Вот она чёрная неблагодарность! Долбанные дети! Хоть бы один из этих четверых засранцев поздравил меня с днём рождения! Двадцать восемь лет, блин, а впервые за эти годы, я чувствую себя дряхлой старухой, никому не нужной, сбагренной в какой-то дом престарелых, и успешно забытой всеми близкими!
Вы спросите, где были мои мозги, когда я решила обзавестись четырьмя отпрысками? Как такое возможно? Легко! Достаточно было родиться мной! И, да, я никого не рожала - я "счастливый" ребёнок из многодетной семьи! У меня три сестры: малышка Клара, которая готовится стать молодой инста-мамочкой, на восемнадцатом году жизни; двадцатилетняя Инга, которая умотала в Мадрид с любовью всей своей жизни, забив на учёбу в Стенфорде; двадцатидвухлетняя Светлана, которая обзавелась к своим годам двумя детьми и мужем алкоголиком, проживающая на данный момент в селе с семьёй мужа, у которой, кстати, такие же способности питаться святым духом, но бабло на самогон и водку всегда почему-то находится.
Вы никогда не задумывались откуда у алкоголиков деньги на выпивку? Меня этот факт поражает. Они всегда пьют! Всегда! Кризис в стране — пьют! Нет работы — пьют! Есть работа, но малооплачиваемая — всё равно пьют! Семьи, дети, обязательства — плевать, пьют. Эти бомжеватого вида "миллионеры" мне всю жизнь под откос пустили!
Один Тёма, любимый брат, близнец младшенькой Клары, усердно продолжает обучение в Суворовском и не спешит гробить свою жизнь! А девки же в нашей семье.... Как бы так выразиться покультурнее... Гениальностью и приличием не блещут!
Вы не подумайте, правда, я не чмырю свою семью, в частности сестёр. Ибо я такая же! Да, даже хуже! Но мне хватило в свои пятнадцать лет четверых спиногрызов, вечных проблем, покойной матери алкоголички, чтобы к своим годам не бросаться в материнство, замужество, алко-компании!
Я прекрасно понимаю, что это сугубо мои проблемы и проецировать свои жизненные позиции и свои взгляды на сестёр глупо и неуместно. Они не обязаны жить так, как мне хочется, так, как вижу я правильным! Но хочется же для этих засранок лучшего! Не прозябать в глубинке с алкашами, не возиться с детскими какашками в едва восемнадцать, и не жить в чужой стране с альфа-самцом, который попросту кобель обыкновенный!
Помогаю им, конечно. А как иначе, это уже вошло в привычку…
Когда мне исполнилось пятнадцать матери не стало. И как бы это не было странно, ведь на меня свалились четверо детей, но я вздохнула с облегчением. Нет, вы не подумайте, в моей жизни были времена, когда дом полная чаша, достаток, любящий отец, хоть он и был моим отчимом, я ни разу не чувствовала себя чем-то обделённой на фоне других детей. У нас был огромный дом в Подмосковье, все наши "хотелки" исполнялись, покупались, мы ходили в элитную школу, посещали желанные кружки и занятия. Гармония... Но длилось так недолго... Мне было примерно десять, когда отец впервые заговорил со мной о том, что в эти зимние каникулы мы с семьёй не полетим кататься на лыжах. Дальше становилось только хуже... У отца была огромная строительная компания, они регулярно выигрывали тендеры на строительство многих объектов не только по России, но и во многих странах. И что-то пошло не так... Однажды я застала его с открытой бутылкой виски. Он изрядно пьяным голосом, заметив меня, излил мне свою душу, но в силу своего возраста я мало что понимала, но одно уяснила точно. Марк Зальцман — сделал целью всей своей жизни, лишить моего отца бизнеса. Тогда я смотрела на обложку какого-то журнала, с броским заголовком "Мульти-миллиардер посетил Россию... " Там было что-то ещё... Но я смотрела только на смуглого иностранца, в деловом костюме и заискивающей улыбкой на губах, не понимая, почему этот, с виду приятный, мужчина решил отобрать всё у моего папочки. И ведь ему удалось отобрать всё!
И даже больше.
С потерей компании мы потеряли отца. Сначала он пытался держаться... Пил, ругался... Нет, он не умер-он пропал. Пропал без вести. Вышел из дома одним дождливым утром и не вернулся больше. Мать тогда ещё не начала спиваться, но уже прикладывалась к бутылке с крепким спиртным, обивала пороги, на тот момент ещё милиции, нанимала частных сыщиков и так далее. Словом, не опускала руки... Хватило её на полгода…
Дом мы вскоре продали, перебрались в Химки в унылую трёшку, которую мать купила на вырученные деньги от продажи дома. И это была единственная трата — всю остальную часть денег она пропила. Малые в яслях, в детсаде, школе, кое-как переживали пьянство матери, потому что, приходя домой, дома творился самый настоящий притон. Вечные собутыльники, горы бутылок и грязи, ругани и прочего. Мне двенадцатилетней девочке приходилось разгонять и выталкивать из квартиры весь этот сброд. После их ухода у нас постоянно что-то да пропадало: украшения, посуда, техника и т.д. Мать всё чаще начала уходить с ними. Видимо, остатками мозга ещё понимала, что детям не стоит наблюдать подобное. Мне было тяжело, и дело в не детях, даже не в младшеньких, которым едва исполнилось по два годика, мне нужна была мама. Новая школа, новое место жительство, совсем одна без привычных друзей и подруг, без папы, семейных ужинов, путешествий, походов в театры, музеи и рестораны. Но тогда я её ещё не ненавидела.
Возненавидела я её в свои четырнадцать.
Красила волосы в чёрный, начинала курить сигареты и выпивать слабоалкогольную выпивку, или пиво, в компании ребят гораздо постарше. Да, подростковый бунт меня не обошёл... И это было моим единственным развлечением. Глубокой ночью, потому что весь день я занята: собрать детей в детсад и школу, приготовить что-то поесть, забрать детей, загрузить стиралку, заставить всех делать уроки, сделать самой, попытаться привести квартиру в немного божеский вид, приготовить ужин, уложить мелких спать, и всё в таком духе. Я частенько выходила ночью во двор и плакала, чтобы никто не видел. Именно так и познакомилась с ребятами, с соседнего двора. У них не было моих проблем, да и я о них не рассказывала никому, мне было стыдно. У них была другая жизнь, клубы, дискотеки, проблемы в отношениях. Мне было интересно слушать о жизни, которую я больше не могла себе позволить. Они же и покупали пиво, или слабоалкоголку, у них я стреляла сигареты. Я не могла себе позволить это купить, поэтому была "халявщицей".
И в одну из таких ночных вылазок, я вернулась домой и застала мать на кухне с бутылкой водки. Она не появлялась дома до этого двое суток. Мы поссорились, разбудили детей своими криками. На этот раз всё было иначе — плохая была я. Что таскаюсь, что у меня одни гулянки на уме, что не приготовила ужин, хотя я приготовила, и всегда оставляла матери, вдруг та придёт домой. Но именно в тот день малые попросили добавки, и я разделила порцию матери им поровну. Я была обычным подростком, и я не стала молчать, меня не останавливали даже проснувшись дети и плачущие Клара с Артёмом. Я высказала ей всё, выхватила водку и разбила её об раковину вдребезги, за что тут же получила оплеуху от матери. Впервые в жизни она подняла на меня руку. Вообще, кто-то впервые меня ударил. И я выгнала её. Выволокла из квартиры в подъезд и закрыла двери, став врагом для Инги и Светки, которые всё это время кричали мамочка и пытались даже меня побить, чтобы я ее не трогала. Я её не била, ни разу не ударила! Но плохая стала я. К моему удивлению, близнецы меня только поддержали. Обняв меня своими маленькими ручками, прошептали, что очень испугались за меня, что думали, мама меня убьёт. И откуда только у трёхлеток с небольшим были такие мысли…
И началась другая жизнь. Старшие со мной не разговаривали, только требовали денег в школу, тыкали пальцами в грязное бельё, морщили носы от моей готовки. Словом, устроили мне бойкот... А деньги у меня тогда не водились, от слова совсем. Пособия, которые приходили матери она успешно пропивала, и если удавалось отобрать хоть половину уже было чудо. А на неё только раз холодильник затарить, да "мыльно-рыльное" купить. Чего я только не делала: и подъезды ранним утром мыла, и собак вечером выгуливала, и пыталась объявления ещё расклеивать. Этих копеек ни на что не хватало, а дети росли. Детям нужна одежда, так как "я бы монала", как же они быстро вырастают из старой. Детям нужны фрукты, овощи, они богаты витаминами, а оттого меньше болеют. А болеть дорого! Я и это прошла, благо моё самолечение не привело к трагичным последствиям, и все дети выросли целыми и здоровыми. И выход нашёлся. Нет, я не нашла работу и не бросила школу. Я нашла пьяную мать в соседнем районе, отмыла её, приодела в нормальную одежду, ибо та, в которой она была, даже на половую тряпку, которой я мыла подъезды не годилась. Отвела в банк и собес. Мы переоформили все выплаты на карту, тогда это только начинало набирать обороты, и взяли кредит. Да, такое себе решение — ярмо на шею и растущие проценты. Но у меня дети сидели дома голодные и раздетые. На улице зима, а у младших вся зимняя одежда ни туда ни сюда - там рукава уже по локоть, там штанины по колено! Как в таком виде на улицу, или в садик? Прямая дорога в детдом!
Деньги мы поделили. Как сейчас помню двадцать тысяч рублей - огромная сумма просто. Десять мне, десять матери. Карту я забрала, пообещав матери ежемесячно выделять половину. Мы съели по дороге домой из банка по чебуреку, она выглядела нормальной, почти такой, как до ухода отца и началу её алкоголизма... Но домой она не пошла. Зачем? У неё же появились деньги! Она пошла поить на них своих собутыльников, а не со мной по секонд-хендам за вещами малым! Я жалела порой и её, и себя. Жалела, что выставила её за дверь. Я не отбирала у неё ключи — она могла прийти домой в любое время, но её не было. Тогда я жалела об этом, но напрасно... Инга воротила нос от купленной мною одежды, а Света за ней повторяла, хотя это она была старше и уместнее бы было, чтобы Инга брала пример со Светки, а не наоборот. Наслушалась я тогда за два года столько гадостей…
Но даже это меня не сломало…
У меня был полный дом детей, они постоянно что-то разбрасывали, что-то теряли, что-то перекладывали, устраивали погром. Поэтому то, что у меня в квартире начали пропадать вещи я заметила не сразу. Однажды я не нашла на вешалке свою дублёнку. Мы перезимовали, всё было нормально. Весна пришла рано и я, достав более лёгкую курточку, не нашла своей дублёнки на вешалке, чтобы убрать её в шкаф до следующей зимы. Дублёнка, к слову, мне досталась бесплатно, от женщины из соседнего двора, у которой в доме я мыла подъезд. Может жалко меня стало, а может и вправду не нужна была одежда, но однажды утром она сгрузила мне в подъезд три огромных пакета с вещами, со словами: "На тряпки пустишь. Моя всё равно уже год, как заграницей, носить некому".
Чего там только не было, и та самая дублёнка, целёхонькая. До сих пор вспоминаю доброту постороннего человека - замечательная женщина. Но мелкие утащили меня смотреть мультики, и я отложила поиски своей верхней одежды на завтра. Как оказалось, зря. На следующий день мы пришли домой со школы, а телевизора не было. Только тогда я поняла, как же я ошибалась, жалея мать, не забирая у неё ключи. Телевизор, моя дублёнка, детские ходунки и коляски, сваленные за ненадобностью на балконе, часы отца, его костюмы - это только малая часть того, что она вынесла со своими дружками.
Я просто сменила замки. Я была разбита и раздавлена, даже не стала пытаться искать мать, пытаться вернуть вынесенные из дома вещи, украденное у собственных детей. Я вычеркнула её из своей жизни! Как мне тогда казалось, навсегда, но нет, не навсегда. Пришла беда, откуда не ждали. Вернее, как не ждали, я боялась этого, как огня, и это рано или поздно должно было произойти, дети не должны жить без родителей, сами по себе. К нам нагрянули органы опеки. По какому-то счастливому стечению обстоятельств, у меня было чисто и убрано, я накануне, как чувствовала, драила всю квартиру с мелкими, пока старшие гуляли во дворе. Телевизора-то не стало - вот им и было весело мне помогать по дому, ходя за мной хвостиком из комнаты в комнату. Врала я тогда безбожно, Голливуд плакал, пожалуй, по мне в три ручья. Мама - на работе, папа - без вести пропавший, никто не пьёт и не курит, и, вообще, мы образцовая семья, хоть и без отца. Походили они, посмотрели по комнатам, поговорили со мной за чашкой чая, рассматривали детей и, не сочтя нас неблагополучными, удалились восвояси. Ну а как иначе? Дети сытые, здоровые, опрятные, дома порядок. Отсутствие телевизора их насторожило, но я опять, вернувшись к актёрскому мастерству, заверила их, что он в ремонте, и на следующий неделе только его можно будет забрать. Уйти-то они ушли, а вот оставили мне одну огромную проблему - им требовалась беседа и подпись матери.
С того момента я начала искать мать и учить врать детей…
Мать нашлась спустя трое суток. Её собутыльник показал, где она живёт с "мужем". Нет, она не вышла замуж и не завела новую семью - она жила у своего любовника в алкопритоне. Не квартира, а помойка. Я даже в говно человеческое вступила, волоча пьяную вдрызг мать из этого гадюшника. И всё случилось по отработанной схеме - бульон, ванна, нормальная одежда. Два дня она провела дома. Сутки умирала от похмелья и посылала детей, которые к ней искренне тянулись. И сутки более или менее адекватной. Опека получила родителя, подпись и легенду о работе на рынке и помощь старшей - меня то есть. Стоило мне это всех моих накоплений. Да, бесплатно идти она никуда не хотела, и не пошла бы. А я уже жизни своей не представляла без детей, брата и сестёр. В тот день мы ещё чудом успели в паспортный. И написали заявление на получение моего паспорта. Разошлись мы молча, не сказав ни слова друг другу. Я забрала у неё паспорт её же, такой и был уговор, если она его потеряет... Я не вывезла бы просто сама по себе ... Поэтому паспорт всегда оставался дома. Отдав деньги, я ушла. В тот раз я навсегда попрощалась с матерью!
Так и жили…
Итак, мне шестнадцать, мелким по пять лет, две, относительно взрослые, кобылы девяти и десяти лет выживали как могли. Светку с Ингой попустило к тому времени, больше они носы не задирали и с благодарностью принимали мои покупки и заботу. Кларка с Артёмом, вообще, стали называть меня мамой, еле отучила. Не дело это. Что люди подумают и скажут? С опекой вновь встречаться не хотелось вообще! Я ждала окончания школы, как чуда! Ведь у меня будет весь день, целый день! Мне не нужно будет сидеть на уроках, я смогу выйти на работу, на целый день, подогнав график под малых, чтобы успевать и провожать их, и встречать, забирать.
И вот, школа позади, ненужный мне выпускной, отличный аттестат, амбиций куча, как и надежд. Но реальность была такова, что никто не горел желанием брать на работу шестнадцатилетнего подростка! Непостоянная, маленькая, ветер ещё в голове, загуляешь, несерьёзная - это только малая часть отказов в трудоустройстве, которые я постоянно слышала. На мне четверо детей, а меня шпыняли, как младенца, намекая и указывая на несерьёзность и безответственность.
