаю, с чего вы взяли, что можете таким интересоваться!

 

Ух, да что с ней не так? Никакого страха. Задавать мне такие вопросы… Верховной надо заняться ее воспитанием, иначе я сам им займусь.

 

– Что если так? – я склонился к ее лицу и приметил, как девчонка волнительно задышала, не сводя с меня взгляд. Молчала, не зная видимо, как реагировать на мой ответ, или же не понимала, на какой именно я ответил вопрос. А может и вовсе не ожидала столь близкого контакта?

 

Меня начала забавлять ее дерзость. Интересно, зная, кто я, вела бы она себя так же смело? Вряд ли. Хотя положение Высшего мага для нее ничего не значит. Кто ж знает, есть ли предел этой дерзости.

 

– Я напишу доклад, – быстрым шагом посеменила от меня, скрываясь по своим делам, а во мне снова проснулось  странное не знакомое чувство.

 

Я достал из кармана яблоко, что оставила мне эта бестия и надкусил. Оно было таким сладким, таким вкусным. Это было очень странное ощущение. И хоть Темные не нуждаются в пище, мы не лишаем себя удовольствия полакомиться людской едой, если она вкусна. Но этот вкус не похожий ни на что в этом мире. Даже не похожий на само яблоко... Ранее не испытывал интереса к жрицам, но сейчас любопытство к ней разжигало во мне влечение.

Так ли вкусна эта девчонка, как ее подарок?

– Да кто он блин такой? Как он смеет?

Сидя на полу в храме Четырех Богов Стихий я придавалась ворчанию. В контурном зале была пустота. Не потому что нареченная  пришла, а потому что сегодня храм был закрыт для посещения людей, но его двери круглосуточно открыты для меня.

 

Я показывала свое недовольство стихиям, рассказывала о произошедшем Богам, но они, как всегда, слушали молча.  А кому еще рассказывать? С кем-то же надо делиться такими вещами. А то у меня нервный тик начнется, а психологов тут не наблюдается. Тут даже не все можно было обсудить с жрицами.

 

Я была в недоумении и негодовании.

 

– Делай то, делай это. Может он и вправду жрец Темных? Может он, знает то, чего не знаю я? Глупое рассуждение. Конечно же он знает! Вот надо только выяснить, что именно? Возможно, он что-то знает о том, почему  меня призвал Хаос? – пришла я к такому выводу.

 

Боги Стихий эту тему никак не комментировали, давая мне место для раздумий. Даже на вопрос, можно ли мне танцевать для Темного, Боги промолчали, тем самым давая мне выбрать самой. Наверно они не имели права давать мне наставления по поводу Темных. А вдруг я избранная и самим Хаосом? Да как же я буду на два фронта? Ну нет, я слишком много о себе возомнила.

 

Моё служение в храме не говорило, что я буду Верховной  жрицей стихий. Боги дали право выбора. По крайней мере, мне так казалось, иначе, зачем меня надо было отсылать в академию? А верховная как будто бы все уже решила.

 

Сумерки сменились рассветом. А я и не заметила, как пробыла всю ночь в раздумьях, а на утро было запланировано посещение храма Хаоса. Схватив сумку, я вышла из храма Четырех Богов, и направилась в Темный храм. Спящий город был наполнен свежим воздухом. А птицы уже начали свои песни, пробуждая потихоньку силу земли. Сама себе задавала вопрос, зачем я туда направляюсь? Надеялась, что моё любопытство не сыграет со мной в злую шутку.

 

Подойдя к храму, меня обдало прохладным ветерком. Появились сомнения, а стоит ли туда спускаться? И все же я спустилась. Ноги окутывала ледяная мгла. Но я знала, что бояться нечего. Ведь стихии всегда рядом. Пройдя до места назначения, алтарь снова засиял, превращая пространство из мрака в полумрак.

 

Я заметила, что алтарь пустовал. Яблока не было. Толика сомнения прокралась в душу, что фрукт стащил наглый декан. Посмел бы он такое сделать? Ну, если уж спустился, то все возможно. А вдруг он был голодный? Ну и хрен бы с ним, пусть Темный с ним разбирается.

 

Сонливость одолевала не на шутку. Присев на пол, и облокотившись спиной к алтарю, я задала вопрос Хаосу, но в ответ была тишина. Тогда я обратилась к монументу, что величественно стоял, упираясь головой в потолок. Ответа я не удостоилась и от него. Видимо сегодня меня никто не ждал. Но крадущаяся тень окутала теплым покрывалом мои плечи, погружая меня в сладкую истому.

 

 

Мне снились ангелы и демоны, величественно восседавшие на золотых тронах. Восемь Богов, облаченные кто в белые, кто в черные одеяния, спорили о мире, равенстве и равновесии. Картинки сменялись одна за другой, показывая жуткое прошлое этого мира. Люди, что получили силу в дар от Богов, возгордились и пали из-за собственного греха. Думая, что превосходят в численности, они намеревались низвергнуть Высших. И Боги разгневались, но дар силы вернуть обратно не смогли. Тогда одни Боги обратили силу против людей, и люди начали убивать своих собратьев одного за другим. Другие Боги создали чудовищ, что тоже убивали нещадно, пока мир не начал тонуть в кровавых реках, унося с собой и невинные жизни. Вот только Боги не знали, что существовать без людей они не могут. И один за другим Высшие, начали кануть в небытие безграничного Хаоса…

 

Тело ныло, и я не могла пошевелиться, но отчетливо ощущала приятный пряный аромат, и руки, что крепко прижимали меня к горячему телу. Раз за разом я летела в бездну, а голос, что казался мне очень знакомым, то и дело вытаскивал меня оттуда, не давая увязнуть во тьме насовсем. То холод, то жар меня опаляли, а в легких не хватало воздуха. И этот кошмар мог длиться вечно, если бы не свет, который потянулся ко мне.

 

– Дитя… Проснись, – нежная рука коснулась моей щеки, и я нехотя разлепила глаза. Передо мной стояла Верховная. Она ласково улыбнулась и преподнесла мне тару с водой к губам. Сделав глоток, я начала озираться по сторонам. Неужто приснилось все?

 

 

– Я, кажется, уснула.

 

– Прости дитя, что потревожила твой сон, но сегодня день Верховной.

 

 

– О Боги! Как? Уже? – я вскочила на ноги, пугая Верховную своими резкими движениями. – Прошу, простите! – поклонившись, я схватила сумку и понеслась из храма в академию. 

Академический городок еще спал, а Солнце только начало окутывать  земли и пробуждать птиц ото сна. У меня есть добрых 3 часа, чтобы привести себя в порядок и позавтракать.

 

Страж Академии встречал меня лучезарной улыбкой, словно ждал благословения. А я в ответ поприветствовала его так же лучезарно, и пожелала прекрасного дня.

 

Чтобы сократить путь до спального, женского района (так я называла наше общежитие), я обошла академию и пошла тыльными путями, где недалеко находилась запрещенная библиотека. Вспомнив о задании декана, я напрочь забыла о том, что мне нужно привести себя в порядок.

 

– Ладно… Час тут, час там… Все успею! Надеюсь, стихия не откажет в помощи открыть дверь? – замок открылся и я тихонько пробралась в научное, темное святилище.

 

Я почти что знала наизусть где, какие книги стоят и пылятся. Отыскав шкаф с рукописями о Темных, я начала быстро просматривать их на наличие понятного мне материала. Но все книги, как под копирку попадались на неизвестном мне языке. Хотя ранее я точно встречала более чем понятные мне слова.

Может, декан приложил руку, и решил так пошутить, наложив какое-то заклинание?  Интересно, что он-то тут читает?

 

Следующий час я проверяла стеллаж древней истории этого мира. И либо я ударилась головой об алтарь, и забыла, как понимать данный язык, либо он действительно мне незнаком.

 

Понимая, что времени больше нет на дальнейшие поиски, я покинула библиотеку. Срок доклада не был озвучен, поэтому декан потерпит. Вполне себе можно и вечером проникнуть. Главное не наткнуться на Баэля, а то чего доброго, за мою любознательность он мне еще пару тройку докладов подкинет.

 

Дверь библиотеки щелкнула, оставляя на себе магическую печать, а я поспешила в свою комнату, пока прекрасные дамы мира сего не начали выползать из своих апартаментов.

Приближающиеся занятия вводили меня в странное состояние. Смертная девчонка имела на меня невероятное влияние. Ну и что, что она нареченная дочь Богов? В ней не было и толики магии. Мне казалось, что по прошествии стольких веков я вдруг начал сходить с ума. Иначе я не понимал, что за эмоции она во мне пробудила и как с ними бороться?  Поймал себя на мысли, что ожидаю каждое занятие, лишь бы увидеть голубые глаза, аккуратный носик, пухлые губки, изящные руки и тело. Я украдкой смотрел на нее издали. Она словно плыла по пространству. Спокойная, как морская гладь, пока не увидит меня. Потом, словно море, начинает бушевать, и если молчит, то ее выдают глаза. Еще я чувствовал, что девчонка обо мне думает. Не обо мне, как о преподавателе или просто мужчине, а как о Темном. При каждой встречей с ней, я чувствовал энергию, что исходила от нее и направлялась ко мне. И чувствовал, как растет моя сила.

 

Занятия начались, а бестия снова опаздывала. Бранить нахалку не было никакого смысла. Я, кажется, сдался. Лекции истошно тянулись, а маленькая жрица так и не приходила. Но я отчетливо ощущал ее энергию, что сладко лилась в меня. Как будто она была совсем рядом. Как будто много думала обо мне.

 

Время от времени я поглядывал на мальчишку, с которым она таскалась по академии. Что же их связывает? Не могут же они быть вместе? Это запрещено для маленькой жрицы. Не думаю, что маг ей наречен в супруги. Слишком крепкую он выказывает ей дружбу. Возможно, он в нее влюблен… Бедолага.

 

– Монстры, живущие в Чертогах Бездны, безжалостны и беспощадны ко всему живому и не живому. Увидев одного из них, вы можете смело схоронить надежду на дальнейшее свое существование. Этим тварям стихия нипочём, следовательно, обычный маг убить их не сможет. Маг становится Высшим, когда сумеет постичь свою стихию и взаимодействуя с остальными, сможет преобразовать энергию, что будет делать монстров уязвимыми, –пришлось нагло врать, выдавая нелепо-ложную информацию, за правду. 

 

– А это правда, что вы управляете молнией и громом?

 

– А тяжело стать Высшим магом?

 

– А расскажите, как вы убивали монстров?

 

Ученики не на шутку расшумелись, завалив меня вопросами личного характера.

 

– А правда, что Высшие маги потомки Темных Богов?

 

А вот этот вопрос был интересным, хоть и не корректным в данных стенах.  Но какая разница, что именно адепты  говорят или спрашивают о Темных, ведь наша сила в мыслях и словах о нас. А каких, неважно. Вот только в стенах этой академии говорить о нас все же не приветствовалось, и я был обязан пресечь этот разговор.

 

– На Темных Празднествах мы наконец-то увидим, как танцует наша нареченная дива, – сказал кто-то с задних парт.

 

– Ага, интересно, жрицы голышом танцуют?

 

– О таком ты можешь только мечтать, – и все мальчишки залились хохотом...

 

– По-моему ее возраст не соответствует для Праздничных ритуалов, – сказал один  из адептов.

 

– Мне кажется, или вы действительно забыли о присутствии вашего декана? Или может кто-то из вас хочет празднество провести в чертогах Хаоса? – все сразу притихли, не ожидая от меня столь грозного тона. – Я повторюсь, кто-то хочет? – головы студентов вжались, словно гром пронесся над ними. – Прям лес рук. Только языками молоть можете. Сохраняйте свою честь и достоинство, где бы вы не находились и с кем. И  не смейте обсуждать нареченную ни во время ее отсутствия, ни рядом с ней.

 

Разговоры о бестии меня взбесили, и я решил проучить нахальных  учеников.

 

 

– И так, вся мужская половина пишет мне доклад на тему жриц стихий, монстров бездны, а так же краткое руководство, как себя вести в обществе. Женской половине разрешается взять одну тему.

 

 

Я вышел из аудитории за секунду до звонка, который сигнализировал об окончании дневных занятий.  Небо затянулось темными тучами, и мощный ливень обрушился на Алавер. Похоже, своими эмоциями я вызвал очередной дождь. Наверно, потому что я кратко  мечтал, чтобы девчонка станцевала для меня. Лишь для меня одного в этот праздник. Но заставить я ее не мог. В ее глазах я никто, чтобы просить о таком. А мне отчаянно захотелось увидеть ее тело, что вьется в танце, словно лоза черного винограда. И меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то другой видел, как она танцует.  Достигая совершеннолетия, жрицы танцевали ритуальные танцы на праздниках и для людей. А ведь когда-то жрицы и для Темных танцевали.  

 

В нынешнее время храмовые нимфы были недосягаемы для мужчин. Лишь самоубийца мог желать заполучить себе отмеченную деву. Только Боги Стихий решали, когда, и с кем может соединиться жрица. Девушки держали себя в целомудрии, пока Высшие не определят их дальнейшую судьбу. И если избранник не находился до двадцать восьмой синей луны, значит ей суждено было  исполнять волю Богов до самой смерти. В храм поступали девочки, чей дар проснулся раньше первой крови. Вот только наша нареченная девчонка не имела дара ни одной из стихий. Зато лишь Высшим известно, что могли зреть ее глаза, когда как другим глазам не ведомо.

