Истинная для трёх драконов

Маринка взахлёб рассказывает о своём новом ухажёре, так что мне остаётся лишь кивать и поддакивать. И надеяться, что на этот раз она не настроила воздушных замков и её чувства взаимны. Но чем больше её слушаю, тем стремительнее тает эта надежда: у них было всего одно свидание, он ещё даже не перезвонил, а она уже планирует свадьбу.

– Ну, а ты что? – подруга прерывает свой вдохновенный монолог и вопросительно на меня смотрит.

Пожимаю плечами:

– А что я? Учёба закончена, распределения нет, так что завтра начну искать работу.

– Да я не об этом, – отмахивается от моей попытки соскользнуть с интересующей её темы Маринка. – Встречаешься с кем-нибудь?

– Нет.

– Танька, вокруг тебя столько парней вьётся, неужели так сложно определиться?

Пожимаю плечами и делаю несколько глотков остывшего кофе в надежде, что этот ответ её удовлетворит.

Напрасно надеялась, понимаю я, когда подруга произносит:

– А чем тебе Кирилл не нравится? Нормальный парень, упакованный.

Улыбаюсь:

– Упакованный благодаря родителям. А сам он ничего из себя не представляет. Учится плохо, надеется, что родители и дальше будут его содержать. А ещё всё время нахваливает свою квартиру и машину, словно сам на всё заработал.

– Допустим, – соглашается подруга. – А Миша? Чем тебе Миша не угодил?

– Внешностью, – честно признаюсь я.

– Ох уж эта твоя любовь к красавчикам! – укоризненно произносит Маринка. – Пойми, мужчина должен быть немного красивее обезьяны, этого вполне достаточно.

Улыбаюсь:

– Не думаю, что смогла бы переспать с обезьяной… Да и не предлагал мне ничего Миша. Ходит, смотрит и молчит. Не думаю, что смогу быть с тем, кто не способен сделать первый шаг.

– А Витя? Что с Витей не так?

– С ним весело, – признаю я. – Вот только он не пропускает ни одной вечеринки. Не думаю, что в будущем это изменится. Да и говорить с ним можно только о том, кто что учудил. А мне бы от отношений хотелось другого… С ним я чувствую себя слишком взрослой.

– Ладно. Тут согласна, Витька незрелый и к серьёзным отношениям не готов. Но ведь можно повстречаться просто для здоровья!

Вздыхаю:

– Для здоровья? Ты о том венерическом, которым наградил меня бывший и которое я месяц антибиотиками лечила? Нет уж! Спасибо, но больше не хочу. Как-нибудь обойдусь без повторения опыта.

– Ну да, в тот раз неприятно получилось… Но красавчики обычно всегда изменщики. Хотя прятался он мастерски. Если бы не болезнь, могли бы и не догадаться.

– Ага, – вздыхаю я. – Говорил, что я для него единственная, та самая. Кто же знал, что мы настолько по-разному понимаем значение этого слова, да и вообще верность в отношениях в принципе. Казалось бы, ёжику понятно, что тыкать в посторонних девушек членом – это измена и есть. Но нет…

Времени прошло с того случая уже порядочно, но всё ещё чувствую возмущение.

– Нельзя же из-за одного козла ставить на себе крест! – продолжает напирать Маринка.

Улыбаюсь:

– Но и бросаться на первого встречного, только чтобы не быть одной, я не готова. И понижать свои стандарты не готова тоже. Я ведь немногого хочу: чтобы красивый был, адекватный, семью хотел и не изменял. Всего-то.

– Тут или красивый, или чтобы не изменял, – качает головой подруга. – Вот мой Саша пусть и не писаный красавец, но я этому даже рада – меньше шансов, что изменять будет.

Вздыхаю:

– Не могу встречаться с тем, кто не нравится мне внешне… Я ведь не хочу ничего такого, что бы не могла предложить сама: я красивая, по крайней мере по словам других людей; у меня красный диплом, так что тупой меня не назвать; хочу серьёзных отношений, а в будущем и детей; никогда никому не изменяю. Я просто хочу, чтобы парень мне соответствовал.

– С твоей планкой тебе сложно придётся. Но всё-таки желаю, чтобы получилось. В крайнем случае всегда сможешь завести несколько кошек.

Улыбаюсь:

– Кошки точно венерическими не заразят, так что не самый плохой вариант. Я подумаю.

– Да ну тебя!.. Ой! Он звонит! Звонит! Так… – Маринка делает глубокий вдох, выдох и только после этого отвечает на вызов. В её голосе появляются жеманные нотки: – Аллё! Кто это?... А!.. Привет!.. Да, свободна… Да, могу… До встречи.

Она нажимает на завершение звонка, а после этого поднимает на меня горящие восторгом глаза:

– Танька, мне пора! Он пригласил меня в кино, представляешь?!

– Раз так, то беги готовиться, – улыбаюсь я.

– А ты не обидишься?

– С чего бы? Беги.

Подруга радостно подхватывается с места и танцующей походкой выходит из кафе. Глядя ей вслед, не могу перестать улыбаться. Очень надеюсь, что на этот раз у неё всё получится и он окажется тем самым. Уже то, что парень позвонил на следующий день после свидания, кажется хорошим знаком.

Может быть, дело в этом? В том, что я после тех злосчастных отношений ни разу настолько сильно, как Маринка, не обрадовалась приглашению на свидание? Может быть, если бы влюбилась, мне бы и внешность парня стала безразлична? Кто знает...

Допиваю кофе и отправляюсь в библиотеку. Пока я не нашла работу, самое время погрузиться в мир магии и любви. Кто знает, как оно потом сложится – вдруг времени на чтение не останется?

Солнышко приятно греет. Клумбы с цветами радуют яркими красками. Ветер охлаждает кожу и разгоняет духоту… Чудесный день! Самое то для неспешной прогулки.

Уже почти дохожу до библиотеки, которую обычно посещаю, как вдруг вижу неоновую вывеску «Дверь в сказку» на соседнем здании. Настороженно хмурюсь: почему я не заметила, что здесь что-то открыли, когда шла в кафе? Странно. И из названия неясно, что это: то ли магазин, то ли очередная кофейня. Но интригует. Времени свободного полно, так что нажимаю на ручку и захожу внутрь.

Дверь за моей спиной со стуком захлопывается. Оборачиваюсь – а там глухая стена. Каменная. Да и помещение, в котором я оказалась, странное: не может быть настолько высоких потолков внутри типичной многоэтажки.

В стене напротив того места, где я стою, ещё одна дверь. Пожимаю плечами и отправляюсь к ней. Тяну на себя резную ручку и оказываюсь в огромном зале размером где-то с футбольное поле. Пол мраморный. Стены из чёрного камня кажутся монолитными. Потолок метрах в двадцати над головой и выполнен в виде купола. В помещении светло, хотя явных источников света нет.

Пока я с изумлением осматриваюсь по сторонам, не понимая, куда попала, из незамеченной мной дверки слева выходит невысокий толстячок в белых одеждах и радостно улыбается:

– Рад вас приветствовать, госпожа! Как же я рад! Это просто замечательно!

На всякий случай запускаю руку в сумку, нащупываю перцовый баллончик и уже после этого настороженно спрашиваю:

– Кто вы и где я?

– Не переживайте, – мужчина останавливается от меня в трёх шагах. – Вы попали в мир драконов. А раз вы смогли увидеть дверь и зайти в неё, значит, являетесь чьей-то истинной парой. Прошу вас, следуйте за мной!

Понятнее не становится. Я попала в какую-то ролевую игру? Или это какое-то тайное общество? Ничего не понимаю. На всякий случай произношу:

– Я случайно сюда попала. Думаю, вы меня с кем-то перепутали.

– Никакой ошибки быть не может! – заверяет меня мужчина. – Ох! Простите! Я не представился! Называйте меня Санрим. Я являюсь главным советником правителя и отвечаю за поиск истинных пар.

– Татьяна, – проявляю вежливость я.

– Приятно познакомиться, Таяна! – обрадованно кивает Санрим. – Не переживайте, я вам всё объясню. Только давайте пройдём сейчас к кристаллу поиска, чтобы подать сигнал вашему истинному о том, что вы появились в нашем мире. Он, конечно, и сам почувствует, но на это может уйти время. Пойдёмте! – затем, видимо, заметив мой недоверчивый взгляд, добавляет: – Обещаю, что вам у нас ничего не угрожает. Я не причиню вам вреда. Идёмте!

Он поворачивается спиной и направляется к той самой неприметной двери. Мне ничего не остаётся, как последовать за ним.

Мы оказываемся в просторном каменном коридоре с факелами, развешанными вдоль стен, и сворачиваем в первую же попавшуюся дверь справа.

Комнатка внутри метров двадцать. Стены выполнены из того же чёрного камня и украшены гобеленами с изображениями драконов. У правой стены большой камин, сложенный из чёрных камней, в котором весело потрескивает огонь. В углу стоит постамент с большой, примерно сантиметров тридцати в диаметре, прозрачной сферой. В центре помещения два дивана, поставленные друг напротив друга, и три кресла. Обивка мебели выглядит очень дорогой.

