Истинные. Смерть как начало

Адриана

– Нашел, – ледяное лезвие коснулось тонкой кожи моей шеи.

Я невольно вздрогнула. С губ сорвался вздох. Сердце неистово билось в груди. Казалось, еще чуть-чуть и оно пробьет грудную клетку.

Глаза моего будущего убийцы смотрела на меня с всепоглощающей ненавистью. Он медленно повел кончиком лезвия по моей шеи, едва касаясь кожи.

– Каково это, когда твоя жизнь всецело находится в руках твоего врага? – Горячее дыхание коснулось уха.

Он стоял так близко. Я ощущала жар его тела каждой клеточкой. Мои руки сжались в кулаки.

Я прикусила губы, сдерживая порыв разрыдаться. Всё должно было быть иначе. Я считала, что на этот раз справилась. На этот раз у меня получилось переписать свое будущее. Однако я где-то все же допустила ошибку. И снова столкнулась с неумолимо приближающейся смертью.

Со смертью от рук моего истинного.

– Ты знаешь, что моя жизнь всегда была в твоих руках, – тихо ответила я.

Смешок. Он смеялся надо мной. Над тем, насколько беспомощной была.

– Любовь моя, – с его губ сорвалась очередная ложь. Он не любил меня. Никогда не любил. Каждый день он мечтал о моей крови. О том, как будет медленно мучить меня долгие часы, пока последний вздох не сорвется с моих губ. Неожиданно лезвие клинка сменилось сильной рукой. Он обхватил мое горло своей ладонью и грубо прижал к себе, – твой отец забрал у меня все, а я заберу у него единственное, чем он дорожит.

Вторая его рука обхватила меня за талию. Он будто пытался уничтожить любое расстояние между нами.

Хотел поглотить меня целиком. Выпить мою душу. Раздробить кости. Сломить меня.

– Тогда не тяни. Убей.

Я боялась смерти. О, Боги, как же я ее боялась!

Я умирала бесчисленное количество раз и всегда от его руки.

В один момент меня перестал одолевать страх. Я не испытывала боль. Принимала свою участь достойно. Без криков, истерик и слез. Потому что знала - в следующее мгновение я открою глаза, сидя за туалетным столик в своей комнате. А позади будут мельтешить Фина и Лина, выбирая для меня платье для бала дебютанток.

Однако в этот раз все иначе. У меня больше нет возможности вернуться назад. Это моя последняя жизнь. И если он убьет меня, то я в действительности погибну.

– Убить тебя? – Он снова усмехнулась, – нет, любовь моя. У нас впереди целая история. Страдать ты будешь иначе.

От удивления я широко распахнула глаза.

Стоп, что? Так не должно быть. Он всегда убивал меня.

– Мы возвращаемся домой, – добавил он, – в Илларис.

– Это не мой дом, – тихо ответила я.

– Это твой единственной дом с этого момента.

Адриана

Месяцем ранее.

– Отец, – Я замерла на предпоследний ступени лестницы.

Передо мной открылась весьма неприятная сцена: На коленях в центре холла в рваных, грязных тряпках стоял мужчина. Его руки скованы цепями. На шее рабский ошейник.

Он поднял свою голову. Его разноцветные глаза сверкнули такой ненавистью и злобой, что я невольно сделала шаг назад.

– Адриана, дорогая,-- отец подошёл к лестнице и взглянул на меня, – король решил сделать нашей семье подарок за мою службу нашему великому государству.

Я сжимала перила и внимательно смотрела на раба.

– Это ужасный подарок, – тихо ответила я.

– Знаю, дорогая. Однако слово короля - закон. Не мог отказаться. Он сочтет это за оскорбление.

Я оторвала взгляд от мужчины в кандалах и заглянула в глаза отца.

– Ты оставишь его здесь?

– Придется. Парнишка молодой и крепкий. Нам не помешает помощь по дому.

Нет! Нет! Нет!

Это просто ужасно. Все идет не по плану. Король не должен был дарить раба отцу. Такого никогда не случалось! Ни разу!

Его Величество отбирал себе новых рабов, и этот мужчина из-за своей необычной внешности всегда привлекал его внимание. Он находил в его разноцветных глазах и белоснежных волосах нечто забавное. Я же в этих глазах видели лишь свою гибель.

Он - принц захваченной государства Иллариса. Каэль Ниренберг.

Тот, кто убьёт меня.

Его страна пала восемь лет назад. Всю императорскую семью уничтожили. Остался только он. И никто, кроме меня, не знал истинного происхождения моего будущего убийцы. Он нагло лгал о том, что является сыном прислуги.

– У меня осталась работа. Можешь проследить, чтобы его привели в подобающий вид?

Я выдавила улыбку и коротко кивнула. Отцу этого было достаточно. Он ушёл, оставив меня с тем, кому суждено отнять мою жизнь.

Уже в тридцать седьмой раз.

Да, целых тридцать шесть раз я потерпела неудачу в попытках спастись от острого клинка Каэля. Что только я не делала!

Сначала я пыталась пробраться в его сердце, заставить его влюбиться в себя. Однако потерпела неудачу. Даже несмотря на то, что он мой истинной. Ах, да, представляете? Человек, который ненавидит меня, мою страну, и который уже тридцать шесть раз убил меня - мой истинный. Тот, кто дарован судьбой и должен стать спутником по жизни.

Вот только спутником он не стал, а палачом - да. Моим личным, истязающим сердце, душу и тело, палачом.

Так как с покорением сердца истинного я села в лужу, мне пришлось избегать его. Любым возможным способом. Я перестала посещать светские мероприятия, на которых король хвастался своей зверушкой знатным семьям на потеху.

Избегала торговые дома и людные места, куда его могли послать с поручением.

Даже отказывалась от встреч с принцессой, придумывая каждый раз несусветную чушь, в которую она почему-то верила.

Я стала затворником. Дальше, чем на пять метров от территории резиденции не уходила.

Однако и это не спасло меня. Каэль сам явился по мою душу. И убил прямо на глазах у отца, перед этим драматично представившись.

Затем я решил, что нужно сбагрить его из страны. Сделать так, чтобы король прогнал его взашей. В скольких же скандалах мне пришлось поучаствовать - не сосчитать. И как же сильно я подпортила тогда свою репутацию. Однако и это не сработало. Его Величество будто намеренно игнорировал все промахи своего циркового шута.

Я испробовала все варианты. А за тридцать шесть жизней их было предостаточно. И все было четно.

Остался только один вариант, который я откладывала до самого последнего моего конца.

Теперь Каэлю суждено самому пасть от моей руки. Я готова рискнуть, ведь эта жизнь у меня последняя. Если мой истинный снова убьет меня, то больше не будет шанса все исправить. Я погибну навсегда.

– Лина, – назвала я имя служанки.

Она тут же появилась в холле.

– Да, госпожа?

– Отведите нашего гостя в купальню, снимите ошейник и дайте чистую одежду.

– Как прикажете. А вы куда?

Лина удивленно на меня посмотрела, когда я направилась к выходу.

– Прогуляюсь, – я улыбнулась и вышла из поместья.

Что ж, давно я не была у травницы. Надеюсь, она не забыла, что задолжала мне услугу. Мне потребуются травы, которые очень сложно достать.

Я собираюсь отравить Каэль.

Адриана

Лавка травницы находилась достаточно далеко от земель моего отца. Мне пришлось запрягать лошадь и добираться на ней. Можно было бы, конечно, взять карету, чтобы обеспечить себе комфорт. Однако в таком случае кучер обязательно доложит моему отцу, куда я ездила. А ему знать об этом ни в коем случае не нужно.

Конечно, отец не будет обвинять свою родную, единственную, любимую дочь в преступлении, если с его слугой что-то случиться. Но хотелось бы избежать даже малейших подозрений.

Лавка встретила приятным ароматом трав. Харисса, она была управляющей, улыбнулась мне.

Женщина не выглядела на свой возраст. Ей более пятидесяти лет, однако никто больше тридцати бы ей не дал. У нее большие карие глаза, темно-каштановые волосы и заразительная улыбка.

– Маркиза Девоншир, какая честь видеть вас у нас. Вы давно не заглядывали. Маркиз в добром здравии?

– Благодарю, Харисса. Отец здоров и полон сил, – я оглядела лавку.

Горели свечи, освещая небольшое пространство. Под потолком висели веники с более сотней видов трав и цветов. Вдоль стен выстроились стеллажи, забитые склянками и банками, наполненные разными настоями и лечебными мазями. И не только лечебными.

Лавка Хариссы славится в узких кругах. Они единственные, кто берется за любую работу. Каждый знает о их подпольное деятельности, однако Его Величество закрывает на это глаза. Небось, сам частый гость в этом месте.

Лично я узнала об этой лавке от принцессы, которая захаживает сюда за снотворным настоем. У бедняжки проблемы со сном с самого детства. Привычные настои, который ей прописал королевский лекарь, не помогают. Зато настои Хариссы даже слона заставят погрузиться в мир грез. Не имею представления, какие травы она использует для настоя принцессы, да и знать не хочу. Не мое дело.

– Отрадно знать, что с маркизом все хорошо.

Я кивнула.

– Она здесь? – От любезностей я решила перейти сразу к делу. Не люблю слишком долгие светские беседы.

– Она у себя, – Харисса кивнула.

Я достала из-под плаща мешок с деньгами. Он сразу оказался на прилавке. Не нужно было говорить, что это плата за молчание. Харисса понимала без того.

Она спрятала мешок под прилавок и кивнула в сторону служебного входа.

***

Блондинка что-то очень усердно выписывала из учебника к себе на пергамент. Рядом с ней на столе лежали счёты. Ее движения были судорожными, резкими. Будто она боялась не поспеть за своими мыслями.

Я знала, что в такие моменты девушку лучше не отвлекать. Поэтому начала тихо обходить кабинет. Разглядывать книги на полках, которые занимали большую часть комнаты. На стенах висели картины с пейзажами, совсем не вписывающиеся в интерьер.

В кабинете находились три стола. Один, за которым сидела блондинка, был придвинут к стене напротив окна. Второй стоял по середине комнаты. На нем расставлены склянки с сушеными травами и разноцветными жидкостями. Но большую часть стола занимало алхимическое снаряжение. Колбы разных размеров, емкости, горелки и еще куча всего, название чего я не знаю. Третий стол располагался в самом конце комнаты. Заваленный бумагами и рукописями. Заметно, что им пользовались реже всего.