И жизнь моя "наладилась", когда я целых два с половиной часа проторчала в местном клубе. То, что коньяк не слабоалкоголка, я поняла бокала с четвёртого, так как успешно его разбавляла с колой и льдом. Как только меня "накрыло" я "пошуршала" домой. Можно сказать, отпраздновала сотый отказ в принятии на работу. А работу по уборке подъездов ведь никто не отменял. И посему, не проспавшись, ни разу не протрезвев, я "почапала" мыть подъезды. В таком состоянии меня и встретила Раиса Александровна - женщина, которая подарила нам три пакета вещей. Она очень долго бурчала и на меня, и на молодёжь, которой ничего не надо. А я, честно сказать, была в стельку и потому выдала ей всё. И про мать алкоголичку, которая год не появляется, и про четырёх оболтусов, которых каждый день нужно не только обхаживать, но и заставлять учиться, а я такой же подросток! В общем, выговорилась на славу. От души. На русско-матерном…
Оказалось, у Раисы Александровны был любовник. И не просто любовник, а владелец кафе, причём не самого плохого. Она-то меня и устроила к нему на работу. Сначала я мыла посуду, потом я начала обслуживать столы и наш семейный бюджет возрос втрое! Ещё я подрабатывала там же, доставляя заказы на дом, на обычном велосипеде. Я думала так только в кино бывает. Но нет, будни бежали, бюджет пополнялся, я уже могла себе позволить сводить детей в цирк или театр раз в месяц. Всё было прекрасно…
Сколько бы я ни зарабатывала этого всегда было мало. Коммунальные услуги мы оплачивали в самом крайнем случае, когда нам угрожали отключить свет или отопление, воду. Одежда, опять же с чужого плеча. В порыве бессилия я, уподобляясь матери, продавала, как мне казалось, ненужное. Детские кроватки, одежду. Проще стало только с едой. Я не только обеспечивала дворовых собак и кошек пищевыми отходами с кафе, но и могла купить, или взять на кухни кафе, то, что мне нужно. И мы успешно с этим расправлялись в один вечер.
Если так посудить, то нормально мы жили. Крыша над головой есть, еда есть, одеть и обуть что есть. Многие и этого не имели... Но этого так ничтожно мало наравне с тем, что имеют остальные…
Всё изменилось в мои семнадцать. Когда я отвозила очередной заказ по адресу. Позвонила в звонок, как у меня тут же забрали тяжёлый пакет с едой, расплатились, даже оставили на чай три сотни. Но, выйдя из подъезда, я обнаружила страшное - моего велосипеда не было! Его попросту кто-то украл. Сколько отчаяния и боли я испытала в тот момент не передать словами. Это даже не моя вещь! Сколько с меня за неё потребуют? Где мне взять такие деньги?
Не решаясь тратить чаевые на такси, я побрела к ближайшей остановке через ночной парк, хлюпая носом и проклиная свою невнимательность. Можно же было его тащить с собой на третий этаж, а не пристёгивать к перилам у крыльца подъезда!
В том парке мне и встретился он... Тёмный силуэт, который побежал мне навстречу, ударил по голове, обдав запахом алкоголя изо рта. Он дрожащими руками сталкивал с меня штаны и что-то бормотал, но я не понимала. Меня сковал ужас.
"Меня насилуют! " - единственная мысль, бившаяся в моей голове.
Тогда я думала, о том, что если попробую дать отпор этому крепкому мужчине, он меня убьёт! А у меня дома дети! Если он возьмёт силой, лишит девственности, то, возможно, я смогу выжить, после того как он получит желаемое. Нужно всего лишь быть податливой, если хочу увидеть своих сестёр и брата ещё раз.
И... Я не смогла... Рефлекс это, или что-то другое. Но стоило его горячему члену коснуться внутренней стороны бедра, как я закричала. Всё внутри меня противилось этому. Даже ещё один удар по голове не помог, и я продолжала орать во всё горло. Я не звала на помощь, я просто выкрикивала, растягивая согласные, до боли в собственных ушах. Но, несмотря на это, между моих ног протиснулось нечто горячее и ритмично задвигалось.... Я думала это конец... Но это стало началом... Началом новой меня....
Внезапно появились странные образы... Вот я содрогаюсь, что-то кричу и сопротивляюсь. Вот бьюсь в конвульсиях с какой-то тряпкой на шее... Мои глаза закрываются, лицо синеет... и я умираю…
Я распахнула глаза в ужасе от увиденного и осознала, что тень, напавшая на меня больше не двигается, и не собирается меня ударить... Кое-как выбравшись из-под него я, на бегу надевая штаны, побежала вперёд, оглядываясь на так и оставшегося лежать на земле мужчину.
Дома, приняв ванну, меня успокаивали дети. На работу я так и не нашла сил вернуться... Разумеется, я ничего им не сказала. Я никому ничего не сказала. К нашей семье не должно быть привлечено внимание никаких органов... Иначе у меня заберут детей…
В ту ночь начала умирать Виктория Белова, и родилась Викки Вайт... Девушка, от взгляда которой мужчины сходят с ума. Самая желанная добыча альфа-самцов. Безумие женатых и свободных мужчин. Наваждение. Проклятие. Носящая и днём, и ночью чёрные очки красотка. Самая высокооплачиваемая элитная проститутка страны... И это моя история…
Пролистав ленту Инстаграма, я удостоверилась, что отправленные сестре деньги успешно дошли, и успешно потрачены. Её профиль пестрил фотографиями из модных магазинов детской одежды и разнообразными покупками. Как бы там ни было, это её выбор. Хочет стать мамочкой в едва восемнадцать — пожалуйста. Всё, что могла, я сделала. Кларка непробиваемая. Дети счастье и всё в таком духе. Единственное, что меня смущало так это пятнадцатилетний будущий отец! Ну не верю я в семью в таком возрасте…
Глядя на стройную шатенку, кривляющуюся на камеру с детским комбинезоном, улыбнулась сама. Люблю же их до чёртиков, а они... Хоть бы вспомнили про мой день рождения, оболтусы неблагодарные.
Кофеварка отключилась и я, спешно запахнув белый короткий халатик, разлила кофе в две чашки.
Чуть не забыла про клиента.
Растрепав волосы и покусав губы, я уверенной походкой вошла в спальню, напевая весёлую мелодию. Крепкий мужчина растянулся на моей кровати и видел десятый сон. Точнее, он видел, как я его трахаю... Страпоном... И ещё заставляю вылизывать свои туфли…
Точно! Туфли! Быстро метнувшись в прихожую, я надела белые туфельки-стрипы и поспешила вернуться в спальню.
Блин! Он ещё и в трусах! А это неточности по сценарию! Пришлось, скривившись, снять с него и трусы, оставив подтянутое мускулистое тело абсолютно обнажёнными. Оглядев сию картину без должного омерзения, я накинула на него шелковую простынь прежде, чем разбудить.
- Милый, тебе пора. - вложив в голос всю свою сексуальность, вещала я. - У нас есть пара минуточек выпить кофе…
Мужчина находился ещё под моим флером, и, едва открыв глаза, потянул свои грязные ручонки к моей груди.
- Но но! - отскочив, я поспешила отвести взгляд. - Кофе! И только кофе.
Мы пили кофе и болтали о всяком. Я мило улыбалась и, пока он трещал без умолку, дорабатывала его воспоминания. Нельзя допустить ни малейшей погрешности. Лишняя родинка, или не состыковка разрушит всю иллюзию. Пока всё было гладко. Мужчина запомнит эту ночь, как лучшую в своей жизни, оставив мне сто тысяч на столике, хотя я проспала, как убитая, в квартире по соседству.
.... и нет, мне не стыдно.
- Мне всё очень понравилось. - даже немного покраснев, сказал он у двери. В безупречного крое костюме, он производил отнюдь не впечатление извращенца. - Не ожидал…
- Мурр... - ласково прижавшись к нему, я чмокнула его в щеку, подталкивая к выходу. Там его уже заждалась охрана.
Как это ни странно, но стоило мне закрыть дверь, как на меня накатила усталость и скука. Мне определённо требовалось развеяться…
Распахнула шкаф и осознала, что это не тот шкаф. В этом хранилась вся экипировка для моей профессии, от ролевых костюмчиков, до бездны нижнего белья и чулок.
Эммм... Уработалась, что ли?
На кухне раздался стандартная мелодия вызова последнего Айфона и мне пришлось, поспешно захлопнув шкаф, поменять дальнейшую траекторию движения.
- Анечка... - приняв вызов, пропела я коллеге по несчастью.
- Привет, Вик! С днём рождения, малышка!- несмотря на смешки, голос её звучал сипло и простуженно.
- Всего тебе, и побольше. Клиентов щедрых.
- Спасибо, дорогая... - умом я уже понимала, что звонок раздался неспроста.
- Слушай, неловко тебя даже просить... - замялась она, - День рождения, всё-таки. Но может найдёшь часик, а? Я вообще никак! Ещё и клиент залётный, не из постоянных. Примешь? А я, как очухаюсь, отблагодарю, ты даже не сомневайся.
Вот так вот люди научились вить из меня верёвки…
- Во сколько?
- Через час. Чикуля, ты самая лучшая. Всё сейчас сброшу ему твой адресок. Он всего-то на час, может нищий... Можешь выставить, если захочешь, но вот просто отказывать, как-то непрофессионально. Чего деньги терять? - затарахтела она в трубку.
- Хорошо, хорошо. Давай, я ещё ванну успею принять. Что он там хоть предпочитает? - старалась я отделаться от ненужных рассуждений.
- Да хрен его знает.
- Значит, классикой брать будем. Всё, выздоравливай. И сегодня, завтра мне по таким поводам больше не звони. - предупредила я.
Мы ещё минут пять всё-таки потрещали о том о сём, прежде чем я ушла в ванную.
И как я докатилась до такой жизни?
...а-а-а, я же рассказывала…
Аромамасла и пена с ароматом лаванды сделали своё дело. Из ванны я вышла свежая, бодрая и с ухудшившимся настроением. И так теперь постоянно. Никогда не забуду, как я принимала ванну дома: бегом, бегом, воду включила, намочилась, намылилась, голову вымыла, смыла всё с себя, воду выключила. Турборежим. Минут пять, десять. Сейчас же я могла не отказывать себе в удовольствии понежиться в тёплой водичке столько , сколько душе угодно. До сих пор не верю, что это была моя жизнь, а не дурной сон.
Включив стерео, я открыла шкаф и подпевая голосистой певице нырнула в его содержимое. Анька часто меня спрашивает, куда я трачу деньги, ведь мои доходы порой превышают даже недельную выручку всех девушек. В шкаф! Я их трачу в шкаф - кружевное латексное безумие. Про Марину ничего не могу сказать. Неприятная дама. Именно дама: белый блонд, розовые когти, как у коршуна, стрипы в повседневной жизни, мейк амазонок, плюс ядовито-розовая помада и мини-пёсик на ручках. К пёсику, кстати, претензий нет — он чудо. А Маринка слишком до денег жадная. Вот у меня их с рождения в достатке было, потом, вообще, ничего не стало, но я никогда не имела привычки считать чужие деньги, или жадничать, что столь щедрый клиент попался не мне. Это не мои домыслы, она сама так говорит не стесняясь. Я, вообще, думала, что подобные блондинки канули ещё в девяностых, двадцатых годах. Но, как видимо, нет.
"Гулять так гулять" - подумала я, извлекая уже из вороха всего непонятного, новый чёрный комплект нижнего белья. Никаких вульгарных чулок в сетку и корсетов. Красный лиф с чёрным тончайшим кружевом идеально сел на мою грудь 2,5, а трусики, в тон верху, подчеркнули плоский животик и округлые бёдра. Всё это великолепие соединялось между собой шелковыми чёрными лентами, переплетая и опоясывая светлую кожу. С чулками не стала заморачиваться, и поясом для них, выбрала обычные, плотные с ажурной каймой на бёдрах, с силиконовыми вставками.
Оставшись довольной, я захлопнула шкаф и занялась причёской. Ввиду того что у меня крайне непослушные волосы, а последнее ламинирование я вчера пропустила из-за клиента, это рисковало отобрать времени больше, чем ванна.
Но я в полном всеоружии копалась в отделении с обувью, когда прозвучал вызов домофона. Наспех надев пару красных туфель, я вывела изображение на экран. То, что у меня возникнут проблемы, как-то пришло на ум само собой. Мужчина под сорок, с недовольным взглядом прожигал экран и некрасиво сжимал челюсти.
- Бред какой-то. С таким лицом ко мне ещё не приходили…
И вот чувствовала же, что не стоит впускать его в дом, в квартиру, а послать к едрени Фени. Но нет! Тяга к деньгам, и надежды на собственные силы и дар, заставили меня сладким голоском пригласить его войти, назвать этаж и открыть дверь.
Встречала я его у порога, облокотившись на дверную ручку, замерев в выгодной позе. Привычка. Во-первых: так он до того, как уйдёт не узнает номер моей квартиры. Во-вторых: на этом этаже не было опознавательных знаков на дверях или, боже упаси, стенах. Ну и, в-третьих: все три квартиры на этаже мои, и никто из соседей не пристыдит меня за мой внешний вид или профессию.
Это элитная новостройка, тут живут и похуже меня люди.
К слову, о людях похуже…
Выйдя из лифта, мужчина с недовольным лицом замер и забавно повёл носом. Сначала мне показалось, что это что-то сродни брезгливости, но, когда он ещё и замотал головой, я поняла, что он принюхивается к чему-то. Незаметно начала принюхиваться сама, мало ли, пожар у кого. Но ничего не почувствовала совершенно. Разве что, резкий мужской парфюм.
- Привет, я Викки. - любезно представилась я. - Что-то не так?
Мужчина вздрогнул. Перевёл взгляд на меня и неожиданно улыбнулся. Выглядело это так себе, если честно. Дикая улыбка какая-то.
- Я Ник. - легко заговорил незнакомец, входя в мою квартиру и оттесняя вглубь меня. - И нет, уже всё хорошо.
Действуя по отработанной схеме, я помогла ему снять куртку, невзначай касаясь его груди, отпуская томные взгляды. Позволила самому разуться и увела его за руку в гостиную.
- Присаживайся. - моё предложенное кресло он благополучно занял. - Кофе, виски, содовая, безалкогольный коктейль?
- Я не пить сюда пришёл…
Хам! Однозначно, хам! Но успокоив эмоции, я ещё любезнее объяснила:
- Я хорошо танцую, и могла бы станцевать для тебя, пока ты расслабишься со стаканом напитка в руке. - и, не сдержав, эмоций всё-таки добавила, - Но если ты, как животное, увидел самку и сразу в бой, пожалуйста, мне всё равно.
Нехотя, пришлось признать, что прищуренные зелёные глаза мужчины напротив были очень красивыми и глубокими. Стрельнув ими мне за спину и увидев пилон, он заметно оживился.
- Пожалуй, я выпью кофе с коньяком.
Вот идиот! Я же перечислила, что у меня есть. Откуда у меня коньяк? Мне что, в магазин за ним бежать?
Чем виски от коньяка отличается? Надеюсь, ничем.
Дождавшись окончания работы кофе машины, я перелила кофе в чашку, куда заранее налила грамм пятьдесят виски. И, подхватив блюдечко с рафинадом, ибо этот Ник не обмолвился и словом о сахаре, поставила угощение около него на столик. Пусть только попробует остаться недовольным! Хожу тут перед ним на цыпочках, позволяю как следует рассмотреть и оценить достоинства своего тела, а он всё равно недовольный!
Включив любимый трек, я забыла о своём раздражении. Это уже похоже на рефлекс. Как только я слышу эту музыку я уже знаю, что и как мне нужно делать — моё тело воспроизводит все движения до механических действий, не лишённых женственности и чувственности.
Но что-то шло не так. Точнее, всё шло не так... Своё воздействие на мужчин я знала отлично. Я звала его флер. И десяти минут мне хватало, чтобы не только очаровать мужчину, ну и послать ему самые желанные и пошлые фантазии, выданные за реальные события. А тут глухо! Впервые за столько времени я встретила мужчину, который на меня вообще никак не реагирует. Кажется, даже не очень заинтересован. Мне бы радоваться, ведь со своим даром я иногда волком готова была выть от безысходности и мечтала найти хоть одного мужчину, который не возжелал отыметь меня, спустя десять минут вблизи. Но я точно не мечтала, что этот мужчина придёт ко мне, как к проститутке... Вообще. И что теперь делать?
Музыка кончилась, а моя нервозность грозила вырваться наружу в любую секунду.