Санрим приглашающе указывает мне на сферу:

– Пожалуйста, положите свою ладонь на камень поиска.

Но я игнорирую его предложение. Мой взгляд притягивает высокое двустворчатое окно, за которым открывается невероятно приятный вид на зелёную долину, окружённую зелёными склонами, и небо непривычного василькового цвета.

Такого неба в моём мире не бывает. Как и не может быть гор среди густонаселённого и застроенного многоэтажками родного города.

Где же я оказалась? Что происходит?!

– Пройдите, пожалуйста, к камню поиска, – снова настойчиво произносит Санрим, отрывая меня от невероятного зрелища.

Нападает странное оцепенение. В голове стучится настойчивая мысль о том, что всего этого просто не может быть, что это дурацкий розыгрыш и я ошибаюсь. Остаётся надежда на то, что вид из окна не настоящий. Но и она тает, поскольку, когда я, преодолев оцепенение, подхожу к окну, то понимаю, что всё выглядит слишком реалистично.

– Я вам всё объясню, – терпеливо произносит Санрим, – Только давайте всё-таки закончим с камнем поиска.

– Ладно, – соглашаюсь я и подхожу к прозрачной сфере.

– Положите, пожалуйста, ладонь на камень поиска, – просит Санрим. – Лучше сверху.

Опасливо притрагиваюсь к гладкой поверхности, мгновение ничего не происходит, но затем прямо на сфере появляются три синих надписи на незнакомом языке.

– Ого! Какое невероятное везение! – восклицает толстячок. – Вы истинная сразу для трёх драконов! Такого у нас давненько не случалось! Как же всё удачно!

– Что именно удачно? – немного заторможенно интересуюсь я.

– Похоже, происшедшее повлияло на вас сильнее, чем мне показалось вначале, – качает головой Санрим. – Вы позволите коснуться вашей руки? Обещаю, что не причиню вам вреда.

Пока я раздумываю, стоит ли на это соглашаться, он не выдерживает и кончиками пальцев прикасается к моей ладони. Мысли сразу проясняются. Начавшая подступать паника исчезает. Становится спокойно. Не так, чтобы до отупения, скорее, возвращается моё обычное состояние.

– Давайте присядем, – предлагает Санрим и первым усаживается на диван.

Занимаю кресло неподалёку. Оно оказывается настолько уютным, что появляется желание избавиться от обуви и забраться в него с ногами. Но это кажется неуместным, так что просто откидываюсь на спинку и произношу:

– Начните, пожалуйста, сначала.

– Конечно! – воодушевлённо кивает толстячок. – В этом мире в основном живут драконы… Вы ведь знаете, кто такие драконы?

– Это они на гобеленах?

– Да. Они в своей драконьей форме… В вашем мире есть драконы?

– Нет. Только люди.

– Вот оно что! А магия? Магия есть?

– Нет. По крайней мере, мне об этом ничего не известно.

– Вот как? А в нашем мире есть и магия, и драконы. Помимо них есть ещё и представители других рас, но их гораздо меньше. Этот мир в основном состоит из горных хребтов, морей и океанов. Драконы могут запросто перелетать с места на место, а вот остальным расам очень неудобно. За исключением разве что гномов… Но я не об этом. Так вот. В нашем мире в основном живут драконы…

– Вы дракон? – перебиваю его я.

– Нет, что вы! Я человек, как и вы. Так вот. Драконам нужна истинная пара. И дело не только в том, что со своей истинной есть шанс завести потомство, но, что гораздо важнее, истинная служит отличной привязкой.

– Привязкой? – уточняю я, радуясь, что не прикормкой.

– Как я уже говорил, драконы умеют летать. Летают они не только в нашем мире, но и в других. И привязка помогает им не потеряться… Думаю, уместным будет сравнить истинную с маяком. Дракон может почувствовать её, где бы он ни был, и вернуться.

– Ладно. Но почему драконы не могут находить истинных среди себе подобных? Или у драконов не рождаются женщины?

– Рождаются, конечно. Проблема в том, что истинность пары совсем не зависит от расы. Истинным драконицы вполне может оказаться не дракон. Даже более того, истинные союзы между драконами довольно редки. Зачастую нам приходится искать им пары в других мирах.

– Всё равно не понимаю. Если драконы могут перемещаться между мирами и чувствуют своих истинных, почему они сами их не ищут?

– Драконы – натуры творческие. У каждого есть какое-то своё любимое дело и любимое место. В основном между мирами путешествуют либо те, у кого с этим связано любимое дело, либо из любопытства. Но большинству всё-таки не до того.

– Но раз они не путешествуют, то зачем им привязка?

– Всё из-за их природы. Иногда у драконов случаются спонтанные перемещения. И в таком случае привязка оказывается очень кстати. Кроме того, в последние столетия серьёзно упала рождаемость. Молодёжи сложно объяснить, что с парой жизнь становится гораздо насыщеннее и интереснее.

– Но меня же не будут принуждать делать то, чего мне не хочется?

– Что вы! Драконы – добрейшие и мудрейшие существа. Они очень тактичные, понимающие и всячески избегают насилия. И уж точно никто из их расы не станет кого-то к чему-то принуждать.

– Хм… Но ведь ваш правитель всё-таки решил помочь своим подданным с поиском истинных пар. Разве это не насилие?

– Что вы! Он же никого не заставляет. Просто предоставляет такую возможность.

– А у вас были случаи, чтобы дракон отказывался от истинной?

– Нет. Истинные пары обычно совместимы психически и физически, именно поэтому у драконов от их истинных пар и может появиться потомство.

– Допустим. А если я не захочу с ними потомство или каких-то отношений? Вы сможете меня вернуть обратно в мой мир?

– К сожалению, два месяца вам придётся пробыть у нас. Переход из мира в мир очень сильно исчерпывает ресурсы организма, поэтому вам нужно время, чтобы восстановиться.

– А если мне у вас не понравится, вы через два месяца вернёте меня обратно?

– Клянусь, – серьёзно кивает Санрим. – Как я уже говорил, в нашем мире плохо относятся к насилию.

– Мясо тоже не едят?

– Едят. Но охотятся только ради мяса, а не для удовольствия.

В голове крутятся и другие вопросы, но сформулировать их не получается. Как будто настолько много всего, что трудно выцепить что-то одно.

Если драконы в человеческом виде красивые, адекватные, не изменяют и настроены на серьёзные отношения… Хм… Ладно. Надо сперва посмотреть, что они собой представляют, а потом подумаю, что делать дальше.

Уже открываю рот, чтобы спросить, как выглядят драконы в человеческом обличье, есть ли фотографии или там портреты какие, как дверь распахивается и в комнату один за одним заходят три обалденно красивых парня. Мужественные гармоничные черты лица, широкие плечи, подтянутые фигуры, чистые волосы… Прямо тестостероновый праздник какой-то! Одеты в классического покроя джинсы и белые льняные рубашки, расстёгнутые у ворота – ничего лишнего. Вот только зрачки у них вертикальные, что как-то настораживает. Хотя это такая мелочь! В наше время довольно сложно встретить парня, который был бы красив, без лишнего веса и пивного животика, да к тому же и одевался стильно, так что со странными зрачками можно и смириться. Главное, чтобы с остальным у этих красавцев было всё в порядке.

Блондин с тёмно-серыми глазами находит меня взглядом и склоняет голову:

– Здравствуй! Меня зовут Ангурр.

Рыжеволосый с ярко-синими глазами склоняет голову следующим:

– Здравствуй! Меня зовут Рарртум.

Последним склоняет голову черноволосый и самый высокий. В его зелёных глазах любопытство:

– Здравствуй! Меня зовут Данррим. Мы рады приветствовать нашу истинную.

– Очень приятно, меня зовут Татьяна, – немного ошарашенно произношу я.

Ещё бы! Я думала, мой бывший красив, но с этими представителями мужского рода он и рядом не стоял. По сравнению с ними он сильно ниже среднего. И дело даже не только и не столько во внешности, сколько в чувстве, которое возникает рядом с этими парнями – мы ещё даже не знакомы, а я уже уверена, что они спокойные, уравновешенные, заботливые, добрые и тому подобное. Может, я попала в ловушку мышления, когда мозг бессознательно наделяет красивых людей вдобавок и хорошими качествами? Надо взять себя в руки! И рот закрыть. И перестать пялиться!

Санрим подскакивает с места:

– Высшие, рад вас приветствовать. Таяна не из нашего мира, поэтому несколько ошеломлена происходящим. Думаю, стоит провести обряд, а уже потом вы пообщаетесь в более располагающей к этому обстановке.

Парни по очереди с ним здороваются, потом Данррим кивает:

– Звучит разумно.

И подходит ко мне, протягивая руку. Устоять невозможно, поэтому хватаюсь за неё. Ладонь тёплая и немного шершавая. Моя ладошка в ней тонет, но это очень приятный плен – как будто в уютном домике.

Данррим помогает мне подняться с кресла, но вместо того, чтобы выпустить мою ладонь, переплетает наши пальцы.

Удар прямо в сердечко.

Оно и до этого стучало так, словно у меня вот-вот инфаркт случится (или что там бывает в таких случаях?) А уж когда наши пальцы переплетаются, к учащённому сердцебиению добавляется ещё и туман в голове.