Я стянула с себя капюшон в тот самый момент, когда блондинка резко вскочила со стула с радостным визгом.

– Получилось. Получилось! – она хлопнула в ладоши и я уверена, начала бы отплясывать, если бы, наконец, не обернулась и не обнаружила, что находится в комнате ни одна.

Она подскочила от испуга, пошатнулась, хватаясь за стул.

Я кинулась к ней, думая, что блондинке нужна будет помощь. Однако она быстро взяла в себя руки.

– Маркиза, и давно вы здесь?

Я замерла в трех шагах от девушки. Она выпрямилась. Я заметила, как блондинка прикрыла лист пергамента учебником.

– Минут десять.

– О, – губы девушки, – почему вы ничего не сказали?

– Вы были заняты, леди Шерир. И я помню, как вы эмоционально реагируете, когда вас отвлекают.

В последний раз девушка швырнула в одного из посетителя лавки склянку с кислотой. К счастью, та не попала в бедолагу, а разбилась о стену позади него. Конечно, блондинка клятвенно заверяла, что склянки попутала, при этом даже не задумывалась о том, что и о вовсе швырять что-то в покупателей было из ряда вон выходящим.

– Что ж, маркиза. Вы пришли за моим долгом?

– Вы проницательны, леди, – я улыбнулась.

Мои глаза нашли чистый пергамент и перо с чернилами. Я написала название трав, которые были мне нужны и передала девушке.

Леди Шерир от удивления вскинула брови, когда прочитала, что именно я хотела приобрести.

– Мне не стоит знать, для чего вам они?

– Верно, не стоит.

Она слишком пристолько и дольше, чем нужно, задержала на мне взгляд своих серых глаз.

– Как скажете, маркиза. Через неделю будут у вас эти травы. Я отправлю голубя с местом, где травы нужно будет забрать. При всем уважении, увы, в этих стенах не получиться этого сделать. Если кто-то узнает…

– Я все понимаю, – я кивнула.

– Вам что-то еще нужно?

– Нет, благодарю, леди Шерир.

Я развернулась и направилась на выход.

– Маркиза Девоншир, – блондинка окликнула меня. Я обернулась, – мой отец, когда его освободят?

– К концу месяца, – ответила я, – не забывайте, что как-то только он окажется на свободе, ему немедленно нужно будет покинуть земли Арэваля. Иначе не сносить нам всем голов.

– Я вам очень благодарна, маркиза.

– Твоя благодарность должна быть подтверждена действиями. Надеюсь, ты будешь держать рот на замке и никому не расскажешь о том, кто именно купил у тебя эти травы.

– Речи быть не может. Записей об этой покупке не будет.

Я кивнула и вышла из кабинета.

Адриана

Каэль сидел на моей кровати, широко расставив ноги. Его губ касалась наглая ухмылка.В глазах, сквозь презрение и ненависть, я заметила проблеск интереса и чего-то еще, чего-то тягучего и древнего, как это мир.

Он знал, кто я. Не мог не знать. Сразу почувствовал.

Я замерла прямо у дверей, никак не ожидая увидеть его здесь. Он так нагло и бесцеремонно нарушал правила, не страшась лишиться головы. Если бы мой отец застал мужчина в моей комнате, тем более слугу, он бы казнил его на месте.

Я порывалась сделать шаг назад, позвать Фину или Лину, но он предупреждающе качнул головой. В его руках я заметила блеск острия. Он успел украсть у кого-то клинок.

Каэль умел мастерски кидать ножи, и если я сделаю хоть что-то, что может его спровоцировать, он без раздумий метнет в меня оружие. Пару жизней назад я бы, наверное, рискнула бы, но не сейчас… Нет. Это моя последняя жизнь. И если Каэль бросит в меня клинок, я умру без права на новую жизнь.

Он похлопал по месту рядом с собой. Я сжала кулаки. Меня приводило в бешенство то, что ему хватало дерзости приказывать маркизе! Я, конечно, понимала, что он плевать хотел на наши титулы. Он принц Иллариса, однако хоть какое-то воспитание должен проявить. Я высокородная леди!

В каждой жизни этот напыщенный негодяй ведет себя как дикарь. Но почему-то именно сейчас это вызывало во мне больше всего возмущения и желания противиться всему тому, что он собирался сделать.

Мне пришлось подойти к нему. Он кивнул на место рядом с ним. Я опустилась рядом, неотрывно следя за клинком в его руке. Каэль неожиданно поддался ко мне. Его глаза пристально вглядывались в мои. Я замерла, тоже разглядывая его.

Давно мы не были так близко друг к другу. Я уже и забыла, какое чувство это вызывало у меня. Сердце разошлось в бешенном ритме, а щеки начали алеть. Реакция тела на близость с Каэлем всегда была такой. Не могу сказать, связано ли это было с тем, что он мой истинный, или же сам мужчина производил такой эффект.

Я не могла отрицать того, что Каэль был красив. Белоснежные волосы, полные губы, прямой нос, длинные белые ресницы и разноцветные глаза. Один глаз светло-серый, другой небесно голубой. Они завораживали, гипнотизировали и будто бы смотрели прямо в душу.

– Откуда я тебя знаю? – Неожиданно бархатный, низкий голос нарушает тишину. Каэль наклонил голову, продолжая разглядывать мое лицо, – откуда я знаю твой запах? И откуда я знаю, как ты выглядишь без одежды?

Я вспыхнула. Резко вскочила на ноги. Каэль и бровью не повел. Он продолжал наблюдать за мной.

Откуда он помнил, как я выгляжу без одежды? Он никогда не запоминал прошлые жизни, даже малейшие отрывки из них. Его воспоминания всегда были чисты, как лист.

Я чувствовала, что что-то изменилось. Все шло не так, как обычно. Каэль попал в наш дом как слуга - первая странность. А теперь вот это… Он помнит часть меня.

Или, может, он просто решил неудачно пошутить?

– Что ты себе позволяешь? – Я попыталась взять себя в руки, – Как посмел сказать нечто подобное в присутствии маркизы?

Он усмехнулся, поднимаясь с кровати.

Мне пришлось поднять голову, чтобы посмотреть в его глаза. Он выше на целую голову. Его плечи широки, а под чистой рубахой скрывалось отточенной тренировками и бесконечными боями, тело. Я тоже знала его. Знала, какой он под одеждой.

Однако для меня это не было удивительным. Я запоминала все жизни. И почти в каждой мы были с ним. Наша связь всегда приводила к близости, которой не должно было случаться.

Он ненавидел меня, а я знала, что погибну от его руки. Однако, несмотря на это, мы все равно тянулись друг к другу.

Мы тонули в грехе очень часто. И нам нравилось это.

– И ты тоже знаешь меня. Откуда? – Он был уверен в том, что мы знакомы.

Я старалась побороть потрясение, которое на мгновение отразилось у меня на лице. Этого хватило, чтобы Каэль убедился, что ощущения его не обманывают.

Он неожиданно схватил меня за горло и притянул к себе.

– Почему я ничего не помню? – процедил он сквозь зубы, – что вы сделали со мной?

Я пыталась выбраться из его хватки, но она становилась только сильнее. Ему ничего не стоит сильнее сжать мою шею, лишить меня воздуха или просто свернуть ее. В его руках я ощущала себя слишком хрупкой.

– Ничего, – ответила я.

Он еще ближе привлек меня к себе.

– Маркиза лжет. Я не люблю лгунов.

В его глазах полыхала обжигающая ненависть.

– Отпусти меня немедленно, – прошипела я.

– Скажи правду немедленно, – Каэль наклонился к моему уху, – милая маркиза, ты же знаешь правду обо мне. И откуда я знаю, что тебе известно мое происхождение?

Новая волна удивления нахлынула на меня. Неужели он помнит что-то еще? Неужели он может вспомнить все свои прошлые жизни? Все наши прошлый жизни?

– О чем ты говоришь? – Я старалась выглядеть убедительно непонимающей.

Каэль усмехнулся.

– Я откуда-то даже знаю, какое у тебя лицо, когда ты лжешь.

Вопреки своим словам он отпустил меня.

– Тебе не сносить головы, – прошипела я, потирая свою шею.

– Мы оба знаем, что ты ничего не сделаешь, – он улыбнулся, – и это тоже, откуда я знаю об этом?

Я поджала губы. Эта жизнь последняя, и она кардинально отличалась от прошлых.

Если Каэль сможет вспомнить все, что произойдет?

Не хочу знать. Мне нужно как можно скорее избавиться от него. Надеюсь, за неделю в нем не проснется кровожадное чудовище, требующее моей крови.

Адриана

Мы с отцом устроились на улице выпить чаю. Такое случалось крайне редко. В этот раз причиной таких посиделок стал Каэль. Отец захотел посмотреть, каков раб в деле. Стол выставили прямо рядом с тренировочным поле. Я же категорически не хотела участвовать в этом представление, однако отец надавил меня, сказав, что мы и так очень мало времени проводим вместе из-за его работы(будто я виновата в этом). И, конечно, мне стало совестно. Кто знает, когда еще нам выпадет шанс провести время вместе. Если учитывать, что в любой момент Каэль может решить, что я слишком долго живу.

– Я хочу назначить его твоим личных стражем, – произнес отец.

Чай, который я отпила секунду назад, застрял в горле. Я кашляю, глаза застилает влага. Не могу дышать. Отец тут же подскочил ко мне, начал похлопывать по спине.

Волна ужаса накатывает сразу после того, как делаю долгожданный вдох.

– Госпожа, – взволнованная Лина внимательно наблюдала за нами. Она сразу же приготовила чистый платок.

– Я в порядке, – произнесла я.

Отец вернулся на свое место. Я взяла платок, чтобы вытереть губы.

– Отец, тебе не кажется, что это не очень хорошая идея?

– Да, ему еще нужны тренировки, однако…

– Я не к тому. Он находится здесь всего три дня. Мы ничего о нем не знаем. Он может оказаться убийцей.

Он и есть убийца. Мой личный палач.

– Его Высочество на стал бы делать такой подарок, если бы не был в нем уверен. Мальца осматривали колдуны. Он безвреден.