Ёк-Макарёк! Я не буду спать с этим типом ни за что на свете! Я не проститутка какая-то....
Нет, я проститутка, но не такая…
Даже мои собственные мысли соперничали друг с другом, пока я, замерев у пилона, глупо улыбалась. Ведь всегда и со всеми срабатывает! Я внушала им ночь любви, которую они желали, они уходили, оставляя мне деньги - все были счастливы! На секс я не подписывалась!
Сейчас я уже смотрела на мужчину другими глазами. Грубое лицо, кустистые прямые брови, большой и кривоватый нос, узкие губы, острые скулы. Он был хорошо сложён, явно не пренебрегал качалкой. Темно-красная водолазка облегала грудные мышцы и сильные плечи. Пришлось признать, что мужчина хорош. Тем не менее спать я с ним не собираюсь. Но ведь такой может и не спрашивать. Даст один раз по кукушке и всё, возьмёт, что ему надо.
Влипла так влипла.
Дальше тупо стоять и таращиться смысла не было, поэтому я заговорила:
- Послушай, Ник, мы явно не испытываем симпатии друг к другу. - пара шагов в его сторону. - Мы же не животные, в самом то деле. Давай я тебе поищу другую девочку.- сама не понимала, что я несу. Но пока я говорила он слушал, и не пытался меня перебить. Следил за мной довольным взглядом, не более.
А я быстренько перебирала ножками в сторону прихожей. Выдохнула, как только оказалась у спасательной двери, отперев её настежь.
- Я думаю нам лучше попрощаться! - прикрикнула я, постукивая каблучком в нетерпении.
Вот почему он не идёт за мной? Всё же понятно!
Наконец-то он показался в коридоре. Мне захотелось сглотнуть. Двигаясь ко мне тяжёлыми шагами, он производил впечатление злого быка, хоть на его лице и застыла посредственная улыбка. Гордо вскинув голову, я решительно встретилась с ним глазами и тут же оцепенела.
Никогда ещё мой дар не работал... так, как сейчас. Я с головой окунулась в пучину боли, страха, холода, зловонного запаха. Это совершенно непривычные для меня эмоции. Я ловлю похоть, заинтересованность, желание, сексуальный голод... Но не это всё... Нечем стало дышать. Я обессилено прислонилась к дверному косяку, не в силах отвести взгляда от его глаз, которые не обещали ничего хорошего. Сейчас бы по сценарию пошлые фантазии хлынули в моё сознание: я — развратница, я — скромница, анал, оральный секс, БДСМ, плётки, страпоны, цепи, качели... Я много наклонностей встречала у мужчин. Но вместо столь желанной сейчас порнушки, в моё сознание хлынуло совершенно другое, скорее образы. Ночное небо, пожелтевшие листья деревьев, качающиеся от порывов холодного ветра, промокшая земля, усыпанная мелкими сучьями, листьями…
А после...
Кровь! Голод! Адреналин! Внутри меня всё словно обледенело, мне хотелось бежать, но мысли и образы стоящего напротив мужчины поглощали меня. Лишь усилием воли я цеплялась за собственные чувства и эмоции, чтобы отделять их от чужих, не позволяя поглотить меня.
Всё слишком резко закончилось. Сознание прояснилось, хоть и отзывалось тупой болью в висках. Я смогла вдохнуть полной грудью и успокоить трясущиеся руки, прежде чем взглянуть на Ника.
Он смотрел на меня немигающим взглядом, замерев на полушаге ко мне, с застывшей улыбкой на губах.
- Нравится тебе, маньячина хренов?! - зло выплюнула я, закрывая двери. - Как только земля таких тварей носит?!
А как ещё объяснить это наслаждение от крови, которой было множество? Как объяснить его желание убивать? Маньяк! Самый настоящий!
Вспомнив все его липкие желания, меня передёрнуло. Не желая и минуты оставаться рядом с человеком, который отобрал ни одну чью-то жизнь, я поспешно нажала кнопку вызова охраны на домофоне и, скинув туфли у порога, быстро проскочила вглубь квартиры.
Я не знаю, сколько у меня времени, и сколько он так простоит. А всё внутри меня просто вопит в ужасе, подгоняя быстрее перебирать ногами. Телефон нашёлся на кухне, я сграбастала его холодными руками. Деньги с тумбочки плотной стопкой легли к чехлу телефона и двести баксов чаевых туда же.
- Паспорт! - командовала я сама себе дальнейший план действий.
Паспорт находился в другой квартире. Толкнув неприметную дверь у холодильника, я поспешила её быстро закрыть, благодаря себя за ту блажь, которая сидела в моей голове, и я таки договорилась об этой двери со всеми инстанциями. Внешне она походила на картину. Да, огромное изображение бушующего моря и маяка на фоне заката. В темно-вишнёвый интерьер моей кухни такая дверь вписалась отлично. Теперь же, я уверена, она спасает мне жизнь.
Пробежала быстро в прихожую, открыла ящик трюмо и победно сжала в руках паспорт! Мельком взглянула на себя в зеркало и кивнула отражению. Растрёпанные волосы, лихорадочным блеском, даже безумным, сверкающие глаза, бледное лицо. И, кажется, дёргающийся левый глаз.
Сдёрнув с вешалки коричневое пальто с широким капюшоном, я надела его на полуголое тело и разложила всё по карманам. Телефон, деньги, паспорт — мини-набор для экстренного побега, приятно грел грохочущее сердце, вселяя чутка уверенности. Сунула ноги в горчичного цвета ботинки на шнуровке, наспех спрятав шнурки, схватила ключи и выбежала в подъезд. Закрывая квартиру, я лихорадочно гипнотизировала соседнюю дверь, в которой оставался мужчина с садистскими наклонностями, прислушиваясь к звукам. Вроде тихо. Не тратя времени на лифт и ожидание, бросилась вниз, лишь после вспомнив, что забыла солнцезащитные очки!
- Плевать! Куплю в ближайшем магазине, если понадобятся! - подбодрила я себя, вывалившись запыхавшейся на улицу.
Осенний воздух остудил разгорячённое лицо, ласковым прохладным ветром огладив открытые участки тела. Щёлкнув сигналкой, я поспешно прыгнула в машину и, развернувшись на сидении, бросила взгляд на вход в дом.
- Ничего. Сейчас приедет охрана и выдворит этого типа из моей квартиры! И из жизни! Всё будет хорошо. Не зря же я им столько денег плачу... - я уже начала разговаривать сама с собой. Задумавшись, нормально это или нет, я наблюдала, как к дому подъехала машина, как из неё выбежали бравые ребята в спец форме и скрылись в подъезде. Один остался на улице. Водитель, решила я. Мужчина закурил сигарету, открыв водительскую дверь, а я облизнулась. Зачем только курить бросала!? Сейчас бы от сигареты я не отказалась.
Защёлкали бардачки и сидения - я искала возможные заначки сигарет, хотя бы одной. И да, между пассажирским сидением и дверью закалялась пачка сигарет.
- Хоть бы не пустая. Хоть бы не пустая! - цепляя её ноготками, я повторяла это, как мантру. Меня ждало разочарование — там была лишь одна сигарета, да и та нулёвка, я спрыгивала на них, когда была на пути избавления от никотиновой зависимости. Ладно, на безрыбье и рак рыба.
Но здесь я осознала, что понятия не имею, как пользоваться прикуривателем! И есть ли он у меня вообще?
-Так, всё, Вика, не твой день! Ну не твой! Сейчас выведут ребята маньячелло и ты стрельнёшь сигаретку у мужчин, и подкуришь. Главное, не смотри им в глаза! Не смотри им в глаза! А потом вообще блок сигарет себе купишь! И зажигалку! Закуришь весь дом, пока не проблюёшься.
Я вздрогнула. Что-то слишком часто я сегодня разговариваю сама с собой. Как бы снова ни пришлось психологу ползарплаты относить!
Где-то громко хлопнула входная дверь. Я дёрнулась и обернулась, жалея, что припарковалась задом ко входу. Трое мужчин вели согнувшегося пополам Ника, обступили со всех сторон, и выглядели они какими-то потрёпанными. Сердце моё пропустило удар, замирая и успокаиваясь. Вот всё и закончилось. Я выдохнула и потёрла лоб ладонью, разглаживая образовавшуюся складку.
"Не морщи лоб! Морщины будут!" - в памяти всплыли слова Аньки.
Анька! Сучка! Ну она мне и денёк устроила! Я ей это припомню! За всю жизнь со мной не рассчитается !
Водительская дверь закрылась. Один из троицы отделился, обогнув машину, сел рядом с водителем. Открылась задняя дверь. И здесь что-то пошло не так. Маньячелло вскинулся, выпрямился и врезал руками в наручниках одному по голове, тот осел на землю, затем другому по лицу, и порвал наручники. Вот так... вжух - и они стальными браслетами остались на запястьях.
- Мамочки, да что же это такое?! - спрятав голову за сидением, прошептала я, вжимаясь в обивку.
Бывший узник задрал голову и завертел ей во все стороны, пока не остановился взглядом на мне.
- Кабздец! - зачем-то выкрикнула я.
Со второй попытки ключ вошёл, куда надо, и я, пренебрегая всеми правилами и порядками, газанула вперёд по газону мимо детских площадок и парка... Прочь от этого ненормального!
Ехала я минут тридцать, чудом не застряв в пробке. Ничего, навигатор разберётся, куда я попала и как мне вернуться. Остановила машину у небольшого магазинчика одновременно со звонком телефона.
“Женя-охрана” — светилось на экране.
Разговор был нервным и коротким. Мне посоветовали не возвращаться домой недельку, другую, пока всё не уляжется. Предупредили, что на моего клиента заведено уголовное дело и, скорее всего, его объявят в розыск. Двоих парней он отмудохал знатно, и вполне вероятно, что со мной захотят пообщаться в полиции. Но это по моему усмотрению.
Я сначала удивилась скорости привлечения органов правопорядка, и своей, как бы, непричастности. Но вспомнив, что это очень хорошее охранное агентство, я не исключала вероятности, там работающих людей в погонах. Ну не работает так быстро полиция! По крайней мере, не у нас в России. А подписанный с ними контракт характеризует меня, как охраняемый объект. Всё логично. И даже складывалось как нельзя кстати, мне не нужны были ни проблемы с органами, ни тем более их внимание. И дело не в штрафе за занятие проституцией — дело в том, что я их на дух не переваривала. Пойдёшь с заявлением об ограблении, а уйдёшь чуть ли не под статьёй. Ко всему докапываются, лишь бы на лапу дали! Ненавижу! А взятки берут, как должное. И ладно бы что-то делали! Сколько моя мать им денег перетаскала, чтобы они отца отыскали — не счесть! И что? И ничего! Приходили каждый месяц, сука, как за зарплатой, при этом палец о палец не ударяя! Твари!
Вбежав в магазин, меня всё ещё потряхивало. Накинув капюшон, я сразу подошла к прилавку и женщине продавцу.
- Vogue. Любой. Блок. Зажигалку. Бутылку Warsteiner.
- А это что? - женщина средних лет ходила от одной стороны прилавка к другой, складывая передо мной покупки.
- Пиво. Бутылку самого дорогого тогда. И холодного, пожалуйста. - хоть меня и била дрожь, но внутри всё огнём горело от злости. К тому же всколыхнувшиеся воспоминания огнём пылали в груди, сжигая меня заживо в ненависти.
- Ещё что-то? - несмотря на мой резкий тон, женщина тепло и приветливо мне улыбалась.
- Пакет! И две большие пачки кукурузных чипсов.
Дождавшись, когда она всё сложит в дешёвый пакет-майку, протянула ей пятитысячную купюру.
- А меньше не будет? - женщина вскрыла при мне кассовый аппарат, демонстрируя пару сотен рублей и мелочь.
- Оставьте себе.
Оставив деньги и забрав пакет, я поспешила покинуть магазин. Вслед мне долго летели причитания: "Как же так? Это же много! Постойте, я сбегаю, здесь рядом разменяю. " ...и всё в таком духе. Но я уже её не слышала.
Бросила пакет на пассажирское сидение, и порулила, куда глаза глядят. Душа требовала эмоционального пейзажа, подходящего к моему настроению, и уединения.
Уединённое и красивое место я искала ещё минут двадцать, пока не заехала в какой-то посёлок. Заприметив небольшую речушку, остановилась у берега, включила музыку и, вытащив за собой пакет, уселась попой на капот.
- А красиво,- пришлось отметить полуденное солнце, играющее в верхушках жёлто-зелёных листьев деревьев, пение птиц, слепящие блики на почти неподвижной воде. Тишина. Никакой человеческой суеты и привычного городского шума. Только звуки природы. Где-то вдалеке даже замычала корова, и я рассмеялась от этих звуков. Как в другую вселенную попала. Час пути, а такой контраст. Ну может, чуть больше часа…
Распечатав сигареты, я без раздумий сунула одну в рот, зажав между губами, и не колеблясь подкурила. Заходясь в кашле от первой же затяжки, поспешила открыть и пиво, и чипсы, используя капот вместо стола.
- С днём рождения, Вика! - отсалютовав реке и деревьям на другом берегу бутылкой пива, я сделала жадный глоток.
Вот как можно было так встрять, а? Это всё моя жадность, да? Всех денег ведь не заработаешь, а я всё трясусь за лишнего клиента. В это сложно поверить, да я сама до сих пор с трудом верю, лишь глядя на растущие счета, но я и мои дети миллионеры. Я начала откладывать деньги с первого же клиента. Начала с небольших сумм по пятьсот, иногда по тысяче рублей. Но после как-то вошло в привычку, десять процентов от заработанных за месяц класть в банк на пять имён.
На всё остальное мне хватает чаевых и оставшихся. У меня есть три квартиры в центре Москвы, в элитной новостройке, небольшой земельный участок в Подмосковье, свой маленький салон красоты. Но салон — это так, я им не занимаюсь. Мне повезло, я нашла в своё время толкового администратора, и уместнее бы было сказать, что я выступила спонсором: место, интерьер, оборудование и так далее. Мы работаем пятьдесят на пятьдесят, но я в её работу совершенно не вмешиваюсь, забирая ежемесячно денежку в конверте. Ну и делаю ей отличную кассу. Мы с Анькой раз в месяц там отвисаем целый день, приводя себя в порядок.
Анька!
Дозвониться у меня не получилось ни с первого раза, ни со второго. Жопой, что ли, чувствует, что я её морально потрошить буду?!
Некстати вспомнилось, что она болела, и червячок сомнения и беспокойства заставил меня набрать Марину - у них квартиры студии в одном доме.
Рыдающий вопль и сбитое дыхание было мне ответом спустя три гудка.
- Аню убили…
Я даже спросить не успела ничего, просто позвонила и сказала привет... Сказав одну-единственную фразу, вызов сбросили.
Как убили? Кто убил? Зачем убили? - всё это роем вертелось в моей голове, что я незаметно для себя глубоко затянулась, истлевшей за это время сигаретой. Обожгла пальцы. Закурила новую, так же бездумно уставившись в телефон.
Тот внезапно ожил, у меня потеплело в груди. Тёмочка. Братик.
- Викуль, сестричка?! С днём рождения тебя, родная. Ты у меня самая умная, самая красивая, самая заботливая... ну и самая добрая. У тебя всё есть! Поэтому желаю тебе крепкого здоровья и нормальную родню! Да-да! Представляешь совсем забыл, вот такой я неблагодарный брат! Чудом вспомнил! Совсем с цифрами не дружу, ты же знаешь. Вроде сентябрь, ну и ладно! Простишь меня, Викуль?
Я слушала это все затаив дыхание. Братик мой. Маленький. А таким командным тоном меня поздравляет, словно командиру докладывает. А я же помню, как он в три года залез голожопый в чулан с овощами, и грязными руками "пипирку" свою пощупал. Не уследила. А в больнице как потом... Ой... Всё, думала, Тёмка, без члена останется... Но нет, обошлось. С тех пор я его от себя вообще не отпускала и на всех дверях и створках щеколды повкручивала. Хорошенький такой был. Самый нежный и понимающий ребёнок из четверых. Вот и сейчас не забыл... Вспомнил сестрёнку…
Слёзы собрались у глаз и ручейком скатились на грудь. Совсем я раскисла.