 

За весь остаток дня и до самого вечера бестия так и не попалась моему взору. Сомнений не было, что она в храме. Хотя я надеялся увидеть Таирлану  в запрещенной библиотеке, но и там ее не оказалось. Пришлось отправиться в дом, что выделил мне ректор. Он был холоден и пуст так же, как и мой храм. И стоило мне утруждать главу, чтобы поселиться в очередной пустоши?

 

От чего-то я весь извелся, то и дело вызывая гром и молнию своим состоянием. Меня одолевало беспокойство. И, чтобы успокоиться, я отправился в храм Хаоса. Приближаясь ближе к разваленным постаментам, я начал отчетливо ощущать знакомую мне энергию. Девчонка была внутри. Чего ей нужно в моей обители в столь поздний час? Что, собственно, вообще ей может быть от меня нужно? Спускаясь в гущу мрака, я никак не ожидал увидеть блики тени на стенах, что могли появиться только благодаря горящему алтарю.

 

 

Девчонка, свернувшись в комочек, спала под алтарем, а темная пелена то танцевала вокруг нее, то обнимала, словно пытаясь согреть. Я тут же опустился рядом с ней и прикоснулся к ее щеке. Ледяная, словно каменное изваяние, она дышала еле слышно. Поверить не мог, что тьма могла ей навредить. Нет. Все же она тревожно метается рядом с ней.

 

Взяв на руки жрицу, я удивился ее легкости. Она была словно пух, совсем невесомая и уязвимая в моих руках. В надежде, что мои горячие прикосновения могут согреть эту льдышку, я направился в храм Стихий, нещадно ругая стихиалей, одну за другой, что проглядели за своей нареченной.

 

– Таира… Ты слышишь меня? Таира… Очнись, – шагая около темного леса, прижимал к себе холодное тело, и пытался достучаться до сознания жрицы. Я чувствовал, как тревожно бьется её сердце, а энергия все так же невидимыми нитями просачивалась в меня, как будто она отдавала последнее, что у нее было. И хвала Хаосу это никак не могло повлиять на ее физическое здоровье. 

Я понятия не имел, что делать. Стихии виновато плелись рядом, обдавая меня то теплом, то ветром и путаясь травой под ногами, как бы извиняясь, что не доглядели. 

 

Девчонка в моих руках казалась такой хрупкой. То всхлипывала, то дрожала, то во все молчала, а после снова вздрагивала, будто  в темных снах её одолевал страх.

 

– Таирлана… Ты слышишь меня? Я рядом, я с тобой, – сам удивлялся сказанному. Ведь ни одна женщина не была удостоена  моим беспокойством. А сейчас я тревожусь  за эту девицу. Ведь она пришла в мою обитель, и я чувствовал ответственность за ее состояние. И не понятно, сколько вообще она так пролежала. 

 

Храм Четырех Богов Стихий озарялся огнем, заполняя залы светом. Мне не составило труда зайти, ведь сами стихии открывали мне двери. Вокруг была тишина и не единой души. Девчонка, что мирно лежала в моих горячих объятиях, перестала беспокойно дышать. Ее сердце больше не стучало так бешено, и на щеках появился румянец. Я положил ее у алтаря и удалился из храма, пока кто-нибудь из жриц меня не заприметил. Потом в жизни не отмоюсь от сплетен, что я пытался украсть спящую наречённую.

 

Убедившись, что жрица в безопасности, я пошел прочь.

Быть жрицей, учащейся в академии имело свои плюсы. Например, личная большая комната. Обычно в академических комнатах проживало два или три адепта, а личная выдавалась за успеваемость, и только со второго курса. А также была неплохая стипендия! Как только я поступила в академию, меня разместили в отдельную комнату. Ректор решил не ущемлять в пространстве будущую Верховную, за что ему земной поклон. Потому что с вечно галдящими подростками в четырех стенах я бы долго не продержалась. Хотя первоначально меня одаривали косыми и неприветливыми взглядами. Малолетка–первокурсница с личными апартаментами. Но потом все как-то поутихло, когда выяснилось, кто я.

  

Стоя у платяного шкафа, я рассматривала наряды в определении, чего бы надеть. В голову ничего не лезло. Обычно стихии охотно с этим помогали, и я прислушивалась, но сегодня выбирать мне приходилось самой, и выбор пал на белое платье, что легкой  пеленой окутывало моё тело.

  

 – Буду радовать глаз окружающих, а то декан ходит во всем черном, как мрачный жнец. Почаще надо улыбаться и быть милой… С ним. Надо его обезоружить и очаровать. Я что, в конце концов, не женщина? Еще какая! –подмигнула зеркальному отражению. – Но он может заподозрить, что я что-то промышляю, а мне как раз таки надо подумать, чего бы такое напромышлять!

  

 Волосы я завязала черной, шёлковой лентой, и быстро направилась в сердце академии… В столовую. По коридору шел гул собирающихся адептов, а у входа столовой меня встречали мои друзья.

  

 – Ты вчера тако-о-о-ое пропустила! – начал Теон, а Юста с любопытством всматривалась  на огненного мага.

  

 – Какое «такое»? – с неподдельным интересом спросила  мага, который припечатал на мне свой огненный взгляд.

  

 – Декан устроил словесную порку любопытным адептам.

  

 – А повод? – спросила Юста, явно заинтересованная больше, чем я. Будто происходящее на нашем факультете касалось ее не меньше.

  

 – По поводу нашей нареченной, – маг ткнул меня локтем в бок, а я уставилась на него, совсем не понимая происходящего.

  

 – Не припомню, когда стала всеобщим достоянием для обсуждения.

  

 – Обычно ты всегда, то самое достояние, – хихикнула целительница.

  

 – Даже спрашивать не стоит о твоем вчерашнем отсутствии? Обычно ты не пропускаешь весь день, – на лице мага прошла толика беспокойства и я задумалась, что же со мной произошло? А ведь я помнила лишь то, что уснула, прижимаясь к алтарю стихий, да и это меня не удивляло. Такое случалось иногда. 

Я начала вспоминать сегодняшнее утро. Но мне казалось, что я точно отправилась в храм Хаоса, но пробуждение все же было в храме Стихий. Неужто я уснула на сутки, и поход в храм Хаоса был не более чем сном?

  

 – Да, спрашивать не стоит, – констатировала я.

  

 – Я так и предполагал, – пожав плечами, друг мне подмигнул.

  

 – И что в итоге было? – мне все же было интересно, почему декан устроил переполох, и при чем тут я.

  

 – Ну так Празднества Темных  намечается, – сказал шепотом маг, наклоняясь ближе к тарелкам. – А кто-то должен танцевать для… – договорить я ему не дала, пнув парня по ноге.

  

 – А вы никогда не задумывались, почему в Темные Празднества маги отдают дань в храме Богов Стихий? – теперь неугомонному магу досталось от Юсты.

  

 – Неуместно Темных обсуждать в стенах академии, – шепотом сказала она.

  

 – Таира, ну так что?

  

 – Что-что… Какие танцы? Декан дал задание написать доклад.

  

 – Какой еще доклад?

  

 – А вот такой… О том, как должны себя вести жрицы, обучаясь в академии, – пришлось приукрасить. Не говорить же о задании, который на самом деле дал декан, а то путь в библиотеку мне будет заказан.

  

 – А нам влепил за неподобающие разговоры аж три доклада, – мрачно сказал Теон.

  

– Дай быстро книжку, – выпалила я магу, вспомнив утренние часы в библиотеке. 

  

 – Твоё стремление в изучении магии стихий меня начинает пугать. Какую?

  

 – Да любую давай, – от увиденного у меня глаза полезли на лоб. Я быстро пролистала всю книгу и поняла, что ничего не поняла. – Какого… Лешего? – пискнула, прикрывая ладонью рот.  Не единой знакомой буквы, сплошной неизвестный мне шифр. 

  

 – Лешего? –  маг таращился на меня озадаченно, а адепты с соседних столов и вовсе уставились на меня как на умалишённую.

  

 – Это я на жреческом, – поспешила заверить близсидящих, а сама вскочила и помчалась вон из столовой. – Мне срочно надо к ректору!

  

 Бежала по коридору и обдумывала, как ему преподнести новость, что буквы перестали быть знакомыми, и все теперь казалось сплошным древним языком. Да я и местный алфавит забыла! Как это вообще возможно? Надо было бы помчаться к Верховной, но сегодня это навряд ли возможно. В свой день она безвылазно медитирует.

  

 Я так бежала, что чуть не сшибла  декана на повороте. Хотя, скорее это я бы рассыпалась из-за столкновения с этой ледяной глыбой, но декан вовремя перехватил меня руками, на секунду прижимая к своему, как оказалось, горячему, а потом резко отстранил меня от себя.

  

  

 – Здрасти, простите, до свидания, – и продолжила свой бег до кабинета ректора, не дав ни единого шанса высказаться нахальному преподавателю, который так нежно меня приобнял. 

 К моему огорчению, ректор отсутствовал, и я решила его подождать, расположившись в коридоре на мягком кресле. Прождав более получаса, из раздумий меня вывел знакомый голос с не очень приятным тоном.

  

 – У тебя занятия, между прочим, по моему предмету. Так почему ты не в аудитории? – стоит страшный декан, как темная туча, озираясь на меня. Да… Не всех Чернобыль стороной обошел. О стихии, придите на помощь! Присутствие этого типа меня нервирует! И все же моё положение не дает обругать мужчину вслух, как оно того следует. 

  

 – Я жду ректора. У меня срочное дело.

  

 – Прежде чем отвлекать главу академии, ты должна мне сказать, что случилось. Во всяком случае, хотя бы, предупредить об опоздании.

  

 – Я вам ничего не должна. Пожалуйста, свыкнитесь, что жрица приходит тогда, когда угодно Богам, – сообщила думая, что он все-таки не в курсе. – Я не буду извиняться за свое опоздание. Оно происходит не по моей воле. И если уж на то пошло, то моё опоздание более простительно, чем ваше. Ведь опоздание адепта не тормозит учебный процесс, в отличие от отсутствия преподавателя на своих же лекциях. Как считаете?

  

 – Прекрати дерзить!

  

 – А вы прекратите нахальничать!

  

 – Девчонка!

  

 –Таирлана!

  

 – Я рад, иди быстро на лекцию!

  

 – А не пойти бы вам туда, откуда вы пришли?

  

 – Ректор уехал из академии и будет к обеду. Ты до обеда собираешься пропускать мои занятия? Или может сразу запакуешь вещи и отправишься в храм безвозвратно?

  

 – Ну вы и хам, – я быстро зашагала прочь, в надежде создать дистанцию между нами, но неотёсанный нахал буквально наступал мне на пятки. А я ощущала, как тело покрывается мурашками от его ледяного взгляда.

  

 Влетая в аудиторию, услышала гул, который тут же стих, как только после меня ворвался декан. Я прошла к столу и села рядом с Теоном, а злой преподаватель обдал меня, как всегда, ледяным взглядом, а после, еще и остальным перепало. Мне показалось, что все перестали дышать.

  

 Моё белое платье явно не к месту. Слишком выделяюсь на фоне остальных. Не быть мне сегодня милой и вежливой… Не быть.

  

  

 – Торман, попрошу к доске! – разгневанный декан, как огнедышащий дракон норовил меня спалить нафиг к Чертогам Бездны! Вздернув подбородок и оправив платье, я вылезла с нагретого местечка.

  

 – Кмх…–  декан одарил меня пристальным взглядом.

  

 – От вашего выражения лица мой завтрак в желудке прокиснет, – ничего лучше я не придумала, чтобы ответить. Лицо его стало мрачнее храма Хаоса, а по аудитории прокатился смешок.

  

 – У тебя что, вместо мозгов, ветер в голове? – хмуря брови, спросил самоуверенный тип.

  

 – Зато там всегда свежо и прохладно. Холодный ум–здравый ум.

  

 – Мы, вообще-то, обсуждать будем как раз его отсутствие! – усмехнулся. Вот же гад.

 Значит, хотите войны? Будет вам война! 

В моей светлой голове начал созревать темный план. Сжав пальцы в кулак, почувствовала, как те хрустнули. Так девочка… Полегче. 

  

Смотрю на него, ожидая задания или очередной колкости. Молчит. Боюсь, скажет записать формулу. Я же не помню ни единого символа! От волнения дыхание участилось и, кажется, стало нечем дышать. Вдруг стало как-то холодно.

  

 – Had–Hein–Nyn, –  сказал декан, протягивая мне кусок мела. – Не надо на меня так смотреть, пиши формулу.

  

 Руки как-то предательски задрожали. Его синие глаза леденили душу. И тело, видимо, тоже, потому что мел я уронила.

  

 – Что, адептка, уже мел в руке держать не можете? Как вы собираетесь быть Верховной, если вам даже такое не по силам?