Единственное, о чём переживаю по пути в комнату, где будет проводиться загадочный ритуал – это совсем не о ритуале, а о том, как выбрать только одного… Как?! Это же как выбор между тортиком, мороженым и шоколадкой – всё слишком вкусное, ни от чего нельзя отказаться. Чувствую себя сладкоежкой, добравшейся до шведского стола со сладостями.

Как ни удивительно, но именно ощущение тёплой крепкой мужской ладони под пальцами окончательно убеждает меня в том, что всё происходит на самом деле. Одно дело смотреть, а совсем другое – потрогать.

Ангурр пристраивается от меня с другого бока. И хотя наши ладони оказываются совсем рядышком, инициативу не проявляет. Я тоже пусть и хочу дотронуться до него, но почему-то не решаюсь.

А вот Рарртум идёт следом за нами. И я чувствую, что он на меня смотрит. Если это действительно так – пусть наслаждается. Фигурка у меня такая, что стесняться нечего – не зря же я пару раз в неделю на пилатес хожу. Да и этот летний сарафан отлично подчёркивает мою тонкую талию, а его длина позволят убедиться, что и с ногами у меня всё в полном порядке. Единственное, если знала бы, что такое случится, то надела бы босоножки на высоком каблуке, чтобы выглядеть ещё стройнее. Но, как говорится, знала б, где упасть, соломки бы подстелила. Уже хорошо, что голову утром вымыла и косметику нанести не поленилась.

Идти оказывается недалеко: буквально десяток метров по уже знакомому коридору, и мы попадаем в небольшой зал, в котором царит приятный полумрак, прорезаемый светом от узких стрельчатых окон. На полу нарисованы странные символы. Такое место вполне могло бы оказаться в какой-нибудь документалке про тайные культы и жертвоприношения. Но хоть я это и отмечаю остатками поплывшего мозга, вырваться и убежать желания не возникает. Слишком уж хочется довериться происходящему и посмотреть, что из этого выйдет.

Санрим предлагает нам пройти в центр зала. Затем просит меня протянуть палец. Подвоха я почему-то не ожидаю, поэтому вздрагиваю, когда в безымянный палец впивается острая иголка. К счастью, боль быстро проходит. Санрим сцеживает несколько капель моей крови в непонятно откуда взявшийся кубок, затем дует на мой палец и отпускает его. С удивлением обнаруживаю, что кожа выглядит, как обычно, и никаких следов от прокола на ней нет.

В это время Санрим повторяет процедуру кровопускания с парнями, затем что-то шепчет над кубком, и его содержимое начинает светиться. Этот свет вырывается из ёмкости и вспыхивает настолько ярко, что приходится прикрыть глаза. Когда вспышка заканчивается, рискую осмотреться и обнаруживаю, что мы всё ещё находимся в той же комнате, только на этот раз непонятные знаки у нас под ногами испускают мягкое жёлтое сияние, совершенно преображая мрачноватую атмосферу, царившую раньше, до сказочной.

Взгляд цепляется за мои руки. Удивлённо охаю и подношу левую к глазам, чтобы рассмотреть вязь затейливой золотистой татуировки, обвивающей замысловатым кружевным узором пространство от запястья до локтя. Прямо на моих глазах татуировка начинает пропадать, а всего через пару мгновений остаётся лишь тонкая полоска узоров на запястье, которую легко можно спрятать под широкий браслет.

Перевожу взгляд на запястья мужчин и обнаруживаю на них точно такие же татуировки, как моя.

– Поздравляю, – произносит Санрим. – Теперь вы связаны ритуалом.

– И что это значит? – уточняю я.

– С этого дня эти три дракона будут чувствовать вас из любой точки пространства. Вы связаны с ними магически. Если вам будет плохо, если потребуется помощь, или вы окажитесь в опасности, то они сразу это почувствуют и прилетят.

Хм… Выбирать не придётся? Я связана со всеми тремя? И что теперь? Они же не улетят в закат? Возьмут на себя ответственность? Супружеский долг, например? Очень бы хотелось. 

А между тем мы выходим из комнаты и направляемся дальше по коридору.

Данррим снова берёт меня за руку, и мне это очень нравится.

– Куда отправимся? – интересуется Данррим у остальных.

– Если никто не возражает, – произносит Ангурр, – я бы хотел, чтобы мы пока побыли в моём замке. У меня цветы, без присмотра я их оставить не могу. К тому же замок большой, так что всем хватит места. И озеро рядом.

– Мне всё равно, – пожимает плечами Данррим. – Нужно перенести материалы, а плести я в любом месте могу.

– Ох! – спохватывается Рарртум. – Я же всё бросил и понёсся сюда! Гром умный и сам справится, но Тильда вот-вот ожеребится! Я не против пожить у тебя Ангурр, но мне нужно время, чтобы закончить с делами. Помогу Тильде, попрошу брата за всем присмотреть и присоединюсь к вам.

– Хорошо, – кивает Ангурр. – Таяна, ты не возражаешь, если я тебя понесу?

И снова моё имя произносят не так, как я привыкла. Это странно, но звучит вроде мило, так что пусть. Побуду Таяной. Киваю:

– Не возражаю.

Наш путь по коридору заканчивается дверью, за которой просторная каменная площадка. Меня просят остаться у двери, а сами парни проходят дальше и останавливаются метрах в пятнадцати друг от друга. Их фигуры окутываются плотной белой дымкой, она разрастается, а потом внезапно исчезает.

И вот передо мной три здоровенных дракона! Чьи тела покрыты круглыми чешуйками.

Вместо блондина Ангурра теперь белоснежный дракон с тёмно-серыми умными глазами.

Вместо рыжеволосого Рарртума – тёмно-медный дракон с ярко-синими глазами.

Вместо Данррима – антрацитово-чёрный дракон с зелёными глазами.

Они настолько красивы и величественны, что перехватывает дыхание от восхищения.

В голове раздаётся голос Ангурра:

– Таяна, залезай мне на шею.

Белоснежный дракон поджимает передние лапы и наклоняет голову, обеспечивая опору.

Подбираю упавшую челюсть и топаю к нему.

Используя лапу вместо лесенки, а шею в качестве перил, кое-как забираюсь в то место, где шея сходится с туловищем. Чешуйки у дракона с мягкими краями, так что порезаться не боюсь. А ещё они почему-то тёплые на ощупь. Всегда была уверена, что драконы – это рептилии. Но, похоже, нет – всё-таки они теплокровные.

Никаких поводьев или ручек, чтобы удержаться, нет, так что просто распластываюсь лягушкой. Не секси-эстетика, но безопасность превыше всего.

Дракон выпрямляет лапы, и вокруг меня появляется прозрачный пузырь, очень напоминающий мыльный. Пока я увлечённо его рассматриваю, мой транспорт подходит к краю скальной площадки и прыгает вниз…

Ух я визжу! Сама не знаю, от страха или от восторга.

Ветер не свистит в ушах, да и дракон сразу же расправляет крылья, так что успокаиваюсь довольно быстро и с любопытством осматриваюсь по сторонам.

Виды какие-то однообразные: снежные горные пики, зелёные склоны, каменная порода всех оттенков рыжего, жёлтого и коричневого. Кое-где попадаются речки и озёра, но не так чтобы часто. И за все полчаса полёта только один раз внизу появляются крохотные домики небольшого поселения.

Рарртум какое-то время летит с нами, затем сворачивает налево и исчезает вдали. А вот Данррим держится слева весь путь.

Когда подлетаем к замку, вспоминается мамина присказка «сидеть на шее, свесив ножки». Как я теперь считаю, она просто не понимала, о чём говорила. Не все виды сидения на шее так уж плохи. Если это шея дракона, то я очень даже за. А почему нет? Великолепный обзор, шикарные виды, не дует и не трясёт – ну не красота ли? Не хватает только туалета и стюарда с шампанским, но ничего, как-нибудь вытерплю это небольшое неудобство… Конечно, если бы я боялась высоты, мне бы подобный способ передвижения не понравился, но я с детства любила американские горки и колесо обозрения, а в универе несколько раз прыгала с парашютом. Родители грозили, что я их до седых волос доведу, но я не повелась – у матери из-за постоянной окраски всё равно не было бы ничего видно, а у отца настолько светлые волосы, что седина на их фоне не особо заметна.

Но никакие прыжки с парашютом не сравнятся с полётом на драконе!..

Интересно, а это разовая акция или можно устроить абонемент? Я бы не отказалась, если второе… Хорошо, что драконов трое – это утраивает шансы на успех.

Замок расположен в долине, окружённой горами. Метрах в двадцати от него в солнечных лучах искрится озеро, а чуть дальше начинается довольно густой лес.

Стены замка сложены из песочно-жёлтого цвета плоских камней. С высоты драконьего полёта вижу, что он имеет прямоугольную форму. С четырёх сторон остроконечные башенки, а над центральной частью стеклянный купол. Этажей, если судить по окнам, всего два, но каждый метров по семь высотой. Решёток на окнах нет, и на втором этаже они от пола до потолка. Это радует.

