Истинное зло

Маленький светловолосый мальчишка проснулся в своей крохотной кроватке и удивленно захлопал темно-карими, почти черными глазками. Он не сразу смог понять, где находится. Ребенок часто путал мир реальный и мир снов, настолько они были правдоподобными. Ему постоянно снился один и тот же сказочный мир, мрачный и давяще тихий. Нет, он вовсе не пугал мальчика, скорее удивлял. Все в нем было другим: солнце не было ярким, небо – серым, зелень деревьев и трава – тусклой, цветы только бордовые и фиолетовые, реже красные. Казалось, будто таинственный художник затемнил и приглушил все краски. Не было там и привычных для мальчика домов, улиц со множеством снующих людей и машин. Не было слышно дуновения ветра и пения птиц. Только иногда в мутном небе раздавались крики странных крупных крылатых существ, которым сложно было дать определение, и писк маленьких юрких летунчиков с перепончатыми крылышками. В силу своего еще нежного возраста ребенок не мог все это правильно понять и воспринимал все как одну из сказок, которые мама часто рассказывала ему перед сном, или ту, что видел по телевизору.

Возможно, все это не трогало бы мальчишку особо сильно, если бы не друг, которого он однажды там встретил. Это был такой же маленький мальчик, но с черными волосами, едва достающими до лопаток, и пронзительными ярко-синими глазами. Его глаза, пожалуй, были самым ярким пятном в этом загадочном мире. Малыши почти не разговаривали, но с любопытством рассматривали друг друга. Черноволосому очень нравилось трогать золотистые кудри, словно он таких никогда не видел, а ему самому нравилось, подойдя почти в плотную, разглядывать необычного цвета глаза. Встречались они всегда в одном и том же огромном абсолютно черном зале с высоким сводчатым потолком, подпираемым исполинскими квадратными колоннами, гладким глянцевым полом, в котором все отражалось почти как в зеркале, и большими окнами с выходом на просторную террасу. С потолка свисали массивные люстры из странных темно-серых кристаллов, в подвесках которых переливались и искрились маленькие огоньки. В этом зале дети казались совсем крошечными и… потерянными…

Однажды в сон ворвался мужчина в черном плаще, неожиданно появившись из-за колонны. Малыш впервые испугался. Мужчина тихо подошел, склонился и внимательно посмотрел на него. Мальчик не мог даже шевельнуться, настолько гипнотически действовал на него взгляд строгих черных глаз. Затем тот удивленно вскинул брови, скривился и резко отпрянул от ребенка, как будто тот был чем-то ужасным и отвратительным, схватил за руку черноволосого друга и потянул к огромной, такой же черной, как и все в этом зале, двери. Друг начал вырываться и кричать. Мужчина, разозлившись, крикнул низким, чуть хрипловатым голосом:

– Тайлер, прекрати! И не смей больше сюда приходить, иначе будешь наказан.

Огромная дверь перед ними сама распахнулась и, пропустив внутрь, громко захлопнулась. В голове светловолосого только и успела промелькнуть одна мысль, что теперь он знает имя друга, как вдруг все вокруг погрузилось во тьму и поднялся резкий ледяной ветер. Малыш, испугавшись, закричал и резко открыл глаза…

– Кайл, мальчик мой, – мама подхватила сынишку на руки, – успокойся, это всего лишь сон.  

Он обхватил ручками маму за шею и громко расплакался. А она стала его укачивать, похлопывая по спинке.

– Шшш… Маленький мой, все хорошо, я рядом.

Немного успокоившись, малыш огляделся по сторонам, и когда понял, что находится в своей маленькой уютной спаленке, какая-то обида на того странного мужчину и одновременно страх нахлынули на него с новой силой. Захлебываясь слезами, он начал сбивчиво рассказывать маме о странном мире, синеглазом друге и страшном дяде. Мама недоверчиво посмотрела на сынишку, грустно вздохнула и прижала его к себе еще сильнее…

Время пролетело незаметно… Десятилетнему Кайлу хоть и реже, но продолжали сниться странные сны. Мальчик уже не сильно им удивлялся, но видеть их стало не обычной привычкой, а какой-то своеобразной зависимостью. Одно он уяснил точно – мужчина в черном опасен. К счастью, его он больше никогда не видел и был благодарен за это судьбе. Однако бродить по замку и саду, как раньше, остерегался. Поэтому, как только сон вновь забрасывал его в тот сказочный мир, мальчишка сразу прятался в условленном месте, в дальнем углу черного зала, в небольшой стенной нише, и ждал друга. Тайлер не всегда приходил, но Кайл с завидным упорством всегда его ждал. Черноволосый был для него не просто мальчиком из сна, а чем-то большим, словно второй половинкой души. Самым удивительным было то, что он все чаще ловил себя на мысли, что они похожи внешне. Как-то он поделился этим с Таем, и тот, задумавшись, потер лоб и на следующую встречу притащил с собой небольшое зеркало. Мальчишки сидели в нише на прохладном полу и рассматривали себя в отражении. Вроде бы абсолютно разные: один – смуглый, с гладкими черными длинными волосами и синими глазами, а другой – белокожий, кареглазый, с короткими светлыми непослушными кудряшками. Но если рассматривать детально, то форма глаз, дуга бровей, нос, губы были практически идентичны. Только черты лица у Кая были немного крупнее, как и сам мальчик. Исключение – губы. У Тая они были более пухлые. Кайл часто из-за них его поддразнивал, говорил, что тот похож на обиженную девчонку, и начинал хохотать. Тайлер тут же вспыхивал, плотно сжимал губы, стараясь сделать их тоньше, а потом гневно произносил:

– Не смей сравнивать меня с девчонкой!

Блондин не унимался. Его забавляло, как тот злится. Обычно добродушный, улыбчивый и мягкий брюнет в одно мгновение превращался в холодного, надменного и жесткого наследника престола этого сказочного мира под названием Тэлеерс… Но остывал он так же быстро и прижимался к другу в надежде почувствовать хоть немного человеческого тепла, которого ему так не хватало. Кайл понимал, что обижает мальчишку, но вредность характера, присущая многим детям, не позволяла вовремя остановиться.

– Тай, ты чего? Я же шутил, – оправдывался он и, чтобы успокоить, крепко обнимал его за плечи.

– Я не понимаю, что такое «шутил», – грустный вздох заставлял Кайла еще острее чувствовать свою вину. – В моем мире этого нет.

– А что есть?

– Есть издевка, насмешка, оскорбление, ехидство, желчь…

– Стоп, стоп, стоп! Чего завелся? У нас это тоже есть. Шутка – это совсем другое. От нее всем весело?

– Всем? – Тай удрученно опускал голову. – Но мне почему-то не весело…

–  Да не парься… Можешь меня обозвать, например… соломенной башкой или дырявым башмаком.

– Зачем? – удивлению черноволосого не было предела. Он отстранялся, внимательно осматривал друга и серьезно изрекал. – Твоя голова не соломенная, и башмак целый. Странный ты…

– У-у-у-у, Тай, ты безнадежен… – Кайл хватался за волосы, а затем забавно тер щеки. – Проехали!

– Не понял…

– Тай! – срывался беловолосый. – Все! Меняем тему!

– Ладно. Только не злись, а то мне больно в груди становится, когда мы ссоримся. У нас так мало времени быть вместе, что не хочется тратить его на склоки.

В такие моменты Кайл подрывался и крепко прижимал к себе Тая.

–  Ты самый мой лучший друг. Только жаль, что не реальный…

– Я реальный! Возможно, когда-нибудь я тебе смогу это доказать… А возможно, мы больше никогда не увидимся… Я так боюсь этого. Ведь и ты самый дорогой для меня человек на всем свете.

– Эй… Мы увидимся, я уверен, – синие глаза напротив начинали радостно сиять.

– Правда уверен? – Тайлер чуть не прыгал от радости и, дождавшись утвердительного кивка, добавлял. – Тогда я тоже буду верить…

Примерно так проходили маленькие ссоры и большие примирения мальчишек из разных миров…

… Мальчики искренне радовались своим редким встречам. Даже сидя в маленьком закутке, они всегда находили, о чем поболтать и чем друг друга удивить. Кайл приносил другу комиксы, показывал на телефоне фотографии города, школы, родителей, друзей, короткие видео из своей жизни. Тай, в свою очередь, рассказывал ему о жизни в Тэлеерсе. Магией воплощения изображения он еще не обладал. Он вообще мало что умел. Магия у тэлеерсианцев просыпалась только после совершеннолетия. А сейчас Тайлер мог пользоваться только крохами своих будущих возможностей – например, зажечь маленький огонек на ладошке, поднять в воздух небольшой предмет, ну или оживить засохший росток какого-нибудь крохотного растения. Поэтому Каю приходилось ограничиваться прослушиванием рассказов, просмотром картинок в старинных книгах, которые друг втихаря таскал из дворцовой библиотеки, да редкими вылазками на террасу. Вскоре ему это стало неинтересно. Все было очень однообразно.  

 В какой-то момент, когда встречи стали происходить не чаще одного раза в месяц, Кайл вообще стал считать свои сны не совсем реальными. Он понимал, что рано или поздно все прекратится, и его интерес к сумрачному миру постепенно затухал. Тай же, напротив, все с большим рвением слушал рассказы Кая о его мире, постоянно расспрашивал о всяких мелочах и деталях. Его увлекало буквально все: отношения людей, природа, политика, техника и даже семейные уклады. Тот, другой мир под названием Земля, казался ему невероятно прекрасным и свободным. Он всем сердцем рвался туда, хоть и понимал, что этой мечте никогда не сбыться …

– Вот ты смешной, Тай. И чего у нас там интересного? Все обыденно. Да и у тебя здесь скукота, судя по твоим рассказам… Если только намагичить что-нибудь этакого… – размечтался Кай. – Вот это было бы здорово!

– Зачем магичить? Ведь и без этого много удивительного. Просто ты никогда меня не слушаешь, поэтому тебе так и кажется…

– С чего ты взял, что не слушаю? И вообще, я люблю не слушать, а видеть все своими глазами. Но ты же не хочешь вывести меня на прогулку.  

– Кай, ты не понимаешь, что это опасно. Никто не должен о тебе узнать: ни мой отец, ни архимаг, ни стража, ни адепты храма. Они не поймут и не примут тебя. Все чуждое для них – угроза, которую они просто уничтожат… А чего стоят лесные и небесные хищники… Нет, я не могу рисковать тобой, – черноволосый нахмурился и отвернулся.  

– Да, ладно, не парься… Я же не настаиваю. Мне вот любопытно, почему ты не можешь попасть в мой мир, а я в твой могу?

          – Не знаю. Может, у тебя дар какой-то есть, а у меня нет… ну или блок стоит на перемещение по мирам.

Кай расхохотался.

– Ну ты сказанул… «дааар» … «блооок» … Ерунда все это… Просто ты мне снишься. Тебя не существует! Ясно? – снова решил по вредничать блондин.