- Викуль, ты там чего? Плачешь, что ли, дурында? Это в сорок плакать надо, а тебе и тридцати ещё нет, рано себя жалеть. - да, он прав, рано себя жалеть.
- Нет. Просто дым в глаза попал... - соврала я. - Спасибо, Тёмка, ты лучший брат на свете.
- А ты, чего это опять закурила?!
Упс…
- Да так, само собой получилось.
- У тебя всё хорошо? Ты в порядке? - брат не на шутку встревожился, и это, чёрт возьми, было приятно.
- Нет, что ты. Всё хорошо. - поспешила я его успокоить. - Расскажи лучше ты там как? Когда увал? Когда ждёшь в гости?
- Смотри мне! - пригрозили мне серьёзно. - А я, что я, как обычно. Жизнь солдата и опасна, и трудна.
- Курсанта, балбес. Какой же ты солдат?
Мы пообщались ещё минут пять, прежде чем попрощаться. Договорились через месяц поехать к Кларке в гости, уж очень Тёмка хотел пообщаться с будущим папашей своего племянника, по-мужски.
И чего я. вообще, раскисла?! Я молода! Красива! Богата! Нормальная у меня родня, бывают и похуже! У меня есть специфический дар то ли эмпата, то ли телепата, то ли гипноз! Мужики видят, что я укладываю им в голову. Сами несут мне за это деньги! Я же с ними не сплю! Они получают своё - я своё! Это нечестно? Честно! Попробуй найди такую девушку, которая полностью удовлетворит абсолютно все сексуальные потребности и желания мужского воображения! А я это делаю! Я, вообще, спаситель! Так он бы травмировал психику своей жене, любовнице, другой проститутке, а так он это всё получает со мной. И все его сексуальные позывы, удовлетворив своё, затихают до следующего обострения или спермотоксикоза.
Мне очень дорого стоил этот дар. Дорого обошёлся и его контроль. Дорогим я пожертвовала, чтобы научиться управлять им. Ещё бы научиться выключать его, когда мне нужно…
Да, нашёлся маньячелло, который мне оказался не по зубам. Но его обязательно поймают рано или поздно. А я? Я поживу где-нибудь недельку, отойду от дел, потом потихоньку вернусь к прошлой жизни. И всё будет как раньше.
Аньку только жалко... Интересно кто её, и за что? Хорошая девочка.
... была…
Впервые села за руль выпившая. Я наивно полагала, что лимит неприятностей, уготованных для меня судьбой, на сегодня исчерпан. А зря. Не проехав и пять минут, машину качнуло и раздался звук удара. Затормозив, убрала руки с руля и осмотрелась. По бокам от дороги лесок или посадка. Сбила, что ли, кого? Но впереди ничего не было, кажется... Хлопнула дверь. Я, закутавшись плотнее в плащ, обошла машину со всех сторон дважды, так ничего и не обнаружив.
Хм... Как-то совершенно случайно, бросив взгляд на багажник, я стушевалась. Вмятина?! Откуда?
Страх липкими щупальцами прошёлся по телу. Разве можно кого-то сбить задом, не сдавая при этом назад? Или я просто её не замечала раньше? Но, где я могла так "вписаться", или "не вписаться"...
Так, всё! Вмятина меня не интересует... Хватит на сегодня... всего! Убираться теперь отсюда поскорее и подальше. Что-то я уже достаточно уединилась и сроднилась с природой, больше она мне умиротворяющей и безопасной не кажется! Скорее. наоборот. Деревья, словно полумёртвые, качали сухими ветвями в такт ветру. Солнце зашло за набежавшие облака. Весь пейзаж из красочного стал серым и мрачным, ещё больше нагоняя на меня страх. Сетуя на свою мнительность, я забралась в машину и, взявшись за ручку, хотела захлопнуть дверь, но она не поддавалась. Краем глаза заметила мужские стопы. Стоило поднять взгляд, как всё внутри меня сжалось, а крик вырвался наружу. Ник стоял у моей машины, держа мою дверь, не позволяя её закрыть, и улыбался. Голый!!! Совершенно голый! Перепачканный грязью и... бурыми пятнами, похожими на кровь.
- Попалась, птичка. Долго же ты каталась! - от его голоса волосы на затылке зашевелились. Наконец, захлопнув рот, я повернула ключ и вдавила педаль газа в пол, даже не глядя, куда я еду и не держа руль. Треклятый маньячелло упал. Я схватилась за дверь, пытаясь её закрыть. У меня получилось. Но машину уже повело в сторону и она мчалась по каким-то дебрям.
Справившись, наконец-то, с управлением я, как могла, маневрировала в этой лесопосадке, стуча зубами от холода. Да почему же так холодно, мамочки?! Готовая в любой момент распрощаться с жизнью, ибо я была абсолютно уверена, что каким бы образом меня ни нашёл этот псих- он это сделал не из лучших побуждений! Он меня убьёт! Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела! Всё во мне вопило , что я должна убраться от него, как можно дальше. И я неслась вперёд, думая, что отрываюсь от своего убийцы-преследователя.
И также, отсутствие малейшей дороги угрожало положить конец моему пути. Значительно сбавив скорость, я включила навигатор, и ждала. пока он загрузит маршрут, огибая ямы, кустарники, деревья. Я смотрела прямо перед собой, сжимая руль, как единственную надежду на спасение. Поэтому. заметив нечто необычное справа, лишь слегка повернула голову, потому что там явно, что-то двигалось. Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. Что-то смутно напоминающее огромного волка припало к земле и что-то искало носом в опавших листьях. Да ну, нет! Разве волки бывают такими огромными?
Скорее всего, это собака, потерялся, наверное. Тут же отругала себя:
- Вика, ты, блин, что, до хрена волков видела? Рассуждаешь, какими они большими бывают…
В самом деле — вообще не видела. Пришлось согласиться с самой собой. А между тем собака-волк следил яркими зелёными глазами за движением машины, что отлично было видно в боковом зеркале.
Может, и правда потерялся? Забрать его в город, а там дать объявление? Вон какая шерсть чёрная, лоснящаяся, наверняка же ухоженный... Эх, совесть, не вовремя ты постоянно просыпаешься! Вот мне своих проблем сейчас хватает, а здесь ещё собака, нет уж. Не хочу больше ни за кого нести ответственность. Мне четверых детей по горло хватило!
- Прости, пёська, но нам не по пути... - прошептала я.
Ох, знала бы я, как ошибаюсь....
Двигаясь, следуя проложенным навигатором маршрутом, я с удивлением обнаружила, что меня преследуют. Зверь хоть и держался в стороне, но определённо следовал за мной, перебирая массивными лапами наравне с моей машинкой.
- Ну, значит. это судьба.
Вырулив на небольшую и побитую, но всё-таки дорогу, я остановилась и приоткрыла окно, подзывая пёсика. Это странно, но зверь, казалось, опешил от моих причмокиваний и даже "куть-куть". Вскинул голову назад, выглядывая из-за дерева, словно пытаясь убедиться в моей неадекватности, или же просто меня разглядывал. Видимо. осмелев, он приблизился к машине, но к задней части, обнюхивая её. И только сейчас, на контрасте размеров своей машины и собаки, я осознала насколько огромная вторая. Массивная спина была на уровне окон, а это он еще припадал немного к земле, вынюхивал что-то.
- Что ты такое? Собака на стероидах?
Услышав меня, продолговатая морда отвлеклась от своего занятия и воззрилась на меня зелёными глазами. Я вновь усомнилась в своей адекватности. Разве такой ярко-зелёный цвет глаз может быть естественным? Чёрный грязный нос шумно вдохнул, выдохнул, подбираясь к моему окну. Я же, наоборот, отпрянула. Ну уж очень впечатляющие размеры у этого животного. Пёсель всунул в моё окно пасть, ибо больше не помещалось, и втянул воздух. А после чихнул, обрызгав меня слюнями.
Великолепно просто!!!
Склонив голову набок, он вылез из моего окна и. усевшись напротив дверей, рассматривал меня, время от времени склоняя голову то вправо, то влево.
Ай да и ладно. Кое-как вытерев руки о пальто и само пальто руками от капель слюны, я, повернувшись к животному, строго произнесла:
- Сырость мне здесь не разводи! И вообще, ты хоть в машину влезешь, чудо невиданное? - чудо мне не ответило. Оно и понятно.
Внезапно чудо перестало быть чудом, а превратилось в ужасного зверя. Оскалился, обнажив огромные белоснежные клыки, и утробно зарычал. Мне даже показалось, что его рычание вибрацией отдавалось внутри меня. Проследив за звериным оскалом, я увидела стоящего сзади моей машины Ника.
- Нет! Нет! - запричитала я, заблокировав двери и закрыв окно.
Пёс бросился на него, сбивая с ног и угрожающе зарычал, вжимая его в землю передними лапами. Но тут же получил удар кулаком по носу. Скулёж раздался жуткий и страшный, оглушающий, даже в запертой машине. Мне не хотелось бросать собаку, вставшую на мою защиту, но ещё не хотелось умирать. Я готова была тронуться с места, и всю жизнь провести, колеся по свету, нигде не останавливаясь, лишь бы жить! Я толком для себя и не жила. Три года всего свободы от детей и чужих желаний, хотелок, потребностей!
Как он меня находит? Маячок? Возможно! Значит, продам машину, телефон утоплю в реке — сделаю всё, что потребуется. Это же безумие какое-то!!!
Вой-вопль, нечто нечеловеческое, быстро разнеслось на множество километров и запульсировало в моих висках резкой болью. Я вскрикнула, сжав собственную голову ледяными руками, и вновь взглянула в боковое зеркало... Лучше бы я этого не делала.
Ник... С ним творилось невообразимое... Его босая левая стопа значительно удлинялась на моих глазах, сгибалась там, где не должна была сгибаться. Бёдра, словно со сломанным позвоночником, резко ушли вперёд и внезапно начинали покрываться чем-то серым... Он резко упал, спрятав голову в пожухлой листве, не прекращая издавать этот страшный звук. Человеческие руки надломились, атлетические плечи резко ушли вперёд головы... Теперь передо мной был... было... нечто совершенно непохожее на человека. Звук изменился, он перешёл в настоящий дикий вой! Спустя минуту позади моей машины одновременно находились две огромные собаки!
Ник! Чёртов маньяк! Человек! Стал... собакой? Волком? Переломав себе все кости, оброс короткою шерстью и, вот так, стал собакой???
Боль стихла, и я сорвалась с места. Нет! Этого всего просто не может быть! Я рехнулась! Определённо! Просто мой организм не справляется с навалившимся на меня....
Да!
Отчего же тогда так сильно кружится голова и тошнит? От галлюцинаций! Определённо! Может не стоило выкуривать сразу пять сигарет, после двух лет здорового образа жизни? А ещё наваливается странная непреодолимая сонливость…
Это было моей последней мыслью. Удар машины в дерево я скорее угадала, чем почувствовала, как и выбившую из меня дух подушку безопасности.
Он
Я знал, что с Колей будут проблемы. Знал! И ничего не сделал, доверив присмотр за ним двум Волкам из стаи. Зачем, спрашивается? Знал же, что шавки в стае жить не умеют! Нет! Поверил ему, как наивный олень! Подвёл стаю, поставил под угрозу людей. Во всём, что он успеет натворить тоже я буду виноват! Принял в стаю! Поверил шавке! На что надеялся? На то, что он укрепит мою стаю и остепенится? Я настолько стал глуп и слеп, что допустил подобное? Неужто численность Волков, которая стремительно уменьшается, совсем лишила меня рассудка, что я стал размениваться на таких, как Коля?!
Какой я после этого Альфа?! Херовый — вот правильный ответ!
Сколько бы я ни рыскал, вынюхивая безумного Волка, его след постоянно терялся. Хитер, собака, меняя обличия, он сбивает меня со следа. Найду, суку!
И убью!
Удивлением для меня стало то, что рядом со следами сбежавшего оборотня я нашёл девушку за рулём новенькой Киа. И всё бы ничего, если бы мой Волк не начал её преследовать. Сколько бы я ни сопротивлялся и ни пытался взять бразды правления в свои руки-лапы, он преследовал машину до тех пор, пока она не остановилась. Я знал, что девушке ничего не угрожает, мой Волк не проявлял агрессии или злости по отношению к ней, да и я не собирался оборачиваться при ней. Но было как-то неспокойно.
Как оказалось, не зря. Её машина, в отличие от всех остальных, провонялась запахом Николая. Я даже поблагодарил своенравность Волка за столь ценную находку. Оставался один интересующий меня вопрос... Что оборотню потребовалось от человеческой самки? Она была явно напугана, хоть ко мне и не проявляла страха. Значит, встретила Колю в человеческом обличии... Но где?
Я обошёл машину. Запах был свежим и неприятно щекотал обоняние. Но стоило мне вдохнуть её запах, сунув нос в окно, как всё изменилось. Мой хищник "поплыл" от её запаха, совершенно не прислушиваясь к моим человеческим инстинктам! А они вопили о том, что если это тепловое размытое пятно человеческой самки понадобилось Коле, он непременно скоро объявится! Нужно быть готовым к этому! Но мы с ним лишь сидели и разглядывали какую-то девчонку! Волк был явно не в ладу с собой, и я, разумеется, вместе с ним...
Как же я оказался прав! Оборотень появился спустя несколько минут. Голый, голодный, разозлённый. Мой разум слился с разумом Зверя и единственной задачей сейчас стояла безопасность девчонки.
Истинная.... Запоздалая догадка осенила меня, когда я ощутил невероятный приток сил.
Порвать! Уничтожить! Стереть с лица земли и следа не оставить!
Даже удар в нос не отрезвил помутившийся рассудок. Николай обернулся! На глазах у человека! Она всё видела! Задрав нос, я уловил отчётливый запах страха с её стороны. Это обосновано. Он только что подписал ей смертный приговор — никто не должен знать нашу тайну. Никто. Таков закон.
Моему Зверю было абсолютно всё равно на любые законы. Он взбесился, пришёл в ярость и вышел из-под контроля. Не я - он управлял мной.
Пришёл в себя я от сумасшедшего холода. А учитывая, то что я теплокровный... Сон голышом на мокрой и холодной земле ещё никого не согревал. Растерев окоченевшие ноги и... пардон, ягодицы, я сделал лёгкую разминку, разгоняя кровь по телу. Николай лежал рядом. Мой Волк постарался на славу. На оборотня было страшно взглянуть. Из целого, разве, что член и остался. Но он всё ещё дышал.
"Вольфганг" - пронеслось в моей голове. Я был абсолютно согласен со своим Волком. Моей стае требовалась показательная казнь — охота. А молодняк, вообще, ещё подобного не видел. Стоит последовать традициям...
Волк заскулил внутри меня, подгоняя шевелить замёрзшими булками в другую сторону.
- Вот же чёрт! - воскликнул я, едва увидев машину. Сомнений не было, что это именно та самая Киа, за рулём которой девчонка... На которой помешался мой Волк...
И что мне теперь делать? Убить её, ведь она стала невольным свидетелем нашей тайны? Или... Или что, чёрт возьми, мне с ней делать???
Значительных повреждений на машине я не заметил. Как и на девушке. Теперь я мог её рассмотреть не тепловым зрением, а во всех деталях. Она красива — это бесспорно. Бледная кожа, словно бархатная. Её даже не портили синячки и пролежни от подушки безопасности. Пришлось вытащить её с водительского сидения на заднее, заглушив мотор. Алые, чуть припухшие губки, раскрылись и сомкнулись, словно она что-то хотела сказать и передумала. Длинные чёрные волосы, чем-то собранные на затылке, растрепались и сбились на одну сторону, открывая маленькое ушко и соблазнительную тоненькую шейку. Волк был в блаженстве - я в растерянности. Красива! Да! Но таких красивых и ещё красивее море! Может нам следует ещё... Я не успел додумать и завершить мысль, мой Волк рыкнул так, что я сам невольно начал порыкивать глоткой. Жутковато вышло. Но и от этого девушка не проснулась.