Крепостной стены нет, рва тоже, так что драконы без помех опускаются на широкую, вымощенную брусчаткой площадку.

Ангурр прижимается к земле и ждёт, пока я спущусь, затем окутывается знакомой мне дымкой. Дымка на моих глазах сужается и формируется в сероглазого человекообразного блондина. Очень сексуального блондина. За время полёта я немного переживала, не показалось ли мне, но мне не показалось – парни действительно горячие. Надеюсь, не только внешне.

Ангурр улыбается:

– Таяна, добро пожаловать в мой замок. Идёмте внутрь.

И именно этот момент выбирает мой живот, чтобы издать голодное урчание.

– Проголодалась? – с беспокойством спрашивает Ангурр и тут же сам отвечает на свой вопрос: – Ещё бы тебе не проголодаться! Ты ведь через портал в наш мир попала?

– Да, – подтверждаю я.

– А что ты обычно любишь есть?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – А что есть?

– Могу пожарить мясо или рыбу, сварить кашу или картошку, испечь блинчики.

– А можно мне тогда рыбу с картошкой?

– Конечно.

Между тем мы доходим до высокой двустворчатой деревянной двери и заходим внутрь замка. Попадаем в эквивалент прихожей. По крайней мере, шкафы с верхней одеждой тут точно имеются. Разуваться никто не спешит, и я тоже этого не делаю, хоть подобное и кажется странным: как это в дом и в уличной обуви? Но с другой стороны, хозяину виднее.

Из прихожей попадаем в просторную комнату, потолок которой заменяет стеклянная крыша, которую я видела с высоты, а пол сложен из каменных плиток. Они настолько хорошо подогнаны друг к другу, что я различаю стыки лишь благодаря слишком ярко выраженным для природных рисункам: от светло-голубого до насыщенно-синего. У дальней стены имеется винтовая лестница, ведущая на балкон, опоясывающий комнату на уровне второго этажа. Слева от входной двери просторный коридор, заканчивающийся деревянной дверью.

В комнате взгляд сразу выхватывает множество кресел, каждое из которых отличается от всех остальных как по размеру, так и по материалу, из которого изготовлено. Некоторые сдвинуты друг к другу, образуя полукруг, другие стоят парами, а ещё есть три – отдельно в стороне. Между креслами расположились столики разных форм и размеров, а также кадки с растениями, в основном с деревьями, похожими по листьям на берёзы, только с жёлтым стволом; но есть также и кусты с широкими мясистыми листьями.

Сворачиваем в коридор и оказываемся в просторной круглой комнате со стенами, облицованными белыми каменными плитками с золотистыми прожилками. Слева от входа располагается камин из чёрных камней. На каминной полке три серебряных подсвечника на три свечи каждый. Перед камином большой овальный деревянный стол, окружённый высокими стульями. Напротив него – кухонный остров, а за ним белоснежный кухонный уголок. Плита напоминает газовую, поскольку конфорки круглые и нагреваться они начинают после того, как Ангурр крутит круглый регулятор. А вот ничего похожего на привычный холодильник на кухне незаметно. Встроенный?

– Вы устраивайтесь, а я сам, – произносит Ангурр.

Пожимаю плечами, мы с Данрримом усаживаемся за стол, и он тут же берёт меня за руку. Его ладонь тёплая и большая, с бугорками мозолей.

– Получается, ты из другого мира? – начинает разговор Данррим.

– Верно, – киваю я. – И у нас нет ни магии, ни других рас кроме людей.

– Судя по твоей одежде, у вас технологический мир?

– Да, – киваю я, наблюдая, как Ангурр достаёт из обычного кухонного шкафчика здоровенную рыбину и начинает её разделывать.

– А что с экологией? Уже научились организовывать производство, не загрязняя окружающую среду?

Вздыхаю:

– Да не особо. Свалки, загазованность воздуха, загрязнения воды… В нашей стране ещё не так всё страшно, но есть страны, в которых это действительно серьёзная проблема. У них даже в прогнозе погоды есть пункт про загрязнение воздуха.

– Понятно… Машины и самолёты у вас уже изобрели?

– Да. И компьютеры с мобильными телефонами тоже… Санрим говорил, что без истинных остаются только драконы, которые не любят путешествовать. А ты даже о самолётах знаешь. Получается, всё-таки иногда путешествуешь?

– Каждого из нас иногда непроизвольно может затянуть в другой мир во время сна. Днём мы себя контролируем, а вот во сне не всегда получается. Но мы обычно быстро возвращаемся домой.

– Правда? А Санрим говорил, что истинная для вас – это что-то вроде маяка. И что без истинной вы можете потеряться.

Ангурр добавляет к рыбе специи и соль, затем откладывает её в сторону и приступает к чистке картошки. Её он вынимает из того же шкафчика.

Данррим улыбается:

– Это правда только отчасти. Истинная действительно является для нас своеобразным маяком, но когда её нет, можно вернуться, ориентируясь на родственные связи. Например, используя в качестве маяка родителей. Если родители в это время путешествуют, это может оказаться неудобно, но как минимум не потеряешься.

– Правда? Выходит, истинная вам не так уж и нужна? – почему-то испытываю что-то вроде ревности и разочарования.

– Это не так, – улыбается Данррим. – У всех рано или поздно возникает желание найти свою пару. Всё-таки вечность в одиночестве – это очень тяжело.

– Получается, вы трое пока были не готовы найти пару, вот и не искали?

– Не совсем так. Иногда быт затягивает настолько, что это желание хоть и появляется, но где-то на периферии сознания. Всё-таки найти истинную не так просто, ведь миров огромное множество. Некоторые ищут столетиями, прежде чем находят. К тому же нам обычно требуется время, чтобы понять, есть в этом мире наша истинная или нет. Так что приходится приспосабливаться и какое-то время жить по правилам другого мира. Это бывает очень непросто, особенно если мир несправедлив и в нём много жестокости.

– Хм… Что-то тут не сходится. Мне двадцать три. Люди в моём мире живут хорошо если до ста лет, но обычно меньше. Если на поиск может уходить несколько столетий, то я просто могла бы умереть до того, как вы бы меня нашли.

– Да, – кивает Данррим. – В таком случае твоя душа ушла бы на перерождение. Может быть, в тот же мир, может быть, в другой. Но наша вселенная очень мудра. Если дракон действительно готов встретить свою истинную, он её встретит.

Ангурр успевает поставить жариться картошку и рыбу. Наблюдает за сковородами, но периодически поворачивается к нам и внимательно следит за разговором, хоть и не присоединяется к нему.

Хмурюсь:

– Я всё ещё не понимаю. Если вы можете потратить на поиски несколько столетий, то как долго вы живёте?

Данррим пожимает плечами:

– Практически вечно.

– Но почему тогда Санрим говорил, что у вас проблемы с рождаемостью? Разве это имеет значение, если драконов не становится меньше?

– На самом деле становится, – грустно произносит Данррим. – От долгой жизни тоже можно устать.

– И в таком случае вы умираете?

– Верно.

– Звучит грустно… Но если вы почти бессмертны, то как вашей истинной могу быть я? Я ведь проживу не так уж долго.

– Так получилось, – пожимает плечами Данррим. – В нашем мире продолжительность твоей жизни увеличится в несколько раз, но рано или поздно ты умрёшь. И тогда мы отправимся тебя искать, чтобы снова быть вместе.

– Как-то всё это грустно… Я ведь могу оказаться ребёнком или старухой.

– Старость – это не проблема. Внешность истинной не важна, ведь это всё равно будешь ты. А если окажешься ребёнком, мы просто подождём, пока ты вырастешь.

– А если я к тому моменту, как вы меня найдёте, успею выйти замуж?

– Твоя душа будет о нас помнить, так что ты будешь нас ждать. Но если вдруг окажется, что ты кого-то полюбила и вышла замуж, мы просто побудем рядом. Если твоё сердце освободится, мы постараемся сделать всё, чтобы заслужить твою любовь. Но для истинных пар драконов полюбить кого-то помимо своего дракона – это редкость. Обычно истинные одиноки, ведь их душа помнит о нас.

– Как всё сложно! И грустно… А если я вас не полюблю? Или вы для меня тоже истинные и я не смогу вас не полюбить?

– Наша внешность не в твоём вкусе?

– В моём, – признаю я. – Но ведь внешности для любви мало. Любовь ведь это не что-то рациональное.

Жду, что он начнёт отрицать, но Данррим кивает:

– Верно. Но раз ты для нас истинная, значит, в самом важном мы совпадаем, так что у нас есть все шансы полюбить друг друга. К тому же истинная пара обычно соединяется в самый подходящий для этого момент.

– Но ведь вы не сами меня нашли, значит, момент не идеальный.

– Это не так. Если бы момент не был идеальным, ты бы не смогла войти в ту дверь.

– Хм…

Чувства смешанные. С одной стороны, жалко драконов. То, что они вынуждены снова и снова искать свою истинную, а потом переживать её смерть, звучит, хоть и романтично, но очень уж грустно. С другой стороны, страшновато. А вдруг они в меня не влюбятся? Не то чтобы у меня была низкая самооценка, но они магические существа, драконы, а я всего лишь человек. Отношения – это действительно очень сложно. Влюбиться можно довольно просто, сложнее, чтобы влюблённость переросла в любовь. А их ещё и трое. Хмурюсь:

– А это нормальная ситуация, что я истинная для вас троих? Разве можно идеально подходить нескольким одновременно?