  

 – Вы напоминаете мне океан, – фыркнула в него.

  

 – Почему?

  

 – Глядя на вас меня укачало, –  сказав это, я бросилась наутек, прикрывая свой рот рукой, как бы не заржать, что есть мочи. Не видела в этом момент ни его лица, ни адептов. Выбежав из аудитории, я отправилась в лазарет. Пока скакала, как маленькая нашкодившая девчонка по пустому коридору, получила шлепок по филейной части от воздушной стихии.

  

 – Больно же! Что я еще могла сделать? – глядела я в пространство, где мельком пронесся еле видимый воздушный стихиаль.

  

 – Таира? – удивилась Юста моему появлению. – Что-то случилось?

  

 – Эльтар Баэль случился, – протянула я, озираясь на помещение. – А где главный целитель?

  

 – Она пошла в лабораторию за лекарствами, а тебе зачем она?

  

 – Я влипла! –  не удержалась и засмеялась я.

  

 – И во что? – засмеялась молодая целительница в ответ.

  

 – Нужно записать, что я посещала лазарет. Мне как бы плохо стало. Хорошо, что ты тут! – положила ладони ей на плечи.

  

 – Ну тебе же никогда не бывает плохо, Таира!

  

 – Я что по-твоему, бессмертная? Всем людям бывает когда-нибудь плохо, вот и мне каюк настал, – снова залилась смехом. – Ну, в смысле, поплохело на уроке декана.

  

 – А-а-а, – протянула подруга. – Ну тогда несомненно! Только я вот думала, что это ему должно быть плохо из-за тебя, а не наоборот!

  

 – Так, завари мне чай красной мяты. Запиши, что пришла и жаловалась на боль в желудке, – дала указания подруге, что, смеясь, подпирала пятой точкой подоконник. – А то придет сейчас твоя наставница!

  

 – Уже пришла.

  

 В лазарет прошла целительница, в длинном, нефритовом одеянии. На ее глазах красовались очки, а в руках она держала две пробирки со странной темно-красной жидкостью. Фу, надеюсь, не кровь каких-нибудь существ.

  

 – Чего хихикаем, девчонки? – улыбнулась она мило.

  

 – Здравствуйте Лазария Мааль. Я вот пришла чаю выпить. Желудок заболел, – целительница одарила меня сомнительным взглядом, за что стало неприятно. Как будто у меня живот не может заболеть. А он, кстати, иногда болит в определенное время.

  

 – Раньше ты ко мне не заходила, Таира, – ставя пробирки в полку, Лазария достала мятные листья.  – Какой предмет ты решила прогулять?

  

 – По-вашему у меня не может скрутить живот от декана Баэля? – улыбнулась я, а целительница хихикнула. 

  

 – Ох, девочка, ну тогда верю на слово! – мы с Юстой переглянулись. Та приподняла плечи в знак непонимания.

  

 Лазария подала мне приготовленный чай. Как же я обожала красную мяту. Она неплохо успокаивала не только болящий желудок, но и расшатанные нервы.

  

 – Ты не единственная, кого декан покорил своей ледяной красотой, – усмехнулась она. Я аж поперхнулась.

Покорил? Меня?

  

 – Скажете тоже! – поверить не могла в то, что услышала.

  

 – Ко мне толпы адепток ходят. Бедняжки, безответно влюблены. Хотя кто знает, кто знает, – с каким-то странным прищуром смотрела на меня целитель. – Может, кто и завладеет его сердцем?

  

 – Вы все не так поняли! У нас с  ним взаимная антипатия! – отмахнулась я. Мысли полезли как тараканы.

 Я и декан? Пффф… Не…Жрица и этот хам?  Тоже не так. Наречённая дочь Богов, будущая Верховная и Высший маг? – мурашки, как сотня иголок воткнулись в моё тело. Вот бездна! Это уже похоже на правду!

  

 Конечно, Боги Стихий должны были найти мне в ближайшее время подходящего мужчину. Я знала, что меня не настигнет участь жриц, что до конца своей жизни ведут монашеский образ жизни, даже у нашей Верховной, когда-то был муж. Ну, по крайней мере, я  очень надеялась, что мне не придется прожить остаток моих дней в этом мире без секса, просто танцуя. Моя двадцать восьмая синяя луна была не за горами. Но по здешним меркам, я могла еще томиться в ожидании своего суженого десять синих лун, а это десять долгих лет. Очень хотелось верить, что Боги не будут ко мне настолько жестоки.

  

 – Ты можешь идти к себе в корпус. Отдыхай на сегодня, – сказала целительница. – Надо поговорить с деканом Баэлем. То, как он влияет на адепток  негативно сказывается на академические запасы целительных трав.

  

 Допив вкусный чай, я отправилась в свою комнату, кивнув Юсте на прощанье.


– Таира, погоди! – выкрикнул Теон из толпы шагающих адептов. – Что случилось?

 

– С чего ты взял, что что-то случилось?

 

– Ты серьезно? – глаза мага округлились. – Ты убежала из столовой, потом тебя приводит декан, потом ты снова убегаешь. Что за брачные игры? –усмехнулся парень и по-дружески приобнял меня за плечи.

 

 

Метнув взглядом молнию, мой не по годам умный друг заткнулся и повел меня из академии в сад, и усадив на скамейку, начал свой допрос.

 

– Давай по порядку. Что такое утром ты увидела в книге? Или было какое-то озарение?

 

– Теон… Тут такое дело... – мямлила я  себе под нос не зная, как сформулировать проблему. – Я вдруг перестала понимать, что написано в книгах.

 

– В смысле, перестала понимать? Что именно тебе неясно?

 

– Все неясно! Все! Я не понимаю ни единой буквы, что прописаны в книгах. Какой-то непонятный язык. И ректора не оказалось на месте… Хотела к нему обратиться.

 

– Так иди к Верховной, – глядел на меня друг непонимающе.

 

– Вот не сообразила я как-то, – съязвила я. – День Верховной сегодня.

 

– А декан что?

 

– А что декан? Разорался на меня, говорит, платья собирай и иди уже живи в храме.

 

– Так и сказал? – Огненный был удивлен не на шутку, а я задумалась, может и вправду сказать декану? А то еще вечерние лекции впереди.

 

– Нет, не так сказал, но что-то в этом роде. А потом у доски я поняла, что и написать ничего не могу. Не помню даже букв! Все как-то в кучу! Я испугалась… Понимаешь? И как трусиха убежала! – смотрела в глаза Теона и знала, что он все понимает. – И я не думала, что стоит это с деканом обсуждать из-за наших с ним размолвок.

 

– Обсуждать что? – не пойми-откуда появился декан собственной персоной, и навис над нами как грозовая туча.

 

Теон в полном смятении молча таращился на меня, видимо, ожидая, что я… А что я? Что блин можно ожидать от меня в такой момент? Разве что я в очередной раз повздорю с преподом, а перепадет всему факультету?

 

Взгляд диктатора мог либо заморозить, либо испепелить и Теон предательски молча оставил меня наедине с этим мужчиной.

 

– Таирлана Торман, может, все-таки расскажешь, что случилось?

 

– Ого, вы знаете моё имя? – неподдельно удивилась я.

 

– Опять ты дерзишь. Ну и что с тобой прикажешь делать? – его лицо медленно, миллиметр за миллиметром начало преодолевать расстояние, что было между нами. Склонившись так близко, он опалил меня своим дыханием. Сердце начало выстукивать ритм. Что это? Что за реакция? Всю жизнь ненавидела таких, как он, а теперь сердце так предательски бешено бьется от волнения. Черт бы меня побрал, я хочу, чтобы эти губы меня коснулись.

 

– Считаешь, что твоя особенность спасает тебя от наказания?

 

– Нет, я так не считаю, – не могла отвести взгляд от этих завораживающих синих глаз. Он что, меня околдовал? Или вот прямо сейчас околдовывает?

 

– Идем в кабинет, там и поговорим. Уверен, что смогу тебе помочь, а если нет, тогда оповестим ректора о твоей проблеме, –  резко выпрямившись, он отстранился от меня.

 

– Я думаю, что это проблема личного характера.

 

– Таира, я понимаю, что разговор у нас с тобой не заладился с самого начала, но тебе еще учиться под моим руководством три года. Я не уверен, что хочу их проводить в такой манере, – он  задумчиво почесал затылок и воззрился на меня, ожидая дальнейших  действий.

 

– Хорошо… Давайте поговорим.

 

В кабинете нашего нового декана я оказалась впервые. Темновато и мрачновато. Плотные темные шторы не давали свету протиснуться в помещение, но магические кристаллы приглушенно освещали пространство, рассеивая мрак.

Посередине массивный темный стол с кучей бумаг, диван и два кресла бордового цвета, выглядели очень элегантно, и я бы даже сказала готично-романтично. Не думала, что наш декан любитель такой роскоши. При своей обыденной манере одеваться, интерьер нес в себе аристократичность, напоминая мне викторианский стиль нашего мира. Рядом с диваном стоял столик и шкафы, забитые книгами. Сразу стало интересно, что читают Высшие маги. Пробежалась взглядом по пространству, пытаясь уловить мелочи. Присесть так и не решалась.  Это вам не  ректорский кабинет. Тут меня навряд ли угостят чашкой вкусного горячего чая.

А нет же, уже наливает. Что за жест любезности?

 

– Как твоё самочувствие? Присаживайся, куда тебе будет удобно, – спокойно сказал декан, и во мне тут же зародились маленькие подозрения.

 

– Благодарю, мне лучше, – ответила, а сама поняла, что голос  предательски дрогнул.

 

Я неторопливо прошла, все так же оглядываясь. И пока мною ненавистный диктатор возился с напитками, я подошла к шкафу и начала оглядывать стоящие книги. Но не приметив ничего интересного, я присела на диван, в мягкости которого буквально утонула.

 

Декан Баэль поставил на столик рядом со мной изысканную черную чашечку на блюдце, а сам сел в свое кресло, бросая камзол на спинку, и сделав глоток чая, глядел на меня в ожидании интересного рассказа.

 

– Вещай, что такое сучилось, отчего ты меня чуть не сбила в коридоре?

 

– Собьешь вас, – чуть было не поперхнулась, когда вспомнила, что на вражеской территории свои законы. Меня одарили сердитым взглядом, а я в ответ одарила таким же, забыв, зачем я тут.

 

– О Боги! Почему ты такая…такая... –  декан никак не мог подобрать подходящих слов, яростно посматривая на меня. Да, я то знаю какая я очаровательная заноза в упругих ягодицах этого гада.

 

– Какая «такая»? – пролепетала елейно нагло улыбаясь.

 

– Сложная такая. Торман, ты будущая Верховная. Тебя не учили манерам?

 

Сложно следовать этикету и держать приличную манеру поведения, когда твой декан тот еще хам, который сам противоречит этике. Он так и напрашивается, чтобы его приструнила девушка из другого мира.

 

Хотя, наверное, понятие о современности наших миров не очень сравнимы. Ведь во многом наши миры были схожи, разве что в моем родном нет магии, а тут подобных технологий и небоскребов. Зато много других прикольных магических штук.

 

Поставив недопитый чай на стол, я встала, подошла к шкафу с книгами и  достала ту, что первая приглянулась. Пролистав несколько страниц, чтобы убедиться, что мне все так же мерещатся непонятные слова, я подошла к сидящему преподавателю.  Баэль не сводил с меня взгляд, отслеживая каждое моё движение. Стало немного некомфортно от столь близкого внимания, но вспомнив, что я все же не девчонка, которую можно заставить краснеть, я заткнула свое смущение и положила книгу прямо перед ним.

 

– И что? – недоумевающе спросил он.

 

– Я не понимаю, что здесь написано.

 

– Преобразование водного элемента и вызов водного элементаля, –  мужчина снова одарил меня своим заинтересованным взглядом. – Это не твой курс. И тебе это совершенно не к чему знать.

Когда он спокойный и заинтересованный, от него глаз не отвести. А еще кажется я покраснела.

 

– Не понимаю, на каком языке написано, – я склонилась к книге, чтобы пролистать еще пару страниц.

 

– Что значит, не понимаешь?

 

– С сегодняшнего утра, в какую бы книгу я ни взглянула, где бы не увидела записи, все они состоят из непонятных мне символов. И я не помню даже местный алфавит! – повернувшись к мужчине, я случайно коснулась его горячей руки и одарила его задумчивое лицо своей театральной улыбкой.

 

– И тебе весело? – его строгий тон заставил меня выпрямиться, внутри все  сжалось. Я заволновалась, совершенно не зная, чего мне ожидать, но взгляд свой от синих глаз не отвела.

Если уж дерзить, то до последнего!

 

– Ох, не смотри ты на меня так, – вскочил декан с кресла, – Сидеть становится неуютно.

 

Я отошла от него на пару шагов, присаживаясь обратно на свое местечко. Не понимая поведения декана, сложно было предположить, что я его смутила.

 

Эльтар обошел свой стол и прислонился к нему, скрещивая руки на груди. Бегло очертила взглядом стоящего мужчину. Мощное тело легко угадывалось под облегающей черной рубашкой, чей ворот был небрежно распахнут, широкая грудь и крепкие сильные руки, свидетельствовали о том, что Высший маг много над собой работает. Наверняка женщин у него немерено. Захотелось узнать о нем побольше. Проснулся-таки женский интерес к этому извергу.