Повернув её на спину, чтобы она лежала на сидении, как на кровати, я случайно задел полы плаща и тот распахнулся. И здесь я охерел знатно. Я многое видел. Но такое бельё.... Как влитое, на такой фигуре.... А чулки... Кто-то, вообще, носит чулки просто так? Она же явно к мужу или любовнику ехала!
От этой мысли мой Волк чуть не обезумел. Не найдя кольца на пальце, мы оба облегчённо выдохнули. Но рано было радоваться. Я начал проверять её карманы и, о чудо, — паспорт. Удостоверившись, что человеческая самка Виктория Белова абсолютно свободна, я задумчиво повертел в руках стопку денег...
Здесь не меньше пятидесяти тысяч... Зачем ей с собой столько денег?
Но все эти мелочи моего Зверя не интересовали. А меня, напротив.
Сложив комочком Николая в маленький багажник Киа, я вырулил на трассу и погнал к другу. Точнее, к другу моего отца. Взгляд то и дело выхватывал девушку, которая всё ещё находилась без сознания на заднем сидении. Теперь я даже не знаю о чём, жалею больше: о том, что Николай сбежал и убил члена моей стаи. Или о том, что встретил её. Хотя здесь при любых раскладах виноват херов Коля!!!
Ворота фермы были распахнуты и я без труда подъехал к самому дому. В дверях мелькнул силуэт Бахи, а через минуту, пока я глушил двигатель, а сам же пялился на заднее сидение, появилась Мила. Приятная девушка, светленькая вся, с белыми косами и голубыми глазами доброжелательно улыбалась, протягивая в открытое окно стопку одежды. Я с благодарностью её принял, оставив приветствия на потом.
Баха не был мелким мужчиной, как и я. Но мне до него... Два раза подшить и один подвернуть. Словом, выглядел я, как пятилетняя девочка в платье мамы - мило, но жалко.
Забрав с собой ключи и заперев машину, я смог пройти в дом, придерживая штаны, которые все норовили лишний раз продемонстрировать окружающему миру мой голый зад. Да — трусов в стопке одежды не было. И на том спасибо, мне только комплексов ещё не хватало, затеряйся мой член в чужих боксерах.
- Серый! - я поморщился. Не любил я это прозвище - я чёрный Волк. Оборотень. Вожак стаи. А Баха всё не уймётся с моей детской кличкой.
- Баха Джан.... - язвительно улыбнувшись, я пожал крепкую руку старика оборотня, и добродушно предположил. — Ты никак ждал меня?
- Было такое предчувствие, было... - армянин увлёк меня за стол и дружески похлопал по спине, предлагая присесть. Левая лопатка уже заныла. Сделай он так ещё раз и перелом мне обеспечен.
- Никогда не понимал твоих предчувствий. - признался я честно, спеша присесть и отодвинуться от "дружеских" похлопываний. А как их понять? Волки живут инстинктами, по законам стаи, следуя иерархии. А Баха со своими предчувствиями... У оборотней, положа руку на сердце, и нюх не особо хорош, по крайней мере, наравне со слухом. Как и у всех волков, впрочем. А здесь какие-то предчувствия...
- А тебе и не надо. У тебя другая задача — вернуть процветание своего вида. Вымрем, чует моё сердце, вымрем... - резко сник старик и внезапно глянул на меня большими карими глазами, словно я с его стола сейчас его же деньги или драгоценности спёр. - Но ты же не просто так приехал, да? - заговорщицки потирая ладони, он гаркнул во всю глотку:
- Мила! Где тебя черти носят??? Нам долго ещё чай ждать? Голодом заморить нас решила?! Живее давай! - глотка у него, конечно....
- Давай я тебе кое-что покажу, пока Милка на стол накроет?- решил я сгладить сложившуюся атмосферу. Поднялся, удерживая штаны на заднице за карманы. Баха хмыкнул, но последовал моему примеру и пошёл за мной.
Мы вышли из дома и подошли к машине.
- Тачка, какая-то бабская... - хохотнул армянин, но тут же стих. Тонировка не скрывала лежащую девушку на заднем сидении.
- Вот поэтому я к тебе и приехал.
- Самка!!! Волчица! - старик от радости запрыгал, как молодой. Так, с виду, и не дашь восемьдесят семь лет. - Мальчик мой, тебе удалось!!!
- Да погоди ты радоваться. - Баху пришлось разочаровать. - Это не её запах. - пришлось открыть багажник и показать ещё одного бессознательного пассажира этой машины. Старик втянул воздух и поджал губы. Я закрыл багажник, а вместе с ним и испарилось настроение старого Волка. - Вот, как-то так.
- Понятно... - выдохнув, он пошёл обратно в дом. Больше его здесь ничего не интересовало. Ну да, каждый день же ему баб на заднем сидении привозят и оборотней в багажнике. Какие могут быть вопросы и эмоции? Сарказм так и сквозил из меня, но я справился с накатившим раздражением. Вошёл в дом, перехватив Милу на пути к столу, и крепко обнял, нежно погладив спину.
- Как ты? Давно не виделись? Ты замечательно выглядишь. - я говорил искреннюю правду, а вот мои прикосновения уже были специальными, чтобы позлить старика.
- Отошёл от моей женщины! - и его злость не заставила себя долго ждать.
- Твоей! Твоей! Не претендую! - довольный собой, я подмигнул раскрасневшейся девушке и, подхватив сползшие штаны, поковылял к столу. - А ты бы понежнее с ней был. Хоть при посторонних. Уведут же....
- Кого? Мою женщину уведут? Ты думай, что говоришь щенок! - похоже, я переборщил.
- Уймись уже! - осадил его я. - Думаешь, приятно смотреть, как ты на неё постоянно горланишь, когда пять Волчиц на четыре стаи осталось, включая мою мать! А в её годы уже не помёт, а утки больничные. Какова арифметика, а? А ты так с ней обращаешься! Надо будет — уведу! - самоуверенно заявил я. - А что? Популяцию налаживать надо? А сколько у вас Волчат? Напомни мне это число?! ах да! Это же цифра! Ноль! - высказался. Высказался и приготовился к худшему, но старик только рассмеялся. Я перестал понимать что-либо. Денёк у меня и до этого нервный выдался.
- Волчонок ты ещё, Серый. Рано отец твой в болота ушёл. - у глаз Бахи собрались слезинки от душевного хохота, и сам он излучал сейчас само радушие. - Кто же истинную у Волка уведёт? Только смерть. А то, что груб я... Ну такой я. Я же всегда каюсь и прошу прощения. Это моя женщина. Её обида — моя обида. Сам порой больше неё терзаюсь за собственную грубость.
Я натурально сник, а он между тем продолжал:
- Волчат у нас не будет, стар я уже для этого. А предупреждая твою ересь, скажу, не подпустит она к себе никого, кроме меня. Это судьба так распорядилась.
Дальнейшее чаепитие и поглощение вкусных бутербродов со свиными отбивными проходили молча. Я сидел и смотрел на молодую Милу, на пожилого, но видного мужчину, и терял связь с реальностью. Почему судьба так жестока? Истинные... Почему не свела их раньше, не даровала им волчат?
На кой чёрт они, вообще, нужны...
Но глядя, как она выбирает ему кусочки пожирнее, получше, а он благодарно ей улыбается и в его глазах светится обожание, я для себя понял, что не всё однозначно. Так и сидел, как дурак, наблюдая за ними, пока блюдо с отбивными не опустело.
Оставив заварник на столе, Мила поцеловала Баху в щеку:
- Оставлю вас. Поболтайте наедине. Я пока посуду помою.
И ушла. И не выглядела она несчастной и обиженной.
- Какую посуду помою?! Я тебе зачем посудомоечную машинку купил, чтоб ты спину у раковины гнула?
Романтика... Если бы ещё не таким криком... Я чуть не подавился чаем от его заботливого отношения к жене.
Долго молчать я не смог. Всё--таки слишком много в моей голове созрело вопросов:
- Баха, - осторожно начал я. - А сколько Миле лет? - нет, я, ни в коем случае, не решил увести у старого оборотня жену. Просто контрастная они пара... На вид лет двадцать, тридцать разницы, что ли... Я в этом совсем не разбираюсь.
- Ненамного младше меня. - уклончиво ответил он.
- Ненамного это на сколько?
- Неймётся?
- Неймётся. - признался я.
- У нас долгая история, Серый. Очень долгая.
- Я никуда не спешу. - с сомнением ответил я. Подумаешь оборотень в багажнике и девушка без сознания в машине — это так, тьфу. А здесь тайны, загадки, интриги.
- Давай вкратце. - согласился он, подливая нам чёрного чайку. - Мне лет двадцать было, когда я эту немощную увидел...
- Двадцать?! - воскликнул я. - Это же сколько Волчат можно было...
- Серый! - предупреждающе погрозили мне пальцем. - Не перебивай.
- Не буду. - легко согласился я.
- Так и вот, увидел, и всё. Жалкая, маленькая Волчица, без как такового рода и племени. А я уже тогда с твоим папкой водился. В иерархии совсем рядышком стояли. Зачем мне она сдалась? На что? А вот Волк мой был со мной несогласен. Изводил он меня не один год, пока я присматривал себе Волчицу по уровню. Жизни не давал. Я только с одной сойдусь, а он к Милке бежит и спит у её ног. Так извёл меня своими выходками, что уже все Волчицы надо мной смеялись. Подавил его, кажется, со временем... Да вот обернуться уже не смог... Убежал. И шавкой был, и в другую стаю пробивался. А всё в человеческий облик вернуться не мог. Так и истаскался. Состарился. Судьба нас потом свела случайно Я след твоей матери почуял, а Мила с ней. Молоденькая такая. Там я и стал человеком. Рыдал у неё в ногах голый и грязный, пока она меня не простила. А я не один с характером оказался. Милка же тоже бой-баба. Волчицы подразнили её, перегнули, видимо. Вот она и пообещала, что ни с кем не будет. Следовательно, и не обращалась, чтоб никто не воспользовался эструсом. Течкой, то есть. Так и живём. Она сохранила молодость, а я всё просрал. Лучшие годы своей жизни шавкам под хвост.
Помолчав немного, он добавил:
- Папка твой меня тогда, ох, как отговаривал. Предупреждал, что с судьбой шутки плохи. Истинная ведь раз и навсегда даётся. Да я, вот только никак поверить не мог, что мне такая Волчица судьбой предначертана. Да, и мне, как человеку, она не совсем нравилась — никаких там бабочек, страсти, взглянуть особо было не на что. Твой отец пытался объяснить мне, что это нормально, нужно время, что Волки нашли друг друга. И до человека это дойдёт со временем. Куда там! Я гордец, каких свет не видывал.
- А сейчас? - заинтересованно подался вперёд я. Не слишком заманчивая перспектива коротать свою жизнь с человеком, который тебе неприятен или несимпатичен.
- Сейчас, Серый, она — всё, что у меня есть. Любовь? Нет. Это выше её, гораздо глубже. Она часть меня, как рука или нога. И это навсегда. Только с ней я почувствовал себя полноценным. Это сложно объяснить молодняку. - Баха хохотнул.
- Да уж... А скажи... Теоретически, возможно ли найти истинную пару среди людей?
- Людей? - взглянул на меня так, словно я сумасшедший. - Ты, что, Серый. Истинные — это, как две части одного целого. Союз Истинных всегда выше других Волков в иерархии. Они дополняют друг друга, делают сильнее. И потомство у них тоже крепкое, не так как у остальных, что Волчата в первый год жизни мрут, как мухи. А какая сила в человеческой самке? Да и потомство... Ты же видел десять лет назад, что рождается от таких союзов?
Я-то видел...
- Ты слишком много об истинных знаешь, как для того, кто свою пару обрёл на старости лет. - поддел я его. Всё-таки, что-то в его словах меня взбесило.
- Ну так, я бродяжничал же не впустую: наблюдал, общался. Да и, вернувшись, увлёкся этой темой. Себе в наказание... Знать, что я просрал по собственной глупости и гордыне. - логичным ответом осадил меня старый Волк.
Я решил не темнить и выложить всё как есть:
- Мой Волк считает, что девушка в машине его истинная пара. - я смолк, наблюдая за нахмурившимся собеседником и поспешил дополнить рассказом про Николая, про неё, про наше "милое знакомство", про свои ощущения.
- Ой, не к добру это... - выслушав мой короткий, но ёмкий рассказ высказался Баха. - А почему это?! - его словно изнутри озарило. - Она может быть Волком. Из другой стаи, например. Это всё объясняет!
- Из какой другой? Половозрелая Волчица? Я бы знал.
- Скажешь тоже! Ты так веришь другим вожакам, что они говорят правду? Припрятали её от других стай и всё, чтобы Волкам не повадно было. Кто-то из вожаков, например, для себя. А тебе втирают в уши, что всё плохо.
- А ведь могут!!! - я чуть не подпрыгнул на месте от осознания очевидного.
- Могут! - закивал он головой. - Только ты это... Смотри, как бы война стай ни началась. Истинные пары неприкосновенны, но надо, чтобы её Волчица тебя тоже признала. А то щекотливая ситуация... Оборотни на грани вымирания, и из одной стаи Волчица пропала, в твоей появилась — нехорошо... Скажут, украл... И...
- Да что и?
- И вот, ты бы простил другому вожаку, если бы он твоё себе присвоил?
- Никогда!
- То-то же! И тебе не простят. - потерев ладони, Баха заговорщицки подмигнул. - Слушай, какие страсти кипят! Прямо на старости лет в такую авантюру попал! Ты это, не смотри, что у меня возраст — нужна будет помощь, я за себя и за стаю ещё повоюю. А Волчицу кто спрятал, ты выясни обязательно! Надеюсь, не надо объяснять, зачем и для чего? - многозначительный насмешливый взгляд я кое-как выдержал.
- Ох, Баха, совсем ты обо мне плохого мнения. - покачав головой, я поднялся. Пора было ехать. Девчонка не давала покоя. Точнее, её состояние. Волчица, которая долго без сознания, долго исцеляется...
Тоже немощная, что ли…
***
Ох, Баха трепло. Пока я был в туалете, умывался и мыл руки, он всё рассказал Милке. Провожали меня к машине все, обмениваясь заговорщицкими взглядами. А я что... Я делал вид, что ничего не вижу. Злости от чего-то я не испытывал.
- Ты прости, что так сразу, заранее. - обняла меня Мила. - Но, во-первых, я тебя искренне поздравляю! Это самое настоящее чудо! Это надежда, неспроста ты нашёл свою пару сейчас, когда мы на грани вымирания. Я чувствую это. - чувствует... Похоже "талант" Бахи передаётся воздушно-капельным. Но, глядя в её счастливое лицо, я не посмел съязвить на эту тему вслух. - Ну а во-вторых, твоя мама... В общем, нужна будет помощь с Волчатами, ты только скажи. Когда последние у нас появлялись? Уже, наверно, никто и не помнит, как их выкармливать, как обучать. Мы с Бахой поможем. А надо будет - к тебе приедем! - на последней фразе она так грозно посмотрела на своего мужа... Я, кажется, начал понимать, что внешность порой обманчива. Признаться, залюбовался. Уж очень она воинственно и решительно выглядела.
Не стал ничего отвечать. Покивал головой и уехал, попрощавшись. На душе от чего-то стало легко и спокойно. Былое волнение и недовольство было позабыто. Я возвращался домой с лёгким сердцем и огромной надеждой в нём.
***
Внёс девушку в дом на руках. Наверху был Док с моей мамой, я услышал его бормотания, едва вошёл. Дети спали, что уже являлось хорошим знаком. И только из-за детей и Дока, мне пришлось отнести девушку в подвал.
Скрипнули давно не смазанные петли. В нос ударил не очень приятный запах. Направившись к ближайшей клетке, я осторожно переложил незнакомку в неё и закрыл на замок. Рисковать своими я не хотел. Если она очнётся злой, Док и дети могут пострадать. Это не в моих интересах. Меня одного мало, чтобы контролировать Волчицу полностью. Да я её и не видел, может она безумна, как Коля?