Как же. Безвреден. Колдуны эти - шарлатаны, что ни на есть гнусные. Уже как лет пятьдесят все настоящие маги покинули земли Арэваля. Магическая башня пустует. А те, кто остался, они обладают таким малюсеньким зерном магии, что годятся только предсказывать погоду ,и то ошибаются.

Каэля еще в Илларисе научили закрывать свой разум, чтобы враг не мог прочитать его мысли и намерения. И если маг не располагает большим количеством маны, то пробиться сквозь эти стены у него не получится.

– Все же, отец, я привыкла к Элиасу. Мы нашли общий язык. Мне бы не хотелось, чтобы ты отстранял его.

– Он и не будет отстранен, дочка. Элиас и Каэль, они оба будут сопровождать тебя.

Я поджала губы. Знаю же, что если отец что-то решил, то его не переубедить. Я такая же. Уперта и непрошибаемая, вся в него.

Я вздрогнула, когда за спиной послышался лязг металла о металл. Он здесь. Даже не оборачиваясь, знала наверняка, что его взгляд направлен в мою сторону.

Мы с ним прокляты. Как бы не ненавидели друг друга, все равно наши судьбы накрепко связаны, а души тянутся друг к другу. Как бы мне хотелось избавиться от этой истинности. Пользы от нее никакой, лишь вред.

Мне не хотелось оборачиваться и смотреть на тренировку Каэля. Я знаю, что он хорош. А вот мой отец с интересом наблюдал за каждым движением. Для него окружающий мир перестал существовать. Остался он и двое бойцов, которые меряются силой.

Я потянулась к пирожному, когда возле блюдца появился небольшой клочок бумаги.

“Тебе дали последний шанс и вот так ты им пользуешься? Попиваешь чай.”

Как только я прочитала, клочок вспыхнул голубым пламенем, а ветер унес пепел. Я подняла глаза на отца, который будто ничего не заметил.

Мое сердце ускоряло свой ритм, ладони начали потеть.

Кто-то знает. И этот кто-то в действительности обладает магическими способностями.

Я слишком неожиданно вскочила. Стол покачнулся, пирожные попадали с этажерки. Отец кинул обеспокоенный взгляд на меня и следом поднялся на ноги.

– Адриана, что с тобой?

– Я не очень хорошо себя чувствую. Вернусь в комнату, – не дождавшись разрешения отца, я метнулась в сторону особняка.

Кому может быть известна моя тайна?

Это какой-то маг? Вероятнее всего, простой человек не может сотворить такое.

Но что сильный маг забыл в Арэваля? И что ему нужно от меня?

Дверь за моей спиной захлопнулась. Я метнулась к сундуку со своей старой одеждой. Упав на колени рядом, принялась копаться в содержимом. На самом дне нашла то, что искала. Мой дневник. В нем вся моя жизнь. Я прижала его в груди и уставилась в стену, испытав облегчение.

Как только я возвращалась к жизни, в первую очередь я заводила дневник, в котором записывала все, что помнила, так как со временем память угасала. И этот дневник был единственным связующим звеном с моими прошлыми жизнями. Нет, я помнила, что уже живу тридцать седьмую жизнь. Однако воспоминания о том, как я жила раньше, почему-то становились такими тусклыми, что было сложно за них ухватиться.

Дневник стал моим личным путеводителем.

Я подумала, что кто-то его нашел и решил сыграть со мной злую шутку. Однако это оказалось не так. Он на месте.

Стук в окно вывел меня из оцепенения. Я поднялась на ноги. На оконном отливе сидел ворон. Он внимательно смотрел на меня своими черными умными глазами. Я замерла на месте. Птица наклонила голову. Затем снова постучалась в окно.

Я все же решила открыть его. Ворон перескочил на подоконник и громко каркнул. Затем наклонил голову указывая на свою лапу, к которой было привязан очередной клочок бумаги.

– Ты ведь не укусишь, да?

Ворон поднял голову и посмотрел на меня так, будто я сморозилу несуственую глупость.

– Ладно, – я медленно протянула руку, отвязала послание и слишком быстро отскочила от птицы.

На мгновение показалось, что ворон закатил глаза.

Он перепрыгнул обратно на слив и взмыл в небо. Я проводила его взглядом, пока он не скрылся из виду. Клочок в руках неожиданно начал нагреваться, будто привлекая внимание.

Я раскрыла его.

“Прости, я напугал тебя? Да, должно быть. Не каждый привык к подобным фокусам. Но не думал, что тебя можно удивить парой дешевых трюков. Пугливая маркиза. Мило.”

– В самом деле? – Прошипела я сквозь зубы.

“Обещаю, что впредь наша переписка будут начинаться с отправкой моего ворона. Гляди в небо. И жди весточки от меня.”

Я выгнула бровь.

“К чему я пишу. Я знаю, что это твоя 37 жизнь. И очень надеюсь, что ты не потеряешь ее также скоропостижно, как прошлые 36. У меня, конечно, закрадываются сомнения, что ты справишься в этот раз, смотря на прошлые 36 неудач, однако небольшая надежда теплится в моей душе. Я наблюдаю, пугливая маркиза. Не разочаруй.

– Р. ”

– Что за Р? – прошептала я, – и как должна на это реагировать?

Я снова посмотрела в окно. Оно выходит на зеленеющий сад. Погода сегодня наипрекраснейшая. Утром была морось, но она быстро закончилась, сменившись ярким солнцем.

Я сжала клочок бумаги в своей руке, который на этот раз не исчезал. Может, мне самой его сжечь?

Я снова посмотрела на ровные буквы и красивый почерк. Определенно маг.

Почему-то у них у всех был идеальный почерк. Вероятнее всего дело в том, что магов с малых лет заставляют строчить руны и рисовать пентаграммы. Малейшая ошибка может привести к катастрофическим последствиям.

На письменном столе в углу комнаты стояли чернила. И мне вдруг захотелось ответить. Я не стала отказывать себе в таком удовольствии. Даже если никто не прочтет мой ответ.

“У дорогого господина, я так полагаю, мага, совсем нет манер? Советую вам обзавестись ими, прежде чем строчить письма!

И что за бессмыслицу вы пишите? 37 жизней? Вы в своем уме?! Любой, кто прочтет это, сочтет вас душевно больным!

Не пишите мне больше!

– А. ”

Я улыбнулась, отложила перо и еще раз перечитала то, что написала. На душе стало легче.

– Госпожа, – в комнату впорхнула Лина, – я принесла вам травяной чай. Господин попросил вызвать лекаря. Как вы себя чувствуете?

– Не нужно лекаря. У меня просто немного болит голова. Уверена, чая будет достаточно, – я поднялась из-за стола и прошла в центр комнаты, где располагался кофейный столик и два дивана друг напротив друга.

Лина поставила поднос на стол и начала переставлять кружку с блюдцем, небольшой чайник и вазу с медом.

– Все же маркиз приказал, я уже отправила гонца за ним, – Лина выпрямилась и внимательно на меня посмотрела, – да и вы бледны. В эти дни совсем не спите, – она покачала головой, – нужно попросить у лекаря еще трав для сна, буду вам на ночь их заваривать.

Я улыбнулась. Лина и Фина всегда очень хорошо ко мне относились. Я не могла представить на их месте других служанок.

– Хорошо, спасибо.

Лина кивнула и вышла из комнаты.

Я отпила травянной чай. Поморщилась. Не знаю, что в него добавляет Лина, но вкус каждый раз отвратительный. У Фины получается лучше. Однако я не хотела обидать Лину и старалась выпивать все до последней капли. Девушки старались угодить мне. Я это ценю.

Я оглянулась, проверив письмо. Волна мурашек пробежала по позвоночнику.

Стол пуст.

Я в мгновение ока оказалась около него. Может быть, зрение обманывает меня. Надеялась на это. Однако ничего, кроме пера, чернил и чистых листов бумаги нет.

Маг забрал его.

***

Раймонд

В это же время.

Губ мужчины коснулась легкая ухмылка, когда он дочитал послание маркизы до конца. Он провел большим пальцем по размашистым буквам, которые торопливо выведены на бумаге. Девушка, несомненно, была зла, когда писала это.

– Мило, – произнес он, еще раз пробежавшись по строкам.

После клочок бумаги вспыхнул в его руке. Мужчина спрыгнул с дерева, едва не столкнувшись с вечно преследующим его надоедливым другом.

– Ты же в курсе, что нас могут казнить, если поймают?

– Не поймают, – ответил Раймонд, – в этой части сада почти никогда никого не бывает.

– Друг мой, ты знал, что чтобы добиться расположения леди, тем более маркизы, недостаточно просто лазить по ее деревьям и отправлять странные послания с угрозами? – Шеврон закинул руку на плечо Раймонда и усмехнулся, – я знал, что ты в этих делал не всеведущ, но чтобы настолько.

– Это не угрозы, – Раймонд вскинул брови.

– Ну да, “я наблюдаю”, совсем не странно и не звучит как угроза. Если вдруг тебе посчастливится лицом к лицу встретиться с маркизой, окажи себе милость: ни за что не признавайся ей в том, что это ты тот самый Р.

Раймонд нахмурился. Он не хотел пугать маркизу или производить на нее плохое впечатление. Наоборот, хотел поддержать ее борьбу за жизнь и показать, что она не одна. Раймонд знает, насколько тяжело бывает хранить тайну, которой ни с кем не можешь поделиться. И он подумал, что, возможно, станет для маркизы тем человеком, с которым она может иногда быть честна. Самонадеянно, конечно, но все же.

Ситуация маркизы исключительна. И Раймонд ею заинтересовался.

– И я не пытаюсь добиться расположения, – Раймонд скинул со своего плеча руку друга, – это лишь интерес из-за ее способностей.

– Ага-сь, – Шеврон кивнул, однако ясно как день, не поверил словам Раймонда. А тому было все равно. Он кинул последний взгляд на окно, в котором иногда появлялся силуэт маркизы. После они исчезли.

Адриана

– Госпожа, неужели вам понадобятся все эти вещи? – Элиас хмуро глядел на дюжину пакетов в его руках.

– Конечно, Элиас. Через пару дней у принцессы дебют, и я не могу пропустить его. А так как я давно не выходила в свет, то должна выглядеть превосходно, – ответила я.

