Истинный для проклятой принцессы

Быть ведьмой мне всегда нравилось больше, чем быть принцессой. 

У принцессы Роланы много обязанностей: встречать гостей; выслушивать пожелания подданных, сидя по правую руку от отца; изучать науки и разбирать судебные доносы. А всё потому, что папочка твёрдо решил оставить королевство мне, а не младшему брату. Но это всё пустяки по сравнению с тем, что принцесса Ролана не может даже по замку передвигаться в одиночку. Её всегда должна сопровождать хотя бы камеристка, а лучше в компании с парой гвардейцев.

Ходят вечно за мной по пятам и причитают: «Принцесса Ролана вам не подобает находиться на кухне! Принцесса Ролана, вы не можете развешивать бельё!» А мне просто нравится трудиться и помогать.

У ведьмы Роланы куда больше свободы, хоть и обязанностей не меньше. Ведьмовская наука иногда давалась мне сложнее, чем счёт и письмо, но она делала меня ближе к людям и природе. Каждое сваренное зелье, каждая приготовленная мазь несла кому-то пользу. А официальное письмо с поздравлением сорокалетия короля Гаттона никому пользы не несёт! Старый король никогда не сможет преодолеть защитный барьер и воплотить все те угрозы, что всегда присылает в ответ на очередное поздравление!

— Принцесса Ролана! Вас уже ждёт король! Вот-вот должны прибыть женихи! Вы должны их встретить! — разнёсся по саду звонкий, почти визгливый голос камеристки.

Даже выглядывать из-за куста не надо, чтобы понять: Лорета в ужасе, потому что в очередной раз меня потеряла. 

— Принцесса Ролана! — голос камеристки почти перешёл в сдавленный писк.

Очень хотелось, как в детстве, просто отмолчаться и просидеть в саду до ужина. Папа пожурит потом немного, а после махнёт рукой и примется расспрашивать, где же я пряталась. Но камеристка уже немолода и судя по тону вот-вот если не упадёт в обморок, то сойдёт с ума.

Холера забери всех этих женихов!

Вздохнув, я отложила томик стихов и выбралась из своего нового укрытия в кустах сирени. Одёрнула платье, поправила меховую накидку и как ни в чём не бывало направилась по тропинке в сторону замка. Через пару минут меня догнала раскросневшаяся Лорета. Она как выброшенная на берег рыба открывала и закрывала рот, но не издавала ни звука. Мне навстречу бежали два гвардейца. Шум от бряцания их доспехов стоял такой, что у меня голова разболелась. Просила же при мне не носить железки!

«Застынь», — пробормотала одними губами и коротко взмахнула рукой. Оба гвардейца замерли. Один с занесённой ногой для шага, а второй в полуприседе, подавшись корпусом вперёд. Одни только глаза бегали по кругу.

— Сможете двигаться, когда уйду, — обронила я, проходя мимо одной из причин моей нелюбви находится в замке.

Может, мама была не права, велев ведьмам забирать меня на обучение в лес? Каждый раз после возвращения все те звуки, которые наполняли замок, меня оглушали. Даже заклятие глухоты не могло приглушить мир для меня настолько, чтобы голова не раскалывалась. Пройдёт ещё пара месяцев, прежде чем я привыкну к шуму замка.

— Зачем вы так с ними, принцесса Ролана? Они же просто вас искали! — возмутилась пришедшая в себя камеристка.

Вот уж кто никогда не меняется. Уж пятнадцать лет со мной, а по-прежнему критикует каждое моё действие. Я по привычке отмахнулась. Какой толку в очередной раз объяснять, что ведьме стража, как мёртвому припарка. Вместо этого я сделал глубокий вдох, растянула губы в улыбке и, обходя замок, вышла к крыльцу. Отец уже разговаривал с новыми кандидатами в женихи.

— Говорят, ваша дочь прекраснее всех на свете! — заявил высокий, широкоплечий парень и тут же спросил: — Только где она?

Холера забери эту напасть! Ещё один любитель прекрасных дев на мою 

— А я слышала, что принцесса превосходно поёт! Она споёт что-нибудь для нас? — произнёс второй, поменьше, но такой же широкоплечий, как и первый.

— А я слышал, что трон вы передадите ей, а не вашему сыну. Это правда? — поинтересовался третий, коренастый мужичок, оттесняя первых двух в сторону.

Я шла и отчётливо слышала, как скрипит кожаный браслет на запястье отца. Когда король изволит гневаться, но не может этого показывать, он начинает тереть подаренный мной браслет. Что ж, пора спасать отца от этих меркантильных увальней!

— Принцессе для начала нужно найти жениха, а уже потом думать о троне, — произнесла я, подходя к крыльцу замка. — И нет, принцесса не будет для вас петь. Это вы должны доказать, что достойны занять место подле меня.

Кандидаты в женихи тут же развернулись и раскрыли рты. У меня аж руки зачесались, как захотелось накинуть на себя личину. Но мы с отцом договорились, что на время приезда женихов я этого делать не буду.

— Ролана? — позвал отец и умоляюще посмотрел на меня.

Я обвела взглядом каждого из новоприбывших, прислушалась к себе и пожала плечами. Когда тётушка Ирмалинда даровала мне спасение в виде суженного, ничего не сказала о том, как его отыскать.

Собственно из-за того, что непонятно, как отделить прохиндеев от действительно нужного мне мужчины, я и была против смотрин! Но отец решил, что так надёжнее и быстрее. А матушка… Чем старше становилась я, тем хуже становилось ей. Даже рождение Гереона не смогло заставить маму перестать переживать из-за моего проклятия. Она бледнела, худела и окончательно слегла после моего семнадцатого дня рождения. Отца это тоже подкосила, и я не смогла отказать ему в попытке сделать хоть что-нибудь в нашем почти безвыходном положении.

— Позвольте представиться, — надменно произнёс тот, которого интересовала моя красота, — принц Артур из королевства…

— Не стоит, — оборвала я его. — Ваш титул никак не повлияет на мой выбор. Прошу, входите в замок. Слуги проводят вас в крыло, где ожидают начала испытаний другие кандидаты.

Принц недовольно на меня посмотрел, но возражать не стал. Он развернулся и, кивнув отцу так, словно они уже стали родственниками, прошёл в замок. Два остальных претендента продолжали на меня таращиться во все глаза.

— Вы прекраснее, чем о вас говорят, — пробормотал коренастый.

— Ваш голос ещё прекраснее, чем я представлял, — заявил тот, что намеревался выторговать от меня развлечение.

— Рада, что наша встреча оправдала ваши ожидания. Прошу, заходите в замок, — я обошла женихов и провела рукой, чуть добавив в жест магии, чтобы они уже начали двигаться в нужном мне направлении.

Как только за новой партией женихов закрылась дверь, отец вздохнул и запрокинул голову. Я встала рядом с ним. Мы молчали. Нам не надо было говорить, чтобы понимать друг друга. Я чувствовала, как он устал. 

Устал встречать всех этих претендентов. Половина из них просто явились пожить в замке за наш счёт! Парочку мы всё же выгнали за неподобающее поведение. Вторая половина уже видит себя на его троне, и я опасалась, что мирно отказ они не примут.

А ещё отец устал ждать появления того, кто может решить нашу проблему.

— Наверное, стоило тебя послушать, — произнёс отец и, опустив голову, взглянул на меня. — Ты такая юная, но уже такая мудрая! Никогда к этому не привыкну.

Он обнял меня и поцеловал в макушку. По телу разлилось тепло, и я зажмурилась, стараясь его впитать и запомнить.

— Может, мы их всех просто выгоним? — предложила в очередной раз.

— Нельзя, милая. Тогда нас посчитают обманщиками, и мы точно не сможем отыскать для тебя того единственного, который нам нужен, — со вздохом ответил отец.

Отец выпустил меня из объятий и развернулся, намереваясь войти в замок. Но дверь внезапно распахнулась, и на улицу выглянул мальчишка-дозорный.

— Ваше величество! Ещё едут! — выпалил он и быстро скрылся в замке.

Отец вздохнул, развернулся и сложил руки за спиной. Я тоже обернулась и прикрыла глаза вслушиваясь. Благодаря острому слуху, которым меня наградила одна из ведьм, я отчётливо расслышала топот шести коней.

Как-то слишком много женихов на меня одну собралось. Они так и вовсе могут взбунтоваться и захватить замок!

Долго ждать себя гости не заставили. Они дружной кавалькадой въехали в замковый двор. Едва я его увидела, то поняла: вот он!

Долго ждать себя гости не заставили. Они дружной кавалькадой въехали в замковый двор. Едва я его увидела, то поняла: вот он! Именно его я ждала!

Впереди всех своего седока нёс поджарый, мускулистый, чёрный конь. По тому, как конь двигался, как реагировал на малейшие движения седока, я поняла, что лучше скакуна мне не найти. Гриву и хвост у коня заплели в маленькие косички. Они взмывали вверх и опадали наскоку. Когда владелец красавца остановился прямо перед крыльцом, я поняла, что в косички гривы что-то вплели. Единственное, чего я не понимала, так это почему наездник ничего не сделал, чтобы это что-то не ранило ему лицо. Щёки владельца скакуна исполосовали тонкие, налившиеся кровью царапины.

Он слез с коня, кинул повод подбежавшему слуге и развернулся к нам. Его спутники ещё только смешивались, а он уже поднялся по лестнице и склонил перед нами голову.

— Позвольте представиться, я младший сын короля Гаттона Эрвин, — проговорил владелец моего будущего скакуна и вскинул голову.

Я натолкнулась на острый, полный любопытства взгляд принца. Он открыто смотрел мне в глаза и словно пытался проникнуть в душу. Я перевела внимание на исполосовавшие его щёки раны и поинтересовалась:

— Это вас так наказали за то, что решили попытать счастье и попробовать жениться на мне?

Принц усмехнулся и поспешил спрятать ухмылку за кашлем, прикрывшись кулаком. При этом он старался не прикасаться к ранам.

— Нет, что вы, — всё тем же спокойным голосом ответил Эрвин. — Отец сам отправил меня. Это средний брат так неудачно подшутил надо мной.

Эрвин добродушно улыбнулся, взглянул на отца и снова обратился ко мне:

— Я слышал, что у вас невероятный целительский дар, и хотел бы попросить…

— Говорите проще, я — ведьма, — перебила его и, не давая принцу возможности оправдаться, добавила: — Ступайте в замок. Лекарка вас навестит и промоет царапины.

Принц не спорил, не пытался что-то требовать. Он коротко поклонился мне, затем отцу и медленно направился к двери. Его место тут же заняли пятеро других молодцев. Они радостно нам улыбнулись и в голос поздоровались. У меня аж в ушах зазвенело. Что они после этого говорили, я уже не слушала. Спроваживал их отец.

Я же отыскала взглядом скакуна, который идеально подходил для моих планов. Отметила, что слуга повёл его в дальнюю конюшню. Собственно, мне только верного коня и не хватало. Осталось теперь подгадать удачный случай! А случай не заставил себя долго ждать.

Из-за наплыва женихов пристальное внимание стражи почти полностью сосредоточилось на гостях. Отец посчитал, что эффективнее будет следить, чтобы молодцы не покидали выделенного для них крыла, чем пытаться оградить меня от встречи с ним. Но эти неугомонные женихи всё равно как-то умудрялись «случайно» со мной столкнуться, а раз уж «мы так удачно встретились», то пытались познакомиться поближе.

Должна признать, что в такие моменты я была рада приставленной ко мне камеристке. Она бойко выпроваживала кавалеров, и пока ещё ни одного такого ловкача не постигла участь увидеть, как принцесса гневается.

Единственное, где я никак не могла отвертеться от общения с женихами, это ужин. Нам пришлось поставить дополнительно столы и лавки, чтобы вся эта орава поместилась в столовой. Правда, сегодня гостям пришлось потесниться, чтобы точно все смогли сесть за столы.

Я сидела на своём месте и внимательно следила за всем. Как поварята разносили еду, как виночерпий разливал по кубкам вино. А главное, я следила, чтобы никто ничего не наливал Гереону. Младший брат с завистью следил за гостями, но отец категорически запретил брату пить вино. 

Отец грустно взирал на шумную толпу разновозрастных молодцев. Мне даже заклятие не нужно было читать, чтобы понять: отца эти гости уже достали и он с великим удовольствием выставил бы их прочь. Вот только до официального объявления соревнований между женихами ещё месяц. А эти гости уже успели изрядно подъесть наши запасы.

Я дежурно улыбнулась на очередной пьяный возглас, который присутствующие приняли за тост в мою честь. Тёплая рука отца легла поверх моей.

— Скоро это закончится, — произнёс он одними губами и сжал мою ладонь.

— Конечно, — так же ответила ему я.

Дождалась появления виночерпия, извинилась перед отцом и быстро покинула ужин. Как и рассчитывала, уже изрядно набравшиеся женихи не обратили на это внимание. Увязавшуюся было за мной Лорету я попросила вернуться в столовую и проследить за братом.

— У принца Гереона есть камердинер, — возмутилась камеристка.

— Да и он во всём ему потакает! Лорета, мне больше не на кого положиться, пожалуйста. Я зайду к матушке, а затем пойду к себе. Все представляющие опасность для моей части мужчины находятся в столовой.

Камеристка вздохнула, попросила пообещать, что после матушки я сразу же отправляюсь к себе, и вернулась в столовую. Что ж, Лорета, даже принцессы иногда вынуждены обманывать.

Но перед тем как покинуть замок, я намеревалась заглянуть к маме.

Я хотела проверить её состояние. Удостовериться, что с ней ничего не случится до моего возвращения. А ещё спросить про ведьму.

Почему-то никто не желал рассказывать мне про Лит. Все делали вид, будто её не существует, а проклятие — ерунда, которую решит предназначенный мне судьбой суженный.

Мне приходилось собирать чужие оговорки и складывать информацию о ведьме по крупицам. Я знала, что когда-то давно её изгнали из ковена ведьм за жестокость и чрезмерное себялюбие. Ведьма не может жить только для себя. Она должна беречь свой свою семью, свой дом, свой ковен. Лит же была готова придать всех и каждого, лишь бы оставаться молодой, красивой и сильной. Поэтому я не думаю, что она позволит моему суженному просто взять и пробудить меня от волшебного сна.

Вряд ли мама знала что-то о Лит больше, чем ведьмы ковена, но она точна что-то знала о проклятии. Иначе мама бы так не переживала.

Я поднялась на третий этаж замка, прошла в крыло с королевскими покоями. Гвардейцы около двери приветственно отсалютовали мне, и один из них доложил:

— Её величество ужинает.

— Хорошо, — ответила я и, приоткрыв дверь, вошла в комнату.

У кровати сидела Лоре и кормила маму с ложечки. При виде меня личная горничная королевы мне улыбнулась.

— Позволишь мне? — спросила я, подходя ближе и протягивая руку к тарелке с супом.

Лоре кивнула и передала мне тарелку.

— Я подожду за дверью, — шепнула Лоре и вышла из спальни.

— Ты что-то задумала, — слабым голосом произнесла мама, когда за Лоре закрылась дверь. — Чтобы это ни было, не говори отцу.

Я поставила тарелку с супом на прикроватную тумбу и принялась читать заклятие. Но как в прошлые разы, ничего не нашла. Ни проклятия, ни сглаза, ни какой-либо серьёзной болезни у мамы не было. Только общее истощение. Душевное и телесное.

Мама перехватила мою руку, находившуюся в паре сантиметров над её грудью. Я едва почувствовала, как тонкие пальцы сжались. Накрыла её руку второй своей и, встав перед кроватью на колени, поцеловала в щеку.

— Как мне тебе помочь? — спросила, кладя голову ей на плечо.

Мама обняла меня второй рукой и прошептала:

— Это я должна тебе помочь, но не могу даже встать с кровати.

Мы обе замолчали. Я вдыхала запах трав, который окутывал маму с тех пор, как она слегла. Она поглаживала меня по щеке.

— Мама, расскажи мне о проклятии, — попросила я, нарушая тишину.

— Ты ведь уже сама всё выяснила о нём.

— Расскажи то, что не знают другие.

Мама вздрогнула. Я приподняла голову и взглянула маме в глаза.

— Я знаю, что ты что-то знаешь о проклятии, но держишь в тайне. Расскажи мне. Может, тогда я пойму как его снять.

Мама прикрыла ненадолго глаза и часто-часто задышала. Я не торопила её.

— Там, откуда я родом, есть сказка о Спящей красавице, — глухо проговорила мама и открыла глаза: — Вариаций этой сказки много, но все они сводятся к тому, что девушка засыпает, а вместе с ней и вся её семья. Разрушить этот сон может только принц, который полюбит девушку. Если легенда из моего…

Мама резко замолчала, будто боялась сказать что-то лишнее.

— Из твоего дома? — подсказала я, боясь, что она упустит мысль или больше ничего не скажет.

— Да, из моего дома. Если она окажется правдивой для нас, то проклятие не снять, пока она не осуществится.

— Но тогда все просто проснутся вместе со мной, — проговорила я и задумала, можно ли как-то расширить воздействие проклятия или, наоборот, уменьшить.

— Но не во всех тех легендах уснувшая с принцессой семья смогла проснуться. Некоторые из них просто умерли во сне, — глухо произнесла мама.

— Я не позволю ничему этому случиться! Ни ты, ни отец, ни Гереон не пострадаете от проклятия!

Мама улыбнулась и протянула ко мне руку. Она коснулась влажными, прохладными пальцами моей щеки.

— Ты сильная девочка. Знаю, что ты найдёшь выход. Но тебе нужно поторопиться, пока твой замок ещё есть. Боюсь, что наш король переоценил силы ковена в защите нашего рода. Противопоставить тому количеству женихов, что он уже собрал и что ещё едут к нам в замок, ни нам, ни ведьмам просто нечего.

Я поцеловала мамину ладонь и встала.

— Я всё исправлю.

Развернулась и вышла из комнаты. Лоре тут же вошла в спальню, а гвардейцы снова мне отсалютовали.

Интуиция кричала, что сейчас тот самый момент, которого я столько лет ждала. А моя интуиция ещё никогда меня не подводила!

Выбраться из замка оказалось не так просто, как я думала. Мне пришлось сильно постараться, чтобы попасться на глаза тем, кому нужно, и не попасться тем, кому не нужно. Все должны считать, что я в своей комнате. А обнаружить моё отсутствие должны только утром. Тогда я смогу уехать от замка достаточно далеко, чтобы меня не смогли сразу же вернуть.

И если усыпить гвардейца у своей комнаты оказалось просто, то обойти женихов, отчего-то именно сегодня решивших перенести поздний ужин на свежий, ночной воздух, оказалось непросто. Сама я бы легко проскользнула. Слуги у женихов интереса не вызывали, поэтому никто не обратил внимание на худощавого мальчишку, проскользнувшего к конюшням. Но мне нужно увести с собой коня. А на него личину слуги не натянешь!

Стоя около конюшни, я пыталась решить, как быть.

Заколдовывать всех нельзя. Тётушка Ирмалинда тут же почувствует магию и пойдёт проверять. А тогда быстро раскроются мои планы.

Просто взять коня и попробовать выехать из замка рискованно. Я видела принца Эрвина среди ночных гуляк. Вряд ли он не узнает своего коня и не попытается меня остановить. А если не остановит, то поднимет шум, что опять же слишком рано раскроет мой побег.

Как же быть?

Моё внимание привлекли шаркающие шаги. Обернувшись в сторону площади, увидела пошатывающийся силуэт на тропинке среди ещё не обзавёдшихся листвой деревьев. Кто-то направлялся к конюшне. Я быстро скользнула внутрь и успела спрятаться в одном из стойбищ, когда темноту разогнал ярко вспыхнувший огонь.

Как странно! У шедшего к конюшне человека никакого светильника в руках не было. Факел не мог так быстро разгореться, да и удара кресала я не слышала. Откуда же тогда взялся такой яркий свет?

Я тихо и медленно втянула носом воздух и затаила дыхание. Нет, у пришедшего горит явно не факел. Не чувствуется горечь сгораемой ткани. Человек шёл по конюшне уверенной поступью. Значит, там на улице он всего лишь притворялся пьяным. Очень хотелось выглянуть и узнать, кто это такой хитрый появился в нашем замке, но я боялась выдать себя. Пришлось смириться с тем, что, скорее всего, это пока останется для меня тайной.

Неизвестный прошёл через всю конюшню и остановился. Послышался лязг засова, короткий скрип петель. Он открыл стойло. Конь недовольно всхрапнул и трижды ударил копытом.

— Ну же, не упрямься, выходи, — услышала я шёпот и узнала принца Эрвина.

Куда это он собрался ехать среди ночи да ещё и на моём коне?!

Я почти вскочила. Начала приподниматься, когда услышала шаги нескольких человек. Один из них шаркал, второй шёл грузно, притопывая, а у третьего походка была неоднородной. Он переставлял ноги  то быстро, то медленно.

— Ваше высочество, куда же вы? — послышался хор пьяных голосов.

Пришлось снова присесть, чтобы меня не увидели.

Я слышала, как троица ввалилась в конюшню, ударяясь о двери. Один из них стукнулся в дверцу стойла, в котором я пряталась. Этот кто-то громко икнул, а потом заявил:

— Мне кажется, виночерпий нас обманул, и в подвалах замка ещё есть вино! Предлагаю поискать!

— Вам уже пара искать свои постели, а не вино, — недовольно проворчал Эрвин.

— А вы так и не сказали, куда собираетесь, — гнусаво заметил второй визитёр.

— На прогулку! Люблю, знаете ли, кататься при свете звёзд! — ехидно ответил принц и вздохнул. — Только эта животина опять упрямится!

— Здесь столько коней, думаю, король не обидится, если вы возьмёте одного из них. Они ведь всё равно станут скоро вашими, — произнёс третий и захихикал.

— Перестань! — оборвал его принц.

Я расслышала, как захлопнулась дверца и снова скрипнул засов. Кажется, принц отказался от ночной прогулки. По приближающимся шагам, поняла, что он идёт к своим дружкам.

— Пошли, пока нас никто не хватился и не пошёл искать. Завтра придумаю какой-нибудь предлог, чтобы выехать из замка.

Слова Эрвина звучали резко. Никто из пришедших ему не возразил. Напротив, они резво стали выбираться из конюшни. Свет пропал. Конюшня снова погрузилась в темноту. Но выбираться я не спешила. Слышала, что мужчины стоят на улице. Друзья принца уговаривали его поискать вино, но тот отказался и велел им идти спать. Оставшись один, принц потоптался ещё немного перед конюшней, потом тоже ушёл.

На всякий случай я ещё немного выждала и только потом выбралась из укрытия. Мне не требовался свет, чтобы передвигаться по конюшне. Я знала её как свои пять пальцев. Быстро прошла туда, где стоял чёрный конь. Медленно отодвинула щеколду, чтобы она не клацнула. Так же медленно открыла дверцу, чтобы не скрипнули петли. Вытянула левую руку вперёд и в ладонь мне тут же ткнулся влажный, горячий нос.

— Привет, — прошептала я и прикоснулась второй рукой к морде коня, — тебя сегодня хорошо покормили?

— Да, — коротко ответил конь.

— Хорошо. А вычистили ли тебя?

— Да.

— Хорошо. А согласишься ли ты на время стать моим конём?

Конь ударил копытом, всхрапнул и мотнул головой. А затем всё так же коротко ответил:

— Да.

— Отлично, — я провела ладонью по его шее и вошла в стойло.

Уздечка и седло конюший оставил у дальней стены. Чтобы оседлать коня, мне пришлось всё же сотворить для себя маленький световой шарик. Конь смирно стоял, пока я его седлала, и сам вышел из стойла, когда всё было готово. Я поправила сумку, одёрнула дорожный плащ и тоже вышла из стойла. Запирать не стала, ни к чему. Обогнала коня и, прежде чем покинуть конюшню, прислушалась. Никого рядом не было. Мы вышли на улицу, и я прикрыла двери конюшни.

В отдалении, где-то из глубины сада, слышались мужские голоса. Что ж, хотя бы с площади они ушли. А значит, самое время быстренько покинуть замок.

Брать коня под уздцы не пришлось. Он сам за мной дошёл до ворот. С помощью заклятия я подняла балку. Навалилась на одну из створок и приоткрыла её так, чтобы конь смог пройти. Прошла сама и быстро закрыла створку. С той стороны послышался глухой стук.

Я обернулась и огляделась. Шедшая на убыль луна ярко осветила ведущую в лес широкую, утоптанную дорогу. Деревья при её свете казались чёрными, но меня они не пугали. Возможно, принцессе Ролане действительно стоило опасаться в одиночку пускаться в дорогу. Но ведьма Ролана прекрасно знала, как за себя постоять. Да и личина парня должен был избавить меня части проблем.

Я взобралась в седло и коротко тронула пятками бока коня. Он не сорвался в галоп, а рысцой побежал по дороге. Отъехав от замка всего на несколько метров, услышала крики со стены замка. Обернувшись, увидела, что там забегала стража. Только потом до меня дошло, что я забыла про самое важное! Я забыла про часовых!

Но исправлять оплошность уже поздно. Остаётся только надеяться, что конь действительно окажется быстрым и выносливым. Пришпорив его, попросила скакать быстрее. Конь всхрапнул и поскакал вперёд, постепенно ускоряя темп. Стража ещё суетилась на стенах, а мы уже въехали в лес.

Меня тут же окутал знакомый аромат хвои и влажной земли. Улыбнувшись, пригнулась ближе к холке и попросила коня не сбавлять темп. Проскакав по дороге до развилки, я остановила его и, не спешиваясь, спросила:

— Сможешь ли ты по своим следам вернуться сюда?

Конь всхрапнул, затем приглушённо ответил:

— Могу, но только если буду идти шагом.

Погони за нами я ещё не слышала, но терять время всё равно не хотелось. И так задержалась из-за принца Эрвина и его друзей. Если не успею к рассвету добраться до храма, то потеряю целый день. А это уже сильно усложнит моё положение. Пережидать целый день в соседней с храмом деревушке нельзя, а следующая находится в двух днях пути. Можно было бы и в лесу найти укрытие, но я не взяла с собой припасов, рассчитывая попросить их в храме.

Что ж, по всему выходило, что придётся рискнуть, и воспользоваться магией, чтобы запутать гвардейцев.

Я достала из кармана плаща клубок из шпагата. Прошептала заклятие и кинула его на дороге, ведущую вправо. Коня повернула на вторую дорогу и попросила ехать как можно быстрее. Конь сорвался в галоп, едва меня не скинув. Пришлось снова пригнуться и крепче сжать поводья.

Клубок на соседней дороге подпрыгнул и тоже резво покатился вперёд. Я опустила голову и чуть развернулась, чтобы разглядеть оставляемые на дороге следы. Позади коня следы копыт сливались в прямоугольную полосу шириной в половину ладони, словно по дороге не конь скакал, а шар катился.

Надо же! Получилось! А тётушка Бертина не верила, что у меня получится! Если заклятие сработало полностью, то даже если с гвардейцами будет ведьма, то, даже развеяв заклятие, она и на второй дороге получит следы конских копыт. А если нет, то потеряет не один час, чтобы распутать заклинание. Во втором случае у меня будет не так много времени, но это лучше, чем ничего. 

Ещё одной неизвестной в моём плане был Храм жрецов Огня. Я не знала, смогу ли покинуть его сразу после разговора с дедушкой или придётся ждать следующего дня. Мне удалось выяснить, что войти в Храм можно только на рассвете. Ни в какое другое время служители посетителей не пускают. По-другому встреться с дедушкой не получится. Он стены Храма не покидает. А чутьё подсказывало, что без него я ведьму в лучшем случае искать буду долго, в худшем же и вовсе не найду.

Так что, когда дорога вывела нас из леса и я увидела на небе багровую полосу, попросила коня ехать быстрее.

— Быстрее не могу, — всхрапнув, ответил конь. — Заклятие не позволяет.

Я чуть из седла не выпала от такого заявления.

— Какое заклятие? — спросила, а сама уже спешно творила знак для обнаружения чужих чар. Моё заклятие точно никак не могло сковать коня! А значит, я либо слишком расслабилась и стала невнимательной, либо чары накладывал кто-то искуснее меня! Творить знак одной рукой было не очень удобно, но откладывать поиск чужих заклятий нельзя!

— То, что на меня хозяин наложил, — ответил конь.

Но я уже и сама увидела то, о чём он говорил. Вот только избавиться от тормозящего нас заклинания на ходу не получится, надо останавливаться. И даже тогда я вряд ли быстро управлюсь. У меня уйдёт не один час на то, чтобы переплести все косички в гриве и хвосте! Это надо же было так постараться! Да на всё это умелец не один день угробил! И это только чтобы вплести тонкие серебряные ниточки, а их ещё надо было выковать и заговорить!

Как сказал Эрвин? Кто-то из братьев над ним подшутил? Сначала свет в конюшне, теперь хитро наложенное на серебряные нити заклятия. Да и конь, как оказалось, не простой у принца. И как только рука поднялась так жестоко сковать силы коня! Кажется, мы чего-то не знаем о короле Гаттоне и его детях или у нас в замке самозванец! Доберусь до Храма, надо будет оставить для отца письмо.

Но всё это потом, а сейчас мне нужно было успеть добраться к рассвету до Храма.

Я осторожно достала из сумки карту, развернула её и попыталась определить, где мы находимся. По всему выходило, что до Храма уже недалеко и, возможно, мы успеем. О том, что будет, если нет, я решила подумать позже. Как говорила мама: вот если не получится, тогда и подумаю над запасным планом.

Убрав карту, погладила по шее коня и спросила, как долго он сможет скакать в таком темпе.

— Сколько надо, — прерывисто ответил конь.

Сердце сжалось. Я чувствовала, что силы коня постепенно заканчиваются, но несмотря на это, он старался выполнить мою просьбу. Я пообещала ему, что освобожу от заклятия, когда приедем на место, но попросила не изматывать себя. Конь ничего не ответил, лишь чуть-чуть сбросил темп.

Я приложила одну ладонь к глазам и стала всматриваться вперёд. Справа от нас стеной шёл лес. Слева — равнина, на которой ещё не успела взойти посаженая селянами пшеница. Вскоре на горизонте показалась чёрная точка. Она довольно быстро росла, и я смогла понять, что это тот самый Храм, который нам нужен. Ещё через некоторое время я увидела вереницу людей, постепенно проходящих в ворота. Почувствовала, как напряглись мышцы у коня, как он из последних сил рванул вперёд.

— Хватит! Не надо! Мы попробуем переждать где-нибудь день! — взмолилась я, чувствуя, как тяжело коню даётся скачка.

Но он не слушал. Упрямо гнал вперёд! Ворота с немыслимой скоростью приближались, а конь продолжал скакать! Все желающие посетить Храм уже вошли. Служитель в сером балахоне с капюшоном уже стал закрывать двустворчатые ворота, а конь продолжал скакать. Я же застыла, не в силах ни остановить скакуна, ни придумать, как остановить служителя. Только сидела и смотрела, как расстояние между деревянными створками становится всё меньше и меньше.

Конь остановился, едва не врезавшись в закрывающиеся ворота. Он встал как вкопанный и просунул нос между створками. Я чуть не вылетела из седла. Служитель Храма с той стороны замер и выглянул наружу.

— Ты что, ненормальная, животину угробить решила? — возмутился он и потряс кулачком, глядя на меня.

— Простите, я просто так спешила, — прохрипела я, а затем откашлявшись, взмолилась: — Впустите, пожалуйста. Коню нужна вода, еда и отдых.

Конь всхрапнул и зашатался. Я поспешно с него соскочила, а служитель храма резво отскочил назад, открывая ворота шире.

— Заходи быстрее, пока никто не увидел, — произнёс он и оглянулся.

Ни меня, ни коня дважды просить не надо было. Мы одновременно протиснулись в ворота и прошли на широкий мощёный двор.

— Вон там конюшни, ступай. Но коня своего сама будешь обихаживать! — строго произнёс служитель и указал мне на строение чуть левее от входа.

Я поблагодарила его и, положив ладонь на круп, повела коня в указанном направлении. Мой скакун шёл медленно. Каждый шаг давался ему с трудом, бока сильно раздувались.

— Спасибо тебе! — зашептала на ухо коню. — Если бы не ты, не знаю, куда бы мы пошли. Как мне отплатить тебе?

Конь всхрапнул и фыркнул несколько раз. А когда мы вошли в конюшни и заняли свободное стойло, ответил:

— Сними с меня заклятие, этого будет достаточно.

— Это и так для тебя сделаю. Чем ещё я могу тебе помочь?

Конь фыркнул, топнул копытом и ответил:

— Не возвращай прежнему хозяину. Оставь меня при себе.

Просьба удивила, но раз уж обещала, отказываться не стала.

— Не желает рассёдлываться? — прозвучал рядом задорный и звонкий голос, и я вздрогнула.

Резко развернулась и увидела улыбающегося парня в крестьянской одежде. Он широко распахнул глаза, улыбка медленно сползала. Я поняла, что в следующую секунду он заорёт, и метнулась к нему, зажимая рот. Он замычал, попытался оторвать мою руку, а я прошептала:

— Застынь!

Парень замер на мгновение, а потом снова задёргался, словно никакого заклинания не было!

— Застынь! — уже громче произнесла я.

На этот раз чувствуя, как поток магии окутал тело парня, но он даже не замер! Ни на секундочку! Он вырвался и заорал:

— Ты кто такая?!

— Застынь! — одновременно с ним прокричала я.

Но снова ничего не произошло. Он отскочил от меня назад, сбивая с ног служителя храма, который спешил к нам. Они оба повалились на пол с глухим стуком. Парень принялся подниматься, а вот служитель храма так и лежал, не двигаясь. Только тут я догадалась выглянуть из стойла и оглядеться. Все, кто находился в конюшне, замерли, подчиняясь моей магии. Все, кроме одного-единственного парня, который таращился то на меня, то на служителя.

— Да ты ведьма!

Путаясь в балахоне служителя и собственных конечностях, парень барахтался и пытался встать. Он так громко ругался, что я испугалась. Вот услышит его кто-нибудь на улице, придёт проверять, что происходит, и тогда меня разоблачат! Я ухватила его за взлетевшую вверх в очередной раз руку и потянула на себя.

— Не ори! — строго приказала, но не особо надеясь на успех.

Парень сначала подскочил и чуть меня саму не повалил, затем снова пошатнулся назад и ожидаемо завопил пуще прежнего:

— Да вот ещё!

Едва он принял вертикальное положение, как сразу же отскочил от меня в сторону.

— Я ничего не крал! Так и передай своим ведьмам! На меня наговорили! — заявил он, бочком отползая в сторону выхода.

— Что?

— Вот именно — ничего! Ничего вообще не брал я у той ведьмы!

Он быстро развернулся и выскочил за дверь. А я так и осталась стоять перед распростёршимся на полу служителем Храма и замершими посетителями. Вот же! Хоть бы помог!

Служителя мне удалось только посадить, потому что в момент действия моего заклятия служитель успел согнуться. Если бы парень не удрал, то можно было бы попросить его придержать старичка. Но теперь уж лучше сразу его усадить.

Вернувшись обратно в стойло, я развеяла заклятие. Мир ожил. А вместе с ним звуки и запахи. Только сейчас обратила внимание, что в конюшне стоит гвалт людских и животных голосов и пахло прелой соломой.

Коротко выдохнув, выглянула наружу. Старик охнул, погладил себя по животу и поднял на меня непонимающий взгляд. Я постаралась сделать удивлённый вид и бросилась помогать.

— Что произошло? — растерянно спросил старик, оглядываясь по сторонам. — Тут ведь кто-то был?

— Да! Какой-то парень громко кричал что-то, а потому так быстро убежал! — ответила я, старательно отряхивая серый балахон служителя от прилипшей соломы.

— Парень? Светловолосый который? — настороженно сощурив глаза, уточнил служитель.

Помедлив, я кивнула. У парня и правда были светло-русые волосы.

— Такой голубоглазый, коротко стриженный и желанием помочь? — ещё настороженнее поинтересовался служитель.

— Ну да, а что?

— Значит, мне не показалось! Опять паршивец пробрался!

Служитель резко развернулся и быстро зашагал к выходу из конюшни. Я огляделась и вовремя! В мою сторону с пустыми вёдрами бежал мальчишка. Я быстро заскочила в своё стойло, и он пронёсся мимо. Следом за ним прошли двое мужчин и женщина. Что ж, мне тоже не стоило задерживаться. Ведь надо ещё как-то найти деда. А коню хорошо поесть, попить и отдохнуть. 

Странный парень почти сразу исчез из моей головы. Удостоверившись, что никто не собирается в ближайшее время идти мимо меня, я прочитала заклинание, которое очистило налипшую на коня грязь. Нашла мягкую щётку, висевшую на стенке стойла, и на всякий случай прошлась ею по шее, холке, бокам и спине коня. Принесла воды и овса.

— Пока отдыхай. Я вернусь и займусь твоими чарами, — пробормотала я, прижавшись лбом ко лбу коня.

Он всхрапнул и ударил копытом.

— Иди, — коротко ответил он.

Я развернулась и пошла к дверям, ведущим из конюшни. Двор, который при моём появлении пустовал, заполнили людьми. Судя по одежде, они были крестьянами. Я поправила свой плащ и накинула на голову капюшон.

— Ты что, сними немедленно! — шикнула старая женщина, стоящая рядом.

Я непонимающе огляделась. Все женщины, которые находились во дворе храма, стояли в капюшонах или платках.

— Стыдно, юноша! Вы же не девушка! — зашипела всё та же старушка, а я вспомнила, что на мне личина слуги!

Поспешно стянула капюшон и стала пробираться через толпу на другой конец двора.

Так, стоп! Если старушка видит на мне личину слуги, то почему парень увидел, что я девушка! Я стала озираться по сторонам, но чей бы взгляд ни поймала, никого не смущала моя не покрытая голова. Значит личина и правда никуда не делась! Ничего не понимаю.

— Если вы пришли поговорить с кем-то из служителей, то пройдите в Храм, — услышала я и замерла.

Все лишние мысли тут же вылетели из головы, и я стала прислушиваться к тому, что кричал один из служителей где-то в толпе.

— Если желаете остаться в Храме и стать одним из служителей, то пройдите по боковой лестнице на второй этаж. Если вы пришли просить убежище в Храме, то вам нужно пересечь двор и пройти к бревенчатому дому. Там вас встретит…

Кто будет встречать пришедших пожить в Храме, я уже слушать не стала. Лавируя между людьми, протиснулась к главному входу в Храм, с трудом отворила дверцу и проскользнула внутрь.

Витражная дверь с тихим стуком закрылась, отсекая звуки со двора Храма. Я замерла, осматривая помещение.

В сферической комнате напротив входа располагалось три узких витражных окна высотой почти во всю стену. Через сложенные из цветных стёкол картины проникал солнечный свет. В центре комнаты располагался круглый алтарь, выложенный из красного камня. На алтаре горел огонь. Чуть в стороне от алтаря с двух сторон выстроились в три ряда простые лавки без спинки. А дальше, у стен, куда свет от витражных окон не попадал, стояли прямоугольные подсвечники с горящими свечами.

В воздухе витал терпкий и горьковатый запах. От него чуть-чуть закружилась голова, и мне пришлось прикрывать глаза, чтобы успокоить сознание.

— Доброе утро, с кем из служителей вы желаете поговорить? — неожиданно произнёс кто-то доброжелательным тоном.

Я распахнула глаза и увидела рядом с собой мужчину с длинной редкой рыжей бородой в сером балахоне служителя. В руках он держал деревянную досочку, поверх которой лежал лист бумаги. Служитель уже занёс над бумагой руку с карандашом.

— Простите, растерял-л-л… растерялся. Впервые в вашем Храме, — вовремя вспомнила, что на мне личина мужчины и улыбнулась. — Можно ли переговорить с бывшим королём Лаббертом?

Доброжелательное выражение с лица служителя, как ветром сдуло. Он тут же нахмурился, строго на меня посмотрел, уже другим тоном произнёс:

— В нашем Храме среди служителей нет бывшего короля. Вы ошиблись.

— Как нет? Но я виедал… то есть говорили, что он живёт именно в вашем Храме. Мне очень нужно с ним переговорить. Это вопрос жизни и смерти!

— А я вам говорю, что в нашем храме короля Лабберта нет! Уходите!

Служитель совсем уж недружелюбно схватил меня за плечо, рывком отвёл в сторону, распахнул дверь и выставил во двор. Витражная дверь с тихим стуком закрылась. А я стояла и не могла поверить услышанному. Ведь не может же быть так, что дед уехал! Я сама видела письма и оттиск сургучной печати на письме, которое он прислал отцу месяц назад. Он, конечно, здесь не узник и в любой момент может покинуть Храм, но зачем? Дед никогда его не покидал!

— Ну что встал! Уйди с дороги! — проворчал подошедший ко мне старичок и отпихнул в сторону.

Я едва не упала! Кое-как устояла на ногах. Выпрямилась и одёрнула плащ. Проходящие друг за другом в Храм люди злорадно на меня посматривали. Я сделала глубокий вдох.

Спокойно, Ролана, они просто не знают кто ты. И не должны узнать.

Успокоившись, я принялась решать, как поступить дальше. Просто сесть на коня и уехать нельзя. Значит, нужно выяснить, куда служители дели деда. А для этого надо переговорить с кем-нибудь ещё.

Взгляд зацепился за прохаживающего по двору служителя. Я поспешила к нему, на ходу окликая.

— Что вы желаете, юноша? — останавливаясь, поинтересовался служитель и добродушно улыбнулся. 

По голосу я узнала в нём того, кто рассказывал посетителям, куда идти. Буду надеяться, что он либо подскажет, где искать деда, либо скажет, у кого можно узнать об этом.

— У меня случилось недопонимание со служителем в Храме, — произнесла я вполголоса, подойдя к служителю. — Я хотел встретиться с бывшим королём Лаббертом, а он сказал, что бывшего короля нет в вашем Храме.

Служитель нахмурился, посмотрел куда-то мне за спину, потом по сторонам. Я повторила движение за ним и заметила, что во дворе никого нет. Мы одни стояли посредине дворовой площади.

— Всё верно вам сказали, короля Лабберта в нашем Храме нет. Через сколько вы будете готовы покинуть наш Храм? — произнёс старик и шагнул в сторону ворот.

— А когда можно покинуть ваш Храм?

— Сейчас.

— А позже я могу это сделать?

— Можете, — после короткой паузы ответил служитель. — После обеда мы провожаем посетителей. Можете уехать вместе с ними.

— Хорошо, но, может, вы мне подскажите, где король Лабберт? Или к кому мне обратиться, чтобы узнать о том, где он находится?

Служитель поджал губы, потом недовольно ответил:

— В нашем Храме никогда не было короля Лабберта. Никто из служителей ничего о нём не знает. И советую вам не пытаться расспрашивать кого-либо о короле.

Служитель развернулся и направился к лестнице, винтом закручивающейся вдоль стены Храма. А я стояла и смотрела ему вслед. Смотрела и пыталась понять, как заставить служителей рассказать мне о деде. Я совершенно точно уверена, что дед где-то здесь. Как-то я не подумала, что он мог скрывать свою личность или что служители будут хранить тайну о его прибывании у них. Неужели придётся признаться им, что я принцесса. Не хотелось бы.

— Пс! — послышалось сзади.

Я обернулась и увидела торчащего из дверей конюшни парня. Того самого парня, которого почему-то не смогла заморозить. Он помахал мне рукой и нырнул обратно в конюшню. Что ему от меня надо?

Я снова огляделась. Во дворе никого не было. Служитель, с которым разговаривала, уже поднялся по лестнице и скрылся за простенькой деревянной дверкой, ведущей на второй этаж Храма. Ладно, раз я пока не решила, как достучаться до служителей, хоть узнаю, чего от меня хочет тот парень. Заодно ещё раз проверю на нём свои заклятия.

Рядом с входом в конюшню стояли три бочки с водой. Я подошла к одной из них и заглянула. В водной глади отразился курносый, веснушчатый парень. Отлично, личина на месте. Решительно толкнув дверь, вошла в конюшню и едва не уткнулась носом в парня. Тот отскочил назад и хмыкнул.

— Слышал, что ты спрашивала у служителя про бывшего короля, — скрещивая руки на груди, заявил парень. — Могу тебя к нему отвести.

— Не надо, просто скажи, где он. Я сам схожу к нему.

Правая бровь у парня взлетела вверх.

— Сам сходишь? Принцесса, вы забыли, что являетесь девушкой? — заявил нахал.

— С чего ты взял, что я принцесса? И вообще, как ты меня видишь? На мне личина слуги!

Парень лишь развёл руками.

— Не знаю, я просто вас вижу, и всё. А то, что вы принцесса, догадался по гербу на кошеле, — жестом фокусника он извлёк из-за спины увесистый мешочек и кинул его мне.

Я поймала мешок и уставилась на вышитый алыми нитками герб. Потом спохватилась и залезла в сумку. Мешочка с деньгами, который прихватила с собой, в нём не оказалось.

— Как?!

— Вы просто плохо следили за своей сумкой, вот я и не удержался. Простите, высочество, — перекатываясь с носка на пятку и обратно со сцепленными за спиной руками, произнёс парень. — Ну так вас проводить к деду?

Я вскинула голову, сконцентрировала на кончиках пальцев магию, выбросила руку в сторону парня и прошептала: «Застынь!” Парень продолжал покачиваться как ни в чём не бывало. Что за ерунда!

— Меня тоже удивило то, что все, кроме меня, видели в вас парня, — произнёс он. — Сначала я подумал, что вы не такая сильная ведьма, как о вас говорят. Но тогда не только я бы разглядел вас, а получается, что кроме меня, этого никто не сделал. Мне тоже интересно, как так получилось. Но это мы можем выяснить это позже. Если, конечно, вам всё ещё важно встретиться с дедом.

Я так и застыла с открытым ртом. Как? Откуда? Почему? Какой кошмар! Суток не прошло с моего побега из замка, а уже какой-то проходимец не только стащил все мои деньги, но и раскрыл меня!

— Принцесса, если мы не поторопимся, то с дедом вы не увидитесь. Он уйдёт в ту часть Храма, куда даже мне не пробраться, — вклинился в мои мысли парень.

Что ж, он прав в одном: мне стоит быстрее встретиться с дедом.

— Хорошо, веди.

— Я вас отведу, но не забесплатно. Вы ведь потом не обратно в свой замок поедете. Хочу, чтобы вы взяли меня с собой.

Я аж задохнулась от его наглости! Взять его с собой! Надо же!

— Что? Я не возьму вас с собой! Мне не нужен попутчик!

— Но тогда я не поведу вас к деду, — спокойно ответил он и раньше, чем я успела возмутиться, добавил: — И я не прошу взять меня в ваше путешествие. А всего лишь прошу увезти подальше от Храма. В следующем городе, в который вы приедете, мы расстанемся.

Кому расскажу, не поверят! Воришка использует меня, чтобы сбежать!

Неожиданно он схватил меня за руку, дёрнул на себя и, зажав мне рот, утащил за бочки с овсом.

— Тсс! — шикнул он, и я замерла.

Послышались грузные шаги, чуть скрипнула дверь конюшни. Кто-то вошёл и остановился. Дыхание у человека прерывистое. Бежал? Но зачем? Или за кем? Послышались ещё одни шаги, на этот раз торопливые. Теперь точно кто-то бежит.

— Нашёл? — запыхавшимся голосом спросил прибежавший.

— Нет, но конь стоит. Значит, ещё не уехал. Ищи дальше!

Послышались удаляющиеся шаги.

— Кажется, вас уже начали искать, — шёпотом произнёс воришка и отпустил меня. — Ну так вы согласны или позволить им вас поймать и утащить туда, куда даже я не могу попасть?

Я не стала вскакивать, хотя слышала, что искавшие меня служители уже ушли. В том, что они искали меня, не сомневалась. Отползла от воришки и ответила:

— Ладно, согласна. Веди.

Скорее всего мне ничего не сделают, когда признаюсь, что я принцесса. Но потом могут не отпустить, а оставят дожидаться гвардейцев. Потерпеть воришку будет проще, чем снова пытаться сбежать.

Мы выбрались из конюшни и направились в сторону калитки, ведущей к дому, в котором жили те, кто хотел спрятаться в Храме. Утоптанная дорожка вела через сад. На полпути мой провожатый сошёл с неё в грядки с капустой и направился туда, где росли яблони. Я помедлила, оглядываясь, но двое служителей, которые работали в огороде, не обратили на нас никого внимания.

— Не отставай, принцесса, — окликнул воришка, и мне пришлось поспешить.

— Не называй меня так!

— А как вас называть?

— Зови просто Ролана.

— А меня зовут Роланд, — воришка улыбнулся.

Хотелось едко ответить, что не спрашивала его имя, но не стала. Перепалка только привлечёт внимание к нам. Тем более что между деревьями показался служитель с корзиной.

Я замедлила шаг, надеясь, что служитель не обратит на нас внимание и пройдёт мимо, а мы сможем спокойно продолжить свой путь. Но Роланд уверенной походкой устремился прямо к служителю.

— Эй, — шикнула я и попыталась ухватить воришку за плечо.

Но Роланд увернулся и ускорил шаг, сокращая расстояние между нами и служителем.

— Доброе утро, бывшее величество! — крикнул Роланд и замахал рукой.

Служитель замер, развернулся и посмотрел сначала на воришку, затем на меня. Мир вокруг словно замер. Стихли все звуки. Перестал дуть ветер. Я смотрела в яркие голубые глаза, как у отца. Что-то знакомое проскальзывало в чертах служителя. Неужели это дедушка? Хотя он совершенно не походил на старика, которого я ожидала увидеть. Седина едва-едва тронула его чёрные волосы. Та простота, с которой он расхаживал среди яблонь с корзиной в руках, совершенно не вязалась с образом уверенного и немного надменного короля, каким я представляла его, слушая рассказы отца.

— Принцесса, ну ты чего встала? Давай быстрее! — возглас воришки словно разбил образовавшуюся вокруг нас сферу безвременья.

Служитель вздрогнул. В его взгляде на мгновение мелькнуло удивление. Затем он развернулся и решительно зашагал прочь от нас.

— Ну же! Принцесса!

Вот же! Зараза неугомонная! Просила же не сообщать всем и каждому, кто я!

Роланд пустился догонять служителя, которой, возможно, был моим дедом. Хотя почему возможно? Родственное сходство с отцом у этого мужчины точно есть. Непонятно, почему он так молодо выглядит, но наверняка этому есть какое-то объяснение. Но чтобы узнать хоть что-то, надо сначала его догнать.

Это оказалось не самой простой задачей.

Дедушка сначала просто быстро шёл среди деревьев, затем почти бежал, а когда Роланд едва не ухватил его за корзину, и вовсе припустился. Я плелась самой последней и заметила, как в саду стали появляться служители. Сначала они только наблюдали, а когда дедушка перешёл на бег, бросились к нам. Не выдержав, я всех заморозила.

Вернее, замерли все, кроме Роланда и меня.

Почему магия на него не действует?!

— Фух! А я уж думал, не догадаешься провернуть ту же штуку, что тогда в конюшне, — выдохнул воришка и остановился. Он согнулся пополам, упёрся руками в бёдра и тяжело дышал. — Классная вещь! Скольких неприятностей можно с ней избежать! Ты только не убирай её со всех.

Я огляделась. Как бы ни хотелось поступить вопреки словам воришки, но он был прав. Наша беготня по саду привлекла много внимания. Долго заклятие на такой большой площади не продержится, так что нам надо спешить.

Подойдя к дедушке, я ещё раз взглянула ему в лицо. Острый подбородок, нос с горбинкой и голубые глаза, как у папы. В замке не было ни одного портрета дедушки, но я сердцем почувствовала, что это действительно он. Я положила ладонь на его предплечье и, затаив дыхание, развеяла часть заклятия.

— Ты только это, не забудь сделать так, чтобы он видел тебя, а не парня, — произнёс Роланд, когда я размораживала дедушку.

Дед тут же оттолкнул меня от себя с криком:

— Ты кто такой!

Я с раздражением развеяла личину. И как опять про неё забыла?! Это всё воришка! Да! Это всё из-за него!

Тем временем дедушка перестал хмуриться и снова удивлённо на меня посмотрел. Затем протянул руку и провёл кончиками пальцев по косе, выбившейся из-под плаща и упавшей на плечо.

— Это и правда ты, — пробормотал он и чуть улыбнулся, но улыбка быстро исчезла. Он снова нахмурился, лоб разрезала такая же складочка, как у папы, когда он чем-то недоволен. Дед отдёрнул руку и недружелюбно спросил: — Зачем явилась?

Отец говорил, что у деда тяжёлый характер, но к такой враждебности я оказалась не готова. Сердце кольнуло, глаза предательски защипало. Одна слезинка всё-таки скатилась по щеке. Я рывком вытерла глаза.

Я уже не маленькая! Он сам ни разу не захотел меня увидеть! И пришла я вовсе не для того, чтобы узнать почему! А по важному вопросу!

Но раньше, чем я успела задать свой вопрос, передо мной появилась спина Роланда.

— Почему вы так грубы с внучкой? — возмущённо спросил воришка.

— Потому что она глупая!

— С чего это я глупая?! — отпихнув в сторону воришку, возмутилась уже я. — Вы меня не знаете!

— Глупая, потому что пришла сюда, вместо того, чтобы искать ключик к своему спасению! — делая шаг вперёд и нависая надо мной, ответил дед.

— Именно за этим я и пришла к вам!

Я привстала на цыпочки, заставив деда отступить. Чтобы укрепить свою позицию, сама шагнула к нему и заговорила, глядя в глаза:

— Вы единственный, кто может внятно рассказать мне о ведьме! Где вы её встретили? Как общались потом? Где она жила всё то время, пока вы исполняли ритуал для её проклятия?

С каждым моим словом дед словно становился ниже и ниже. Теперь уже я возвышалась над ним, тщетно пытаясь поймать взгляд. Дед упорно отворачивался, не желая смотреть мне в глаза.

— Принцесса, ты это, не наезжай так на дедушку, — Роланд взял меня за плечо и потянул назад. — Он всё же уже немолод.

Я оттолкнула воришку.

— Молод, немолод, а я хочу хоть от кого-нибудь услышать правду! Услышать всё, чтобы понять, как мне спасти свою жизнь!

— Но ведь ведьмы отвели проклятие, — глухо прозвучал голос деда позади.

Я обернулась. Прежней неприязни в его взгляде уже не было. Яркая голубизна сменилась на глубокую синь. У папы тоже цвет менялся, когда ему становилось грустно.

— Они всего лишь переложили моё спасение на другого, — отчеканила я, старательно подавив в себе внезапное желание обнять деда. — Но это не означает, что я буду сидеть и ждать, когда появится тот единственный, кто должен разрушить проклятие каким-то поцелуем!

Дедушка грустно улыбнулся. Он опустил взгляд, пожевал нижнюю губу. Вздохнул.

— Пойдём, — перехватив корзинку и разворачиваясь, произнёс он, — здесь не будем говорить. Они нас слышат?

Он махнул рукой в сторону стоявших как статуи служителей. Я кивнула.

— Тем более, — произнёс дед и пошёл вглубь сада.

Сначала я думала, что мы просто отойдём подальше от служителей. Но мы прошли весь сад, дошли до высокой стены, огораживающей владения Храма, и подошли к одноэтажному бревенчатому домику. Дедушка обернулся к Роланду.

— У вас наверняка кони остались на конюшни, веди их сюда, — сказал он и поставил пустую корзину на лавочку перед домом. — Я вас потом через чёрный ход выпущу, чтобы вы не мозолили глаза служителям. Скоро твоё заклятие развеется?

Дедушка перевёл взгляд на меня. Я пожала плечами.

— Что ж, тогда не перебивай и слушай внимательно, — сказал он и набрал в грудь воздуха. — В королевстве… Эй, парень, ты чего ещё здесь? Иди за вашими конями или вы пешими пришли?

— Меня крестьяне привезли, а она на коне приехала. Только её конь со мной не пойдёт. Я уже пробовал, — спокойно произнёс воришка, а потом спешно добавил, подняв обе руки: — Просто из любопытства! Ничего такого не хотел!

— Внучка, ты где такого ушлого провожатого себе нашла?

— Он сам нашёлся, — буркнула я и сунула руку в сумку. 

То, что конь не ушёл с воришкой, меня порадовало. Но мне не хотелось, чтобы Роланд слышал историю деда. Да и действительно будет лучше, если мы покинем Храм до того, как служители нас найдут. Благодаря кое-кому горластому теперь все знают, кто я такая. 

Я достала прихваченное с собой яблоко, прошептала в него послание для коня и протянула воришке со словами:

— Отдай коню, когда съест, пойдёт с тобой. Но учти, если ты его ко мне не приведёшь, конь от тебя ускачет.

— Да понял всё, понял. Приведу коня. 

Роланд забрал яблоко, улыбнулся и убежал.

Когда воришка удалился на приличное расстояние, дед заговорил.

— Когда она явилась, я решил, что она наше спасение. Неведомая хворь гуляла по королевству, и не было никакого спасения. Умирали все: дети, женщины, мужчины, старики. Что бы ни делали, но хворь поражала каждого. А она пообещала сделать так, что всё закончится. Пообещала, что никто больше в нашем королевстве не будет страдать. Взамен попросила лишь принести в жертву девушку. Одна жизнь в обмен на жизнь всего королевства. Всего одна жизнь.

Дедушка вздохнул и замолчал. Я его не торопила, боясь спугнуть желание всё рассказать. Наверное, он единственный, кто знает, что действительно случилось. Ведь даже отцу не всё известно.

— А я дал обещание любимой, что позабочусь и о нашем сыне, и о королевстве. Тогда это был лучший способ сдержать слово, — уже жёстче и увереннее произнёс он.

Дед рассказал о первом ритуале, о том, как после него стал обращаться в зверя. Как чурались его слуги и придворные. Тогда заклятие ещё не удерживало их в замке, и многие бежали. Первыми его покинули придворные. Кое-кто возомнил себя вправе увести принца, но король догнал беглецов. Догнал и наказал.

Голос его звучал глухо, но отчётливо. Смотрел он перед собой, но при этом так подробно рассказывало, что мыслями он явно находился не рядом с бревенчатой избушкой. Я слушала, и сама будто видела те далёкие времена, когда отец ещё был молод, а мама не жила в замке.

— Я знаю, что был иногда слишком жесток, — произнёс дедушка и впервые посмотрел мне в глаза. В его взгляде не было ни жалости, ни страха, ни раскаяния. — Но тогда это было необходимо. Много позже из-за появления барьера я, как и многие другие, уже не мог покинуть замок, но люди помнили, что король суров и жесток. Эта жестокость уберегла королевство от краха.

Я бы поспорила, но прикусила язык. Не время. Вместо этого я попросила рассказать, как ведьма поддерживала заклятие.

— Она поручила это мне, — хмыкнул дедушка. — Всего-то и нужно было раз в год приносить жертву на алтаре, а посаженный ведьмой цветок как-то напитывался магией и выпускал новый бутон, который как-то приманивал новую жертву.

— Бутон?

— Да, алый такой. С колючками на стеблях, как у розы, но листья такие широкие, острые. А сам бутон с круглой сердцевиной. В нём всегда появлялось кольцо, которое я отдавал какому-нибудь забредшему в змок мужчине, чтобы женщина из его рода перенеслась ко мне. Ума не приложу, почему ни один из этих олухов не ослушался.

— А куда кольцо девалось после?

Дедушка пожал плечами.

— Исчезало. Я тогда был не силён в магии, а теперь и подавно уже плохо помню. Лит поручила мне самое простое — приносить жертвы, а всё остальное обещала сделать сама. Эту часть сделки она выполняла.

Я задумалась. Вывести семя, из которого после прорастёт цветок с волшебными свойствами не так-то просто. А чтобы ещё и с такими возможностями, невозможно. Если верить тому, чему меня учили в ковене. Но Лит как-то смогла.

— А это правда, что Лит ещё и сама получала часть магической энергии после ритуала? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как в нашу сторону на коне скачет Роланд. Пара заканчивать разговоры.

— Правда. Эта обманщица не просто получала силу, она ещё и молодела. За двенадцать лет она из высохшей старухи превратилась в такую же цветущую красавицу, как ты сейчас.

— Все знают, что ведьмы долго живут и медленно стареют, — произнёс Роланд, спрыгивая с коня. Воришка встал перед нами и, уперев руки в боки, заявил: — Заклятие спало, нас уже ищут. Скоро придут сюда.

Холера забери этих служителей! Я ещё не всё узнала, что хотела!

— Тогда вам стоит торопиться. Пойдём-ка со мной, внучка, я тебе кое-что дам, — дед решительно направился к двери в избушку.

Роланд было сунулся следом за ним, но дед остановил его и велел обойти дом вместе с конём, чтобы их раньше времени не увидели. Воришка, бурча что-то себе под нос, взял коня за узду и повёл, куда велено, а я вместе с дедушкой вошла в избу.

Обстановка внутри оказалась скромной: печь, стол, лавка, кровать да шкаф. Даже половичка никакого на полу не имелось. Ни картин, ни ваз, ни статуэток нигде не стояло. Только заправленная кровать да отсутствие пыли говорила о том, что в избе кто-то живёт.

Дед встал на колени перед кроватью, нагнулся и протянул руки под неё, а после выдвинул узкую, но громоздкую, шкатулку.

— Раз уж в нашей семье только ты решилась отомстить ведьме, то я тебе отдам её зеркало. Не знаю, поможет тебе это как-то или нет, но мне оно больше не нужно. Твоему отцу и матери я его не отдам. А тебе, пожалуй, можно.

Дед распахнул крышку шкатулки и достал свёрток чёрного бархата. Он откинул край, и я увидела кусочек зеркала в резной, серебряной оправе. Он снова плотно завернул вещицу в свёрток, встал и повернулся ко мне.

— Когда-то через это зеркало я мог связаться с ведьмой, — произнёс он и протянул свёрток мне. — Оно каким-то образом показывает то, что попросишь. Поэтому я не приезжал. Мне незачем было. Я видел, как вы все счастливы, и не хотел вам всё портить. Прости внучка, но я не жалею о сделанном выборе.

Я не стала ничего ему говорить. Просто обняла. Обняла крепко-крепко. Запоминая всё. То, как он пах яблоневым садом. То, каким неожиданно худым он оказался под серым балахоном. И то, как крепко он обнял меня в ответ. Чмокнула в щёку и быстро утёрла слёзы, пока он их не увидел.

— А теперь тебе надо бежать, — хмыкнув, произнёс дедушка.

Нам действительно пришлось бежать. Служители оказались весьма недовольны моим самоуправством. Я слышала, как отдавались короткие приказы схватить меня и привести к управляющему Храмом. Дедушка пообещал всё уладить, но настойчиво выпроваживал через тайный ход за территорию Храма.

— Может, тебе стоит пойти с нами? — снова спросила я.

Мне не хотелось его оставлять. На душе отчего-то было неспокойно. Понимала, что служители ничего ему не сделают. Понимала, что он вовсе не в заточении у них живёт, а по своей воле. Но всё равно не хотела его оставлять. Мне столько всего хотелось у него узнать и самой рассказать.

— Нет, моё место здесь, а тебе лучше поторопиться, пока ведьма ещё не узнала, что ты сбежала из замка и ищешь её. Ступай, — произнёс дедушка и закрыл решётку.

Он стоял и смотрел на меня сквозь прутья с той стороны, а я не могла заставить себя сдвинуться с места. Это всё же неправильно! Неправильно было позволить ему запереться в Храме! Неправильно было не видеться с ним!

— Принцесса, нам надо ехать, — негромко произнёс Роланд, но я лишь отмахнулась.

Тогда он нагло схватил меня за талию и поднял! Я так растерялась, что не сразу поняла, что мне делать! А он посадил меня в седло, запрыгнул сам и дал коню команду ехать. Только конь, умница, не сдвинулся с места.

— Как ты смеешь! — пихнув парня в грудь, возмутилась я.

— Ты обещала меня увезти, и нам надо убираться отсюда поскорее, — произнёс Роланд нисколько не смутившись.

Из-за моего толчка он чуть съехал назад и рывком придвинулся обратно. Я хотела снова возмутиться, но расслышала топот коней. Это явно не служители. Звук доносился с той стороны, где за деревьями была дорога, ведущая от замка к Храму. Все, кто желал попасть в Храм, приезжали с утра, а теперь уже почти полдень. Приближались всадники быстро. Значит нужно торопиться!

Я перекинула ногу, чтобы удобнее сесть, и забрала поводья у Роланда. Дедушка вывел нас неподалёку от того места, где дорога из замка пересекается с дорогой, ведущей дальше к деревне. Можно попытаться обогнать едущих и пересечь перекрёсток раньше. Я погладила коня по шее и попросила везти нас как можно быстрее. Конь тут же сорвался в галоп. Роланд вскрикнул и прижался ко мне, обхватив за талию так крепко, что стало тяжело дышать.

— Знаешь, пожалуй, нам стоит или купить другое седло, или второго коня, — заявил он.

— Вот ещё! Я оставлю тебя в деревне!

— Нет, принцесса, так дело не пойдёт. Мы договаривались…

— Что ты едешь со мной до следующего селения или города, — перебила я воришку. — И это деревенька рядом с Храмом.

Роланд не стал больше спорить, лишь хмыкнул у меня над ухом и ещё теснее прижался, хотя я думала, что теснее уже некуда! 

От нового спора меня отвлекло то, что впереди показались всадники. Мы всё же не успевали проскочить перекрёсток раньше них! Я быстро накинула на себя, Роланда и коня личины. Облик служки мне уже не подходил, но мне вспомнился мальчик, которого видела в конюшне. С плащом было сложнее, поменять кардинально цвет я не могла, поэтому сделала его более тёмным и грязным. Надеюсь этого хватит, чтобы никто не опознает в нём плащ слуги из замка. Из Роланда же я сделала сельскую девицу. Никто не удивится тому, что такая сидит на коне по-мужски да ещё и позади всадника. А у коня спрятала самое приметное — косички. Менять окрас уже поздно. Стоило позаботиться об этом, как только услышала гвардейцев, но кое-кто, сильно прижимающий меня к своей груди, постоянно сбивает меня с важных мыслей! 

— Прошу тебя, молчи, если нас о чём-то спросят! — велела я.

Воришка благоразумно промолчал. А мы довольно быстро приближались к отряду гвардейцев. Они направлялись к Храму. Как же вовремя мы оттуда удрали! Плохо только, что нам всё же придётся проехать мимо них. Ну что ж, ведьмы среди них я не чувствую, значить получится обмануть. А в деревне задерживаться не буду. Куплю продукты для себя и коня и сразу же поеду дальше.

Как и ожидала, к нам навстречу выехал один из гвардейцев. Остальные продолжили путь к Храму. Пришлось остановить коня, чтобы гвардеец смог к нам подъехать.

— Добрый день, — отсалютовав положенное приветствие, гвардеец пристально оглядел коня и спросил: — не видели ли вы всадника на таком же чёрном коне?

— Нет, не видели, — ответила я, мысленно молясь, чтобы Роланд не вздумал что-нибудь ляпнуть.

— Может, мимо вас проезжал одинокий путник? — снова задал вопрос гвардеец. На этот раз он пристально разглядывал меня и Роланда.

Как же всё-таки мы удачно покинули Храм не через главные ворота! Дорога позади нас огибала Храм и уводила на юг королевства.

— Нет, мы выехали затемно, чтобы успеть добраться до деревни около Храма. По дороге нам никто не встретился, — ответила я и чуть тронула одной ногой коня, давая понять, чтобы он потихоньку пошёл вперёд.

— А зачем вы едете в деревню? — продолжал любопытствовать гвардеец.

Мой конь сделал несколько шагов вперёд, и гвардеец отвлёкся на него. Я же глянула через плечо гвардейца. Его отряд уже добрался до ворот Храма, нам стоило поспешить. Вот только из-за моего ответа, они теперь могут направиться сразу в деревню, а я рассчитывала, что они хотя бы разделятся. Одни поедут на юг, вторые через деревню дальше на северо-восток. А теперь получилось, что я сама же их направила в ту сторону, в какую собиралась ехать.

— Знаешь, а ведь мы проезжали мимо путника, устроившегося отдохнуть недалеко от дороги. Кажется, я видел там чёрного коня, — вдруг произнёс Роланд и гвардеец уставился на него огромными глазами.

Холера забери этого воришку! Велела же молчать! Как теперь объяснить, почему девица разговаривает мужским голосом?!