Волк внутри меня в это не верил и потешался надо мной. Лучше, как говорится: перебдеть, чем недобдеть.
Поднялся за Доком в комнату матери. Она меня уже даже не узнавала. Безумный и пустой взгляд был устремлён в потолок. Седые волосы в пучке топорщились, отчего её вид был ещё безумнее. Поцеловав её в щеку, глянул на Дока, тот лишь покачал головой. Я, собственно, уже и не надеялся, но интересовался всё равно.
- Ты мне нужен. И срочно. Пойдём.
Док пошёл следом за мной. Несмотря на свой возраст - пятьдесят пять лет, а он человек, для него это немало, он бодро шагал по ступенькам. Я чуть ли не воочию ощущал его интерес и любопытство.
Отворив дверь ведущую в подвал, Док окинул меня нервным взглядом:
- Не говори, что снова, что-то придумал и воплотил в жизнь! Моей седой голове детей достаточно!
- Не дети там, Вить, не дети! Девушка!
- Девушка?! - то ли ужас, то ли волнение исказили его испещрённое морщинами лицо и он уже бодрее вошёл в подвал.
- Вот. Не приходит в себя. Её немного приложило подушкой безопасности, но это же несерьёзно? - взволнованно начал я разъяснения.
Хмуро окинув меня взглядом, Док показал жестом, чтобы я открыл клетку. Осуждает. Оно и понятно.
Открыв клетку, я пропустил вперёд Дока, а сам вошёл и остановился сбоку. Если Волчица сочтёт его угрозой, мне придётся вмешаться и лучше бы мне быть поблизости. Заработал очередной осуждающий взгляд.
Док уверенно прощупал её пульс и на руке и на шее зачем-то. Послушал её сердцебиение через снятый с шеи стетоскоп, и не найдя угрозы для ее жизни, заверил:
- Она в порядке. Принеси мне нашатырь из моего кабинета. Не по щекам же её бить...
Я не сдвинулся с места.
- Ты не знаешь, что такое нашатырь? - усмехнувшись, спросил Док.
- Я не оставлю тебя наедине с ней. Пойдём, всё, что меня интересовало, я услышал. А поднести ватку с нашатырным спиртом, я и сам смогу.
- С чего бы это? - заинтересованность его, повидавшего и так немало, ощущалась физически.
- Она может обратиться и убить тебя. Я не знаю её повадок.
Несмотря на свой ярый интерес Док всё-таки, миновав меня, вышел из клетки и задумчиво наблюдал, как я её запираю на тяжёлый замок.
- Можно вопрос?
Зажав в руке ключ, я кивнул.
- С чего ты взял, что она оборотень? У неё обычное сердцебиение хоть она и без сознания, а у вас оно гораздо ускорение...
Мы поднимались наверх по скрипучим и трухлявым ступенькам. Сколько лет я уже планирую привести в порядок особняк? Два или три?
- Я знаю это. Она моя истинная пара. - не колеблясь, ответил я.
Док хотел сказать или спросить ещё что-то, но доносившиеся глухие удары с улицы избавили меня от этого диалога. Поддерживая штаны, и проклиная свою невнимательность, ведь можно было сначала переодеться, я поспешил к машине Волчицы.
- Очухался?! - открыл багажник и взглянул на Ника, источника всех моих сегодняшних проблем. Выглядел он лучше. Регенерация Волков работает почему-то и на шавках. Не так жалко, конечно, как в лесополосе, но всё равно убого.
- Что же ты меня не прикончил? - спросил он, после того как я выкинул его из багажника на землю. Кряхтя и морщась, он всё ещё пытался выглядеть достойно.
- Мои Волки позаботятся об этом. Вольфганг канул в Лету, но ты... Ты дал множество причин, чтобы отдать дань традициям. Моей стае требуется встряска и она её получит. Ответь мне лучше на другой вопрос... - я замялся, пытаясь сформулировать свой интерес в конкретный вопрос: - Зачем ты преследовал Волчицу?
- Кого? - оборотень даже не пытался встать, лёжа на земле с согнутыми ногами.
- Хозяйку этой машины, Ник! - меня злила его непонятная игра. Зачем он строит из себя идиота? Он безумен, но далеко не дурак.
- Шлюху, что ли?
На этих словах мой Волк, чуть не перехватил контроль над моим телом. Он был в ярости и требовал её выброса немедленно.
- Следи за своим языком! Я могу и не ждать спада полнолуния, а объявить Вольфганг сегодня же!
- Прости, девицу для утех, королеву ночи, проститутку? Какое ты предпочтёшь название для девки, которая торгует своим телом? Как назовёшь, так и будет. От этого суть не изменится. И с чего ты взял, что она Волчица? Да, пахнёт очень странно, но Волчица? Она бы не стриптиз мне танцевала, а порвала бы меня ещё на своём пороге почуяв.
С трудом я выдержал эту речь. И, игнорируя волка, потребовал детальный рассказ от шавки о его знакомстве с моей истинной…
***
Я был в бешенстве. В ярости. Волк смолк и не думал высовываться. Я не знал, как это трактовать, списав на шок. Моя истинная — шлюха! Шлюха — моя истинная! За какие грехи судьба мне подкинула подобное?
Я мог бы злиться ещё очень долго, но приближающиеся машины не дали такой возможности. Отлично! Вожаки пожаловали! Кто бы сомневался, что они заявятся именно сегодня!!!
А ведь это отличная возможность узнать, кто же прятал Волчицу от стай, ещё и приобщив её к такому занятию. Брезгливо сплюнул кипя от злости и вырубил Николая одним ударом. Тут же подхватил штаны одной рукой, а другой потащил шавку за ногу в дом. Не встречать же Альф трёх стай со спущенными штанами!
Мне хватило времени, чтобы переодеться в чистую, а главное по размеру одежду, и затащить Николая в подвал, в одну из клеток. Недолго сомневаясь, я отпер клетку с девушкой и парой пощёчин привёл её в чувство.
Светло-голубые глаза, почти бесцветные, дрогнув, распахнулись, а вскоре и округлились. Как же она заорала... Пришлось зажать ей рот рукой и угрожающе пошипеть:
- Заткнись! Попробуешь ещё раз закричать - я сверну твою шею! Понятно? - девушка ритмично закивала. - Хорошо. Теперь слушай меня внимательно! У тебя есть пять минут, прежде чем здесь появятся Альфы, на то, чтобы обернуться и признать меня своей парой! Никаких фокусов! Кто бы тобой раньше ни пользовался, мне похеру! Мне от тебя нужен только помёт! А твой бывший хозяин дорого поплатился за то, что скрыл тебя от меня. - убрав руку с её рта, я тяжело вздохнул и быстро вышел из клетки, запирая её. - Надеюсь, мы друг друга поняли.
Ну что же, пора поговорить с предателем... Хотя, если они замешаны втроём и пользовались ей по очереди, единственный, кто окажется, в полной заднице — это я. Лучше не говорить, а показать. Таким образом у меня будет возможность проследить за реакцией всех, и кто-то обязательно себя выдаст...
Она
Голова жутко раскалывается. В висках пульсировала острая боль, вместе с сумасшедшим сердцебиением. Это какой-то дурной сон! Меня похитили? Но как? Кто? Последние воспоминания были настолько размытыми и нереальным, что я не могла отличить произошедшее, от собственной фантазии. Хотя какие уж тут фантазии?! Этот смуглый тип и есть мой похититель!
Осмотревшись, я взвыла от досады. Сырость, захолустье какое-то, ржавые огромные клетки. Всё увиденное смахивало на сценарий фильма ужасов про расчленёнку, садизм или каннибализм... Гадать, где я, смысла не было. Я в полной жопе, и неважно, где это географически. А жить хотелось! Ох, как же сильно хотелось жить.
Заприметив в клетке через одну от моей, Ника я разозлилась по-настоящему:
- Ты?! Сука, это всё из-за тебя!!! - мне никто не ответил. Голый и избитый парень не вызвал ни малейшей жалости. - Мало тебе, маньячелло, хренов!
Набежавшие на глаза слёзы я тут же смахнула рукавом пальто. Не время раскисать. У меня есть пять минут на то, чтобы... Чтобы что?! Вспомнив слова своего похитителя, я сколько бы ни старалась ни могла понять, что он от меня хочет! Чтобы я стала на четвереньки, заскулила? Повыла? Усмехнувшись, моя память тут же подкинула образы до встречи моей малышки с деревом. Этот мужчина — маньяк, и он... Мутировал в огромную собаку... В волка? Как это, вообще, назвать или понять мне?! И этот... Хочет, чтобы я сделала то же самое, что ли?
От всего этого бреда голова разболелась ещё больше. В ней попросту это всё не укладывалось.
Я представляла своих сестёр, брата — свою семью, и дёргала окоченевшими пальцами прутья клетки, но те даже не скрипели несмотря на древний вид.
Я хочу жить! Я хочу к своей семье! Это, увы, не придавало мне сил, а лишь ещё больше угнетало.
Дрожь уже колотила всё тело. Здесь чертовски холодно. Выдохнув, я проследила за слабым облачком пара. Отлично просто. Не убьёт ОН, так окоченею от холода!
Что ему от меня надо?! Врать? А о чём? Я понятия не имею, что он от меня хочет? Какая пара? Он хочет, чтобы я перед кем-то сыграла его девушку, жену? Запертую в клетке, в сыром и холодном подвале?!
Сил стоять на месте больше не было. Я начала пританцовывать и растирать ледяные ноги, которые уже не хотели слушаться. Сколько же я здесь пробыла, что так замёрзла? И где это здесь тоже не помешало бы выяснить. Внутри теплилась надежда, что ЭТОТ тоже внушаемый, как и Ник. Мне просто нужно больше времени с ним наедине для контакта, чем с другими, более или менее вменяемыми людьми. И это единственное, что во мне теплилось. Зубы стучали, отбивая чуть ли не барабанную дробь.
Дверь распахнулась. Я вздрогнула и, продолжая стучать зубами, уставилась на вошедших. Их было пятеро! Пять мужиков. Я бы застонала в голос, но этого бы никто не услышал, из-за натянутого воротника пальто.
- Мы не понимаем, зачем именно ты нас сюда привёл? - голос с ярко выраженным акцентом, принадлежал мужчине средних лет в непростительно дорогом костюме.
- Ты это чувствуешь? - менее специфический акцент, удивлённо выступил вперёд, демонстрируя потёртые джинсы и бежевый свитер крупной вязки. Глядя на его свитер, я чуть ли не потянулась к нему, представляя, какой он тёплый, как согревает моё тело...
- ВОЛЧИЦА! - фальцетом отозвался кто-то, кого я не могла рассмотреть.
Мой похититель и мужчина, лет пятидесяти, с благородной сединой и уставшим, но добрым взглядом, который никак не вписывался в сие действо, сохраняли молчание. А ОН, вообще, даже не взглянул на меня! Прищурившись, следил за этими тремя. Я их уже окрестила туристами.
- М-мн-нее оч-чеен-нь х-х-холодно... - в последнее слово я вложила весь воздух в лёгких. Крупная дрожь не давала говорить связно.
- Истинная... - туристы крикнули это почти одновременно. Я, сцепив руки на груди, не могла их уже даже разогнуть, лишь ноги, ещё сгибались кое-как в коленях, которые жгло иголками от холода.
И начался ор... Меня явно не услышали или проигнорировали. Трое мужчин что-то начали кричать, споря и толкая друг друга. Лишь мой похититель и его сподручный стояли с ошарашенным видом. К голосам примешивался ещё один. Ник очнулся и, сев, таращился на происходящее, испытывая... триумф? От этого зрелища мне стало не по себе. Голый, на холодном... Взглянув под ноги, я поняла, что это очень похоже на бетон, ни разу даже не дерево! Жопа жопе и яй....
И о чём я думаю?
Пока я скосила глаза на Ника, на мою клетку налетел тот, что в свитере. Его тут же оттащил тот, что в костюме, залепив такой громкий подзатыльник, что звон клетки был менее громким, наравне с этим ударом. Это словно послужило сигналом к старту, и началось страшное. Самый настоящий мордобой. Я пыталась жмурить глаза, чтобы не видеть мощных ударов и крови, но те, или иные звуки, вынуждали открывать глаза, чтоб оценить изменения. В очередной раз зажмурившись, я услышала громкий хруст, или даже, правильнее сказать, треск, а после... Даже стены задрожали от прокатившегося внутри полупустого подвала воя.
На этот раз меня не замутило. Я смотрела на удлиняющиеся конечности, как на происходящее на экране кинотеатра. Миг и уже три огромных пса бросились друг на друга, сбившись в огромный мохнатый ком яростного рыка и клацающих клыков. Они врезались в клетки, отчего к этим ужасным звукам примешивались звон и скрежет металла. Рычали, скулили и норовили добраться до глотки друг друга.
Безумие, вот ты какое? В него отлично вписывался хохот Ника. Я бы тоже, наверное, смеялась от абсурда происходящего, если бы могла. Возможно, я просто ещё не дошла до нужной стадии безумия. А возможно, и то, что я не могла. Меня начинало клонить в сон, даже несмотря на неподходящий антураж.
- Жаль, что я не могу никому рассказать!!! - перекрикивая свору собак, закричал Ник. - Это нонсенс. - его хохот вызывал уже лишь раздражение. И не у меня одной. Мой похититель каким-то образом оказался у его клетки и открыл её ключом. Убрав ключ в карман штанов, что я успела подметить слипающимися глазами, шагнул внутрь. Маньячелло попятился от него прям по полу, ползком на заднице, не переставая орать во всё горло:
- Альфы, сильнейшие Волки четырёх стай, готовы убить друг друга из-за какой-то ш...
Я не поняла, что произошло. Мне уже было неинтересно. Я сползла на пол, вжавшись спиной в прутья, еле поджав колени. Всё заволокло дымкой. Кажется, ничего не изменилось. ОН по-прежнему в клетке у Ника, возвышается рядом с ним, только держа за голову. Рядом также скулят и рычат большие псы. Но Ник не хохотал. Мне было всё равно. Я хотела спать и намеревалась это сделать сию же минуту. Как вдруг тело Ника завалилось назад, а его голова осталась в руках у НЕГО. На минуту меня парализовало, казалось, даже мозг умер, сердце остановилось. Из обезглавленного туловища стремительно вытекала кровь, просачиваясь в соседнюю клетку. Образ разъярённого мужчины с головой в руках, дрогнул. Мужчина громко рыкнул и, резко размахнувшись, кинул голову в дальнюю стенку клетки. Хруст, звон металла, летящие, в том числе и на меня, ошмётки, и мой надрывный крик. Я думала, что сойду с ума от ужаса. Я орала, не смолкая, не замечая, что рядом уже трое голых мужчин. Орала во всё горло широко открытым ртом, не прерываясь на вдох, глядя на то, что осталось от живого человека. В какой-то момент у меня кончился воздух, я захрипела и провалилась в спасительную темноту.
"Пусть на этом всё закончится... Хоть бы я больше не очнулась. Уж лучше умереть так, чем... " - ужасающие сознание не поймало последнюю мысль, и просто выключилось.
***
В нос ударил едкий запах. Нехотя я открыла глаза, веки которых словно налились свинцом. Перед ними забегали пятна: светлые, тёмные очертания. Пришлось изрядно постараться, чтобы сфокусировать взгляд хоть на чём-то.
- Молодец! - донеслось до меня от куда-то совсем рядом. Прислушавшись к себе, я осознала, что я двигаюсь. Летать я не умела, следовательно, кто-то меня несёт на руках. Так и есть... ОН... Его лицо всё ещё подрагивало и расплывалось, но почему-то твёрдо знала, что это ОН.
Противный скрип, за которым последовали слова:
- Док, всё готово? Выходи.
Его собеседник что-то протестующие промямлил, но ОН на него прикрикнул:
- На выход, Док, я сказал!
Я поёжилась. Мне не понравился ни тон, ни громкость сказанных слов.