– Можно, – улыбается Данррим. – У нас с Ангурром и Рарртумом очень разные увлечения, но мы и до встречи с тобой дружили, потому что одинаково смотрим на мир.

– И в чём это выражается?

Данррим пожимает плечами:

– Это сложно объяснить… У тебя бывает так, что встречаешь кого-то, а уже есть чувство, словно вы давно знакомы, хотя впервые видите друг друга?

– Да, такое было, – вынуждена признать я, вспомнив Маринку.

– Вот. И у нас троих случилось так же. Нам интересно друг с другом. Нет боязни сделать что-то не так или случайно обидеть. Как будто мы понимаем друг о друге что-то важное. И в отношении тебя у меня такое же чувство.

Задумчиво прикусываю губу, какое-то время обдумываю его слова, а затем киваю:

– У меня такое же чувство. Например, мне очень легко вас касаться, хотя обычно нужно время, чтобы привыкнуть к незнакомцам и впустить их в своё личное пространство… Я понимаю, что ты имеешь в виду.

– А это неплохое начало, – он лукаво улыбается, и я ловлю себя на желании поцеловать эту его улыбку.

Романтичный момент прерывает Ангурр, когда ставит перед нами тарелки с жареной рыбой, картошкой и маленькими помидорками, порезанными на половинки.

Пахнет так аппетитно, что все мои мысли и желания переключаются на еду. Начать есть, не дождавшись хозяина, мешает вежливость, но как только Ангурр ставит для себя тарелку с едой и садится за стол слева от меня, накалываю кусочек рыбы и отправляю его в рот. Это настолько вкусно, что сразу же беру второй кусочек. А потом пробую картошку и помидоры. И они тоже идеально вкусные. Если картошка ещё ладно, её довольно сложно испортить, то помидоры удивляют: сладкие, ароматные, спелые – тот идеальный вкус, который очень сложно найти.

Расправившись со своей порцией, счастливо улыбаюсь:

– Да простит меня мама, но это самое вкусное, что я когда-либо пробовала!

– Рад, что тебе понравилось, – улыбается Ангурр. – Хочешь добавку?

– Не нужно, – качаю головой я. – Спасибо.

Данррим собирает пустые тарелки, а Ангурр берёт меня за руку. И кожа рук у него очень нежная и бархатистая. В рекламу крема его бы взяли запросто, тем более что ладонь у него широкая, пальцы длинные, а ногти очень красивой формы. Даже как будто с маникюром, поскольку кутикулы нет... Никогда не видела более красивых мужских ладоней.

– Хочешь десерт? – отрывает меня от мыслей голос Ангурра.

– Десерт?.. – прислушиваюсь к собственному чувству сытости и качаю головой: – Не влезет. А вот от кофе я бы не отказалась. Или у вас его не пьют?

Данррим начинается смеяться, Ангурр тоже улыбается. Перевожу взгляд с одного на другого и не понимаю, чего такого забавного я спросила.

Отвечает на мой невысказанный вопрос Ангурр:

– На самом деле, среди драконов очень редко встречаются любители кофе, – он открывает шкафчик, достаёт из него турку, зёрна кофе в стеклянной банке и ручную мельничку. – И это стало одной из причин, почему мы втроём так быстро подружились – мы все очень любим кофе и часто его пьём. В наших семьях никто не разделяет это пристрастие. Рад, что ты в нашей команде.

– Ага, – соглашается Данррим. – Запах кофе нравится всем. Но вот вкус!.. Драконам редко приходится по вкусу горькое, – он пересыпает зёрна в мельничку, и по комнате начинает распространяться аромат свежемолотых кофейных зёрен.

Озадаченно хмурюсь:

– Но ведь кофе можно пить со сливками и сахаром. И много разных сортов. Есть кофе с очень мягким вкусом.

– Верно, – кивает дракон. – Но даже мягкий кофе с шоколадным привкусом слабой обжарки кажется членам наших семей слишком горьким. Они предпочитают чай или горячий шоколад.

– В вашем мире есть шоколад! – обрадованно восклицаю я. – Это отличная новость. Было бы неплохо немного к кофе.

– Какой ты хочешь? – интересуется Данррим и пересыпает кофе в керамическую джезву.

– Молочный с миндалём, но подойдёт любой.

– А какой кофе любишь? Сахар, корица, сливки, молоко?

Гулять так гулять, решаю я. Обычно пью чёрный без добавок, чтобы держать фигуру в стройных рамках, но сегодня хочется себя побаловать:

– С корицей и сливками.

– Хорошо.

Он добавляет воду и ставит джезву на огонь, затем достаёт три небольшие чашки, баночку с корицей и сахарницу с полки сверху, а потом сливочник и тарелку с кусочками колотого шоколада из того же шкафчика, откуда ранее Ангурр достал рыбу. Причём шкафчик не выглядит очень уж большим, поэтому для меня остаётся загадкой, как в нём всё уместилось.

Затем Данррим переносит чашки и добавки к кофе на наш стол и возвращается к джезве. Дождавшись, пока напиток закипит, переставляет джезву на холодную конфорку:

– Нужно пару минут подождать.

– Конечно, – киваю я.

Аромат в воздухе витает просто изумительный. Уже не терпится вкусить напитка. А пока он не готов, решаю попробовать шоколад. Он действительно молочный с миндалём, его вкус настолько хорош, что приходится использовать всю свою силу воли, чтобы удержаться и не опустошить тарелку. Напоминаю себе, что я уже сыта, что переедание вредно как для желудка, так и для фигуры. Съем ещё один кусочек с кофе, и на этом всё.

Кофе оказывается выше всяких похвал. Такого идеально вкусного я никогда не пробовала. Пью мелкими глотками, прикрыв глаза от наслаждения. Кажется, я в раю. Красивые парни, невероятно вкусная еда и идеальный кофе – разве бывает лучше? Не думаю.

Сделав последний глоток, удивлённо качаю головой:

– Это потрясающе! Никогда не пила ничего лучше! Да и еда просто изумительно вкусная. Огромное спасибо! Ваш мир удивительный.

– Рад, что тебе понравилось, – улыбается Ангурр.

– Я помою чашки, а ты пока обустрой спальню для Таяны, – произносит Данррим.

– Конечно, – кивает Ангурр. – Таяна, спальни располагаются на втором этаже. Но сперва я покажу тебе купальни.

– Хорошо.

– Пока идём, расскажи, пожалуйста, как ты представляешь свою идеальную комнату. Или твои покои должны состоять из нескольких? Может быть, ещё нужны кабинет и гостиная?

– Нет! – отказываюсь я. – Меня устроит небольшая спальня. Я не особенно привередлива.

– Хорошо.

Он проходит гостиную насквозь и открывает неприметную дверь. Мы оказываемся в небольшой комнатке, вдоль одной стены которой располагаются удобные кресла, а у второй находится шкаф со стеклянными дверцами, сквозь которые виден ряд полотенец.

Ангурр открывает следующую дверь, и за ней обнаруживается огромное пространство, больше всего напоминающее грот с водопадом и горным озером. Под ногами пружинит трава, а стены из необработанного камня. Сверху льётся свет, придавая месту сказочности.

– Ничего себе! Это и есть купальня? – ошарашенно уточняю я.

– Да. Драконы очень любят камни. Но если тебе здесь неуютно, могу сделать более привычную для тебя ванную комнату.

– Не нужно, – восхищённо качаю головой я. – Это место великолепно!

– Рад, что тебе понравилось, – довольно улыбается Ангурр. – Идём, покажу тебе твою спальню.

– Хорошо.

Ухожу, но даю себе обещание обязательно сюда вернуться и поплавать.

По винтовой лестнице поднимаемся на балкон, опоясывающий гостиную. Минуем первую дверь, и останавливаемся у второй.

– Открывай, – улыбается Ангурр. – Здесь будет твоя спальня.

Тяну бронзовую дверную ручку на себя и восхищённо застываю на пороге.

Спальня выглядит словно воплощение всех моих явных и тайных желаний: большая кованая кровать, укрытая вязаным бежевым покрывалом, у изголовья небрежно брошено несколько разноцветных подушек. Причём некоторые из них точно такие же, как я видела в магазинах или интернете: большие алые маки на светло-зелёном фоне; жёлтая подушка из ткани, похожей на плюш; подушка, выполненная в технике пэчворк – собранная из тканей разной текстуры.

На полу серый ковёр с высоким ворсом. По такому будет очень приятно ступать босиком. Всегда хотела себе такой, но почему-то так и не купила.

Одно окно расположено прямо в полотке над кроватью, так что можно будет перед сном смотреть на звёзды. Второе окно широкое и в пол. А рядом с ним небольшой антикварный туалетный столик с большим зеркалом – идеально для того, чтобы прихорашиваться, подбирать драгоценности или краситься. У стены двустворчатый шкаф с дверцами, украшенными резьбой. Стены белые, но краска как будто отражает свет, словно шёлк.

Идеальная спальня!

Прохожу внутрь и восторженно произношу:

– Невероятно! Как ты узнал, что мне может понравиться?

– А я и не узнавал, – улыбается Ангурр.

– В смысле? – не понимаю я.

– Эта комната подстроилась под твои желания, как только ты открыла дверь, – поясняет он.

– Ого! Ничего себе! Это какая-то магия?

– Вроде того, – соглашается он.

Пока я ощупываю мебель, подушки и покрывало, в комнату входит Данррим:

– Вот это да! Теперь я тоже хочу себе окно на потолке. Классная комната!

Открываю неприметную дверцу в стене и обнаруживаю небольшую комнатку с японским унитазом. Только все кнопки с подписями на русском, что меня невероятно удивляет. Открываю крышку и слышу музыку. Поражённо оборачиваюсь к драконам:

– У вас есть электричество?

– Нет, – качает головой Ангурр. – Но для тебя есть.

Они с Данрримом осматривают чудо техники, пробуют нажимать на разные кнопки, а потом сходятся в том, что хотят себе такой же унитаз.

Ангурр даже качает головой:

– Надо же, как удобно! В технологических мирах понимают толк в комфорте.

Данррим согласно кивает.

Возвращаюсь в комнату и открываю шкаф. Ожидаемо в нём пусто. Вздыхаю:

– Знала бы, что окажусь в другом мире, захватила бы с собой одежду.

– Я могу перенести в этот шкаф одежду из места, где ты жила, – пожимает плечами Ангурр.

– Из мира или из комнаты?

– Из комнаты.

Улыбаюсь:

– А родителям моим ты как это объяснишь? Думаю, они очень удивятся, если парень, которого они впервые видят, попросит у них мою одежду.

– Мне не нужно никуда идти. Это будет выглядеть так, как будто одежда исчезла там и появилась здесь.

– Это озадачит родителей ещё больше… Ох! Родители! Они, наверное, будут очень волноваться, когда я не вернусь сегодня домой.

– Если напишешь записку, я могу перенести её в твою комнату.

– А ты можешь перенести не записку, а меня? Ненадолго. Просто чтобы я смогла всех предупредить, что какое-то время меня не будет?

– Путешествие между мирами требует сил. У людей их не так уж много, поэтому вам не рекомендуется переходить из мира в мир чаще одного раза в два месяца. Но как только твой организм восстановится, мы обязательно сходим к тебе. А пока лучшим вариантом будет, если ты напишешь для родных записку и попросишь их не волноваться.

– Ладно. Значит, так и поступим… А бумага с ручкой у вас есть? Хотя у меня в сумочке должны быть.

Вырываю страницу из блокнота, сажусь за туалетный столик и в раздумье застываю.

– Тебе помочь? – заботливо спрашивает Ангурр.

Улыбаюсь:

– Писать о том, что я попала в мир драконов и какое-то время там поживу, явно не стоит. Родные подумают, что я сошла с ума. Надо придумать что-то более правдоподобное… Придумала!

Беру ручку и вывожу на бумаге: «Недавно я встретила красивого итальянца, и мы влюбились с первого взгляда. Сегодня он предложил мне отправиться на Сейшелы, чтобы узнать друг друга получше. Билеты уже куплены, и нужно ехать прямо сейчас. Не уверена, что там будет интернет или вообще связь, так что не пугайтесь, если какое-то время я не смогу с вами связаться. Маринка тоже ничего не знает. Как только вернусь, всё вам расскажу. Люблю вас, ваша Таня».

Не идеально, но ничего лучше придумать не удаётся. Передаю записку Ангурру:

– И что теперь?

Он пробегает глазами текст моего послания и улыбается:

– Итальянцем?

– Это такой народ. Итальянцы считаются красивыми и темпераментными.

– Оу!.. А как они выглядят?

Мне кажется, или он ревнует? Мы знакомы всего ничего – не мог же он настолько быстро начать считать меня своей? Придя к заключению, что мне показалось, отбрасываю эту мысль и пожимаю плечами:

– Без понятия. Думаю, как и любые другие люди. У меня нет среди них знакомых.

– Ладно… Будет нормально, если я положу записку на кровать?

– Конечно!

– Тогда возьми меня за руку. Мне нужно настроиться.

Делаю, как он просит. А потом пару минут молча жду непонятно чего – Ангурр просто стоит и смотрит перед собой расфокусированным взглядом. Затем записка из его ладони исчезает, и Ангурр произносит:

– Готово! Можешь проверить шкаф.

Открываю створки и удивлённо застываю: в шкафу висят вешалки с платьями и костюмом, под ними расставлена вся моя обувь, а остальная одежда ровными стопками разложена на полках. Выдвигаю нижний ящик и удовлетворённо киваю: моё нижнее бельё тоже здесь. Заметив розовую коробку из-под обуви, поспешно захлопываю ящичек. Надо же! Даже её перенёс! Как же неловко!

– Всё на месте? – спрашивает Ангурр. – Я ориентировался на твою ауру, так что совсем новые вещи мог и не перенести.

– Всё на месте! – заверяю я и спешу увести тему разговора от моих вещей: – Покажешь мне свою комнату?

– Конечно!

– Мою тоже можешь посмотреть, – предлагает Данррим.

– С радостью.

Спальня Ангурра не особенно большая. У стены деревянная кровать, в углу небольшой шкаф. Комната угловая и две её стены полностью застеклены. По всему помещению расставлено множество горшков с самыми разными растениями. Есть как деревья, так и кусты, и даже маленькие горшки с цветами. Ощущение, будто я нахожусь в саду.

В его комнате тоже имеется дверь, ведущая в туалет. И к моему удивлению, унитаз оказывается точно таким же, как и мой.

Спальня Данррима не больше десяти метров по площади. Окно в пол, комод, помост с кроватью. На стенах две картины с пейзажами, напоминающими азиатскую технику рисования тушью, да и сюжетами похожими на азиатские: деревья с узкими листьями, горы, река. Пол простой деревянный, стены выкрашены белой краской. Приходит мысль, что Данррим – любитель минимализма.

За первой дверью оказывается туалет опять-таки с японским унитазом. А вот переступив порог второй комнаты, восхищённо застываю – в ней так много всего, что глаза разбегаются.

Ангурр заглядывает через моё плечо, а потом интересуется у Данррима:

– Перенёс сюда свою мастерскую?

– Да. Мне всё равно, где работать… Таяна, заходи внутрь. Чего застыла?

Завороженно прохожу и иду вдоль стеллажей со стеклянными шкатулками. Внутри бусины разных цветов, материалов и размеров, камешки, маленькие раковины, пёрышки, ленты разной ширины, мотки верёвок, ниток и проволоки и другие материалы. Как будто я оказалась в магазине для рукоделия, а не в мастерской.

Оборачиваюсь:

– А чем ты занимаешься?

– Плету ловцов снов, – улыбается Данррим.

– Ловцов снов?

– Могу и тебе сплести, если хочешь.

Есть предложения, от которых не отказываются, поэтому киваю:

– Очень хочу!

Данррим проходится вдоль стеллажей. Выбирает три белоснежных узких пёрышка, переливающихся на солнце словно радуга; толстую белую нитку; несколько жемчужин; бусину из материала, очень напоминающего пластик; две маленькие голубые ракушки с дырочками и голубую широкую ленту. Затем достаёт из деревянного сундука круглую раму примерно сантиметров двадцати в диаметре и несёт добычу к столу, занимающему центр помещения.

Разворачивает кусок шкуры, лежащий на столешнице, и я вижу, что внутри аккуратно закреплены различные инструменты. Ножницы, иголки и ножики я узнаю, но о назначении остальных приходится только догадываться.

Данррим отмеряет кусок верёвки, затем начинает выплетать паутинку, не забывая нанизывать на неё украшения. Его пальцы двигаются ловко, все движения выверенные и точные. Не знаю, что завораживает меня больше: они или та красота, что он создаёт.

Когда Данррим заканчивает работу, восхищённо качаю головой:

– Это невероятно красиво!

И сама не понимаю, что именно имею в виду: невероятно красивый ловец снов или то, как Данррим работал.

– Спасибо! – улыбается дракон. – Держи.

Он протягивает мне ажурную паутинку. Беру с некоторым трепетом, боясь повредить красоту.

– Я вплёл сюда только основное, так что ловец будет просто защищать от плохих снов и помогать восстановиться.

– А можно вплести что-то ещё?

– Конечно! Кому-то ловец снов нужен, чтобы сгладить трудные переживания. Кому-то, чтобы снова обрести надежду. В некоторых мирах существуют демоны, поэтому иногда я вплетаю наказ, чтобы демоны не смогли войти в дом или как-то навредить спящему. Для кого-то вплетаю чувство вдохновения. А кому-то добавляю исцеление не только души, но и тела.

– Ничего себе! Не знала, что так можно… Получается, ты добавляешь магию?

– Можно и так сказать. Но скорее своё желание, чтобы ловец снов сработал тем или иным образом… А у вас не принято делать вещи с замыслом?

– Хм… Даже не знаю. Мама, когда готовит еду, говорит, что это нужно делать только в хорошем настроении и с любовью. Но она не маг…

– Это неважно. Твоя мама понимает главное, а это большая редкость. Если что-то делать с душой, результат всегда получится лучше. Любая вещь, если её делают в удовольствие и с радостью, прослужит дольше. Да и материнская магия очень сильная; вещи, которые делают матери для своих любимых детей, обладают иногда более сильными свойствами, чем мои.

– Ничего себе!.. А куда мы повесим мой ловец снов?

– Идём в твою комнату. Поищем место.

– А ловец снов нужно вешать рядом с кроватью? Моя-то стоит в центре комнаты. Может быть, к потолку?

– Это не обязательно. И даже лучше будет, если мы повесим ловец снов куда-то поближе к окну или двери.

– Хорошо.

В результате останавливаемся на ручке окна.

И я как раз любуюсь, как пёрышки и бусины переливаются на солнце, когда в спальню заходит Рарртум:

– А что это вы тут делаете?

– Я сплёл для Таяны ловец снов, и сейчас мы нашли для него место, – отвечает Данррим.

– Очень красиво получилось!

– А ещё мы с Ангурром показали Таяне наши комнаты… Ты закончил с делами?

– Да. Кабинет перенёс на первый этаж, вход будет с улицы и из дома. Как ты понимаешь, не всем моим пациентам удобно подниматься по лестнице.

– Пациентам? – улавливаю главное я. – Ты кого-то лечишь?

– Да, – улыбается Рарртум. – Ко мне попадают животные и птицы, которые нуждаются в помощи.

В голове всплывает строчка из «Айболита»:

Добрый доктор Айболит!

Он под деревом сидит.

Приходи к нему лечиться

И корова, и волчица,

И жучок, и червячок,

И медведица!*

А потом вспоминаю про приключения этого доктора и понимаю, что драконом всё-таки удобнее быть, чем человеком – никаких тебе орлов не нужно, можешь на своих крыльях долететь, куда надо.

– Идём смотреть мою комнату, – улыбается Рарртум.

Спохватываюсь:

– К тебе приносят заболевших животных?

– Иногда. Но чаще всего они сами приходят, когда нуждаются во мне.

– Но ведь горы вокруг…

– Главное – это моё намерение. К тому же ко мне попадают не только пациенты из нашего мира… Если тебе интересно, могу потом показать кабинет.

– Очень интересно!

Спальня Рарртума просторная, и мебель в ней похожа на антикварную. На стенах картины, изображающие животных. На полу – ковёр с ярким орнаментом. Красиво, стильно, ничего лишнего, а вот детали можно рассматривать до бесконечности. Одна роспись на дверцах шкафа чего стоит. На каминной полке расставлены фарфоровые фигурки животных. А все драпировки, в том числе шторы и покрывало, выглядят сложными и очень дорогими. Появляется ощущение, что я попала в комнату аристократа. И большая люстра с хрустальными подвесками только усиливает это впечатление.

Зато туалет у Рарртума оказывается обычным – белый фаянсовый, немного архаичный, но красивый. Даже интересно, понравится ли японский унитаз Рарртуму настолько, чтобы отказаться от красоты в пользу удобства. Почему-то кажется, что нет.

Закончив осмотр спальни, спускаемся на первый этаж. Проходим вглубь гостиной, после чего Рарртум распахивает деревянную дверцу, которой при прошлом осмотре не было:

– Приглашаю в свой кабинет. Только, пожалуйста, говорите потише, чтобы не напугать моих пациентов.

___

* «Айболит» Корней Чуковский

Попадаем в маленькую тесную комнатку, напоминающую прихожую, а из неё – в широкий светлый коридор с деревянным полом и белыми стенами. Вдоль коридора – стеклянные двери.

– Слева палата для змей, ящериц и других подобных существ, которые нуждаются в особой среде и температуре, – кивает Рарртум на комнату, заставленную террариумами, в одном из которых удаётся рассмотреть огромного питона.

– Справа – для мелких грызунов.

Эта комната поделена на загончики, и вместо пола здесь растёт зелёная трава. В одном из загончиков сидит крупный белый зайчик с перебинтованной лапкой.

– В этой комнате маленькие кошки, а слева – большие. К большим тебе, Таяна, лучше не заходить. Для некоторых животных ты, в первую очередь, вкусная беззащитная еда, а уже потом всё остальное.

– Не буду, – с энтузиазмом киваю я.

Глупо было бы распрощаться с жизнью из-за праздного любопытства, тем более сейчас, когда я встретила таких удивительных парней. Обидно вышло бы.

В комнату больших кошек заглядываю с опаской. Натыкаюсь взглядом на огромную пантеру, вздрагиваю и отворачиваюсь – в её взгляде всё то, о чём меня только что предупреждал Рарртум.

– Эти комнаты для собак. Туда без меня тоже лучше не входить.

Судя по тому, что в одной из них волк, совет вполне разумен.

– Дальше комнаты для птиц. Слева – для хищных. Двери в эти комнаты лучше не открывать. Потом две комнаты для тех посетителей, кто не входит ни в одну из перечисленных категорий… А теперь прошу проследовать в мой кабинет, – он доходит до конца коридора и открывает дверь.

Переступаем порог и с любопытством осматриваемся.

Внутри очень просторной комнаты две зоны: одна для осмотров, а вот вторая очень напоминает операционную из-за металлического стола и характерной лампы над ним. Вдоль стен тянутся полки и высятся шкафы. На полках деревянные коробки разных размеров. Пол выложен плиткой.

Рарртум поясняет:

– Дверь слева ведёт в ванную. Там можно умыться самому или помыть пациентов. А дверь прямо ведёт на улицу. Чуть позже организую там несколько загонов для тех, кто не любит тесных помещений… Раз вы всё осмотрели, может быть, займёмся ужином? Есть очень хочется.

– Конечно, – оживляется Ангурр. – Представляешь, Таяна, как и мы, любит кофе!

Рарртум улыбается:

– Ничего удивительного! Думаю, по-другому и быть не могло.

– Что приготовить на ужин? – интересуется у меня Ангурр.

Пожимаю плечами:

– Я всеядна, так что на ваш вкус.

– Не возражаешь против мяса и супа?

Суп на ужин есть странно, но почему бы и нет? Так что киваю.

Когда доходим до кухни, предлагаю свою помощь, но Ангурр отказывается и говорит, что лучшей помощью будет, если мы составим ему компанию. Снова усаживаемся за стол. Рарртум берёт меня за руку, словно в этом нет ничего особенного. Данррим усаживается с другой стороны и просит:

– Таяна, расскажи немного о себе.

Фраза, которая всегда слегка ставит в тупик. Уточняю:

– Что именно тебе интересно?

– Вообще-то, всё, – обаятельно улыбается дракон.

И я залипаю на этой улыбке – всегда питала слабость к мужчинам, которые умеют обаятельно улыбаться. А тут аж трое таких. Такое ощущение, что их образы вобрали в себя всё то, что мне когда-либо нравилось в других мужчинах: длинные ухоженные волосы, гармоничные черты лица, густые ресницы, губы, которые так и хочется поцеловать… Понимаю, что мысли свернули куда-то не туда. Перевожу взгляд на Ангурра, и это не улучшает ситуацию. Мне всегда казалось, что мужчина на кухне – это очень сексуально. А уж красивый мужчина, который ловко управляется с ножом… Перевожу взгляд на ладонь, которую сжимает Рарртум. Ещё один фетиш – красивые мужские ладони с тонкими длинными пальцами. Да что ж такое-то?! Перевожу взгляд в окно. Таня, нужно собраться! О чём это мы? Меня же о чём-то спросили и ждут ответа… Точно!

Произношу:

– Мне двадцать три года. Буквально только что доучилась и как раз думала о том, чтобы начать искать работу.

– А по какой специальности ты отучилась? – интересуется Рарртум.

– На экономиста. Не могу сказать, что мне так уж нравилось, но на момент выбора мне было по большому счёту всё равно – я не знала, чем хочу заниматься. Мама предложила пойти на экономиста, я и согласилась.

– Получается, хоть ты и отучилась, но это не твоё любимое дело?

– Получается так… Я вообще хотела бы заниматься чем-то творческим. Но не быть актрисой – мне бы было некомфортно от такого количества внимания. Рисовать я тоже не умею. Режиссёру после завершения учёбы сложно найти работу, а деньги для меня важны… В общем, я толком и сама не знаю чего хочу… Ангурр, а чем занимаешься ты?

Он отрывается от разделочной доски, на которой нарезал овощи для супа, и улыбается:

– Я садовник. Если хочешь, завтра покажу свой сад.

– Любишь растения?

– Очень!

– Это заметно – их и в гостиной много, и в твоей комнате… А вы сразу поняли, чем хотите заниматься?

– Да, – подтверждает Ангурр. – Мне с детства нравилось смотреть на растения и ухаживать за ними.

– Я тоже сразу понял, что мне нравятся животные. Как-то раз мне попалась птица со сломанным крылом. Мы с родителями отнесли её к целителю, хотя найти его оказалось непросто. Я увидел лекаря в деле. И меня воодушевило, что птица после лечения быстро поправилась. А ещё мне показалось неправильным, что у нас много тех, кто занимается болезнями старших рас, а вот найти лекаря для малых – сложно.

– Малые расы – это животные? – уточняю я.

– Ещё рыбы и птицы.

– Понятно… А ты, Данррим?

– Я нашёл дело по душе не сразу. Пробовал разное, но, как и ты, не мог остановиться на каком-то одном. Многое вроде бы неплохо получалось, но как будто не вызывало внутреннего отклика. А потом я случайно перенёсся в один интересный мир. Там люди живут большими кланами в жилищах из шкур. Чтобы защититься от плохих духов, в этом племени плетут ловцы снов. И мне повезло увидеть работу такого мастера. Она меня заворожила. И то, как ловко двигались пальцы мастера, и то, что из хаоса ниток, бусин и перьев получалась гармония. Я напросился в ученики, а потом и сам начал плести. И понял, что это именно то, чем мне хочется заниматься.

– Ты говорил, что твои ловцы снов обладают необычными свойствами: успокаивают, защищают, лечат. Это драконья магия?

– Не совсем. Любой может вкладывать душу в то, чем занимается. Просто драконы делают это сознательно.

– Вкладывают душу?

– Это образное выражение, не совсем точное… Сложно объяснить. Но чтобы всё получилось правильно, нужно любить своё дело и стараться делать свою работу как можно лучше.

– Понятно…

– Таяна, ты упоминала свою мать. Расскажешь о своих родителях?

Киваю:

– Конечно. Мама у меня воспитательница в детском саду. Папа – инженер. На самом деле, я не совсем понимаю, чем именно он занимается. Знаю только, что это связано с машиностроением. А ещё у меня есть младший брат. Ему десять. Мы неплохо ладим.

Вижу, как Ангурр достаёт из шкафчика большой кусок мяса, и озадаченно хмурюсь: ну не может в этом шкафчике столько всего поместиться. Если бы ещё дракон засовывал руку по локоть, то можно было бы предположить, что шкафчик просто очень глубокий. Но выглядит не так. Решаю разобраться:

– Ангурр, ты уже не в первый раз достаёшь продукты из этого шкафчика, и как будто больше, чем туда может поместиться. Это какая-то магия?

Ангурр улыбается:

– Мы помогаем миру, а он помогает нам. Например, даёт продукты, чтобы не нужно было тратить время на их добычу.

– Мир даёт вам продукты? – не понимаю я. – Они там внутри сами появляются?

– Да. Нужно открыть дверцу с твёрдым представлением о том, что именно хочешь получить, и продукт будет.

– А я могу попробовать?

– Конечно.

Поднимаюсь с места и, пока иду, старательно представляю куриное яйцо. Но когда тяну на себя дверцу, внутри ни яйца, ни каких-либо других продуктов.

Разочарованно вздыхаю:

– Пусто.

– С первого раза не у всех получается. Для этого нужно твёрдо знать, что именно там будет. Для некоторых это сложно. Не переживай, со временем научишься.

– Ладно.

Неудача не то чтобы расстраивает – Ангурр прав, я не верю, что так можно. Мы в школе проходили закон сохранения энергии, и я привыкла считать, что само по себе ничего не появляется. Но научиться этому фокусу было бы неплохо. Погодите!

– Если там появляется всё, что ты захочешь, то почему ты не можешь достать готовую еду?

– Я люблю готовить, – улыбается дракон. – Да и еда, которую готовишь сам, гораздо вкуснее, ведь ты в неё вкладываешь свою любовь к тем, для кого готовишь.

– Понятно…

Возвращаюсь на своё место и кладу ладонь на столешницу. Рарртум тут же её сжимает. Улыбается:

– Ты в детстве была спокойным ребёнком?

– Нет, – улыбаюсь я. – Мама говорила, что у меня было шило в… В общем, что я была очень энергичным ребёнком. Любила бегать, лазить по деревьям, придумывать игры. Однажды…

Драконы слушают мои детские истории внимательно. Смеются, задают вопросы. Рассказывать что-то таким вовлечённым слушателям очень легко и весело.

А потом Ангурр ставит перед нами тарелки с супом и доску с ароматным жареным мясом. К нему прилагается тарелка с маленькими помидорками и брусничный соус.

Суп оказывается рыбным, по вкусу как будто с лососем, который почему-то белый, а не красный. В меру острый, с большим количеством прозрачного бульона. Очень вкусно. И мясо тоже оказывается выше всяких похвал.

Что мне нравится, так это то, что Рарртум ест мясо руками, Ангурр – ножом и вилкой, а Данррим сперва нарезает на мелкие кусочки, а затем откладывает нож и ест вилкой. Бульон Рарртум и Данррим выпивают, наклонив тарелку, а затем съедают гущу. Ангурр же весь суп ест ложкой. Похоже, в этом мире нет каких-то «правильных» способов что-то есть, и мне это нравится – можно расслабиться и делать так, как мне удобно, не боясь показаться невоспитанной. И хотя я всегда ела суп ложкой, на этот раз сперва отпиваю часть бульона, а потом доедаю остальное. А с мясом следую примеру Данррима – я, конечно, умею есть ножом и вилкой, но мне это кажется жутко неудобным.

На этот раз настаиваю на том, чтобы помыть посуду. Всё-таки готовила не я, и мне не хочется казаться совсем уж халявщицей.

Ангурр улыбается:

– Признаюсь честно, моя любовь к готовке не распространяется на мытьё посуды, так что я не возражаю.

– А я пока заварю всем цветочный чай – кофе перед сном пить вредно, – произносит Рарртум.

Все соглашаются.

Во время чаепития улыбаюсь:

– Я вам рассказала свои детские истории, а теперь ваша очередь. Очень интересно узнать о том, как растут драконы.

Данррим улыбается:

– Я тоже любил лазить по деревьям и проказничать. Мой отец занимается восстановлением книжных переплётов, так я как-то пробрался в его мастерскую и решил освоить это ремесло. Мне было семь, так что, сами понимаете, ничего хорошего из этого не вышло. Папа, как вошёл, так даже в первое мгновение не нашёлся что сказать. Потом, конечно, отругал и попросил больше в его отсутствие в мастерскую не входить. А если мне захочется учиться – обратиться к нему. Он действительно попытался меня научить, но я быстро понял, что это не моё – нужно слишком долго сидеть на одном месте, а моей деятельной натуре это не подходило. И самое удивительное – я всегда думал, что у меня мало терпения и усидчивости, но оказалось, что если заниматься делом, которое тебе интересно, всё иначе.

– Я тоже был шебутным ребёнком, – улыбается Рарртум. – Любил бегать и плавать. Но животных любил с детства и вечно притаскивал их домой. Если животное оказывалось совсем уж диким, приходилось потом относить обратно. Но всяких насекомых, змеек, щенков и котят у нас всегда было много. Мама просила оставлять змей в моей комнате, потому что она их почему-то боялась. И пауков тоже.

– А вот я всегда был очень спокойным ребёнком, – усмехается Ангурр. – Любил природу. Мог часами смотреть на цветок или какое-нибудь красивое дерево. Слушать, как ветер шумит листвой, или наблюдать, как он изгибает травинки… Родители за меня очень переживали. Боялись, что я не найду себе друзей. А потом я познакомился с Рарртумом и Данрримом. Они были очень похожи: шумные, весёлые. Я так и не понял, почему они тогда взяли меня в свою компанию.

– Ты же очень любил читать, в отличие от нас в то время, – добродушно произносит Рарртум. – Очень многое знал и умел интересно рассказывать. Это из-за тебя я потом и полюбил читать.

– А я всё пытался понять, как ты можешь столько времени сидеть на одном месте и не заскучать при этом, – смеётся Данррим. – Казалось, что ты видишь что-то, чего не вижу я. А ещё ты всегда соглашался на всё, что я предлагал. И к озеру сбегать, и добраться до снега, и яблоко с верхушки дерева достать. Только если я вечно вспыхивал и был готов сразу же нестись воплощать всё, что мне захотелось, ты всегда спрашивал: «А сколько времени это займёт?», «Может быть, нам стоит взять с собой еду?», «Ты предупредил родителей?». Надо ли говорить, что мать с отцом были от тебя в восторге.

– И мои, – улыбается Рарртум. – Вечно тебя хвалили.

– Получается, вы подружились ещё в детстве? – с любопытством уточняю я.

– Верно. Сперва мы с Данрримом, а потом уже к нам присоединился Ангурр… Уже поздно. Думаю, ты устала, поэтому предлагаю отправиться спать.

Остальные его поддерживают, а мне как-то неловко отказаться, так что не возражаю, когда парни провожают меня до моей спальни. А потом они прощаются и ждут, пока я зайду.

Когда дверь за моей спиной закрывается, хмурюсь: это что, первой брачной ночи не будет? И даже не поцеловали меня перед сном! Конечно, я пока слабо представляю, как это всё происходит, когда трое сразу. Но готова к новым открытиям!

Даю себе обещание, что это последняя ночь, когда я сплю одна. Раз уж попала в такую ситуацию, нужно извлечь из неё максимум приятного. Тем более они такие красавчики. Ммм…