– Значит, меня не существует? – в глазах мальчика отразилось столько боли, что Каю стало неловко. – Ты не веришь, что я живой и что я тоже все чувствую и понимаю? Тогда я больше не приду. И ты не приходи… Думаю, так будет лучше для нас…

– Эй… Ты не так понял! – Кай, дернув друга за плечо, развернул к себе лицом. – Я не это имел в виду. Я просто не понимаю, как сон может быть реальностью. И… как сюда попадаю не понимаю? В моей голове столько вопросов крутится на которые не нахожу ответов. Так что не решай за нас обоих, ладно?.. Я хочу сюда приходить… К тебе приходить… Ты мне нужен. И неважно реальный ты или нет…

Тай поднял на него свои невероятно синие глаза и грустно улыбнулся.

– И ты мне нужен… Ты единственный мой друг. Я не могу просто так вычеркнуть тебя из жизни.

– У вас что, здесь нет других детей, что ли? – удивленно поднял глаза Кай.

– Есть, но они не живут во дворце. Я их вижу только на праздниках, когда сюда съезжается вся знать Тэлеерса. Со мной никто не разговаривает – не положено. Я же сын императора.

– Уууу… как все запущено… – парнишка озадаченно почесал лохматый затылок.

– Да уж…

– А чем же ты тогда занимаешься?

– Учусь истории, математике, литературе, политике, дипломатии, стратегии…

– Ну… это я уже знаю… Скукота полная. А помимо учебы?

– Смеяться не будешь, если скажу?

– Это уже интересно! Скажи! Я не буду смеяться, честное слово!

– Магию начал изучать, но пока только в теории… Танцами еще занимаюсь, и… – черноволосый скромно потупился, покраснел и почти шепотом добавил, – стихи пишу… немного… Только это тайна. А еще сражаться учусь.

– Все-все-все… Притормози, а то у меня голова кругом пошла. Опять столько ерунды. А вот сражаться – это круто! Тебе надо, а то ты мелкий какой-то, должен уметь за себя постоять.

– Кай! Я тебе сейчас покажу мелкого!

В одно мгновение Тайлер подскочил к другу, сделал подсечку, завалил его на спину, оседлал и ехидно заулыбался.

– Ну и кто тут мелкий?

– Вау… Что это было? Я даже сообразить ничего не успел. Как это у тебя получилось? – Кай громко выдохнул и почесал за ухом. – Научишь?

– Не могу, прости, – ответил черноволосый и, быстро встав на ноги, протянул другу руку, чтобы помочь встать. – Для тренировок надо много времени, а у нас его нет…

– Ну и ладно… я дома тоже начну заниматься каратэ, боксом, ну или кикбоксингом, например.

– Это что?

– Это у нас боевые искусства такие есть. Чем они отличаются, не знаю, но это все круто! Вот научусь, и тогда посмотрим, кто сильнее...

– Будет здорово померяться силами… Но я все равно одержу победу. Наследник престола не имеет права проигрывать.

– Зануда… Чем я хуже наследника? И… я выше ростом, а значит сильнее, – мальчишка выпятил грудь и чуть привстал на цыпочки. – Только стихи сочинять и танцам учиться не буду… и не проси…

Мальчишки звонко расхохотались. Кайл внезапно почувствовал нарастающее покалывание по всему телу, как будто оно вот-вот разлетится на атомы.

– Тай… Та-а-ай! Мне пора…

– Кай, нет! Только не сейчас! – услышал он отдаляющийся всхлип. – Я тебя буду ждать…

… Через мгновение Кайл очнулся на кровати в своей комнате с легким головокружением, которое всегда быстро проходило после такого пробуждения. Рассвет только-только занимался. Тишина и ощущение пустоты угнетали – не успели наболтаться, наиграться, насмеяться…

– Тай… – прошептал мальчик. – Где ты? Существуешь ли ты? Может ты мой сон? Или… галлюцинация?..

… В это же самое время, где-то в совсем другой реальности, похожий на него мальчишка тянул руку к его исчезающему, словно мираж, силуэту, надеясь еще хоть на мгновение ощутить его тепло.

– Я тебя буду ждать… всегда буду ждать… Только возвращайся, – одинокая слеза скатилась по смуглой щечке.

– Тайлер! Что ты здесь делаешь?! – раздался грозный голос за спиной. 

Мальчик испуганно вздрогнул и, быстро вытерев ладошкой влагу с лица, обернулся.

– Отец, я просто ловил своего тракса*. Он сюда, кажется, забежал, – Тай быстро отошел от потайной ниши, отвлекая отца. – Флип совсем отбился от рук. Его надо будет отдать в питомник укротителю Ларсу на выучку.

– Этот комок шерсти в данный момент спит в твоей комнате.

– Правда? Значит, мне показалось… – мальчишка рванул к выходу, надеясь удрать от отца и избежать лишних вопросов.

– Стоять! Куда так быстро?

Парнишка замер, услышав пугающий рык родителя. Ноги предательски задрожали.

– Тайлер, что с тобой происходит? Ты бледный.

– Вам показалось, отец, – мальчик старался говорить четко и громко. – Просто я много бегал.

– Повернись и посмотри мне в глаза.

Тайлер медленно развернулся на негнущихся ногах и не моргая уставился на отца.

– Ты смотри, какой смелый стал! Не мямлишь, не хнычешь и врешь не краснея, – хмыкнул мужчина. – Растешь в моих глазах. А то я уже переживал, что мой наследник – хлюпик.

– Я могу идти, отец?

– Можешь, но прямиком в мой кабинет. Дорогу найдешь сам или провожатых приставить?

– Не надо. Я не маленький, – Тайлер гордо вскинул подбородок.

– Ну-ну… Иди. И не смей до моего прихода оттуда выходить.

Мальчик выскочил из зала и, чуть не всхлипывая от обиды, помчался по мрачным коридорам.

Как же Тайлеру хотелось покинуть эти ненавистные стены, но этого ему никто не позволит. Его жизнь не принадлежит ему и никогда принадлежать не будет. В его маленькой головке не укладывалось, за что отец так его ненавидит. И если он такой плохой, то почему не отправит в закрытый пансион к старшему брату? Своего брата Эдвардса, родившегося на семь лет раньше в первой паре близнецов, он видел всего лишь пару раз в жизни. Первый раз на праздновании столетия отца, а второй – на свое десятилетие полгода назад. В тот день тот официально отказался от престолонаследия в пользу младшего брата. С Эдвардсом их постигло одно и то же горе – они лишились своих близнецов. У Эдвардса старший близнец Эдгарс погиб, случайно сорвавшись со скалы, а у Тая младший умер при рождении…

Тайлер почему-то верил, что старший брат его любит. Он увидел это в черных как смоль глазах, когда на церемонии, стоя пред Таем на колене, тот передавал ему наследную корону. Эдвардс смотрел на него с такой теплотой и болью, что мальчишка еле удержался, чтобы не кинуться ему на шею и не расплакаться. А после… брата просто увели… Тайлер навсегда запомнил момент, когда высокий, стройный, красивый юноша с густой темной шевелюрой и огромными выразительными глазами медленно и с достоинством покидал тронный зал… «Это мой брат!» – с гордостью думал малолетний наследник…

__________________________

Тракс* – животное, похожее на собаку (авт.)

Утром Кайл проснулся на удивление бодрым и в прекрасном расположении духа. Ночные волнения улетучились с появлением за окном ласкового утреннего солнышка, согревающего своим теплом небольшую комнату. Мальчишка зажмурился, сладко зевнул и потянулся, разминая затекшие мышцы, а затем быстро вскочил с кровати и помчался в ванную комнату, мурлыча под нос незатейливую мелодию. Он просто обожал субботнее утро: трудная школьная неделя позади, и дозволительно с чистой совестью поваляться подольше в постели. Мама не пристает с расспросами о том, как прошел день и много ли задали уроков. А главное, впереди целых два выходных дня, и можно поиграть в компьютерные игры, погонять на велике, прогуляться с друзьями, ну или просто побездельничать…

В это время на просторной уютной кухне миссис Макларен, одетая в удобные хлопковые брюки и клетчатую рубашку, колдовала над плитой.

– Мам, знаешь, что я решил? – услышала она радостный голосок своего сына раньше, чем тот успел забежать на кухню.

– Что, милый? – женщина улыбнулась не в меру активному мальчишке.

– Я хочу заниматься каратэ… или кунг-фу… ну или еще чем-нибудь таким…

– С чего это вдруг? – удивленно вскинула она брови. – Никогда не хотел, а тут вдруг раз… и захотел… Но я не против. Мальчикам это всегда пригодится. Только подойди к этому серьезно, чтобы не бросить на пол пути.

– Нуууу… Я постараюсь, – мальчишка хитро прищурился и широко улыбнулся.

– Вот любишь ты маму поддразнить, – молодая женщина потрепала его по золотистым кудрям.

– Если только чуть-чуть… – Кайл склонил голову набок и улыбка стала еще шире.

– Шкодник, чем надо мной подтрунивать, лучше садись завтракать, – она поставила на стол тарелку с блинчиками и абрикосовый джем.

Парнишка тут же с жадностью накинулся на еду.

– Ммм, как вкусно! – с трудом проговорил он, набив рот блинами. – Я готов их есть бесконечно.

– Ешь аккуратней, а то поперхнешься, – улыбнулась ему мама и ловко перевернула на сковороде очередной шедевр кулинарии.

Мальчишка всегда имел отменный аппетит. И все, чтобы она ни готовила, он уплетал это за обе щеки.

– Всем доброго утра! – на кухню тихо вошел невысокий русоволосый мужчина с пышными усами. Он нежно поцеловал жену в щеку и уселся за стол. – Твоя мама волшебница, Кайл, – Я шел на запах…

– Дядя Адам, я узнал об этом раньше тебя, – заметил парнишка и с серьезным видом облизал сладкие пальцы.

Мужчина шутливо щелкнул его по кончику носа и проговорил:

– Все то ты первым успеваешь. Мне за тобой не угнаться… – затем, немного помолчав, добавил, – Семья, у меня к вам предложение. Не поехать ли нам в домик у озера? Костер разведем, на гитаре поиграем, ну и порыбачим…

– Я «за»! – радостно заерзал на стуле Кайл. – Только червей на крючок насаживать ты будешь сам. Терпеть их не могу.

– Ну и трусишка… Они же не кусаются…

– Я не трусишка. Просто они такие мерзкие и склизкие… Бррр… – скривился парнишка, выказывая всю неприязнь к данным существам, – редкостная гадость…

– Ладно, любитель природы, так и быть, ими займусь я сам. Но мытье посуды будет на тебе.

Кайл недовольно засопел, но, взвесив все за и против, вынужденно согласился:

– Ладно уж. Взвалю на себя не легкую женскую работу, но только чтобы освободить от нее маму. И заметьте, абсолютно добровольно…

Все рассмеялись…

– Спасибо, Кайл. Я могу еще и готовку тебе поручить.

– Ну уж нет… Дудки! Это будет полнейшая несправедливость!

– Ладно, – Адам приобнял пасынка за плечи, – будем все вместе готовить… Согласен?

– Согласен, – вздохнул мальчишка, засовывая в рот очередной горячий блинчик. – Куда от вас денешься… Надеюсь, еда у меня получится съедобной.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – уверила его Элис, разливая ароматный чай по чашкам. – Дааа… давно мы туда не ездили. Там сейчас должно быть очень красиво. Подышим свежим воздухом и отдохнем от городской суеты, – Адам и Кайл дружно закивали, – Жаль, что мы выбираемся на природу так редко…

Дальше завтрак продолжался за непринужденной болтовней: что-то вспоминали, над чем-то смеялись, о чем-то спорили… Миловидная светловолосая женщина с огромными карими глазами больше отмалчивалась и с трепетом наблюдала за двумя любимыми мужчинами – замечательным сыном и великолепным мужем, заменившим тому отца. Ее сердце щемило от радости и боли одновременно. Призраки прошлого не хотели отпускать…

… Добраться до места хотелось засветло, поэтому сборы в дорогу происходили очень быстро и впопыхах, со святой верой в то, что лучшие события приключаются незапланированно и спонтанно. Багажник крупного внедорожника быстро пополнялся всем необходимым для поездки. Миссис Макларен с видом серьезного ревизора вслух перечисляла все, что они успели упаковать:

– Так… Воду положили, хлеб, печенье, овощи, полотенца, куртки, запасную одежду, спрей от комаров, аптечку… Ой… – взвизгнула она. – Адам! Адам! Мы пледы забыли! Вдруг погода испортится, да и ночи уже прохладные. Еще надо заехать к миссис Нокс за заварными рулетами и сдобными булочками. А мистер Редгрейв обещал нам оставить отменную мясную вырезку для барбекю.

– Элис, милая, не беспокойся. Я все помню. А спиннинг мой не видела?

– Адам! – всплеснула руками женщина. – Еще бы я за твоими удочками не следила! Наверное, в гараже где-нибудь…

– Не злись. Я сам сейчас найду, – мужчина, не желая слушать нотации, быстро юркнул обратно в гараж.

– Ищи! Только побыстрее! – крикнула она ему вдогонку. – А где Кайл?! Что же он так копается?! С такими темпами мы только к ночи доберемся! А вдруг заблудимся в темноте, или свет в доме будет неисправен. Вот как ты его темноте чинить будешь?

– Мам, да что ты так нервничаешь? Все успеем. Я вот уже готов и… даже пледы твои прихватил, – буркнул мальчик и с важным видом вложил их в руки матери. Затем он запихал свой рюкзак в багажник и залез на заднее сиденье машины, бережно уложив рядом чехол с любимой гитарой, – И вовсе я не копался… В жизни с такой скоростью вещи свои не укладывал…   

– Ты то здесь, а вот твой отец, как всегда вечно что-то теряет. Как же это не вовремя, – продолжала ворчать Элис. – Я уже все успела собрать и даже волосы уложила…

– Маа… Да что ты так суетишься? – закатил глаза Кайл. – Не на последний же самолет опаздываем.  

– Кайл, – возмутилась Элис, – не смей так со мной разговаривать! Я же вся на нервах…

– Твое успокоительное пришло, – Адам со спины подкрался к жене и поцеловал в щеку. – Удочки нашлись. Так что быть печеной рыбке на ужин.

– Ухх… Вот если почистите ее, тогда будет, – облегченно выдохнула женщина и, улыбнувшись, быстро скользнула в машину…

 Нашумевшись и набегавшись, дружная семейка, наконец, тронулась в путь. До места они добрались за пару часов. Маленькое лесное озеро и лес встретили тишиной и прохладой. Свежий воздух приятно бодрил и придавал ощущение умиротворенности и свободы. Небольшой деревянный домик, окруженный старым ельником, достался Адаму от деда. Лучи медленно клонившегося к горизонту солнца пробивались сквозь густые ветви и делали его похожим на сказочную избушку какого-нибудь хоббита-отшельника. Кайл ненадолго завис, наслаждаясь воображаемыми картинками и необычным видом.  

– Ну вот мы и на месте, – выдохнул глава семейства, вышел из машины и, разминая затекшие ноги, подошел к багажнику.

Было видно, что мужчина немного нервничает. В детстве он все каникулы проводил здесь. Когда умер отец, дед после матери стал для него главным человеком в его жизни. И теперь каждый приезд сюда навевал на него грусть. Элис, желая поддержать мужа, положила ему руку на плечо, тихо шепнула на ухо:

– Милый, я с тобой.

– Я знаю. Дед если и наблюдает за мной с небес, то непременно радуется и гордится. Ведь его непутевый внук умудрился завоевать сердце самой прекрасной женщины на свете, – Элис немного смутилась, но, быстро взяв себя в руки, поцеловала покрытую жесткой щетиной щеку.

Провозившись немного со старым замком, Адам, наконец, отворил неприятно заскрипевшую дверь и шагнул через порог.

– Дааа, – протянул он, оглядывая запустение в доме. – Надо бы почаще сюда наведываться, а то все мхом порастет.

– И плесенью… – добавил Кайл, проведя пальцем по покрытому белым налетом дверному косяку.

 За долгое их отсутствие здесь все покрылось толстым слоем пыли, появился запах сырости и повсюду повисли кружева из паутины.

– Ничего страшного, мальчики. Приложим немного усилий, и дом заблестит, как новенький, – Элис подтолкнула замешкавшихся в проходе мужчин. – Ведра и тряпки, надеюсь, помните, где?

– Вот и отдохнули, – насупился мальчишка.

– Не будем ныть, Кайл, а то мама подумает, что мы слабаки, – прошептал Адам на ухо пасынку.

Тот нехотя кивнул, кинул свой рюкзак на пол и полез в кладовку. Вскоре оттуда раздалось чихание и возмущение.

– Чтобы я еще раз повелся на ваши уговоры… Ааапчхи… Да ни за что… Апчхи…

Вскоре мальчишка вылез оттуда весь в пыли и паутине, держа в руках ведро и швабру, а под мышкой большой веник.

– Ну что, родня, к труду готовы? – озорно сверкая глазами, проговорил он.

– А выбор есть? – давясь усмешкой, спросил Адам.

– Думаю, что нет, – Элис отряхнула одежду сына и забрала незатейливый инвентарь. – Адам, проверь электрощит и насос. Ночь, похоже, будет бессонной, да и воды нам понадобится много.

– Есть, мой генерал! – шутливо отсалютовал Адам и быстро спустился в погреб.

Постепенно дом приобретал жилой вид. Мужчины быстро привели в порядок зал и перебазировались на веранду. Элис же ревностно оккупировала кухню, считая, что только она сможет все распределить и расставить по местам в должном порядке. Адам и Кайл на это только переглянулись и быстро выскочили на улицу, не желая дожидаться того момента, когда Элис передумает и найдет, чем их занять. Когда она входила в раж, то могла навесить работы на три дня, а им так хотелось просто отдохнуть и расслабиться.

– Кайл, принеси мне воон ту доску из-под навеса, – указал Адам на грубо сколоченную небольшую постройку для дров, покрытую старым шифером, – а я быстро за ящиком с инструментами в сарай схожу. – Надо бы ступеньку заменить на крыльце, а то совсем прогнила.

– Да тут столько всего надо заменить, – деловито осмотрел дом мальчишка. – Надеюсь, дождя не будет, а то крыша мне совсем не внушает доверия.

– Не боись. В доме луж и потеков нет. Но в следующий раз обязательно ее проверим и если надо, то и подремонтируем. Кай, я тут краем уха услышал, что ты борьбой хочешь заняться? – поинтересовался он у парнишки.

– Хочу, – выдохнул тот, волоча длинную шершавую доску.

– А как же игра на гитаре? Не бросишь?

– Нет, дядя Адам, я обожаю гитару… И давно мечтаю группу создать. Представляешь, я на сцене, в освещении софитов, весь такой красивый, в стильной кожаной куртке с заклепками, с гитарой в руках и играю, как Бог! – мальчишка тут же начал перебирать пальцами, изображая игру на невидимом инструменте, раскачивать головой и, прикрыв глаза, издавать звуки, похожие на барабанную дробь, – Бум-бум-бум! Дыщ-дыщ! Та-та-да-даум-даум! Йиии-еаааа!

– Ну, ты даешь! – мужчина по-доброму засмеялся и захлопал в ладоши, – Похоже, я твой первый фанат. Автограф дашь?

– Смешно? Да? – мальчишка, насупившись, начал ковырять носком кроссовка усыпанную еловыми иголками землю. – А я вот возьму и песню напишу, да такую, что все теле- и радиоканалы будут крутить ее целыми сутками, а меня будут приглашать на разные передачи и брать интервью… Что? И тогда опять смеяться будешь?

– Вовсе нет… Я буду гордиться тобой! – ответил Адам, а потом, серьезно посмотрев на замечтавшегося мальчишку, добавил. – Знаешь, Кай, то, что ты музыку напишешь, я даже не сомневаюсь. К этому у тебя явный талант. Но вот насчет стихов… Или я еще не все о тебе знаю?

– Не все, конечно… Я не говорил об этом. Думал, что ты не поймешь, – зачем начал врать Кайл не понимал, это его мучило, но и остановиться уже не мог.

– Почему же не пойму? Очень даже пойму. Покажешь?

– Покажу… Потом как-нибудь…

– Что ж, буду ждать. А насчет борьбы ты серьезно решил?

– Очень даже серьезно! Я же мужчина…

– Конечно, ты мужчина, и причем почти взрослый, – Адам приятно удивился юному пасынку. – Если тебя устроит тхэквондо, то могу поговорить со знакомым тренером.

– Ухты! Еще как устроит! – запрыгал от радости мальчишка. – А знаешь, ты лучший в мире отец!  

– Только руки береги, непоседа. Для игры на гитаре они целыми нужны.

От произнесенного Каем «отец» в груди мужчины разлилось приятное тепло. Он полюбил этого глазастого мальчишку с первого мгновения, как только увидел. С будущей женой он познакомился в гостях у общих друзей. Он тогда работал дальнобойщиком и много колесил по стране, а Элис была начинающим художником с малолетним ребенком на руках. Об отце Кайла она никогда не рассказывала и при упоминании о нем всегда мрачнела и говорила, что это темная история, о которой ей не хочется вспоминать… Адам отнесся к этому с пониманием, да и не хотел, чтобы когда-нибудь тот объявился в их жизни. А если такое и произойдет, то он будет бороться за семью и свое счастье. Другой жизни для себя мужчина просто уже не представлял…

Кайла впервые он увидел, когда они с Элис решили пожениться, и она пригласила его в гости, чтобы познакомить с родителями и сыном. Ее семья оказалась очень приятной и гостеприимной. Уильям и Шарлотта Спенсер имели небольшую кондитерскую, поэтому в доме у них всегда было много выпечки и пахло ванилью. Адама они встретили очень тепло. Маленький же круглощекий трехлетний карапуз сначала долго его рассматривал своими огромными карими глазищами, а потом серьезно спросил:

  – А… сеготымнеплинес?..

Сердце мужчины в этот момент бешено забилось в груди, словно пичуга, готовая выпрыгнуть навстречу своему птенцу. Адам, с трудом сдерживая волнение, вручил ребенку огромного коричневого медведя и потом долго с умилением наблюдал восторг в детских глазенках. В тот вечер он, пожалуй, больше всех радовался, что так угадал с подарком. Нового плюшевого друга назвали Мистером Дадли. Игрушка и по сей день находилась в комнате мальчика и занимала почетное место на широком подоконнике…

… Вечер суетного дня закончился вкусным ужином. По обоюдному согласию его решили провести на небольшой веранде.