- Стоять можешь? - это, кажется, спросили у меня.
Я кивнула, не понимая ни, что происходит, ни смогу ли. Накатили воспоминания. Отпрянув от Него, как только коснулась ногами пола, я чуть не поскользнулась на бело-голубом кафеле с незатейливым цветочным орнаментом. Удержавшись за раковину и выдохнув, меня наконец-то отпустило. Недавние события иголками ужаса засели под кожей. Холод отступил. Мои зубы были плотно сжаты, не выстукивая барабанную дробь. Зрение обрело резкость.
Почувствовав, как ОН расстёгивает моё пальто, подойдя сзади, мне стало страшно и неловко. Я слабо запротестовала, взмахнув рукой, и промычала:
- Не надо, пожалуйста.
Убийца отпрянул, словно я ему залепила пощёчину и медленно проговорил:
- Твоё тело и твоя доступность интересует меня сейчас лишь в аспекте сохранности. Ты перемёрзла, у тебя шок. Здесь ванна с немного тёплой водой. Полежи в ней немного, чтобы согреться, потом можешь разбавить горячей. - раздражение так и сквозило в каждом слове. Мне не хотелось его провоцировать. Я видела на что он способен. Становиться источником его злости я хотела меньше всего.
Сама потянулась к верхним пуговицам, не чувствуя подушечек пальцев. Маловероятно, что это от холода. Расправившись с пуговицами, я запустила руки в карманы, подмечая, что телефона там уже не было, как и всего остального. Глаза защипало. Пришлось проморгать выступившие слёзы. В самом деле, зачем телефон покойнику...
Стянула пальто и замерла с ним в руках, не зная, куда его деть. Передо мной была большая ванна, наполненная водой почти до краёв, белая раковина и всё... Четыре стены и дверь. Даже унитаза здесь не было, чтоб можно было на его бачок или сиденье сложить вещи.
- Давай немного ускоримся. - со второй попытки ОН отобрал у меня пальто, которое я вообще не хотела выпускать из рук. - Раздевайся!
Да чтоб тебя!!! Его слова и тон раздражали. Нервно скинула ботинки, которые так и не перешнуровала по нормальному, с ног. Психанув, не иначе, я закинула ногу на раковину, и нарочито медленно сняла один чулок. Затем второй, выпрямив ногу вверх. Да, растяжкой я могла похвастаться. Гимнастика в сытом и далёком детстве не прошла даром. Да и пул-дэнс, на который я выбиралась раз в неделю в этом только году, позволял держать себя в форме.
ОН шумно выдохнул. Я развернулась к нему лицом, заведя руки за спину. Если бы мы встретились случайно и при других обстоятельствах, я бы сочла его привлекательным. Некрасивым, по современным меркам, а привлекательным. У него живые и выразительные карие глаза, которые старательно сверлили во мне дыру, где-то в области носовой перегородки. Красивая тёмная линия бровей, делающая его взгляд глубоким, вкупе с чёрными ресницами. Немного не по-мужски полные губы. Тёмные чуть вьющиеся волосы. Лицо, образец мужественности: волевой подбородок, выступающие скулы, прямой нос, высокий лоб. А телосложение и вовсе пугало. Выступающие мускулы и рельефность именно там, где надо, не делали его огромным, как большинство нынешних качков. Он крепкий, да. Пожалуй, это самое правильное определение. Без лишних бугров и пугающих вздутых вен. Его тело вызывало трепет, ведь я была абсолютно уверена, что это не труд на тренажёре, а естественно приобретённая и развитая физиология. Конечно, ни сантиметра жира, и даже намёка на него.
Что-то пугающе сладкое и трепетное вспыхнуло внизу живота, напугав меня до чёртиков. Поспешно стянула бюстгальтер, осторожно выпутавшись из чёрных лент, и буквально выпрыгнула из трусов, чтобы поскорее погрузиться в воду.
Поджав колени и прикрыв все стратегически важные места, я сидела и не решалась заговорить. Он начал первый:
- Ты правда человек? - не то чтобы я понимала, какой смысл он вкладывает в это слово, но я кивнула. От моего молчаливого ответа он устало вздохнул.- А в детстве? Вспомни у тебя не было никаких болезней, увечий, пороков? Ты родилась доношенным и здоровым ребёнком?
Теперь была моя очередь устало вздыхать:
- Я правда не понимаю зачем тебе всё это. И я, в частности. Но я отвечу. Нет, я родилась здоровым ребёнком. Болезни? Скажи мне, кто из детей не болеет? Болела, конечно, как и всё. Возможно, если ты спросишь конкретнее, мне проще будет тебе "правильно" ответить.
Мой ёмкий, как по мне, ответ его разочаровал:
- Это насмешка Богов, не иначе... Ладно, послушай. Там внизу трое вожаков чужих стай. Они думают, что ты такая, как мы. Оборотень. Волчица. Даже если это не так, это не меняет того, что эти трое признали тебя истинной парой. С твоей профессией не составит труда сыграть любовь и послушание? - вопрос был риторическим, сказанным с издёвкой. - Принимаешь ванну и спускаешься. Я тебя представлю им. Ты молчишь и киваешь, подтверждая мои слова. Нам нужно от них избавиться и поскорее. Ты моя истинная пара - ты и это подтверждаешь, признавая меня своей парой перед ними, и всё. Они уезжают — все счастливы. Я не терплю чужих Волков на своей территории. Всё поняла?
Ничего я не поняла.
- Если я сделаю так, как ты хочешь... ты... Ты меня отпустишь? - перешла сразу к главному.
- Если ты не сделаешь так, как я хочу, я утоплю тебя в этой ванне. Это понятно? - это сказано было таким будничным тоном, что сомнений не вызывало. Утопит! Как пить дать, утопит!
- Я хочу домой. У меня дети. Четверо! - на свой страх и риск выпалила я.
- Дети?! - от моего заявления мужчина пришёл если не в ужас, то в шоковое состояние однозначно. Окинув меня изучающим взглядом, он недоумённо захлопал глазами.
- Дети! - вскинулась я. - Знаешь, что это такое, да? Так вот, их четверо! Три сестры и брат! Понятно? Я хочу к ним!
- Это исключено. После того, что ты видела ты не вернёшься к людям... - уверенно заявил он. - Не живой точно. Будь хорошей девочкой и мне не придётся делать тебе больно. Надеюсь, мы друг друга поняли.
С этими словами он вышел из комнаты вместе с моим пальто, оставив меня одну.
- Это к лучшему. - успокаивала я себя. Теперь у меня есть возможность, как следует всё обдумать.
Включив воду погорячее, я заколола волосы так, чтобы не намочить, и прикрыла глаза. О том, чтобы вымыть голову речи и не шло. Из всевозможного перечня гигиенических, моющих средств здесь был лишь кусок мыла, неизвестного происхождения.
Я в полной жопе — это факт. Оборотни существуют — это теперь тоже факт. Меня отсюда не выпустят — это факт... Но кем я буду, если не попробую сбежать?
Вопрос другой, как?
Я чуть не захлебнулась от собственной тупости! Всё же просто! Мне требуется просто время. Как гарант моей жизни, и как возможность что-то придумать, воспользоваться ситуацией, втереться в доверие, и сбежать!
- Надо выиграть себе время! - я решительно поднялась из ванны, расплескав через края воду, и уже менее решительно вышла из неё. Поскользнуться на мокром кафеле желания не было.
На раковине обнаружилось полотенце. Вдохнула запах стирального порошка и промокнула тело. Хоть убей, не помню было оно здесь раньше или нет. Надеюсь, было, и никто не входил пока я откисала голой грудью наружу.
Это, конечно, очень интересно... Я попробовала закутаться в полотенце — бесполезно. Либо грудь, либо ползадницы на обозрение. Ко мне явно никто не спешил, ни с одеждой, ни с моим пальто, ни вообще... Ок! Нет так нет. Мне же, надеюсь, лучше. Оделась в своё бельё, натянула чулки, переплела немного волосы, убрав с лица пряди назад и скрепила их заколкой. Всунула ножки в свои ботиночки и потуже их зашнуровала. Образ выходил интересный и специфический. Деваться некуда, выбора у меня не было.
Толкнула дверь и замерла. Стоило сделать шаг, из безопасной, как мне казалось, ванны, как мою решительность ветром сдуло.
После короткого аутотренинга я расправила плечи, гордо вскинув голову, и отправилась искать, где этот низ, куда мне говорил спуститься ОН. Лестница нашлась слева, почти сразу. Миновав пару дверей, обшарпанных стен и тусклых светильников, я ступила на скрипучие деревянные ступеньки. Приглушённые мужские голоса послышались и тут же смолкли, едва я преодолела половину лестницы. Благодаря им я хотя бы знала, что мне следует повернуть направо.
При виде меня все четверо мужчин повскакивали со своих мест. Три туриста и ОН.
Как можно увереннее я прошла к единственному стулу, смахивающему на трон с красной обивкой, и самодовольно осмотрела всех, встретившись глазами с каждым. А у самой все внутренности дрожали и вибрировали от страха... Я уже говорила, что Голливуд по мне плачет?
Заприметив бокалы в руках у каждого, я на свой страх и риск решила, что если наглеть, так наглеть до конца:
- Вина. Красного. - решила смягчить командный тон милым и тихим:- Пожалуйста.
Туристы просто пожирали меня глазами. А ОН... Он был зол. Дикий взгляд из-под лба пророчил нечто нехорошее. Но он сам виноват! Если бы я вышла в полотенце с голой грудью и задницей было бы гораздо хуже! Нечего хапать чужое!!!
- Пожалуйста... - мужчина с ярко выраженным акцентом сменил костюм на джинсы и футболку, но и в них он смотрелся неорганично с этим местом.
Я поняла его заминку, как ожидание знакомства:
- Виктория. Просто Виктория. - обольстительно улыбнувшись, я присела и приняла высокий бокал с вином из его рук. - А позвольте узнать ваше имя?
- Марк, но вы можете называть меня, как вам угодно. Нечасто встретишь столь очаровательную девушку, ещё и с привилегией истинной. - выпалил он на одном дыхании, облобызав мою свободную руку.
С трудом поборов брезгливость, я кокетливо улыбнулась и заявила:
- Вы же знаете, что я человек? Возможно, я недостойна вашего внимания... - нарочито с грустной улыбкой я поднесла бокал к губам и сделала маленький глоток. Сладкое, даже очень. Уж не прячется ли за этой сладостью ударная доза градуса?
- А я Итан. - в игру вступил кучерявый парень, который в подвале соблазнял меня своим изумительным свитером. Я со скромной улыбкой приняла из его рук одну шоколадную конфету из протянутой коробки и тут же отправила её в рот.
- О-оу... - удивить меня удалось. Молочный шоколад с солёным миндалём пришёлся, как нельзя, кстати. - Просто божественно... О-очень приятно с вами познакомиться...
- Бэнджамин. - отозвался блондин и, как мне показалось, искренне улыбнулся. - Можете обращаться ко мне Бэн, если хотите. - Я ничего для вас не приготовил. - вид самого молоденького в этой компании паренька был растерянным.
- Разве это важно? - приободрила я его. - У меня ведь тоже для вас ничего нет.
Бэнджамин моя надежда. Он самый молодой, и, скорее всего, не так проницателен и испорчен. Его будет проще провести и втереться к нему в доверие.
- Вы! Вы и есть наш подарок. - вмешался жгучий брюнет, Марк, оттесняя молоденького конкурента. - Все мы здесь единогласно уверены, что вас нам послали Боги. Мы все чувствуем в вас свою истинную пару! Вы наша надежда!
- На что надежда? - всматриваясь в чёрные, как ночь, глаза, невинно поинтересовалась я, закинув нога на ногу.
- На потомство. - уверенно ответили мне. - Сейчас Волчиц почти не осталось. Мы вымираем! И я уверен, что вас нам послали боги. - он спешно поправил сам себя. - МЫ уверены. Вы вернёте былое величие всем оборотням.
Кусок миндаля застрял где-то в глотке. Приклеенная к моему лицу улыбка, того и гляди, норовила сползти в гримасу ужаса или, по крайней мере, разочарования. Пришлось протолкнуть миндаль большим глотком вина. Моё состояние, кажется, не укрылось от моего похитителя. И если до этого он злился и бросал на меня уничтожающие взгляды, то теперь он явственно ощущал себя хозяином положения. Весь его самодовольный вид так и кричал: "Я же говорил... "
Перспектива быть инкубатором для волчат, или кто там у них рождается, мне не улыбалась. И то ли вино действительно оказалось крепче предполагаемого, то ли я в кои-то веки поверила в себя, но напустив на лицо разочарование и досаду, я перешла на чистый английский:
- Простите меня. Но, если от меня требуется выбрать одного из вас, я не смогу сделать этот выбор сегодня. Вы все мне очень приятны. Мне льстит внимание таких мужчин и очень приятны ваши слова. Быть с вами, со всеми, я не могу, поймите. Возможно, если бы вы дали мне больше времени узнать вас получше, я бы смогла сделать свой выбор. Но в пользу одного из вас.
Мужчины слушали меня чуть дыша, словно моими устами и правда говорили их боги. Я едва не рассмеялась.
- Но Сергей сказал, что он твоя истинная пара. - Марк вновь вступил со мной в диалог, на этот раз на английском. - Ты не признала его?
Если бы я ещё знала, что такое это признала. Пошлятина какая-то, не иначе.
Сергей, значит... Так себе имечко.
- Вы, наверное, неправильно его поняли. Мы с Сергеем познакомились незадолго до знакомства с вами. И, да, мы почувствовали некую связь, но сейчас, с вами, я тоже её чувствую. - состроив жалобные глазки, я грустно вздохнула. - Я не знаю, как мне быть. Вы тоже говорите, что это чувствуете... Я в растерянности...
- Но-но, детка, - Итан ласково сжал мою ладонь. - Ты не виновата. - а вот его я буду остерегаться. Слишком резво он нарушает личное пространство и поспешно перешёл на ты. - Тебе нужно время. Мы дадим его тебе, конечно. Мы все чувствуем неловкость от этой ситуации, и примем любой твой выбор. Это дом Сергея, нам следует придерживаться правил его стаи. Но никто не запретит оборотню видеться с его истинной. Мы будем приезжать. - горячо пообещал он. - Все вместе или по отдельности. Ты только скажи, сколько тебе нужно времени? Найти истинную и знать, что она тебя не признала весьма... неприятно и болезненно. Чем дольше ты будешь думать, тем хуже будет нам. Трое из нас отступят, как только ты выберешь одного из нас. Мы же можем это пообещать? - последний вопрос был сказан за спину, и адресован собравшимся мужчинам.
Все согласились, кроме Сергея.
- Серый? - обратился к нему Бенджамин. - Ты как, согласен?
- Конечно! - расплывшись в пугающей улыбке, произнёс он, сверля меня взглядом. - Ещё как согласен...
Я поняла одну занимательную вещь, наблюдая за Сергеем в эту ночь — он очень плохо владеет английским. И это понимание давало мне крупные козыри в руки.
Каждый из туристов, норовил ко мне прикоснуться. И хоть это и было невзначай: касание пальцев, похлопывания по плечу, соприкосновение коленей и так далее. Меня всё равно не покидала мысль, что они меня... метят... Мужчины придвинули диваны ко мне ближе, вплотную, я бы сказала, и мы ещё очень долго сидели и болтали о всякой ерунде. Вино сделало своё дело. Я полностью расслабилась и несла, кажется, полнейший бред, но все смеялись. Временами даже Серый. Я оценила абсурдность его клички. Сам смуглый, волосы тёмные, глаза карие, и Серый... Глупо, как по мне. Хотя, чего это я? Возможно, у него пёс, тьфу ты, Волк серого цвета...
Бэнджамин рассказывал о последнем концерте, на котором побывал. Рассказывал смешно и интересно, с эмоциями, я старалась быть внимательной, но сонливость накатывала.
- Довольно. Обсудим завтра ваши визиты. На сегодня так и быть, можете остаться в моём доме. В виде исключения. Гостевые спальни в правом крыле.