 

– Я не понимаю, – повторила я. – Утром зашла в библиотеку, хотела найти что-то о Темных.

 

– Что ты хочешь о них узнать?

 

– В смысле что? Не вы ли мне сказали доклад писать?

 

– Точно. Забыл уже.

 

– Вот ведь! – вскрикнула я. – Оказывается, могла бы не заморачиваться.

Декан развернулся к столу, взяв бумагу и вечно пишущее перо с книгой, положил передо мной.

 

– Напиши то, что видишь.

 

Взглянув еще раз на декана,  взяла в руки перо, открыла книгу наугад и  начала вырисовывать на бумаге символы, что больше напоминали древние иероглифы.  Отчего-то мне казалось, в одном знаке, можно было прочесть уйму информации. Подвинув листок к декану, я сделала глоток уже остывшего чая.

 

– Понятно, – только и сказали мне. Я же смотрела на него в ожидании хоть каких-то объяснений. – Пошли, –  надевая камзол на ходу, преподаватель начал вытеснять меня из своего кабинета.

– П... Подождите-ка... Куда пошли? Пусть мне тоже будет понятно, что и вам понятно.

 

– На занятия, адептка Торман, на занятия идем. С этим позже разберемся. Не знаю, сколько это займет времени, но полная аудитория учеников ждет меня… нас. Мы не должны опаздывать, а то пойдут слухи. Не первый раз за сегодня мы с вами возвращаемся вместе, – констатировал он.

 

– Вы правы. Могут быть слухи, – очень важным тоном ответила. – Позвольте, я зайду в аудиторию чуть позже, чтобы не породить небывалые сплетни о нас, –  предложила я.

Хотя мне кажется, эти сплетни не только успели зародиться, но и расплодиться специфически быстро, как кролики.

 

– Тогда я буду вынужден вас наказать за опоздание, адептка Торман, – ухмыльнулся он.

 

– Ммм… Сильно? – сократив дистанцию между нами, хитрющими глазами, я буквально припечатала мужчину взглядом к стене, а после он неожиданно наклонился ко мне. Рука нахально скользнула по талии, заставляя меня податься вперед к нему и прижаться. Мы дышали с одинаковой скоростью и оба поглощали друг друга взглядами, пока его шепот не коснулся моего уха.

– А как бы ты хотела, чтобы я тебя наказал? – легкий холодок пробежался по телу, от чего я вздрогнула и покрылась мурашками. Ох, не ожидала от себя такой реакции! Глубоко в теле частичка меня отозвалась на этот сладкий шепот. И я, поняв, что происходит, быстро оттолкнула от себя мужчину и побежала в аудиторию в надежде, что мне дадут фору прийти первой  и не спалиться.

 

Остаток занятий проходил спокойно. Ректор сегодня так и не объявился. Как оказалось, он решает с комитетом какие-то дела в городе по поводу практики выпускников. А я ожидала по окончании занятий встречи с деканом. Но что-то мне подсказывало, что спокойно я не усижу, после его намека на наказание. Хотя с чего бы? Я ж пришла первая. Но звучало это очень волнительно.

 

С того момента, как я появилась в этом мире, я не задумывалась о мужчинах. Находясь в теле пятнадцатилетней  жрицы, в мире, где сплошь и рядом магия, которой ты не владеешь, становится  не до представителей сильного пола. Да и я для них не более, чем дитя. Здесь с этим крайне строго. А тутошние парни, наоборот, для меня не более, чем дети. По земным меркам я все же старше. Хотя, когда ты будущая Верховная и нареченная дочь Богов, на тебя  смотрят, как на привлекательную статую, которой можно любоваться и не более. Никто не хотел повлечь на себя гнев Богов. Вот и пускали слюни тихонько в сторонке.

– В каждом из нас спит настоящий Высший маг! – крик сидящего позади адепта вырвал меня из раздумий. Вот же горластый!

 

– И с каждым днем спит он все крепче и крепче! – осадил его декан Баэль и зал залился смехом.
 

То, что я увидел на бумаге, меня ошарашило. Надеюсь, девчонка никаких эмоций не прочла на моем лице. Удивительно было то, что Боги Стихий наделили свою нареченную дочь видением древнего диалога.

 

Возможно, это знали и Верховные жрицы? Я не был в курсе таких дел. В данном случае действительно помочь разобраться могла лишь сама Верховная. И по выражению лица девчонки, она ни сном, ни духом не подозревала о происходящем. Получается, она видит символы, а перевести их не может? Жест Богов был не ясен. Видеть научили, а переводить забыли научить. Может это один из даров, который не полностью раскрылся?

 

Девчонка сегодня была другой. Не такой, как всегда. Либо у нее шок от происходящего, либо же я просто ее не знаю. Мне казалось, она со мной заигрывает. То глаз не сводит, изучая меня, то дотронется, как бы невзначай, то пошутит. А как близко она приблизилась ко мне, чертовка. Меня словно в огненный Баатор бросило. 

Странные действия совершала жрица. Все ее поведение далеко не целомудренное, словно она знает, как свести с ума мужчину. Но как же она мило смущается, а нам еще предстоит встреча вечером, и я понятия не имею, чего ожидать, если она продолжит в том же духе. Надо сохранять дистанцию, а то я так сорвусь. Если Темный чего-то хочет, он это получает, а ее сладкие алые губы так и напрашиваются, чтобы я их опробовал и ни одна из стихий не будет мне помехой.

 

 

 

После нашей вечерней лекции бестия смешалась с выходящей толпой и ускользнула из аудитории. Голодные студенты направлялись в обитель вкусного и полезного, ну а я направился в закрытую библиотеку в надежде, что девчонка не пропустит очередное посещение зала темных книг. Не хотелось ее выжидать у столовой, да и вообще я не обязан, это она должна найти меня. Все же это касалось ее. Но толика интереса в этой ситуации меня побуждала думать только о жрице, чьи глаза, словно небо ясного дня, или же, наоборот, бушующая заводь. Ведь я никогда не думал о том, что жрицы могут знать диалект Богов. Это разжигало во мне еще больший интерес.

 

 

 

Просидев около двух часов в библиотеке, я уже не надеялся на приход этой беспечной жрицы и поэтому отправился домой. А чего я ожидал? Что закончатся занятия, и она примчится выведывать у меня, что же такое с ней происходит? Ей проще спозаранку наведаться в свой храм.

 

 

 

Время стремительно перекатило к вечеру, а на улице темное небо затянулось черными тучами, и раскатистый гром выражал недовольство, копируя мое душевное неравновесие, что создала девчонка. Располагаясь у камина на шкуре убитого мною серчвольва, я делился с Хаосом происходящим в академии и попивал вино из черного винограда, хмеля и дикой мяты, что опьяняла всех без исключения, даже Темных. Вскоре к грому присоединились бесчисленные удары дождевых капель. Ровный шум начал погружать в опьяняющую расслабленность, как вдруг мой покой нарушил легкий стук в дверь. Стук сменился на еще более сильный удар, и я понял, что ко мне пожаловал нежданный гость в столь поздний час.

 

– И кого мне Темная привела? – пробурчал я. Открыв дверь, я никак не ожидал увидеть ее... 

Мокрая девчонка стояла на пороге моего дома, завернутая в черный плащ, который все равно не спас ее от настигшего дождя.

 

– Извините, что так внезапно, но, может, вы впустите меня? –  дрожащим голосом сказала она. 

 

– Какого Темного ты здесь забыла? – выдавил я. Увидев Таирлану  был и рад, и в недоумении и, конечно же, пустил. Да и как не пустить, когда дрожит словно осиновый лист на ветру.

 

– Вы так и не сказали, чего вы поняли? – стуча зубами, произнесла она.

 

– Я понял, что ты беспечная девчонка, которой не хватает воспитания. Тебя не учили дома сидеть во время грозы? А ты вместо этого вламываешься к преподавателям. Забываясь, что я мужчина. И уже ночь.

 

– П-простите, – постукивая зубами, жрица развернулась, и собралась было уйти, но я  схватил ее за локоть и потянул на себя обратно в дом. С нее лило ручьями, а скрежет зубов был слышен наверно самой Бездне.

 

– Бестолочь! – сердито отозвался я, стягивая с девчонки плащ. 

Мокрое платье облепило ее кожу, через которое проглядывались торчащие соски. Она что издевается надо мной?

 

– Бездна тебя поглоти... Пройди к камину, я принесу полотенце, – девчонка, ни слова не возразив, послушалась, а я пошел за полотенцем и вторым бокалом для вина.

 

– Вот, держи, – бросил ей на плечи, а после протянул бокал с напитком.

 

– Что это? – прикрыв глаза, она наслаждалась ароматом напитка.

 

– Вино.

 

И ни секунды не подумав, выпила залпом то, что надо смаковать часами.

 

– Благодарю, – скривившись от крепости, поблагодарила она, протягивая пустой бокал.

 

– А я не подозревал, что ты такая вежливая, – налив остаток вина в бокал, продолжал стоять и смотреть на сидящую у камина жрицу.

 

– А я не подозревала, что вы такой невоспитанный нахал и циник.

 

– Знаешь, могу про тебя сказать то же самое.

 

– Но вы же только что сказали, что я вежливая?!

 

– Беру свои слова назад, – я усмехнулся, а девчонка скривилась.

 

– Я веду себя с людьми так же, как они ведут себя со мной.

 

– Вот только я – Высший маг, а человеческого во мне один процент от миллиона.

 

– Это ничего не меняет. Может, обсудим то, за чем я сюда пришла?

 

– А зачем ты пришла, кстати? – потешался я над девчонкой, на что она схватила подушку и швырнула в меня, а я пролил на себя остатки вина.

 

– Ой, я не хотела, – девчонка подскочила с места и тут же свалилась на пол.

 

– Я такой неотразимый, что ты падаешь ниц к моим ногам? – поднимаю ее за плечи, а она начинает вытирать полотенцем мокрый след на моей рубашке.

 

От ее прикосновений меня начинает вести, и я не в силах это остановить, и не хочу вовсе. Такие робкие, но горячие касания начали туманить мой рассудок, а тело предательски захотело большего. 

Смотрю на нее сверху вниз, а она остановилась, задержав свою ладонь на моей груди. И смотрит исподлобья так, что словно сама невинность, но руку не убирает. Не боится, а меня опаляет ее прикосновение. Чего же она хочет–не знаю, зато знаю, чего хочу я. Нехотя отстраняюсь, беря над собой контроль.

 

– Сейчас вернусь, – второпях говорю я, а сам уже бегу по лестнице на второй этаж.

 

Никогда не интересовался жрицами и малолетними девками, а здесь две смеси в одном флаконе. И что творит эта бестия? Бес попутал меня или пойло людское, не разберешь. И стоя в одежде под ледяным душем, я обдумывал, как без последствий закончить эту ночь. 

Спустившись вниз, я увидел мою маленькую бестию, спящую у камина в мехах серчвольва.

 

– Вот и поговорили...

До сегодняшнего дня я понятия не имела, что такое похмелье.

 

Первое, что я увидела перед глазами, это красный балдахин. Память потихоньку начала возвращаться, но до определённого момента. Последнее, что всплыло это то, как я бесцеремонно лапала своего декана. Он и так был обо мне не лучшего мнения, а теперь вообще – прощай моя репутация. 

О-о-о, стихии, где вы были в этот момент? Молчат, несносные…

 

 

 

Подле себя я услышала горячий протяжный выдох, что послал дрожь по всему моему телу. Обернувшись, обнаружила декана, что сладко сопел почти что мне в ухо. Я обомлела от такого вида, и прекрасного, и опасного. А еще шок стремительной силой ворвался в мою голову, так как я в полной мере осознала, где я и с кем. Я попыталась аккуратно и бесшумно выползти из-под одеяла  и поскорее удалиться отсюда, пока мой горячий препод не проснулся, но его рука по-хозяйски легла на мою талию и я была бесцеремонно прижата к жаркому телу. К моему ужасу я обнаружила, что была обнажена. Спиной чувствовала мускулистую, горячую грудь преподавателя и медленно плавилась от желания и стыда. А ощутив бедром его откровенное и непристойное желание, подразумевающее внушительный утренний стояк, мне стало вдвойне неловко. Понятия не имела, что делать. А что будет, когда он проснется? Мы были оба пьяны и переспали, а я даже не помню этого сладкого момента. А я думала, стихии меня защищают от такого. Как Верховной в глаза-то смотреть?

 

 

 

Чувствовала себя рассадником разврата. Лавина негодования и раскаяния накрыла меня с головой. Докатилась же блудница!

 

 

 

– Проснулась, –  горячий шепот  коснулся моего уха, а тело снова обдало дрожью, покрываясь мурашками.

 

 

 

Я лежала не шевелясь, словно девственница в брачную ночь. Так стыдно мне еще никогда не было. Казалось бы, и что тут такого? В своем мире я бы и не вздрогнула. А сейчас  я действительно ощущала величие этого мага, что так по-свойски меня обнимал, вызывая во мне бурю невероятного возбуждения и стыда одновременно. И было бы это очень даже классно, если бы не было так печально. Будущая Верховная нарушила обет святости.