И завтра, наконец, я заполучу те травы, которые обещала мне раздобыть леди Шерир. Утром от нее пришло послание. Ее тоже пригласили на бал, и она будет ждать меня в королевском саду. Это идеальное место. Пребудет много гостей. Никто и не заподозрит двух леди, которые прогуливаются среди цветов, в том, что одна из них покупает у другой травы для убийства своего раба, подаренного королем.

Мне удалось уговорить отца повременить с назначением Каэля моим стражником, ссылаясь на то, что у него совсем нет опыта и ему нужно многому научиться. Отец согласился.

К счастью, он любит меня, и моя безопасность для него в приоритете. Знал бы он еще, кого хочет сделать моим стражем… Я, если честно, даже порывалась рассказать отцу обо всем в момент отчаянья, однако вовремя опомнилась.

Отец, конечно, может мне поверить. Он на своем веку многое повидал, да и с магией знаком. Однако в таком случае это будет угрожать не только моей жизни, но и его.

– Вы куда-то еще желаете пойти? – Элиас, бедный, совсем уже намучался со мной.

Сегодня было достаточно жарко. Он в своих доспехах вспотел так, что одежду под ними можно выжимать.

– Нет, возвращаемся, – ответила я.

Мы выходили из лавки с украшениями, где я купила подарок принцессе. Элиас не вписался в проход из-за пакетов. Я обернулась, дожидаясь его. Моему стражу не сразу, но удалось выйти из лавки.

Он кинул взгляд за мою спину.

Всего за секунду его лицо исказилось от животного ужаса. Позади меня раздался топот копыт и крики.

– Госпожа, – он отбросил пакеты в сторону и рванул ко мне.

Всего за несколько секунд до столкновение я обернулась. На меня неслись две огромные кобылы и чья-то изысканная карета. Все произошло настолько быстро, что я не успела опомниться, как уже лежу на земле, а на мне крупное мужское тело.

Мимо пронеслась карета, под колесами которой я должна была погибнуть секунду назад. Кучер выкрикнул какие-то ругательства, даже не удосужившись притормозить и проверить, в порядке ли мы.

– Леди? – Красивый мужской голос раздался почти около моего уха.

Я подняла глаза. Темноволосый мужчина с яркими голубыми глазами смотрел на меня сверху вниз. Его руки были расставлены по обе стороны от моей головы. Он удерживал свой вес, чтобы не раздавить меня.

Мои губы невольно приоткрылись. По телу пробежала дрожь. Точно такая же странная, как и тогда с Каэлем, когда я впервые узнала, что он мой истинный.

В голубых глазах напротив зажглось пламя. Мужчина нахмурился, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Я до ужаса хотела коснуться его. Дикое, необузданное, древнее желание проникло в каждую клеточку моего тела. Сердце билось в груди так быстро, что вот-вот готово вырваться из груди.

– Госпожа, – голос Элиаса вырвал меня из странного наваждения.

Я вздрогнула и оттолкнула мужчину от себя. Он без сопротивлений поддался, все также находясь в трансе. Брюнет так внимательно изучал меня, что мне казалось, будто я стою перед ним нагая.

Элиас помог подняться.

– Вы в порядке, госпожа? – Элиас внимательно разглядывал меня. – Простите, это моя вина. Мне нужно быть внимательнее.

– Я в порядке, – ответила я и затем снова посмотрела на мужчину. Он уже стоял на ногах и отряхивал одежд. – Вы спасли меня, – обратилась я к нему.

Брюнет посмотрел в мою сторону. Мурашки побежали по телу из-за этих небесно голубых глаз.

Да что такое? Что за ощущения такие?

Я знаю, на что это похоже. Но быть не может, что этот мужчина - мой истинный. Моя пара – Каэль. Он. Только он, как бы печально не было это признавать.

– Определенно, спас, – ответил мужчина.

– Как я могу вас отблагодарить? – Я поддалась вперед.

Хотелось слышать его голос лучше.

– Простого “спасибо” будет достаточно, – он обворожительно улыбнулся.

Его улыбка коснулась моего сердца. Честно, я была в шаге от того, чтобы превратиться в влюбленную сопливую девчонку только из-за одной мужской улыбки.

– Кхм, – я поджала губы и затем обернулась к Элиасу, – дай кошелек.

Страж тут же исполнил мою просьбу.

– Тридцать золотых достаточно?

– Леди…

– Вы правы, это мало. Хм, – я отсчитывала деньги, – тогда… Сто? Да, думаю, сто…

– Леди, я не приму ваших денег, – мужчина накрыл мою руку своей. Неожиданный статический разряд прошел через мое тело. Я вздрогнула. По глазам напротив стало ясно, он тоже это почувствовал.

– Быть не может, – произношу я, одергивая руку и делая шаг назад.

Мужчина нахмурился и невольно подался вперед, будто расстояние между нами приносило ему физическую боль.

– Леди, вы тоже…

– Не нужно, – я качнула головой, – это ошибка.

Да, ошибка. Какого черта происходит? Это просто невозможно!

Элиас непонимающе смотрит то на меня, то на мужчину.

– Примите, пожалуйста, деньги. Я не люблю быть должной, – я протянула деньги мужчине. Он никак не отреагировал.

– Леди, мы…

– Не нужно! – Я прервала его.

– Но…

– Нет! – Я была готова накинуться на него и заткнуть его рот, чтобы он больше ничего не говорил. Это не правда. Такого не может быть!

Ага. Подумала та, которая перерождается в тридцать седьмой раз.

Я мысленно закатила глаза.

В этой жизни уже и так слишком много странностей.

Боги решили посмеяться надо мной?

– Хорошо, – мужчина соглашается, однако ухмылка касается его губ, – деньги я не возьму. Однако, позвольте, – он наклонился, обхватил мою ладонь своей. Его губы коснулись тыльной стороны моей ладони, пуская по коже новые статические разряды. Каких же колоссальных усилий мне стоило,чтобы подавить дрожь, вызванную этими мягкими, полными губами. Он поднял глаза и посмотрел на меня, – могу я оставить милую маркизу Девоншир в своих должниках? Раз она с таким напором желает отплатить мне.

– Откуды вы знаете, кто я?

Он кинул взгляд на герб на плаще Элиаса.

– Я знаком с вашим отцом. Прошу прощения за непочтительное обращение, не сразу обратил внимание на герб, ваша светлость.

– О, понятно. И для чего же вы хотите сохранить этот долг?

– Могу ли я попросить исполнить одно желание?

Я вскинула брови. Вот это наглость!

Я хотела было отказать и возмутиться, но мужчина опередил меня.

– Ничего такого, что могло бы опорочить доброе имя вашей светлости. Клянусь.

Я прищурилась.

– Госпожа? – Напряженный голос Элиаса раздался за спиной.

Одном мое слово, и он бросится защищать меня от наглого голубоглазого мужчины. Я внимательно разглядывала лицо напротив, пытаясь отыскать толику лжи. Понять, зачем ему предлагать такие глупости. Предложение в действительности странное.

Если я соглашусь, то должна буду исполнить его желание. Отец с малых лет учил меня держать слово. Нарушение обещания недопустимо.

– Хорошо, одно желание, – согласилась я, не знаю, чем ведомая. Однако стало донельзя любопытно, – может, вы представитесь?

– Ох, простите мою грубость. Я Барон Раймонд Клиффорд, – он поклонился.

– Клиффорд, разве ваша семья не переселилась на север?

– Все так, однако я вернулся, чтобы завершить дела, – он улыбнулся.

– Не припомню вас среди Клиффордов, – я прищурилась.

– Я долгое время болел. Матушка не позволяла посещать светские мероприятия.

– Вот как, – я наклонила голову.

Мужчина передо мной не вызывал особого доверия. Казалось, будто каждое его слово пропитано ложью. При этом подтверждения того, что он нагло врет в лицо, у меня нет.

– Что ж, – Раймонд оглянулся. Через дорогу его ждал светловолосые мужчина, который махнул ему рукой и, завидев меня, покланялся, – мне нужно вернуться к делам. Надеюсь, что увидимся с вами как можно раньше, ваша светлость.

Он сильнее сжал мою руку и затем нехотя отпустил ее. Только сейчас я поняла, что все это время мы стояла, державшись за руки. Мимо нас проходили люди и с интересом наблюдали.

Вскоре точно можно ожидать новых сплетен.

– Доброго дня, барон, – ответила я.

Он улыбнулся, затем развернулся и направился к другу.

– Элиас.

– Да, госпожа?

– Мне нужна вся информация о Раймонде Клиффорде.

– Как скажете.

Я знала всех Клиффордов лично и точно бы что-то да знала о больном сыне баронессы.

Адриана

Холодное лезвие клинка коснулось моей шеи. Меч был очень тупым, и нужно приложить немалые усилия, чтобы ранить им. Однако я все равно испытывала ужас.

Это так напомнило мне мою последнюю смерть. Тогда я тоже умерла от меча Каэля. Он отрубил мне голову.

Мороз пробежал по коже.

Я будто снова ощутила дыхание смерти около уха. Она ждала меня, манила. Вот только в этот раз она была не проводником к следующей жизни. Она - мой бесповоротный конец.

Каэль, наклонив голову, с улыбкой на лице смотрел в мои глаза. За эти несколько секунд я успела сотню десятков раз пожалеть, что решила пройти через восточную сторону резиденции. Здесь, где располагалось тренировочное поле, совсем позабыв о том, что время уже движется к полудню, и тренировки Каэля проходят именно в это время.

– Ты понимаешь, что делаешь? – я вздернула подбородок.

Не убьет же он меня, когда в любой момент кто-нибудь может выйти из дома. Да ведь?

– Абсолютно, – голос Каэля был наполнен игривыми нотками.

– Как мне кажется, ты забылся, Каэль.

Мужчина вздрогнул так, будто я его ударила. Он нахмурился.

– Скажи еще раз, – произнес он.

– Что сказать?

– Произнеси мое имя еще раз, – процедил он сквозь зубы. Ему будто было неприятно просить меня об этом, однако Каэль не мог воспротивиться тому чувству, что ощутил.

Я удивленно на него посмотрела. Да что с ним такое происходит?

– Ты смеешь мне приказывать?

– Маркиза, – Каэль убрал меч от моего горла и приблизился.

Я было хотела сделать шаг назад, когда он схватил меня за локоть и потянул на себя.

– Отпусти меня, – я пыталась вырваться из его хватки.

– Произнеси мое имя еще раз, и я отпущу.

– Ты не будешь выдвигать условия! – Прошипела я.

– Буду и делаю. Сейчас ты в моей власти, маркиза. И сила явно на моей стороне.

– Угрожаешь? – Я прищурилась.

– Да. И мы оба знаем, что мои угрозы - не пустой звук.

Я почти сжалась в его руках. Перед мысленным взором снова пронеслись картины всех моих смертей.

– Я жду.

– Не хочу, – хоть в этом я не была готова ему проиграть.

Каэль всегда был на шаг впереди. Всегда знал, куда надавить. Умел манипулировать мной, моими чувствами. Знал, что сказать, чтобы я беспрекословно выполняла любое его желание.

Честно, первые две-три жизни я, правда, была влюблена в него так глубоко и сильно, что не замечала, что мной просто пользовались. Даже искала оправдания тому, почему он убил меня. Жалела его. Ведь из-за королевства и моего отца он был лишен семьи и дома.

К счастью, я сумела избавиться от этого ядовитого чувства. Мне потребовались десятки жизней, чтобы сделать это. Однако освободиться от физической тяги к нему невозможно из-за истинности, которая для меня была никаким ни даром. Это проклятье.

– Что ж, – Каэль, обхватив талию, закинул меня к себе на плечо, будто я совсем ничего не весила, и направился в сторону конюшни.

– Ты ума лишился? Отпусти меня немедленно.

Я начала брыкаться, чтобы соскользнуть с его плечами. Однако мужчина крепко держал меня.

– Нет.

– Я буду кричать! Все сбегуться и не сносить тебе головы.

– Хм, кричи, но тогда милая маркиза будет застигнута в очень компрометирующей ситуации рядом со своим слугой.

Я не оставляла попыток слезть с его плеча.

– Ты мне противен.

– Думаю, это не так.

Я ощутила, как его рука легла на мое бедро под платьем. Он сжал его, оставляя отпечатки пальцев на коже. Как ему удалось подлезть под длинную юбку, я не понимала.

Щеки вспыхнули, к глазам подкатили непрошенные слезы. Я чувствовала себя униженной, но при этом мое предательское тело плавилось от его прикосновений. Оно хотело этих прикосновений. И как же я ненавидела себя в этот момент.

Каэль зашел в пустую конюшню. Убедившись, что никого нет, он поставил меня на землю и сразу же прижал к стене. Его рука легла на мое горло. Большой палец сразу же нащупал точку пульса. Он будто бы приходил в восторг от того, что может чувствовать его и в любой момент прервать.

Контроль. Каэль одержим контролем.

– Продолжим? – его нога скользнула между моими, – если хочешь, чтобы я остановился, то тебе стоит только произнести мое имя.

Я попыталась оттолкнуть его.

– Ты не остановишься, если я скажу.

– Почему ты так решила? Лжец из нас двоих точно не я.

– Ты дикарь. Похотливый дикарь.

– Заметь, не лжец, – он ухмыльнулся, – я задам один вопрос, – другая рука Каэля скользнула по моей талии вверх, – ответь честно, маркиза.

Я продолжала попытки увеличить между нами расстояние. Но он не двигался. Будто каменная статуя придавил меня своим телом к стене.

– Мне сняться сны. Когда просыпаюсь, кажется, будто это были и не сны вовсе. И в каждом сне есть ты. Сначала думалось мне, что схожу с ума. Однако после сна, который приснился пару дней назад, я понял, что это не сны. Это воспоминания.

Я напряглась. Замерла.

– И во всех этих воспоминаниях ты умираешь от моей руки.

Нет. Не может быть.

– Так скажи, маркиза, это действительно мои воспоминания или я схожу с ума?

Каэль никогда не узнает от меня правду. Ни за что на свете.

– Вероятно, сходишь с ума, – соврала я, – а теперь отпусти меня. Немедленно!

– Опять врешь, – Каэль прижался ко мне сильнее, – лживая маркиза, тебе бы рот с мылом помыть.

– Я закричу, – мои руки с силой сжали его плечи, пытаясь оттолкнуть.

– Давай. И все сбегуться посмотреть на это представление.

Каэль снова залез под мою юбку и нагло, игнорируя любые сопротивления, повел по ноге вверх. Его руки были то нежными, то он, будто переполненный чувствами и желанием, сжимал мое бедро с такой силой, что с моих губ невольно сорвался всхлип.

Ненавижу. НЕ-НА-ВИ-ЖУ.

Его ненавижу, за то, что делает все это. Себя ненавижу, за то, что слаба и не могу дать отпор. Свое тело ненавижу, которое дрожит из-за его рук.

– Отец тебя убьет.

– Веришь или нет, маркиза. Я уже мертв, – Каэль наклонил голову, – так что плевать, что будет со мной.

Я знала это. Каэль живет только ради мести. Он дышит ей. Месть заставляет его просыпаться каждое утро и играть свою роль.

– Отпусти меня. Немедленно! – Я еще яростнее задергалась в его рука. Истерика была так близка. Вот-вот и разрыдаюсь. Мне это не нравилось Совсем не хотелось.

– Хватит повторять одно и тоже. Это бесполезно. Я же сказал, что как только произнесешь мое имя, я отпущу тебя. Или можешь рассказать мне правду.

– Ты от меня не услышишь того, что хочешь.

– Тогда будем стоять здесь до тех пор, пока не вернется конюх. У меня куча времени.

– Хорошо, – я расслабилась и с вызовом посмотрела в глаза Каэля, – давай подождем конюха, а потом и моего отца.

Каэль прищурился. Его рука замерла. Он пытался понять, блефую ли я. Но я не блефовала. Наплевать, даже если нас кто-то найдет. Единственное, что может произойти со мной, это только сплетни.

Каэля же ждет смерть. Отец не простит ему такого оскорбления. Раб посмел прикоснуться к дочери маркиза. Это неслыханная дерзость!

– Рискнешь своим добрым именем?

– Думаешь, отец позволит просочиться этому за пределы нашего дома? – я ухмыльнулась, подавляя истерику и подкатившие к глазам слезы. Я больше не должна быть жертвой. Мне пристало быть слабой марионеткой в его руках. Я поклялась себе, что он умрет от моей руки. И он умрет, – чтобы про его родную плоть и кровь начали ходить грязные и мерзкие слухи? Ха… Каэль, ты глубоко заблуждаешься.

Глаза Каэля сверкнули. Он резко отступил от меня назад. Его рука исчезла с моей шеи, вторая - с бедра, и я перестала чувствовать исходивший от него жар. Потеряв опору, я чуть было не скатилась вниз, но устояла.

Я удивленно посмотрела на него. Неужели мои угрозы подействовали?

Он ухмыльнулся. В его разноцветных глазах я заметила искорку веселья.

– Так сладостно слышать, как мое имя слетает с губ маркизы. Твой нежный голос создан для этого.

Я вспыхнула.

– Я не…, – нахмурилась.

Я проиграла. Произнесла его имя.

Каэль снова резко оказалась возле меня. Его рука обхватило мое горло, однако на этот касания были гораздо грубее. Он с силой сжал его, перекрывая доступ к воздуху.

Мои глаза широко распахнулись. Я вцепилась в его руку. Ногти оставляли на коже мужчины белые полосы. Я пыталась выбраться из его хватки, царапалась и дергалась. Но мои трепыхания не возымели никакого успеха.

Воздух катастрофически быстро покидал мои легкие. Я была на грани. Перед глазами появились темные пятна. Лицо Каэля становилось расплывчатым. Единственное, что я различала, это его глаза, в которых отражался восторг, благоговение и наслаждение.

Ему нравилось наблюдать, как я умирала в его руках. Ему нравился этот контроль над моей жизнь. Он получал удовольствие от осознания того, что в любой момент может меня как убить, так и подарить желанную возможность жить.

Когда я думала, что это конец. Когда мои глаза начали закатываться, и я теряла сознание, Каэль отпустил меня.

Я рухнула на колени. Мои пальцы вцепились землю. Я царапал ее. Под ногтями появилась чернота. Из глаз потекли непрошеные слезы. Они были подтверждением моей слабости, моего поражения. Я хватала ртом воздух.

Каэль присел передо мной на корточки.

– Лживая маркиза, не забывай, благодаря кому ты сегодня осталась жива.

Я кинула на него взгляд полный ненависти. Как он смеет? Он сам чуть не убил меня.

Горло саднило. Я приоткрыла губы, чтобы ответить, но вместо этого вырвался лишь хрип и кашель.

Он протянул ко мне руку. Я невольно дернулась, выдавая свой животный страх. От Каэля это не укрылось. Его губы растянулись в хищной ухмылке. Он провел костяшкой указательного пальца по моему лицу. Касания были нежными, ласковым.

С Каэлем что-то происходило. В нем будто жило две личности. Несколько минут назад он пытался убить меня. Сейчас же он ласково гладил по лицу и влюбленно смотрел, будто и не душил вовсе.

– Твое личико прекрасно. Мне кажется, будто я не встречал еще таких, как ты. Это из-за того, что мы истинные? Хм. Полагаю, что так. Ты будто вся светишься. Даже сейчас. Пала так низко. Сидишь в грязи с покрасневшими от слез глазами, но настолько очаровательна, что аж тошнит.

Каэль коснулся моих волосы, чуть приблизился, вдыхая их запах.

– А как сладостно ты пахнешь, – он отстранился, – возможно, я подумаю о том, чтобы оставить тебя себе.

– Гори в аду, – мой голос был хриплым, непохожим на мой совсем. Но я все же нашла в себе силы послать его.

– Я уже горел, дорогая. В следующий раз, если буду гореть, то только вместе с тобой.

!!! НЕ ВЫЧИТАНО НА ГРАММАТИКУ И ПУНКТУАЦИЮ!!!

_________

– Прибыл Его Светлость маркиз Эдмунд Девоншир в сопровождении своей жены Ее Светлости Мэри Девоншир, – объявил распорядитель.

Мама вернулась домой несколько часов назад. Она была измотана долгой поездкой, но это не мешало ей быть все такой же изящной.

Она с отцом вошли в зал первым.

Детей, как только они дебютируют, а происходит это в восемнадцать лет, считают самостоятельной ячейкой общества. Конечно, я все еще была частью семьи Девоншир, однако представляли меня теперь отдельно от родителей.

– Прибыла Ее Светлость Маркиза Адриана Девоншир в сопровождении Виконта Эмиллиана Бофорта.

Светловолосый мужчина, которого мне навязал отец, широко улыбнулся и подал руку.

Бофорты уже несколько лет пытаются уговорить папу выдать меня замуж за их непутевого сына. Я, конечно, ничего против Эмиллиана не имею, пока он находится в непосредственной дальности от меня.

Эмиллиан старше на год. О его разгульной жизни знает каждый. И естественно папа ни за что на свете не отдаст меня в руки такому ветреному мужчине. Однако, так как у него замечательные отношения с Бофортами, он согласился на один вечер позволить Эмиллиану сопроводить меня. Его отец клятвенно заверил, что безнадежный сынок ни за что на свете не очернит мое доброе имя.

Ну, поглядим.

Мы вошли в ярко освещенный украшенный зал. Золотые громоздкие люстры под потолком увешанные драгоценными камнями искрились и светились, как самые яркие звезды. В зале очень много арочных высоких окон от потолка до пола и пара стеклянных дверей, которые выходили прямиком в сад. Они прятались под полупрозрачными тюлями светло-золотого цвета. Между колоннами располагались изысканные бежевые софы, на некоторых из которых сидели леди, отдыхавшие от долгого блуждания по залу и танцев.

Его Королевское Величество еще не прибыл, поэтому официально празднование не началось, однако с самого утра прибывали гости. Некоторым не терпелось похвастаться нарядами и обсудить новые сплетни.

Эмиллиан придерживал меня за руку, пока мы спускались по длинной лестнице. Играла едва уловимая музыка. Зал наполнен голосами людей.

– Вы сегодня просто обворожительны, – произнес Эмиллиан, остановившись у подножья лестницы. Он наклонился, чтобы поцеловать тыльную сторону моей ладони.

– Вы уже это говорили, виконт. Но благодарю, – ответила я, позволяя мужчине коснуться губами моей руки.

Я сдержала порыв скривиться. Не скажу, что его касания мне были уж очень противны, однако ничего приятного от его слюнявых губ я не ощутила.

К счастью, Эмиллиана вскоре увел его друг, а меня тут же окружили местные склочницы.

– Ваша Светлость, неужели вы почтили простых смертных своим присутствием? – Бароннеса Аркур мило улыбнулась.

В карих глазах женщины я увидела хищный огонь.

Она была самой жадной до сплете дамой, а леди рядом были ее личным рабочим инструментом. С их помощью она собирала сплетни всего королевства.

Мой взгляд зацепился за девушку позади Баронессы Аркур. Ее, казалось, будто совсем не интересовали светские разговоры. Она скучающе оглядывала зал делая небольшой глоток шампанского. Возле нее, стараясь привлечь внимание, семенил Барон Беркли.

Золотистые волосы девушки ниспадали кудрями вниз до середины спины. Светлое бежевое платье идеально подчеркивало тонкую талию и округлые бедра.

Ее звали Алиса Эгертон. Графиня Алиса Эгертон

Она была моей самой близкой подругой целых тридцать четыри жизни. Пока не решила предать меня в тридцать пятой.

Я была в ней настолько уверена, что поделилась своим секретом. И казалось бы, она даже прониклась моей историей и поддержала меня. Пообещала, что мы обязательно спасем мою жизнь. Но по итогу предала меня. В самый решающий момент.

Каэль одурманил ее. Не знаю, как у него это получилось. Алиса терпеть его не могла, но в тридцать пятой жизни влюбилась.

Она рассказала ему о моем побеге. Я несколько дней планировала, как скроюсь из королевства и начну новую жизнь.

Я собиралась перебраться через океан. Туда, где Каэль бы ни за что на свете не нашел меня. И когда этот день настал, когда я почти была у цели, он поймал меня на причале и задушил прямо в переулке.

Любимая и казалось преданная мне подруга была тогда вместе с ним и с таким упоением смотрела на то, как гаснет жизнь в моих глазах, что мне не хотелось в это верить. Мне правда казалось, что просто почудилось. Не могла Алиса так рьяно желать мне смерти.

Когда я очнулась в тридцать шестой жизни, я первым делом отправилась к бывшей подруге. Мне хотелось увидеть ее. Понять, зачем она это сделала. Взглянуть в глаза и убедиться в том, что я обозналась. Однако, когда я ее увидела, когда ее синие глаза с легким прищуром смотрели на меня, я поняла. Это не ошибка, не мое больное воображение разыгралось в последние секунды жизни. Это была она. Это правда была моя подруга. Та, с кем я решилась поделиться своим самым большим секретом. Это она ликовала, когда меня душили. Это она рассказала Каэлю о том, что я собиралась сбежать. Это она вложила меч моему палачу и направила его в мою сторону.

Тогда я отвесила ей звонкую пощечину и запретила приближаться ко мне. Алиса не понимала, чем заслужила такое. Требовало объяснений. Умоляла поговорить. Однако я была непреклонна. Алиса способна на подлость, а таких людей я не впускала в свою жизнь.

Сейчас же я просто оборвала все связи, без слов. Она также не понимала, почему мы перестали общаться, однако так яростно не требовало объяснений.

– Баронесса Джиенна Аркур, какая честь видеть вас, – я одарила ее сдержанной улыбкой, – надеюсь, у вас все хорошо. Слышала, ваш отец слег.

– О, не стоит беспокоиться, Ваша Светлость. Отец уже поправился. А вы… Мы слышали, что король лично одарил вас весьма интересным подарком?

Отлично. Все королевство знает, что в моем доме есть раб.

– Все верно. Это большая честь. Король очень щедр.

– Однако, Ваша Светлость, – Баронесса взяла меня под локоть. Я кинула недоумевающий взгляд на ее руку, которая весьма крепко вцепилась в кожу. Аркур отвела меня в сторону от своей группы поддержки, – признаться, мы все очень обеспокоены, – она зашептала, – поговаривают, этот раб непростой мальчишка.

Я вскинула брови.

– К чему вы клоните, Баронесса?

Она заговорила еще тише и слегка прикрыла свое лицо веер.

– Я слышала от весьма надежного источника, что ваш подарок наделен даром.

Я нахмурилась.

– И каким же?

– Говорят, он маг. Так ли это?

На моих губах появилась улыбка.

– Если бы у этого раба были магические способности, то король бы ни за что не отпустил бы его из-под своего надзоры. Вы так не думаете?

Баронесса прищурилась.

– Все так. Однако, вы уверены, что король знает о его силе?

– Вы полагаете, что вам и вашему надежному источнику известно о том, что мальчишка-раб владеет магией, а королю, который проверял его несколько лет и не обнаружил магических сил, об этом не известно?

Баронесса поджала губы.

– Вы знаете, что королевство нуждается в магах. Магическая башня почти пустует. У врагов имеется преимущество, которого у нас нет. Король по всей стране ищет любого, кто так или иначе обладает хотя бы толикой сил. Поэтому ваши домыслы неверны.

– Возможно, вы правы. Однако…

Я блуждала взглядом по залу. Возле одной из колонн я заметила леди Шерир. Она смотрела прямо в мою сторону. Как только наши взгляды встретились девушка кивнула и направилась к выходу в сад.

– Простите, Баронесса Аркур, – я прервала женщину, – но обсуждать с вами моего слугу желания нет никакого. Сегодня праздник принцессы, позвольте мне насладиться им.

Я убрала руку Баронессы со своего локтя и направилась к выходу.

Баронесса Аркур последний человек, естественно после короля и принцессы, с которым стоит ссориться. Она весьма злопамятна и любит превращать жизнь своих врагов в ад, однако времени слушать несусветную чушь, которая льется из ее рта, нет.

– Милая Маркиза, – передо мной вырос высокий мужчина, преграждая путь к саду, – и мы снова встретились.

Я подняла голову, чтобы посмотреть в знакомые глаза мужчины.

– Барон Клиффорд, добрый вечер, – я кинула взгляд за его спину. Леди Шерир замерла возле выхода в сад, ожидая меня. Она нахмурилась. Я незаметно кивнула, чтобы она шла пока без меня. Леди Шерир выскользнула на улицу, закрывая за собой стеклянную дверь.

– Ждал нашей встречи, не смел надеяться, что она так скоро состоится, – он поклонился.

– Неужели? Не знали о том, что маркиз Девоншир и его семья обязаны присутствовать на каждом празднике короля? – Я наклонила голову.

Чем больше смотрю на Раймонда, тем больше он кажется мне подозрительным. Элиас все еще собирает информацию о нем, поэтому пока у меня нет оснований подозревать его в чем-то. Однако за все тридцать шесть жизней я ни разу не слышала о его существовании. Возможно ли вообще такое? Его действительно настолько тщательно скрывали? Почему ж тогда в этой жизни он решил предстать передо мной? Это все случайные стечения обстоятельств? Возможно. В прошлые жизни, насколько мне помнится, меня не пыталась переехать карета и никто меня не спасал. Возможно, в прошлых жизнях мы просто с Раймондом разминулись.

– Ладно, признаю. Вы меня поймали. Я знал, что вы будете здесь, – Раймонд улыбнулся, – однако не думал, что сразу, как приеду, столкнусь с вами. Это приятная неожиданность. Не подарите ли вы мне танец, Ваша Светлость?– он протянул мне руку.

Насколько будет подозрительно отказать ему в танце и затем скрыться в саду? Наверное, настолько, что ему стало бы любопытно и он последует за мной. Раймонд напоминает мне хитрого лиса, который скрывается под маской любезности и вежливости. И пока у меня нет информации о нем, мне нужно быть крайне осторожной.

– Конечно, – ответила я вложив свою руку в его. Дрожь прошла по телу. И снова это ужасно знакомое мне чувство. Я кинула взгляд на Раймонда, но его будто бы не заботило соприкосновения нашей кожи. Возможно, я лишь накручиваю себя.

Эти дни я пыталась понять, что это может быть. Но ничего, кроме глупой и неуместной мысли о том, что это похоже на истинность, в голову не шло. Я перерыла всю отцовскую библиотеку, пытаясь найти хоть какую-то информацию, но четно.

Я решила свести все к тому, что я просто больна. Или у меня аллергия. Бывает же такое, аллергия на человека? Я знала одну леди, она покрывалась красными волдырями, как только соприкасалась с кем-то. Вот и у меня странная реакция на Раймонда из-за аллергии. Конечно, это весьма дурацкая теория. Однако более вероятная, чем то, что он мой истинный. Второй. Дурость!

Раймонд сразу же повел меня в центр зала. Будто по его желанию музыка в зале начала звучать громче, а люди вокруг расступились, давая нам место.

Я заметила косые взгляд некоторых леди, которые окружили Баронессу Акур. Мне не нужно слушать их, чтобы знать, о чем они шепчутся.

“О, как же так, пришла с одним, танцует с другим!”

“Какая невоспитанность!”

“Думает, если ее отец Маркиз, то ей все можно?!”

“Ни стыда, ни совести! Таких нужно из высшего общества поганной метлой гнать!”

– Вы чем-то обеспокоены? – Раймонд прижал меня к себе, но не слишком близко, соблюдая все приличия.

– С чего вы взяли? – Я подняла глаза. Его черные волосы доходили чуть ниже плеч, пряди с правой стороны были заправлены за ухо, а с левой ниспадали красивой волной на плечи. Голубые глаза обрамленные черными длинными ресницами, казалось, были сегодня еще ярче. С полных губ не сходила лисья улыбка.

– Вы напряжены и слишком часто поглядываете в сторону сада. Вас кто-то ждет?

Я выдавила улыбку.

– Если бы меня кто-то ждал, барон, я бы с вами не танцевала.

– Оу, как жаль.

– Что?

– Мне вдруг подумалась, что вы выбрали мое общество несмотря на планы. Жаль, что это не так. Хотелось почувствовать себя особенным.

Я внимательно вглядывалась в лицо Раймонда. Казалось, он не врет, но я была не настолько наивна. Мне ясно как день. Раймонд играет. Вот только в какую игру мне совсем непонятно. Очевидно, что он пытается расположить меня к себе. Для чего?

– Вам не нужно мое внимание, – я улыбнулась.

– Отнюдь. Мне бы хотелось только вашего внимания, милая маркиза.

Играет. Этот лис точно играет.

– Вот как, – я улыбнулась, – что ж, барон, на что вы готовы ради моего внимания?

Голубые глаза блеснули. Он сильнее придвинул меня к себе.

– А чего вы хотите?

– Хм. Отвечаете вопросом на вопрос. Мне такое не интересно, – я сделала вид, будто мне наскучил наш диалог, начала рассматривать гостей.

Я так долго живу среди змей и крыс, что отлично знакома с их правилами.

Если Раймонд желает играть, я с удовольствием принимаю его игру. Я давно не наивная глупая доверчивая дурочка, которую можно покорить красивым лицом и сладкими речами. И Раймонду это стоит понять.

– Моя ошибка, – произнес Раймонд, – буду знать, что маркиза любит прямолинейность. Мой ответ на ваш вопрос - все, что угодно. В рамках закона разумеется.

Я взглянула на него.

– Вы понимаете, что предлагаете мне?

– Определенно, Ваша Светлость.

– И неужели вам нужно только мое внимание?

– Только ваше внимание.

Я наклонила голову.

– Что ж, тогда жду вас завтра в полдень, – я отступила от него, – мы поговорим о том, что вы можете сделать, чтобы получить мое внимание.

– Как скажете, Ваша Светлость, – он обхватил мою руку, поклонился и затем коснулся губами моей ладони. И этот поцелуй не показался мне мерзким. Наоборот. Внизу живот приятно заныло, я на несколько секунд перестала дышать, – хорошего вам вечера.

***

Мне наконец удалось ускользнуть из зала. До прибытия принцессы осталось не так много времени и мне требовалось как можно скорее встретиться с леди Шерир, чтобы вернуться в зал, пока мой отец не заметил моего исчезновения.

Я шла по мощеной дорожке среди клумб с цветами и кустами роз. Уже стемнело. Дорожку освящали небольшие фонари, выстроенные вдоль.

Я прошла уже достаточно глубоко в сад. Дошла до старого дуба, с которого свисала качель принцессы. Раньше я была частой гостей во дворце и мы любили качаться на этой качели. Моих губ невольно коснулась улыбка. Воспоминания связанные с принцессой всегда были теплыми. Она считает меня старшей сестрой, что очень смущает.

Сейчас качель выглядела одиноко. Белоснежная краска начала выцветать, а обвивающие ее цветы будто утратили былую сочность. Хотелось подойти к ней, однако я отбросила эту глупую мысль и продолжила свой обход.

Леди Шерир должна ждать меня у фонтана, но там я ее не обнаружила. Я обошла почти весь сад.

Неужели она ушла не дождавшись меня? Или ее поймали?

Надеюсь, что все же она решила меня не ждать и вернулась в зал. Найду ее там.

Я развернулась, чтобы вернуться назад, однако дорогу мне преградили.

Каэль с ухмылкой на улице внимательно смотрел на меня, он подбрасывал темно-коричневый мешок в воздух.

Рядом с ним, бледная и сжавшаяся от страха, стояла леди Шерир. Ее нижняя губа подрагивала, а глаза были наполнены слезами, которые готовы вот-вот сорваться из глаз.

– Лживая маркиза, – Каэль последний раз подкинул мешочек вверх и ловко поймал его. Он разжал руку, и мешочек повис на его указательном пальце, – и что же вы здесь делаете? Случайно не это ищите? – Он кивнул на мешок с травами, – не хотите объясниться?

Он знает, что в нем. Он меня убьет.

Я постаралась выглядеть расслабленной и не показывать своего страха, который, как назло, был настолько сильным, что казалось, вот-вот и ноги перестанут меня держать. Еще и всхлипы леди Шерир не придавали никакой уверенности. Она успела ему что-то рассказать? Неужели сдала меня?

— Объясниться? Ты забылся? Это тебе следует объясниться! — Мой голос почти не дрожал, что было удивительно в данной ситуации,— кто позволил тебе покинуть территорию имения? Если мой отец…

— Твой отец назначил меня твоим личным стражем, поэтому я здесь. Охраняю потерявшуюся маркизу,— он улыбнулся.

— Мой отец ясно сказал, что пока твои навыки не настолько хороши, чтобы ты стал моим стражем!

— Сегодня утром он изменил свое решение.

Я сжала руки в кулаки, но тут же их разжала. Каэль постоянно играет на моих чувствах, я устала позволять ему делать все, что вздумается.

— Все равно. Какое право ты имеешь так пугать благородную леди? Леди Шерир вот-вот в обморок рухнет!

Каэль покосился на нее. Я, игнорируя здравый смысл, направилась в сторону Каэля. За его спиной висел меч, и ему ничего не стоило за секунду вытащить его из ножен, чтобы перерезать мне горло.

Леди Шерир нервно теребила оборку на своем платье и чуть ли не грызла нижнюю губу. Ее отец в темнице, и если королевская семья узнает о том, какие травы она посмела пронести на их территорию, то не сносить ей головы.

Я остановилась в паре шагов от Каэля, протянула руку и схватила леди Шерир за предплечье, затем притянула к себе. Она без сопротивления поддалась. Сразу же спряталась за мою спину. Обычно бойкая леди Шерир, которая кидается кислотой в покупателей, сейчас была поглощена ужасом.

– Что это? – Каэль снова кивнул на мешочек в его руках.

Неужели он не знает? Почему тогда он здесь? Я думала, что он выведал каким-то способом, что я собираюсь его отравить. Или он притворяется, что не знает? Проверяет меня?

– Тебя это не касается, – я попыталась выхватить травы из его рук, но он быстро спрятал их в потайной карман своей служебной формы.

– Не переживай, маркиза. Сохраню это для тебя, пока не вернемся в имение, – он похлопал по карману и снова улыбнулся.

Каэль сделал шаг ко мне, его рука потянулась к моему горлу.

Неужели задушит, даже несмотря на то, что рядом находилась леди Шерир?

Я невольно задержала дыхание и напряженно следила за Каэлем.

Задушит. Точно задушит.

Леди Шерир сможет в таком состоянии позвать на помощь?

Вряд ли. Она слишком напугана.

Я приготовилась отбиваться, когда рука Каэля неожиданно коснулась моих волос. Он пропустил пряди сквозь свои пальцы.

– Листочек, – на ладони моего палача лежал пожелтевший лист, – долго вы блуждали по саду, маркиза. Вам стоит вернуться, пока ваш отец не свихнулся от переживаний, – он скрылся за маской любезности.

– Верни леди Шерир ее вещь, – произнесла я.

– Хм, – Каэль наклонил голову, внимательно разглядывая меня, – думаешь, я отдам то, что может меня убить?

По спине побежали мурашки.

Леди Шерир сдала меня. Только она знала, какой именно заказ я сделала.

– Что за бред ты несешь? – Возмущенно спросила я. Голос, к счастью,не дрожал.

Каэль усмехнулся.

– Лживая маркиза продолжает притворяться, – на этот раз он схватил меня за горло.

Леди Шерир за моей спиной громко всхлипнула. Я же вцепилась в руку Каэля, которой он сжимал мое горло, и попыталась выбраться.

– Что. Ты. Творишь? – Говорить было трудно.

– Ненавижу ложь. И ненавижу повторяться. Хватит врать мне прямо в глаза, – он притянул меня к себя.

– Ты…

– Адриана! – Голос отца прервал меня. Каэль разжал пальцы и отступил назад в тот самый момент, когда отец свернул на нашу дорожку. – Вот ты где, дочка! Каэль, если ты нашел ее, почему сразу не привел?

Отец замер в паре метров от нас.

– Простите, Ваша Светлость, – Каэль развернулся к моему отцу. – Леди Шерир стало дурно, маркиза не могла ее оставить.

Отец одарил его хмурым взглядом, а затем перевел его на бледную леди Шерир.

– Нужно возвращаться внутрь. Время неспокойное. Не стоит блуждать здесь.

– Конечно, Ваша Светлость, – Каэль кинул взгляд на меня.

– Возвращайтесь с леди Шерир внутрь, мне нужно поговорить с отцом.

Глаза Каэля предупреждающе сверкнули. Леди Шерир продолжала цепляться за меня и не хотела уходить.

Я взяла ее руку в свою.

– Я вас найду в зале, – затем чуть приблизилась к ней, – он не сделает ничего, если вы будете на видном месте, – прошептала так, чтобы услышала только она. Леди кивнула и направилась внутрь. Каэль последовал за ней. Он обернулся и подмигнул мне. По коже побежали мурашки, казалось от холода, но это было не так.

– Дочь, нам тоже стоит вернуться.

– Почему Каэль здесь? Ты назначил его моим стражем?

– Да, он прибыл с нами, чтобы защитить тебя.

– Защитить меня? Ты же сказал, что он еще не готов.

– Утром я присутствовал на его тренировке. Его навыки хороши, в прошлый раз я этого не разглядел. Он будет отличным стражем.

Я нахмурилась.

– Но мне хватает Элиаса.

– Адриана, сейчас очень темное время. Страшные вещи происходят. Одного Элиаса недостаточно, чтобы обезопасить тебя.

– О чем ты говоришь?

Отец огляделся по сторонам, проверив, что никто нас не подслушивает.

– Барон Уклифф и маркиз Фрид были убиты.

– Что?!

– Тише, – Отец схватил меня за предплечье. – Никто об этом не знает. Король приказал держать это в тайне, пока убийца не будет пойман.

– Но причем тут я?

– Это мера предосторожности, дорогая. Убийства не случайны.

– Что значит не случайны?

– А вот этого я уже сказать не могу. Ты и так не должна знать об этом. Рассказал тебе об этом лишь за тем, чтобы ты была крайне осторожна и не пренебрегала своей безопасностью. Никуда не ходи одна.

– Ладно.

– Пойдем, ты замерзла, – отец накинул на мои плечи свой камзол.

Возвращаясь с ним внутрь, периферийным взглядом я заметила, как мелькнула тень от дерева к колонне. Я остановилась и попыталась вглядеться, однако из-за сгустившихся сумерек было сложно что-либо разглядеть.

— Адриана?— Отец остановился около входа и кинул на меня вопросительный взгляд.

— Иду, — произнесла я.

Не могло же мне привидиться?

Отец около получаса водил меня по залу и представлял своим новоиспеченным друзьям из ордена, который он не так давно возглавил. Я все еще понятия не имела, чем именно занимался этот орден. Официально он был создан для защиты империи, однако это не основная их задача. Во всех жизнях я пыталась выяснить, что происходит за закрытыми дверьми их собраний на самом деле, но они тщательно скрывают все, чем занимаются, что мне так и не удалось разузнать хоть толику информацию.

И мое любопытство растет.

Увидев, что я вымотана разговорами, отец отпустил меня. Я с облегчением скрылась в тени колонны и расположилась на одном из пуфов. Было ошибкой надевать настолько неудобные туфли. Знала же, что такие праздники обычно затягиваются до глубокой ночи. Тем более император и принцесса все еще не прибыли, хотя уже достаточно стемнело и гости изрядно успели напиться.

Леди Шерир завидев, что я осталась одна, тут же оказалась рядом со мной

— Ваша Светлость, клянусь, я ничего ему не говорила. Я не знаю, откуда он знает о нашей встрече. Я бы не предала вас. Мне не выгодно это делать, жизнь моего отца зависит от вас. Вы мне верите? – Сразу же начала она.

На ее глазах застыли слезы. Бледность сошла на нет, и она больше не тряслась от страха, как осиновый лист.

Я окинул зал взглядом, пытаясь отыскать Каэля. Он и еще несколько сопровождающих расположились у подножья лестницы, ожидая, когда их господа решат покинуть праздник.

Наши взгляд встретились. Каэль подмигнул мне. Я поджала губы и отвернулась. Страшно представить, что случиться, когда мы вернемся домой и останемся наедине, а это наверняка случится не без его помощи.

— Уже не столь важно, верю я или нет. Каэль знает о моих планах.

— Травы вы приобрели для него?

Я кинула на леди предупреждающий взгляд, она тут же стушевалась.

— Простите, не мое дело. Однако, можно я спрошу?

Я кивнула.

— Он не просто раб? Верно? Поэтому так смеет вести себя? У него на вас что-то есть?

— Вы правы, леди, это не ваше дело,— холодно ответила я.

— Простите мне мое любопытство. Посмею все же еще добавить, что знаю человека, который знает другого человека и этот человек избавляется от мусора за считанные дни без свидетелей.

Я вскинула брови.

— Боюсь спросить, откуда вам известны такие люди?

— Наша лавка очень популярна, леди. Я и моя госпожа много тайн там похоронили. Если вам нужна будет помощь, то я могу подсказать, где ее найти.

– Ее?

– Да, маркиза, ее.

Хм. Девушка - наемница? Это интересно. Я слышала, что такие есть, но встречалось подобное крайне и крайне редко. На тысячу наемников может приходиться только одна женщина.

— Пожалуй, пока откажусь. Рано еще для столь категоричных мер.

— Поняла. Но знайте, что у моего предложения нет срока. Вы можете обратиться в любой момент.

Заметно, что леди Шерир чувствовала вину и, чтобы хоть как-то ее загладить, предлагала мне помощь.

— Буду знать.

– Маркиза Девоншир, – рядом с нами появился тучный мужчина, я не сразу узнала в нем Герцога Айситского.

– Ваша Светлость, – когда все же я поняла, кто передо мной, я поднялась на ноги и присела в реверансе, – какое счастье, что вы поправились и оказали нам честь вновь вас увидеть.

– Прекрасная маркиза Девоншир, я тоже счастлив видеть вас, – он взял мою руку в свою и коснулся обветренными губами.

Мимо нас проносился официант. Я нашла повод освободиться от нежеланных прикосновений. Подхватила два бокала с подноса и один протянула герцогу.

– Выпейте со мной, – я улыбнулась. Герцог Айситский был весьма известен тем, что любил алкоголь, много алкоголя и молодых женщин, несмотря на то, что он был женат. Герцогиня Айситская же, казалось, будто бы вообще была отрешена от светского мира. Ее не волновал загульный образ жизни мужа изменщика. Она проводила все свое время за уходом за своей матерью и детьми. И в редких, крайне редких случаях выходила в свет, когда ее муж сам не мог присутствовать из-за проблем со здоровьем.

Я презирала герцога, однако приходилось терпеть его общество, как, в принципе, и большую часть знати в этом помещении. Рассадник лицемеров и жадных до сплетен отбросов.

– Как я могу отказать вам, милейшая, – он принял бокал, при этом не лишил себя удовольствия провести своими пальцами по моей ладони, делая весьма недвусмысленный намек. Его губы растянулись в мерзкой ухмылке. К счастью, любые проявления заинтересованности мною ограничивались подобными выходками. Он не переходил эту черту. Боялся скандала. Мой отец был далеко не последним человеком, а я - единственная любимая дочь. Даже у такого мерзавца есть чувство самосохранения.

Боюсь представить, что могло бы случиться, если бы мой отец был менее важным человеком.

Я знаю, что Герцог не брезгует принуждением. И даже была знакома с девушкой, которой не посчастливилось попасть в поле зрения этого гнусного подонка. Он ее принудил, опорочил бедную девчонку. После чего семья отказалась от нее. Ей пришлось бежать из города. А этому ублюдку ничего не было. Он продолжил жить и вытворять подобное.

Я сделала глоток напитка и пробежалась взглядом по залу в поисках отца. Теперь я была не прочь снова пообщаться с его друзьями, лишь бы избавиться от общества герцога.

– Маркиза, вы…, – Герцог начал говорить. Я перевела взгляд на него и отшатнулась, – я…, – его лицо покраснело, вены на шее вздулись, – я…, – он шагнул вперед, на меня, бокал выпал из его руки, он попытался расстегнуть пуговицы на рубашке, хватал ртом воздух. Его лицо стало почти синим, он задыхался. Звон разбитого бокала привлек внимания, нас окружили.

– Лекарей! – крикнул кто-то из толпы.

– О, Боги, что с ним?

– Приступ?

– Он задыхается?

Герцог рухнул на пол, забился в конвульсиях. Изо рта пошла пена вперемешку с кровью, глаза закатились, лицо опухло. Его было не узнать.

– Маркиза, – леди Шерир взяла меня за локоть, – его отравили.

Я оцепенела. Не могла пошевелиться. Просто смотрела на дергающегося Герцога, не моргая.

Все происходило слишком быстро. Лекари. Носилки. Герцога перекладывают на них. Поднимают. Уносят. Кто-то толкает меня. Я падаю на колени.

– О боже, что это?

– Это выпало из ее рукава?

Я моргаю. Передо мной лежит мешок с травами. Не тот мешок, который забрал Каэль. Другой.

– Да, ее. Я видела.

– Что это?

Один из стражей поднимает мешок.

– Маркиза Девоншир, – кто-то зовет меня. Я поднимаю голову и смотрю на человека перед собой. Сразу же узнаю капитана гвардии. Он хмуро смотрит на меня сверху вниз. Рядом с ним появляется один из лекарей. Он берет мешок. Открывает. Высыпает содержимое на ладонь в перчатке. Глаза лекаря округляются.

– Э-это яд, – произносит он. Все вокруг ахают.

– Маркиза Девоншир, вы арестованы за попытку отравления Герцога Айситского.

Я моргаю.

– Этого не может быть, – голос отца. Он прорывается сквозь толпу и оказывается возле меня. Его руки обхватывают мои плечи, – моя дочь не способна на такое.

Я моргаю снова. Перед глазами все еще стоит посиневшее опухшее лицо Герцога. Я настолько поражена, что потеряла дар речи. Я действительно могла бы сотворить подобное с Каэлем? Его бы лицо также посинело и опухло? Он бы тоже корчился в мучениях? Из его рта пошла бы пена, и он бы умер прямо на моих глазах?

Я не смогла бы. Не смогла…

– Адриана, – отец тряхнул меня, избавляя от оцепенения, – у нее шок, не видите? – Отец посмотрел на гвардейцев, которые окружили нас.

– Я не травила Герцога, – наконец подала голос.

Этого было недостаточно.

– Пройдите с нами, маркиза. Мы не хотим применять силу.

Отец помогает мне встать. Я поднимаю голову и оглядываю зал. Осуждающие взгляды давят. Все шепчутся.

– Как она могла?

– Бессовестная.

– Еще и во дворце.

Мой взгляд находит Каэля. Он на том же месте, где и был последний раз. Привалился к стене, руки скрещены на груди. Он наклонил голову и хмуро посмотрел на меня, будто пытался понять, что сейчас произошло.

Единственное, что понимаю я - кто-то подставил меня и кажется, это был не Каэль