– Господи, – проговорил Адам, засовывая очередной кусочек рулета в рот, – миссис Нокс просто волшебница. Вкуснее ее выпечки я ничего не ел.

– А как же пироги моих родителей? – делано возмутилась Элис. – Не так давно их пекарня считалась лучшей в округе.

– Милая, твои родители отошли от дел. И не спешат радовать любимого зятя своими шедеврами. Поэтому их вкус я успел позабыть. Но если вдруг они снизойдут до моих страданий и…

– Никаких «и»… Тебе пора исключить мучное и сладкое из рациона, а то скоро ни одна рубашка не сойдется на твоем животе.

– Ура! – обрадовался Кайл и быстро схватил с тарелки последний рулетик. – Тогда мне больше достанется! Моему быстро растущему организму как раз нужно усиленное питание.

– И в кого ты такой умный? – Элис подозрительно прищурила глаза.

– В тебя, конечно, мамочка, – мальчишка довольно заулыбался и подумал о том, что его жизнь, несомненно, удалась…

Адам медленно потягивал из железной дедовской кружки ароматный травяной чай и умиротворенно поглядывал на членов своей маленькой семьи. Он прислушивался к стрекоту неугомонных цикад, редким всплескам рыбы в воде, уханьям каких-то ночных птиц, тихим шорохам в кустах, поскрипываниям несмазанных дверей. Его разум постепенно погружался в сладкую дрему.

Элис заботливо укрыла мужа шерстяным пледом и непроизвольно задумалась, что была бы бесконечно счастлива, если бы не груз прошлого. Сегодня она твердо решила все забыть и окончательно избавиться от своих внутренних демонов. Раз уж она не может ничего изменить, так зачем изводить себя и близких. Когда сын видел ее слезы, она говорила, что плачет от счастья, но Адам прекрасно понимал, что это не так. Он всегда замечал грусть в ее глазах, но задавать вопросы, на которые жена не хотела давать ответы, не решался, надеясь, что когда-нибудь она сама решится все рассказать… Элис же не хотела никого втягивать в тайны прошлого. Надо быть просто счастливой. Вернее, попытаться ею быть настолько, насколько это возможно. Но своих любимых мужчин она обязательно сделает таковыми. В этом она была уверена.

Темнота быстро накрывала темнотой деревянный домик и зеркальную гладь темного озера… Адам чувствовал, как Элис укутывала его, чувствовал прикосновение нежных рук и приятный аромат духов. Ему совсем не хотелось шевелиться, чтобы не прервать очарование момента. Вскоре до его слуха донеслось потрескивание дров в костре. Конечно же, это Кайл не удержался от любимого занятия. По поляне разнесся легкий запах горящей хвои. Мужчина резко потянулся в кресле и распахнул глаза. Мальчишка усердно ковырял палкой разгорающийся костер, а Элис расстилала на земле толстое стеганое покрывало.

– Приятный вечер продолжается? – хитро сощурившись, спросил он.

– Он только начинается, – Элис послала мужу воздушный поцелуй.

– Ооо… – Кайл закатил глаза, – опять эти нежности. Мне что, глаза закрыть? Или погулять пойти?

– Я тебе погуляю по ночному лесу! – пригрозил пальцем Адам мальчику. – Лучше сгоняй в дом за гитарами.

– Ладно, – услышал он наигранно недовольный выдох. – Так бы и сказали, что вам уединиться надо. 

Пока Кайл выполнял поручение, Адам и Элис уютно расположились возле костра. Элис невзначай глянула на звездное небо и тоскливо улыбнулась. Где-то там есть жизнь… Ей очень хотелось, чтобы и там она была такой же счастливой, как здесь… у них…

– Милая, ты снова грустишь? – спросил Адам, внимательно вглядываясь в карие глаза жены, удивительно похожие на глаза сына.

– Нет, просто задумалась. Тебя никогда не завораживало звездное небо?

– Думаю, оно всех завораживает.

– А меня оно еще и пугает. Ведь там есть что-то… что-то чуждое…

– Не забивай себе голову ерундой. Никто ничего не знает. Даже если и есть, то мы им не интересны. У них там своя жизнь и свои проблемы.

– Да… Своя жизнь и свои проблемы…

– А вот и я, – мальчишка бережно положил два изящных лакированных инструмента на покрывало и плюхнулся возле мамы.

Она притянула сына к себе поближе и, поцеловав его в вихрастую макушку, тихо шепнула на ухо:

– Будь счастлив. За двоих, мой мальчик.

– Мам, ты чего такая странная? А…?

– Просто… сегодня я попрощалась с прошлым…

Кай недоверчиво посмотрел на маму, не понимая, как с ним можно прощаться… Забыть, что ли? Но как…? Помахать ручкой? Смешно…

– Кай, давай сыграем на гитаре? – предложил Адам, сознательно уходя от непонятного диалога сына и матери. Сегодня хотелось просто наслаждаться моментом. – Настроение располагает к романтике.

– А я уже выучил те аккорды, что ты мне показал в прошлый раз, – глаза мальчишки заблестели в предвкушении продемонстрировать свои успехи.

– Замечательно, малыш!..

– Я не малыш, – возмутился мальчишка и взял в руки гитару. – Прошу это запомнить. Малыши в песочнице куличи лепят да ревут по всякой ерунде. А я уже миновал этот золотой период моей беспокойной жизни.

Затем он, не обращая внимания на переглядывания матери и отчима, с важным видом подергал струны и подкрутил колки, настраивая инструмент. Адам тоже потянулся к гитаре. Давненько он не играл на ней. За работой на это совсем не было времени. Вскоре лесные ночные звуки заглушили переливы приятной музыки.

… Элис сидела возле костра и с удовольствием слушала, как ее мужчины играют на гитарах. Это было прекрасно. Кайл делал успехи. Адам начал тихонько петь. У него был приятный, с хрипотцой голос. И сын, глядя на отчима, начал подпевать. Это было удивительно, у него оказался прекрасный голосок. Адам удивленно посмотрел на мальчишку и замолчал, давая тому возможность петь одному. И он пел, не замечая, что вокруг, кроме звуков гитары и его пения стоит глубокая тишина…

– Остановись, мгновение… – прошептала женщина, переводя взгляд с мужа на сына…

Тайлер, ожидая отца, нервно переминался с ноги на ногу. Находиться в мрачном и холодном кабинете отца ему всегда было не комфортно. Толстые стены и полы, отделанные серым мрамором с темными разводами, выглядели роскошно, но бездушно. Мебель из дорогого черного дерева, хоть и была громоздкой, отлично вписывалась в интерьер. Самым грандиозным здесь было огромное окно во всю стену. Из него открывался невероятный вид на Сумрачную долину. Наказывая Тайлера, отец частенько заталкивал его за темно-фиолетовые шторы, ниспадающими тяжелыми складками на пол и вынуждал часами сидеть в ночной темноте, наблюдая за тварями, обитающими снаружи. Это могло показаться не таким уж и суровым наказанием, если бы не одно «но». Твари были омерзительны не только своим внешним видом, но и нутром. Если жертва случайно ловила ее взгляд, то впадала в некий гипнотический транс и начинала видеть кошмары, из которых не могла выбраться часами. Мальчик несколько раз попадал под их влияние, и весь ужас тех видений часто преследовал его ночами, заставляя просыпаться в холодном поту. Вот и сейчас Тайлер страшился повторения такого наказания. Перед глазами стояли огромные клыкастые пасти на отвратительной склизкой морде со светящимися выпуклыми желтыми глазами. Они врезались в стекло и оставляли на нем мерзкие зеленые потеки. Перепончатые кожистые крылья остервенело бились в отделяющую от маленького перепуганного ребенка прозрачную преграду, а глаза погружались в глубины сознания, завладевая разумом и перекраивая реальность на свой извращенный лад.

Звук открывающееся двери заставил ребенка вздрогнуть и резко повернуться.

– Отец?

– А ты кого-то другого ждал? – мужчина быстрым отточенным движением преодолел расстояние да своего стола и уселся в комфортное высокое кресло. – Тайлер, ты чего такой дерганый? У меня такое ощущение, что ты и не мой сын вовсе…

– Я не знаю… – промямлил мальчик и опустил голову, боясь взглянуть в глаза венценосного родителя.

– О боги? За что мне такое наказание? – мужчина закатил глаза. – Это не наследник, а какое-то недоразумение. Подойди ко мне.

– Зачем? Я не сделал ничего плохого.

– С чего ты взял, что я тебя наказывать собираюсь.

– А разве нет?

– Ты меня в мою могилу загонишь своими глупыми вопросами! Подойди, я сказал! – рявкнул Бальгард, с силой сжимая подлокотник кресла.

Тай нерешительно сделал несколько шагов вперед и остановился, внимательно всматриваясь в глаза отцу.

– Вы хотели меня о чем-то спросить?

– Опять вопросы? – выдох мужчины на сей раз выражал глубокую разочарованность и усталость. – Как же мне все надоело. Я похож на няньку сопливой девчонки. Тайлер, ты будущий наследник великой империи. Ты должен быть твердым, сильным и жестким, иначе этот мир тебя сожрет. Я не просто так наказываю тебя и держу в железном кулаке. Мой отец поступал так же, и результат на лицо. Ты услышал меня?

– Да, отец. Просто мне иногда хочется, чтобы и вы меня просто услышали. Ведь я очень одинок. Кроме Флипа у меня никого нет. Но это всего лишь маленький тракс. И на мои вопросы он не даст ответов.

– У тебя целый штат учителей. Неужели они не могут ответить на твои вопросы.

– Могут, но только в дозволенных рамках. Это не совсем то, что родной человек. Им нет дела до моей души. До меня вообще никому нет дела, – мальчишка неожиданно сорвался на крик. – Даже вам, единственному близкому мне человеку. Я одинок! Одинок всегда! Я не хочу престол! Отправьте меня к Эдвардсу, и тогда вам не нужно будет стыдиться меня! Нет человека – нет проблемы! Я ненавижу вас, отец! Можете меня хоть тысячу раз наказывать мерзкими тварями долины! Это ничего не изменит! Я не хочу быть похожим на вас!

Тайлер и сам испугался своей дерзости. Не дожидаясь расправы, он резко развернулся и бегом рванул из кабинета. Отец, удивленный выходкой сына, даже не попытался его остановить.

– А мальчик-то не так прост, как кажется на первый взгляд. Я не ошибся, когда почувствовал в нем свою кровь. Этому алмазу нужна огранка. Я с удовольствием поработаю над ней, – мужчина довольно улыбнулся и щелкнул пальцами.

В кабинете, словно из тумана, материализовался высокий мужчина в темно серой одежде и тут же припал на одно колено.

– Приветствую вас, мой император. Вы вызывали меня?

– Если ты тут стоишь, Марвин, то вызывал. И когда мы одни давай без официоза, брат.

– Хорошо, Бальгард, – мужчина поднялся с колена, изловчился и ловко пхнул брата в плечо, – Вот ты зануда, не дал изобразить твоих опализных придворных. Как ты их терпишь?

– Положение обязывает. Но не о них сейчас речь. Я хотел о наследнике поговорить. Он сегодня такое выкинул, что я даже растерялся… наверное, секунд эдак на пять.

– И чем же мой племянник тебя удивил?

Бальгард вкратце пересказал ссору с сыном.

– Браво малышу! Мой племянник наконец-то показал характер! – мужчина захлопал в ладоши. – Я тебе всегда говорил, что Тай тот еще фрукт. Он тебя еще не раз удивит. А где он сейчас?

– В комнате у себя… Психует и громит все. Даже перстень фамильный, между прочим, тобой подаренный, в окно выкинул…

Марвин расхохотался.

– Ай да молодец… Наконец нос тебе утер.

– Но-но… Я позволил ему это сделать… Для дальнейшего стимула, так сказать. А если серьезно, то мне кажется, что он постоянно что-то скрывает от меня.

– А как ты хотел? У всех есть свои маленькие секретики. И даже у меня.

– Тут что-то другое. Надо будет понаблюдать за ним.

– Никакой личной жизни у пацана. Ты безумный диктатор.

– Такова жизнь. Быть императором и отцом одновременно не легко. Поговори с Тайлером тихонько по душам. Хочется знать, что у него в голове.

– Ох, ты ж хитрый. Хочешь моими руками, вернее, языком, вытащить лупыши* из огня?

– Хочу. И ты мне поможешь тем, что станешь ему другом. Тай считает себя одиноким. Вот и будешь ты ему любимым дядюшкой.

– И твоим шпионом, – скривился в ухмылке Марвин. – Время тебя не меняет, мой старший брат. Как был засранцем, так им и остался. Лучше бы сам с сыном контакты налаживал. Он твоего внимания хочет, а не моего.

– Сейчас не время… Возможно, позже… Так ты сам согласишься или императорским указам обязать? – победно сверкнул темными глазами Бальгард.

– Ну ты и сволочь… Хотя… я и так добровольно согласился бы, ради пацана. А то подсунешь ему урода какого-нибудь, и будет он из него душу вынимать, чтобы перед тобой выслужиться… 

– То-то и оно… Я рад, что ты вернулся, брат.

– А я-то как рад! Не пора ли отметить встречу?

… Мужчины вышли из кабинета и быстрым шагом направились вдоль темного коридора в покои императора. В редких зеркалах отражались два абсолютно идентичных холодных надменных лица…

***

Выходные пролетели быстро. Кайл теперь точно знал, чем удивить Тая. Он покажет ему гитару, принесет фотоаппарат и научит им пользоваться. Уж очень ему хотелось заполучить фотографии загадочного Тэлеерса. Единственный вопрос его волновал: получится ли пронести гитару? Он никогда в свои сны еще не брал такие крупные предметы. Поэтому вот уже третью ночь в ожидании перемещения засыпал с ней в обнимку и крепко сжимал в руке небольшую цифровую камеру.

Наконец-то удача повернулась к нему лицом. Мальчик очнулся в огромном черном зале, и его радости не было предела – гитара и камера были при нем. Он быстро промчался в потайную нишу и, усевшись на пол, стал ожидать друга. Тайлер объявился спустя пару часов.

– Не прошло и года, Тай! Я уже думал, что ты не придешь, – Кайл радостно поднял руки с принесенными предметами над головой. – Смотри! Смотри, что я принес!

Черноволосый с удивлением посмотрел на друга.

– И что это?

– Сейчас расскажу все по порядку. Вот это гитара. Музыкальный инструмент такой.

– Я так и подумал. У нас есть нечто похожее.

– Не перебивай, а то не буду рассказывать, – пальцы мальчишки с любовью пробежались по тонким струнам. – Я учусь на ней играть. Когда-нибудь я соберу группу, и мы будем давать концерты по всему миру.

– Ты хочешь быть лицедеем? – удивился Кайл. – Но это же занятие, не достойное настоящего мужчины.

– Ты совсем глупый? Это же круто! Сейчас я тебе покажу, что умею.

Кайл поудобней примостился на гладком полу и начал перебирать тонкими пальцам струны. По залу разлилась красивая мелодия. Тай завороженно уставился на друга. Их инструменты звучали совсем по-другому, да и подобной мелодии он никогда не слышал. Дождавшись, когда друг закончит играть, он быстренько присел рядом и с горящими глазенками стал умолять:

– Кай, научи меня. Это так здорово!

– Так это же не достойное занятие, – передразнил его друг.

– Не обижайся, Я хочу, как ты, уметь.

– Нууу… Ладно, кое-что покажу, – он быстро сунул гитару Таю в руки и стал объяснять принципы игры на инструменте.

Маленькие пальчики никак не хотели слушаться. Струны больно врезались в нежную детскую кожу. Но мальчишка с завидным упрямством продолжал повторять простенькие аккорды.

– Кай, ты можешь мне оставить гитару на время.

– Да не вопрос. Я тебе ее дарю. Мне отец на день рождения подарил новую.

Тайлер с благодарностью кинулся на шею другу.

– Спасибо, спасибо, спасибо! Чем я могу отплатить тебе?

Кайл хитро покосился на фотоаппарат.

– Любую просьбу выполнишь?

– Да, если это не будет для тебя опасно.

– Не будет… Вот тебе почти волшебная штука, – он развернул друга к себе лицом и сунул ему в руку маленькую черную коробочку.  

– Что это? – мальчишка от любопытства облизнул кончик языка и замер.

– Это твой шанс показать мне твой мир, – Кайл стал объяснять, что это и как этим пользоваться. Тай с неподдельным интересом его слушал.

– Какое чудо! – мальчишка чуть не прыгал от восторга.

– Ты как ребенок, радуешься такой ерунде, – удивился Кай. – В твоем мире магии все гораздо круче.

– Не думаю, – возразил черноволосый. – Чудо заставить работать эту коробочку без магии.

Кайл пожал плечами.

– Для меня это элементарно. Так что, выполнишь мою просьбу?

– Конечно! Я сделаю для тебя много снимков! Обещаю!

Кай выхватил фотоаппарат из рук Тая и несколько раз сфотографировал его.

– Зачем? – удивился Тай.

– Вот ты дремучий… На память, естественно. Могу и свое фото тебе сделать. Хочешь?

– Очень хочу, – встрепенулся черноволосый.

– Могу еще и так… улыбнись – Кай обнял Тая за плечо, вытянул руку и сделал несколько снимков их вдвоем.

– Держи. Теперь дело за тобой.

Мальчик взял бережно в руки чудесную коробочку и погладил блестящий корпус рукой.

– Я для тебя сфотографирую самые красивые места моего мира. Думаю, тебе понравится.

– И животных не забудь…

– Не забуду, – грустно улыбнулся Тай.

– Здорово! – воскликнул довольный Кай, не замечая перемену в настроении друга. – Покажу их друзьям, а то они не верят мне, что есть другой мир.

– Ты не сделаешь этого! – неожиданно вспыхнул Тай. – Слышишь?! Никто не должен знать обо мне и Тэлеерсе! Я и так рискую каждый раз, приходя сюда! Если мой отец узнает об этом, мы не увидимся больше никогда. И… я это делаю только для тебя одного и никого больше…

– И что же он сделает? – спросил Кай, не понимая, как реагировать на резкое заявление друга, – Запретит мне приходить сюда?

Черноволосый мальчик нахмурился.

– Кай, ты ничего не понимаешь. Он запретит мне приходить сюда, а тебе может навредить. Я переживаю за тебя. Ты мой единственный друг. И нам, я думаю, надо прекращать наши встречи. Рано или поздно все раскроется.

– Я не боюсь его. Я же не по-настоящему здесь. Проснусь… И все… – засмеялся Кай.

– Все не так просто… Он очень сильный маг. Мало ли что взбредет ему в голову, – Тай задумался о чем-то, затем, резко вскинув голову, жестко добавил. – Я сделаю для тебя снимки к нашей следующей встрече, но она будет последней.

– Нет, я не согласен! Ты так просто откажешься от нашей дружбы?! – запротестовал Кайл.

– Мне это совсем не просто. Но ты слишком импульсивен и не слышишь меня. Мне кажется, он что-то подозревает. Я опасаюсь за тебя.

– Если это опасно для меня, то мне и решать, видеться или нет, – заупрямился светловолосый.

– Нет… Не только тебе. Я чувствую свою ответственность. Ты находишься в моем мире…

Кайл усмехнулся и пожал плечами.

– Странный ты… Сначала рассказываешь мне о разных чудесах, а затем пугаешь и прогоняешь.

– Это не так… Я просто предупреждаю. Поверь, все очень серьезно, – Тай нахмурился и прикусил нижнюю губу.

– Ты такой смешной, когда злишься, – не унимался беловолосый.

– А ты глупый… – обиженно пробубнил Тай.

– Да ладно, не дуйся. Я пошутил.

– Знаешь, Кай, я думаю, что твой мир гораздо лучше моего. В нем тоже много всего чудесного и без магии…

– Ты уговариваешь меня или себя?

– Я просто принял решение! – мальчик гордо вскинул подбородок и серьезно посмотрел другу в глаза.

Кайл хотел было возразить, но, увидев ледяное выражение лица Тая, передумал. Только сейчас он понял, насколько они разные и далекие. Тай – наследник какой-то там великой империи с мудреным названием… А он самый обычный мальчишка из простой семьи.

– Ладно, дело твое… Навязываться не буду… – он тоже умел вставать в позу.

Черноволосый притянул его к себе за плечи и грустно всхлипнул.

– Прости… Ты самое лучшее и дорогое, что есть в моей жизни. Было бы глупо подвергать тебя опасности. Поверь, если бы я мог все изменить… если бы мог защитить… Но я даже себе не принадлежу… Поэтому все это нужно прекратить.

Кай тоже обнял друга и так крепко прижал к себе, что Тай охнул от боли.

– А когда проснется твоя магия, ты сможешь приходить ко мне в гости? – с надеждой в голосе спросил беловолосый.

– Возможно… Пока не знаю… Все зависит от того, насколько сильна она будет и какая у нее будет направленность… Но сила может и вообще не проснуться…

– Это как?

– Да вот так!

– И ты будешь обычным человеком?

– Не совсем обычным, но что-то вроде того… А вот трон я не получу.

– Нууу… Тогда ты сможешь перебраться в мой мир и стать мне братом. Я буду рад…

Тай искренне и широко заулыбался. Друг с удивлением уставился на него. Юный наследник так редко был открыт в проявлении чувств, что это было равносильно чуду.

– Спасибо, мне очень приятно это слышать. Я бы с удовольствием так и сделал, но я не знаю как. Да и отец не позволит.

– Ну, если ты не сможешь занять престол, то почему ему тебя не отпустить?

– Таков закон. Дети императоров не принадлежат себе. Их судьбу решает Совет архимагов.

– Какой еще совет? Разве не каждый сам решают свою судьбу?

– Нет. Кровь императора высоко ценится. Каждая благородная семья мечтает породниться с ним. А архимаги не упустят шанса создать выгодный союз.

– Ха-ха-ха… Вот умора… Я о таком даже не думал и… думать не собираюсь, – мальчишка схватился за живот и согнулся, хихикая. – А на тебя уже очередь выстроилась… Жених…

– Закрой свой грязный рот! Смертный! – гневно выкрикнул Тайлер. – Как ты смеешь подобным образом вести себя со мной!

Кайл от неожиданности вздрогнул и осекся. Он никогда не видел друга таким взбешенным.

– Ты чего кричишь-то?! Совсем сбрендил?!

– Что значит «сбрендил»?!

– С ума сошел, значит!

– Это как? – гнев мальчишки постепенно переходил в растерянность.

Кайл закатил глаза, затем увидев замешательство друга, не удержался и снова захохотал.

– Прости, я шутил… Это так смешно…

Черноволосый не удержался и тоже засмеялся.

– Земляне все-таки странные. 

– Не страннее вас… Ну все, мне пора, – Кайл научился чувствовать приближение выхода из сна и поэтому всегда успевал попрощаться.

Иногда он прощался, просто махнув рукой, иногда похлопав по плечу, а иногда – даже приобняв. Сегодня ему до ужаса сильно захотелось именно обнять друга. Он крепко прижал к себе Тая. Почему-то казалось, что он его больше не увидит.  

– Да… Еще хотел тебя попросить. Помнишь, ты говорил, что стихи пишешь. Очень хотел бы их почитать, – совесть била в набат, но соблазн заполучить стихи и удивить отчима оказался сильнее. – Принесешь в следующий раз?

– Конечно! – обрадовался Тайлер. – Принесу. Ты единственный кому я могу их показать. Я рад, что тебе интересно.

Кайл начал растворяться в воздухе. Черноволосый грустно воздохнул и протянул руку, словно стараясь, удержать исчезающий силуэт…

… За ничего не подозревающими мальчишками с большим интересом наблюдали насмешливые черные глаза.

– А племянничек-то полон сюрпризов. Как же я удачно вернулся…

__________________________

Лупыш* – дикий орех (авт.)

Тайлер тихо крался по темным коридорам замка, трепетно прижимая к груди подарок друга – идеально гладкую гитару.  Иногда по пути попадались стражники, патрулирующие территорию, и тогда мальчику приходилось вжиматься в стену или прятаться за первый попавшийся угол. Наконец он добрался до заветной двери в свои покои и, быстро рванув ручку, заскочил внутрь. Не успев перевести дух, он почувствовал резкий толчок в спину и отлетел в сторону. Сзади раздался насмешливый голос:

– Ну здравствуй, племянник! Не ожидал меня увидеть?

Мальчишка испуганно обернулся и замер, увидев дядюшку Марвина. Тот стоял в проеме широко распахнутой двери и ехидно улыбался.

– Чего застыл? Неужто не рад мне?

– Рад… – еле выдавил из себя испуганный Тайлер.

Мужчина обошел вокруг племянника, с интересом разглядывая его.

– Вырос-то как… Я вот все думаю, когда ты собираешься о своем друге отцу рассказать? – он выдернул из рук племянника гитару и с интересом покрутил ее в руках.

Сердце мальчишки упало в пятки.

– Я… не знаю… Пожалуйста, не выдавай меня отцу… Он не должен ничего знать.

– Тайлер-Тайлер, – мужчина по цокал языком. – Ты нарушаешь все запреты. Понимаешь, чем все может закончиться?

– Да… – голова понуро опустилась, и непослушные черные пряди закрыли его лицо от пронизывающего взгляда дядюшки. – Это был мой единственный друг и… Больше он не придет.

– Ты просишь меня промолчать?

– Да, прошу…

– Хорошо, уговорил. Но у меня есть условие.

– Какое? – мальчик совсем не понимал, что может у него попросить дядя, если у него ничего нет.

– Будь мне другом для начала и объясни, что это такое? – он протянул мальчику инструмент.

– Это гитара. Верни мне ее. Это все, что осталось мне от Кайла.

– Так, значит, его Кайлом зовут? Как интересно… Но это сейчас не важно. Лучше скажи, для чего эта гитара? Музицировать, что ли?

– Да… Могу показать.

Мужчина протянул гитару мальчику.

Тот, недолго думая, быстро схватил ее, боясь, что дядюшка передумает. Затем уселся на край тяжелого стула и начал наигрывать, только что выученные аккорды.

– Интересно звучит. Надеюсь, ты не сбираешься играть перед публикой, словно простой лицедей.

– Нет, конечно! Я просто для себя играть буду, – Тай снова опустил голову. – Если вы меня не выдадите.

– Я же обещал… – Марвин постарался выражение лица сделать более дружелюбным. – Ну что? Надеюсь, мы теперь друзья?

– Друзья… – мальчик тяжело выдохнул и прикрыл глаза.

Ему не были понятны мотивы дядюшки, который никогда раньше не проявлял к нему интерес, а тут вдруг в друзья шантажом напросился.

– Что понурый такой? Боишься меня?

– Не боюсь… Просто не понимаю, зачем это вам?

– Сейчас объясню, Тайлер, – мужчина уселся на пол возле мальчика и взглянул ему в глаза. – Я одинок, так же, как и ты. Может, это и кажется странным, но это так.

– Но… я же ребенок еще, а ты ровесник отца. Такая разница в возрасте…

– Это не важно. Я не собираюсь играть с тобой в игрушки. Просто хочу иногда общаться и заботиться о ком-то. А самое главное мое желание – это чтобы меня кто-то ждал дома…

Мальчик настороженно слушал откровения брата близнеца своего отца. Они всегда были очень разными. Отец суровый, жестокий и бескомпромиссный, а дядя Марвин – улыбчивый, общительный и… свободный. Свободный во всех отношениях: в своих высказываниях, в одежде, в поведении, в общении и передвижении… Именно это в нем всегда привлекало мальчика. Он мечтал тоже быть таким смелым и путешествовать по миру. Тайлеру очень хотелось верить в его искренность. Возможно, из их дружбы что-нибудь и получится. Мальчик отмахнулся от своих сомнений. Дружить ведь все равно придется, пусть и под давлением.

– Я согласен. Только я не знаю, как отец отнесется к этому. Мне не позволено ни с кем общаться, кроме преподавателей.

– Оооо… Об этом не беспокойся. Я очень хитрый и умный. Все будет хорошо, малыш. Верь мне!

Мужчина протянул руку к лицу мальчика и слегка щелкнул по носу. Тайлер от неожиданности вздрогнул, но, взглянув в полные тепла глаза дяди, расплылся в улыбке. Сердце мужчины пропустило удар. Этот ребенок действительно особенный. Его улыбка завораживала. В нем столько искренности и открытости, что становилось страшно. Если одни подчиняют себе людей силой и страхом, то этот ребенок покорит массы своим обаянием и светом… При условии, что этот мир не сломает его.

Вечер прошел в долгих разговорах и первых откровениях. Марвину казалось, что ему удалось завевать доверие мальчишки. Маленький наивный ребенок так хотел быть любимым и нужным, что сам не заметил, как придвинулся к мужчине и доверчиво прижался к сильному плечу.

– Малыш, – Марвин приобнял племянника и поцеловал в темную макушку, – я всегда поддержу тебя. Но сейчас уже поздно, и тебе пора спать. А завтра мы прогуляемся, и я расскажу тебе о своей жизни.

– Эхх… Время так быстро пробежало. А вы не уедете больше?

– Пока не планирую.

– Хорошо.

– Тай, гитару спрячь подальше. Не дай боги, кто увидит… – мальчишка кивнул.

Марвин быстро встал на ноги, потрепал мальчишку по голове и покинул покои. Сердечко Тайлера радостно замерло: «Я теперь не один… У меня есть дядя Марвин. Ему невозможно не верить. Я должен хоть кому-то верить. Иначе мне незачем жить…». Засыпая в своей огромной холодной кровати, он впервые почувствовал надежду на то, что в его жизни что-то изменится…

… Марвин прошел быстрым шагом вдоль коридора и заперся в своей комнате. Мысли кружили в голове, словно рой надоедливых мошек. И зачем он подписался на это? Он не ожидал, что окажется между двух огней: между обещанием брату и доверием племянника.  Ситуация не простая. А что же он сам хочет? Что ему выгодней? Мужчина подошел к зеркалу и ухмыльнулся своему отражению. Из зеркала на него смотрел привлекательный зрелый мужчина с черными глазами, правильными чертами лица и темными коротко стриженными волосами. В холодном взгляде читалась усталость и тревога. «В этой жизни каждый сам за себя», – так его учили думать с самого детства, и это въелось в его подсознание практически с молоком матери. Коли ему не повезло появиться на свет старшим, то пришлось научиться выкручиваться и приспосабливаться. Вся любовь и внимание родителей достались Бальгарду, а ему, Марвину, запреты, упреки и ссылка в пансион, а затем выгодный брак, навязанный архимагами. К счастью, как бы мерзко это ни звучало, молодая жена Марвина, стервозная и жестокая графиня, умерла при родах. Из новорожденных близнецов, мальчика и девочки, выжила только девочка, которую тут же забрали на воспитание жрецы. Таков закон…

К возвращению Марвина в Тэлеерс его дочери Далае, как и Тайлеру, исполнилось десять лет. Мужчина изредка ее навещал. Девочка была равнодушна к отцу, так же, как и он к ней, что не было удивительным. У них просто не было возможности узнать и полюбить друг друга. Ее настоящим домом стал Храм Дочерей Ночи. Встречи с отцом для Далаи были в тягость, и Марвин прекратил попытки добиться от их отношений хоть каких-то положительных эмоций. Он смирился и успокоился. А вот подброшенная старшим братцем «забота» по имени Тайлер отнимала много моральных сил. Все оказалось не так легко, как казалось изначально. Подружиться и шпионить за мальчишкой – что могло быть проще для верткого Марвина? Ан нет… Мальчишка заставил пустое сердце чувствовать… Мужчина впился длинными пальцами в свои волосы и взвыл…

– Не хочу! Я не хочу этого… Маленький поганец не поселится в моей душе… Я не позволю…

***

          Марвин уже не первый раз сидел в тайной нише мальчишек и терпеливо ждал появления друга племянника. Очень уж интересно было познакомится с пришельцем из другого мира и разобраться, кто же он такой и как сюда попадает. От скуки он начал рассматривать лежащие на полу предметы, оставленные Таем. Блестящая черная коробочка непонятного предназначения занимала его внимание не долго. Синий тирацинитовый* медальон на серебряной цепочке не представлял тоже никакой особой ценности. А вот потертая тетрадка его заинтересовала. Мужчина поудобнее уселся и открыл ее. В нее был вложен свернутый листок. Недолго думая, он его развернул и стал читать написанное детским аккуратным почерком послание.

Моему единственному другу на память.

Кайл, возможно, прошлая наша встреча была последней, но я никогда тебя не забуду. Ты был единственным человеком, кому открылось мое сердце, и теперь оно болит. Я оставил тебе подарок – амулет. Он сделан из тирацинита, редкого камня, который добывают в глубоких подземных пещерах. Говорят, что он приносит удачу. И еще, как обещал, я отдаю тебе тетрадку с моими стихами. Они не совершенны, я знаю, но в них отражены все мои чувства. Будь счастлив, Кайл.

Прощай, твой друг Тайлер.   

          Марвину поначалу стало как-то даже неловко, что прочитал чужое письмо. Но самоедством мужчина никогда не страдал и любопытство привык удовлетворять, несмотря ни на что. Затем, облизнув пальцы, с интересом перелистнул страницу.

– Ну, подумаешь, почитаю, – уговаривал свою совесть мужчина.

С камушком-то племянник тоже не красиво поступил – не сказал, что это маячок. Похоже, надеется, что когда-нибудь сможет отыскать своего Кайла. Глупыш… Кто ж ему позволит: «Ладно не отвлекаюсь… а то, кто знает, когда пришелец объявится».

Первый стишок был написан совсем детским почерком. Похоже, мальчик давно этим увлекается. Стишок был коротеньким и немного наивным.

Маленький тракс по дорожке бежал,

Хвостиком пышным следы заметал.

Добрый хозяин его поджидал.

Очень давно он с ним не играл.

Всем же известно, как траксы добры,

Очень ранимы, милы и верны.

Хоть когти и зубки у зверя остры

Они не поранят во время игры. **

(Это стихотворения я написал, когда отец подарил мне Флипа. Я счастлив.).

Мужчина потер подбородок, вспоминая, сколько примерно лет Флипу.

– Нда… лет пять где-то. Значит, мелкому около шести было. А неплохой получился стишок для этого возраста. Интересно, что там дальше? Марвин перелистнул несколько страниц сразу и начал снова читать.

Корабли уплывают вдаль

Забирая с собой мечту.

Но, а мне ни капли не жаль,

Что она не вошла в судьбу.

Что такое мечта? – Мираж,

Что появится так нежданно…

Может это всего лишь блажь,

Что проходит всегда, как ни странно…

Но, найдется всегда мечтатель,

Что помчится вслед за судьбой.

Он великих чудес создатель,

Он всегда всех ведет за собой.

Так пускай их будет так много,

Что не хватит для них кораблей,

Станет всюду так мало злого,

И на сердце всем будет светлей.

И, быть может, тогда всех согреет

И окутает нежностью лет

Самый теплый, немыслимо тонкий,

Самый яркий таинственный свет…*

(Мне немного грустно. Сегодня мне исполняется восемь лет. Отец устроит бал, и на него съедутся много влиятельных семей. Я должен вести себя как, подобает наследнику престола. Все это так скучно, и мне совсем не хочется туда идти. Я мечтаю провести этот день вместе с Каем, моим единственным другом. Возможно, это сбудется когда-нибудь… но не сейчас…).

В этот раз Марвину показалось, что он подсматривает чужую жизнь в замочную скважину. Но как иначе заглянуть в душу мальчишке и стать ему ближе. Этот ребенок оказался совсем не таким, как он думал. Бальгард сильно бы удивился, узнай, чем занимается и что скрывает его сын. Марвин пока не собирался ничего тому рассказывать. Должны же быть и у него козыри в рукаве. Место под светилом не так просто дается в этой жизни. Нужно привязать к себе наследника и стать необходимым венценосному братцу. А кто владеет информацией, тот владеет и ситуацией… Не успел Марвин все обдумать, как воздух заискрился, и перед ним проявился силуэт худенького, еще по-детски нескладного мальчика. Мальчик с опаской осмотрелся по сторонам, осторожно сделал шаг в мрачную нишу и тут же наткнулся на насмешливый взгляд высокого мужчины в черных кожаных брюках и плаще.

– Так, так, так… И кто тут у нас такой белобрысенький объявился? – парнишка хотел рвануть назад, но был быстро схвачен за плечо крепкой рукой. – Куда же ты так быстро? Даже не хочешь познакомиться с дядюшкой своего друга?

Мальчик, не моргая, смотрел на мужчину. В голове всплыли предупреждения Тая, что тут опасно и никому нельзя доверять. Колени предательски задрожали, а язык отказывался говорить. Мужчина внимательно его осмотрел, а потом задумчиво спросил:

– Как ты сюда попадаешь? Ведь дар перемещения между мирами очень редкий и, как правило, передается по наследству…

– Я… я не знаю…

– Странно… Очень странно… Кто же ты такой и откуда, Кайл?

– Я правда ничего не знаю… И как сюда попадаю, не знаю… Это просто сон…

– Не знаю, не знаю… – передразнил его Марвин, все больше раздражаясь. – Зато как врать, прекрасно знаешь.

– Отпустите меня, пожалуйста. Я ничего плохого не сделал, – Кайл мечтал проснуться и исчезнуть, но, к сожалению, по одному только желанию это не работало.

– Надеюсь… А то можно и на большую трепку нарваться. Кто, кроме Тайлера, знает о ваших встречах и твоих перемещениях? 

– Никто… Я никому о вашем мире не рассказывал. Я обещал Таю, – мальчик еще сильнее задрожал.

– Надеюсь, что это так, – Марвин отпустил руку мальчика и насмешливо добавил. – Да не трясись ты так. Я не собираюсь тебе вредить. С друзьями Тая я очень дружелюбен. Тем более, что больше ты с ним не увидишься. Он просил с тобой попрощаться.

– Как же так? – сердечко Кайла больно кольнуло. – Он же сказал, что у него здесь никого нет, что он очень одинок, и я ему нужен!

– Слукавил малец немного… С кем не бывает? Развлечься хотел, про мир другой разузнать. Банальное любопытство.

– Я не верю…

– Твое дело… Но Тайлер, что удивительно для его характера, к тебе хорошо относился. И оставил тебе кое-что… Марвин развернулся и как бы невзначай наступил на черную коробочку, и та с треском раскололась.  

– Ой… Какая жалость… Я так неловок… Вот так же и жизнь случайно можно растоптать…

Мальчишка рванул к фотоаппарату и, собирав обломки в ладошки, тихо всхлипнул:

– Все испорчено…

– Не хнычь… Я не хотел. Тут еще кое-что для тебя есть, – мужчина нагнулся и поднял с пола кулон и тетрадь. – Держи. Дома почитаешь. И мой тебе совет: забудь сюда дорогу. У Тая своя жизнь, а у тебя своя, – в голосе звучала угроза.

– Я не контролирую перемещения… Все во сне происходит.

– Не переживай. Я поставлю блок, и все прекратится.

– Не надо блок! Я хочу видеть Тая и не собираюсь его бросать! – возмущению мальчишки не было предела. Откуда взялась смелость, он так и не понял. Он не желал, чтобы какой-то напыщенный хлыщ диктовал ему свои условия. – И… вы не имеете права мне запрещать сюда приходить.

– Имею! – дальше мужчина говорил с таким холодом и металлом в голосе, что мальчик начал испытывать дикий ужас. – Ты, мерзкая букашка, возомнил, что можешь мне дерзить и общаться с наследником империи?! Тайлер не придет сюда больше! Уж я об этом позабочусь!

Мужчина резким движением положил ладонь на лоб мальчика и начал нараспев читать какие-то мантры. Тело Кайла перестало слушаться, голова налилась свинцом, а глаза медленно закрылись… Дальше наступила темнота…

Лицо Марвина покрылось испариной, воздух с трудом проникал в легкие, ноги дрожали. Собрав последние силы, он дождался, пока пришелец из другого мира окончательно исчезнет.

– Фуххх… – мужчина упал на колени. – Силен мальчишка… Кровь не водица… Представляю, каким станет Тайлер.

Сидя в нише и постепенно приходя в себя, он приводил мысли в порядок.

– Главное не спешить и все сделать правильно, – хищная ухмылка исказила красивое лицо. – Для начала займусь Тайлером. Он будет есть с моих рук…

__________________________________________________________________

Тирацинит * – камень синего цвета, добываемый в глубоких подземных пещерах (по приданиям приносит удачу и обладает магическими свойствами маячка) (авт.)

Стихи авторские *

От сна Кайл пробудился в этот раз резко и болезненно. За окном стояла глубокая беззвездная ночь. Голова раскалывалась и сильно мутило. Он даже не сразу понял, где находится. Перед глазами стояло лицо мужчины с хищным взглядом. Неужели Тайлер близок с этим своим дядей, от которого бросало в дрожь? Мальчик не хотел в это верить. А во что верить, он уже не понимал. Кто знает, что в головах у этих тэлеерсианцев. Затем он медленно встал и проковылял в душ. Прохладная вода принесла облегчение. Мысли потихоньку становились ясными, и в какой-то момент пришло осознание, что он не сможет больше попасть в сказочный мир. Этот злобный мужик поставил какой-то там блок. Неужели на этом все? Неужели он больше не увидит Тайлера? От этого стало нестерпимо больно. Но тут память услужливо напомнила о подарке. Наскоро промокнув тело полотенцем и натянув спортивные штаны, он помчался в комнату. На кровати лежали раздавленный фотоаппарат, потертая тетрадка и какой-то медальон на цепочке. На глаза мальчишки навернулись слезы. Он со злостью спихнул подарки на пол и расплакался.

– Мне не нужно все это, Тай! – ощущение потери раздирало маленькое сердечко на части. – Я хочу просто быть рядом с тобой… Как? Как теперь без тебя?

В этот момент он, пожалуй, впервые понял, что такое душа и как она болит, когда часть ее жестоко отдирают. Слезы принесли облегчение, но пустота в груди теперь зияла огромной дырой, с которой нужно теперь научится жить. Кайл протянул руку к кулону в виде капельки размером с небольшой грецкий орех и начал его разглядывать. Синий камень был мутным, гладким и на удивление легким.

– Хм… Странный какой-то, – с этими словами мальчик быстро надел его на шею и защелкнул замочек цепочки. Камень на мгновение вспыхнул голубоватым светом и погас, но Кайл этого не заметил. – Будешь моим талисманом… Думаю, мы подружимся…

Камень, как в подтверждение, потеплел и передал новому хозяину немного положительной энергии. Настроение мальчика поползло вверх.

– Что же там за тетрадка? Неужели стихи? – тонкие пальцы начали судорожно листать желтые странички. – О да! Надеюсь, они красивые…

Письмо, написанное для него Тайлером, вновь вызвало горечь потери. Посидев немного в тишине, мальчишка решился почитать стихи. Чем больше он читал, тем сильнее понимал, что они ему нравятся. На некоторое из них в голове уже накладывалась незатейливая мелодия.

– Надо утром дяде Адаму показать, вдруг из этого что-то получится, – с этими мыслями мальчик завалился на кровать, закрыл глаза и, представляя себя на сцене, улыбнулся. А затем мысли вновь вернулись к черноволосому Таю из Тэлеерса. – Как жаль, что тебя не будет рядом, друг… Мой самый лучший…

Незаметно для себя мальчишка погрузился в царство Морфея, на этот раз без каких-либо сновидений…

– Кай, мальчик мой, вставай, – Элис ласково потрепала сынишку по лохматой головке, – пора в школу.

– Мам, – сморщил мордашку мальчик, – еще немного…

– Опоздаешь, соня… Завтрак на столе, а я ухожу на работу. До вечера, родной…

Мальчик нехотя вылез из-под теплого одеяла, зевнул и осмотрелся по сторонам. Что-то ощутимо изменилось в его мироощущении. Солнце стало не таким ярким, обстановка в комнате скучной, коллекция комиксов не нуждой, да и новенький футбольный мячик вызвал сильное раздражение. Кайл резко пнул его ногой. Тот отскочил от стены и закатился под кровать. Он наклонился, чтобы достать его и взгляд случайно упал на сломанный фотоаппарат. Неожиданная мысль мелькнула в голове: «А вдруг карта памяти не пострадала?» Кайл осмотрел камеру. Корпус был сильно искорежен, и карту никак не получалось извлечь из слота. Порывшись в ящике стола, и найдя меленький складной ножик, он аккуратно поддел, и карта выскользнула прямо в маленькую ладошку.

– Аллилуйя!!! Да, да, да! Целая! – парнишка подскочил к ноутбуку, включил его и с нетерпением стал ждать, когда он загрузится. – Давай, давай… Ну, наконец…

Ожидание было вознаграждено. Фотографии открылись. Восхищенные карие глаза жадно бегали по экрану. На первых снимках был изображен Тайлер. На одних он был растерянным и удивленным, на других улыбался. А вот еще один снимок заставил скатиться по щеке слезу… На нем они были вдвоем. Кайл крепко обнимал за плечо Тая. В тот момент они были счастливы… Но то, что он увидел дальше превзошло все его ожидания: необычно скрюченные мохнатые ветви огромных черных деревьев с выступающими корнями, на которых можно было ходить пешком и строить домики, красно-коричневая земля, темно-зеленная высокая трава, мутно-серое, словно перед грозой, небо, необычные крупные бутоны хищного вида цветов, не менее хищные животные и птицы. Весь этот мир был притягательно прекрасен своей мрачностью. На одном из снимков был запечатлен стоящий на возвышенности дворец. Он был огромным и величественным. Стены замка были серыми и настолько гладкими, что в них отражались пролетающие в небе огромные драконообразные твари и небольшие овальные летательные аппараты. Шпили тонких башен уходили высоко в небо и терялись в мутных облаках. Окон и дверей мальчишка не увидел. Весь замок казался монолитным. Сердце мальчишки от восторга выпрыгивало из груди.

– Это невероятно, Тайлер! Ты не представляешь, что ты для меня сделал! Твой мир даже круче, чем я думал! Жаль, что я его больше не увижу… – разочарование промелькнуло в глазах мальчишки. – Но я знаю, что теперь буду делать! Я перенесу твой мир сюда!

Жизнь продолжалась…

***

… Тайлер понуро сидел в комнате для занятий по истории и пялился в окно. Все его мысли были о Кайле. С последней их встречи прошло более трех месяцев. Он сам просил его больше не приходить, но сердечко скучало и звало. Мальчишка часто сидел в нише в надежде, что друг появится…

– Ваше высочество, вы снова не слушаете меня, – мальчик от неожиданности вздрогнул. – Вы не понимаете всей важности данного предмета? Не зная истории, невозможно принимать правильные решения, а от них зависит благополучие вашей империи и ваших поданных, – продолжал нудным голосом вещать учитель.

– Нет, я внимательно слушаю и понимаю всю важность…

– Не лгите, юный наследник! Я стар, но не глуп! Я обучал не одно поколение отпрысков императорских династий, но вы самый рассеянный и не дисциплинированный. Я буду вынужден разговаривать о вас с вашим отцом…

– Прошу вас, учитель Скобен, не делать этого. Я исправлюсь.

– Поздно. Я долго терпел… – с этими словами высокий старик с белыми волосами и аккуратной бородкой отключил голограмму с изображением какой-то исторической битвы и, громко цокая каблуками, прошагал на выход. – Все для вашей пользы… Вашей же пользы, наследник.

Когда шаги старика совсем стихли, мальчишка уронил голову на стол и простонал:

– Как вы все мне надоели… Жалуйтесь сколько хотите…

Затем он с трудом поднялся со стула и направился в свои покои. Жалобой больше, жалобой меньше. Наказания все равно не избежать. Чтобы хоть как-то поднять себе настроение, мальчишка нырнул в гардеробную и достал из-за коробок со старыми вещами спрятанную гитару. Уселся на пол и стал перебирать струны. За эти месяцы у него стало неплохо получаться. Жалел только, что уроки музыки для него были под запретом. Это занятие считалось не достойным будущего императора.

– Развлекаешься? – смешливый голос дядюшки заставил вздрогнуть и поднять глаза.

– Фух, напугали…

– Дверь надо закрывать, когда струны рвешь. А если бы не я, а кто-то другой зашел? Отец и так на тебя зол. Будь аккуратнее, Тай.

– Я забылся. Исправлюсь. Лучше послушайте, как я играть научился!

– Я уже послушал. Весьма недурно. Только зачем тебе это?! Не понимаю.

– Просто нравится.

– Ну, нравится, так нравится… А Кай твой не объявлялся больше? – мужчина, облокотившись о стену, внимательно рассматривал свои ногти.

– Нет… – глубокий вздох выдал всю грусть мальчишки.

– Такова жизнь, малыш. Люди быстро все забывают и предают… Мы нужны только своим близким. Вот я, например, всегда буду рядом…

– Не смейте! – в гневе выкрикнул Тайлер. – Кайл меня и не забыл, и не предал, я чувствую, он просто не может прийти! Ему что-то мешает. И вообще, я сам велел ему не приходить! А вы рано или поздно тоже меня предадите! Предадите, когда я стану вам не выгоден!

Марвин был не удивлен. Он был ошарашен! Мальчишка чувствовал того пацана, чувствовал свою кровь и справедливо не доверял ему, своему дядюшке, хотя он из кожи вон лез, чтобы ему понравиться! Он схватил племянника за плечи и встряхнул.

– Остынь! И давай спокойно поговорим.

– Я не хочу больше с вами разговорить! Вы все одинаковые! Вы никого не любите, кроме себя!

– Что за бред, Тайлер! Я люблю тебя!

– Вы врете! Вы не знаете, что такое любить. Это умеют только дети… – мальчишка с силой оттолкнул от себя дядюшку и выскочил из комнаты.

Ноги сами принесли его в потайную нишу. Он упал на колени и расплакался.

– Кай, где ты? Ты мне так нужен…

***

… В это же самое время Кайл сидел на подоконнике и смотрел в ночное небо. Мириады звезд завораживали. Три месяца без путешествий в Тэлеерс пролетели незаметно. Отчим, как и обещал, записал его к своему знакомому мастеру по тхэквондо, корейцу Кан Хо. А в начале учебного года он собирался попасть еще и в музыкальную школу. На будущее у него были большие планы. Жизнь мальчишки была наполнена событиями, но мысли о друге не покидали ни на минуту. Он скучал… Внезапно его сердце больно кольнуло. Кайл охнул и схватился за грудь рукой.

– Тайлер! Что? Что случилось? – он на уровне подсознания понял, что его другу очень плохо.    

Держась рукой за грудь, Кайл улегся на кровать и свернулся калачиком. Что-то было не так. Он это чувствовал, но не мог ничего сделать. Он всеми силами пытался призвать сон и очутиться в Тэлеерсе. Незаметно для себя Кайл провалился в тяжелый сон.

… Он медленно брел по сухой выжженной земле. Под ногами с тихим треском крошились обугленные остатки растений, и черная пыль маленькими облачками взвивалась из-под босых стоп, окрашивая их в траурный бархат. Этот мир совсем не был похож на пусть и мрачный, но завораживающе-красивый Тэлеерс. Солнце нещадно палило мертвую почву. Вокруг стояла оглушающая тишина. Кайл остановился и осмотрелся по сторонам. Пейзаж был удручающим, как и настроение мальчика. Куда идти дальше он не понимал, но и стоять на одном месте не мог – раскаленная земля обжигала ступни. Прикрывая ладошкой глаза от палящего солнца, он шел, не понимая куда. Когда сил идти дальше совсем не осталось, его колени подогнулись, заставляя измученное тело опуститься на горячую шершавую землю. Кайл стал разгребать ее руками. Мальчик надеялся, что ниже она будет хоть чуточку прохладней, и он сможет отдохнуть. Это мало помогло. А вот ладони оказались содранными в кровь. Двигаться больше он не смог, поэтому уселся грязными джинсами на очищенный участок, поджал ноги и горько заплакал. Сколько так просидел, парнишка уже не понимал. Все сплелось в один не прекращающийся кошмар. Но когда казалось, что его отчаянию не будет предела, он услышал за спиной мягкий мамин голос: 

– Кайл, чего ты там сидишь? Иди к нам! Мы тебя давно ждем!

Он резко обернулся, и перед его глазами предстала лужайка, покрытая сочной травой и яркими цветами. На ней, одетая в воздушное белое платье, стояла мама и обнимала Тайлера.

– Тайлер! – воскликнул Кайл. – Почему ты здесь?

– А где же мне еще быть? – удивленно пожал плечами друг. – А вот ты почему не идешь к нам?

– Я заблудился, – Кайл грязным рукавом вытер слезы. – Мне было так страшно…  

– Милый, теперь все будет хорошо. Поспеши! – Элис, улыбаясь, протянула сыну руку. –  Нам пора домой. Папа, наверное, заждался.

Мальчишка резко подорвался и со все ног кинулся к матери. Как только его горящие ступни коснулись влажной мягкой травы, боль и усталость резко исчезли, а одежда оказалась абсолютно белой и чистой. Элис прижала его, как и Тая, к себе свободной рукой.

– А Тайлер пойдет снами? – мальчишка с надеждой посмотрел в лучистые карие глаза мамы. – Он очень хороший. Адаму он понравится. Вот увидишь!

– Конечно, он пойдет с нами, – Элис нежно провела рукой по черным, как вороново крыло, волосам притихшего Тая. – Адам его уже любит. Так же, как и я… и ты…

Как только они развернулись и сделали первые шаги, налетел резкий пронизывающий ветер. И перед ними из ниоткуда возник высокий мужчина в длинном черном плаще с накинутым на лицо капюшоном.

– Элииис! – пророкотал его голос, разнесшийся эхом. – Отдай, что должна! Уговоррр помнишь?!

– Умоляю, не забирай! – взмолилась женщина, упав на колени. По ее щекам потекли слезы. – Бальгард! Не забирай!

– У тебя был выборрр, – продолжало разноситься эхо, – и ты его сделала!

Мужчина протянул руку, затянутую в черную перчатку.

– Которррый мой?

Элис в отчаянии переводила взгляд с одного мальчика на другого делая страшный выбор. Сначала вздрогнула рука, которой она прижимала к себе Кайла, а затем неожиданно резко женщина развернулась к Тайлеру и прошептала:

– Так надо. Я все равно тебя не знаю, – она оттолкнула от себя ошеломленно мальчишку, произнеся последнее. –  Прости…

Тайлер протянул худенькие ручонки обратно к Элис и хотел вновь в нее вцепиться, но не успел… Сильные пальцы сжали его плечи, дернули назад, крепко прижимая к широкой груди и тут же укутывая в черный плащ.

– Мама! Мама! Что ты делаешь? – рвал горло криком Кайл. – Не надо!

Тайлер, стараясь вывернутся из стальной хватки, тоже кричал:

– Не хочу! Кайл! Спаси!

Но их никто не слушал… Каждый делал свое дело… Женщина всеми силами удерживала сына, не давая совершить глупость и навлечь беду. Мужчина же молча взмахнул полой тяжелого плаща, давая возможность в последний раз увидеть свою добычу, и исчез вместе с ней…

Кайл зашелся в диком крике и проснулся. Из широко распахнутых глаз текли слезы, а сердце ходило ходуном… Он понял, что друга он потерял навсегда…