 

 

 

– Я знаю, что ты не спишь. Твоё сердце скачет, как табун лошадей, – сильные мужские руки развернули меня, не успев я пискнуть. Я натянула одеяло повыше, прикрывая свое пунцовое лицо, а этот нахал расхохотался. – Не придумывай ничего, – выскакивая из кровати и наспех надевая рубашку, сказал декан.

 

 

 

Итак, он хотя бы в штанах, а я голая. Интересно...

 

 

 

– Ты уснула у камина, я переложил тебя в свою кровать, и на удивление уснул рядом.

 

 

 

– А моё платье?

 

 

 

– Ты, видимо, его сняла ночью сама, я здесь ни при чем. Так что ничего не было, – констатировал он явно факт. – Я буду ждать тебя внизу.

 

 

 

– Вот сволочь! – приложившись лицом в подушку, я завизжала, что есть мочи, когда мужчина покинул комнату.

 

 

 

 

 

Спустившись на первый этаж, в столовой меня ожидал завтрак. Декан крутился на кухне, ставя столовые приборы на стол, а увидев меня, задержал свой взгляд на секундочку, где-то на уровне моего бюста, а после кивнул мне, приглашая за стол.

 

 

 

 

 

И что это было?

 

 

 

– Мы так и не поговорили вчера? – решила нарушить утреннее молчание.

 

 

 

– Ты уснула, – пододвинул чашку с напитком, похожий на кофе, и бутерброды.

 

 

 

– Так вы скажете мне? – спросила, сделав глоток.

 

 

 

– Символы, что ты видишь, это древний язык Богов. Почему ты его видишь, я не знаю, но думаю, твоя Верховная ответит на твой вопрос. Только об одном прошу, больше никому не говори о том, что тебе стало ведомо, даже ректору, – беспокойно сказал декан. – Понимаю, ты знаешь его дольше, чем меня. И ты можешь считать, что у тебя нет повода мне довериться. Но чем меньше посторонних об этом знают, тем лучше.

 

 

 

– Но вы же в курсе, –  поглядывала я на декана, что смаковал свой напиток.

 

 

 

– Будем считать, что я исключение. Видимо, поэтому жрицы не обучаются в академиях, сталкиваясь с таким, – констатировал для меня декан. – Записывай лекции. Если будет что-то непонятно, спрашивай у меня напрямую. Я помогу тебе, – я одарила его скептическим взглядом и получила в ответ такой же.

 

 

 

– Да, точно, ты и местные буквы  теперь не помнишь, – тяжело вздохнув, сделал еще один глоток. – Ну хоть говорить можешь, что радует. В общем, просто слушай лекции. С ректором и остальными преподавателями я улажу все сам, а ты с Верховной. Все, что тебе будет непонятно, спрашивай. Я постараюсь тебе помочь. Думаю, скоро все вернётся на круги своя.

 

 

 

– И зачем вам это надо? – удивилась я переменчивости отношения декана к моей персоне, надеясь, что не сегодняшняя ночь этому послужила. Декан промолчал, игнорируя мой вопрос.

 

 

 

– Ладно, понятно. Спасибо, – сухо сказала я, не зная, что еще ответить. В горле неприятно засаднило, и кусок в рот уже не лез. Еле осилив жидкость, я помыла за собой чашку. Декан продолжал наблюдать за мной.

 

 

 

– Спасибо… Кхм. За все. Пожалуй, мне пора.

 

 

 

– Ты в храм?

 

 

 

– Да.

 

 

 

– Опоздаешь на лекцию? – чуть нахмурив брови, взирало на меня это страстно красивое чудовище в причудливых меховых тапках.

 

 

 

– Покуда мне ведомо такое? – подарила  ему вопросительное выражение лица.

 

 

 

– Сейчас у тебя есть возможность заранее меня предупредить об опоздании и извиниться.

 

 

 

– С чего бы мне извиняться за опоздание, которое еще ни случилось? – показав язык, я удрала с кухни, чтобы не повлечь на себя утренний гнев декана. – До встречи! – крикнула ему на прощание, сама не знаю зачем.

До начала лекций был благой час. Я неторопливо шла в храм Четырех Богов Стихий, зная точно, что все равно опоздаю.

  

 – Доброго утра, Верховная, – склонилась я при виде всегда сияющей жрицы. Ее длинные, седые волосы были заплетены в замысловатые косы. Каждый день у этой женщины новый наряд и новая прическа. Можно подметить, что она стильная штучка. Несмотря на то, что ее волосы были все седые, внешне ей не дашь и сорока, хотя возраст ее превышал уже две сотни лет.

  

 – Здравствуй, дитя. Тебя что-то тревожит? –  быстро подметила моя наставница, и я поведала ей о том, что вчера со мной произошло, до вечернего момента.

  

 – Значит, Верховной неведом  такой дар. Я действительно одарена, но как мне учиться дальше, если все книги на новом для меня диалекте? И местный язык  исчез из памяти, – шла я, как всегда, размышляя вслух, зная, что стихии бредут рядом и внимают моим словам.

  

Ветер сильно подул, обдувая юбку моего платья, и я придержала ее руками, чтобы не оголить на обозрение свою филейную часть. По направлению ветра вышагивал декан. Это ли не ответ?

  

 – Нет, моя психика не выдержит приватных занятий с  ним после того, что произошло, — ответила  ветру в надежде, что он и остальные стихии не нуждаются в рассказе о произошедшем ночью. Все-таки они всегда незримо рядом.

  

 Декан обернулся в мою сторону и, увидев меня, остановился. 

  

 – Вот Тьма! Как будто мысли услышал, – и мой шаг стал еще более медленным, в надежде оттянуть момент.

  

 – Торман, а можно еще медленнее? Ведь занятий сегодня нет. Погода прекрасная, после ночного ливня. Можно и погулять, – съязвил декан Баэль, а я закатила глаза.

  

 Это он сейчас меня так тролит? Я где-то растеряла все свое бесстрашие, и даже ответить ему ничего не смогла. Продолжила идти дальше по направлению к общежитию.

  

 – Торман, ты, кажется, не в ту сторону идешь. У тебя занятия.

  

 – Хотела переодеться, – взглянула на декана щенячьими глазами.

  

 – Сколько тебе необходимо времени, чтобы переодеться за пять минут?

  

 Да он издевается!

  

 Я быстрым шагом пошла в корпус магического подразделения.

  

 Занятия шли, как всегда, интригующе и волнительно. Можно знаменитому Эльтару Баэлю воздать должное. Информацию, которую он давал ученикам, была куда интереснее и практичнее, нежили от предыдущих преподавателей.

  

 – Я думаю, что эти знаки нужно помещать в магическую квадратную таблицу. А стихийные метки в магический графт. Также я считаю, что при вызове элементаля надо использовать кириллицу Стихийных Богов. И…

  

 – Замечательно адепт! Вы ответили отлично на все вопросы, которые я даже не задавал! – адепт не понимал, его похвалили или наоборот, побранили… Кажется, это не понял никто. Декан лишь фыркнул. Но вроде одобрительно.

  

 Час за часом прошли моментально. Когда декан писал формулы на доске и говорил «обязательно запишите», смотря на меня – я прям так и чувствовала, как он смеется и издевается надо мной. Видимо, полагает, что я прибегу после занятий и буду спрашивать, что он там строчил? Нет уж, дудки, Теон поможет!

  

 – Чем закончился твой разговор с деканом? – спросил огненный друг, а я, вспомнив последствия вечернего визита, стала цветом огненного корпуса.

  

 – Вином и постелью, – неподдельную правду сказала я, зная, что всерьез это не воспримут. – Ну а если серьезно, то это очередной, не до конца раскрывшийся дар.

  

 – И как будешь учиться дальше?

  

 – Хотелось бы мне знать, Теон.

  

 Остаток занятий я витала  в воспоминаниях о сегодняшнем волнительном пробуждении. И грех утаивать моё размышление от самой  себя, но я бы повторила.

  

 Между очередными занятиями, во время отдыха, я то и дело натыкалась на декана. Если назревал разговор, то я не спорила и вообще всячески старалась избегать приватности после проведенной с ним ночи.

– Рауна, ты в этот год танцуешь для людей на Темных Празднествах? – обращалась я к молодой жрице.

 

 

 

– Дааа, – протяжно ответила девушка. –  И я, откровенно говоря, волнуюсь, это же не для невидимых Богов танцевать, – улыбнувшись, сказала она.

 

 

 

– То есть, танцевать для Высших, это само разумеющееся, а вот для людей, волнительно?

 

 

 

– Ну, танцуя для Бога, ты не улавливаешь взгляд, который может смущать. Думаю, когда наступит твоё время, ты меня поймешь.

 

 

 

– Сомневаюсь, сомневаюсь, – думала я. В смысле, что буду волноваться, танцуя перед людьми. Для меня это как дышать. Не видела ничего волнительного.

 

 

 

Зайдя в один из пустующих залов воды, передо мной предстало Божество водной стихии.

 

Ни у одного Божества стихии не было лица и вообще любого признака, указывающего на половую принадлежность. Трехметровое тело Бога, состоящее полностью из воды, очерчивал водные знаки.

 

Я почтительно поклонилась и приступила к танцу. Струи воды окружали моё тело, повторяя каждое моё движение. Я извивалась  словно русалка в водной пучине, получая удовольствие и ощущая силу, что наполняла меня. Я чувствовала ее в себе. Чувствовала себя совсем иной, особенной.

 

 

 

– Могу я задать вопрос? – спросила я у великана, что показывал мне картинки водного мира. Бог одобрительно кивнул.

 

 

 

– Долго я буду находиться в неведении нового для меня языка? – задавая, возможно, неуместный вопрос, я надеялась, что меня не окатят ледяной водой.

 

 

 

Прочитать какие-либо эмоции на лице Водного Бога было невозможно из-за отсутствия этого самого лица. Но все, что они хотели донести до жрицы, выказывалось в виде картинок из элемента, а иногда собственными ощущениями, которые давали ответ на вопрос.

 

 

 

Передо мной возникла маленькая водная девушка, что кружилась в танце, а рядом с ней был мужчина, словно черная тень, ходил вокруг нее, но не рисковал приближаться. Я смотрела на красоту танца водной проекции, а после, элементы рассыпались в миллиарды маленьких брызгав, как и сам Бог.

 

 

 

Меня интересовал еще один факт. Почему декан посоветовал  мне никому не говорить о происходящем со мной?

 

 

 

– Высший маг безусловно причастен к знаниям об этом древнейшем, никому не известном  языке. Интересно, сколько декану Баэлю лет на самом деле? Возможно, он старше нашей Верховной, – продолжала я размышлять. – Не понимаю, как научиться доверять этому грубияну, и нужно ли вообще? 

 

Погода в выходной день стояла жаркая и солнечная. Адепты разбежались кто в город, кто к своим родным, и даже Юста с Теоном покинули стены академии в надежде отдохнуть от учебной суеты. Преподаватели тоже отсутствовали, только несколько магов-стражников бродили по периметру земель академии, поддерживая порядок. Меня начала одолевать скука, после получения нового дара. Ведь поход в библиотеку был  для меня закрыт.

 

 

 

Декан больше ни разу не засветился в поле моего зрения за сегодня. Толи солнечный день заставил его не покидать мрачный дом, толи у него были свои дела. Очень хотелось наведаться к нему с вопросами о языке Богов, но всплывающее воспоминания выбивали почву из-под ног, и я более не решалась навещать преподавателя.

 

 

 

Впервые за долгое время я ощутила жгучую тоску, словно одинокая и не понятая. Потихоньку начали накатывать приступы земной депрессии, но пришла идея, словно озарение свыше. Выбегая из столовой с яблоками и черным виноградом, я уже плелась в самое темное место нашего города.

 

 

 

Храм Хаоса стоял на окраине черного леса, куда запрещалось ходить магам. Некоторых детей одолевало любопытство, но стихии всячески оберегали то ли сам лес, то ли людей от него, не давая туда проникнуть.

 

 

 

Приблизившись к полуразваленам, я поприветствовала храм, как нечто живое, и спустилась в пещеру по каменным ступеням, что почти что были не тронутые временем.

 

Прохлада и тьма окутали меня, и я пошла на ощупь, ведя ладонью по стене, пока не вышла в пустое пространство. Как бы сказала моя бабуля: «не видно ни зги».

 

 

 

Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, я прислушалась к своим ощущениям. Тепло окутало мои плечи и тусклый свет, исходящий из алтарного камня, начал озарять зал.

 

 

 

Поставив подношение, я воззрилась на великана, что величался Темным Богом Ваалом. Склонив голову в знак почтения, я с любопытством начала озираться по сторонам, так как раньше этого не удавалось.

 

 

 

Свод древнего храма было не видать. По кругу располагались двенадцать колонн, устремляющиеся вверх и пропадающее где-то в темноте. Статуя Бога стояла в центре, там, где и надлежит быть Темному, а рядом алтарь из красного камня. Пол был устелен  причудливой мозаикой, которую ранее я не замечала, а черные стены местами расписаны письменами. Я подошла к стене и провела рукой по символам, которые мне отображались, как и в любой книге.

 

 

 

– Настоящие письмена Богов. Вот бы понимать, о чем ведали эти слова, – с досадой ответила я.

 

 

 

Местами на стене были трещины, но в целом все величие и красота Темного храма были сохранены временем. Я прошлась по периметру, в радиусе которого было освещение, осматривая все детали. Место, куда не дотянулось свечение, казалось жутковатым. Всматриваясь в темное пространство, мне начало казаться, что сама темнота наблюдает за каждым моим действием. Стало не по себе от ощущения, что я могу быть нежеланным гостем.

 

 

 

 

 

Светящийся алтарь начал тускнеть и я поняла, что пора бы и честь знать.

 

 

 

– До свидания, Темный Бог Ваал.

Договор с Богами–стихийниками гласил, что нами созданный мир они приведут в равновесие, и будут поддерживать его, покуда люди будут почитать их как главных. Со временем мысли о Темных поутихли, набирая лишь оскверняющие обороты.

  

 Мы с братьями остались стражами Чертогов Бездны, защищая мир и магов от монстров, что когда-то были порождены Светлыми, дабы истребить людей, что жаждали нашей смерти. Чтобы  маги не прознали о существовании Темных, мы провозгласили себя Высшими магами, чья сила защищала этот мир испокон веков.

  

 Наше падение, как Богов, привело к приобретению интересной человеческой потребности под названием сон. Ранее нам была неизвестна такая нужда, но с ослаблением силы, мы начали приобретать человечность, так и не обретя ее до конца, даже спустя несколько сотен лет. Крайне редко на тело накатывало тяжелое состояние, которое влекло за собой сны.

  

 Вид спящей жрицы вызвал странные противоречивые чувства. Я понял, что страшный Темный может спать так же уязвимо, как спит сейчас моя незваная гостья. Не хотелось ее оставлять на полу, хоть и спала она на меху серчвольва. Потому не придумал ничего лучше, чем отнести девчонку в свою кровать.

  

 Ночь была жаркой. Опьяненная жрица то и дело несла какую-то несуразицу или же это были неведомые мне откровения, за какие-то зарплаты, ипотеку и сбербанк. Нелепость ее слов умиляла. Я посмеивался, а она, словно в бреду, ударяла меня кулаком в грудь и говорила, что лучшее знакомство–это через постель. Иногда находил логику в ее словах.

  

 Сон сморил нас обоих, после долгой перепалки об академическом уставе. Когда проснулся, почти голая бестия прижималась ко мне, пытаясь согреться. Отсутствие ее платья ошарашило. Хотелось обнимать ее и дальше, но совладать с собой становилось тяжелее. Своими холодными руками девчонка залезла под рубашку, обняв меня. Грелась, словно хищная змейка, обвивая моё горячее тело. Аккуратно стащил свою рубашку и прижал девчонку к себе теснее. Ощущал ее тяжелое дыхание, сердцебиение, и твердые соски на своей оголенной груди. Нахалка скользнула руками по шее, зарылась пальцами в моих волосах и притянула меня к себе так по-собственнически, пока я вдыхал ее аромат, сладкий, и не с чем несравнимый. И не будь она пьяна, я бы взял ее страстно и неутолимо, хотя понимал, не будь она в таком состоянии, то не лежала бы со мной.

  

 Ни нравственности, ни морали, ни этики нет тут места. Преподаватель и студентка, еще куда ни шло, но Темный и жрица… Когда единственное, чего я так желал, это ее. Не только это нагое тело, не только ощутить ее на  вкус. Искренне начал чувствовать, что за нее я готов уничтожить все что угодно. Не понимал свое помутнение на ней, помешался, стал одержим этой бестией. Я был в ее власти. Словно стал человеком. И это неправильно для Темного Бога, пусть и канувшего в Лету для всего мира.

 

 Ввиду сегодняшних событий я понимал, что ночь сделала нас ближе друг к другу. Я не стал давить на девчонку, что открыв глаза, тут же начала нервничать и переживать, явно о своей невинности.

  

  

 Еще бы… Пришла поздним вечером к преподавателю, который ее еще и опоил, и проснулась голая, с этим же мерзавцем. О чем еще думать?

  

 Допив ореховый напиток, бестия умыкнула из моего дома по своим храмовым делам, а я решил, что пора бы собираться на лекции.

  

 Вечер пятницы всегда был шумный, так как большинство адептов уезжали в родные дома. Средь этой толпы я не мог найти свою голубоглазую. Было очень интересно узнать, что поведала ей Верховная. Расскажет ли она мне? Доверится?

  

 Хотелось, чтобы моя девочка не чувствовала одиночество, которое было свойственно жрицам. Не раз в других городах я встречал случаи, где жрицы обрывали свою жизнь. Их существование все же было незавидное, отстраненное ото всех, даже от своих сестер. Но Таира была особенной. И все же я беспокоился, что ввиду новых обстоятельств ей будет не с кем это обсудить. Не очень верилось, что она примчится ко мне с расспросами. Может, мне стоит ее учить понимать наш диалект? 

 Не знал уже, какой повод придумать, чтобы видеться с ней еще чаще. Но повод появился сам.

  

 Утром следующего дня я отправился в реликвариум своего храма. Девчонка не заставила себя долго ждать, спасибо Хаосу. Призвал-таки бестию.

  

 Аккуратно ступая по мраморному мозаичному полу, жрица осматривала освещаемое пространство, а я любовался бестией из кромешной темноты, куда не проникал свет алтаря. Моя девочка принесла мне фрукты, что явно предназначались ей на обед. Какая заботливая. Вниманием и дарами не обделяет, хоть и не моя жрица… Пока не моя.

  

 Смотрела внимательно на стены, облаченные  в письмена, прикасалась еле-еле, будто боялась, что они исчезнут.

  

 – Настоящие письмена Богов. Вот бы понимать, о чем ведали эти слова, –  досадно отозвалась жрица, и я понял, как смогу с ней сблизиться.

  

 А потом вдруг девчонка уставилась прямо на меня, будто видит. Но это просто невозможно ввиду Тьмы в которой я стоял. Кажется она что-то чувствовала. Сильно ощущал ее мысли обо мне, что тянулись в меня, заполняя силой. Значит, все же чувствует моё присутствие. И судя по выражению ее лица-боится. Хотя я был точно уверен – именно мой храм, то место, где ей никогда и ничто не будет угрожать. 

Алтарь начал тухнуть, и девчонка устремилась к выходу. Мне стало досадно. Я хотел её видеть, слышать, чувствовать. Не как преподаватель в стенах академии, а как Бог  в стенах собственного жилища. 

  

 – До свидания, Темный Бог Ваал, – жрица попрощалась со мной, назвав моё имя. 

  

 Для Темных нет ничего слаще, чем слышать звучание собственного имени. А с ее уст это звучало слишком обжигающе.

 

Настроение было, словно приближался апокалипсис. С момента приобретения дара я не прочитала ничегошеньки, общаясь только с безмолвными стихиалями. Наступление учебной недели предвещало общение с магами, по которым я успела соскучиться за выходные дни.

 

 

 

– Чем занималась в моё отсутствие? – заинтересованно спросила Юста, поправляя свои локоны, когда на горизонте появился Теон. Я с толикой любопытства смотрела на то, как стремительно розовеют её щечки.

 

 

 

– Я что-то пропустила? – поиграв бровями, улыбаясь, глядя то на девушку, то на приближающегося мага. 

 

 

 

– Что? Ты о чем? – став совсем пунцовой, Юста начала копошиться в своей сумке. 

 

 

 

– Утра вам доброго, – Огненный маг встал между нами и приобнял нас за плечи. – Ну что, идем? Эта неделька обещает быть увлекательной.

 

 

 

– Это еще почему? – спросила Юста, улыбаясь парню, и я начала подозревать, что между парочкой точно есть огонек, если уж не целое кострище!

 

 

 

– Сегодня мы сдаем доклад декану, – весело отозвался парень, – Но удовлетворительную оценку получат не все, поэтому остальных будут морально перемалывать на уроке. Ты, кстати, написала доклад о своем поведении?

 

 

 

Парочка уставилась на меня, а я ударила себя по лбу. Это ж надо было забыть! Да что я вообще могла написать о Темных, когда ничегошеньки не знаю? Не думаю, что это будет аргументом для декана, когда он сам предложил мне свою помощь, а я просто проигнорировала. Хотя мне просто нужно было время, чтобы моё волнение от произошедшего поутихло. В общем, не сделанное задание в голове уже рисовало картинку «позор жрицы».

 

 

 

– Ну-с понятно, – констатировал Теон, читая эмоции на моем лице.

 

 

 

– Ну да, ну да, – поглощённая будущим позором, ответила я. – Я вас покину. Теон, увидимся на занятиях.

 

 

 

– Ты куда? – все так же обнимая за плечо целительницу, спросил маг. Значит, всё-таки кострище!

 

 

 

– Надо найти декана до занятий.

 

 

 

Следующие полчаса я бегала по корпусу нашего факультета в поисках преподавателя. Не обнаружив его даже в собственном кабинете, отправилась в аудиторию. Очень не хотелось, чтобы кто-то знал, что я не сделала доклад. Мое жреческое положение не было поводом для невыполнения заданий. В этом я не хотела выделяться от остальных. Я такой же ученик академии, как и все. 

 

 

 

Войдя в аудиторию, обнаружила сидящего декана на своем месте, что тщательно изучал какие-то книги. Словно почувствовав мой взгляд, он резко поднял голову и, уставившись на меня, улыбнулся. Я оторопела. И чуть ли не спотыкаясь, быстро прошла к сидящему Теону. Аудитория мигом заполнилась студентами и прозвенел звонок на первую пару.

 

 

 

– Ну что? – спросил шепотом Теон.

 

 

 

– Совсем ничего, – печально отчеканила я, буравя стол взглядом. – Сегодня меня выпотрошат.

 

 

 

– Боги с тобой, – успокаивал меня маг. – Не переживай.

 

 

 

А я очень даже переживала. Как будто впервые ЕГЭ сдаю. Да мне так страшно не было, когда я диплом защищала.

 

 

 

 

 

Соберись, тряпка, соберись! – успокаивала я себя, но лучше не становилось.

 

 

 

Пара началась с проверки докладов. И вдруг меня осенило! Ведь декан не может вызвать меня рассказывать доклад о Темных. О нем вообще никто не в курсе. Ну, кроме нас с деканом. Но что-то я упустила, потому что спустя время я услышала свое имя, будто гром средь ясного неба. И начала я себя чувствовать отключенным электричеством.

 

 

 

– Что-то вы, адептка Таирлана, сегодня тихая, – сказал Высший маг.

 

 

 

– А разве убийство планируют громко? – ответила я, и все залились гоготом. Надо было тянуть время. До звонка оставалось недолго. Декан одарил меня странным взглядом. Шутку не оценил.

 

 

 

– А почему вы всегда одеваетесь в черное?

 

 

 

 Ира, ты вообще что несешь? Какой блин черный? Хотя... черный цвет ему шел куда больше, чем нашим некромантам. 

 

 

 

– Готовлюсь к похоронам, – повисла тишина, самая, что ни есть гробовая и зловещая. – А почему вы всегда так откровенно одеваетесь на мои лекции? 

 

 

 

На ваши? Слишком много чести! Я так на все лекции одеваюсь...Да и не только на лекции! Я вообще вся такая откровенная и в повседневности! Жаль вы не замечаете этого...

 

 

 

– Я думаю, вы слишком много на меня смотрите. Может, даже что-то пошлое придумываете?  – его губы дрогнули. Ответ явно оценил.

 

 

 

– Я живу рядом с погостом и недалеко от храма Хаоса, – констатировал декан. – Станешь еще выпендриваться, будешь жить там же.

 

 

 

– С вами? Вынуждена отказаться, – хихикнула, понимая, что у нас начался словесный батл.

 

 

 

– А я уж было испугался! Я вот никогда не был в цирке, но одного клоуна в академии мне хватает регулярно, – ехидно оскалился этот гад.

 

 

 

– Да как вы смеете? 

 

 

 

– Тише-тише, – ответил декан. – А то мне уже стыдно за вас, адептка Торман, – снова усмехнулся. Вот ведь кусок говна в чёрном камзоле! 

 

 

 

– Все! Прекратите из меня дурочку делать! – злилась, закипая как чайник.

 

 

 

– Никто из тебя дурочку не делает. Это твоя инициатива, – его глаза смеялись, а вместе с ними и аудитория закатывалась смехом от спектакля, что мы устроили.

 

 

 

Ну уж нет. Так дело не пойдет...

 

 

 

– Выходите к доске, адептка. А то устроили тут цирк.

 

 

 

– И вы в нем главный представитель, – фыркнула, выйдя к доске. – А знаете, что? – встала напротив мужчины, что сверкающем взглядом бегал по моему лицу. – Я думаю, что где-то в вас, там…– ткнула его пальцем в грудь. – Прячется классный мужик, поэтому не надо вести себя, как старый ворчливый дед.

 

 

 

Пан или пропал. Либо мне ответят не менее колко, либо ждет меня извращенное наказание, к коему я еще не была готова, но предвкушение уже во мне затаилось.

 

 

 

– Ты и вправду думаешь, что подобные слова поднимают твою популярность в глазах адептов? Ты не настолько красива и привлекательна, чтобы мне хамить.

 

 

 

Ребята загудели не соглашаясь. Я поняла, что меня приструнили. Вглядываясь в уже рассерженного мужчину, я поняла, что мне есть чем разбавить этот пафос.

 

 

 

– Мне кажется, вас мало в детстве обнимали, – на свой страх и риск я сделала шаг ближе. – Давайте я вас обниму? – и раскрыла руки для объятия. Вся такая счастья излучаю, а сама готова зубы в шею и ядом прыснуть. – Ну же декан Баэль, где ваша смелость? Обнимайте пока не передумала!

 

 – Зачем с объятий начинать, давай уж сразу с постели? – ухмыльнулся этот гад и моя  адекватность потеряла границы.

 

 

 

– Можно я перейду на «ты», чтобы дать вам в морду? – разозлилась я не на шутку. Руки сжала в кулаки и челюсть сомкнула. Сам напрашивается!

 

 

 

Прозвенел звонок и все умчались, куда подальше от нас, чтобы не попасть под горячее. А мы так и стояли, глядя друг на друга. Уже не со смехом, но и не со злостью.

 

 

 

– Какой же вы нахальный мерзавец, – проворчала, но не расстроившись. – Вот даже не знаю, как бы вас вежливо обозвать? 

 

 

– Не знаю, Торман, чем ты руководствовалась, затевая все это, но логику я сразу вычеркнул, – улыбнулся гад.

 

 

 

– Я рада, что вам смешно, – показала язык.

 

 

 

– Понимаю, что у тебя ко мне личная неприязнь, но не нужно игнорировать то, что я говорю, – резко перешел на более суровый тон. – Не забывай, тебе нужно заниматься. Что с даром?

 

 

 

– Ни малейших изменений, – развела руки в стороны. А вдруг обнимет?

 

 

 

– Вечером, в семь, я жду тебя в темной библиотеке, или у себя дома. Где тебе удобно?

 

 

 

– Не вы ли говорили, что вечером приходить к преподавателю не самая хорошая идея?

 

 

 

– Вот поэтому в семь вечера, а не в двенадцать ночи и семь минут, как это было недавно.

 

 

 

Декан подмигнул мне и удалился с аудитории, оставив меня одну. У него нервный тик начался из-за меня или он действительно мне подмигнул?

После ужина у меня был еще час до встречи с деканом. Буря, что вызвал этот мерзавец, во мне немного поутихла. Думаю, окунувшись в изучение древних санскритов, мои мысли о декане остановятся в стадии зачатия. Сейчас мне нужно было понять, почему я знаю то, что по мнению Верховной, знать не должна.  Я заметила ее неподдельное возмущение вперемешку с интересом к тому, что я ей поведала. Хотя она всячески пыталась держаться безэмоционально. Знакомо мне такое выражение. Словно я получила гран-при не по заслуге. Это изрядно насторожило.

 

 

 

Странное положение вещей и стечение обстоятельств. Получается, Высший маг единственный, кто может мне помочь. Он точно как-то замешан с Богами. И если история о Высших магах еще более-менее понятна, и она не имеет прямого исторического пересечения с Богами, то откуда ему знать диалект Богов? А не может ли он быть…

 

 

 

– Нет, не может. Богу что, заняться нечем, как студентов обучать, когда как Север исчезает, все больше превращаясь в огромный  Чертог Бездны?

 

 

 

Взглянув на часы, нехотя поднялась с кровати, чтобы привести себя в порядок.

 

 

 

– Неплохо бы освежиться, – подтвердила самой себе.

 

 

 

Набирая теплую ванну, бросила по горсти разных трав и солей. Комната наполнилась душистыми и пряными ароматами. Пространство озарялось пламенем свечей.

 

 

 

– Благодать, – выдохнула, погружаясь в теплую ванну. – Ради этого стоит жить.

 

 

 

Задержав дыхание, я ушла под воду. Так думалось свободнее и легче. Нет никаких беспокойств, тревог, волнений. Стихия все забирала. 

 

 

 

Не имея стихийной магии и вообще какой-либо принадлежности к магам, я знала, что я единственная, кто находится к элементам ближе всех. Соединяясь с энергией, что открыта для меня всем своим естеством, я чувствую единство, которое никому не хочу поведать, никому не хочу показать, потому что, это моя сакральная тайна.

 

 

 

Двумя длинными шпильками, что были украшены кристаллами, я заколола мокрые, непослушные волосы, что постоянно пытались выбраться из пучка. Одела шёлковое, красное платье, на котором вышиты серебряными нитями цветы Анхеллы. Нравился мне этот цветок. Он напоминал нашу лилию, хотя здесь у цветка была дурная слава. Его считали цветком смерти. Сок, что сочился из стеблей был ядовит. Одна капля на рану, и человек отправляется к Хаосу. 

 

 

 

Недалеко от дома декана Баэля было кладбище преподавателей-магов, что работали в академии верой и правдой всю свою жизнь. И зачем ему понадобилось жить так близко к покойникам? Ну что за тип… Хотя неплохой «ров» от назойливых адепток, что давились слюной, глядя на нашего декана или роняли слезы, так как он был одинаково ко всем не приклонен.

 

 

 

Сердце вдруг бешено заколотилось, когда я подошла к двери дома. Но не успела я постучать, как та тут же отворилась.

 

 

 

На пороге стоял декан. Весь такой домашний, теплый и уютный. Растрепанные мокрые волосы, слегка прилипшая рубашка к телу, вызвали у меня умиление. Похоже, оделся наспех. И нет ни единого следа от того безумного чертяги.

 

 

 

– Не ожидал, честно говоря, – сказал мужчина, проводя по мокрым волосам пятерней. Пока я таращилась на это зрелище, Баэль кивком намекал, что мне пора бы войти. 

 

 

 

– В смысле не ожидали? Сами сказали прийти, – я удивилась, но продолжила взглядом изучать такого милого декана. Сейчас он казался именно таким. Захотелось прижаться к нему, почувствовать тепло его тела и мужской аромат. Что-то екнуло во мне очень некстати... – Хотите, я уйду, если  не вовремя? 

 

 

 

– Нет, останься. Просто был уверен, что ты и дальше надумаешь меня избегать.

 

 

 

– Вина не предлагайте только.

 

 

 

– И не собирался.

 

 

 

Устроившись напротив камина в шерсти непонятного монстра, я рассматривала несколько манускриптов, что декан разложил подле меня. Ближайшие два часа я записывала новые иероглифы и их значения. Декан предоставил мне зачарованную тетрадь, которую могла открыть только я. 

 

 

 

– Интересный артефакт, – рассматривала с любопытством вещицу. – Где такие продают?

 

 

 

– Нигде. Это тебе подарок. Посторонним лучше не ведать о делах жрицы, ведь так? – теплая улыбка нарисовалась на его лице, которая вызвала у меня подозрение. И что он за это хочет?

 

 

 

– И чего это мы сегодня такие милые и добрые?

 

 

 

Я что, сказала это вслух? Вот же дурная…

 

 

 

– Не стоит? – тон стал более грубым. – Предпочитаешь, когда с тобой жестко... Разговаривают?

 

 

 

 

 

Душа моя сразу направилась к пяткам, а сердце начало бешено биться. Но я взяла себя в руки, прищурившись, зловеще усмехнулась.

 

 

 

– Таира… Расскажи о себе? – декан взял из моих рук манускрипт, чтобы я обратила на него внимание.  Вот только  я понятия не имела, что ему рассказать. Не могу же я поведать историю о том, как попала в этот мир, и кем я по факту являлась. Не настолько, как мне кажется, я ему доверяю. Хотя умудрилась же провести с ним ночь в одной кровати, гордая, голая и пьяная. И даже после этого не было у меня тотального доверия. Хотя, наверное, именно из-за этого его и не было. Напоил дурочку-студентку. Спасибо хоть не воспользовался. Возможно, просто потому что испугался гнева Богов.

 

 

 

– Ну-у-у… – протянула я, задумываясь, чего б такое придумать. – Мне было пятнадцать лет. Меня нашли в колодце на границе Алавера. Я ничего не помню, что было до этого.

 

 

 

– Совсем ничего? Ни родителей, ни места где росла? – удивился маг, а я помотала головой.

 

 

 

– Несколько недель я прожила у магов земли. Они заботились обо мне. Думали, что из-за пережитого у меня стресс. Я разговаривала с лесными духами, думала у меня помутнение рассудка. Собственно, тогда многие так думали. Ведь духи никому не являются.

 

 

 

– А тебе явились, – сказал декан, а я кивнула. – Они тебе сказали, что ты наречённая дочь?

 

 

 

– Нет. Пока я не прибыла в храм Четырех Богов, я считала, что сошла с ума. Старец, воздушный маг, тогда сказал, что только избранные могут видеть и слышать духов. Ну а потом, я оказалась в храме. Боги поведали Верховной, что я избрана ими. Так я стала жрицей, нареченной дочерью и Верховная определила мою дальнейшую судьбу.

 

 

 

– А ты сама-то хочешь быть Верховной? Думаешь, кто-то может за тебя решить твою судьбу? Даже Высшим это неподвластно.

 

 

 

Я выдохнула. Ответа у меня не нашлось.

 

 

 

– Почему же вы так интересуетесь моей жизнью, но при этом не хотите ничего рассказать о себе? – выкрутилась я, не зная, чего еще сказать.

 

 

 

– А что именно тебя интересует?

 

 

 

– Ну… Например, почему у вас так темно в доме? – задала первое, что пришло мне в голову. Вопрос идиотский, знаю, но вдруг он вампир, которому нужна кровушка девственной жрицы?

 

 

 

– А как надо? – усмехнулся мужчина, подпирая щеку рукой. Сейчас он был таким простым. И от грозного мага нет и следа.

 

 

 

– Посветлее, что ли, – улыбнулась я.

 

 

 

– Это без надобности.

 

 

 

– А у вас семья есть? Или женщина? А сколько вам вообще лет? – вопросы полезли сами собой. Несколько секунд он всматривался в моё лицо. И чего он там увидел?

 

 

 

– И с какой же целью ты интересуешься о таком, любопытная жрица? – усмехнулся он.

 

 

 

– Да так, просто.

 

 

 

На лицо выбилась непослушная прядь волос. А этот уже не хам наклонился, аккуратно спрятал ее мне за ухо, проводя пальцем по щеке. В его темно-синих глазах я видела, как танцевало пламя. Сейчас я начала чувствовать то ли желание сблизиться с Высшим магом, то ли мне вообще уже нужно было мужское внимание и ласка. Сердце билось спокойно и ровно. Словно я там, где должна быть и с тем, с кем должна. Но я не имела права нарушать клятву, которую дала в храме. Но соблазн был велик, даже слишком. И декан, словно ощутив мои мысли отстранился.

 

 

 

– Семьи нет, женщины тоже. У меня их несколько, – он усмехнулся, а у меня глаза на лоб полезли. Вот ведь, Донжуан недоделанный. – Но сейчас большую часть времени я отдаю академии, и одной нерадивой жрице. А лет мне очень много.

 

 

 

– Триста или четыреста? – спросила я, улыбаясь.

 

 

 

– Невежливо у Высшего мага спрашивать о его возрасте, – расхохотался декан, а я начала утопать в этом смехе. – Четыреста вроде, уже точно не помню.

 

Мама родная, какой старый, красивый и наверняка умопомрачительно опытный. О чем я вообще думаю?

 

– И сколько вообще живут Высшие маги?

 

 

 

– А что? Я уже так тебе надоел, что ты думаешь, когда же я к Хаосу отправлюсь? 

 

 

 

Теперь не выдержала я и залилась хохотом. Заразительная штука–смех.

 

 

 

Время стремительно перекатило за полночь, а мы даже не заметили. Наедине с ним оказывается было так просто. Он не кичится тем, кто он есть, а я была собой. Была Ириной.

 

 

 

– Думаю, что мне пора, – я встала и оправила помявшееся платье.

 

 

 

– Провожу тебя до корпуса.

 

 

 

– Не стоит! – выпалила я, как будто боялась, что меня застукают и отругают, как маленькую девочку.

 

 

 

– После полуночи некроманты ошиваются. Напугают еще.

 

 

 

– Они? Меня? Или вы все-таки о них беспокоитесь? – я снова засмеялась, а преподаватель одарил меня нежной улыбкой. Не знала, что он так может

 

 

– Тебе больше идет, когда ты смеешься, а не ругаешься, – он протянул свою руку, снова касаясь моей щеки.

 

 

 

– О вас могу сказать то же самое, – шепнула, замерев.

 

 

 

– Ну, как видишь, не такой уж я и хам, пока ты не начнешь меня изводить и злить. 

 

 

 

 

Ночь была на удивление теплой. И нам не попался ни один некромант. Либо они хорошо маскировались, либо декан пошутил и захотел меня проводить. Жест заботы я оценила. Казалось, что наше отношение друг к другу резко сегодня изменилось. Или же этому поспособствовала ночь, что мы провели вместе. Где-то в сердце зародилось тепло и спокойствие. А подарок декана, что я прижимала к своей груди, грел душу.

Проводя меня до общежития, он ушел. А я продолжила буравить его спину. И к моему удивлению он обернулся, а я словно дурочка сразу убежала. Вот ведь застукал, что я пялилась.

Интересно, он осознает, что между нами происходит то, что происходить недолжно?

 

Поток мыслей о сегодняшнем продуктивном вечере оставлял меня «на плаву» во втором часу ночи, но стоило мне опустить голову на подушку, как тут же я погрузилась в сон.

 

Стоило солнечным лучам коснуться моего лица, я поняла, что меня призывают Боги стихий. По инерции я быстро собралась и покинула академию с спозаранку.

 

 

 

По храму витало чарующее женское пение. В контурном зале я присоединилась к жрицам, воспевая утреннюю молитву. Когда солнечные лучи достигли чаши Богов, всё постепенно начало умолкать, а жрицы разбежались по своим делам, оставляя меня одну.

 

 

 

Вглядываясь в вечно горящий огонь, меня посетило видение. Женский образ предстал передо мной. Её лик светился, и я не могла разглядеть ни единой черты лица. Она молчала, и от нее веяло теплом и спокойствием, но позади нее была тень темнее ночи. Вдруг свет и тьма потянулись ко мне. Я желала прикосновения с ними, но что-то пробудило меня раньше, чем мы дотронулись друг до друга.

 

 

 

 

 

– Конец второй пары, – твердила я. – Можно смело не идти на занятия, и так все пропустила, – расположившись под яблоней в саду, обдумывала дальнейшие действия.

 

 

 

– Я думаю, что не все, – чья-то тень загородила мне солнышко, что грело лицо. Открыв глаза, я увидела декана, который устроился рядом.

 

 

 

– А что вы тут делаете? – удивленно спросила я.

 

 

 

– То же, что и ты – прогуливаю, – улыбнулся декан.

 

 

 

– Извините, – замялась от смущения, что меня поймали. – Я только с храма и…

 

 

 

– И почему же ты захотела прогулять? – взгляд Эльтара был таким мягким. По-моему он так никогда на меня не смотрел. Даже врать и придумывать ничего не хотелось.

 

 

 

– Я очень хочу спать, – выдохнула виновато. – Так почему вы… Кхм, прогуливаете? –  взглянула на него, одаривая своей улыбкой.

 

 

 

– Немного подвинули расписание. Так что у тебя еще артифакторика, а после две пары мои. Рада? – усмехнулся преподаватель.

 

 

 

– Не то слово.

 

 

 

– Вставай, – поднимаясь с травы, декан протянул мне руку.

 

 

 

– Не-не, еще минут двадцать у меня есть, дайте поспать, – уткнулась я в мягкий зеленый газон.

 

 

 

– Напишу на тебя донос ректору, – серьезно ответил Эльтар, и я тут же вскочила.

 

 

 

– Ну что вы как заноза в мягком месте? – отряхаясь, зашагала в сторону академии.

 

 

 

– Да куда ты идешь? – декан схватил меня за руку и резко потянул на себя. 

 

 

 

Не ожидая такого, я свалилась к нему в объятия. Сильные и горячие руки держали меня, словно не хотели отпускать. Я смотрела в синие глаза, и снова тонула. Огонь, что запылал во мне, привел меня в сознание. И это был далеко не огонь страсти, а огонь стихии, который дал мне понять, что мои действия отнюдь не приличны. Я отстранилась от мужчины и меня одарили задумчивым выражением лица.

– Идём, девочка, я покажу тебе одно волшебное место.
 

Ага, именно после таких слов хочет бежать, куда подальше сверкая пятками. Но не от Баэля… Нет.

 

Я сильно удивилась, когда декан меня привел к темному лесу. Может все-таки стоило бежать?

 

 

 

– Вы что, предлагаете туда пойти? – глядела я ошарашено на преподавателя, что усмехался над моим удивлением.

 

 

 

– Возникли некоторые теории по поводу твоего дара, и как его разбудить. Не доверяешь мне?

 

 

 

– Ну-у-у... – протянула я, думая как бы не обидеть сильнейшего мага мира. – Сомнительное предложение. Туда же нельзя ходить.

 

 

 

– Кто сказал?

 

 

 

– Все говорят. Зайдешь туда и не выйдешь.

 

 

 

– Глупости все это.

 

 

 

– Признайтесь, вы хотите от меня избавиться?

 

 

 

– Какая ты догадливая, а я-то уж подумал, что план мой удался, – рассмеялся декан. – Не бойся. Если ты так сомневаешься, спроси у стихий, ну или задай мысленно вопрос Богам, думаю, не проигнорируют. Во всяком случае, они не позволят тебе зайти туда, где для тебя опасно. Разве не так?

 

 

 

Действительно. Так оно и было. Стихии никому не давали туда пройти, огораживая лес магией. Что ж, проверим.

Заходя в лес, я не почувствовала ровным счетом ни-че-го. Лес как лес. Из-за ветвистых деревьев неба почти не было видно, а солнечные лучи и вовсе не проникали. Темнота, одним словом. 

 

 

 

– Ну,  расскажите, что вы там придумали?

 

 

 

– Попробуем через медитацию достучаться до твоего дара.

 

 

 

– А что, в другом месте никак?

 

 

 

– Чем тебя лес не устраивает? Ты должна мне спасибо сказать за прогул скучных лекций, не думаешь?

 

 

 

– Да вы же меня буквально похитили с этих самых лекций.

 

 

 

– Я посчитал, что время, проведенное со мной, будет лучше, чем артифакторика с дряхлым стариком, – усмехнулся самоуверенный мужчина. – Я думал ты не будешь против. И как твой декан, я могу поэксплуатировать тебя в своих нуждах.

 

 

 

– Поэксплуатировать в своих нуждах? – уставилась на Баэля, не понимая, чего он удумал.

 

 

 

– Скажу, что у тебя были особые поручения от меня, поэтому ты и пропустила.

 

 

 

– Это же какие там особые поручения? – хмыкнула я, но ответом меня не удостоили.

 

 

 

Вскоре на нашем пути появились цветы смерти. Не было видно и края этим росткам. Похоже, они расположились по всему лесу. Декан подошел ко мне и взял на руки.

 

 

 

– Ой! – воскликнула я от неожиданности. – Что вы делаете?

 

 

 

– Несу тебя. Не думаешь же ты, что смерть тебя не коснется, если сок цветка попадет на рану?

 

 

 

– Да нет у меня никаких ран! Я буду аккуратно идти. Неудобно же как-то, – смутилась я от неожиданно близкого контакта.

 

 

 

– Могу через плечо перекинуть, если так тебе неудобно, – рассмеялся Эльтар.

 

 

 

– Да не в этом смысле неудобно! – начала брыкаться, чтобы меня опустили, но декан был непреклонен. Остановившись, одарил сердитым взглядом.

 

 

 

– Ладно, ладно, молчу, – обняла его могучую шею руками и думала, куда бы уставиться, а то все время смотрю на его лицо, что очень близко ко мне располагалось. Романтично ё-моё.

 

 

 

Нес меня декан недолго. Вскоре мы оказались в нужном месте.

 

 

 

– О Боги! – ликовала я. – Что это?

 

 

 

Перед моими глазами был пруд нежно-голубого цвета. Вокруг него, словно стражи, стояли массивные, красные деревья, окружая всю эту красоту. Солнечные лучи касались глади воды, и давали радужный отблеск. В воде отражались красные  деревья и из-за этого, словно кровь, растекалась по голубой глади. И невероятно красиво и безумно устрашающее зрелище.

 

 

 

– Обалдеть! – никак не могла нарадоваться тому, что вижу.

 

 

 

– Рад, что тебе понравилось. Надо найти подходящее место для медитации.

 

 

 

– Не удивительно, что стихия сюда никого не пускает. 

 

 

 

Я подошла к воде и прикоснулась к ней. Удивилась, что не почувствовала в ней энергию и не услышала стихию.

 

 

 

– Странно, – посмотрела я на декана. – Ничего не чувствую. Стихия не отзывается.

 

 

 

– Потому что здесь нет магии. Это как отдельное измерение, – маг  зачерпнул воды в ладони и испил.

 

 

 

– Может, не стоит ее пить? – спросила с опаской за его здоровье.

 

 

 

– Переживаешь за меня? – подмигнул мне декан.

 

 

 

– Естественно. Я вас не дотащу до лазарета и сама вряд ли смогу помочь.

 

 

 

– Садись туда, где тебе будет комфортно. Прими удобную позу и закрой глаза.

 

 

 

Я села в позу лотоса, оправила длинный, свободный сарафан, который полностью закрыл мои ноги. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь почувствовать все свое тело и пространство.

 

 

 

 

 

Удивительно... Не единого звука, кроме шелеста листьев и нашего дыхания.

 

 

 

– Так, – сказала я. – Что дальше? – надеясь услышать дальнейшее наставление, продолжала сидеть с закрытыми глазами.

 

 

 

– Медитируй. А я посплю.

 

 

 

Я открыла глаза и обернулась, чтобы посмотреть на преподавателя. Он лежал позади меня, закинув руки за голову и прикрыв глаза. Набрав  в ладони воды, я  брызнула в него.

 

 

 

– Девчонка! – зарычал он. – Что ты творишь?

 

 

 

– Мешаю вам спать! – разозлилась я такому стечению обстоятельств.

 

 

 

– Медитируй!

 

 

 

– Я не могу, когда кто-то рядом спит! Мне, может, тоже хочется! – надула губки, словно обиженная девочка.

 

 

 

– Знаешь… Иногда мне кажется, что ты пришла из другого мира по мою душу. 

 

 

 

– Возможно, так оно и есть!

 

 

 

Преподаватель неодобрительно фыркнул и сел позади  меня. Спиной я ощутила жар его тела и понимала, что таким образом у медитации не будет никакого эффекта. Разве, что один все-таки был…

 

 

 

– Выдохни. Забудь, что я здесь. Сконцентрируйся на каком-нибудь звуке.

 

 

 

Я выдохнула. И единственный звук, что я слышала – это стук моего сердца и тяжелое мужское дыхание. Я ощутила горячую руку на своем животе и подскочила.

 

 

 

– И что вы делаете? Как я сконцентрируюсь от ваших прикосновений?

 

 

 

– Куда ты вскочила? Сядь обратно! – в голосе декана я услышала нотки раздражения.

Он пытается мне помочь, вместо того, чтобы заниматься своими делами, а я веду себя как  сопливая школьница. Но как еще можно реагировать, когда страстно-горячий мужчина лапает тебя в месте, где нет ни единой души? Хотя я прекрасно знала, как нужно реагировать, но боюсь не в данный момент.

 

 

 

Закусив язык, я молча села, и специально придвинулась к нему вплотную. И ничегошеньки меня не смущает!

 

 

 

– Ну, если так тебе удобнее… – протянул декан. – То давай так, – и прижав меня к себе еще ближе, обеими руками обнял мою талию, а по шее пробежался легкий холодок, когда он подул на нее. 

Зачем он так издевается? Чего он хочет?

Ох, глупая, глупая Ирина. И дубу ясно чего он хочет. 

 – Знаете… Наши отношения «декан–адептка», как мне кажется, слишком быстро начали выходить за рамки дозволенного.

 

 

 

– Таира, когда это будет действительно так, я дам тебе знать.

 

 

Пару минут мы сидели молча, не шевелясь. Твердая рука мужчины покоилась на моем животе и продолжала  обжигать меня прикосновением. Я натянулась как струна. Тяжело было расслабиться. Боялась, что не выплыву, утону в его объятьях.

 

– Ты неправильно выдыхаешь. Вдыхаешь грудью, выдыхаешь грудью. У тебя же подрагивает живот. Давай еще раз. Выдыхай. И расслабься уже наконец... – выдохнул мне в ухо. – Не съем тебя.

 

Пока я училась правильно дышать в объятьях декана, тот молчал. Вскоре я перестала чувствовать его присутствие... Его тепло. Мне казалось, меня окутала тьма. Я почувствовала незнакомую мне энергию. Что-то темное, но очень теплое витало около меня, не давая к себе прикоснуться. Дразнило, манило, но в руки не давалось, а потом переплела меня и куда-то исчезла.

 

 

 

– Таира… Очнись.

 

 

 

Я открыла глаза и увидела голубое небо, и взволнованные синие глаза декана.

 

 

 

– Нам пора уходить. Тебя ждут лекции, – улыбнулся он и помог мне встать.

 

 

 

– Я так долго была в отключке? – спросила я, глядя на мужчину.

 

 

 

– Что ты помнишь?

 

 

 

– Ничего. Темнота, тишина и очень странная энергия. Не знаю, как объяснить. Что-то не знакомое. 

 

 

 

– Ясно, – сухо ответил декан и снова взял меня на руки. Я больше не сопротивлялась, а в голове возникло еще больше вопросов и противоречий. 

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник
БИБЛИОТЕКИ

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги