Истинный из канавы

Длали лесная вглядывалась вдаль. Размах огромных мощных крыльев, присущих всем лесным высшим драконам, заставлял лететь на приличной скорости, а очень хотелось замедлиться. Чем ближе был дворец, тем больше Длали нервничала. Они с компаньонкой подлетали к владениям Лючица золотого. Это были отдаленные земли, вне драконьего царства, вне драконьих территорий. Просто Лючиц их себе когда-то завоевал и стал править в маленьком государстве, населенном в основном людьми, мелкими оборотнями и небольшой кучкой магов.

- Ты так нервничаешь, госпожа Длали, - небольшая низшая лесная драконица Каяна уже догнала знатную особу. – Не понимаю я этого. Да и вообще, стоило ли лететь в такие дальние земли, ради проверки парности с золотым? Рано или поздно он бы навестил нас, тогда бы и проверила.

- Через пару тысяч лет? – прорычала Длали.

- Почему бы и нет? - отфыркалась Каяна. – Можно пожить пару тысяч лет, наслаждаясь беззаботной юностью, к чему скорый брак? Ты не так давно достигла совершеннолетия, тебе всего двадцать.

- Поступить как госпожа Амелиста лесная, - профыркала в ответ Длали и даже ускорилась, - что пару десятков тысячелетий жила припеваючи, а когда подошел срок снести яйцо озаботилась поисками истинного? И оказалось, что этот мелкий незнатный дракон-зассанец женат на оборотничихе волчице, у которой еще и истинный муж-волк, и дракон тот воспитывает пятерых волчат?

- Думаю, Амелиста была неправа, отказавшись войти в эту странную большую семейку, - хихикнула Каяна, отчего парящих рядом птиц сдуло подальше. – Что касается дракона-зассанца, думаю вот он-то был прав, что не отказался от семьи, от пусть и приемных, но воспитываемых с рождения детей. Любовь-привязанность зачастую оказывается сильнее любви романтической.

- Вот поэтому я спешу проверить истинность с Лючицем! – прогремела Длали, и птицы почли за благо приземлиться и побыть сегодня «куропатками». – Нужно брать его горяченьким, пока не нашел себе такую вот привязанность.

- Ты больше всех в нем уверена?

- Да, мне кажется, Лючиц золотой должен быть истинным принцессы, сестры императора Изумрудных Вершин! Хотя и остальные из третьего списка вполне ничего себе, если судить по портретам.

Достигнув совершеннолетия, Длали сразу же приступила к поискам истинного, дабы не повторить судьбу вышеупомянутой Амелисты лесной. Юная драконица составила три списка. В первый вошли все знатные и мало-мальски приличные драконы ее страны, не нашедшие пару. Во втором оказались драконы других драконьих государств, заслуживающие внимания принцессы. В третьем же оказались драконы, живущие вне драконьих земель, и другие знатные хищные оборотни, правители и высокопоставленные лица оборотничьих государств.

Парой дракона почти всегда становилась драконица, но бывали исключения, могли разбавить кровь другие оборотни, и уж совсем редко другие расы. Людские девы меж тем бредили мечтами стать истинными для дракона, ибо вместе с красавцем мужем в наборе шли вечная юность и вечная же жизнь. Везло одной раз в тысячу лет, а вот драконам везло всегда, не нужно было тратиться на интимные услуги, любая человеческая дева была готова прыгнуть в постель по первому зову.

Истинность в мире Длали проверялась двумя способами. Пара должна была общаться длительное время, касания, разговоры, поцелуи в течение нескольких месяцев, иногда и одного месяца, после чего начинала проявляться истинная связь – умение общаться мыслями, ощущения друг друга на расстоянии, а из внешних признаков – на безымянных пальцах обоих появлялись отлитые из металла перстни, с уникальным рисунком. Перстни не снимались первое тысячелетие.

Был способ вычислить истинного и побыстрее, грубее и вульгарнее – парочке нужно было лишь посношаться. Чувствовать друг друга после такого варварского метода проверки возвышенной и воспетой истинности они начинали лишь спустя пару дней, а колечки появлялись уже через несколько часов.

Длали решила выбрать быстрый способ проверки, драконы, жившие вечность, излишней скромностью не страдали, и драконье общество относилось к беспорядочным соитиям, в том числе и свальным, как к чему-то само собой разумеющемуся, наподобие обеда в харчевне. Поэтому молодая драконица стойко прошла через два немаленьких таких списка. С каждым драконом шансы уменьшались, Длали беспокоилась все больше. Но сейчас в сердце почему-то поселилась уверенность, что она встретит истинного. Драконица предвкушающе заурчала, Лючиц золотой был красавцем, если верить изображениям на портретах.

На подлете к великолепному дворцу, небольшому, но пафосному, облитому позолотой, девушки заметили, что Лючиц сам решил встретить потенциальную истинную. Навстречу им летел огромный золотой дракон.

Сердце Длали отчаянно застучало Лючиц был великолепен. А еще она порадовалась, что в ее ипостаси темно бежевого дракона ее смущение не заметно. А смущал тот факт, что им предстояло приземляться на специальной площадке и оборачиваться в человеческий облик. Конечно, в такие торжественные моменты оборотней всегда встречали слуги, которые поспешно накидывали на господ шелковые халаты, да и драконы не стеснялись своей наготы, но вот перспектива оказаться обнаженной рядом с Лючицем золотым в человеческой ипостаси в первые моменты знакомства очень напрягала девушку.

Золотой дракон заложил вираж и устремился к посадочной террасе, призывая гостьей, следовать за ним.

- Теперь выражение сверкнуть голым задом уже не будет для меня метафорическим, - шикнула Каяна. – Как жить дальше?

Длали прыснула, после чего поспешила приземлиться. Обернувшись, девушки застыли, приоткрыв рты, разглядывая великолепное тело и прекрасное лицо Лючица, тот осмотрел их цепким взглядом, после чего развернулся и немного поджал упругие ягодицы, шутку про зад он услышал. Слуги поспешили набросить на господ заготовленные халаты. Далее последовали приличествующие случаю приветствия.

- Госпожа Длали, - Лючиц кивнул на маг-сумку, уменьшающую предметы, которую Каяна выпустила из когтей на подлете. – Думаю, вам комфортнее будет одеться и отдохнуть с дороги для начала. Встретимся за обедом.

Дракон откланялся и покинул террасу, а Длали послушно пошла за слугами в сопровождении что-то комментирующей Каяны. Принцесса ее не слушала, с бешено колотящимся сердцем она все воспроизводила в голове образ прекрасного мужчины. Золотые волосы струились мягкой волной ниже лопаток, взгляд прекрасных темно желтых глаз в обрамлении непозволительно густых ресниц завораживал, а пухлые будто бы зацелованные губы манили приникнуть к ним с влажным поцелуем. Теперь Длали еще больше была уверена, что Лючиц ее истинный.

Платьев даже в уменьшающую сумку слишком много не поместилось. Зато взяли самые красивые. Каяна помогла госпоже надеть белое шелковое платье с красными цветами. Длали сама залюбовалась на свое отражение в зеркале в полный рост. Длинные каштановые волосы, чарующе зеленые глаза, аккуратный носик и красиво очерченные губы, точеная стройная фигура. Идеальная пара для прекрасного короля Лючица золотого.
Для Каяны выбрали белое шелковое платье с ярко синими вставками. Низшая лесная драконица тоже была прекрасна, хоть и уступала госпоже в яркости. Темно русые волосы, светло серые глаза, невероятной длины ресницы и соблазнительные губы делали образ миниатюрной девушки более чем привлекательным. Длали придирчиво оглядела себя и компаньонку и позвала слугу, что поджидал за дверью, дабы тот сопроводил их в столовую к обеду.

- В бой! – выдохнула Длали.

Жизнь казалась прекрасной. Принцесса внимательно осматривала убранство дворца, который, судя по всему, должен был стать в скором времени ее. Но свадьбу Длали была настроена играть все же в драконьих землях. Нужно было пригласить столько гостей, а далеко не все согласились бы лететь на край света на другой материк. По дороге в столовую Длали все раздумывала как преподнести эту идею Лючицу.

Девушки вошли в огромную парадную столовую. Комната была выполнена преимущественно в белом мраморе, и лишь красные бархатные шторы и винного цвета скатерти несколько смягчали ее строгий вид. К неудовольствию Длали оказалось, что обедать они будут не втроем. К ним присоединились посол и министр магии из Страны Черных Волков. Страна эта граничила с государством Лючица на юге.

Драконица, рассматривая мужчин, гадала, что эти оборотни здесь забыли. Черные волки отличались от своих собратьев внешне, были гораздо крупнее серых и белых, имели не желтые, а темно оранжевые глаза и в человеческой ипостаси были в основном брюнетами.

И вот эти оранжевоглазые брюнеты с интересом наблюдали за девушками, сидящими напротив по правую руку от короля. Длали же все бросала взгляды на прекрасного Лючица, казалось, он сиял даже в человеческом облике, настолько мужчина был великолепен.

- Принцесса, - мягко улыбнулся черноволосый посол, - как я понимаю, твой визит, как и наш, носит больше политический характер.

Длали смешалась, не знала, что ответить. Изначально ее визит носил чисто практический, бытовой характер, она хотела, как и любая женщина, свить семейное гнездышко в драконьей пещерке. Сейчас же она просто влюбилась в донельзя прекрасного золотого дракона. От Каяны не укрылось замешательство ее госпожи.

- Длали лесная приехала лишь пообщаться, велика вероятность что Лючиц и Длали пара, - ответила вместо госпожи Каяна. – Думаю, когда речь идет об истинности, рассчитывать выгадать что-то на политической арене бессмысленно. Истинность случайна, и порой приносит сюрпризы похлеще чем внезапная диарея на королевском балу.

- Ты права, госпожа Каяна, - в оранжевых глазах оборотня плескалась уже неприкрытая похоть. – Поэтому смею предложить госпожам «пообщаться» и с нами, дабы проверить вероятность.

- Можем сразу и все вместе пообщаться, - небрежно взмахнул ножом для рыбы министр магии. – Поедим и… «пообщаемся».

Девушки переглянулись. Ох уж эти оборотни-волки и их пресловутая любовь к свальным соитиям, их социальный уклад, где процветало многоженство и многомужество другого просто не предполагал. Драконы, у которых была только одна пара, тоже особой нравственностью не отличались. Просто, потому что, если первые несколько сот лет жизни и можно хранить физическую верность, то в последствии, как ни крути, захочется сорвать цветочек с клумбы соседа. Но у драконов это касалось только соитий и развлечений, а волки умудрялись искренне любить весь свой гарем.

Длали пугала перспектива стать истинной волка, не хотела делить свою единственную пару с другими женщинами. Каяна тоже истинной для волка стать не желала, а вот предложение «пообщаться» оценила, очень уж хороши были мужественные красавчики, притягательно пахнущие мускусом и желанием. Так и распирало распахнуть блузы и прижаться к широкой груди. А еще к широкой груди золотого. Прямо-таки перебор красавчиков за столом.

- Возможность проверки истинности упускать не стоит, - уркнул Лючиц, накалывая на вилку осетрину.

Длали посмотрела на него с некоторым разочарованием. Неужели он не ревновал? Или тоже был любителем свальных развлечений?

- Мы уже проверяем, - мстительно улыбнулась Длали, - разговоров и касаний должно хватить, чтобы со временем истинность проявилась.

- Мы завтра утром отбываем домой, - пожал плечами министр магии, - с Лючицем можете играть, госпожи, а вот с нами не мешало бы пообщаться поближе.

- А это могло бы быть забавной игрой, - желтые глаза Лючица всмотрелись в зеленые глаза Длали, - ты пообщаешься с нами тремя, принцесса, а наутро бросишься искать парное колечко.

- Если оно появится, - вскинул указательный палец посол.

- Я почему-то чувствую, что да, - распахнул прекрасные глаза дракон.

- Я не готова дать ответ сию же минуту, - выкрутилась Длали.

- Но я думаю, ты не будешь против проверки твоей компаньонки? – Лючиц перевел взгляд на Каяну и облизнулся.

- А саму компаньонку ты спросить не желаешь, господин дракон? – недовольно фыркнула Каяна.

- Да ладно, - расхохотался Лючиц, - неужели не хочется прижаться щекой к такой восхитительной сверкающей заднице?

- Только если при поцелуйчике из прорези в копилке выкатится золотой, - парировала Каяна.

- Неужели эта скабрезная история докатилась и до ваших мест? – засмеялся посол. – Сказка о том, что золотой дракон испражняется золотом, доставила Лючицу в свое время много хлопот.

- Многие в буквальном смысле охотились за моим дерьмом, - вздохнул Лючиц.

- А прекрасные золотые драконы-короли не какают! – заявила Каяна, под одобрительные фырканья остальных, забывших, что находятся за обеденным столом.

После обеда предполагалась прогулка в саду. Но Длали сообщила, что девушки присоединяться к юношам после того, как попудрят носик. Сама же оттащила компаньонку за колонну в холе.

- Каяна, что делать? – заломила руки принцесса. – Настоять на проверке парности исключительно в паре с Лючицем? Я не подписывалась ублажать оборотней из Страны Черных Волков.

- Но они такие красавчики, принцесса, - покраснела драконица, - и ты ведь проверяла парность с другими хищными оборотнями.

- С волками только с правителем и его братом, - поморщилась Длали. – Очень не хочется становиться членом гарема. К тому же я к ним ничего не чувствую, а вот Лючиц мой!

 - Тогда неужели неинтересно побыть объектом обожания стразу трех красавчиков? – драконом-искусителем прошептала Каяна. – Я могла бы тоже поучаствовать. По очереди…

- Твоя помощь не требуется, - отмела идею Длали. – А истинного ты искать пока не планировала. Решила же наслаждаться беззаботной распутной юностью.

- Ну вот я бы и… - разочаровано пожала плечами Каяна.

Девушки все же вышли в сад. Парни же вопреки ожиданиям не расслабленно принимали солнечные ванны, а достаточно напряженно что-то обсуждали. Драконицы помаячили на расстоянии, так, впрочем, чтобы их было заметно. Сосредоточенные мужи отвлеклись и присоединились к девушкам на прогулке по тенистым улочкам огромного драконьего сада.

Длали вдруг почувствовала, как тяжелая ладонь посла легла на ее талию, он был так близко, так томительно было чувствовать жар и притягательный запах сильного тела, крепкое бедро прижалось к девушке и не предполагало двусмысленностей.

- Я бы поухаживал за тобой, прекрасная драконья госпожа, - ухо обжег страстный шепот, - но времени нет, нужно отбыть домой завтра на рассвете.

- Мне тоже придется лететь в Страну Черных Волков, - вздохнул Лючиц. – Я планирую отбыть через два дня. Думаю, Длали лесная, если ты моя пара тебе следует полететь со мной. Если нет, то из Страны Черных Волков, я полечу на драконьи земли к Гайларе горной, она тоже хотела проверить парность. Так что дальше выбирай сама, лететь ли тебе со мной в качестве не пары, с учетом, что я буду…

- Я поняла, - комок слез подкатил к горлу драконицы.

Она влюбилась в золотого с первого взгляда, а он рассуждал о подборе пары с другой с такой легкостью. В общем-то, Длали занималась тем же, она с завидной методичностью прыгала из койки одного дракона в постель к другому. Она была циничной распутницей, а вот сегодня почему-то стала влюбленной дурочкой. Ревнивой идиоткой, наивной святошей, драконице даже тошно стало от своего образа.

- Вот и молодец, - с холодной насмешкой посмотрел на нее золотой.

Его, похоже, тоже воротило от такого вот образа. Но это не Длали, девушка зло сжала кулаки.

- Думаю, для начала, я пообщаюсь с твоими гостями, господин Лючиц. А вечером проверим парность с тобой, - просто хотелось немного увести Лючица от образа, который она себе зачем-то создала. – А Каяна в это время как раз проверит истинность с господами.

- О, это великолепный расклад, - посол нетерпеливо облизнулся. - Так почему бы нам не уединиться прямо сейчас?

Длали послушно кивнула. Молча пошла за оборотнями. Только уже приближаясь к спальне гостей короля, осознала на что вдруг согласилась. Согласилась то от обиды и из желания доказать, что она не из тех наивных, одержимых возвышенной мечтой об истинной любви девушек. Драконица она. Циничная и распутная. Но вот оборотням это сейчас доказывать не хотелось. Длали резко затормозила.

- Куда? – посол понял ее намерения, схватил за руку.

- Поздно трепыхаться, ящерка, - министр обнял ее сзади и облизал ушко.

О! Сейчас Длали поняла, что слухи о немаленьких орудиях черных волков-оборотней оказались правдой. По крайней мере, в конкретном случае в нее упиралось нечто твердое и очень даже внушительное.

- Я принцесса Изумрудных Вершин, а не горничная, господин министр. Не советую, так со мной обращаться, - Длали попыталась высвободиться из крепких объятий.

- Сейчас ты просто женщина, - мужчина прикусил ей шею, - все видели, что ты пошла с нами по доброй воле. Даже если возьмем тебя силой, ничего не докажешь.

- Но не лучше ли побыть сейчас послушной сучечкой? – другой оборотень обнял ее справа и с благоговением обнюхал. – Мы тебя не разочаруем. Потрогай.

Мужчина схватил девушку за руку и положил ее ладонь на свой напряженный пах, пару раз пошло толкнувшись.

- Расслабься, - другой оборотень толкнулся сзади. – можешь называть нас не по должностям, а по именам. Я Царн, а наш посол Йорн. – Мы подарим тебе сладчайшее соитие.

Длали растерялась. Наглость оборотней возмущала, но жаркие крепкие тела, толкающиеся в нее внушительные орудия, мускусный запах сводили с ума и не позволяли оттолкнуть парней.

- Ты когда-нибудь принимала в себя двух мужчин одновременно? – искушающе прошептал Йорн. – Оба входа ждут нас с нетерпением?

- Нет, - Длали попыталась высвободиться из захвата. – У вас слишком огромные орудия, господа.

- И они подарят тебе истинное наслаждение, - прошептал Царн.

Оборотням надоело вести пустые толки, и они втолкнули девушку в свою комнату. Как правило, во всех дворцовых спальнях были взлетные террасы, Длали понадеялась добраться до такой и обратиться, в драконьей ипостаси оборотням с ней не справится. Но ввалившись в комнату, мужчины бросились так жадно и страстно вылизывать ее и целовать, что девушка забыла о планируемом побеге, потерялась в капкане мужских тел, позволила раздеть себя и взять не единожды.

Порадовалась, что все же в ней немало силы и магии, иначе огромные пушки дорвавшихся до наслаждений мужчин могли и разорвать ее. Но магии удачно сплетались, и Длали ловила одну разрядку за другой. После чего обессиленно заснула в крепких объятиях.

Каяна же, оставшись с Лючицем наедине, не преминула воспользоваться шансом прогуляться с королем.

- Тебе не скучно, господин Лючиц? – сверкнула прекрасными серыми глазами. – Ты здесь один дракон.

- Ну не совсем один, - фыркнул король. – В этом государстве еще обитают драгдроу.

- Фу, - высокомерно сморщила носик Каяна.

В их мире когда-то жили дроу – темные эльфы, жестокие твари, обитающие в подземных пещерах. Чистокровных давно истребили, но некоторые дроу смешались некими оборотнями. В человеческой ипостаси те оборотни были прекрасны, в звериной же были маленькими подземными драконами. И вот на драконов остальные существа посягать все же не стали, их не истребляли. Таким образом, драгдроу были полукровками, предками которых были драконы и темные пещерные эльфы.

В человеческом облике полукровки были в большей степени похожи на дроу – чуть заостренные ушки, не серый, но смугловатый цвет лица, платиновый цвет волос. В драконьей ипостаси были похожи на драконов, но очень маленьких и неказистых по сравнению с другими видами драконов.

Подземные и так не отличались силой и ростом, а смешав кровь с дроу и вовсе выглядели мелко, были чуть крупнее лошади. Куда там до величественных золотых и серебряных. Так как и дроу, и подземные драконы были народами глубоко призираемыми, драгдроу получили презрение по наследству. Их было немного, и они, как правило, влачили жалкое существование.

- Фу? То есть размер имеет значение? -  расхохотался золотой.

- Ага, и блеск, - ухмыльнулась драконица. – Уверена твой младший Лючиц всегда блестит золотом.

- Про блеск не скажу, но крепок как металл, но не золото, а железо, – многозначительно облизался Лючиц.

- Соблазнительно, - облизнулась в ответ драконица. – Я бы проверила, но боюсь, сначала тебе нужно проверить истинность с принцессой. Она почти уверена.

- Я тоже, - кивнул Лючиц, - но может так статься, что у нее уже сейчас кольцо на пальчике от Йорна.

Драконы захихикали. После прогулки золотого увлекли дела, и с Длали он встретился лишь вечером. Девушка была и рада, что с Лючицем проверку осуществлять приходилось попозже. Оборотни весьма утомили ее. А первой ночью с истинным хотелось чувствовать себя бодрой и свежей.

- Ну, привет, - игриво прошептал Лючиц, ворвавшись к драконьей принцессе без стука.

- Ох, - Длали его ждала, визит не оказался внезапным, и все же девушка растерялась.

Лючиц схватил ее за руку и усадил на кровать. Сердце девушки так стучало, что грозило проломить грудную клеть, по телу пробежала дрожь, во рту пересохло. Лючиц был самым прекрасным мужчиной в мире, и сейчас он держал ее ладони в своих. Было безумно приятно чувствовать его касания.

- Прости, - дракон поцеловал ее в висок, - все должно быть, конечно, иначе. Если бы мы даже и кинулись проверять парность сразу в постели, то должны бы были быть свечи, великолепное вино, закуски и далее по списку.

- Я здесь не ради свечей, - голос девушки дрожал от волнения, - ради тебя. Свечи не важны.

- В государстве серьезные волнения…

- Я очень невовремя?

- Истинная не может появиться невовремя, - мягко улыбнулся Лючиц. – Просто сегодня все будет без прикрас. Прости.

Длали было не до прикрас. Лючиц был настолько прекрасен, что на его фоне потерялись бы все эти цветы, свечи и вина в хрустальных бокалах. Парень накрыл ее губы своими, и Длали будто в бездну ухнула, даже пальчики на ногах поджала. Король был невероятно искусен в поцелуях, его требовательный язык ласкал, дразнил, проникал глубоко внутрь, а губы меж тем пожирали рот настойчиво и сладко. Сильное тело навалилось сверху, и мир превратился в океан удовольствия, в которое Длали проваливалась все глубже, пока наслаждение не достигло своего пика и не изверглось обжигающей лавой вулкана.

- Лючиц, - прошептала Длали в темноте. - Как ты думаешь? Да?

- Узнаем через несколько часов, - дракон мягко отстранился. – А сейчас прости, мне нужно бежать.

Длали ободряюще улыбнулась королю, драконы прекрасно видели в темноте. Но после того, как золотой вышел, разочаровано поджала губы, Лючиц не остался на ночь. Она, конечно, понимала, что он король, что у него могут быть дела даже и ночью, но все равно было обидно, что ради нее не отложил вопросы до утра.

Государство Лючица было небольшим, это ее брат правил империей и мог сорваться по делам государственной важности посреди ночи, а управлять парой городов и несколькими деревнями смогла бы, наверное, и Длали, еще бы и спать успевала.

Девушка задремала лишь спустя пару часов, но выспаться ей не дали. В спальню ворвался Лючиц.

- Я хочу сгладить несколько сумбурный прием, принцесса, - дракон выглядел нервным, было заметно, что он и подремать не ложился.

К Длали подскочил камердинер и подал обнаженной девушке шелковый халат, который драконы надевали после смены ипостаси.

- Все хорошо, господин Лючиц, не стоило беспокоиться, - Длали подумала про себя, что все становится еще более сумбурным.

- У меня есть прекрасные танцовщики! Они наверняка восхитят ваши с Каяной девичьи сердца, - с наигранным воодушевлением сообщил Лючиц. – Следуй за мной, госпожа Длали.

- Господин Лючиц, - Длали все же накинула халат. – Сейчас ночь. Я высоко ценю твою заботу, но могу подождать выступления танцовщиков до завтрашнего утра, дня, вечера.

- Только сегодня и только сейчас, следуй за мной, - устало улыбнулся Лючиц.

- Может, тогда мне стоит все же приодеться?

- Нет.

Лючиц выглядел очень утомленным, Длали решила с ним не спорить, хотя это и было максимально странно, вскакивать посреди ночи и бежать куда-то смотреть на танцовщиков. Драконица поняла, что спускаются они ниже первого этажа. Нервно прокашлялась.

- Там пещеры, и просто огромная зала, если что-то случиться, землетрясение, например, то драконы нашего с тобой размера смогут там обратиться и уйти через большой проход. Обращайся и уходи с парнями, лесная, - заметил ее нервозность золотой. – И да, танцовщики у меня драгдроу.

- Драгдроу? – поморщилась принцесса. – Даже люди предпочтительнее.

- Почему? – обидчиво бросил золотой. – Они все же драконы, хоть и некрупные. Это предвзятое отношение к дроу пора бы уже искоренить. У меня была идея все же заселить эти земли драконами, я всерьез занимаюсь поисками истинной пары и хочу видеть драконов в качестве придворных, приглашаю тех, кто не нашел своего места на драконьем материке. Но пока у меня только драгдроу. Нашел троицу.

- Нашел?

- Их забивали камнями, они валялись все переломанные, я забрал себе и выходил, теперь у меня три здоровеньких юноши на обучении, они уже достигли совершеннолетия и полностью овладели магией.

- Их же непросто так забивали камнями, наверняка было за что, - покривила губами Длали.

- Разумеется, но мальчишкам, выживающим на улице многое можно простить, - строго заметил Лючиц.

Длали просто пожала плечами, она не осуждала жестокость. Дракон все-таки. А вечным магическим существам присуща жестокость, особенно властьимущим. В кругах которых вращалась Длали, среди драконов было немало убийц, насильников, извращенцев и далее по списку, взять хотя бы ее брата… Но Длали не понимала, как Лючицу непротивно привечать отбросов, отринутых обществом грязных ублюдков дроу, которые смешались когда-то с жалкими мелкими пещерными драконами. На этот раз принцесса передернула плечами, и уже от отвращения.

Лючиц привел ее в огромную каменную залу, судя по всему, переделанную из большой пещеры, что подтверждали каменные своды. В самом конце залы были навалены цветные матрасы и подушки, на которых уже восседала Каяна. Длали вопросительно посмотрела на золотого, тот проводил ее к компаньонке. Усадил на матрасы и указал рукой на поданные закуски, фрукты и вино.

- Развлекайтесь до утра, - прозвучало как приказ.

Лючиц ушел, пообещав, что драгдроу скоро прийдут развлекать гостьей.

- Ты чего-нибудь понимаешь, Каяна? – нахмурилась Длали.

- Нет, госпожа, - девушка покосилась на безымянный пальчик Длали.

- Пока не проявилось, - вздохнула драконица, она каждую минуту, ожидала появление перстня. – Но может пройти до десяти часов. А ты проверяла истинность с Лючицем?

- С господином сверкающий зад? – ухмыльнулась Каяна. – Нет, но я и не стремлюсь найти пару, а вот с господами оборотнями покувыркалась, они весьма.

- И весьма, - вспомнила огромные стволы Длали.

Девушки прыснули. И так как слугу им оставить не удосужились, принялись сами класть себе закуски.

За этим занятием их и застали вышедшие к ним трое юношей. Драконицы драгдроу раньше не видели, ну они же не шлялись по трущобам и захудалым деревням. Осматривали странную расу с интересом. Все юноши были худенькие, чуть ли не тоньше самих девушек, хотя бы были среднего роста, что для эльфов уже победа. Тела их меж тем обладали удивительной грацией и гибкостью, было видно, что они все же очень крепкие и сильные. Кожа была смуглая, чуть с сероватым отливом, для бледнокожих драконов было непривычно видеть таких собратьев. Их юные лица были исполнены эльфийского колдовского очарования - прекрасные огромные черные глаза с женственно изогнутыми ресницами, черные брови вразлет, тонкие носы, узкие лица, красиво очерченные губы.

Парни были похожи между собой, только когда они приблизились стали видны отличия. Заговорил, тот, что был слева. Ублюдыш осмелился посмотреть прямо в лицо принцессе, в его огромных черных глазах отсвечивало саламандрами пламя свечей, и в Длали одновременно поднялись две волны восхищения и омерзения.

- Позвольте вас обслужить, - потек мягкий лишенной всякой звонкости голос.

- Что ты под этим подразумеваешь, ублюдыш? – кокетливо спросила Каяна, ее драгдроу тоже заворожили.

- Мы нальем вам вина, госпожи, и будем укладывать на тарелку фрукты, - изящно прокрутил тонкое запястье и потянулся было к графину.

- Не смей! – рявкнула Длали.

Парень испугано одернул руку, остальные попятились, опасливо глядя на дракониц.

- Госпожа? – удивленно посмотрела на принцессу Каяна.

- Не хочу, чтобы ублюдки прикасались к еде и напиткам, - объяснила компаньонке Длали. – Только представь, где побывали их грязные руки.

- Руки мы мыли, - усмехнулся желавший обслужить их парень, - и не имеем привычки греть их в заднице.

- Заткнись, отброс, - прошипела драконица. – Если бы вы не были воспитанниками Лючица, я бы потребовала выпороть тебя за дерзость.

- Не страшно, - грустно улыбнулся парень. – Меня давно не пугают плети, великая принцесса Длали лесная, лет так с пяти.

- Отсядьте подальше, - сморщила нос Длали. – Вонючие.

Драгдроу послушно отползли и уселись на пяточки на каменном полу, наблюдая как госпожи наслаждаются трапезой. Лючиц подал ну очень крепкое вино, даже для дракониц это было через чур, поле каждого глотка драконами девушки рисковали стать огнедышащими. А вот закуски были легкие, Каяна все же захмелела, и ее взор, обращенный на парней, становился все похотливее, девушка все откровеннее разглядывала тонкие станы и смазливые личики.

- Может, угостим мальчиков? – прошептала Каяна. – Такие худенькие, наверняка голодные.

- Мальчиков? - зло прошептала в ответ Длали. – Это отбросы из канавы.

- Нууу…., - Каяна подмигнула одному. – Выпей еще вина, Длали лесная, его терпкость и послевкусие невероятны.

Оценившие вино и переоценившие свои силы девушки вдруг вспомнили про танцы. Каяна настойчиво потребовала зрелищ.

- У нас заготовлен лишь один танец для вас, госпожи, - все тот же драгдроу, что говорил с ними поднялся с едва уловимой усмешкой в прекрасных глазах. – Это традиционный танец драгдроу. Когда парень хочет привлечь девушку, он танцует для нее на раскаленных углях. Танцует до поры, пока девушка не согласиться разделить с ним ложе, либо пока угли не остынут.

- Оооо, это так завораживающе! – восхитилась Каяна. – Не знала, что у драгдроу есть традиции.

- Жрать из помоек их традиции, - прокомментировала чуть пьяным голосом Длали.

Парни же принесли ведра с раскаленными углями и рассыпали их на каменном полу. После чего ступили на них босыми ступнями, вскидывая изящные руки. Они закружились в каком-то невероятно чувственном танце, их стройные гибкие тела извивались на грани эротичности и пошлости. Сладострастный танец пьянил поболее вина, пьянил сердца и души. Глаза же, невероятно прекрасные черные глаза драгдроу молили о пощаде, просили позволить им сойти с углей и прекратить этот чарующий мучительный танец.

- Ладно! – геройским тоном выдала Каяна. – Вы помилованы, я, пожалуй, разделю с вами, пусть не ложе, но вот этот милый… ииик… матрасик.

Два парня тут же соскочили с углей и подбежали к Каяне, целуя ей руки и ступни. Драгдроу же говоривший с ними, остановился, продолжая стоять на углях, задумчивым грустным взглядом посмотрел на Длали.

- Ты возьмешь троих, госпожа Каяна? – перевел взгляд на девушку, с которой его товарищи уже сбросили шелковый халатик.

- Хоть десятерых, - прошептала охваченная сладострастием Каяна.

Длали посмотрела на троицу. Парни, с трудом сдерживая нетерпение, покрывали тело Каяны жесткими поцелуями беспорядочное вылизывали, терлись влажными крепкими пушками. Пещерная зала наполнилась таким вожделением, что оно стало осязаемым.

Дагдроу двинувшийся было к Каяне, остановился по приказу Длали.

- Ладно, ты иди ко мне, - всмотрелась в черные глаза принцесса.

Парень криво улыбнулся, встал на четвереньки и подполз к Длали, ткнувшись в колени светлой головой точно пес. Посмотрел прямо, сладострастно облизнулся. А девушка уже пожалела, что позвала его. Сколько бы ни было десятков тысячелетий дракону, все они выглядели юными, но возраст выдавали глаза.

И вот по глазам этого драгдроу было видно, что он, хоть и совершеннолетний, все же неприятно молод, по сути сырой, он и пах немужественно, не сладковатым мускусом как оборотни, не терпким, густым ароматом как золотой дракон, он пах нежным, легким запахом акации, прибитой дождем пылью, озоном. Еще он был жалким, необразованным зверенышем, выросшим на помойках, это сейчас так отчетливо читалось пусть и в таких прекрасных глазах.

- Чем мне можно касаться тебя, Длали лесная, своими грязными руками, грязным языком или грязным членом? – дерзко ухмыльнулся драгдроу.

Длали перевела взгляд на троицу. Парни наполняли Каяну своими каменными стволами и от похоти не замечали ничего вокруг.

- Делай что хочешь, - Длали раздраженно рванула пояс халата.

Парень сам уложил Длали на спину, начал было целовать прекрасное тело девушки, но осознав, что она не жаждет с ним прелюдий, просто вошел горячие ножны, забирая удовольствие лишь себе.

Длали было неприятно это признавать, но несмотря на простоту соития и отсутствие в парне мужественности, ей было очень хорошо с этим драгдроу. Да, она не пришла к феерической разрядке как с Лючицем или оборотнями. Но испытала некое наслаждение, принимая в себя длинный крепкий ствол. Парень с тихим всхлипом извергся в нее. Да, это был не громогласный рык Йорна. Длали опять невольно сравнила. А потом, утомленная соитием и опьяненная вином, она уснула.

Проснулась же уже в своей комнате. Она помнила, что сквозь сон осознавала, как драгдроу несли ее в спальню на руках, слышала слова Лючица, что опасность миновала, и девушек можно выпускать из пещеры. Хотела бы Длали знать, что происходит в этом маленьком дворце. Девушка огляделась в поисках горничной, той уже бы стоило появиться, чтобы ждать пробуждения госпожи с набором для умывания. Следом, конечно, посмотрела на безымянный палец, принцесса, вроде как, почувствовала кольцо, однако она его ощущала с самого прибытия во дворец, просто обманывала свои тактильные ощущения, выдавая желаемое за действительное.

Но в этот раз кольцо на пальце драконицы было на самом деле. Кольцо из платины с замысловатым узором. Сердце радостно забилось. После чего Длали, правда, посчитала сколько часов прошло со времени совокупления с оборотнями. Казалось, слишком много. По расчетам девушки, кольцо определенно должно было появиться у Лючица.

Принцесса вскочила с кровати, выглянула в коридор, почти истерично позвала горничную и, споро умывшись и одевшись, побежала в столовую, надеясь, что счастливый золотой дракон уже ждет свою истинную. Лючиц, однако был центральной зале, через которую лежал путь в парадную столовую.

Длали побежала было навстречу истинному, чтобы броситься на шею, но его раздраженный тон заставил ее притормозить. Лючиц был не в духе, с кем-то беседовал. Перебивать и посвящать этого недовольного кого-то в самое счастливое событие в своей жизни девушка не спешила, спряталась за колонной.

- Во-первых, в звериной ипостаси Йорн и Царн доберутся быстрее, чем верхом, - продолжил разговор золотой дракон, - все-таки волки они большие и быстрые, во-вторых, их не отличить от обычных волков, это хорошее прикрытие.

- По моим подсчетам, они уже должны быть близко к границе, - кивнул драгдроу, что совокуплялся вчера с Каяной. – Что будешь делать с драконицами?

- Сегодня же объясню ситуацию и отправлю домой, - заявил Лючиц.

- Ты с обеими проверил истинность?

- Только с Длали. Она не моя пара. С Каяной проверю когда-нибудь после, сам понимаешь, обретение пары прямо сейчас, будет, ой, как невовремя. Пойдем в столовую, возможно, девушки уже там.

Парни ушли, а Длали стояла, прижавшись к колонне с заледеневшим сердцем. Ей казалось, что ее этой колонной пришибло. Теоретически истинность могла проявляться спустя более десяти часов после соития, выходило, что ее истинный один из волков. Царн или Йорн?

Драконица настолько углубилась в свои мысли, что заметила приближение драгдроу, только когда тот подошел почти вплотную. Это был тот нахал, с которым она совокуплялась ночью. Он дерзко смотрел в глаза, даже, можно сказать, зло. Длали прямо почувствовала, что злость и обида кипят в нем.

Она уже было повернулась, чтобы уйти, решив нажаловаться золотому на хамское поведение его воспитанника. Ну, хамским был только взгляд, но все же… Но тут ей показалось, что в грудь входит кинжал. Если бы это был настоящий кинжал, было бы, наверное, не так неожиданно и больно.

Парень демонстративно поднял согнутую в локте руку. На пальце его отливало блеском платины кольцо парности со сложным узором. Но он точь-в-точь повторял узор кольца Длали.

- Это… какая-то ошибка, - севшим голосом выдала принцесса, - драгдроу не может быть парой дракона.

- Это почему же? – зло усмехнулся парень. – Эльфы могут быть парами драконов, подземные драконы уж тем более, они сами драконы. Так что драгдроу на все сто процентов могут быть парами драконов. Просто другие драконы с ними не общаются и не совокупляются. Поэтому истинность и не проверяется никогда. Почти никогда.

- Ах… - Длали просто не знала, что ей делать теперь, когда весь мир рухнул в секунду.

- У тебя есть с собой большие перстни, безразмерные с разжимающимся кольцом? – неожиданно спросил парень.

- Есть один такой, - девушка даже не пыталась его понять, было все равно.

- Его можно надеть поверх драконьего кольца, спрятать метку, а потом найти сильного мага, что может мороком скрывать некие особенности тела. Думаю, сможет и кольцо. Я пока забинтую руку, скажу, что экспериментировал с зельями и обжегся магически, так что заживет лишь через пару дней.

- Не слышала про морок на отдельных частях тела, - удивленно взглянула на драгдроу принцесса.

- Потому что, во-первых, такие маги дают клятву о неразглашении, и носящий морок не заинтересован болтать о своих тайнах, а во-вторых, обитают они, как правило, на улицах с весьма сомнительной репутацией или в лесах.

- Ты согласен скрыть истинность? – Длали заинтересованно посмотрела на пару.

- Не забесплатно, - гадко оскалился парень. – «Очень-очень не забесплатно», принцесса.

- Хорошо, - этого следовало ожидать от потомка дроу. – Сколько?

- Пойдем в твою спальню, - подмигнул истинный.

Длали вела его словно в тумане, соображала она сейчас туго, прибывала в полнейшем душевном раздрае.

Позволила войти в комнату, его, судя по всему, интересовало не ее тело, а ее платежеспособность.

- Так сколько? – раздраженно бросила девушка.

- Я же дракон, - драгдроу встал практически вплотную. – Мне нужны драгоценности, которые ты привезла с собой. Все.

- Нет! Это решительно невозможно! Как я объясню брату…

- А как ты объяснишь брату истинного драгдроу? О, наверняка его безопасники начнут уточнять мою биографию. Что же, начнем с того, что вылупился я в грязной сточной канаве под мостом, - веселился драгдроу.

- Достаточно! – Длали схватила свою уменьшающую сумку.

Парень, однако, перехватил ее запястье и взял сумку сам. Принялся рыться в ней, выбрасывая платья.

- Подожди! – рявкнула драконица. – Сама такая сумка стоит дороже бриллиантового колье!

- Она мне пригодится. Или не стоит ее брать, а лучше бы заняться написанием письма шурину?

- Бери что хочешь, - Длали обессиленно присела на кровать. – А я… я совсем ничего в тебе не бужу? Никаких чувств? Все-таки парность…

Истинный медленно отложил сумку, приблизился, заставил ее лечь на кровать, навис сверху, хватая длинными тонкими пальцами за подбородок.

- Неужели ты думаешь, у меня могут быть какие-то чувства к помойной шлюхе, чьей парой является грязный, аморальный ублюдок, мусор, недобитая камнями мразь?

Драгдроу забрал свою сумку и вышел.

А в сознании Длали каруселью кружили эти его слова. Она столько раз представляла себе, что скажет ей истинный, когда узнает, что она его пара: «Я чувствовал, что ты окажешься моей, Длали, ведь с первого взгляда полюбил.», «Как же я счастлив, что это именно ты.», «Любимая, мне досталась лучшая женщина в мире.», далее по списку. А настоящие слова настоящего истинного не сколько обижали, сколько пугали.

Они же были правдой. Длали задумалась, что было бы объяви она, что ее истинный драгдроу? Несколько тысячелетий назад, когда дроу еще не истребили, их люто ненавидели, эта странная озлобленная раса боролась со всеми другими расами весьма жестокими и извращенными методами. По крайней мере, так говорилась в летописях, Длали ведь было всего двадцать, она не могла знать наверняка. Да и мало кто уцелел с тех времен, а кто уцелел, не мог предаваться воспоминаниям в полную меру.

Мир тогда просто плавал в крови, ожесточенные войны велись везде, пока Великие, дабы миру не пришел окончательный конец, не прибыли сюда, чтобы привести все хоть в какой-то порядок. Восстановив мир, они забрали память о прошлом у оставшихся, чтобы те могли жить дальше, спокойно засыпать по ночам и радоваться жизни.

Дроу же все равно помнили, их еще немного оставалось, как и подземных драконов. В отличии от дроу, ящеры-оборотни вызывали не ненависть, но презрение и омерзение и как маленькие драконы, и в человеческой ипостаси. Из-за пещерного образа жизни, своеобразных общинных порядков и устоев, они вызывали недоумение, они были не такими как все, а это ли не повод для презрения?

С дроу, с которыми подземные драконы все же общались, они как-то взаимодействовали, между ними появлялись истинные пары, но дети рождались не чистыми драконами, как в случае с людьми и другими оборотнями, а имели в себе черты темных эльфов.

Драгдроу же, которые в отличие от дроу выжили, получили в наследство презрение и уже не ненависть, замешанную на страхе, но неприятие, замешенное на высокомерии.

Длали была принцессой, перед ней в Изумрудных Вершинах все стелились, но что бы делали драконы, узнай, что ее пара драгдроу? Продолжали бы лебезить, втыкая колкие шепотки в спину, или откровенно плевали бы в лицо? Она даже не знала, как к ее паре отнесется брат. Защитит? Признает? Тогда можно было бы рассчитывать лишь на шепотки.

Авторитет Наверши лесного был впечатляющ. Но Наверши, как бы сильно не любил сестру, империю любил сильнее, мог и отправить подальше от дворца, дабы не порочить честь императорской семьи.

Так или иначе, для Длали объявление об истинном означало одно - на нее с этой минуты будут смотреть или с презрением, или с жалостью, или с насмешкой, или с ненавистью, список бесконечен и ложки меда в сей бочке дегтя не было.

А сокрытие пары означало вечное одиночество, смотрели бы на нее лишь с сочувствием, но такая жизнь казалась девушке пустой, бесцветной, бессмысленной. И она выбрала ее, отдав за это украшения и сумку-артефакт.

Девушка разделась, вышла на террасу обернулась и улетела в самый дальний, в самый заросший уголок королевского сада. Обернулась в человеческий облик, свернулась колечком под кустом и тихо заплакала. Перед глазами стояло красивое злое лицо, бросающее в нее гадкими словами.

Каяна, Лючиц, Хейн и Млаш были удивлены, что Длали не пришла к завтраку, совсем немного удивлены, понимали, что она грустит из-за того, что парность с Лючицем не подтвердилась. Ишели к завтраку сильно опоздал, пришел уже к десерту. Он явно был не в духе.

- Каяна, - Лючиц улыбнулся как можно мягче, - возможно, это прозвучит крайне грубо и невоспитанно, но так как истинность с Длали не подтвердилась, вам лучше отбыть сразу после завтрака. Я буду рад видеть вас во дворце в другое время. Сейчас обстановка в государстве весьма напряженная, и отъезд необходим в первую очередь для вашей безопасности.

- Я понимаю, господин Лючиц, - кивнула лесная драконица, - постараюсь донести это до принцессы как можно мягче. Тем более, что нам все равно нужно двигаться дальше по списку.

- Есть список? – усмехнулся Хейн.

- Ой! – Каяна порадовалась, что не ляпнула хотя бы, что Лючиц входил уже в третий список.

- Я сопровожу вас в полете до границы, - угрюмо бросил Ишели.

- Спасибо, Ишели, но ты мельче нас раз в пять, - Каяна замялась. – Думаю, мы сами обеспечим свою безопасность.

- Не смущайся, лесная, - подмигнул Хейн. – Говори прямо, что стесняешься лететь с грязными ублюдками.

- В моей стране к драгдроу будут относиться нормально. Я работаю над восстановлением их репутации, хочу создать школы и рабочие места, - оскорбился за воспитанников Лючиц.

- Это похвально, - Каяна все же понимала, что приведи она такое сопровождение, госпожа ей хвост оторвет.

Сама же Каяна после ночи, проведенной в объятиях драгдроу, после их завораживающего танца, после бесед за вином и закусками стала относится к ним намного лучше. Они были интересными в этой своей диковатости выросших на улице существ, и они были очень красивыми, несмотря на стройность, тонкость и изящность черт лица, присущих как правило драконицам, а не драконам. Этот их платиновый, лишенный красок цвет волос и чуть заостренные ушки стали ее своеобразным фетишем.

А Длали в комнате не оказалось. Но Каяна решила не сообщать Лючицу, а просто ее дождаться. Понимала, что принцесса или злится, или грустит, и ей нужно побыть одной. Золотой же должен был понять, что они не улетели, раз не пришли попрощаться.

Однако Лючицу было просто не до таких логических умозаключений, он попросил Каяну улетать после завтрака и был уверен, что его просьба выполнена. Когда же ближе к вечеру на него выскочила испуганная компаньонка принцессы, был крайне удивлен.

А Длали впала в некую полудрему. Безразлично лежала, почти не замечая шум, шедший из дворца. Подумала, что Лючиц принимает очередных гостей, например, Гайлару горную. Но ее полудрему как рукой сняло, когда из кустов на нее выпрыгнули Каяна, Лючиц и три его воспитанника драгдроу. Золотой накинул на нее невидимое покрывало морока.

- Удивительно, но ты был прав, Ишели, - воскликнул Лючиц. – Длали здесь.

- Просто это отличное место, чтобы похандрить, чем еще любят заниматься принцесски? – зло сплюнул Ишели.

- Длали, следуй за нами, но очень тихо, - прошептал Лючиц. – Хорошо, что ты здесь, отсюда очень удобно уходить.

Ничего не понимая, девушка вскочила на ноги, прикрывая наготу руками, и удивленно оглядела присутствующих.

- Нападение на дворец, госпожа, - поспешно объяснила Каяна. – Нужно уходить.

- Почему бы не улететь? – удивилась Длали.

- Не получится, - бросил Лючиц. – Все за мной, все объяснения потом. Морока надолго не хватит, нужно успеть добраться до входа.

Длали ничего не понимала, но видела, насколько испуганы ее спутники, поэтому почла за благо молча следовать за ними. Лючиц нервно всех поторапливал.

У золотого везде были входы в подземные пещеры. В том числе и тайные, которые не сообщались с пещерами, о которых знали все. О входе в саду знал только Лючиц. Дракон приблизился к статуе светлой эльфийки, играющей на лире и сидящей на большом скалистом камне, дотронулся до камня, шепча заклинание, булыжник отодвинулся, обнажая вход под землю.

Лючиц велел Хейну первому спускаться по выдолбленной земляной лестнице, остальным следовать за ним, сам он замыкал шествие, пошел крайним. И когда все спустились на несколько метров, прошептал заклинание, и статуя вернулась на свое изначальное местоположение. Вход закрылся, стало слишком темно, хоть драконы и хорошо видели в темноте. Рассказ о произошедшем в узком темном лазе звучал еще страшнее.

Лючиц правил очень маленькой страной на несколько десятков тысяч жителей. На материке не было драконьих государств, и золотой мечтал это исправить посредством приглашения других драконов, драгдроу и поиска истинной для рождения детей. Мелких хищных оборотней, что в основном здесь проживали, это напрягало, существовала большая вероятность, что как только драконы размножатся, то решат расширить свои территории, займут все ключевые должности, а такие оборотни как росомахи, ласки, хорьки останутся на задворках.

Поэтому, благодаря тому, что Лючиц был пока в меньшинстве, а в также благодаря финансовой поддержке из других государств и наемникам, верхушка правления страны Золотого Дракона совершила переворот. На пост короля претендовал его первый министр, практически все правительство его поддержало.

Золотой держал власть имущих в узде, новое правительство же обещало им больше свободы, возможность вести теневые игры и закрытие глаз на мздоимство. Власть Лючицу удержать не удалось, зато благодаря нескольким верноподданным магам удалось спасти жизнь. Маг, немного владеющий магией морока, ненадолго смог скрыть бывшего государя, его воспитанников драгдроу и Каяну. Драконы покидали вещи в сумку, «подаренную» Длали, и бросились искать принцессу. Ишели уверенно привел их в сад, где пряталась девушка.

- Лючиц, нам нужно найти выход с другой стороны дворца и улететь? Почему мы сразу не обратились и не улетели? – задала логичный вопрос девушка.

- Главный министр и его приспешники прекрасно понимают, что если мне удастся выбраться с материка, то другие драконы, узнав о случившемся, прилетят мстить за своего, и тогда не останется ни министра, ни его приспешников, ни этого государства, ни, возможно, даже соседних. Росомахи воспользовались «правом необорота», - пояснил дракон.

- Но это же безумие! – удивилась Длали. – Это право даровано этому материку Великими, но им можно воспользоваться единожды. Больше Великие на помощь не придут, даже если драконы сожгут материк. И это право удерживало драконов от крупных посягательств на эти земли, так как перевес сил быстро бы растаял, лишись они драконьей ипостаси.

- Согласен, глупо, - шикнул Лючиц. – Но если хотя бы три из пяти правителей на сем материке подтвердят использование договора, то он будет действовать. Что и произошло. Но они заранее заготовили легенду о моем и вашем исчезновении, обвинят естественно драгдроу. Понадеялись, что драконам не удастся узнать правду, и они оставят материк в покое.

- Мой брат бы не оставил, - возмутилась Длали.

- Если дело будет состряпано правильно, - задумался Лючиц, – то есть большая вероятность, что все поверят в виновность общины драгдроу. А использование «права необорота» министр-росомаха легко объяснит тем, что его потратили на то, чтобы драгдроу не улетели, ради освобождения меня и принцессы воспользовались ценным единым правом.

- Какое благородство! До слез, - хмыкнул Хейн.

- Но мой брат, его приближенные все равно бы стали сами проверять!

- Да, стали бы, - усмехнулся Ишели. – Но им подобрали очень удобный объект для ненависти, от драгдроу ведь именного этого бы стоило ожидать, они очевидные нападающие, похитители, вымогатели. И ненависть, чувство мести заставили бы императора захотеть поверить.

Драконы, наконец-то, спустились и оказались в узком каменном проходе. Хейн провел по нему ногтями и стены замерцали слабыми белым блеском, все же в достаточной степени освещающим каменный коридор.

- Принцесса, тебе нужно одеться, - Млаш полез в ее уменьшающую сумку, что была у него на плече. – Вещи Хейна тебе подойдут или, может, вещи Ишели.

- Нет, Млаш, - Ишели перехватил руку старшего товарища. – Длали не наденет одежду ублюдков. Не нужно.

- Но здесь холодно, - растерялся Млаш. – А так как у нас закрыта возможность оборота, то и драконья магия не действует. У нас хотя бы есть магия дроу.

- Можем согреть, - ухмыльнулся Хейн.

- Лючиц, - вздохнул Ишели, - веди нас дальше.

Золотой скинул с себя походную куртку и одел на Длали. После чего они с Хейном пошли впереди, Лючиц показывал дорогу, а Хейн скреб стены, заставляя их немного светиться. Длали закуталась в куртку, без драконьей магии было холодно, в мрачных каменных пещерах пахло сыростью. Она бы не отказалась надеть одежду драгдроу, но постеснялась высказаться.

Ишели замыкал шествие, Длали чуть помедлила, чтобы пойти с ним рядом.

- А ты Ишели или Хейн? – спросила в полголоса.

- Тебя это волновать не должно, - раздраженно бросил драгдроу.

- Слушай, я не то, чтобы вас ненавижу или презираю, просто…

- Просто мы отбросы из канавы, и жрать из помоек наша традиция.

- Это то, что мне вдалбливали с детства. Но пообщавшись с вами, я понимаю, что вы такие же драконы, но владеющие еще и темной магией дроу. Возможно, когда-то кому-то было невыгодно возвышать таких драконов, с учетом, что вы распространены везде, а не только на драконьем континенте. И вам создали такую репутацию.

- Тебе, разумеется, выгодно меня обелить, - усмехнулся Ишели.

 - Нет. Что касается ситуации, даже если я и не испытываю к вам неприязни, это не отменяет отношения к вам общества. Поэтому…

- Лючиц! – перебил ее драгдроу и бесцеремонно прошел вперед. – Что думаешь насчет еды?

Длали стало обидно за такое отношение к ней, и еще почему-то стыдно, она, кажется, опять оскорбила пару. Через пару часов они вышли в небольшую сквозную пещерку. По сути, это был просто сильно расширенный проход. Здесь уже Млаш использовал свою магию, и каменные стены засияли теплым золотым светом, он не распространялся так далеко, как белый свет Хейна, зато светил ярче. Парни присели, облокотившись о стену. Девушки сели напротив. Каяне пришла в голову идея, она сбросила с себя свой комплект мужской одежды и курточку, отдала госпоже, а сама надела одежду Хейна.

Длали молча надела одежду компаньонки. Ситуация была неприятная, получалось, что все здесь дружные сплоченные драконы, а она сама по себе  – капризная, избалованная, тупая принцесса-снобка. Передернула плечами.

Посмотрела на парней напротив, пытаясь понять чувства к истинному. Он сидел, устало уложив голову на плечо Млаша, и совсем не смотрел на нее.

Длали пожирала обида, как могла не понравится парню? Да еще и истинному. Он был все же красив, такой изящной, необычной красотой, и эта его сероватая кожа и платиновый цвет волос в сочетании с огромными черными глазами привлекали. Длали подумала, что будь он крупным драконом без эльфийской темной магии, наверное, все же смог бы влюбить ее в себя. Млаш вот был покрупнее и повыше, черты лица у него были резче, отчего он казался самым жестким.

Нужно было поспать, но сон не шел ни к кому.

- Когда мы сможем все-таки выйти из пещер? – Каяна умоляюще посмотрела на золотого, к которому Млаш и Хейн устало привалились с двух сторон.

- Здесь нас найти почти невозможно, - объяснил Лючиц. – Слишком путанные каменные лабиринты, к тому же, магия дроу отведет дорогу от преследователей. Но скорее всего приспешники росомахи даже не пошли за нами, а ждут у каждого выхода из пещер. Думаю, они догадались, что мы прячемся в здесь.

- Они знают все выходы? – с сомнением спросила Каяна.

- Допускаю, что не все, - задумался Лючиц. – Но мы не можем знать, о каких именно они не знают, где нас не ждет засада. Нужно уйти как можно дальше, так больше шансов на успех.

- А потом куда? – севшим голосом спросила Длали.

- В деревеньку под названием «Сточные воды», - криво улыбнулся Ишели. – Я там жил лет с пяти. Когда был уже способен промышлять мелкими темными делишками, меня приняли в общину. Деревня драгдроу. Там можно укрыться на некоторое время.

- Туда сливают нечистоты что ли? – проворчала Каяна.

- Нет, но воняет там знатно, - насмешливо посмотрел на девушек Хейн. – В горах повсюду сероводородные источники. Пахнет похлеще чем из дырки давно не мывшейся бляди.

- Хейн! – простонал Лючиц.

- Что? Дядюль?

- Ишели, - сменил тему Млаш и дотронулся до перебинтованной ладони собрата. – Давай полечим твою ручку.

- Она здорова, - недовольно пробурчал драгдроу. – Просто мне удобнее в бинтах, так не натрусь о камни.

- С каких пор потомка подземных драконов и пещерных эльфов смущают камни? – Хейн даже отлепился от стены, чтобы посмотреть на Ишели.

- А тебе, Длали, удобно продираться по каменным ходам в таком перстне? – желтые глаза золотого дракона внимательно посмотрели на девушку.

А Длали ничего не ответила. Растерялась. Он все понял! Конечно, была надежда, что Лючиц сохранит ее парность в секрете. Но сейчас драконица задумывалась, а хочет ли она хранить это в секрете. Сколько это может продолжаться?

Истинность — это навечно, рано или поздно кто-то узнает, или она устанет от разговоров, что нужно бы ей найти пару. Так не лучше ли было признать, что ее истинный из сточных вод, вылупился в канаве? Поэтому принцесса просто отречется от пары, будет жить свободной, в окружении фаворитов. Пару сотен лет позлословят и устанут.

Вновь посмотрела на своего драгдроу. И все-таки он красивый.

- Лючиц, - Млаш полез в уменьшающую сумку. – А давай почитаем нашу книжку?

- Ээ, - Лючиц смущенно посмотрел на дракониц, но драгдроу же вытащил книгу. – Конечно, Млаш. На какой странице мы остановились?

- Вот, - парень бережно открыл книгу.

Млаш принялся читать, Лючиц внимательно слушал, поправлял и поглаживал драгдроу по голове, когда тому удавалось прочитать особенно сложные предложения. Млаш читал почти по слогам. Длали застыла ледяным изваянием, и да, она похолодела изнутри. Они читали учебник для детей «Базовая драконопись». Эти совершеннолетние мужи не умели читать! Члены отрастили, а мозги нет.

После Млаша читал Хейн, и он читал даже хуже. Это смотрелось мерзко. Мерзко, когда взрослый мужчина читает с трудом, но с усердием ребенка, и как ребенок же принимает похвалу от доброго учителя. Лючиц учил их читать. Все мысли насчет того, что ее истинный все же дракон, и, может, все не так уж плачевно, разом вылетели из головы. Длали встала, и ушла вглубь ходов, не желая присутствовать при сей жалкой сцене.

Сзади послышались шаги.

- Ты по нужде, принцесса? – тихо спросил Ишели. – Все равно не стоит отходить далеко. Без драгдроу в пещерах опасно.

- Мне нужно одной… - Длали так не хотелось его сейчас видеть.

- Я отвернусь и сделаю вид, что не слышу журчания, - драгдроу подсветил стены мягким розоватым светом.

- Я уже.

- Тогда пойдем обратно, а то скоро моя очередь читать, - приблизился, встал почти вплотную. – Ты красивая. В пещерах ты смотришься как-то проще и милее, не так высокомерно.

Он потянул было к ней руку, но Длали грубо ударила его по ладони и пошла обратно. Он даже не понял, как ей отвратительна его безграмотность. Ее истинный был так жалок. Вернувшись, она просто свернулась калачиком подле Каяны и сделала вид, что спит.

Самым ужасным было то, что она чувствовала обиду и боль Ишели, он не ожидал, что в тот момент она отвергнет его касания. Как могла Длали закрыла начавший было приоткрываться канал связи. Уснула она лишь через несколько часов.

Каяна не понимала такого раздражения принцессы в адрес драгдроу, они вели их по пещерам, спасали. Могли бы преспокойненько сбежать, не обременяя себя как минимум драконицами. И даже останься золотой с девушками, Лючиц не смог бы так ориентироваться, да и драконья магия была заблокирована, они бы даже не имели светящихся стен. Каяна считала, что Длали стоило бы быть благодарной. Компаньонка вот благодарна была. Особенно Хейну. Очень хотелось поблагодарить остроязыкого парня в более приватной атмосфере. И остер его язык был не только на слова, но и на дела.

Утром проснулись от холода и невыносимого голода. Больше, чем есть, хотелось только пить. Драгдроу обещали всех вывести к подземному озеру, что обещало дать возможность напиться и даже что-то поесть.

К озеру они вышли только часа через три, и почти что бежали к нему, запах застойной воды чувствовался на большом расстоянии. Всем было наплевать на вонь, драконы опустились на колени у берега и жадно пили показавшуюся такой вкусной воду.

- В таких озерах часто растут «подводные вонючки», - с умным видом пояснил Млаш. – Это такие водяные грибы, если их хорошо прожарить вполне съедобны, на вкус как устрицы, и консистенция внутри плотного тела та же…

- Млаш, милашик, ты своим описанием пытаешься вызвать рвоту у наших избалованных девушек или понос? – усмехнулся Хейн. – Или и то, и другое?

- И, так же как устрицы, они питательны, - укоризненно посмотрел на товарища Млаш. – Хейн лучше всех их находит.

- Намек понят, - фыркнул драгдроу и принялся раздеваться.

Каяна украдкой наблюдала за парнем. Он был самым маленьким и худеньким из трех воспитанников золотого. И лицо его было самым утонченным и очаровательным. Драконица плотоядно облизнулась и дернула на себе шнуровку его блузы.

- Я поплыву с тобой, - объявила девушка.

- Не особо тяните, - угрюмо бросил Ишели. – Очень хочется есть.

А Каяна решила подкрепиться другими белками. Заплыв за большой кусок поземного скалистого камня, парочка оказалась в своеобразном гроте. Хейн без предисловий посадил девушку на каменный выступ у стены, нетерпеливо набросился с поцелуями. Драгдроу был так хорош, так горяч, что в моменты близости Каяна жалела, что он не ее истинный. Был бы он ее парой, страсть и интерес не угасли бы никогда, и удовольствие было бы вечным.

Грибы они тоже нашли, не так много, как хотелось бы, но на скудный завтрак должно было хватить всем.

Ишели и Млаш колдовали над мхом, пытались разжечь небольшой костер. Лючиц подошел к отошедшей к стене Длали. Девушка угрюмо прижималась к холодному камню и всматривалась вдаль, в озеро, где Каяна и Хейн перешучиваясь искали грибы. Золотой схватил девушку за руку, потирая огромный перстень на безымянном пальце.

- Я не понимаю, к чему это, - грустно посмотрел на девушку Лючиц. – Он дракон, пусть и с эльфийской магией, и ты дракон, ему двадцать лет, и тебе двадцать, он красив, и ты красива. Чем не повод радоваться паре? Тебе достался молодой красивый дракон.

- Ты все понимаешь, - хмуро посмотрела в желтые глаза.

- Понимаю, что есть еще злые языки, которые, как правило, рано или поздно отравляют самих владельцев, звездеть можно весело и задорно, пока не нарвешься на хорошего проклятийника. Борись за свое счастье, а на злословов легче всего навлечь проклятия. Парочку отправишь на тот свет, остальные заткнуться. Ты принцесса, ты справишься.

- Останусь ли я принцессой, когда Наверши узнает…

- Наверши когда-нибудь захочет стать демоном и покинуть этот мир, он и его пара захотят. Но ему нужен будет наследник. Так как он не может иметь детей, уверен, он будет рад возможности заполучить племянников. Если уж Наверши лесной признает Ишели, то всем драконам придется смириться.

- Остался вопрос, хочу ли смириться я? – Длали с вызовом посмотрела на золотого. – Если на меня посмотрит со стороны какая женщина, уложившая деток в колыбель и почитывающая вечером книгу у камина с чашкой горячего шоколада, то решит, что я бесящаяся с жиру тварь. Просто она не понимает какого это - терять прекрасную беззаботную жизнь, ради парня которого едва знаешь, которого презираешь. Слишком андрогинное тело эльфа, слишком неприятная жесткая темная магия дроу, слишком большая пропасть в образовании и культуре. Все это не для меня.

- Тогда не потеряй перстень, принцесса, - обиженно фыркнул золотой и пошел к своим воспитанникам.

Костер драгдроу все же удалось разжечь. Грибы несмотря на название были неплохи на вкус, похожи на запечных устриц. Да и голод, как известно, лучшая приправа. Длали, как и все ела с удовольствием. Только ее волновало, что остальные тепло общались друг с другом во время скудного завтрака, а принцесса чувствовала себя лишней и чуждой.

После завтрака искать «подводные вонючки» отправились Хейн, Каяна, Лючиц и Млаш, грибы можно было взять с собой. Ишели остался со своей парой на берегу.

- Нужно было плыть с ними, - угрюмо заявила Длали.

- Нужно, но, насколько я знаю, смерть истинной переживается тяжело, так что пришлось остаться на берегу и охранять тебя, суку, - сморщил нос драгдроу.

- От кого?

- Приспешники росомахи могут все же рыскать по пещерам, опасно сталкиваться тут с драгдроу, но, если они посчитают, что вы бежали без нас, могут сунуться, - повел изящным плечиком Ишели.

 - Без драконьей магии страшно и тяжко, - прошептала Длали.

- Я в основном пользуюсь магией дроу, - оскалился Ишели. – И сейчас чувствую себя обычно.

- Везет.

- Хочешь, немного поделюсь, Длали? – прошептал вдруг парень и сел совсем близко. – По крайней мере, у тебя будет магическая энергия на обогрев, силы на поход по пещерам.

Девушка почувствовала его магию, Ишели приоткрылся ей. Черная текучая ядовитая магия ощущалась совсем рядом, желая пуститься своей грязной жестокой ядовитой сутью по ее венам. Магия дроу будто бы тянула к ней руки, желая обладать. Глаза же Ишели заблестели жадным похотливым блеском, его привлекательное лицо очаровывало, сладкий запах акаций зачаровывал. Длали, мотнув головой, все же вырвалась из плена темной эльфийской магии. Грубо оттолкнула драгдроу и отбежала к стене. Прижалась к камню, тяжело дыша. Она не смела смотреть на Ишели, но чувствовала на себе его злой взгляд, волны обиды и почти что ненависти, исходящие от него.