Истории трех галактик. Дороже чести

– Не спится? – прошептал над ухом стройной длинноволосой девушки любимый голос, а в темноте блеснули аквамаринами зоркие драконьи глаза.

– Сон приснился. Странный, – подумав, тихо ответила она, тряхнув кудрями, словно отгоняя непрошеные мысли.

– Ты в последнее время так сильно занята поисками горгулий, что порой мне кажется, забываешь о нас с Пенелопой, – с небольшим упреком проговорил мужчина, притягивая любимую к себе и зарываясь лицом в облако волос.

– Ты знаешь, – она вновь замолчала, устремляя взгляд вдаль, туда, где за горами планеты призрачных драконов простиралось бескрайнее море. – Иногда я почти уверена, что к этому взывает все мое существо. Не могу смотреть, как Лидия постепенно леденеет, превращаясь в молодую копию Кале. Мне страшно смотреть на то, как она медленно убивает саму себя. Система правления сирен нуждается в полной переработке. Я не хочу, чтобы Лидия или любая другая Верховная Жрица подвергали свою судьбу опасности превращения в глыбу льда и бесчувственности. Поэтому я должна найти горгулий. Лидии нужно вернуть веру в себя и в любовь, понимаешь, Дор?

Мужчина, услышав эту тираду, только усмехнулся, целуя жену в шею и разворачивая к себе:

– Какая же ты до сих пор наивная, Арина. А что, если тот горгул уже и думать забыл о нашей Лидии?

– Забыл бы – мы бы узнали. А мы вместо этого продолжаем прочесывать Вселенную – и каждый раз безрезультатно. Они словно сквозь землю провалились.

– Мы найдем их, – уверенно ответил мужчина. – Если они живы – найдем обязательно. Скажи лучше, что за сон тебе привиделся? В последнее время они у тебя стали явно пророческими. Ты ничего не чувствуешь? Может, изменения в организме? – подозрительно поинтересовался он, и рука сместилась с ее груди в сторону низа живота.

– Ну… вообще–то… – замялась она, прекрасно понимая, что сейчас муж обнаружит факт скорого прибавления в семействе.

– И когда ты собиралась рассказать? – шутливо шлепнув по мягкому месту, Дориан Детри подарил супруге строгий взгляд. – И сколько мы уже существуем, надеясь на то, что папа не застукает?

– Нам два месяца. Ты же сказал – разрешишь еще детей, когда я возьмусь за ум, – она упрямо поджала губы, и Дориан не устоял – зашелся  низким вибрирующим смехом, в котором соединились и огромная любовь к жене, и радость оттого, что они снова станут родителями.

– Ты свои ничем не объяснимые горгульи поиски называешь «взяться за ум»? – скептически поднятая бровь заставила Арину только сильнее насупиться, отчего последовал новый виток смеха. – Ты такая смешная, когда злишься – настоящий воинственный ежик, Ари, – он сграбастал девушку в объятия и подарил долгий поцелуй, от которого у нее подкосились ноги и опять, как и всегда в моменты их близости, отказался работать мозг.

– Ты на этом ежике уже пять лет женат, – отозвалась Арина. – Что–то не вижу особых жалоб с твоей стороны, дорогой муж.

– Все свои жалобы я успешно реализую в спальне, – подмигнул ей Дориан, отчего Арина заалела и теснее прижалась к мужу. – Но, раз уж у нас такая новость, – больше никакой самодеятельности! – и, словно чувствуя, что его предложение отзовется волной протеста, добавил уже с улыбкой:

– И не спорь, пожалуйста – я до сих пор не отошел от твоих марш–бросков по галактикам с Пенелопой в животе. Нет–нет, Арина, хоть раз послушайся своего мужа–дракона и не подрывай мой семейный авторитет в глазах детей.

Арина насупилась, но предпочла ничего не отвечать: она еще успеет со своими идеями и мыслями.

– Слушай, милая, а не начались ли твои пророческие сны вместе с появлением Арагорна? –задумчиво изрек Дориан.

– Арагорна? – глаза Арины стали напоминать блюдца.

– Ты, кажется, так хотела назвать сынишку, – кивнул, улыбаясь, Дориан.

– Ну, знаешь ли, – возмущенно начала вырываться девушка, однако, заметив лукавые искорки в глазах мужа, успокоилась и призадумалась. – Да, около того, наверное.

– Ты что, у нас теперь пророчицей заделаешься?

– Не уверена, Дор, – улыбнулась Арина.

– Давай прямо сейчас и выясним это, – предложил муж, и девушка–сирена кивнула:

– Мне снилось мраморное сердце, которое охраняет каменный дракон…но ведь каменных не бывает, верно же? А подземные совсем не так при трансформации выглядят. Это точно был какой–то сказочный каменный дракон.

Дориан  с минуту смотрел на нее потрясенным взором, потом тихо прошептал:

– Где были эти двое?.. Откуда ты уловила зов?

– Где–то у огненных драконов, – задумчиво ответила Арина. – Но сигнал очень слабый был. Так, словно они закованы в камень или что–то в этом духе. А что, Дор?

– Ты нашла Джулиана, – потрясенно выдал Детри и обнял жену еще крепче.

Каждый раз ее кошмар начинался с запаха. Запаха летнего луга, на котором должна была состояться свадьба с Алексом. Скромная церемония, обряд для посвященных, шесть гостей, не считая главы клана. Что–то новое, что–то старое, что–то голубое и что–то, взятое взаймы. Все было предусмотрено: белое платье только–только из салона свадебной моды, удобные туфли на все случаи жизни, которых под газовым низом не видно, сережки с сапфирами небесного оттенка под цвет глаз и подвязка, прихваченная из запасов матери. Что она сделала не так?..

Они не любили друг друга в общепринятом смысле, нет. Так повелось, что белые тигры, помня о своей непохожести на все остальные кланы – у тех–то просто отличался оттенок окраса животной ипостаси, а снежные были натуральным бельмом на глазу – пытались сохраниться, как вид, всеми доступными способами. Вступление в брак с представителями своего вида входило в это число. То, что у них с женихом с детства были похожие идеалы, оказалось просто чудом. Селия не раз благодарила судьбу за Алекса. За его понимание, терпение, теплые объятия. Он любил, девушка об этом знала, но в ответ получал только благодарность. Хотя и этого было, похоже, достаточно. Во всяком случае, Селия всерьез задумывалась над тем, какими красивыми должны были бы получиться белоснежные котята.

И вот он пришел. Самый знаменательный день в жизни. И она стоит на границе круглой, специально оборудованной для свадьбы поляны, и смотрит, как на том конце вместе со старейшинами ожидает будущий муж. Сердце в груди поет. Душа наполнена предвкушением: сегодня она превратится из невесты в жену. Из нареченной – в спутницу жизни. Из девушки – в женщину. Она со страхом и любопытством ожидала того, что предстоит пережить после церемонии. Понимала, что Алекс нежен и чуток, когда дело касается ее желаний, но…кто знает? Что, если вдруг потеряет контроль?

Эти мысли отогнала от себя практически сразу же, как увидела открытую улыбку Алекса. Сейчас бы его обнять. Желание, ставшее с годами естественным и само собой разумеющимся. И она шагнула внутрь круга.

Они появились, словно из ниоткуда. Как узнали, почему? Ведь свадьба белых тигров – событие сугубо внутриклановое и не обсуждаемое при посторонних. Все, что Селия успела заметить, – это два десятка трансформировавшихся гиен, напавших слаженно. Целенаправленно. Холодно и расчетливо. А потом она потеряла сознание, потому что одна из собак вгрызлась в ее брюшину. Где–то на периферии сознания слышала отчаянный крик Алекса «Сели!», но ответить уже не было сил. Она не успела даже позвать на помощь.

Сквозь проблески сознания, чувствуя медленно начинающуюся регенерацию, она попыталась вынырнуть из океана боли, обволакивающей со всех сторон. Шум в ушах не давал полной картины происходящего, но она учуяла где–то рядом запахи врагов. И затаилась.

– Все? – спросил незнакомый голос с повизгивающими нотками.

– Да, – довольно откликнулся с противоположной стороны густой бас. – Можно уходить.

– А с ней что? – поинтересовался «заботливый» первый.

– Она в любом случае не жилец, – уверенно ответил второй. – Отчаливаем!

После этого начавший проясняться слух уловил удаляющиеся звуки вернувших себе человеческую ипостась гиен. Но и они затихли. А Сели попыталась открыть глаза и оценить, по возможности, обстановку.

На себя не смотрела. Выматывающая тело боль сказала ей достаточно: ног она почти не чувствовала. Над ней хорошо поработали. Но вот то, что сделали с остальными, заставило испустить почти звериный рык во всю силу, на которую были способны сейчас легкие. Алекс…ее милый Алекс! Никогда больше не сможет улыбнуться ей. Глава клана, шестеро гостей…всех зверски убили. Гиены! Ненависть опалила вены коктейлем из адреналина и жажды мести. Она бросила взгляд на то место, что раньше было животом, и сдавленно простонала. Теперь понятно, почему о ней с такой уверенностью вещали эти два мерзавца.  Она в любом случае не жилец, если ткани срастутся неправильно.

Бессильная ярость сдавила горло, когда девушка попыталась перевернуться со спины. Соприкосновение голой плоти с землей вызвало очередной рык, но она постаралась взять себя в руки. И обомлела.

Так вот почему голоса гиен так быстро исчезли! В нескольких метрах от Селии мерцала радужная арка телепорта без места привязки. Адреналин повторно выбросился в кровь, и девушка поняла, что это единственный способ выжить. Потому что телепортом она сможет добраться до того, кто в силах поставить ее на ноги. Чтобы она отомстила. Всем, абсолютно всем, кто причастен к этому.

Она сделала первую попытку подтянуться на локтях, приказав ногам слушаться хоть немного, и начала ползти. Почти на одном упрямстве, потому что каждое движение увеличивало степень деформации органов и тканей, и их последующее сращивание находилось под большой угрозой. А она ползла. Природа наградила ее завышенным порогом боли. А еще у нее была цель.

Обычно на этом сон заканчивался, но, то ли звезды сегодня расположились иначе, то ли виной были мысли о последнем визите к Барсу, Селия не проснулась. Она продолжала ползти к заветной цели, ощущая сводящую с ума боль. И добралась. Чувство торжества вытеснило изматывающую усталость, но она лишь на миг остановилась перед радужной аркой. Чтобы воскресить в памяти образ Барса. Друга и учителя, с которым они с Алексом проводили много времени. Снежного ирбиса, разделявшего все их проказы и игры. Метаморфа, всегда готового прийти на помощь.

Боль оглушила с новой силой. На этот раз – от спонтанного телепорта. Кто–то умный однажды решил пожаловаться, мол, оборотни такие перемещения проходят без потери памяти. А то, что ценой всему становится страдание, забыл уточнить. Но это была цена, которую Селия готова была заплатить. Куда уж больше.

Что происходило потом, она уже видела смутно – начала просыпаться. Однако в пелене сна–яви почудился вдруг чей–то надрывный крик: «Ба–а–а–рс!» – к которому она потянулась, как к родному, одновременно благодаря за помощь с целителем и прося от него, голоса, ласки и защиты, мира и покоя. Она словно летела на его непонятный свет. И спрашивала, как принцесса из фантастического романа, который прочитала триста лет тому назад, пока была у Барса в гостях на Земле: «В тебя можно влюбиться?» Вот, глупая, с такими вопросами, да на пороге смерти! А ей, кажется, ответили.

Вот теперь сон схлынул окончательно, и Селия приняла на постели вертикальное положение. Это что еще за странные подробности? Да, помнится, Барс говорил о сильнейшем блоке, который подсознание поставило на события, произошедшие в день ее свадьбы. Но ведь каждый месяц, в тот самый день, на который была запланирована церемония, ей снова приходится окунаться в этот кошмар. Пять лет. Пять долгих мучительных лет. Чем же сегодняшнее продолжение обязано памяти?

С тех пор утекло много воды. Она оказалась на планете Крылатой Богини на Магеллановых Облаках. Сначала подумала, какая нелегкая занесла туда Барса, потом, увидев причину, обладающую сине–зелеными глазами и копной темных волос, поняла, что стабильно избегающий серьезных отношений ирбис, наконец–то, нашел долгожданное счастье. Наблюдение за ним и Эдной – так звали жену блондина – позволяло хоть немножко отвлечься от воспоминаний. А их милые перебранки, которые, как объяснила еще одна жительница дома, в котором лечили Сели, Лидия, есть не что иное, как медленное притирание супругов друг к другу. Тигрица потихоньку шла на поправку. Готовилась лично пообщаться с сестрой, которая лишь по счастливой случайности не оказалась на бойне – несовершеннолетних на свадьбы не допускали. О том, что Селия выжила, младшей Йоне сообщили драконы. Официально. Именно они, по рассказам Барса, занимались погребением тел с поляны. Все–таки, их вотчина, Огненная звезда. Но Сели не спешила благодарить крылатых. Она слишком хорошо понимала, какую, в конечном итоге, цель преследовали те, кто вырезал из жизни ее самый счастливый день. Белые тигры, ирбисы и пантеры открыто поддержали возрождающихся долгожителей Вселенной. И поплатились. Селия долго не могла понять, где же были эти всемогущие чешуйчатые, когда в них так нуждались? Когда у Алекса вырывали сердце? Когда ее пытались оставить без возможности иметь потомство?..

Правда, о чудесном воскрешении довольно быстро стало известно остальным метаморфам. Пять лет назад оставшиеся в живых тигры и их «воскресшая невеста», как стали именовать Селию, стали символом поражения меньшинства в общей борьбе оборотней и драконов. Теперь, спустя годы, ситуация коренным образом изменилась, и белые тигры вышли из тени.

Драконы в рекордные сроки стали распространять свои знания по всей Вселенной, щедро делясь своими технологиями. Сели знала, их глава – Дориан Детри,  сам являющийся призрачным – вел активную политику дружественности всех рас во Вселенной. За пять лет к драконам вновь стали прислушиваться. Не бояться, а уважать. Не сторониться, как однажды истребленную оборотнями нацию, а активно вести переговоры. Теперь быть на стороне драконов значило идти в ногу со временем. И в данной конкретной ситуации белая тигрица, однажды вылеченная с их помощью, приобретала сакральную символичность: взяв в жены Селию и фактически породнившись с ее кланом, можно было спокойно начать ощущать себя под крылом у хозяев Вселенной. И не только себя, но и своих, в случае оборотней, сородичей.

Тогда Сели еще не задумывалась о последствиях, которые могут грозить в будущем. Тогда еще оплакивала несостоявшегося мужа и слушала наставления Барса, который предупреждал о реабилитации длиной не менее чем в пять лет. Оказывается, она добралась до портала только на честном слове. Помимо повреждений брюшины, имелись еще переломы рук и ног, которые все–таки срослись неправильно, пока Барс с ассистенкой занимался восстановлением полостей организма. Ей предстояло повторное разламывание костной ткани и месяцы восстановления под чутким руководством ирбиса. Ей было все равно. Она до жути хотела жить.

А потом  порог дома Броков переступил он. Глава золотистых тигров, Адам.

Селия не знала, какими именно медовыми речами он умасливал Эдну и Лидию, но его в итоге пустили в комнату Сели под предлогом выражения скорби по случаю безвременной кончины соотечественников. Золотой приближался к ее постели – она еще была не в состоянии подниматься – а она видела лишь искорки меда в наглых зеленых глазах. Вместо застывшего в сострадательном выражении лица – маску будущего торжества. Потому что Сел знала, для чего явился альфа из клана золотых. А она ведь только похоронила Алекса.

Подозрения на Адама пали сразу. Сразу, как только она задумалась о причинах нападения на свадьбу белых. Именно он настаивал на женитьбе с Сел, добиваясь согласия у главы клана. Но верховный был не первый день на должности и прекрасно понимал, что белые, с каждым годом все меньше и меньше приносящие в клан девочек, смешивать кровь с золотыми никак не могут. И что единственное желание золотых – уничтожить клан отщепенцев любыми способами. Лишь бы не было звена протеста, поддерживающего драконов. Лишь бы не осталось очага сопротивления. Ведь, как известно, из искры возгоралось пламя. А белые тигры сияли очень ярко.

Сел внимательно выслушала доводы Адама тогда. И все больше и больше понимала, насколько глубокое двойное дно ощущается под ними. Когда же он прямо спросил, готова ли она явиться на совет оборотней для выбора пары для себя, девушка лишь ехидно ухмыльнулась:

– А иначе что? Сердце вырвешь, позвав паршивую гиену?

Вопрос был задан спонтанно. В последний миг, поняв, что не удержится от него, она подумала, что Адам никак не отреагирует. А потом увидела понимание во взгляде. Понимание того, что про гиен она знать была не должна. А она помнила, все помнила, благодаря ежемесячно повторяющемуся сну. Все, от голоса до запаха. И при случае могла опознать нападавших. А уж там и до заказчика недалеко.

Вот тогда–то в глазах Адама и промелькнула настоящая ярость. И маска участливого собрата была решительно сброшена. Наклонившись над кроватью тигрицы, он прошипел не хуже змеи о том, чтобы она подумала, в таком случае, о своей сестре, которая, на тот момент глубоко несовершеннолетняя, уж точно сможет быть осчастливлена муженьком. Сел сжалась, но вида не подала. За Йо–йо она порвет на куски любого. Кроме сестры у нее никого не осталось. Сестры и долга перед оставшимися в живых членами клана. И Сели решила бежать.

Стоило золотому покинуть территорию усадьбы, она метнулась к Барсу и выложила на стол все карты. Он думал недолго. Потом пропал на час, попросив оставаться на месте и успокоив, что сейчас планета Крылатой Богини находится под защитой драконов и Селии ничто не грозит. Вернувшись, поставил перед ней небольшую бутылочку, объяснив, что это духи с репеллентами, которые она каждый день будет наносить на участки тела, содержащие наиболее близко расположенные к коже полнокровные вены. Для отпугивания особей своего вида. И посадил на жесткую диету, чтобы снизить уровень выработки феромонов в организме. Сел превратилась в невидимку. Пропала на долгих пять лет. И вот сегодня состоится последний прием у Барса, на котором она должна узнать о своей дальнейшей судьбе.

Четыре утра. Все еще спят. Все, кроме Зика. Малыш–леопард хранит ее Йо–йо, как зеницу ока. Селия знала это, потому что не раз и не два замечала горящие взгляды, которыми на ее малышку смотрел мальчик. Хотя какие там дети, что она говорит. У них всего десять лет разницы, а Йона и Зик учатся вместе в университете. Позвонить или нет? Малыш–программист наверняка сейчас лавирует где–то среди простора кодов, не хочется его отвлекать. Но душа так и просит. Она давно не спрашивала про Йо–йо.

– Привет, друг, – улыбнулась тигрица, когда загорелось окно видеофона, являя взору молодое лицо с красными от недосыпа глазами – хроническое состояние Зика.

– Привет, Си, – мальчишка расплылся в улыбке – соскучился. – Йо–йо позвать?..

Си – это такое сокращение от имени, которое Селия разрешала только Зику, просившему и со своей стороны пользоваться уменьшительно–ласкательным, поскольку Закари считал слишком официальным и нудным. Вариантов ее имени было несколько: Селия для официозов, Сели для близких, Барс вообще называл ее Снежинкой и никак иначе. Сестра в порыве ярости могла назвать Сел. И только Зик обращался всегда с улыбкой и вниманием. Поэтому и его просьбу об имени она удовлетворила с первого же раза.

Сели не возражала – Зик подходил для дерганого в прошлом геймера куда как лучше. И за сестрой приглядывал ежедневно. Только какого черта он начал делать это и ночью?!

– Закари из рода Ночных Леопардов, – с расстановкой произнося слова, сузила глаза Селия. – Какого лысого тигра моя сестра делает у тебя ночью?!

– Такого лысого тигра, – раздался откуда–то сбоку сонный голос Йоны, – что мы все прошлые сутки смотрим по сети информацию о тебе, Сели. И я просто не пошла домой, будучи уверенной, что ты можешь позвонить.

Вскоре и заспанное лицо Йоны появилось на части монитора, и Селия сдержалась, чтобы не заплакать: так давно они не виделись с сестрой. Видеозвонки – это, конечно, замечательно,  но иногда так хотелось обнять и погладить маленького тигренка. Но что–то в образе милого котенка сейчас было не так, и, присмотревшись, Сели поняла, что именно.

– Ты что сотворила с волосами? – вместо продолжения допроса Зика поинтересовалась она.

Действительно, она ведь помнила белокурую темноглазую малютку, которую пять лет назад оставила на попечении совета оставшихся старейшин клана. Сейчас на нее смотрело лицо немного уставшей сестры, обрамленное водопадом темных волос.

– Ну а что еще я могла сделать, чтобы, в том числе, сбить тупых тигров со следа, Сел? – развела руками Йона. – Покрасилась я!

– Что значит – сбить тигров со следа? – встревожено спросила Селия, ухватив главную мысль в реплике сестры.

Слово взял единственный присутствующий при задушевном разговоре мужчина:

– Вас ищут, Си. Причем ищут так, что добрались и до Земли. Мы с Йо–йо накануне чуть не попались в лапы одного из охотников за головами, слава Богу, успели почувствовать его раньше и скрыться в многолюдной толпе. И спасибо отвратному тигриному нюху  – он нам фору подарил. А еще я перехватил несколько зашифрованных передач со звезды Огненного Дракона – угадай, что в них было?

– Просветишь? – как–то сразу напряглась Селия.

– Всего три слова: найти воскресшую невесту, – ответил Зик. – Йо–йо пока еще несовершеннолетняя и находится под защитой клана, ее к браку принуждать не станут, но на тебя, Си, открыли полноправную охоту. Так что будь осторожней, когда в очередной раз соберешься к Барсу.

– Мне сегодня к нему на последний сеанс, – задумчиво перебирая в голове недавно полученные факты, ответила Сели. – Пока я с репеллентами, мне ничто не угрожает. А вы постарайтесь не высовываться особо, хорошо?

– Хорошо, – в такт ей ответил Зик, одновременно подталкивая Йону спать дальше. – Си, ты уверена, что ничего не случится? – спросил он, когда девушка скрылась из поля зрения окончательно.

– Что ты имеешь в виду? – недоуменно нахмурилась Селия.

– Куда именно ты полетишь к Барсу?

– Он сейчас в системе Этамина, кажется, я точно узнаю утром, – пожала плечами тигрица.

– А ты уверена, что тебя только репелленты защищали? – задал странный вопрос Зик, и Сел сделала стойку.

– Договаривай, если что–то хочешь сказать,  – потребовала девушка, сужая глаза.

Парень явно знал о чем–то и не спешил этим делиться. Причину молчания Сел как раз и собиралась выяснить.

– Я хочу, чтобы ты попросила официальной защиты у драконов, – серьезно сказал парень.

– Что? – не поняла Сели. – Что за чушь?..

– Это не чушь, Си, – возразил Зик. – Судя по твоим словам, латали тебя пять лет назад на планете Крылатой Богини, как раз в то время, когда там начали высаживаться драконы и вовсю налаживать связи с сиренами. Не знаю, как именно тебя лечил Барс, но вернулась ты, насквозь пропахшая новым чужеродным запахом.

– Что? – сейчас ей стало немного страшно.

– Не перебивай, – провел рукой по монитору Зик. – Я знаю многих представителей Вселенной, Сел. Но таких раньше не встречал. Это кто–то новый был, появившийся совсем недавно. Два и два сложить можешь или тебе подсказать, кто, в числе всего прочего, мог делиться с тобой своей кровью?

– Кровью?.. – сдавленным шепотом отозвалась Сели.

– Кровью, кровью, – подтвердил Зик. – Каждый из тех немногих раз, что мы с тобой пересекались, я этот запах на тебе чувствовал. Все в меньшей концентрации, правда, чужое из тебя потихоньку выветривается. И я думаю, не твои репелленты помогали в большинстве случаев – они призваны, чтобы отпугивать – хотя и они тоже, конечно. Неприкосновенной тебя делал именно этот запах.

Селия мрачно уставилась в монитор, потому что очень не хотела укрепляться  в своем предположении:

– Кто мог это сделать, Зи?..

– Дракон. Я больше чем уверен, что кровью с тобой делился дракон, сестренка, – выдал леопард и затих, ожидая ее реакции.

Сели даже отшатнулась от монитора. Прикрыла глаза, вдохнула несколько раз поглубже, попыталась привести себя в норму. Так.

Они поддержали драконов, когда Дориан Детри только–только появился на межрасовой арене, заявив о возвращении высших метаморфов. Алекс ни минуты не сомневался в том, что это выигрышное предприятие, и содействовал тому, чтобы совет старейшин принял положительное решение в отношении чешуйчатых. Словно знал что–то, о чем не говорил, словно…общался с Барсом, бывшим в ту пору в гуще событий! Только сейчас, сопоставив некоторые даты, Снежинка поняла, что в то время Барс как раз знакомился с женой, по совместительству являющейся тетей Арины Детри. По–любому, они близко контактировали, а принимая во внимание любвеобильность ирбиса, Сел не сомневалась, что и конфликты также имели место быть. Если Барс сообщал Алексу последние новости, тогда тигры точно не выбирали кота в мешке, принимая сторону драконов. Тем не менее, это не спасло Алекса от гибели.

Что же получается? Мало того, что драконы очистили место нападения и с достоинством похоронили всех оборотней, сообщив оставшейся небольшой группе места погребения безвинно павших, так еще и ее – Селию – на ноги поставили? Никакой другой причины вливать в нее кровь одной из высших рас Вселенной не было.

– «Больше чем уверен» – сколько это по шкале твоих процентов? – оторвавших от своих мыслей, вернулась тигрица к монитору.

– Не менее девяноста, – тут же отозвался Зик. – Дело в том, что пахнет от тебя однозначно метаморфом, – начал он объяснять, – но оборотня я бы почуял в любом случае, а тут нет. Судя по последним данным, конечно, тебя и горгулья напоить могла, но ты же знаешь свойства их крови по отношению к остальным сородичам, верно? Это если предположить, что они где–то наличествуют, конечно.

Сел молча кивнула, и парень продолжил:

– Остаются драконы. Кто–то хорошо с тобой поработал, Си, я руку даю на отсечение. Потому что несло от тебя этим запахом так, что, даже не чуя еще репеллентов, оборотни уже разбегались. Правда, сейчас уже меньше, поэтому я и говорю: проси защиты у высших. Видовую принадлежность твоего клиента не скажу – я не имел с ними дела. Но ты должна пойти к ним. После того, как узнаешь, кто дал тебе такую мощную защиту на все пять лет.  Есть еще непроверенная инфа о том, что драконы собирают грандиозный поход во славу горгулий – искать оставшихся в живых, – парень явно подкидывал идею. – Ты знаешь, чем сможешь их заинтересовать в этом случае. В общем, Си, – Зик приблизился к монитору, – за нас с Йо не переживай, мы выкрутимся. В крайнем случае – заляжем на дно, у меня есть, к кому обратиться. А ты береги себя. Ты же знаешь, свобода белых тигров – как тряпка для рассерженного быка по отношению к остальным. И они, во что бы то ни стало, постараются вас этой свободы лишить. А поскольку ты пока единственная невеста на выданье совершеннолетнего возраста – сама понимаешь, чем это в итоге обернется.

Она понимала. Даже слишком хорошо. И когда распрощалась с мальчишкой, снова задумалась. Неужели кто–то целенаправленно вел за ней слежку, раз даже на Землю пришло сообщение о том, что необходимо отыскать женщину из Белых Тигров? Неужели свобода ее клана кому–то настолько мешает? Да, пять лет прошло, драконы укрепили свои позиции, теперь  с ними полезно дружить. И через белых тигров, которых высшие поддерживали все это время, это сделать гораздо проще, чем стандартными путями. А узнай кто–нибудь, что драконы еще и кровью  делились, вообще с ума бы посходили, лишь бы породниться. Селия не знала толком, чем грозило такое донорство, но в одном была уверена точно: драконы свои секреты хранили не зря. И даже Барс, скорее всего, не сможет ответить на интересующие ее вопросы. А жаль. Быть может, она стала по гроб жизни зависимой от отдельно взятого крылатого, а сама и не подозревает об этом. Сколько же мыслей!

Она усмехнулась, возвращаясь  к теме с Зиком. На прощанье тот спросил, как пахнет живая горгулья, зная об опыте общения с каменным метаморфом. Да так же, как и мертвая, ответила девушка уже после того, как отключила видеосвязь. Так же, как и мертвая…

То, что Йона остается пока с Закари, вселяло надежду. Небольшую и призрачную, но парень был продвинут для своих двадцати пяти и умел, в случае чего, заметать следы.  Значит, пока можно целиком и полностью сосредоточиться на собственном уклонении от лап остальных тигров.  А в том, что именно тигры устроили бойню на ее свадьбе пять лет назад, она больше не сомневалась. Слишком уж понятное выражение промелькнуло на лице золотистого, когда Селия забрасывала пробный камень в спокойную гладь его логики. Изумления от случайной догадки Адам так и не смог скрыть. Самоуверенный альфа. Это его и погубит. Когда Сел собственноручно вырвет его глотку. За Алекса. За порушенное из прихоти будущее.

А пока Зик прав, и стоит действительно прислушаться к совету. Попросить защиты у драконов, они помогут. Тем более что у Селии, в отличие от всех остальных, есть одна природная особенность: усиленное обоняние, которым не могут похвастаться тигры. Еще одна причина иметь под боком жену–снежинку. Именно это качество позволило ей четыре года назад натолкнуться на истекающее черной кровью тело мужчины–горгула.

На последних силах он попросил просто похоронить его. Не объяснил, кто, когда и зачем напал на него. Селия выполнила просьбу. Если она найдет остальных горгулий, обязательно сообщит, где находится мужчина. Он достоин того, чтобы быть упокоенным рядом с сородичами. Благодаря нему Селия раз и навсегда запомнила запах живых горгулий. И мертвых тоже. Единственной расы во Вселенной, кровь которой могла обернуться погибелью всех разумных метаморфов. Если бы тогда девушка знала, как недалеко находится от истины.

Мысли вновь вернулись к Йоне. Этот детский акт неповиновения – окраска волос в противоположный естественному цвет – до сих пор не вызывал ничего, кроме улыбки. Хотя, надо отметить, с приличного расстояния и со спины тигры не смогут идентифицировать ее как младшую сестру беглянки. Любое временное преимущество сейчас только на руку. А оказавшись у драконов, Селия всегда сможет договориться и о безопасности своей маленькой принцессы. Слишком мало времени остается до ее совершеннолетия, когда клан уже не сможет защитить Йо–йо. Пора позаботиться о ней самой!

За не желающими пропадать мыслями девушка пропустила рассвет. Сегодня последний день спокойного существования на звезде Подземных Драконов. Она отправляется к призрачным. Вперед, в неизведанное будущее. И только в голове, почему–то, до сих пор проносятся слова, прозвучавшие во сне впервые: «В тебя можно влюбиться?..»*

[* С. Лукьяненко «Принцесса стоит смерти»]

Симпатичная девушка–консультант обернулась к группе, в которой Селия собиралась перебираться с планеты Малахит, служившей ей пристанищем последние семь месяцев, подземных драконов на планету Вдохновение призрачных:

– Благодарим вас за выбор межгалактического шаттла «Спейс Имбрейс»* и надеемся, что полет доставит вам настоящее удовольствие! Перед вылетом необходимо пройти стандартную процедуру инструктажа по технике безопасности, которую мы с вами сейчас и осуществим.

Дальше Сели не слушала. Она пользовалась только услугами компании «Галактика», принадлежащей драконам, и все инструкционные лекции знала наизусть. Сейчас будет примерное описание шаттла и запасного пути к спасательным шлюпкам, если вдруг возникнет нештатная ситуация и необходимо будет эвакуировать пассажиров. Она не помнила ни одной такой за пять лет. Драконы уверенно завоевывали сданные позиции. Бережно и мягко вливались в потоки жизни Вселенной, принося вместе с собой  спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Прекрасные дипломаты, политики и специалисты в сфере межрасовых отношений, они бросили все свои силы на погашение конфликтов различных национальностей Вселенной, и, надо сказать, получалось у них на «ура». Троекратное. Если бы не тот провал пять лет назад. Селия утешала себя мыслью, что так они пытаются искупить вину за то, что обещали защищать и не смогли. Не успели вовремя. Опоздали. А теперь она вынуждена лететь в резиденцию главного дракона только для того чтобы повидаться с Барсом. Кстати, вот еще одна проблема: она не знала, как добраться до дома Дориана Детри. Придется интересоваться на месте.

«В тебя можно влюбиться?..» – вывел ее из печального состояния вспыхнувший в голове вопрос, и девушка почувствовала чью–то руку на своем плече.

– У вас это вариант эстетического удовольствия – путешествовать драконьими космолиниями? – ясно улыбался ей незнакомый высокий мужчина с короткими волнами рыжеватых волос.

И Селия, переключившись на истинное зрение, потрясенно выдохнула: дракон! Красивые огненные крылья развевались за спиной, и Сели вместо того, чтобы отпрянуть в сторону, невольно ими залюбовалась. Все время ее потрясенного молчания мужчина сдержанно улыбался.

– Что, простите? – опомнилась девушка и моргнула.

– Просто стало интересно, почему странная женщина–оборотень вдруг решила предпочесть телепорту на Вдохновение обычный человеческий шаттл, – пояснил свое первое замечание мужчина.

Его обаянию нельзя было сопротивляться, и Сели, все также продолжая держать в поле зрения потрясающие крылья, честно призналась:

– Проблемы с телепортацией, – и развела руками. – Травма в прошлом, после которой безболезненное прохождение арки для меня стало невозможно, – хотя на самом деле все дело было в том, что она просто боялась.

Боялась того, что настроенный телепорт вдруг превратится в тот, который пять лет назад внезапно открылся на поляне, переливаясь всеми цветами радуги. Потому и испытывала при каждом перемещении боль.

Мужчина нахмурился:

– Да, я слышал о том, что некоторые оборотни испытывают трудности с прохождением, Ди уже поставлен в известность, так что, надеюсь, скоро и  эта проблема решится.

– Моя проблема психологического характера, – не могла не улыбнуться откровенной заботе, прозвучавшей в словах рыжего незнакомца, Сели. – Это личная реакция, связанная с событиями, случившимися со мной  довольно давно, – она не стала вдаваться в подробности.

Ох, уж этот драконий гламор! Они пользуются своими преимуществами даже неосознанно. Но Сели пыталась сопротивляться всеми фибрами души, а потому попросила:

– А вы не могли бы не так сильно…сиять? – мужчина встрепенулся, кивнув и смотря на нее извиняющимся взором:

– Простите. Вы мне невольно приглянулись, а это не всегда легко контролировать, поэтому спасибо, что напомнили.

Сели удивленно вскинула бровями – она–то думала, что дракон и не подумает извиняться. Не в их это было природе. Пусть и вымирающие, они всегда были и будут хозяевами жизни. Хотя бы потому, что у них есть один–единственный Дориан Детри, который однажды просто отключил всех оборотней с Призрачной Звезды от Источника, запретив им перевоплощаться. А это такой удар по животному внутри. При одной мысли об этом Сели почувствовала недовольный отклик своей половины: тигрица давно хотела ощутить мягкую траву под лапами, все пять лет продолжая мириться с невозможностью трансформаций. А все потому, что в звериной ипостаси не работали уже никакие репелленты, и Барс категорически запретил оборот.

Еще одна причина, по которой стоит съездить к драконам. Попросить доступ к Источнику и попробовать хоть на Вдохновении обернуться. Ее мысли снова вернулись к спутнику:

– А вы разве…ничего не чувствуете?

– В каком плане? – поинтересовался дракон. – На вас есть какая–то субстанция, действующая на обонятельные рецепторы – вы ничем не пахнете, да – но драконы, видите ли, не реагируют на животные феромоны, – он заинтересованно посмотрел на девушку. – Мы даже сирен спокойно воспринимаем – если, конечно, чистокровные.

Сели ощутила укол беспокойства. Значит, все это время она просто по счастливой случайности не догадывалась об иммунитете драконов. Интересная подробность! Надо будет сообщить о ней Барсу по прибытии.

– А что, вы ожидали какой–то другой реакции? – спокойно дождался, когда очередной виток удивления Селии схлынет, дракон.

– На мне духи с отпугивающими феромонами, – расслабленно улыбнулась девушка. – Мне нужна была защита от представителей своего рода.

Дракон как–то по–новому на нее посмотрел:

– А в кого вы обращаетесь?

– В белого тигра, – решила не устраивать тайну девушка.

– Так вы что, та самая?.. – начал было дракон, но она поспешила кивнуть, чтобы никто рядом не успел услышать проникновенной речи рыжа. – И не боитесь путешествовать одна?

Она только пожала плечами – привыкла. Да и куда денешься от судьбы, если она вдруг решит дождаться тебя за очередным поворотом?

– А не хотите взять провожатым дракона? – весело подмигнули ей. – Обещаю обеспечить вашу безопасность на время пятиминутного перехода.

Она озадаченно глянула на огненного – это что же ей сейчас предлагают, телепорт? До Вдохновения? Идея, конечно, заманчивая, но у нее же билет пропадает, а за него уже заплачены деньги, которых она старалась излишне не расходовать.

– Не бойтесь, – правильно истолковал ее сомнения мужчина. – Ваши сбережения на билет не пострадают, и вам вернут их, когда укажете номер своего банковского счета. С ним, надеюсь, проблем не будет?

Селия помотала головой: Зик все устроит так, чтобы комар носа не подточил.

– Отлично, – улыбнулся огненный. – Так как насчет моего предложения?..

– Оно весьма заманчиво, – не стала скрывать Селия. – Но мне не хотелось бы вас напрягать.

– Никаких трудностей, – развеял ее сомнения мужчина. – Мне все равно нужно в резиденцию Детри по делам.

При упоминании конечного пункта своего назначения Селия поняла, что еле сдерживает рвущийся наружу вопль восторга: сама судьба послала ей сегодня этого необыкновенного мужчину!

– Кстати, – виновато глянул на нее дракон. – Простите мне мою невежливость. Каспер ван Гарден к вашим услугам. Не беспокойтесь, – неправильно истолковав ее внезапно нахмуренные брови, добавил мужчина. – Это неполное имя, ничего, способного вас скомпрометировать, я себе не позволил.

А теперь пришла пора непонимающе уставиться на него – Селия не знала всех хитросплетений, связанных с именами драконов. Но спросить было опасливо – вдруг, это бы относилось к личной сфере – и она посчитала правильным оставить все, как есть. К тому же, нахмурилась она совсем не поэтому. Фамилия ван Гарден была ей знакома – ее носил муж Инги.

– Просто жена моего кузена решила заняться честью семьи, вот и не разрешает нашим мужчинам представляться приглянувшимся им девушкам полными именами, – с улыбкой, тем временем, пояснил Каспер.

– А вашу невестку, случайно, не Ингой зовут? – приподняла бровь Сели и, получив утвердительный кивок, расплылась в расслабленной улыбке. – Тогда нам с вами точно по пути.

Огненный только удивленно поднял брови, на что получил исчерпывающий ответ:

– Мне необходимо встретиться с Барсом.

– Значит, вы правильно выбрали спутника, – мягко улыбнулся дракон, беря ее под руку.

– Но это же вы меня выбрали, – тихо возразила Сели, позволяя, тем не менее, увлечь себя в сторону от продолжающей объяснять технику безопасности девушки–консультанта.

– Вот видите, как повезло сегодня нам обоим! – нашелся с ответом Каспер, обезоруживающе улыбаясь.

– Да, наверное, – не в силах сопротивляться природному обаянию дракона, кивнула Селия, и ее повели прочь от человеческой части космопорта, в котором она оказалась сразу же после того, как позволила дома легкий завтрак не успевшему отдохнуть организму, а потом привела свой вид в соответствии с максимумом представлений о маскировке.

Но, похоже, на огненного дракона не произвели впечатления ни забранные в кичку волосы, ни надетая поверх этого безобразия кепка, ни мешковатый стиль в одежде, которого она вынужденно придерживалась последние пять лет. Дракон словно смотрел в самую суть вещей. Это и пугало, и располагало одновременно.

Вдвоем они миновали человеческую зону посадки на космические лайнеры, по узкому коридору перейдя в отделение для иных рас, способных перемещаться телепортами. Впервые оказавшись в этой части космопорта, Селия потрясенно ахнула: здесь было на порядок красивее, и связано это было явно не с расизмом драконов по отношению к людям. Просто то тут, то там возникали арки разноцветных телепортов, закрепленные за определенными направлениями перехода, а в совокупности они образовывали своего рода радугу, от которой начинало сильнее колотиться сердце и разбегались глаза. У каждой из арок находилось небольшое огороженное пространство, вмещающее в себя, как подумала Сели, не более двадцати антропоморфных существ, как объяснил Каспер, это было сделано для того, чтобы комфортнее перемещаться сквозь гиперпространство космоса. Она только кивала: восторг полностью поглотил сознание. Никогда и нигде она не видела столько рамок переноса сразу.

– Наши ученые пока безуспешно бьются с задачей перехода сквозь телепорт обычного человека, – как бы извиняясь, подал голос ван Гарден. – Но я очень сильно надеюсь на то, что в скором времени и эта проблема будет решена.

– Но ведь ваши перевозчики потерпят такие убытки, – заметила Селия резонно. – Колоссальные потери в средствах! Это же грозит полным закрытием транспортных компаний.

– Прибыль не имеет значения, важна только жизнь, – перефразируя известную реплику киношного персонажа прошлого века, ответил огненный. – Перестанут летать люди – останутся грузы. Телепорты, как ни крути, пока не рассчитаны на большой багаж. Да и потом, – задумчиво добавил он, – что есть деньги, когда нет возможности, например, дотронуться до близкого человека? Или отправить телепортом гениального врача просто потому, что при прыжке он потеряет абсолютно все свои знания?

Селия посмотрела на спутника и склонила голову:

– У вас какое–то личное горе, Каспер?

– Я надеюсь сегодня сделать внушительный шаг для того, чтобы нейтрализовать, насколько это возможно, его последствия, – кивнул дракон. – Ну вот, наша рамка на Вдохновение.

Оторвавшись от созерцания рыжеволосого мужчины, Селия сосредоточила внимание на предстоящей процедуре моментального перемещения на главную из планет системы Призрачных Драконов. Туда, где располагалась резиденция Дориана Детри – главного  среди высших обитателей Вселенной. Тигрица ощутила укол беспокойства, но поняла, что это просто ненужные опасения, и невольно качнулась в сторону взявшего смелость сопровождать ее дракона. Без слов поняв метания спутницы, ван Гарден осторожно подхватил ее под руку и направился к мерцающей аквамариновым светом арке, на ходу делясь знаниями:

– А вы знаете, что цвет телепорта, помимо того, что определяет конечный пункт назначения, еще и говорит о том, какие именно драконы принимали участие в его построении? – он загадочно выгнул бровь, предоставляя возможность обдумать свой вопрос.

– Неужели? – искренне поразилась девушка. – И кто же приложил лапу, – ван Гарден улыбнулся небольшому двойному дну в ее словах, – именно к нашему?

– Этот портал строил Дориан, – с гордостью ответил Каспер. – Но способности Ди пока еще не слишком афишируются, и я надеюсь, вы не приложите руку к обнародованию этого секретного факта после того, как своей красотой заставили старого и больного дракона раскрыть вам все секреты.

– Старого и больного? – насмешливо отозвалась Сели – ей все больше нравилась веселая компания на пути к Призрачной звезде. – А сколько вам лет, Каспер, позвольте поинтересоваться?

– Вообще это очень некорректный для дракона вопрос, – притворно нахмурился мужчина. – Но только для вас я открою страшную тайну:  чуть больше шестисот, – и победоносно посмотрел на спутницу.

Селия разрешила организму не скрывать своего удивления и во все глаза уставилась на дракона:

– Я бы не дала вам больше сорока! – честно призналась девушка.

– Ну, я никогда и не жаловался на то, что неплохо сохраняюсь, – самодовольно ответил мужчина и подтолкнул ее к приближающейся арке. – Держите меня за руку, Селия. И ничего не бойтесь.

Вопрос о том, откуда он узнал имя воскресшей невесты, утонул в пространстве телепорта, и Селия окунулась в недолгий мир ощущений от переноса из одной точки Галактики Дракона в другую. Сердце ухнуло в пятки, когда перед глазами поплыли цветные круги, а потом начало отстукивать неровный ритм,  и только рука Каспера не давала возможности скатиться в банальную истерику. Конечно, Сели знала, что в стационарном переходе не нужно держать картинку места назначения перед глазами, и, тем не менее, лицо Барса – все, что занимало пространство мозга девушки в данный момент.

– Можете открывать глаза, – раздался над ухом покровительственный голос дракона. – Ваши мучения остались позади.

Взяв совет на вооружение, девушка подключила зрение к остальным чувствам и огляделась. На планете из системы призрачных драконов она появилась впервые. Непонятная оторопь раньше брала за душу при одной только мысли о том, чтобы приблизиться к жилищу существ, помогающих тиграм после показательной казни, устроенной на свадьбе. Теперь же приглашение пришло от Барса, и отказаться не было ни малейшей возможности. Но, глядя на окружающую картину жизни драконов, Сели поняла, что зря откладывала знакомство с цивилизацией высших.

Здесь, в отличие от каменной пустыни подземных и стеклянного лабиринта огненных (которые, впрочем, вполне закономерно объяснялись: в первом случае – наличием необходимого материала, во втором – жароустойчивостью определенных видов стекла и, как следствие, повышенной безопасностью жилищ взрывоопасных обитателей), преобладали невысокие деревянные дома, которые Селия, памятуя о времени, прожитом в Солнечной системе, отнесла к спальному району города драконов. Выполненные, в основном, в одной и той же двухцветной гамме, они привлекали песочно–желтыми стенами и блестящими при свете призрачной звезды – Этамина – яркими красными крышами. Зная о том, что некоторое время глава сильнейшей среди драконов касты весьма тесно общался с жителями Земли, Селия быстренько провела параллель между развивающейся инфраструктурой Вдохновения и некоторыми позаимствованными у других рас особенностями, что, безусловно, свидетельствовало в пользу Дориана Детри. Чуть дальше были видны шпили более современных зданий, из чего девушка сделала вывод, что там начинается деловая и торговая часть.

– Добро пожаловать к Дракайнам, – по–своему истолковав задумчивое молчание тигрицы, произнес Каспер. – Не желаете совершить прогулку по тихой части города?

– С удовольствием, – кивнула Сели. – Тем более что время позволяет.

Телепорт действительно сэкономил добрых три часа пути, и девушка была совсем не против прогуляться по солнечному городу с ярко–красными крышами двух– и трехэтажных таунхаусов после серого и мрачного места обитания подземных. Тем милее для сердца казалась планета с соответствующим названием Вдохновение. Тем больше Селия жалела, что не рисковала раньше пожить здесь хоть чуть–чуть. Однако и по поводу подземного гостеприимства не могла сказать ничего плохого.

Просто их солнце было немного холодным, спектральный класс – пусть и близким к сверхгиганту, но чего–то, все–таки, не хватало. Ну и название, соответственно, было подходящим. Тубан, или «змея», как нельзя кстати отражала тихий шипящий характер подземных, не любящих встревать в споры, но, при желании и возможности, защищающих свое одним точным и хорошо выверенным ударом. Как укус. Мгновенный и смертельный.

Проработав на подземных три последних года, Сели познакомилась с особенностями их характера от и до. Теперь она всерьез подумывала о том, чтобы получить расчет и перебраться к призрачным. Она больше любила яркие краски: ясную погоду, во время которой отчетливо видно творящееся вокруг безумство цветения и роста; улыбающиеся солнечному дню лица; невыносимую зелень травы, наконец, в которую хочется погрузить лапы. У подземных были сплошь и рядом каменные дома и почти ощутимая серая атмосфера. Их дом был крепостью, и именно это привлекло скрывающуюся тигрицу, однажды решившую осесть на родине чешуйчатых. Среди драконов можно было не бояться, что тебя заметит какой–нибудь оборотень из семейства тигров – а они были более всего заинтересованы в возвращении Селии – и решит отдать долг отечеству, отдав на растерзание суда метаморфов. Драконы не признавали никакой власти над личностью. Наверное, потому что сами любили свободу как ничто другое.

– Вы все время над чем–то усиленно думаете, – смешно обидевшись, переключил на себя внимание Каспер. – Неужели я настолько неинтересная компания?

– Нет, что вы, – улыбнувшись нелепому виду насупленного дракона, заверила его Сели. – Просто смотрю вокруг и понимаю, что хочу здесь жить, – разоткровенничалась девушка.

– Так это можно устроить, – оживился огненный. – Вот чем вы обычно занимаетесь по профессии? – с видом экзаменатора поинтересовался он, и Селия подавила рвущееся наружу желание улыбнуться снова.

– Последние три года я помогала подземным с пропавшими. Вы ведь продолжаете искать своих по всей Вселенной, – забросила осторожный камень интереса тигрица.

По лицу Каспера пробежала тень, но он быстро взял себя в руки и кивнул в ответ:

– Это правда. Драконов осталось не так много, чтобы можно было пренебрегать количеством в угоду обстоятельствам. И как ваши поиски – успешны? – почему–то сейчас, глядя на искреннее любопытство огненного, девушка ощутила, что его вопрос носит личный характер. Она ответила максимально честно:

– Да, Каспер. В отличие от остальных тигров, я обладаю достаточно чутким нюхом в звериной ипостаси. Не знаю, генетическое ли это отклонение или наш род когда–то пересекался с ищейками, но, тем не менее, в пределах нескольких километров я могу определять искомый запах и идти по следу, невзирая на природные условия. Поэтому запахов драконов за последние три года успела перепробовать достаточное количество.

– В ваших устах это очень эротично звучит, – разбавив атмосферу серьезности, возникшую после обстоятельного монолога девушки, выдал повеселевший дракон. Он даже подмигнул, заставив Сели смутиться. – Знаете, мне кажется, призрачные ваш талант смогут оценить по достоинству, – добавил огненный с легким налетом задумчивости.

– У призрачных есть сирены, – резонно заметила девушка, имея в виду семейный союз Дориана Детри и Арины Одиссис. – Сирены способны искать лучше других.

– Ваша правда, – кивнул Каспер, – только вот здесь есть один нюанс: сирена пускается в путь лишь раз в жизни. И только ради того, кто является, по сути, ее истинной… – он на мгновение прервался. – Да, пожалуй, здесь уместно будет говорить о понятии истинной пары. Поэтому у дракона всего один шанс на миллион, что его избранная окажется из расы поющих женщин, – он грустно хмыкнул. – К тому же, сирена не ищет ровно до места нахождения. У нее всегда существует погрешность в поиске. Поэтому, – он с оценивающим взглядом прошелся по фигуре Селии, заставив девушку невольно вздрогнуть, – я думаю, призрачные будут рады сотрудничать с вами. Тем более что вы все равно направляетесь к ним, – улыбнувшись, добавил дракон. – А у них как раз собирается экспедиция по поиску оставшихся в живых горгулий.

– Это точно? – вспоминая недавние слова Зика, спросила девушка.

– Абсолютно, – кивнул мужчина. – Горгульи – одна из трех старейших рас Вселенной, и пока существует надежда отыскать их, драконы не перестанут пытаться. А сейчас, объединившись с сиренами, тем более.

– Тогда вы действительно правы – мне есть, что предложить призрачным, – тихо согласилась Сели, погружаясь в собственные мысли.

– Неужели? – заинтересованно выгнул бровь Каспер. – И что же вы имеете в виду?

– Пусть это пока останется секретом, – загадочно улыбнулась девушка.

– И вот так всегда, – шумно выдохнул дракон. – Но я выполнил свою миссию гида, мы пришли к резиденции Детри, – махнул он рукой в том направлении, что было за спиной Сели. – Надеюсь, мы еще встретимся, прекрасная леди, – подмигнул он и поспешил откланяться.

Сели попрощалась и двинулась туда, куда указал ей Каспер. Значит, весть о горгульях не была выдумкой или чьей–то неудачной попыткой пустить утку в газетной среде. И даже высшие метаморфы – драконы – собирают спасательную экспедицию по их поиску. Как удачно, однако, все складывается.

Все же стремления искать горгулий она не понимала и не разделяла. Нет, она бесконечно симпатизировала сиренам, даже немного завидовала их свободному выбору мужей – у белых тигров–то это вряд ли бы получилось, учитывая размер популяции – но доверять одной какой–то там Арине Детри и ее «внезапно открывшемуся чутью», которая, к тому же, еще и женой дракона по совместительству являлась, – это было верхом наивности. Ну и что, что про эту семью гуляют сказки по всем наделенным разумом галактикам – драконы на то и драконы, чтобы дозировать по отношению к ним чувство доверия. Да, в свое время белые тигры поддержали их, когда те вышли на арену и заявили, что хотят мира во всей Вселенной, но чем это обернулось для самих тигров? Вспоминать до сих пор больно, а теперь, несмотря на любовь к природе призрачных, Сели должна предстать пред светлы очи их предводителя и предложить свои услуги в вопросе поиска горгулий. Сдались им эти каменные истуканы!

Девушка нацепила наушники, оценив, что путь до дома Детри займет минут десять. Рядом с местом, где ее покинул ван Гарден, находилась беседка с аркой телепорта, и Сели поняла, что при необходимости сможет перенестись отсюда в здание космопорта Вдохновения. Продолжив исследование местности, она обнаружила пункт назначения. Небольшой аккуратный коттедж был опознан как жилище главного дракона под Аэросмитов и их «Дыру в душе». Помимо указания Каспера, она помнила еще и по обрывкам разговоров с Барсом, как именно выглядит дом семьи дракона и сирены. Сам ирбис сейчас, по идее, должен был дожидаться девушку там, чтобы провести последний осмотр после пяти лет изнурительного восстановления. Почему там – Барс наблюдал за беременностью кисы и Арины. Черт, сколько поломанных повторно костей и их медленного – потому что порой регенерация замедлялась специально – сращения ей пришлось перетерпеть, чтобы сейчас абсолютно здоровой – ну, почти – передвигаться в сторону дома призрачного дракона. Где–то по пути должна встретиться еще и киса. Об этом было заранее оговорено после того, как Барс с прищуром сообщил, что до дома Детри ей придется добираться самостоятельно. Но следов пантеры девушка пока не обнаружила. Оно и к лучшему: мысли в порядок привести не помешает.

Странно. Дом, вроде бы, новенький, а место, просящееся перед ним под лужайку, изрыто глубокими ямами. Создается ощущение, что тут порезвился кто–то из драконов в приступе бешенства.

– И все же вы очаровали меня настолько, что бросить вас в трудной ситуации стало выше моих сил, – раздался голос позади. Сели, снимая наушники, с улыбкой обернулась к Касперу, чтобы почти сразу увидеть, как начинает морщиться мужчина.

Странная реакция для существа, мгновение назад признавшего искреннее желание продолжить быть гидом. Однако причина столь резкой смены настроения стала понятна чуть позже, когда в ноздри ворвался знакомый запах одной зеленоглазой и вездесущей кошки. Улыбнувшись и решив поприветствовать знакомую, девушка развернулась, чтобы почти сразу же столкнуться с метавшим молнии взглядом кисы.

– И как это понимать? – спросила разъяренная Инга, переводя взгляд с Селии на Каспера.

Кто–нибудь вообще может объяснить, что творится у этих странных драконов?

[* «Space Embrace» – «Объятия Космоса»]

Немая сцена продолжалась бесконечно долго, и за это время Селия успела несколько раз перевести взгляд с дракона на пантеру и обратно. Кажется, впереди намечалось некоторое противостояние интересов.

– Каспериан ван Гарден, это как понимать?! – раздался голос кисы на грани истерики.

Это позывные такие определенные? Селия продолжала недоумевать, когда раздался обреченный возглас дракона:

– Простите, милая Сели, я больше не смогу даже попытаться сделать вас своей любовницей! – девушка в ужасе повернулась к огненному, но, натолкнувшись на искрящийся весельем взгляд, поспешила поберечь обвинения на потом.

И действительно, спустя мгновение оценки ее состояния, дракон пояснил:

– Чужой представитель расы метаморфов открыл вам тайну моего имени. У драконов полное имя, озвученное носителем, означает приглашение к более близкому общению. Теперь это невозможно, – он печально опустил голову, но Селия успела заметить плутоватую улыбку, которую рыж своим маневром очень удачно замаскировал от кисы.

– Так ты что – даже не пытался к ней подкатить? – удивленно воскликнула Инга, указывая пальцем на Селию.

– Вот знаешь, за что я тебя люблю, Ин? – дракон соизволил посмотреть на пантеру, перестав изображать клоуна. – За то, что ты сделала из моего кузена настоящего человека и семьянина! А теперь догадайся, что меня больше всего в тебе раздражает? – он выгнул бровь, сурово зыркнув на кису.

– Моя вездесущность? – осклабилась девушка.

– Твоя святая уверенность, что со всеми остальными ван Гарденами нужно поступать так же! – праведный гнев дракона прочувствовала даже Сели.

И даже попыталась посочувствовать. Не вышло. Где–то на уровне инстинктов она понимала, что мужчина ловко пытается давить на жалость.

– Ну, моя–то уверенность, может, и святая, только тебе, дорогой родственничек, точно не следует говорить о том, что рыльце не в пушку, – с намеком проговорила киса нарочито ленивым тоном, и Селия поняла, что она наступила на больную мозоль одного из ван Гарденов.

Тигра предпочла не вмешиваться. Пусть разбираются между собой сами. У нее есть другие, более важные дела. Дракон между тем решил сдаться на милость победителя в юбке.

– Хорошо–хорошо, – поднял руки в защитном жесте Каспер. – Раз ты не хочешь видеть родственника, я попробую ретироваться без вреда для здоровья.

– Будь добр, – пропела киса с выражением вселенского счастья на лице, а затем повернулась к Селии:

– Ну, привет тебе, беглянка! – после чего обняла и, подхватив под руку, потащила к дому Детри, оставив представителя огненного драконьего семейства решать вопросы самоопределения в пространстве в одиночестве.

Поначалу белоснежная тигра пыталась противостоять напору пантеры, но, стоило той бросить один–единственный испепеляющий взгляд в сторону новоприбывшей, как очаг сопротивления был мигом нейтрализован. Селия решила отдаться во власть судьбы, которая сейчас виделась ей в образе зеленоглазой фурии, а потому отложила на будущее возможные последствия знакомства с одним из ван Гарденов. Вместо этого вернулась к созерцанию природного диссонанса, коим являлся разрытый ландшафт. Правильно расценив немного удивленный взгляд в сторону произведения современного почвенного искусства, киса небрежно отмахнулась:

– Это Рид по просьбе Арины место под новые клумбочки окучивал. Они там с Дорианом сейчас тусуются. Видишь, постепенно все оседают на местах, одна ты продолжаешь бегать. Не устала? – внезапно добавила черная кошка, прищурившись.

Нет. Это именно то искусство, которым она овладела после катастрофы с Алексом в совершенстве. Спасибо Барсу – благодаря блондину засечь ее по запаху стало практически невозможно, только с очень близкого расстояния. Будучи изначально учителем и наставником, после смерти Алекса он превратился в кровного брата. Как жаль, что Алекса спасти не удалось…как больно оставаться совершенно одной!

– Боюсь, даже при моей взаимной любви к пряткам в любом случае сейчас  уже поздно об этом рассуждать, – улыбнулась Сели, глядя на беременную кису, и мельком подумала, что и сама теперь вполне могла бы стать матерью.

Другой вопрос, что не от кого. И – страшно. Потому что когда Барс вынесет окончательный приговор «здорова», тигры с планеты огненных тут же ринутся в бой за право взять девушку к себе в стаю. Она такой участи не желала. Она помнила, что такое взаимное уважение, вот и не могла после смерти жениха смотреть еще на кого–то, хоть и не любила Алекса, когда должна была. Сейчас главной задачей было сохранение клана белых тигров. Их осталось не так много. Те, кто еще жив, единогласно решили сделать девушку представителем альбиносов на совете метаморфов. У нее не было другого выхода, кроме как стать сильной.

– А кто такой Рид? – отвлекаясь от мыслей, поинтересовалась Сели.

Пантера  спрятала улыбку в уголках губ и совершенно равнодушно ответила:

– Гроза подземных драконов и наш любимый готичный красавец!

– Так уж и готичный? – насмешливо выгнула бровь тигрица, воскрешая в памяти образы Брендона Ли из «Ворона» и Вилле Вало из популярной музыкальной группы, которую периодически слушала в плейере.

Есть еще Тило Вульф, тоже музыкант, но нет, вряд ли дракон станет  исповедовать тему БДСМ в своем внешнем виде. Мысль заставила улыбнуться, и киса, словно прочитав информацию по выражению лица девушки, еще и подлила масла в огонь:

– Представляешь мускулистого мужика в латексе?

– Разве готы не улетают вместе с легким дуновением ветра? – пошутила Сел, имея в виду, как раз, отсутствие у представителей данной субкультуры тренированной мышечной массы.

– Черт, неужели Рид на самом деле не гот? – Инга с досадой прикусила губу, заставляя тигру рассмеяться. – Мне так нравится, когда ты становишься веселой, – с ностальгией смотря на девушку, призналась брюнетка и тут же вернулась к  игривому настроению:

– Но с Ридом мы вас познакомим, да!

Селия даже поморщилась – еще одного дракона в знакомых ей только и не хватало – и перевела тему разговора:

– Мне к Барсу нужно, кис, а не со всякими чешуйчатыми дружбу заводить.

– Ладно, – неожиданно легко сдалась Инга, когда путь к домику подошел к концу, – он на втором этаже где–то тусуется. Подожди немножко, я его приведу, хорошо?

– Окей, – ответила Сел и последовала за пантерой внутрь.

Девушку оставили в светлой гостиной, она расположилась у окна, отдаваясь во власть впечатлений от музыки и солнечного дня за стеклом. Сколько прошло времени, она не знала, но внезапно начала ощущать чье–то ненавязчивое присутствие. За ней явно наблюдали. Сели обернулась, одновременно избавляясь от наушников в ушах, и увидела высокого подтянутого мужчину в футболке и джинсах с пронзительным взглядом сине–зеленых глаз. Наверное, такой оттенок можно было назвать аквамариновым. Что–то знакомое чувствовалось в его облике, но вот что именно – она никак не могла вспомнить. А потом до нее дошло: она помнила еле уловимый аромат хвои и солнца, окружавший незнакомца. Откуда только – понять не могла.

– Почему вы не пахнете? – щурясь, спросил мужчина.

Она растерялась от вопроса и попыталась пристальнее рассмотреть мужчину. Какой странный дракон! То, что он принадлежит именно этой расе, можно было определить и без истинного зрения. Девушка мгновенно почувствовала на себе действие гламора, которым обладали только высшие. Только вот странное какое–то обаяние окружало светлоглазого.  Оно словно не желало преподнести своего хозяина в лучшем свете, делая упор, наоборот, на ощущение защищенности и спокойствия. Сели настолько удивилась, что позабыла про вопрос, заданный незнакомцем, и выпалила в порыве чувств:

– А почему у вас такой странный гламор?!

Мужчина чуть склонил голову набок и встретил ее реплику насмешливым взглядом:

– Это вполне нормально для женатого дракона.

И тут–то Сел догадалась перейти на истинное зрение, после чего практически подскочила на месте: призрачный! Самый настоящий призрачный, с необычным переливом крыльев от снежно–белого к дымчато–серому цвету. А поскольку призрачных на сегодняшний момент было известно только две особи, а данный экземпляр на президента планеты Рокис совсем не был похож – Патрика Детри Селия, слава Богу, время от времени встречала в новостях, когда не была занята работой, что случалось исключительно редко  – то тигрица сделала очень правильный и вместе с тем весьма неутешительный вывод. Она только что достаточно невежливо обратилась к предводителю драконов. Сейчас кому–то будет плохо.

Дориан Детри, к удивлению девушки, вместо того, чтобы рассердиться, расслабленно улыбнулся и произнес:

– Селия, я не кусаюсь – прекращайте меня бояться.

Ее что, все драконы в лицо знают? Ошеломительная мысль посетила мозг, чтобы почти сразу усилить и так плохо скрываемое чувство страха. Теперь к нему добавилось еще и ощущение, словно она стоит перед драконом нагишом. Только вывернуто было не тело, а чувства. Они же все хорошие эмпаты, а Селия сейчас словно ходячая бомба, готовая в любую минуту разорваться.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – стараясь быть как можно более вежливой, недоверчиво проговорила девушка.

– Мы участвовали в вашем спасении пять лет назад, – туманно ответил обладатель аквамариновых глаз.

И она поняла, что его запах помнит именно с того момента. Его – и еще какой–то незнакомый, который мерещится периодически нюху, но так и не становится осязаемым настолько, чтобы дать ему определение.

– Зато теперь я начинаю понимать, как вы могли скрываться ото всех эти пять лет, – удовлетворенно заметил Дориан. – Вы что–то специальное применяли, чтобы перебить запах? – полюбопытствовал мужчина.

– Да, что–то специальное, – не решаясь открыть, как Касперу, все свои секреты, тихо согласилась Сели. – А меня что, искали абсолютно все? – уцепилась она внезапно за слова дракона.

– Не то чтобы, – усмехнулся Детри. – Но попытки – да, были.

Внезапно захотелось спросить у него о том, кто делился с ней кровью. До дрожи в коленках захотелось. Потому что Сели была почти уверена, что предводителю драконов известно абсолютно все, что происходит с его подчиненными. Тем более если, как он утверждает, принимал участие в спасении. Но она сдержалась. Меньше знаешь – лучше спишь, и еще неизвестно, чем может обернуться новая информация. Потом она много раз повторяла, что поступила в данный момент правильно. Поскольку почти сразу после слов Дориана в комнату вошел Барс, приближение которого скорее почувствовалось, и укоризненно посмотрел на главного дракона:

– Опять моих пациенток смущаешь, Ди?

– Что ты, – отмахнулся Детри. – Мы весьма мило поговорили с Селией о том, как проходила ее  жизнь за эти пять лет, – при этом дракон так хитро улыбнулся, что тигре даже показался тайный смысл, скрытый в его словах.

Но проверять теорию не пришлось, потому что Барс скептического выражения лица не изменил:

– Знаю я ваши драконьи «разговоры». Снежинка, девочка моя, он не успел тебя обидеть?  – заботливо поинтересовался ирбис.

Сели аж поперхнулась: мог бы и не спрашивать, на слух–то блондин никогда не жаловался. Наверняка и сам весь разговор подслушал. А сейчас просто ломал комедию, то есть занимался своим любимым делом. Высказывать мысли вслух она не стала, помотав головой, и ирбис кивнул на выход из комнаты:

– Ну, тогда пойдем. Нас ждут великие дела! – и весело подмигнул ей.

– До свидания, мистер Детри, – вежливо произнесла девушка, проходя мимо красавца–дракона.

– Всего доброго, Селия, – склонил голову Дориан.

Выйдя из гостиной, оборотни тепло обнялись, и Селия наконец почувствовала, как отпускает ее напряжение: все встретившиеся за сегодня существа были чем–то инородным для восприятия, а вот Барс… Барс и пах семьей, и вел себя так, словно она является маленьким котенком, которого будут защищать до последнего. Рядом с ним она могла расслабиться по–настоящему.

Ее повели на второй этаж, где указали на комнату, в которой должен был произойти осмотр. Там стояла ширма, где Селия сразу же избавилась от ненужной одежды, оставшись в белье и проследовав на кушетку, чтобы блондин мог обследовать кости и внутренние органы. Пока Барс проверял свежие переломы, Сел думала о том, что так и не смогла узнать у Дориана Детри. Возможно, именно целитель сможет пролить свет на то, что стало известно благодаря Зику.

– Ты знаешь что–нибудь о том, что во мне находится кровь дракона? – напрямую спросила тигра, и рука, ощупывающая ее брюшную полость, внезапно замерла.

Барс задумчиво посмотрел на нее, потом вернулся к своему занятию:

– Когда ты вывалилась из телепорта, то помимо развороченного живота и многочисленных переломов еще и жидкости потеряла порядочно. Короче, сама понимаешь, кровопотеря была колоссальная. Да, регенерировать ты начала – на удивление живучая оказалась – но мы потратили много времени на точечные сращивания органов. Без его крови ты бы погибла.

– Кто он? – настойчиво спросила Селия.

– Дракон, – не вдаваясь в подробности, ответил ирбис. – А поскольку он сам предложил себя в качестве донора, я не вправе открывать имя. Для их расы процесс добровольного предоставления крови – штука особенная, если не сказать – интимная, – тихо добавил блондин. – Так что ты узнаешь имя своего спасителя только в том случае, если он сам этого захочет.

– Но ведь это долг жизни, получается, – заметила Сели, не веря в бескорыстность намерений представителя расы существ, главным занятием которых являлась добыча драгоценностей в свои сокровищницы.

– Если бы ты была ему должна, ты бы давно об этом узнала, – отрезал Барс. – Поверь мне, он не из тех, кто просто так прощает неустойки своего меценатства. Не думай об этом, – ободряюще улыбнулся мужчина. – Иногда и драконы делают что–то просто от души. А ты совершенно здорова. Я отменяю репелленты, Снежинка.

Новость прозвучала как гром среди ясного неба. Она затравленно уставилась на своего личного врачевателя:

– Но ведь это сделает меня ходячей мишенью для всех тигров.

– Ты больше не можешь прятаться, – сурово произнес Барс. – От судьбы в любом случае не убежишь. Зато можно попытаться бороться с обстоятельствами, которые тебя не устраивают.

– Барс… – тоскливо протянула девушка, но ирбис скривился и добавил:

– У этого есть еще одна причина: насекомые, с помощью которых я получал концентрат, внезапно исчезли из тех мест, в которых я их отлавливал. Ничего не кажется странным?

– За меня плотно взялись, – прошептала Селия, усаживаясь на кушетке и закрывая лицо руками.

– Я тоже склоняюсь к этому выводу, – согласился ирбис. – Поэтому и говорю, что твои духи для тех, кто задастся целью, будут как мертвому припарки. К тому же драконий запах до сих пор действует, даже я это ощущаю. Ты ведь всегда можешь попросить у них защиты. Они не бросают тех, кому однажды помогли. Если б ты пять лет назад не вбила в голову навязчивую идею о том, что только бегство спасет тебя, давно бы уже была под крылышком у высших.

– Я и так была у них под крылышком, – возразила девушка. – Последние три года работала на подземных.

– Чего ж мне не рассказала? – заинтересовался Барс.

– Чтобы не искал, – она помедлила с ответом. – Нужно было прийти в себя, понимаешь?

– Конечно, – улыбнулся ирбис. – Удивительно, как еще ни один дракон не попытался подбить к тебе клинья.

– Один был, – усмехнулась девушка, вспоминая утреннюю прогулку с ван Гарденом, – но его жестоко отшила киса.

– Господи, неугомонная пантера, – возвел глаза к потолку Барс. – А беременная – так вообще неуправляемая! Всех родственников мужа построила по струнке, запретив даже думать о том, чтобы сообщать девушкам свои полные имена.

– Да, – улыбнулась Селия, – Каспер сегодня тоже сокрушался, что не сможет теперь сделать меня своей любовницей.

– Ван Гарден? – поразился Барс. – Ну и ну, девочка, какие ты интересные знакомства заводишь, однако! Но ван Гарден вряд ли бы стал к тебе подкатывать, – тут же успокоил ирбис. – У него непростые отношения с весьма проблематичной женщиной. То есть, были. Сейчас не знаю. Да и потом, – он лукаво прищурился. – Помимо любовницы есть еще и жена. И то, что кто–то другой сообщил тебе имя дракона, не остановит его в стремлении сделать тебя своей, если он задастся целью.

– Пф, Барс, – отмахнулась Сели.  – Не говори ерунды!

– Почему сразу ерунды? – не понял блондин.

– Ну, кто мы и кто драконы? – начала, как маленькому, объяснять ему тигра. – К тому же мне нужно заботиться о сохранении наследия белых тигров, а разве можно этого добиться с драконом? – привела она свой самый веский довод.

– Ну, во–первых, – Барс нисколько не смутился от ее тирады, – если какой–то чешуйчатый вобьет себе в голову идею о том, что ты его истинная, тебя не спасет уже ничто, поверь мне, – с видом знатока начал просвещать он девушку. – История кисы и Кристофера – ярчайший пример. Дориан за своей Ариной куда только ни таскался. А во–вторых, – тут Барс сделал драматическую паузу. – Ты вообще расоведение изучала, детка? Это только первенец от дракона наследует расу доминирующего – коим высший, как раз, и является, мы все–таки младшая ветвь метаморфов. А вот остальные дети вполне могут быть и не папочкиного вида.

– Да ты что? – вытаращилась на него Сели.

– Ага, – кивнул Барс. – В этом вопросе только сирены им нос утерли: их первенец заглушает драконьи гены, становясь таким же, как и мать. А вот второй и последующие дети вполне высшими могут оказаться. Поверь многочисленному опыту в акушерстве. Так что подумай, – вернулся к своей первоначальной мысли ирбис. – Драконы – не самый плохой вариант. И у них есть одно неоспоримое преимущество.

– Какое? – заинтересованно глянула на целителя Сели.

– Они не будут смотреть на тебя, как на инкубатор для вынашивания будущего потомства. Их любовь безусловна, – как–то печально улыбнулся Барс.

– Пока мне от них нужно только сотрудничество, – уверенно заявила Сели.

– Какого рода? – приподнял брови ирбис.

– Я хочу получить место в экспедиции по поиску горгулий, – осторожно закинула удочку девушка.

Барс присвистнул:

– Ты меня второй раз удивляешь, детка! Этим занимается сам Дориан. Вместе с сиренами.

– Сиренам–то это на что?  – удивилась Сел.

– У Верховной Жрицы спросишь, – показал ей язык ирбис. – Если, конечно, тебя допустят до этой миссии, – он плавно соскочил с кровати, чтобы не получить по загривку подушкой, молниеносно схваченной девушкой, явно собиравшейся использовать предмет в качестве орудия убийства, и, бросившись к выходу из комнаты, на ходу добавил с улыбкой:

– Все, здорова, больше ко мне не приходи! Кости срослись идеально, хоть сейчас рожай. И кстати, – он обернулся в самых дверях, прислушавшись перед этим, – если поторопишься, то успеешь предложить свои услуги по поиску горгулий. Дориан сейчас как раз обсуждает этот вопрос в кабинете. Иди на запах хвои! – с этими словами Барс скрылся, а Селия метнулась к ширме, чтобы не тратить на процесс одевания лишнего времени.

Она должна была получить эту работу. И защиту драконов – тоже.

Спустившись на первый этаж и уловив разгорающийся постепенно спор Дориана Детри с другим, не менее знакомым голосом, она пошла на звуки и вскоре очутилась перед дверью в кабинет, о котором упомянул Барс. Она открыла дверь после осторожного стука как раз в тот момент, когда Каспер доказывал уже успевшему переодеться в чистое Детри необходимость  увеличения участников поисковой экспедиции:

– Сирена сможет отыскать их только в том случае, если они откликнутся на зов! Но ты же понимаешь, что горгульи в момент крайней опасности могут просто врасти в монолитную плиту, отключив сознание! Диану я потерял именно так, – упавшим голосом добавил ван Гарден.

– И что ты предлагаешь? – устало произнес Детри, опираясь на спинку стула.

Глава призрачных находился у окна и взирал на расположившегося между собой и столом огненного с начинающим зарождаться раздражением. Было видно, что для себя он уже все решил, однако и доводы ван Гардена не казались му фантастическими.

– Найди следопыта, – предложил Каспер. – Кого–нибудь из оборотней. Они будут только рады послужить правому делу: все–таки, горгульи – одна из старейших рас, не вступающая ни с кем в открытое противостояние.

В этот момент оба мужчины, наконец–то, среагировали на появление Селии, и Каспер горячо указал на девушку:

– Вот! Селия, как раз, является следопытом! Не веришь – спроси у подземных!

Девушка в легком недоумении посмотрела на огненного. Конечно, его протекция была как нельзя кстати, но он ведь толком даже не знает, в чем конкретно заключалась работа у Силверстоуна. Да и услышанное несколькими минутами ранее заставляло думать о том, что личный интерес дракона туманит разум, не давая мыслить объективно.

– Откуда такая уверенность? – сейчас Сел впервые увидела не просто светлоглазого незнакомца из гостиной, а истинного главу драконов, оценивающе разглядывающего потенциального претендента на доступ к экспедиции.

Она поняла, что пришло время представиться самой:

– Три последних года я работала на специальное подразделение полиции, специализирующееся на поиске драконов, под кодовым именем «Снежинка», – она замялась. – Обо мне непосредственно знает их начальник, Дайрем Силверстоун.

– Силверстоун? – удивленно поднял брови Детри, и Селии совсем эта реакция не понравилась.

По роду деятельности ей приходилось общаться с драконами довольно часто. Сейчас и заострившийся взгляд, и почти незаметное вздрагивание Дориана Детри сказали ей о многом. Словно он знал больше, чем тигра. Словно соотносил в голове факты, о которых ей было неизвестно. Но пока не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть и понадеяться, что главный дракон сам решит развеять или подтвердить сомнения. Не вышло.

– И скольких драконов вы нашли? – прекратив пристально разглядывать девушку, поинтересовался Детри.

– Около двадцати, – прикинула в уме Селия. – Последним был Оливер Торнтон, нынешний министр иностранных дел огненных.

– Да–да, я помню его громкое возвращение, – кивнул Детри. – Я еще тогда спрашивал у Дайрема, что за ценный кадр имеется в его подразделениях, что любая работа, за которую он берется, заканчивается полной победой.

Девушка зарделась – ей приятна была похвала главного из высших, пусть она и не доверяла всем им по большей части – однако почти сразу решила пояснить причину отказа начальника в выдаче информации:

– Я скрывалась последние пять лет, с того самого момента, как меня вылечил Барс. Поэтому Силверстоун, узнав о моей ситуации и оценив возможности, предложил очень подходящую работу. Я просто делала свое дело.

– У вас были причины, чтобы скрываться? – уловил суть Дориан.

– Были, – согласилась девушка. – Белые тигры слишком многим кажутся знаменем революции среди оборотней. После того, что произошло в день моей свадьбы, мы должны были, по–хорошему, перестать существовать как клан, поскольку глава погиб, его сын – и мой жених по совместительству – тоже, а передача власти выборным путем у оборотней не предусмотрена, в нас слишком силен голос крови.

– И тогда ты взяла управление кланом в свои руки, – догадался Дориан.

Девушке не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть:

– На правах невесты погибшего наследника мне это удалось. Ну и… – она скривилась, вспоминая события далекого прошлого. – Несколько поединков подтвердили это.

– Ты поэтому так долго лечилась? – вступил в разговор молчавший до этого ван Гарден, и Селия, мельком глянув на него, подтвердила:

– Да. Многие хотели прийти к власти. Но у нас с Алексом был слишком хороший учитель.

– Ой, да брось, – показалась из–за двери белоснежная голова Барса. – Ничему особенному я вас не учил. Просто показал, что такое быть уверенным в себе оборотнем, вот и все. Ох, и заставила же ты меня тогда поволноваться. Первые три раза появлялась почти без живого места на коже, – просветил он оставшихся двух мужчин. – Но победу и место под солнцем все–таки выгрызла. Моя девочка, – похвалил он ее, обняв за плечи. – Со своей стороны могу только подтвердить информацию, предоставленную Снежинкой. У нее три поколения назад в предках был волк. Но гены странным образом проявились только в одном котенке. Он перед вами.

– Что насчет положения белых тигров? – вернулся к интересующей его теме Дориан Детри. – Почему ты до сих пор скрываешься? Насколько я знаю, ваш клан официально признан остальными оборотнями и находится под защитой.

– Номинально это так, – кивнула девушка осторожно. – На деле же – простите за откровенность, мистер Детри – ваша огромная поддержка по восстановлению популяции тигров оказала нам медвежью услугу: теперь все близкие по крови оборотни – а в особенности золотистые тигры во главе с их альфой Адамом – стремятся получить меня в качестве жены. И  их настойчивость вылилась в непрекращающиеся поиски меня и моей сестры.

– Вас такое положение вещей не устраивает? – понимающе улыбнулся главный дракон.

– Понимаете, мистер Детри…

– Можно просто Дориан, – снова улыбнулся дракон, и Сели согласно моргнула:

– Дориан, нас никогда не было слишком много. И мы привыкли беречь свое наследие. Вступив в отношения с золотистыми, мы постепенно растворимся в их генофонде. Это одна из причин, почему нас хотят прибрать к рукам. Другая, но вы, наверное, и сами догадываетесь, состоит в том, чтобы через нас быть ближе к драконам. Мы не можем позволить себе настолько необдуманных действий. Из свободных девушек, близких к возрасту вынашивания потомства или находящихся в нем, существуем пока только мы с сестрой. Ее совершеннолетие наступит через пять лет, я уже пять лет как эту грань миновала, остальные женские особи в клане – либо женщины, имеющие мужей, либо еще совсем маленькие котята.

– А моя девочка хочет найти свою судьбу сама, – закончил за нее Барс, и Сели на секунду прикрыла глаза.

Почему–то вспомнился Алекс и его светлая улыбка. Она бы все в жизни отдала за то, чтобы сейчас он оказался жив.

– Я понял суть ваших требований, – подал голос призрачный. – Драконы готовы предоставить вам официальную защиту, это даже не обсуждается. Вам и всему вашему клану. Мы немедленно пошлем письмо в совет метаморфов, чтобы закрепить за вами право на самоопределение, в том числе в вопросах выбора партнера для семьи.

– Вы такое можете? – удивилась девушка.

– Ваш совет знает о событиях, сопровождавшихся потерей множеством оборотней способности к трансформации, – криво улыбнулся Детри. – Не думаю, что они решат действовать по–своему, пока в памяти свежи воспоминания.

Сели догадывалась, о чем он говорил. Тот день, который метаморфы до сих пор называют Судным. Когда кучка революционеров похитила беременную Арину Одиссис, ныне Детри, жену главного дракона, и перенесла на Вдохновение. И как за ней пришел Дориан и соединился с Источником, несмотря на то, что до сотни лет и полного вхождения в силу ему еще жить и жить. И что тогда он отлучил многих отступников от Источника Призрачной Звезды. Это было страшно и показательно для остальных одновременно. Это стало началом возрождения драконов. После этого события их официально признали все оборотни. С их мнением стали считаться. Драконы больше не были вымирающей расой. Они вернули свое наследие.

– Что касается просьбы Каспера включить вас в состав экспедиции, – Дориан задумчиво скользнул взглядом с огненного на тигрицу, заключенную в объятиях ирбиса, – пожалуй, я склонен с ним согласиться. Но только после того, как вы выполните мое задание. Идет? – он испытующе поглядел на Сел.

Ей не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть в знак согласия.

– Отлично, – улыбнулся Дориан и, обойдя стол, приблизился к девушке. – Ну что, начнем?

– Что именно я должна делать? – напряглась Сели.

– Вашу основную работу, – пояснил Детри. – Считайте все запахи живых существ, что сейчас есть на мне, и постарайтесь определить, где находятся их обладатели.

Она кивнула и подошла к нему:

– Можно? – спрашивая разрешения на более близкий контакт.

– Конечно, – кивнул дракон, и Сели вдохнула.

Запах солнца и хвои окружил ее, и она даже зажмурилась от удовольствия. Наиболее яркий, это точно был аромат, принадлежащий самому дракону. Следующим был ненавязчивый запах свежести, который тигрица отнесла к туалетной воде. Или какому–то более стойкому парфюму, имевшему особенность сохраняться на коже дракона.

Поскольку доступ к телу главного призрачного имелся у ограниченного числа его окружения, а запах явно принадлежал прекрасной половине человечества ввиду своей ненавязчивости, вывод последовал сам собой.

– Женщина, – Сели на мгновение открыла глаза, чтобы удостовериться, что идет в правильном направлении. – Очень близка к вам – ее запах остается на коже, она в вашем ближнем круге. Беременна, – вынесла окончательный вердикт девушка – нежный запах детства, начинающий выделяться у обладательницы, она бы не спутала ни с чем в мире – и увидела искорки одобрения в глазах Дориана.

– Моя жена Арина, – пояснил он, и Сели попыталась определить направление, в котором нужно искать запах.

– Промышленная часть города.

– Найти сможете? – подтвердил ее догадку дракон.

– Придется поплутать – посторонние запахи будут мешать – но, думаю, да, – и она вернулась к своей задаче. – Ребенок. Находится в доме. Тоже ближний круг. Ваш?

– Пенелопа, дочь, – улыбнулся Детри.

– Искать нужно? – поинтересовалась Селия.

– Думаю, мне достаточно вашего заключения, – успокоили ее. – Еще что–то?

– Слабый запах Каспера, – напряглась Сел. – Возможно, потому что сегодня вы с ним впервые увиделись совсем недавно. А это что?.. – внезапно нахмурилась она.

– Что? – спросил не шелохнувшийся призрачный.

– Скошенная трава, – прошептала тигра, отходя на шаг от Детри. – Такое ощущение, что я этот запах знаю. Еще один дракон. На планете. Где–то вне города, – сделала она заключение.

– Хм, а я думал, Рид уже телепортировался с Вдохновения, – задумчиво изрек Дориан. – Отыщете?

– Попробую, – кивнула Сели. – Но сначала – ваша жена, хорошо?

– На ваше усмотрение, – она почти потерялась в аквамариновых глазах, хотя это было совсем не влияние драконьего очарования.

Что же тогда?

В голову пришла мысль, как его собственная жена все это выдерживает, и Детри тихо рассмеялся. Эмпаты, мелькнуло в голове у тигрицы, и она смущенно отвела глаза, но дракон не стал выносить ее ощущения на всеобщее обозрение:

– Получаса вам хватит?

– Надеюсь, – ответила девушка.

– Значит, потом я телепортируюсь к Арине и очень рассчитываю увидеть вас там. А вы продолжаете поиски Рида, договорились?

– Да, конечно, – не стала спорить Сели. – Только мне нужно ваше разрешение на доступ к Источнику.

 – Оно у вас уже есть, – улыбнулся Дориан. – То, что вы приняли за некоторую вариацию гламора, на самом деле было открытием канала для оборота, – выдал он непонятную фразу, смысл которой дошел до Сели только тогда, когда она очутилась на заднем дворе в чем мать родила и прикоснулась к поверхности планеты.

Ну, конечно! Как еще владелец может дать добро на использование энергии планеты? Только при тесном зрительном контакте. Потрясающий дракон! Сели не могла это не признать, когда почувствовала мягкую силу Вдохновения, вливающуюся в ее тело. Судорога трансформации была практически незаметной, хоть и продолжительной из–за долгого нахождения в человеческом теле, и на лужайке появилась уже не обнаженная девушка, а белая тигрица необыкновенной красоты.

Запах дракона, учуянный в последнюю очередь, будоражил ноздри. Тем более запах свежескошенной травы, в который так давно хотелось окунуться. Она даже помотала головой, пытаясь отогнать его от себя – так сильно хотелось помчаться на поиски неуловимого подземного! Но тигрица одернула себя, примерно определив направление, в котором следовало двинуться после посещения города, чтобы стать ближе ко второму объекту поиска.

Впереди ждала Арина Детри. Принюхавшись и найдя нужный запах, она помчалась вслед за ним.

Поплутав по улицам города Дракайн – похоже, у Арины Детри сегодня состоялась колоссальная прогулка по магазинам – Сели, чуть было не потерявшаяся среди леса заоблачных высоток (драконам–то что – подлетел к верхнему этажу и приземлился!), наконец–то нашла направление, в котором точно находилась жена главного. Магазин детских товаров? Впрочем, чего еще ожидать от беременной? А это что такое?..

Тигрица оказалась в почти пустом зале с множеством товаров, так или иначе призванных облегчить жизнь будущей маме, и застыла в проходе. Арину Детри она нашла сразу – запах вынашивающей потомство самки она бы ни с чем другим не спутала. Но вот то, чем занималась женщина, заставило тигрицу остановиться и опуститься на брюхо.

Медленно раскачиваясь в кресле–качалке, девушка с вьющимися каштановыми волосами нежно поглаживала только обозначившийся животик и напевала колыбельную. Ее умиротворенное состояние действовало на тигрицу усыпляюще, только вот песня была знакома до дрожи в лапах. Именно она помогла пережить самую страшную ночь в жизни. Ночь после того, как она вывалилась из телепорта на планете Крылатой Богини и была спасена Барсом. Так вот что за ассистентка присутствовала при лечении!

Не в силах противостоять обратной трансформации, Селия предстала перед Ариной Детри в первозданном виде. Заметив обернувшегося метаморфа, Арина замешкалась, потом, узнав тигру, ласково улыбнулась:

– Ну, здравствуй, Снежинка.

Больше Селия сдерживаться не могла: метнулась к продолжавшей раскачиваться сирене, оказавшись у ее ног и бережно обнимая. Слезы градом катились из глаз, когда она положила голову на колени Арины, и Селия даже не пыталась остановить их. Наконец–то картина спасения стала проясняться. Сознание наполнилось счастьем от этой мысли.

– Ты что, девочка? – спросила ее сирена.

А девочка–то, поди, на пять лет старше будет. Но Сели не обратила внимания на обращение, подняв заплаканные глаза на одного из двух существ, подаривших ей вторую жизнь:

– Спасибо тебе большое.

Арина, без слов поняв все, что хотела добавить Сел, просто обняла лицо белокурой тигрицы и произнесла:

– Ты достойна жизни.

Именно в таком положении – тигрица у ног сирены, смотрящая неотрывно  в глаза спасительницы, и сирена, ласково поглаживающая ту по голове – их и застали Дориан с Барсом. Арина прервала зрительный контакт и мягко попросила:

– Мальчики, вы не могли бы оставить нас ненадолго? Селия слишком легко одета.

Мужчины без слов покинули помещение, а Арина обратилась к Сели вновь:

– Ну, рассказывай.

– Не могу!.. – встрепенулась девушка. – Я должна отыскать дракона! Прости, это очень для меня важно, – резко вскочив с пола, добавила она. – Я потом все расскажу, обещаю. Мы ведь еще увидимся?

– Если снова не сбежишь, – лукаво подмигнула сирена, и тигрица горячо заверила, что прятаться не станет. – Значит, приходи к нам, как только закончишь с делами.

 Селия молча  кивнула, и спустя несколько мгновений перед Ариной снова предстала красивая тигрица. Крылатая женщина только потрясенно ахнула – очень уж необычной выглядела обернувшаяся Сели.

– Беги, милая, – погрузив пальцы в блестящую белоснежную шерсть с черными проталинами, произнесла Арина, и тигра, лизнув ее руку, отправилась в дальнейшее путешествие.

Прочь из магазина детских товаров, который она и сама могла бы посещать уже четыре года, не разрушь однажды проклятые гиены ее жизнь до основания. Прочь от удивленных взглядов двух перенесшихся к сирене драконов и теперь входящих к ней снова. Прочь! Туда, куда вел ее умопомрачительный запах подземного.

Городские постройки закончились спустя двадцать минут бега, и все это время встречающиеся на пути жители – и драконы, и оборотни, и – о, чудо! – попадавшиеся немногочисленные люди – удивленно разглядывали несущуюся к цели тигрицу.  Строительные джунгли сменились равнинами, заросшими ярко–зеленой травой. Сели не могла не остановиться на несколько минут, чтобы не удовлетворить давнее желание поваляться на мягком ковре. Удовлетворенно зарычав, она поднялась на лапы и бросилась вперед. К скалистому плато, возвышающемуся над колосящейся равниной. Там запах становился отчетливей и окрылял осознанием того, что еще несколько шагов, еще пара прыжков между камнями – и она приблизится к заветной цели, обеспечив себе место в поисковой экспедиции. Она сама не знала, почему так стремилась полететь вместе с драконами к горгульям. Просто знала, что должна. Чутье или инстинкты – что–то определенно толкало к поискам, заставляя выкладываться по максимуму.

Когда до заветной цели и долгожданного дракона оставалось совсем немного – не более нескольких сотен метров – а тигрица взобралась по выложенной чьими–то добротными стараниями тропе на приличную высоту, обнаружив ровную каменистую поверхность, простирающуюся на сотню метров вокруг, она учуяла присутствие еще одного оборотня. Откуда–то послышалось утробное урчание, и с другого склона на плато поднялся золотистый тигр. Мысленно дав себе подзатыльник за то, что слишком сосредоточилась на сводящем с ума запахе и потеряла бдительность, тигра стала пятиться в сторону, противоположную соседу. В животной ипостаси ее ничто не спасет, единственное преимущество – обостренный нюх – ее уже подвело. По всем остальным параметрам она сородичам проигрывала: в холке была средней высоты, выносливость тоже подкачала, быстро бегать она не могла. По размерам она скорее больше походила на Барса, чем на представителя тигров. Но лучше попытаться улизнуть, чем попасть в лапы того, кто сейчас облизывался, глядя на добычу  в нескольких десятках метров от себя. Вся его поза говорила о готовности в любой момент ускориться и настигнуть желанную добычу. Кто шпионил за ней на планете призрачных драконов? Неужели у золотистых настолько разветвленная сеть информаторов, и ее появление засекли почти с самого начала? Отбросив лишние мысли, тигрица понеслась к противоположной части плато.

Рычание золотого постепенно приближалось, несмотря на то, что она бежала во всю силу. Сказывалось долгое отсутствие тренировок: пять лет без возможности оборота сделали мышцы не такими выносливыми, как раньше. И так не особо претендуя на место под солнцем, теперь Сели и вовсе не могла похвастаться развитыми физическими умениями. А тут еще и преследователь почти кусает за задние лапы. На мгновение она подумала о том, почему необычная и красивая разновидность тигров была так агрессивно настроена по отношению к белым. Золотистых было значительно больше, несмотря на то, что изначально численности их и клана Сели были примерно одинаковыми. Что им делить? При драконах абсолютно все расы могли существовать, не испытывая притеснений. Просто тот, решающий совет метаморфов разделил всех на два лагеря. Многочисленным львам и тиграм идея возвращения высших пришлась совсем не по душе. И потому проголосовавшие за признание драконов кланы были возведены в ранг личных врагов. Если бы только совет руководствовался большинством голосов, возможно, львы и тигры не чувствовали бы себя обманутыми. Но власть опиралась не на численность, а на многообразие видов, которые, в свою очередь, подчинялись главам соответствующих объединений. И хотя Сели знала, что руководящие посты на совет прибывали с решением по большей части после общего голосования клана, для некоторых видов это не казалось достаточным доказательством.

В итоге сложилась ситуация, при которой инициатива доверительных отношений с драконами была поддержана множеством небольших семейств оборотней, в числе  которых, помимо всего прочего, оказались белые тигры. Количественное преимущество оказалось на их стороне. Прибывший на совет Дориан Детри был признателен за оказанное доверие и обещал, что кланы,  выступившие против сотрудничества, ни в коем случае не будут притесняться, но, конечно, отступники ему не поверили. И Сели, надо сказать, понимала, чем руководствовались те же тигры и львы. Самые многочисленные среди оборотней, не считая, возможно, еще волков и медведей, они были рассредоточены по трем галактикам Дракона и привыкли считать эти звезды своим домом, а самих себя – единоличными обитателями. Любая другая раса под страхом смерти с Дракона изгонялась, с двуипостасными боялись иметь дело и вступать в конфликты другие обитатели Вселенной. Они заработали дурную славу. Поэтому появление истинных хозяев было расценено не иначе как экономической и дипломатической интервенцией. О военном противостоянии изначально не шло даже речи, но, как и всегда, «взмах крыла бабочки в одном конце света» вызвал «ураганы и шторма на другом». Драконы упорно не отвечали на точечные поначалу удары не согласных с их возвращением метаморфов. А потом состоялся тот самый судный день. Когда группа разномастных оборотней под предводительством Хана из рода пещерных львов захватила невесту Дориана Детри. И в галактике призрачных, как раз на планете Вдохновение, вся группа лишилась возможности обращаться в звериную ипостась. Событие было воспринято неоднозначно, многие выступили с нотами протеста в адрес драконов. На все упреки и увещевания главный дракон ответил лишь однажды, но так, чтобы услышали все оборотни: любую претензию он готов рассмотреть при личной встрече, а если не поможет дипломатия, готов решить все в поединке по законам стаи, которые отлично знали все метаморфы. Один на один. До смерти. Удивительно, но никто не решился в открытую выйти против Детри. Сели слышала о том, что якобы просто боялись воздействия призрачного на сознание. Но, зная подлую натуру выступивших против оборотней, она была уверена: честно играть не станут ни за что на свете. А вот удары исподтишка будут: что–что, а партизанить некоторые умели. И не ошиблась.

Ее свадьба стала первым таким ударом. Первым из многих, хотя за пять лет вылазки против драконов сократились до минимума. Такое ощущение, что оборотни или затаились и вынашивали планы мести, или просто решили не высовываться. Но окровавленная в день свадьбы невеста была очень заметным флагом в скрытой войне против высших.

Надо отдать должное драконам, они не стали раздувать из этой истории скандала или зарабатывать очки на информационном пространстве Вселенной. Они молча и без лишних движений спасли Селию, организовали полет в одну из систем Огненной Галактики, где похоронили небольшую группу погибших белых тигров, предварительно согласовав этот вопрос с оставшимися членами клана. На общем совете метаморфов они заявили об этом как о нарушающем права оборотней событии, которое не намерены оставлять без внимания и наказания. Говорят, огненный дракон – и по совместительству муж кисы – прибывший тогда вместе с Дорианом, в сердцах обещал уничтожить того, кому пришла в голову идея совершить на его родине  вопиющий акт непонятного никому возмездия. И это его заявление возымело действие еще и потому, что на совет явилась  именно та тройка, которая и разнесла оборотней на Вдохновении: призрачный – последний из рода, огненный и подземный. Три высших, действующих как один.

Гиен нашли. Прошел суд, по решению которого лишенные возможности перевоплощаться оборотни были отправлены на ту самую планету, где совершили убийство. Там они должны были попытаться возместить нанесенный клану ущерб. Естественно, под зорким присмотром наблюдателей из числа высших. Тигры помощь не приняли, но и ответной расправы не учинили, позволив ссыльным постараться наладить быт поблизости самостоятельно. В то же время Сели начала скрываться, надеясь, что ее исчезновение отведет от тигров удар более сильных сородичей, который, она не сомневалась, обязательно последует. Девушка знала: ее будут искать в любое время дня и ночи, лишь бы только устранить ненужного свидетеля. По крайней мере, поначалу причина была именно такой.

Потом постепенное укрепление связей с драконами вылилось в совершенно противоположный эффект: девушку стали искать для того, чтобы попытаться снова выдать замуж. Сели превратилась в гаранта неприкосновенности стаи будущего супруга. Судя по рассказам Зика, золотистые с Адамом во главе снова начали поиски, на этот раз с удвоенной силой. Но и тогда Сели не поддалась. Зато сейчас, найдя, наконец–то, достойную причину для того, чтобы перестать прятаться, так глупо попалась.

Тигр сзади дышал в спину, но белоснежная увидела, наконец–то, впереди окончание ровной местности. Только вот что начиналось дальше, рассмотреть не успела, потому что ее схватили за загривок и потащили вперед с угрожающим рыком. Она слишком вымоталась от бега, сил сопротивляться уже не было. А впереди маячил конец плато, за которым она увидела пустоту на много десятков метров вниз. Каменная равнина прерывалась глубоким обрывом. Тигр явно знал местность и словно подгадал момент ее появления здесь, чтобы завершить начатое пять лет назад истребление воскресшей невесты. Она попыталась вырваться, но в ответ только усилилось давление челюстей налетчика на шкуру. Сели тихо заскулила. А потом почувствовала сильнейший толчок сзади и поняла, что конец уже близко.

Несколько раз она ударилась о выступы пролетающих снизу вверх скал. Золотистый тигр, кажется, получил приказ на ее уничтожение, что и исполнил с особой тщательностью и вдохновением. Сели пыталась уцепиться когтями за небольшие каменные выступы на отвесной скале, но безуспешно: ей грозило неминуемое падение в пропасть. А внизу – каменная гряда. Она все равно разобьется. В последний миг перед тем, как закрыть глаза, тигрица почему–то подумала, что погибнуть вот так намного лучше, чем очутиться среди агрессивных золотых. Она мысленно попрощалась с жизнью.

Запах скошенной травы ворвался в ноздри, словно насмешка перед скорой гибелью. Она на мгновение потерялась в ощущениях, но быстро пришла в себя. Подумалось даже, что это подсознание сыграло с ней жуткую шутку. А потом открыла глаза и посмотрела вниз, туда, где лишь на мгновение промелькнула стремительно приближающаяся тень.  И тигрица оказалась на спине огромного черного дракона. Точнее, попала в пространство между шейным шипом и началом роста крыльев. Там, где была самая незащищенная область. Она попыталась удержаться.

Дракон обиженно зашипел, когда она вонзила когти в мягкую чешую загривка, чтобы удержаться и не упасть, и постарался выровнять полет. Когда это удалось, тигрица попыталась удобнее разместиться на спине возницы, ухватившись за доступный для посягательств шип. Взглянув туда, где, как она думала, еще может находиться ее неудавшийся убийца, она не обнаружила никого: плато было пусто. Однако запах… запах она запомнит навсегда. Будет еще один золотой в ее короткой очереди на смерть.

Черный дракон – до чего же красивый подземный! – мягко планировал почти у самой земли, унося ее прочь от скалистой части местности. Туда, где начинались равнинные пространства, туда, откуда уже виднелся город Дракайн. Приземлившись в высокой траве, он мотнул головой, подавая знак спускаться. А она все никак не могла прийти в себя после ожидания неминуемой гибели и внезапного спасения драконом, которого сама должна была найти. Сели заворожено разглядывала то место на загривке, которое оцарапала. Она–то думала, что у драконов по всему телу непробиваемая чешуя! А тут виднелись поврежденные ткани и постепенно выступающая кровь, от которой запах стал еще сильнее! Она нашла того самого дракона! Это и есть Рид, о котором говорил Дориан Детри! Радость забурлила внутри с такой силой, что она, не отдавая отчета в своих действиях, потянулась к глубоким разрывам, оставленным когтями, и начала их зализывать. Слюна оборотней, помимо антисептического, имела еще и регенеративное свойство, поэтому у нее на глазах повреждения потихоньку начали затягиваться. А еще безумно хотелось потереться о твердую чешую и исследовать всю драконью тушу на предмет наличия мягких кожистых областей.  Как же сложно было контролировать эмоции и желания ее животной половине!

Она видела нескольких драконов в звериной ипостаси, у каждого из них была непробиваемая чешуя по всему телу, только на брюхе и как раз в области загривка чешуйки немного отличались от остальных: более мелкие и мягкие, они создавали ощущение кожицы под лапами. И сейчас Сели до дрожи в этих самых лапах захотелось проверить наличие таковых у черного дракона. Но у него, видимо, были совсем другие планы.

Махина рассердилась на непослушного оборотня и заревела во всю глотку. Сели испуганно поджала уши, готовясь к расправе, и попыталась приземлиться на лапы, когда озверевший подземный скинул ее с загривка. Стало, почему–то, обидно. Она же не виновата, что на поиски этого недотроги–Рида ее послал главный дракон. За что такое обращение? За то, что хотела выразить благодарность за спасение? Вот противный чешуекрылый!  Пусть и пахнет приятней всех на свете.

Встреча с поверхностью окончилась неудачно: сильно ударившись боком, Сели добавила еще одно повреждение к уже имевшимся после встречи со скалами и так и осталась лежать. С болью посмотрев в зеленые с выгнутыми зрачками, из–за прикрытых век кажущимися  треугольными, глаза подземного, в которых явно появилось раскаяние, она попыталась встать на лапы, но не смогла. А потом сознание исчезло в спасительной пелене обморока.

Селия приходила в себя очень долго. Бок болел нестерпимо, но перелома, кажется, не было. Просто сильный ушиб, который мигом бы залечил Барс. Она подумала, что впредь будет относиться к просьбам Детри с опаской: мало ли чокнутых драконов еще обитает в его свите? Этот вот не спросил, даже не обернулся, чтобы нормально поговорить с ней. Подумал, что она впрыскивает ему в загривок яд? Ну и сволочь же он тогда! Что могла ему противопоставить одна маленькая даже по меркам сородичей Сели? Неужели отступилась бы от слова, данного на совете оборотней? Белый тигр, однажды перешедший на сторону дракона, навсегда остается ему верным. И неважно, что сама Сели за эту верность поплатилась. Честь превыше всего. Дороже всего на свете.

Отчего ей кажется, будто она спит в колыбели посреди равнины? Почему такие странные ощущения в звериной ипостаси? Или уже не совсем звериной?.. Она осторожно открыла глаза. И обомлела. Вот сволочь! Злость и ярость поднялись из глубины души неконтролируемым потоком, когда она столкнулась с уже знакомым виноватым взглядом  буйного подземного. Зеленым взглядом, который все время, что она была без сознания, рассматривал без особого стеснения ее обернувшееся тело! При этом оборудовав сгиб своей лапы в качестве постели для лишившейся чувств девушки. Надо отдать ему должное: развернули ее таким образом, что все стратегически важные места были прикрыты: спала Селия на боку, спрятанная от драконьих глаз, но сам факт! Сам факт того, что ее перенесли (или перетащили, добавив свежих царапин к ушибу), уже отзывался в душе горячей волной протеста.

Она оскалилась почти так же, как и в животной ипостаси, не без удовлетворения отмечая, как дернулась от этой реакции морда подземного. Похоже, не только простые оборотни в своей второй оболочке испытывали трудности с контролем эмоций. Но сейчас Сели была в своем праве, а потому не считала нужным беречь нежную психику черного громилы.

Дракон что–то прорычал, и тон издаваемого звука очень напомнил раскаивающийся и извиняющийся, но девушка упорно не желала идти на поводу у высшего с неустойчивым настроением. Человеческие инстинкты, однако, кричали не меньше животных о том,  как хочется остаться рядом с таким милым созданием подольше, однако Сели усилием воли заставила себя переключиться на более насущные вопросы.

Она оглядела местность на предмет хоть какого–нибудь прикрытия и, убедившись, что спасет от вездесущих глаз только оборот, приготовилась. Судорога прошла достаточно болезненно, но вскоре на чешуйчатой лапе уже лежала небольшая белая тигрица, по сравнению с размерами дракона кажущаяся и вовсе крошечной. Укоризненно поглядев на виновника всех своих бед, она начала подниматься на лапы. Видимо, пролежала без сознания достаточно долго, потому что регенерирующее тело поддалось гораздо лучше, чем в прошлый раз, но дракон, кажется, уже обозначил для себя план действий, потому что попытался закинуть тигру с лапы на загривок, видимо, желая подвезти, за что жестоко поплатился новыми кровавыми бороздами, на этот раз в районе пасти, на нижней челюсти, где кожа была такой же нежной, как и между шипом и крыльями. От неожиданности он выпустил белого зверя из лапы, предоставив полную свободу. В его ответном рыке Селии показался обиженный возглас, но она была непреклонна в желании добраться домой в одиночестве. Какой совестливый дракон. Может, пожалеть его?

Вконец виноватый вид подземного заставил сердце дрогнуть. Инстинкты, все как один, твердили о том, что со спасителями так не поступают, и тигрица смирилась с желаниями своей бессознательной части. Она осторожно подбрела к дракону, когда тот, загрустив окончательно, устроил морду на лапах, и, опираясь на внушительные передние конечности в чешуе, потянулась мордой к оставленным самой же собой увечьям. И снова осторожно прикоснулась к ним языком. Дракон издал удивленное, но от этого не ставшее менее довольным рычание, совсем как домашний кот, из чего она сделала вывод, что ему приятно. Может, не так и болезненны были раны, но это однозначно можно было рассматривать в качестве акта примирения с высшим.

Когда с кровавыми бороздами было покончено, белая тигрица отстранилась на несколько сантиметров. Не удержавшись, вдохнула запах дракона, прикрыв веки, и, не контролируя себя, заурчала так же, как несколько мгновений назад и он. Поймав крайне удивленный взгляд зеленых глаз, она внезапно подпрыгнула, словно котенок, и помчалась прочь от дракона, еще долго слушая странный курлыкающий звук, в котором ей, почему–то, слышалось эхо искреннего драконьего смеха.

Она вернулась в резиденцию Детри, едва переставляя лапы. Навстречу выбежал Барс с простыней в руках и со словами «так и знал, что опять во что–нибудь вляпаешься» дождался оборота, накинув сверху полотно, и подхватил на руки, относя ее в комнату, в которой проводил обследование несколькими часами ранее.

– Ди с Ари еще не вернулись, а ван Гарден, думаю, порадует нас своим очередным визитом не раньше завтрашнего утра, – посчитал необходимым пояснить отсутствие в доме лишних голосов ирбис.

Он ненадолго отлучался, предупреждая кису и еще какой–то детский голосок – видимо, ту самую Пенелопу – о том, чтобы пока не беспокоили его и белую тигрицу. Вернувшись, залечил ушибы и отправил отмываться после веселой прогулки по плато, пообещав узнать все подробности независимо от того, хочет она их рассказывать или нет. Сели ничего против не имела. Просто хотелось побыстрее расслабиться в ванной.

Опустившись в горячую воду, она сразу же погрузилась в полубессознательное состояние, когда главенствуют только чувства, позволяя разуму ненадолго отойти от дел и ослабить контроль над восприятием действительности. Сели частенько практиковала этот метод релаксации: он позволял взглянуть на проблемы с точки зрения животного, а не человека, поскольку тигрица слишком долго сидела взаперти. И хотя теперь такой необходимости не было, Сели по привычке снова отдалась во власть инстинктов.

Она проанализировала свое поведение, начиная с того момента, как покинула Арину Детри, и пришла к неутешительным выводам: запах дракона увлек ее настолько, что даже притупил чувство опасности и позволил пропустить момент появления на плато золотистого. Такое случилось с ней впервые, раньше никогда не происходило утраты контроля разума над чувствами. Что–то в глубине души подсказывало, что подобное поведение неспроста, но Сели пока не могла дать определения этому новому чувству, очень напоминающему интуицию.  Как и тому, почему так остро реагирует на запах именно этого подземного.

Сколько их она повстречала за время работы на Силверстоуна? Около сотни, кажется, и это не считая тех особей, что были найдены за три года поисков. Да, драконы были вполне милыми парнями, драконицы – немного вспыльчивыми, но очень душевными девушками, но ни один представитель не вызывал в ней столь сильного желания прижаться и оставить на себе чужой запах. А уж то, что она в бессознательном состоянии обратилась, и вовсе говорило о наивысшей степени доверия. Такое можно было проделать в присутствии другого оборотня, например, Барса, который ей заменил и брата, и отца, но дракона! Да еще и того, которого она встретила впервые в жизни – невозможно! Необъяснимо, но факт. Который, почему–то, страха отнюдь не вызвал. Может быть, действительно выработалась привычка к характеру подземных настолько, что тигра стала относиться более чем лояльно к любому представителю их вида? Пока Сели только так могла объяснить нехарактерное для себя поведение.

В хмуром расположении духа, облачившись в предоставленный Барсом мягкий ворсистый халат, она вышла из ванной, встретившись глазами с поджидающей в комнате кисой. Инга, оглядев живую и невредимую Сели, молча кивнула на разложенную на кровати одежду:

– Я так понимаю, с собой ты брала минимум багажа?

Сели, кивнув, посмотрела на то, что приготовила пантера. Стоило самой озаботиться вопросом одежды, раз предстояло некоторое время работать под началом Дориана Детри. Значит, необходимо будет совершить прыжок обратно к подземным. Опять эти подземные. Сели невольно поморщилась.

– Не нравится? – по–своему поняла реакцию девушки киса.

– Да нет, Ин, просто подумалось кое о чем, – поспешила Сели успокоить знакомую. – Нужно будет к подземным вернуться перед тем, как я останусь здесь.

– Так ты у чернявых все это время скрывалась? – удивилась не на шутку Инга. – Надо же, почти под самым боком, – задумчиво добавила она, но, уловив непонимающее выражение на лице тигры, поспешила объясниться. – Я в том смысле, что очень близко, я–то думала, ты мотаешься по Вселенной!

– Если тебе о чем–нибудь говорит имя Дайрема Силверстоуна, то я работала на него, – отозвалась Сели. – Искала пропавших без вести драконов.

Выражение лица кисы приняло еще более интересный оттенок, и Селия, не выдержав, поинтересовалась:

– Что? Хочешь что–то мне сказать?

– Да нет, – как–то слишком поспешно ответила Инга. – Дайрема Силверстоуна, говорю, не знаю, но слышала о нем, да.

Сели укоризненно посмотрела на пантеру, приближаясь к кровати и беря в руки легкое трикотажное платье.

– Это из Арининых запасов, – пояснила киса. – Мой размерчик тебе великоват будет, – хмыкнула она, имея в виду уже заметно выступающий живот. – Да и не держу я в резиденции Детри запасок – все равно ночевать или на Земле, или у Криса и огненных. А вы с Ари на удивление похожи фигурами.

Сели улыбнулась шутке, с благодарностью принимая вещь и быстро облачаясь в нее. Потом вопросительно глянула на кису, понимая, что та только и дожидалась готовности тигрицы.

– Есть! – скомандовала Инга, и Сел послушно поплелась за ней на первый этаж.

На кухне, помимо Барса, находились еще миленькая девочка примерно шестилетнего возраста, по озорным каштановым кудряшкам и аквамариновым глазам которой Сели опознала дочь дракона и сирены, а также два мальчугана примерно того же возраста с сестричкой.  Вот эта–то тройня точно относилась к семейству ван Гарденов: киса, только оказавшись в помещении, строго посмотрела на хулиганящих мелких, и те сразу присмирели, хотя один из мальчуганов продолжал сверлить маленькую Пенелопу недовольным взглядом. Была у троицы одна отличительная особенность, которой тигрица залюбовалась: пронзительные синие глаза папы. Кристофера ван Гардена Сели встречала пару раз, поэтому сразу же определила родственные связи: все три маленьких дракончика имели с ним неуловимое сходство. А еще поняла, что глаза Каспера, которым она сначала не придала значения, имели такой же интересный оттенок. Видимо, в семье огненных этот признак передавался по наследству.

– Одна нога здесь, другая там, – между тем строго произнесла мать многодетного семейства, готовясь, похоже, подарить свету еще одну партию с таким же количеством новорожденных. – Взрослым нужно поговорить.

Пока киса сооружала перекус для этих самых взрослых – день потихоньку клонился к закату, и Сели подумала, что скоро подтянется чета Детри – младшие участники встречи потихоньку оприходовали все, что было им предназначено, и попросились гулять во дворе.  Киса отпустила еще один фирменный взгляд из разряда «увижу, что занимаетесь гадостями – накажу»:

– Рядом с земляными насыпями не появляйтесь!

Мелочь – все четыре разбойника – сделали ангельские лица и смылись, а Барс философски произнес, когда вихрь из малышни скрылся за дверью:

– Рядом–то ты их, может, и не увидишь, а вот в царя горы точно поиграют.

– Я посмотрю, как ты со своими справляться будешь, когда, наконец, решишься, – невозмутимо отбрила его Инга. Барс подавил готовую появиться на губах улыбку. – А теперь, если ты не против, предлагаю направить совместные усилия на преодоление языкового барьера в отношении одной слишком молчаливой тигры, которая сегодня явно угодила в какую–то переделку.

– Поддерживаю, – теперь уже отчетливо улыбнулся Барс, и вскоре две пары глаз объединившихся против Сели метаморфов начали буравить ее так, что кусок перестал лезть в горло.

Пришлось сдаться:

– Дориан отправил меня на поиски запахов, которые я унюхала на нем.

– Извращенец, – сквозь зубы процедила киса.

– Да ладно тебе, – ухмыльнулся Барс. – Часть про Арину и Рида я слышал, что дальше произошло?

– Рида? – округлила глаза киса. – Он разве не улетел?

– Если б улетел, мне бы совсем туго пришлось, – призналась Сели, и Инга заинтересованно на нее посмотрела:

– Ты Рида видела? И как?

– Что – как? Извращенец ваш Рид, – только произнеся фразу, она поняла, что поступила очень неосмотрительно, потому что и Барс, и киса теперь точно не отвяжутся: не то выражение на лицах. – Подглядывает за голыми обернувшимися метаморфами.

– Что–о–о? – прорычал Барс, но киса поспешила его успокоить:

– Так, по порядку давай, а то сейчас сведешь блондинчика с ума, а ему еще детей принимать – сжалься, – обратилась она к Сели.

И тигрица рассказала обо всем, что произошло с ней после встречи с Ариной. Выражение лица Барса становилось все более хмурым с каждым словом, а киса как–то странно воодушевилась под конец. Причину подобной реакции Селия так и не смогла понять, однако сделала заметку на будущее обязательно разобраться в этом. Потом словно что–то щелкнуло в голове пантеры, и она превратилась целиком и полностью в слух и внимание:

– Нападение на Вдохновении – это уже не шутки. То, что твои золотые решились на столь партизанский способ отыграться, говорит только о том, что вскоре опять начнет расти волна их недовольства. Надо сказать Ди и драконам из совета.

– Ди в курсе, – послышался голос из–за двери, и вскоре на пороге кухни дома Детри показалась троица, включающая в себя хозяйскую чету и мужа Инги. – Кис, ты давала детям разрешение лазать по нашим с Ридом окопам? – как бы невзначай поинтересовался призрачный дракон, обнимая Арину за талию.

Пантера аж зашипела от бешенства, переведя яростный взгляд с новоприбывшей пары на своего мужа. Тот понял молчаливый крик о помощи без слов и с улыбкой произнес:

– Собираю их и отчаливаем, дорогая! – после чего скрылся по направлению на улицу, что подтвердил хлопок входной двери.

– А вы тут вообще как оказались? – тем временем поинтересовалась киса, потом сама же ответила на вопрос:

– Все забываю, что ваши телепорты бесшумные. А мы тут немного отвлеклись вдобавок.

– Мы слышали ту часть разговора, где говорилось о плато, – хмуро отозвался Дориан. – И выводы напрашиваются неутешительные. Поэтому я принял решение увеличить охрану экспедиции. С подробностями, – он посмотрел на Селию, – ознакомишься завтра. Надеюсь, ты больше не собираешься убегать? – криво улыбнулся дракон и, получив подтверждение своим мыслям в виде усиленного мотания головой, продолжил:

– Значит, сегодня оставляю тебя на девочек, а завтра начнем введение в курс дела.

Детри поцеловал жену в макушку и скрылся, Арина же подошла ближе к столу, за которым обосновались оборотни, и с улыбкой произнесла:

– Я голодная!

– Обжорка, – закатила глаза киса,  но, тем не менее, утиной походкой направилась к холодильнику, доставая оттуда мандарины.

Селия заметила, как зажглись при этом глаза сирены, и киса, видя столь пристальное внимание, пояснила:

– Это наша с Ари любимая еда  во время беременности, Сел. Без комментариев.

– Точно, – подал голос Барс, который на все это действо смотрел скептически, подперев рукой подбородок. – Продолжайте, пожалуй, без меня. А я пойду жену из лап Верховной вызволять. Снежинка, проводишь до двери?

– Конечно, – кивнула девушка, не понимая, однако, зачем потребовалась ирбису звать ее с собой.

Однако тот объяснил свой поступок сразу же, как они оказались снаружи домика Детри:

– Я знаю, что проблема нападения оборотня достаточно серьезна, но хотел поговорить о другом. Сели, ты понимаешь, что обращение в присутствии незнакомого дракона недопустимо? А если бы это оказался кто–то из оборотней? Ты представляешь, какое оказала ему доверие? Я бесконечно ценю Ри, но для тебя он может быть опасен. Держись от него подальше. Рид нестабилен. Это я тебе как целитель говорю, – и, оставив девушку переваривать только что услышанные новости, он не спеша отправился  к рамке телепорта, которая находилась на границе владений Детри.

А Селия в смятении вернулась на кухню к двум беременяшкам.

– Я бы не сказала, что быть рядом с драконом плохо, – словно в пустоту говорила тем временем киса.

Обе девушки уже восседали за столом, и по очищенной горе мандариновых шкурок Селия догадалась, что трапеза в самом разгаре. То ли у них с Ариной случился свой разговор, пока Сел отсутствовала, то ли чьи–то кошачьи ушки подслушивали наставления Барса, но беседа касалась как раз того вопроса, который обсуждать совсем не хотелось. Тигрицу одолевали сомнения после слов ирбиса, она не горела желанием развивать тему.

– Спасибо тебе большое, – Сели обогнула стол и присела рядом с ничего не понимающей Ариной. – Я, когда услышала твою колыбельную, сразу поняла, что ты была со мной в ночь после нападения.

Арина ласково улыбнулась:

– Если бы ты не пересекла телепорт, не было бы никакой колыбельной, милая. Так что благодари саму себя за то, что произошло. Твоя сила воли помогла добраться до драконов и Барса.

– Драконов? – внезапно уцепилась за мысль тигрица, соображая, что, возможно, удастся что–нибудь узнать о том чешуйчатом, что поделился с ней кровью.

– Да, – кивнула Арина. – Когда ты вывалилась из телепорта, мы все находились в доме, и Рид сорвался с места, как ошпаренный, позвав барса.

– Так это был он? – удивлению не было предела, но Арина в ответ лишь сдержанно кивнула:

– Да, он донес тебя до постели, потом они с Дорианом отправились к Огненным, чтобы проверить, остался ли кто–нибудь еще в живых.

– Значит, мне стоит его поблагодарить? – тигра с досадой прикусила губу, размышляя над своим поведением на плато.

– Да не парься, – ответила за Арину киса. – Срок давности вышел, все в порядке. Да и Рид сейчас не в том состоянии, чтобы с ним любезничать.

– А почему? – навострила ушки Снежинка. – На плато он показался мне вполне вменяемым. С заскоками, конечно, немного сердитым, но достаточно милым.

– Милым? – вытаращилась на нее Инга. – Милым Рида никто не называет последние пять лет!

– А почему? – поинтересовалась Селия.

– Видишь ли, – мягко улыбнулась Арина. – Все дело в том, что Рид встретил свою истинную пять лет назад.

– И после этого не знает ни сна, ни покоя, судя по тому, как вы удивляетесь моей на него реакции? – скептически заметила Сели.

– Ну, ты лицо новое, незаинтересованное, – предположила киса, а Сели подумала, что после того, что сотворил драконий запах, это слово меньше всего подходит к ней. – Свежий взгляд – он, знаешь ли, всегда важен!

– А вы тоже для ваших драконов стали истинными? – вернулась к теме тигрица и, получив два утвердительных кивка, нахмурилась. – Ничего не понимаю. Дориан и Крис счастливы, это и дураку понятно, почему же тогда этого вашего Рида пять лет никто не называет милым?

– Понимаешь, – Арина как–то замялась, вопросительно глядя на кису. – А мы вообще имеем право Рида в его отсутствие обсуждать?

– Он своей «стрижкой», – пантера усмехнулась, – и сам все всем рассказал. Не вижу причин, по которым не нужно было бы Селию держать в неведении. Предупрежден, значит, вооружен. К тому же, судя по реакции Дора на нападение и то, что в спасательной операции принимал участие именно Рид, я, кажется, догадываюсь, кого еще включат в экспедицию, – они странно переглянулись, заставив Сели нахмуриться еще больше, и затем уже Арина продолжила:

– У Рида с его истинной парой несколько сложные отношения. Да, пожалуй, именно это слово можно сейчас употребить.

– Да что ты ходишь вокруг да около? – вмешалась киса, поражаясь тактичности Арины. – Сбежала она от него, сбе–жа–ла!

– Как это – сбежала? – вытаращилась Сели.

Если уж ей настолько понравился дракон, то что говорить о его человеческом облике? Она решительно не понимала, как от подземного можно было сбежать.

– А вот так, – спокойно ответила киса. – И с тех пор наш Рид не находит себе места. И с каждым днем ему все хуже.

– Истинная для дракона, – решила пояснить Арина, – это как глоток свежего воздуха, понимаешь? Когда он ее встречает, он уже не в силах бороться с притяжением к ней.

– Да–а–а, как вспомню это притяжение, – саркастично заметила киса, но, увидев строгий взгляд Арины, состроила виноватую моську.

– Если дракон нашел свою половину, его уже ничто не остановит на пути к ее завоеванию, – продолжила, тем временем, Арина. – Пока он не сделает ее истинной – не успокоится.

– А что нужно для того, чтобы она стала истинной? – задала вполне понятный вопрос Сели.

Арина с кисой снова переглянулись и улыбнулись одинаковыми заговорщическими улыбками:

– А мы не можем сказать. Это такая же тайна, как и то, для чего драконы дарят свою кровь.

И Сели поняла, что ее разрывает на части противостоянием двух чувств: досады и любопытства. С одной стороны, было обидно, что тайну своего донора она так и не выпытает до того момента, как он сам не откроет ее. А с другой – безумно интересно узнать все секреты драконов. Но она прекрасно понимала, что эти тайны только для истинной, а поскольку ей это совсем не грозило, она хмуро посмотрела на двух интриганок:

– Но для чего–то же вы начали это рассказывать?

– Естественно, – фыркнула киса. – Мы не имеем права раскрыть тонкостей и обычаев, однако можем рассказать, что после этого происходит с  драконами, – загадочно добавила она.

– И каким местом я к этому имею отношение? – не поняла Сели.

– Я думаю, эти знания тебе пригодятся в будущем, – улыбнулась Арина с видом «не спрашивай, просто прими за чистую монету».

– Ну ладно, – неуверенно отозвалась тигрица.

– Так вот, – вернулась к основной теме Арина. – Найдя свою половину, дракон начинает изменяться сам.

– В каком смысле? – насторожилась Селия, краешком сознания понимая, что сейчас, возможно, станет хоть чуть–чуть понятней то, почему ее впервые скинул с загривка большой черный дракон.

– Настроение. Поведение. Повадки, – пояснила Арина. – Нестабильная психика, раздражительность.

– Изменяющийся цвет глаз, – мечтательно добавила киса. – Я даже скучаю по тем временам, когда все эмоции Криса можно было читать по цвету радужки.

– Это защитная реакция организма, – пояснила Арина. – Когда эмоции не находят выхода, они «обозначаются» через глаза.

– Барс не зря сказал тебе о том, что Рид нестабилен, – все–таки, подслушивала, поняла тигрица, внимая объяснениям пантеры. – Он в таком состоянии уже пять лет, и день ото дня сдерживаться ему все труднее. А он еще и эмпат до кучи, причем хороший, поскольку относится к подземным и является чистокровным драконом, так что все твои эмоции прочувствует сразу.

– Вы хотите меня предупредить о чем–то? – догадалась Сели.

– Не провоцируй его, – ровно сказала Арина. – Не буди зверя в раздражительном драконе, потому что что–то мне подсказывает, что встретиться вам придется и в человеческой ипостаси. Не попадайся ему на глаза, когда они любого из оттенков голубого или синего. Золотистого тоже опасайся – это раздражение, оно легко перерастает в агрессию.

– А зеленый? – вспомнила о встрече с драконом Сели. – Что означает зеленый?

– Зеленого не бойся, – заверила ее Арина. – Он для тебя не страшен, это значит, что дракон себя контролирует.

– Самый опасный цвет – бирюзовый и лазоревый, – добавила киса, кивнув. – Берегись дракона в крайней степени бешенства.

Тигрицу передернуло. Она уж точно не собиралась предпринимать ничего такого, что привело бы дракона в ярость.

– И что, дракон вот просто так возьмет и захочет сделать любую женщину своей? – поразилась она. – Сначала одна, потом другая, сколько их может быть? – информация о повадках нестабильных высших начала ее нервировать.

– Не любая, – возразила, улыбнувшись, Арина. – Только та, что первой к нему потянулась.

– Что это значит? – не поняла Сели.

– Ну… – тут пришла пора мечтательности и в глазах Арины. – Я, например, свалилась на Землю ненаправленным телепортом, настроившись на Дориана. Он меня даже на хребте катал, – гордо добавила жена главного дракона.

– А мне ван Гарден просто понравился! – возмутилась киса. – Ну, был он симпатягой, это ж не значило, что нужно было сразу решать сделать меня истинной!

«В тебя можно влюбиться?» – вздрогнув, вспомнила фразу из сна Сели и тут же отогнала от себя противные мысли.

– Что? – посерьезнела киса.

– Да так. Дурь всякая в голову лезет, – отмахнулась тигра. – Хорошо, решили они сделать вас истинными. Что мешало им потом переключиться на других?

– То, уважаемая представительница белых тигров, – появилась в проеме кухни высокая гибкая фигура Криса ван Гардена, – что изменить своей истинной паре дракон не в состоянии. Только от нее он может произвести потомство. Только она занимает все его мысли с момента встречи.

Сели содрогнулась. Она начинала понимать, что сейчас чувствует спасший ее подземный, и захотелось еще больше провалиться сквозь землю. Поблагодарить и попросить прощения – вот что она решила сделать при встрече. Если, конечно, таковая когда–нибудь состоится.

Ван Гарден, тем временем, подошел к жене, ласково обняв поднявшуюся навстречу пантеру:

– Дети собраны и даже немного отмыты, можно отправляться. Пенелопу я передал отцу с рук на руки, – доложил он улыбающейся Арине.

– Папочка, – подколола его беременная кошка, на что ван Гарден невозмутимо ответил:

– И собираюсь стать им еще не раз и не два, – глядя на скисшее лицо жены, он не смог устоять и заливисто расхохотался. – Пошли уже – телепорт ожидает.

– Где ты откопал мелких? – словно вспомнив о своем обещании наказать в случае встречи с земляным валом, попыталась вызнать правду киса.

– Дорогая, – осторожно начал огненный, потом внезапно передумал раскрывать детей. – Давай дома поговорим!

Пантера кинула на него убийственный взгляд зеленых глаз, но дракон, видимо, к такому поведению привык, потому как решительно подтолкнул жену к выходу с кухни со словами «давай, а то дети ждут, сама понимаешь, режим дня еще никто не отменял!» Арина и Сели вышли провожать их на крыльцо и дождались, пока те исчезнут в арке перехода на границе владений Детри. Затем уселись на качели, сооруженные на крыльце дома, и находились там до того момента, как потерявший жену Дориан Детри не вышел за ней и не предупредил, что пора отходить ко сну, а «режим», опять же, для нее, «беременной упертой сирены», никто не отменял. Сели лишь усмехнулась на заботу призрачного, на секунду представив, как бы сложилось все в ее судьбе, будь у нее настолько трепетный и заботливы защитник. В сердце невольно закололо, но она постаралась отогнать от себя не вовремя нахлынувшее чувство одиночества. Совершенно не хотелось думать сейчас о себе. Завтра предстоял важный день, необходимо было выспаться. Наблюдая идиллию в семье Детри и внутренне оттаивая по отношению к драконам, Сели договорилась с ними, что до экспедиции останется в их доме. Завтра под обязательным присмотром кого–то из высших она собиралась телепортироваться к подземным и забрать необходимые вещи. Отправляясь во временное пристанище, она улыбалась.

***

– Ты уверена, что это была хорошая идея? – Арина склонилась к монитору видеофона и наблюдала предвкушающее выражение на лице кисы.

Разговор удалось организовать, пока мужчины отсутствовали в спальнях.

– Дарлинг, Сели точно спит? – напомнила необходимейшее условие секретности диалога Инга.

– Да. Дор засек спокойный эмоциональный фон, характерный для бессознательного состояния, – кивнула сирена.

– Ну, ты даешь! – восхитилась, переходя сразу к делу, пантера. – С видом абсолютной уверенности в том, что говоришь, выдать, что цвет желания означает полный контроль драконом своих эмоций – это надо же так виртуозно врать научиться!

– Он же не хочет в это время убить истинную, – пожала плечами Арина. – Значит, контролирует ситуацию. Я не так далеко от истины ушла.

– Ты молоток! – горячо воскликнула киса. – Все идет, как надо!

– Ты уверена, что мы поступили правильно, запугав Снежинку? – недоверчиво заметила Арина.

– Положись на мое чутье – мы с тобой разыграем партию века! – задорно подмигнула ей пантера. – Все, ван Гарден идет, мне пора, чао! – послав сирене воздушный поцелуйчик, киса отключилась.

– Мне кажется, рано я подумал, что ты забросила свои предприятия по спасению мира, – раздался в тишине спокойный голос Дориана.

Арина не вздрогнула: присутствие мужа она почувствовала давно, несмотря на то, что тот проскользнул в комнату совершенно бесшумно. Она только улыбнулась и обернулась на голос:

– Поздно, милый, все равно Арагорну быть. Да и, в конечном итоге, тебе не кажется, что от этого выиграют все? Кроме того, не ты ли сам послал Сели на поиски Рида, а? – и вот последний вопрос жены заставил дракона ненадолго улыбнуться.

– Не знаю, – честно ответил Ди. – Как бы вы не спровоцировали эффект бабочки ненароком.

– Все будет хорошо, – успокоила его Арина.  – Я чувствую. Давно Риду пора соединиться с истинной.

– Дай Бог, милая, – с надеждой в голосе произнес Детри. – Дай Бог.

Проснувшись утром, она не сразу поняла, где находится. Оглядев небольшую спальню в персиковых тонах, вспомнила, что семья Детри любезно предоставила гостевые апартаменты на время перед экспедицией. Взглянув на часы, решила еще немного понежиться в постели, потому что, судя по отсутствию звуков в ближайшем окружении, дом еще был погружен в утреннюю полудрему выходного дня. Кто–то орудовал на первом этаже, и по осторожному звуку посуды Сели поняла, что готовится завтрак. Если увидит там Арину, точно поразится, решила для себя тигра. И вернулась мыслями к небольшому пространству вокруг себя.

Уставившись в потолок, она попыталась собрать воедино всю полученную за вчерашний день информацию. Зика бы сейчас сюда, он бы быстро разложил все по полочкам: и драконов с их ненормальными бегающими истинными, и горгулий, которым пришла дурацкая мысль отключить сознание, и оборотней, решивших, похоже, все–таки ее убить. Из тела постепенно уходила утренняя сонливость, и тигра решила спуститься вниз и проверить свои предположения насчет Арины на кухне.

Освежившись и еще раз улыбнувшись на милое персиковое убранство временного жилища, она оделась во вчерашнее платье и пошла искать обеденную зону.

Арина действительно нашлась там, где Сели и предполагала. Завидев тигрицу, ласково улыбнулась ей:

– Доброе утро, ранняя пташка! А дом еще спит.

– Я поняла, – кивнула Селия. – Просто привычка просыпаться рано. Обычно задания начинались еще до наступления восхода.

– Это специальный ритуал такой? – подняла брови Арина, одновременно загружая в духовой шкаф противень с пирожками.

Уже готовая партия остывала на столе, и Сели догадалась, что за звук слышала, проснувшись. Надо же, жена главного дракона – и печет сдобу. Не вязалась в ее голове домашняя Арина и сирена, завладевшая вниманием призрачного. Но если вспомнить ночную колыбельную...

– Нет, просто в это время космопорты меньше всего находятся под вниманием, – улыбнулась Сели. – А мне с моими поисками, да еще и самой находясь в бегах, это очень удобно было.

Арина, похоже, решила обойти стороной скользкую тему, потому что остановилась именно на первой части ответа тигрицы:

– Дориан сказал, ты работала на подземных. Неужели не было никакой альтернативы?

– Арина, знаете… – начала Сел, но сирена ее перебила:

– Давай на ты, – улыбнулась и добавила почти легкомысленно. – Все–таки, не совсем чужие.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Я просто хотела сказать, что после двух лет скитаний по Галактике захотелось оседлости. Спокойствия. И чувства защищенности. Подземные все это мне предоставили. Дайрем появился как раз в тот момент, когда мне больше всего требовалась поддержка и рука помощи. Выслушав мою историю, он немедля предложил место в отделе поиска. Таким образом, я продолжила свои метания по Вселенной, одновременно обретя место, куда могла бы возвращаться.

– Дайрем, говоришь, знал всю твою историю? – задумчиво отозвалась Арина, наблюдая, как постепенно поднимаются пирожки.

– Да, – отозвалась Сели. – Я очень признательна ему за это.

– Ну что ж, хорошо, – расслабленно улыбнулась Арина. – Если у тебя в защитниках был такой хороший дракон, я только рада.

– Помочь? – кивнула Сели на заполненный продуктами стол, угадывая, что все это – не иначе, как попытка приготовить будущий завтрак.

– Ох, – спохватилась Арина, отрываясь от созерцания шкафа, – готовить что–то серьезней пирожков я так и не научилась.

– Странно, но твой муж вчера совсем не был похож на оголодавший труп, – резонно заметила Сели, на что сирена только отмахнулась:

– Вчера был его день. Вчера мы питались пищей богов. А сегодня – тем, что есть в холодильнике.

– А, я поняла, к чему инсталляция на столе, – кивнула, рассмеявшись, тигра. – Предлагаю посильную помощь в качестве благодарности за роскошную персиковую обстановку.

Арина с минуту раздумывала над словами Сели, потом, видимо, поняв, что девушка имела в виду под роскошной обстановкой, просияла и умоляюще поглядела:

– А тебе не будет трудно?

– Глупости, – тигра подошла к столу и быстренько рассортировала продукты.

Так они и провели ближайший час. Глядя на уверенные движения Арины, Сели все больше сомневалась в том, что готовить та не умеет, а уж когда из шкафа – сразу после пирожков – выплыло традиционно драконье блюдо – запеченное в соусе мясо – и вовсе поняла, что сирена явно что–то не договаривает.

– Вот это запахи, – на кухню сунулся нос любопытного Дориана Детри, вслед за которым показалась заспанная мордашка Пенелопы, к которой сразу устремилась Арина. – Что это у нас тут такое?

– Завтрак из того, что есть в холодильнике, – пошутила Сел, и дракон понимающе хмыкнул:

– А, все никак не может отойти после романтического ужина, который я ей в свое время устроил. После этого моя жена считает, что готовить не умеет, и переживает каждый день, который по расписанию ложится на нее. Что такое, Селия? – недоуменно замолчал Дориан, разглядывая небольшое потрясение на лице тигрицы.

Сама сирена вместе с дочкой уже усаживались за стол, но после вопроса дракона с интересом решили понаблюдать за дальнейшими событиями.

– Дракон готовит? – осторожно начала Сели. – Вы же себя зарекомендовали как самая надменная раса!

– Да откуда ты таких слов–то понабралась? – хохотнул Дориан, обходя тигрицу. – Что–то не так на расоведении преподают, не иначе.

Сели благоразумно заткнулась, решив присоединиться к драконьей семье и отмечая, что девочка, как и говорил Барс, является сиреной. Маленькие крылышки только–только начали выглядывать из–за спины, но их непередаваемый цвет – такой же, как и у папы – поверг тигру в настоящий восторг:

– А Пенелопа что, не совсем обычная сирена?..

– Я – призрачная! – с гордостью ответила девочка тоненьким голоском, а Арина, улыбнувшись дочери, пояснила:

– Некоторые ментальные способности она от папы унаследовала.

– И порталы скоро научится строить, – добавил «папа».

– А ничего, что вы так запросто мне об этом рассказываете? – удивилась Снежинка.

Призрачных сирен в мире точно не существовало, это и без расоведения любому понятно будет.

– Она в школу скоро пойдет, – пожала плечами Арина, – в любом случае это станет известно.

– Да и потом, не работу же за столом обсуждать? – улыбнулся Дориан.

– Ди! – укоризненно покачала головой Арина. – Никакой работы за завтраком.

Сели смотрела на милую семейную перебранку и незаметно для себя проглотила два пирога. Один был с начинкой из капусты, второй – с мясом и грибами. Сверив внутренние ощущения с тем, что успела увидеть, пока шли приготовления к общему завтраку, она убедилась окончательно, что Арина Детри просто слишком скромная сирена и своих достоинств признавать не хочет. Она как раз благодарила мать семейства за вкусности, когда раздался звонок в дверь.

– Я открою, – живо оценив обстановку и еще не закончивших с трапезой родственников, она встала из–за стола и помчалась к выходу.

Да, притащить двух ван Гарденов разом в такую рань, да еще и в выходной, могло прийти в голову только одной вездесущей кисе. Но Селия, тем не менее, открыла с улыбкой.

– Вот! – с порога заявила киса. – Оборотневая душа настолько прекрасна, что сразу же стремится помогать окружающим, когда те, – она принюхалась, – еще завтракают! А некоторые драконы даже за собой иногда убрать не могут.

Упрек предназначался явно стоящему слева от Инги Касперу, поскольку тот досадливо поморщился, Крис же, хмыкнув, посмотрел на тигру:

– Ну, привет, потеряшка!

Она решила не отвечать на прозвище, мило улыбнувшись и освобождая проход внутрь, но ощущение того, что некоторые драконы, оборотни и сирены знают о ней больше, чем говорят вслух, только усилилось. Встречать всех вышел Дориан, пожав мужчинам руки и поприветствовав кису. Затем предложил присоединиться к ним за завтраком, на что Инга ответила безоговорочным согласием, а мужчины предпочли отправиться сразу в кабинет. Сели последовала за ними, отмечая из–за угла, что один из румяных пирожков уже находится в лапках пантеры.

***

– Где дети? – с улыбкой спросила Арина, когда Инга устроилась за столом. – Пенни будет скучать без Мориса.

– Вот еще! – заявила малышка, поднимаясь из–за стола и благодаря маму за завтрак.

– Мелких бабушка–дракошка забрала, – пояснила киса, пока Пенелопа еще была в зоне досягаемости.

Когда же младшая сирена покинула зону приема пищи, киса, прекрасно помня о том, что в доме, помимо нее, обитает еще один обладатель обостренного слуха, схватила лежащий неподалеку блокнот и уже там нацарапала несколько слов, одновременно уплетая вкусные пирожки Арины:

«Что нового?»

«Снежинка все это время была под крылышком у Дайрема Силверстоуна», – ответила сирена и с победным блеском в глазах протянула блокнот подруге.

Та несколько минут смотрела на запись в полном недоумении, а потом ее лицо осветила лучезарная, но немного плутоватая улыбка.

«Я же говорила – все идет, как надо! – было написано в ответ. – Оказывается, папа–дракон уже давно в курсе!»

Арина только кивнула на это, и дальше завтрак продолжался уже в полном бездействии.

***

Сели, проверив, что на кухне идет полным ходом продолжение завтрака – мера предосторожности, беременные, как–никак – сосредоточилась на разговоре, затеянном мужчинами. Переводя взгляд с одного дракона на другого, она все больше убеждалась в том, что решение искать горгулий было единственно–правильным. Как в отношении ее безопасности, так и в плане помощи высшим.

– Ли не сможет пройти ненаправленным телепортом, – заметил Дориан, когда Каспер предложил сократить время и переброситься на планету с горгульями, место расположения которой, надо сказать, они не знали до сих пор. Были уверены только, что она находится где–то в галактике огненных. Опять же, со слов Арины, которая якобы увидела их во сне. Каменный дракон и мраморное сердце. Надо ж было так пафосно обозвать серокожих страшилок! Нет, Каспер ей, безусловно, нравился, но его личный интерес здорово сбивал с правильного вектора движения. Пожалуй, стоило рассказать еще один небольшой факт биографии, о котором она изначально умалчивала.

– Скажите, вы знаете, как могут группироваться горгульи? – задала она наводящий вопрос, когда в кабинете ненадолго повисла тишина.

– Разбиваются по десять–двадцать особей и отключают сознание, сливаясь с горными породами, – отозвался Крис.

– Значит, там должны быть минеральные массивы, правильно? – уточнила девушка.

– Да, – кивнул Дориан. – А что?

– Какие еще условия необходимы горгульям, чтобы начать слияние? – продолжила тигра.

– Наличие атмосферы, естественно, – раздраженно отозвался Каспер. – В остальном условия не важны, в принципе. Возможно, они могли бы искать малонаселенную планету, если скрывались бегством от преследователей.

– Вы что–то знаете? – прищурился Дориан, глядя на Селию.

– Я не знаю, сможет ли это помочь, но в Галактике Веретено, на одной из систем, расположенных в достаточной для жизни близости от звезды, есть ненаселенная планета, на которую я однажды высаживалась. Координаты получила благодаря поисковому маячку с расширенным радиусом действия, который одели однажды на искомого мной оборотня. К сожалению, со своим объектом тогда промахнулась – он оказался на соседней планете и весьма хорошо устроился среди населявшего ее клана пустынных кобр, благо, сам оказался тушканчиком. На него смотрели с умилением, как на спасенную добычу. Зато на планете, что попалась мне первой, нашлась странная шлюпка, а в ней – серокожий умирающий мужчина. Горгул, – воспользовавшись наступившим безмолвием, пояснила Сели.

– У них были свои строительные заводы, специализирующиеся на оборудовании для космоса, – отмер, наконец, Дориан. – Шлюпка – это одноместный корабль, значит, мужчина был разведчиком, а где–то поблизости могло оказаться место слияния остальных членов экипажа, прибывшего на более вместительном корабле. Что с ним случилось?

– Он успел сказать свое имя?!  – порывисто подошел к Сели Каспер.

– Да, – кивнула девушка. – Сказал, что его зовут Габриэль Старк, попросил похоронить его и передать, по возможности, семье новость о его безвременной кончине.

– Семье? – побледнел Каспер, хватая девушку за плечи. – Он успел сказать, где они находятся?

– Нет. К сожалению, умер, – прошептала Сели, напуганная поведением огненного, но кузена оттащил от нее Крис.

– Мы найдем Джулиана, успокойся, – уверенно произнес дракон, крепко сжимая Каспера.

Дориан в это время повернулся к свету, задумчиво разглядывая пейзаж за окном:

– Если Гейб был в шлюпке, значит, шанс еще есть.

– Гейб? – изумленно посмотрела на него тигрица. – Вы его знаете?

– Не мы, – обернулся дракон на звук ее голоса. – Верховная Жрица сирен и Каспер имели честь с ним общаться. Собственно, семья Старк, помимо всех остальных горгулов, представляет для нас особую ценность.

– Семья Старк? Кто именно? И кем был этот ваш Габриэль? – решила узнать все подробности поисков Селия.

– Габриэль являлся главой семьи, насколько мы можем судить, – удовлетворил ее любопытство Дориан. – Он старший сын Колина Старка, погибшего в одной из перепалок с оборотнями, – и тут наследили, подумалось Сели. – Помимо Габриэля, в семье было еще два брата – Бенджамен и Оливер, а также самая младшая – Диана.

Вот и промелькнуло знакомое имя, смекнула Сели, но вслух поинтересовалась:

– И какое отношение к ним имеют драконы?

– У Дианы есть сын Джулиан, – ответил за главного дракона Каспер, понуро опустив голову и освобождаясь от объятий Криса. – От меня.

Вот и сложилась картинка!

– Полукровка? – изумилась Сели повторно. – Погодите–погодите.  Так что, каменный дракон – это не пафосное название не пойми чего? Это в буквальном смысле – сын дракона и каменной женщины?!

– Всем бы такими каменными быть, – процедил сквозь зубы Каспер, чем вызвал улыбку Криса и смешок Дориана.

Но девушку уже понесло:

– А сирены тут причем?

– Ли уже один раз отыскивала Джулиана. Сможет сделать это еще раз, – отозвался Дориан.

– Он ее истинная пара? – всплыли в голове слова Каспера, когда они только–только встретились.

– Мы надеемся, что да, – кивнул Дориан.

– Значит, укажет направление хотя бы. В Веретене куча пригодных для жизни систем, я уж о количестве планет молчу! – воскликнула Сели.

– Вы не передумали лететь? – улыбнулся Дориан.

– Нет, только еще больше заинтересовалась! – горячо возразила тигрица. – Хотя, надо сказать, сначала я не понимала, чем вас могут привлечь каменные монстры.

– Они не монстры! – нахмурился Каспер. – У них даже вторая ипостась почти человеческая.

– Ну да, – хмыкнула Сели. – Только с серой кожей и крыльями!

– Сказала женщина, обожающая бегать по траве и попадать в неприятностями с другими сородичами, – парировал огненный дракон.

Тут пришла пора смутиться девушке. Она, однако, стойко вынесла взгляд Каспера, оставшись при своем мнении:

– Я в любом случае остаюсь.

– Рад это слышать, – искренне обрадовался Дориан. – Когда известно примерное направление поиска, задача уже не кажется невыполнимой.

– Сколько тебе будет нужно, чтобы собрать команду? – спросил Каспер.

– Теперь – меньше, чем я думал, – отозвался Дориан. – Думаю, в течение недели все будет готово.

– Слава Богу! – воскликнул огненный. – Сейчас каждый день промедления может выйти нам боком.

– Сели, теперь что касается вашего вопроса, – перешел к насущной для тигрице теме призрачный. – Вчера из разговора с Каспером я понял, что вы желали бы оставить работу у подземных и перейти к нам, это так?

После его замечания у Криса почему–то вытянулось лицо, а Каспер самодовольно хмыкнул, как бы намекая, что и здесь он ей пригодился. Сели только покачала головой, начиная привыкать к манере поведения шестисотлетнего плута:

– Все верно. Я бы очень хотела поработать с призрачными драконами.

– Не могу не сказать, что и вам, и нам было бы полезно работать вместе, – начал Дориан, но его перебил Крис:

– Да, чтоб тридцатилетний Детри утер нос трехсотлетнему Силверстоуну – надо видеть этот исторический момент! – и подмигнул тигрице.

– Поэтому, – невозмутимо продолжил Детри, – я взял смелость связаться с Дайремом и предупредить о вашем возможном уходе из его ведомства.

Сели не могла не сдержать улыбки: призрачный, похоже, всерьез за нее взялся.

– Чему Силверстоун, конечно, рад не был, но вынужден был согласиться в обмен на обещание защищать вас от лишних посягательств. Ну, и обеспечение необходимых социальных гарантий, конечно.

Сели недоумевающе посмотрела на главу призрачных:

– Что вы имеете в виду, Дориан?

– Служебные апартаменты и ежемесячный оклад плюс премия по результатам работы, – пояснил дракон.

Хорошо, что рядом оказался стул, на который она благополучно приземлилась под понятливое молчание мужчин. Нет, она знала, что работать на драконов – весьма и весьма прибыльное (судя по жалованью у подземных) дело, но чтобы они при этом еще и проблемы решали по смене трудоустройства, да еще и в лице главы всех, абсолютно всех драконов! Она не верила в сказки. Осталась при своем мнении и сейчас.

– Соцпакет и гарантии включены, – видимо, решил добить ее по полной Детри.

– Согласна… – прошептала тигрица на автомате, и Дориан почти хищно улыбнулся.

Видимо, переманивать кадры он умел и любил.

– Поздравляем с началом эры призрачных в вашей жизни! – от всей души произнес Крис.

– Да, осталось только с подземными мелкие неурядицы решить, – кивнул Дориан. – Если у вас сегодня не слишком загруженный день, предлагаю в сопровождении кого–то из драконов перенестись туда и решить дела с Дайремом.

Сели только кивнула, завороженная предприимчивостью дракона.

– Я могу взять на себя эту обязанность, – предложил услуги Каспер. – Заодно и познакомимся поближе перед экспедицией, – подмигнул он оборотню.

– Каспер! – осадил его Детри, но Селия больше не велась на притворно–флиртующие интонации огненного.

Вчера она сделала для себя несколько выводов о драконах, касающихся их личной жизни. И эти выводы как нельзя лучше подходили Касперу. Истинная у него была – это явно Диана Старк, горгулья, родившая ему наследника. Волосы он остриг, значит, признал ее половинкой своего сердца. Цвет глаз не меняется, оставаясь постоянно голубым – кстати, возможно, у его сына, как представителя одной из ветвей ван Гарденов, оттенок радужки такой же. Какой странный рецессивный ген, у драконов являющийся доминантным. И, наконец, страстное желание найти семью, пусть семьи по каким–то причинам и не вышло. Его флирт – это не более чем попытка избавиться от одиночества, поселившегося в душе с уходом любимой женщины. Она помнила раздражительность дракона–Рида, Каспер еще прилично держался. Не стоит винить его за немного экстравагантный способ не сойти с ума.

– Я с удовольствием прогуляюсь с вами обратно к призрачным, – осветилось улыбкой лицо Селии, после чего она подала руку дракону. – Не будем терять времени?

– Обожаю предприимчивых женщин! – восхитился ван Гарден, который, судя по сравнению с Крисом, являлся определенно старшим.

– Прекрасно, – кивнула Сели, позволяя увлечь себя из комнаты. – До встречи, мистер Детри, и спасибо за оказанное доверие! – обернулась она на прощание.

– Детали обсудим по возвращении, – улыбнулся Дориан. – Мне нужно будет ввести вас в курс дела.

Когда тигрица в сопровождении дракона покинула кабинет, из кухни вылетела киса и сделала большие глаза:

– Вот это да, вот это я понимаю! Поздравляю с началом работы на призрачных! Каспер, – прищурилась она, обращая внимание на дракона, – чтобы без глупостей, пока путешествуете до Дайрема!

– Само собой, милая и горячо любимая родственница, – на удивление легко отозвался огненный.

Видимо, напряжение, связанное с поиском горгулий, наконец–то его отпустило.

– Сели, – напоследок произнесла пантера, – тебя сегодня будут ждать на Земле. У меня в клубе, ты же еще не забыла, как он выглядит?

Тигра бросила в сторону кисы удивленный взгляд:

– Как выглядит, не забыла, забыла только то, что я там, в общем–то, забыла?

– Барс обещал устроить тебе сюрприз и просил надеть пышную юбку, – подмигнула киса.

Ясно. Потащит танцевать.

– А у меня такого нет, – развела руками девушка.

Киса с минуту оценивающе смотрела на фигуру блондинки, потом изрекла:

– У меня в закромах осталось кое–что из концертных нарядов Арины. Найдем! Главное, будь сегодня вечером в клубе!

Пришлось согласиться. И вверить себя заботам огненного.