Все послушно повскакивали. Трое мужчин протянули мне руки, чтобы помочь встать. Я засмеялась и сделала вид, что закрыла глаза и выбрала наугад, взяла за руку Бэнджамина. Он тут же покраснел, я и в этом ему подыграла, изобразив смущение.
Пока мы поднимались на второй этаж, тем же путём, что я проделала, когда спускалась, я старалась держать себя в руках. Но не выдержала и, вложив всю грацию и пластичность, которая мне была доступна после такого количества алкоголя, сексуальной походкой шла рядом с обступившими меня мужчинами.
- Виктория останется в левом крыле.
Между ними завязался недолгий спор. Но хозяин дома напомнил, что они на его территории и могут её покинуть хоть сейчас. Ну и ещё он заверил всех, что я буду спать не в его спальне. Пожалуй, меня это заявление порадовало больше, чем мужчин.
Я сморозила полнейшую глупость:
- И что? Никто не проводит меня до моей комнаты? Предоставите это серому волку?
Как итог меня провожали все. Остановившись перед деревянной облупившейся дверью, все пожелали мне спокойной ночи, а Итан даже поцеловал в щеку. Все ушли...
Не успела я и пискнуть, как меня втолкнули в тёмную комнату, захлопнув дверь.
- Ты что себе возомнила? - свирепел Сергей. - Я думал, в проститутки идут от недостатка ума и неспособности зарабатывать другим местом. Но ты!!! Ты!!!
- Не подходи! - осмелившись, воскликнула я, выставив вперёд руки. В комнате было слишком темно. А света из небольшого окна хватало на маленький пятачок на полу. - Я закричу! Ты понял?! Не подходи!
- Не закончишь завтра же этот цирк, пожалеешь! Ты, думаешь, в безопасности теперь, раз водишь за нос троих мужиков?! Напомнить тебе о брюхатой Кларе?! А?! Напомнить о Светулике?! - каждое его слово словно пощёчиной отдавалось на моём лице. Кровь в голове закипела и прилила к лицу. Ярость, смешанная с безысходностью, бессильно отступала перед страхом за своих сестёр.
- Я убью всех, кто тебе дорог! Если ты завтра же не прекратишь этот цирк и не выпроводишь своих женихов с моей территории! Ты поняла??? - больно схватив меня за плечи, он швырнул меня на что-то мягкое и вышел, тихо прикрыв дверь.
Когда шаги стихли, я ощупала поверхность, на которой лежала — это оказалась кровать,- и дала волю эмоциям. Минут десять прорыдав в кулак, прикусывая пальцы и давясь слезами, я, успокоившись, подошла к окну.
Всё заливал лунный свет. Полная луна, бросая свой свет на лес, делала его мистическим. Пугающим и таинственным. Присмотревшись, я увидела Волка, снующего неподалёку, теперь я не сомневалась, что это оборотень. От этого мне стало ещё хуже. Если я попробую сбежать через окно, что мне грозит при встрече с оборотнем? На какое расстояние простирается этот лес? Где ближайшая цивилизация? Как поступит этот убийца, если я сбегу и меня растерзает Волк, или насмерть замёрзну в лесу, или ещё что-то? Его остановит моя смерть? Он не станет отыгрываться на моих сёстрах? Или станет?
В груди зияла огромная ноющая рана, которая при каждом упоминании о семье разрасталась до огромных размеров. В своё время я стольким пожертвовала, на такое пошла, ради этих детей... Как я теперь совсем без них? Как я могу подвергать их такой опасности???
Слёзы душили и лились, словно из-под крана. Выставив вперёд руки, я так же дошла до кровати, на ощупь. К моему большому удивлению меня быстро сморил сон. Хоть я и обещала себе, что не буду спать, а, прислушиваясь, проведу всю ночь, не теряя бдительность в этом жутком месте.
ОН
Со мной творилось что-то непонятное. Я готов был придушить её собственными руками, и в то же время она меня интриговала... Второе было признать тяжелее. Если изначально я оценил по достоинству её рискованную игру с вожаками, то после... Когда она себя столь развязно вела: радостно смеялась вместе с ними, активно поощряла их поочерёдные прикосновения, флиртовала напропалую — меня это взбесило. Чего было ждать шлюхи?! А здесь целых три богатых кандидата, один краше другого. Четыре, если быть точнее! Но на меня её шлюшьи повадки не действуют! А ведь провела меня? Задурила Волкам головы и рада стараться! Конечно! Корону на себя надела, какая она умница и красавица! Да, идиотка она!!! Насрать Волкам на её седалищные кости в похабном белье, на её слащавый голосок, на тихий и мягкий смех, на томный взгляд, из-под густых ресниц... Так... Куда-то меня не туда несёт... О чём это я? А! Оборотни. Плевать они на неё хотели. Она думает, это она играла с ними, но нет - они играли с ней! Каждый из них пойдёт на что угодно, лишь бы она попала именно в его стаю! На что угодно в прямом смысле! Они лишь пустили ей пыль в глаза, а она же поверила, идиотка... Говорил же, что и как, нужно делать, сказать! Нет же, умная нашлась!
Если Марк прав, то она сможет понести от оборотня полноценных Волчат. Запах истинной, прежде всего идеальная совместимость духа, зверя, силы (ну здесь, боги явно посмеялись), гарантия сильного потомства. Я не привык полагаться на богов, да никто не привык из оборотней. Но въедливый запах человеческой самки иначе трудно объяснить... Эти неопределённые ощущения рядом с ней...
Мерзкая дрянная девчонка!
Как можно тише я прикрыл дверь и на носочках подошёл к детям. Спят... Маленькие ангелочки. Я пойду на что угодно, чтобы защитить их. Другие стаи не должны об этом знать, а она... Она подвергает их смертельной опасности. С родственниками её я, конечно, погорячился. Но надо же было как-то вразумить эту ненормальную, оставить подле себя и отправить вожаков восвояси! А она не понимает! Тупая, как пробка! Если хоть один чужак узнает о детях, о том, что я сделал, мне крышка. Всей моей стае не жить.
Сюсюкается с ними! Тьфу!
Прошёл вглубь комнаты и улёгся на диван. Закинув руки за голову, я пробормотал пару ругательств и лёг спать, надеясь, или даже молясь, чтобы дети сегодня спали спокойно. Слух у оборотней отменный…
***
Разбудил меня плачь Миланы. Самая младшенькая была самой болезненной девочкой из трёх детишек. Да и к тому же требовала гораздо большего внимания, чем мы с Доком могли дать.
- Тшш-шш... - зашипел я, забирая малышку на руки. - Ну? Чего мы плачем? Сейчас остальных разбудишь... Тихонько, тихонько... - карий глазик сонно моргнул.
Дверь хлопнула. На пороге появился Док с двумя бутылочками.
- Я чуть кирпичей не наложил, Док. - нервы и вправду стали ни к чёрту.
Он улыбнулся и, дождавшись, когда я верну малышку в кроватку, всунул ей бутылочку. Та тут же довольно зачмокала маленькими губками. Окинув Дока задумчивым взглядом, я поразился. Мужчина был свеж и бодр, гладко выбрит.
- Ты хорошо выглядишь...
- Я уже привык. - пожал мужчина плечами. - Милана встаёт всегда в семь утра, не знаю, с чем это связано, но вот такой у неё режим. А я в шесть. Так что у нас с ней совместимость. - улыбка озарила лицо мужчины, и тут же сникла. - Послушай, дети растут, одними смесями сыт не будешь. Да и запасы поистрепались. Пара пачек осталось. До завтра хватит, а дальше?
- Я не могу уехать и приехать с детским питанием, когда у меня полный дом чужаков! Они всё поймут!
Мужчина тихо хихикнул:
- Если оставить детей голодными и недокормленными, они и так все поймут. Ты представляешь, какая здесь будет симфония ора и плача? Думай, что говоришь.
- Док!
- Виктор! Моё имя Виктор. Ваш этот Док, меня уже одолел.
- Витя! Не раздражай меня с утра пораньше. - но сменив гнев на милость, добавил: - Я что-то придумаю. Сегодня эта фифа отправит всех лишних восвояси и всё будет хорошо.
- Ну-ну. - дерзко и весело прошептал Док. - Мне, знаешь ли, не спалось...
- Подслушивал?
- Обижаешь... Подсматривал! И должен заметить, что безопаснее бы было отправить и её с ними из этого дома. Крепкий орешек тебе достался и к тому же хитрющая...
- Предлагаешь отдать самку, способную понести от меня, другому Волку? Ты никак в маразм впадать активно начал?! - зашипел я.
- С чего ты это взял? В верующие подался?
Док отлично справился и с кормлением, и с тем, чтобы угробить моё боевое настроение ниже плинтуса. Я и сам начал сомневаться в абсурдности наших совместных решений... Что если мы идиоты, и эта девка, на самом деле, просто хорошо для нас пахнет, и это вовсе никакая не истинная? Мы просто оголодали за такое время без Волчиц настолько, что немного двинулись умом.
Пораскинув мозгами, я освежился и наведался в комнату, где оставил на ночь девчонку. Она не спала. Сидела в изголовье кровати, укутавшись в покрывало и смотрела в окно. Не зная что сказать, вряд ли для неё утро доброе, я хлопнул дверью, привлекая к себе внимание. Вздрогнув, она обернулась, прошлась по мне беглым взглядом и вновь отвернулась к окну. А я немного растерялся... Её уверенность и былую красоту заметно не было... Спутанные иссиня-чёрные волосы, огромные опухшие глаза, искусанные безжизненные губы. Сейчас она походила... Не знаю даже на кого. Я таких страшных ещё не встречал...
- Зачем ты пришёл? Так и будешь молча стоять?
Я опомнился, что так и стою в открытых дверях на пороге. Вошёл в комнату и присел на кровать. Она не отреагировала.
- Ты сегодня по-другому выглядишь... - зачем-то промямлил я.
- Прости, что не дефилирую в нижнем белье и на шпильках, сияя свежестью и абсолютною красотой. У меня такой день рождения вчера выдался, что врагу не пожелаешь. И ещё и один... психопат угрожает моим сёстрам. И это всё ещё не считая того, что оборотни существуют... К этому или нужно привыкнуть или забыть, как страшный сон.
- Привыкнуть. - отрезал я. - Я не отпущу тебя к людям, после всего, что ты видела.
- И по-твоему, это нормально? Похищать человека, держать его в клетке, на его глазах обезглавить мужчину, угрожать семье, физической расправой: утопить, убить и так далее? Это, по-твоему, нормально?! Представь себя на моём месте?
- Тут нечего представлять. Я бы никогда не стал шлю...
- Шлюхой? - взметнулась она, отшвырнув покрывало. - Ну, договаривай! Чего ты замялся? Шлюхой! Только я не просто шлюха, какая-то дешёвая продажная девка! Я элитная проститутка, моё время стоит бешеных денег, которые тебе и не снились! И что? Обзорную лекцию мне прочитаешь? Вперёд! Давай! Только я никого и никогда не принуждала! Как бы это ни звучало, но я занимаюсь честной деятельностью — мужчина получает желаемое и я получаю желаемое. Взаимовыгода! А ты поступаешь нечестно! Ты меня тайно похитил и упорно удерживаешь силой и криминальными угрозами! Если все оборотни такие же, как ты, я не удивлена, почему у вас баб не осталось! Довели их до скорой смерти или затравили! Уроды моральные!
Разговор на повышенных тонах открыл мне глаза на многое. А что если она права? Нет, не касаемо проституток и прочего. А насчёт Волчиц...
Ведь Волчицы и правда были ограничены во многом. По крайней мере, лет двадцать пять... Их больше не пускали с другими Волками на охоту, не брали к соседним стаям, предпочитая держать подле себя или заперев дома. А как угроза вымирания замаячила более критично и вовсе... Твою мать?! Она права!
Истинных пар больше так и не образовывалось, стаи ослабли, высшая иерархия переходила к слабакам... Моя мать с отцом произвели на свет десять волчат. До сегодняшнего дня дожили, правда, всего трое. Но они были истинной парой, насколько я помню... А другим едва удавалось сохранить хоть одного Волчонка из двух, трех. Да и те были невероятно слабы и умирали в первые годы жизни. В каждом конце весны, начале лета, Волчат становилось меньше и меньше... Вот уже шесть лет их нет вообще, хотя три Волчицы в стаях не так стары, чтобы не приносить помёт, хоть ежегодно...
Меня озарило и впечатлило открытие настолько, что я, не удержавшись, сграбастал девушку в сердечные объятия и чмокнул куда-то в макушку.
- Ты откуда такая взялась умная, а? - хохоча, спросил я.
Меня быстро отпихнули от себя и посмотрели так, словно я душевнобольной.
- Ты очень меня пугаешь. - только и сказала она, отстраняясь дальше ползком на кровати.
- Слушай! - мой Волк уже разомлел от физической близости со своей истинной и влюблённо порыкивал. Я его игнорировал как мог. - Понимаю, это прозвучит странно, но давай заключим сделку? Я со своей стороны обещаю, что не причиню вреда тебе и твоим близким. Вообще. А ты... Сможешь вернуться к своей прежней привольной жизни. Но не раньше июля.
- Июля? Сегодня двадцать девятое сентября! Это почти год! - возмущалась она. Наивная. Я же прекрасно вижу, как её глаза озарились надеждой.
- Ну, прости, иначе никак. Так что? Поможешь вытравить чужаков с моей территории? - неожиданно для себя я ей подмигнул, отчего она вновь округлила глаза и заёрзала на кровати.
- Ты что-то принял?
- Ага, душ. Наспех. Даже капли кофе во рту не было. - заверил её.
- А если я захочу уйти с одним из них?
Волка этот вопрос взбесил, как и меня:
- Поверь, если ты их узнаешь получше, по-настоящему, а не по сыгранным представлениям, ты поймёшь, что я меньшее из зол. - еле выговорил я, сжав кулаки. - Они не предложат тебе условий лучше! Ни один из них! Мы договорились?
Она замялась на какое-то время, бегая глазами из угла в угол, пожевала молча и без того искусанную губу, прежде чем сказать:
- Ладно. Что мне там нужно сказать этим туристам?
- Туристам? А, что, мне нравится...
Выслушав огромный список требований или же просто необходимого, я, порыскав по дому, принёс всё это ей. А именно: лёд — один пакет, крем детский — одна баночка, белые футболки — две штуки из личных запасов, шорты пляжные — две штуки, расчёска — одна штука. Всё это бодро свалено было мной на кровати. Её это почему-то не обрадовало. Особенно мои шорты...
- Что не так? - твёрдо спросил я, видя, как она мнётся и хмурится.
- Мне холодно. - поёжившись и спрятавшись за слоями покрывала, выдохнула она. - Вчера согревал адреналин и вино... Я в этих шортах околею...
- Ладно, надевай пока, что есть. В этом крыле всегда холодно. Внизу теплее. Я решу этот вопрос. - не думал, что человеческие самки, настолько мерзлячки. И решение этого вопроса мне тоже не нравилось. Можно взять одежду у Зака, он недалеко ушёл от девушки по хрупкости и худобе... Но запах другого Волка на своей истинной.... Одна мысль злила... Единственная надежда на то, что она выполнит обещание и отправит вожаков восвояси, как мы и договорились. Я смогу выбраться за детским питанием, и, чем чёрт не шутит, за одеждой для неё...
Второй вариант мне нравится больше.
Оставив её одну и проверив детей, я спустился чуть раньше девчонки. Эти трое быстро оккупировали мою кухню. Смотреть противно! Трое сильнейших Волков завалили стол всякой всячиной. Кто-то явно старается произвести впечатление. Неужели они думают, что яичница с беконом, различные тортики и десерты, сыр и закуски как-то могут расположить самку?
- Ничего себе. - донеслось восхищённое за моей спиной. - У меня просто слюнки текут, я вчера толком не обедала и не ужинала.
Почему-то все осуждающе посмотрели на меня. Особенно Марк, который тут же облобызал её руку и увлёк за стол:
- Кофе?
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги