Из космоса с любовью

Я плелась, стараясь держаться боком или спиной к гигантскому экрану, который в режиме онлайн демонстрировал космические просторы. Зачем, ну зачем крутить эту гадость?.. Почему медик ошибся с дозировкой снотворного? Я должна еще спать, раз шаттл не прибыл в пункт назначения! Только бы добраться до медотсека, хоть бы успеть…

С тихим щелчком отворилась дверь. Прямо перед моим носом появилась широкая мужская грудь, прикрытая рубашкой из белоснежного шелка.

— Девушка, вам плохо? — Голос мужчины хорошо поставлен, внушает доверие, а участие кажется неподдельным.

И я решилась на глупость.

— Очень плохо!..

Не поднимая взгляда, я шагнула вперед и толкнула мужчину обратно в комнату. Он послушно отступил и даже не охнул, когда я на него набросилась. Я обвилась вокруг него голодным удавом, скрестила ноги на пояснице, оплела руками шею и уткнулась лицом в плечо. Все… Не оторвать. А он и не пытался. Попятился еще немного — и рухнул на мягкий диван.

Я оказалась у незнакомца на коленях, вцепившись в него клещом, и была безумно счастлива. Клянусь сверхновой, так низко еще я никогда не падала!

Паника отступала — я ощущала чужое тепло, слышала легкое дыхание другого человека, что успокаивало лучше всяких лекарств. И вскоре совесть очнулась и дала о себе знать. Я напала на человека, вломилась в чужой номер на космическом корабле леранцев, трепетно относящихся к частной собственности! Если мужчина пожалуется, самое легкое наказание — штраф, на который уйдет значительная часть моих накоплений. А он обязательно пожалуется, если срочно не извинюсь. Придется признаться в своей постыдной слабости, пусть лучше смеется, чем злится.

— Простите, — проговорила через силу, — у меня паническая атака.

— Я понял. Боитесь летать?

Низкий приятный голос мужчины немного холоден. Тон аристократа, узревшего в своем салате жука, но отчитывающего повара вежливо и отстраненно.

— Нет, только приземляться. Мне еще повезло, некоторые вообще боятся космоса... Простите, я не хотела доставлять вам неудобства.

Мужчина не стал заверять, что все в порядке и он рад помочь, а красноречиво промолчал — не джентльмен, значит.

Шаттл едва заметно содрогнулся — я вонзила ногти в чужое плечо.

— Простите…

— Как вы вообще куда-нибудь летаете? — невозмутимо поинтересовался незнакомец, словно не его только что оцарапали со всей дури.

— С подругой или таблетками. Но Карина опоздала, а лекарство перестало действовать до прилета… — Я замолчала, всей кожей ощущая, как шаттл выходит на орбиту Лерана.

— У подруги вы тоже на коленях сидите?

Насмешливый вопрос возмутил до глубины души.

— Нет! Она меня за руку держит!

— То есть это лишь мне повезло?

Судя по голосу, мужчина беззлобно улыбался. Но как же я не люблю подтрунивания! Мне хватало подколок ворчливого начальника, хочу в отпуске от этого отдохнуть.

— Сожалею, что из-за меня вы испытываете неудобство, я постараюсь как-то компенсировать это.

— Успокойтесь, я всего лишь пытаюсь вас отвлечь, — сухо произнес незнакомец. — Как это делает подруга?

— Разговорами… Мы и познакомились с ней в медотсеке, когда летели с Земли на Фиору работать. Я вцепилась в ее предплечье и не отпускала, пока Карина не укусила…

— Радикально, — хмыкнул мой спаситель.

Шаттл вновь дрогнул.

Крепче обняв незнакомца, заныла ему в плечо:

— Я должна еще спать… дурацкое лекарство!

— Дело не в нем, мы сбились с расписания из-за поля астероидов, — любезно пояснил мужчина.

Он еще что-то говорил, но я не могла уловить смысла слов. До меня вдруг дошла пикантная особенность ситуации: в одном пеньюаре черничного цвета я сидела на коленях у незнакомца.

Слушая его приятный, богатый интонациями голос, я ощущала тепло жилистого тела, вдыхала запах и не только успокоилась, но и расслабилась. Туалетная вода у незнакомца замечательная — терпкая и свежая. Я опознала ноты горькой полыни, лимона и вербены.

Остро тянуло взглянуть на мужчину, выбравшего аромат, который пришелся мне по душе. Раньше чужой парфюм оставлял равнодушной, сейчас же надышаться не могла, даже попробовать на вкус захотелось, лизнув теплую кожу…

Что со мной? Я ни разу в жизни не реагировала настолько бурно на мужчин. Неужели у нового снотворного побочный эффект? В испуге я поерзала, и незнакомец прерывисто выдохнул. Ох, бедный, я ему наверняка отсидела ноги!..

Подняв голову, утонула в голубых глазах. Смуглый блондин с короткой модной стрижкой так же смотрел на меня, но пристально и, чую, осуждающе. И, о звездный ветер, цвет глаз его стал ярче! Небесные, почти синие могли принадлежать только леранцу — в зависимости от настроения радужка меняла оттенок.

Как же мне «повезло»… Я запрыгнула на представителя самой принципиальной расы Вселенной! Если он пожалуется, меня даже на планету не пустят. Плакал мой отпуск, первый за три года.

Запаниковав, попыталась сбежать — блондин придержал меня за бедра.

— Новый приступ? Тише...

Я окаменела, когда теплые губы накрыли мои. Мысль, что на Леране тоже целуют девушек, когда у них истерика, затерялась в острых ощущениях. Настойчивые, безудержные прикосновения чужих губ — и я, ошеломленная, разучилась дышать.

— О-го-го! Я помешал? Сейчас выйду!

Я буквально слетела с колен леранца, но недалеко — он успел обвить руками за талию и усадить рядом.

Застыв у порога, на нас пялился брюнет в белых брюках и рубашке веселенькой расцветки.

— Успокойся, Эмиль, — приказал мой незнакомец хрипло. — У девушки паника из-за посадки.

— Теперь это так называется? — Брюнет окинул меня масленым взглядом и хохотнул: — А раньше они сразу сознавались, что из клуба Глубокого космоса!

Рука на моей талии напряглась.

— Это правда?

Я не сразу поняла, о чем они. Клуб Глубокого космоса… знакомо и, кажется, провокационно? Точно! Так себя называют коллекционерки, спящие с инопланетянами обязательно в открытом космосе.

Рука зачесалась — так сильно захотелось влепить пощечину. Только кому из мужчин, я не определилась.

— Это не я лезла целоваться! — фактически прошипела леранцу в лицо. — Так что это вы из клуба, не я!

Растерявшись, он ослабил хватку, и я соскочила с дивана. Куда и подевалась паника? Я твердо стояла на ногах и готова снести гору со своего пути.

К счастью, не пришлось — мужчина, обвинивший меня в аморальном поведении, сам отодвинулся в сторону и радостно заявил:

— Маркус, а она горячая штучка!

Поравнявшись с ним, я мстительно наступила на ногу в дорогущей кожаной туфле и тут же вылетела в коридор. Решив не обращаться в медотсек, рванула сразу в свою каюту.

Звездная пыль! Как же я начудила… И что теперь будет? Хотя о чем я? Это он меня поцеловал. Как его?.. Маркус. И он не станет отрицать — честь не позволит. Значит, никаких претензий.

Коснувшись ладонью пылающих губ, застонала. Вот только что делать с воспоминаниями? Это был лучший — без преувеличения! — поцелуй в моей жизни. Или же я просто слишком давно одна? Может, подруга права и действительно пора отпустить прошлое и закрутить хотя бы несерьезный роман? Если точно знать, что отношения ни к чему не приведут, обжечься нельзя.

— Уважаемые дамы и господа, — мягкий женский голос вырвал из размышлений, — наш шаттл «Звезда Риона» совершил посадку в самом большом космопорту Лерана. Добро пожаловать на Марийские острова!

Смешно, а стычка с леранцами принесла пользу: паника на время оставила меня в покое.

Выходя из номера с небольшой сумкой через плечо, я сильно нервничала: не хотела встречаться с леранцем и жаждала поскорее узнать, что с Кариной. Она могла не успеть — все же поездка спонтанная. Но могло произойти и что-то страшное. Например, несколько дней назад на Фиоре случилось масштабное столкновение пассажирских флаеров, пострадали люди…

Усердно отгоняя дурные мысли, я в числе первых прошла необходимые процедуры и тут же включила планшет. Звонко пискнув, пришло текстовое сообщение от Карины: она опоздала на рейс и все объяснит при встрече, которая состоится, как я узнала спустя несколько минут, лишь на следующий день. Да, странно начинается совместный отпуск...

Поколебавшись немного, решила забрать и чемодан подруги, чтобы она не искала завтра, благо на багажной ленте немного красных и лишь один — оттенка адского пламени, как называла его с гордостью Карина. Бирка подтвердила, что он принадлежит госпоже К. Арефьевой.

Поставив чужой чемодан поверх своего зеленого, я осторожно направилась к выходу, то и дело оборачиваясь назад и бдительно следя, чтобы не потерять свои вещички.

Удар о жесткое тело — и знакомый голос ошарашил:

— Осторожнее! Здесь опасно витать в облаках.

Толком не соображая, я подняла голову и утонула в голубых глазах давешнего незнакомца, точнее, уже знакомца.

— Девушка с паранойей? — Темно-русые брови Маркуса взлетели на лоб. — Вы?

— Я-я! — Остро захотелось сказать какую-то гадость: — У вас зрение плохое или преждевременный склероз начался, что быстро забываете людей?

Мужчине немного за тридцать, и ни очков, ни контактных линз он, кажется, не носил, но меня жутко тянуло съязвить, хоть обычно я милая, добрая и тихая.

— Нет, вас я точно никогда не забуду. — Потемневший взгляд скользнул по моему телу, затянутому в элегантный ярко-зеленый, под цвет глаз, комбинезон. — Просто сейчас вы одеты, не признал.

Я вспыхнула до корней волос. И тогда я была не голой, в кокетливом, но вполне пристойном пеньюаре! Я же спала, когда закончилось действие таблеток и начался приступ!

— Считаете, во время паники кто-то помнит о правилах приличия?

— Если человек воспитан — да, правила приличия вбиты в подкорку головного мозга.

Вот теперь я оскорбилась по-настоящему. Он считает, что я безнравственная невежа?!

— И это говорит тот, кто целует девушку, не зная даже ее имени?

Голубые глаза заледенели, стремительно серея. Леранец изволит гневаться?

— Я действовал вам во благо.

Да ладно… Что, правда? Озвучить ироничные сомнения я не успела.

— Кхм-кхм, — раздалось громкое покашливание справа. — Маркус, нам пора, журналисты ждут.

Я обернулась и почувствовала, что еще чуть-чуть — и снова покраснею, как девчонка. У нашей стычки были свидетели: наглый Эмиль прижимал к груди кожаную папку, три служащих космопорта с солидными чемоданами в руках застыли статуями.

И что снова не так? Пререкаясь, я нарушила какое-то местное табу? Может, Маркус — местное божество, а я повысила на него голос?

С трудом сдержав усмешку, взглянула на мужчину и увидела его будто заново: дизайнерская одежда и обувь — белые пиджак с рубашкой и такие же брюки, черная бабочка, легкие туфли из тончайшей бежевой кожи. На руке — дорогущий коммуникатор-браслет, совмещающий функции нескольких гаджетов. Маркус не просто леранец, а состоятельный леранец со связями. Возможно, даже из местной аристократии, недаром его помощник заговорил о журналистах.

— Хорошего отдыха на Леране, морна.

И повернувшись ко мне спиной, блондин ушел к ждущим его людям, а я осталась переваривать услышанную бестактность.

Если знать тонкости местного этикета, то почтительное обращение к женщине «морна», которое употребили без имени, фамилии или слова «уважаемая», звучит снисходительно, а то и развязно. Как в земном русском «милочка, дорогуша». И я бы, простая туристка, не знала, если бы не сталкивалась по работе с особенностями законодательства и этикета на разных планетах.

Маркус — красивый, интересный мужчина, жаль, что леранец и сноб. В любом случае мы с ним больше никогда не пересечемся.

Гадая, что помешало Карине вовремя подняться на борт шаттла, я поймала такси-флаер и отправилась в гостиницу. Регистрировала нас подруга удаленно, а цифровой ключ у меня был на планшете, поэтому я сразу скинула таксисту координаты бунгало.

— «Грезы Лерана» — дорогой отель, — белозубо улыбнувшись, заявил таксист на русском с небольшим акцентом.

— Вы с Земли? — Встретив соотечественника, я почти не обрадовалась, ведь по работе постоянно приходилось сталкиваться с трудовыми мигрантами, оформляющими какие-то документы у моего патрона, популярного у землян нотариуса.

— Мама с отцом — да, а я родился уже на Фиоре.

— Как поняли, откуда я?

Темноглазый парень, уверенно поднимающий в вечернее небо оранжевый флаер, весело объяснил:

— Так у вас на чемодане ласточки. Кто ж не знает этих удивительных земных птиц? Ностальгия мучает, госпожа?

— Есть немного, — улыбнулась слабо.

Три года назад я действительно испытывала тоску по родным и друзьям и купила зеленый чемодан с черно-белыми вещуньями дождя, а к нему в комплекте — чехол для планшета. Через год ностальгия почти прошла: у меня были немного нудная, но любимая работа, чудесная подруга и взятая в кредит квартира в красивейшем городе Фиоры.

— На Леране вы отлично проведете время! — воодушевленно заверил таксист. — Тут невозможны тоска и грусть. Взгляните, какие луны!

Спутники Лерана бледнели на вечернем небе и пока не вызывали особого восхищения, или же у меня не то настроение, чтобы как следует оценить местные красоты.

А посмотреть есть на что. На Леране для туристов открыт Марийский архипелаг: три крупных острова и четыре группы мелких островков, а также одиночные, которые можно пройти за день от края до края. Насколько я помнила, у архипелага материковое происхождение, то есть материк Марий распался вследствие вулканической активности. На островах сохранилось свыше трех сотен вулканов, некоторые действовали и сейчас.

Наш отель располагалась на самом большом острове — Рионе, до которого еще предстояло долететь из плавучего космопорта. И сейчас за окном флаера лишь бескрайний океан, темно-синее, с оранжевыми разводами небо да две несмелые блеклые луны.

Таксист болтал без остановки, но я его не слушала, погрузившись в не слишком веселые мысли. Не люблю, когда случайности влезают в мои планы. Экспромты, резкие жизненные повороты хороши только в сериалах и книгах, а в реальности нет ничего лучше стабильности.

Итак, что сегодняшний день принес? Не так уж и много изменений: Карина прилетит завтра, и тогда начнутся веселье и развлечения. Я, наверное, закручу курортный роман или хотя бы решусь на приятный, ни к чему не обязывающий флирт. Все же прошло три года, хватит хранить верность тому, кто легко изменил в погоне за острыми ощущениями.

И уж точно я не стану вспоминать леранского сноба — ни его волнующий парфюм, ни удивительные глаза, ни сильные загорелые руки, лежащие на моих бедрах…

— Мы на месте! — весело сообщил таксист.

Не отводя взгляда от обрамленного пышной зеленью кусочка розового пляжа, я достала бумажник из сумки.

— Почему не сказали, что к мужу летите? Поздравляю! Любви и счастья долгие годы!

— А? — Я уставилась на него во все глаза, даже кредитку перестала искать. — Какой муж?

— Вы же остановились в бунгало для новобрачных. — Парень напрягся, будто сболтнул что-то не то. — Ну, или вскоре поженитесь…

Бунгало для новобрачных? Интересно, а Карина в курсе? Вот будет смеху, если и для нее это сюрприз!

— Я не планирую в ближайшее время замуж, эта путевка досталась мне с большой скидкой благодаря подруге, — объяснила и тут же пожалела.

Нет, не потому, что рассказала о себе постороннему человеку, просто захотелось хоть на миг представить: да, я счастливая новобрачная в медовый месяц… Ну, ладно, пока я независимая и весьма привлекательная девушка. Тоже счастье, только не все это понимают.

— Помочь вам с чемоданами?

— Благодарю, я сама, приловчилась уже.

Распрощавшись с любезным таксистом, я с предвкушением подошла к широкому помосту, ведущему к бунгало. Аккуратный домик с верандой, белыми стенами и лиственной крышей казался воздушным и опасно завис над темной гладью океана — вот-вот сорвется и уйдет под воду. На самом деле впечатление обманчиво — построен он из современных крепких материалов, разве что верхняя часть крыши в самом деле из растений.

Считав код доступа с моего планшета, надежная дверь, стилизованная под выбеленное ветрами дерево, приглашающе пискнула.

Я шагнула в темноту и тихо произнесла:

— Свет.

Бра в виде белого цветка послушно включилось над кроватью поистине королевских размеров. Отлично, в кажущемся примитивном обиталище есть система «умный дом». А значит, тут замечательный душ, а то и джакузи! Я едва не взвизгнула от радости, что смогу освежиться.

Ночью плавать в океане в одиночку страшно — я не успела прочитать, кто тут обитает в водных просторах. Безусловно, прибрежная зона отеля защищена силовым барьером, и ничто кровожадное сюда не заплывет, но страх темной воды родом из детства, от него не так легко избавиться.

Задвинув чемоданы и сумку за тумбочку из белого дерева, я быстренько обошла бунгало: кухонная зона с современной бытовой техникой, крохотная гардеробная и роскошная ванная. Я угадала, кроме отличной душевой, здесь было и джакузи. Да это номер люкс, нам с Кариной повезло! Интересно, не будет ли потом подлянки от судьбы за такой щедрый подарок?

Сбросив надоевший комбинезон, я встала под тугие теплые струи. Настроение — хочется мурлыкать и в то же время спать, все-таки день оказался насыщенным.

Через четверть часа, завернувшись в пушистое белое полотенце, я пошлепала босая в спальню. Сейчас проверю мини-бар и холодильник — и спокойно усну.

Первое, что бросилось в глаза, — кубики. Восемь кубиков на загорелом животе… Я завизжала сиреной.

Темноволосый мужчина, стаскивающий футболку, одернул ее вниз и закричал:

— Какого квазара?!

Продолжая тонко орать, я отстраненно отметила чужой чемодан на кровати. Мужчина одет прилично, не в кожу или латекс — значит, не стриптизер и не из эскорта, а то Карина могла бы устроить подобный «сюрприз». Вдобавок он неподдельно поражен, но ругается по-космически — имеет отношение к полетам, лишь в среде космолетчиков и обслуживающего персонала шаттлов обычный мат традиционно порицается.

— Да заткнитесь же! — не выдержал мужчина и стукнул кулаком по тумбочке.

Кажется, она треснула…

Я, впечатленная, захлопнула рот.

— Кто вы? Что здесь делаете? — сухо, приказным тоном спросил брюнет.

— Алиса. Заселилась сюда, — ответила по возможности четко, хоть меня и колотило.

Вот это попадание… Я стою в одном полотенце перед незнакомцем, каким-то образом проникшем в мой номер. Кругом ни души, я на чужой планете, которая, судя по меняющемуся цвету глаз мужчины, для него родная. Опять столкнулась с леранцем и снова нестандартно. Вот только, в отличие от сноба, этого я боялась: чувствовалось что-то хищное, первобытное в нем. И это нечто подавляло, заставляя бежать.

Бежать?.. Еще чего! Я на законных основаниях тут!

— А вы? Вы кто? И что здесь делаете?

— А я собираюсь спать, — мрачно заявил мужчина. — Это мое бунгало.

— Если вас зовут не Карина, то нет.

Брюнет вскинул бровь. Пришлось объяснить.

— Это бунгало на время отпуска сняли мы с подругой. Вам лучше уйти и…

— Девушка, не трещите. — Он поморщился, как будто у него болела голова. — По всей видимости, в компьютерной системе отеля случился сбой — и бунгало сдали дважды…

— Значит, потребуйте себе другое! — Я перебила его объяснения.

Он ухмыльнулся.

— Почему я?

— Потому что я заселилась раньше, мы с Кариной вдвоем, вы — в одиночку. И вообще, вы — мужчина, должны уступить.

Мои веские аргументы брюнета развеселили.

— А как же равенство полов? — вкрадчиво поинтересовался он.

Я стушевалась — уел, так уел.

— Ладно, первых двух причин достаточно? Мы с Кариной остаемся, вы разбираетесь с администрацией.

— Мы можем поступить проще: кровать большая, поместимся на ней втроем.

Мало мне было сноба, еще и этот глумится!

— Нет!

— На Леране проходят гонки на флаерах, все отели переполнены. Вы же не выгоните меня в ночь?

Синие глаза мужчины смеялись — он не боялся оказаться без крыши над головой, что ощущалось по голосу, ему просто нравилось меня доставать.

И все же выставлять за дверь человека, попавшего в неприятную ситуацию, нельзя. Переминаясь с одной босой ноги на другую, я лихорадочно думала, как поступить.

— Хорошо, оставайтесь, но спите вы на кухне.

Там стоял узкий диван в форме подковы — если приноровиться, спать можно.

Брюнет, видимо, представляя, в какой крендель с его высоким ростом нужно извернуться, чтобы поместиться на неудобном лежбище, с ехидцей протянул:

— Вы очень добрая девушка.

— Уж какая есть.

Меня сложно пронять, когда ситуация касается моей безопасности. Что ж, этой ночью предстоит бодрствовать.

Я ожидала препирательств, но, хмыкнув, сосед отправился к входной двери.

— Вы куда?

— Стресс снимать. — Он поднял руку с коммуникатором, давая замку считать цифровой ключ.

В бар, что ли?

Я едва не выругалась вслух — с пьяным чужаком оставаться в бунгало не хотелось. Хотя… пусть идет, может, и не вернется, зацепившись за какую-нибудь красотку. Когда дверь закрылась, я передвинула к ней тумбочку. Легкая, она не задержит сильного мужчину, но зато даст мне возможность проснуться из-за шума.

Разложив вещи и переодевшись в хлопковые шорты и комфортную длинную футболку, я легла спать.

К сожалению, сон пришел не сразу. Я долго ворочалась с боку на бок и приняла решение покинуть бунгало до приезда Карины, у которой опыта гораздо больше моего, чтобы решать подобные проблемы. Да и с брюнетом она быстрее, чем я, найдет общий язык. Смелая и веселая, она флиртовала, как дышала, и мужчины ее боготворили, не то что меня, нелюдимую злюку.

Однако даже утром брюнет не вернулся — продолжал бороться со стрессом то ли в баре, то ли в номере какой-то прелестницы.

Надев белый купальник, а поверх него — ярко-голубое платье с пышной юбкой, широкими бретелями и глубоким декольте, я отправилась на завтрак в ресторан при отеле, а затем и в центр города. Первый отпуск за три года. Новая планета с райскими пейзажами. Так почему я должна печалиться в ожидании подруги? Время развлекаться всем неприятностям наперекор!

— Мужчина, отойдите, — нервно прошептала пожилая женщина в ярко-лиловом платье, — иначе они отхватят вам то, без чего не сможете ходить к девушкам.

— Да ладно! — не поверил ее сосед, но благоразумно отступил на шаг от ограждения, за которым гигантские изумрудные черепахи степенно поедали фрукты.

Заметив его реакцию, худощавый парень засмеялся и тотчас замолчал, когда увидел, как ближайшая рептилия откусила четверть от розового плода, похожего на небольшой земной арбуз.

— Если встретить их в воде, то жуткие твари, — заметила моя соседка задумчиво, — а на суше вполне милые и кажутся безобидными.

— Вот именно, кажутся, — отозвалась я и перешла дальше.

Черепаший загон, в котором я гуляла второй час, примыкал прямо к лагуне и позволял животным свободно покидать его и возвращаться на время кормления. Шли за едой молодые особи, старшие — размерами больше стандартного журнального столика — обычно не приплывали. Смотритель объяснил, что это к лучшему: зрелые черепахи огромны, агрессивны и больно кусают даже своих сородичей. Время от времени неопытные дайверы подвергаются нападению, поэтому без специальных отпугивателей на костюме за силовую стену лучше не соваться. Так что старушка была права…

Поев, изумрудные черепахи разбились на две группы: первая вернулась в океан, вторая осталась греться на солнце в загоне. Только тогда смотрители и разрешили нам войти внутрь и потрогать благодушных гигантов.

— Не совершая резких движений, вы можете их погладить по роговым пластинам.

— А можно различить самцов и самок? — поинтересовалась нервная туристка в лиловом, осторожно переступая между разомлевших на солнце животных.

— Самки меньше по размеру, панцирь у них гладкий, ровный. Самцы большие, с бугристыми, грубоватыми спинными щитами.

Смотритель рассказывал что-то еще, но я уже не слушала. Гладя теплый панцирь, думала не о рептилии. Посещение Лерана разбередило раны. Оказывается, я еще та черепаха: затаилась в своем «домике», заглушив чувства, толком не прожив давний негатив. И вчера он дал о себе знать — я испугалась незнакомца, цивилизованного, взрослого, воспитанного мужчину, который благородно уступил номер. Если три года назад мне не повезло столкнуться с негодяем, это не значит, что вокруг все такие.

Хорошо, что благодаря Карине довелось покинуть зону комфорта и выяснить, что у меня серьезная проблема: я не доверяю мужчинам, хотя на самом деле и повода-то нет, если не считать одноразового разочарования. И что теперь? Обращаться к психологу? Или довериться человеческой природе и судьбе, ведь недаром последняя сталкивала меня с особенно яркими представителями противоположного пола?

Вид сытых черепах напомнил, что я пропустила обед. И когда экскурсия закончилась, я отправилась в первый попавшийся ресторанчик у парка — «Лазурный вал».

— Порекомендуйте, пожалуйста, то, что любят местные, но редко выбирают туристы.

Официант, улыбчивый темноволосый парень, оценив мою смелость, радостно кивнул.

И вскоре в моем заказе обнаружилось лишь одно привычное блюдо — кофе. Но я не жалела — все оказалось вкусным, хоть и странным.

Прожевав последний кусочек гигантской голубой креветки, я откинулась на спинку стула, что послужило сигналом для официанта, — он принес кофе со сливками и мороженое из мерцающих черных водорослей.

— Вы сделали отличный выбор, обычно туристы боятся пробовать особые блюда, — заговорщицки сообщил он.

Все местные десерты для меня оказались экзотичны, но покорило необычное мороженое. Я решила рискнуть.

И сначала, проигнорировав кофе, я попробовала холодный десерт. Черный, с искорками, он казался нереальным и несъедобным. И первую ложечку я съела, заставив себя, а дальше меня было не остановить, даже если бы сказали, что одна порция — это плюс пять лишних килограммов. С нежным ароматом, сладкое, оно слегка пощипывало язык. Поразительный вкус! Я хотела заказать еще одну вазочку, но поняла, что сыта.

Еще четверть часа я пила кофе и рассматривала рекламные проспекты. Остров Рион предлагал развлечения на любой вкус: от экстремальных до расслабленно-пассивных. Активные я обожала раньше, в той, другой жизни, до моего побега на Фиору. Последние три года хотелось тишины и покоя, и сегодня изо всех развлечений я выбрала так же мирное и ленивое — наблюдение за кормлением леранских изумрудных черепах. На Фиоре они не водились, на Земле осталось не так много интересных видов, а здесь, на планете, где сушу представлял материк и несколько архипелагов, был рай для пресмыкающихся.

Не скажу, что пожалела, посетив черепах, но теперь хотелось более ярких впечатлений, чего-то, что встряхнуло бы и отвлекло. И, похоже, я это нашла!

Пятидневная экскурсия на остров Лим-Дим. Проживание в настоящих тропических хижинах, подъем на склон спящего вулкана, подводная ловля двухметровых рыб, посещение плантаций раковин-жемчужниц и экстрим-развлечение — каньонинг. Последний, если я не перепутала, включал в себя разнообразные способы спуска: прыжки с водопадов, скольжение по каменным желобам, спуск на карабине над водой. То есть масса возможностей пощекотать себе нервы, а ведь именного этого я и хотела.

Учитывая, что с номером произошла накладка, обосноваться в бунгало я побаивалась — вдруг мужчина забыл о благородстве и вернулся? Так почему бы не пожить на Лим-Диме несколько дней? Карина прилетит вечером, я могу не ждать ее, а отправиться на экскурсию. Она же, если не выгонит наглеца, сможет присоединиться ко мне позже.

Подчиняясь импульсу, я напечатала сообщение на планшете: «Карина, надеюсь, ты добралась нормально. Наш номер роскошен, но с сюрпризом. Верю, что ты легко решишь вопрос с захватчиком, а я пока погуляю в городе и слетаю на остров Лим-Дим. Экскурсия на пять дней. Если что, присоединяйся ко мне».

Нажав «отправить», прождала с минуту — сообщение так и не ушло.

— Извините, мне нужна ваша помощь. — Я позвала проходящего мимо официанта. — Что-то со связью? Я не могу отправить послание.

— У вас леранский оператор?

— Нет, «Терра-МДС».

Официант с явным сочувствием объяснил:

— Многие туристы жалуются на этого оператора, просто звоните или пишите до результата.

Весело… нужна будет помощь — и дозвониться никуда не смогу!

Удивительно, но со второго раза сообщение ушло. Прилетев на Леран, Карина тут же его получит.

— Уважаемая морна, разрешите, я дам вам совет? — тихо спросил все еще стоящий рядом официант.

Я не поняла, о чем он, но кивнула.

— Вижу, вы составляете маршрут прогулки… Посетите храм бога Лерана, прежде чем его закроют на ремонт, что случится в ближайшие дни.

Среди баек, которые рассказывают космолетчики, есть много о знаменитом культовом сооружении Лерана. Суровые мужчины горячечно доказывают, что бог океана существует и до сих пор отвечает на призыв верующих, даже если они с другой планеты. Якобы обычный турист может прийти в храм, преспокойно попросить помощи в поисках сокровищ и до конца отпуска стать богачом… Я материалистка, но не откажусь от возможности посмотреть древнейшее архитектурное чудо Лерана.

Официант сбросил на планшет координаты храма и вызвал мне оранжевый флаер такси. Выходила я из «Лазурного вала» с хорошим настроением, однако через минуту его уже омрачил вид чужого лица, лица сноба, заносчиво взирающего на меня с первой полосы еженедельной газеты. Точнее, там было не только оно, но и остальные части тела — журналист снял Маркуса в полный рост, захватив в кадр и стройную, как палка, светловолосую мадам. Сестра или подруга? Судя по плотоядному взгляду, которым она смотрела на мужчину, второе.

— Минуточку, я сейчас! — крикнув таксисту, быстренько засунула купюру в валидатор автомата с прессой.

Можно скачать электронный вариант на планшет, но хотелось ощутить бумагу под пальцами, и я выбрала классическую газету, хрустящую и пахнущую типографской краской.

Назвав адрес храма, сосредоточилась на чтении статьи о снобе, мысленно отмечая для себя интересные факты.

Маркус Моринес, тридцать два года, холост, входит в десятку богатейших людей Лерана, лидер радикальной партии, спортсмен, меценат, любимец женщин и журналистов. Несколько дней назад, пребывая с деловым визитом на Фиоре, подвергся нападению прямо в воздухе. Благодаря своему мастерству в пилотировании флаера он остался жив и не допустил жертв среди окружающих. Хм, а не эта ли авария произошла в день моего отлета на Леран? Вернусь, подниму новости в Космопаутине.

Маркус — сын известной леранской художницы, поэтому вращается также в кругах богемы, где и нашел невесту — певицу Эфриду Вон. Ага, та белобрысая швабра с ногами от ушей еще и поет… И нет, я не ревную и не завидую — просто забавно, что нашлось очередное подтверждение маминой теории достойного спутника жизни: деньги тянутся к деньгам или богатствам высшего порядка — талантам, тому, что не купить.

Я угадала: мой случайный спаситель от истерики — сноб, но при этом неплохой человек, раз меценатствует. А еще он целуется фантастически здорово…

— Уважаемая морна, мы на месте, — объявил таксист. — Хотите сделать круг над храмом и увидеть его во всей красе?

— Благодарю за предложение, с удовольствием!

Оранжевый флаер действительно полетел по спирали — сначала едва не касаясь днищем водной глади, затем все выше и выше к центральному шпилю. Всего стрельчатых башен я насчитала четырнадцать — храм напоминал грифельного морского ежа с толстыми, как карандаши, иглами разной величины.

Направляясь сюда, я ожидала увидеть развалины — они и были, но только на океанском дне. Поваленные гигантские колонны, арки и широкие ступени каменной лестницы белели сквозь толщу прозрачной воды. Над всем этим возвышалась, примостившись на скалистом берегу, безупречная махина храма из светло-фиолетового камня.

Повисев над главным шпилем, флаер начал спуск все так же по спирали, давая мне время рассмотреть строение по возможности лучше. Еще я отметила, как много народа жаждет попасть в храм, который будет вскоре закрыт.

Какие все-таки замечательные люди на Леране! И официант, и таксист сделали все, чтобы мне понравилось и запомнилось пребывание здесь.

Когда я оплатила проезд, таксист благодушно произнес:

— Желаю приятно провести время в лабиринтах Ктулху!

Кого-кого?.. Ктулху?!

Так уж вышло, что в подростковом возрасте я прочитала все ужасы, детективы и фантастику, которые смогла найти. И, разумеется, не пропустила яркое произведение двадцатого века — рассказ Говарда Лавкрафта о жестоком божестве, спящем на дне океана. Его пробуждение обещало конец цивилизации людей.

Интересно, как реагировали земляне, когда, устанавливая первый контакт с леранцами, узнали имя их бога? И еще, похож ли местный Ктулху на земного? Наш зеленый, огромен и разными частями тела подобен осьминогу, дракону и человеку.

На последний вопрос ответ нашелся быстро: стоило войти в просторный зал, как моим глазам предстала фреска с изображением гуманоидного чудовища. И это посылает удачу и богатство паломникам? Неожиданно и неприятно…

Я уже хотела покинуть храм, как получила локтем в бок от светловолосой девушки.

— Ой, простите! — Она отчаянно завертела головой, кого-то выискивая в снующей толпе. — Вы не знаете, где можно оплатить экскурсию?

Указатель с надписью на всеобщем висел на стене за ее спиной.

— Позади вас табличка с объяснениями.

— Ох, спасибочки! — Она слегка покраснела. — Представляете, я мечтала об этой экскурсии целый год, даже раньше прилетела на Леран, когда узнала, что вскоре храм закроют на внутреннюю реставрацию.

Разочарование сменилось любопытством: ясноокая блондинка заходилась от восторгов — следовательно, здесь что-то еще есть, кроме зеленокожего страшилы с щупальцами на голове?

— А я здесь случайно, — почему-то захотелось кому-то рассказать о своем затруднении. — И не ожидала, что местный бог настолько ужасен.

Блондинка залилась веселым смехом:

— Ну вы и сказали! Это же его водная форма. В человеческой ипостаси он хорош, недаром считается также богом любви!

Она указала на небольшую фреску слева, на которой улыбался молодой мужчина с бледно-зеленой кожей и черными волосами. К груди мускулистого красавца прижималась юная нагая девушка.

— А это Шадора, возлюбленная Ктулху, она была смертной, пока не повстречала бога… Кстати, я — Дора Дорофеева.

Я пожала прохладную ладонь и нехотя улыбнулась.

— Алиса Гореева, рада знакомству.

Дора энергично потрясла мою руку и затараторила:

— Представляете, по мифам, смертная испугалась, когда в нее влюбился бог!

Клянусь сверхновой, будь я на ее месте, то вообще бы разрыв сердца получила...

— И тогда Ктулху спрятал девушку на необитаемом острове и не выпускал, пока она его не полюбила.

Ого, так называемый стокгольмский синдром практикуют даже боги?

— А давайте посмотрим храм вместе?

Новая знакомая оказалась навязчивой, но это пока не слишком раздражало — мне не хватало Карины, и общение с землянкой могло скрасить одиночество.

Я сама не заметила, как оказалась включена в группу из двенадцати человек. Кроме первого зала, где служители проводили религиозные ритуалы, в храме оказалось с десяток всевозможных залов поменьше, к которым вела хитроумная система переходов, так что лабиринтом храм Ктулху назвали по праву.

Разноцветные фрески на стенах рассказывали древнюю историю планеты, изображая значимые природные катаклизмы, войны, великие открытия. Но были и рисунки о… похождениях любвеобильного божества. Я не рассматривала их долго — что-то мне подсказывало, что земная Камасутра отдыхает. И да, я испытывала смущение — когда идешь в инопланетный храм, не ожидаешь увидеть подобное. Дора заверила, что «летопись страсти» — это период до встречи Ктулху с возлюбленной, потом он уже верный и примерный муж.

Не имея интереса к мифам, экскурсовода я больше не слушала. Остро захотелось на солнце и свежий, пахнущий солью и водорослями воздух. Что-то я разочарована до глубины души, лучше бы вовсе не приезжала сюда.

Дождавшись, пока восторженная Дора увлеклась очередной фреской, я покинула свою группу и направилась к выходу. Точнее, так думала — минут через пять поняла, что свернула не туда. Звездный ветер, я затерялась в лабиринте!

Я не слышала голосов людей: ни туристов, ни смотрителей. И, кажется, здесь мы не проходили — фреску с огромной черепахой, на спине которой возлежал местный бог с очередной прелестницей, я бы запомнила. Так, главное, не паниковать… Подумаешь, заблудилась! Это всего-навсего здание, пускай и большое.

Ох, нет, оно огромное… я же видела его размеры с высоты полета такси! А что если у него и подземная часть есть? И я давно уже брожу по каким-нибудь бесконечным катакомбам? Хотя нет, в подземелье свет бы не горел все время, как наверху…

Если бы не посмотрела на планшет, то решила бы, что хожу тут целую вечность. Планшет?.. Точно! Я ведь могу позвонить: в отель или местное отделение полиции — номер экстренной помощи одинаков во всем Содружестве Независимых Планет. Увы, связь отсутствовала — «Терра-МДС» в который раз подвела.

Паника почти затопила с головой, как вдалеке кто-то заговорил на повышенных тонах. И я рванула в ту сторону так, что чуть обувь не потеряла на повороте. Бежала без оглядки, гонимая страхом опять остаться одной. И поплатилась за неосторожность — налетела на человека. Столкновение получилось мощным — я упала, сбив с ног и мужчину.

— Вы меня преследуете?

Я не сразу поняла вопрос — засмотрелась, как плавно двигаются, произнося слова, по-мужски красивые, с четким рисунком губы. А когда смысл фразы дошел, обмерла, скользнула взглядом выше и уперлась в глаза цвета неба и сдвинутые к переносице темные брови. Их хозяин смотрел на меня с непонятным любопытством.

— Вы оглохли, морна?

Да, немножко. Я сейчас больше жила ощущениями. Ощущениями теплого, сильного тела, соприкасающегося с моим. Сталь мускулов, гладкость загорелой кожи заставили мое сердце биться быстрее.

В воздухе Лерана распыляют афродизиак? Или же я стала озабоченной, на три года отказавшись от свиданий.

— Нет… не оглохла и не преследую вас, я здесь заблудилась.

— Потеряли свою группу, заглядевшись на фрески? — ядовито предположил сноб.

Я почувствовала, как жар приливает к щекам. Ненормальная реакция, ни одному мужчине не удавалось так часто меня бесить и смущать.

— Наоборот, — процедила сквозь зубы, — не захотела на них смотреть и ушла.

— Вы ханжа?

Подколка окончательно рассердила.

— А вам нравится меня оскорблять?

Упершись в широкую грудь мужчины, попыталась встать. Получилось, но как-то неловко и не сразу: могло даже возникнуть впечатление, что я специально его лапаю. И да, стыдно признаться даже самой себе: подобное тело — красивое, тренированное — лапать хотелось.

— Не преувеличивайте, морна, правда не оскорбление, — резко бросил сноб, так же поднимаясь на ноги. — Сначала туристки идут в храм, затем морщат носы. Разве это не ханжество?

У меня красные круги пошли перед глазами от злости.

Ткнув пальцем в карман белой безрукавки леранца, я позволила эмоциям одержать верх над разумом.

— Во-первых, я ничего не знала о храме, а во-вторых, хватит называть меня просто морной! Иначе я буду звать вас господином снобом…

Сбоку раздалось сдавленное хрюканье. Мы с блондином синхронно обернулись.

— Вы продолжайте, продолжайте! Я больше не буду вас отвлекать!

Темноволосый помощник Маркуса давился смехом. Но при этом взгляд у него был каким-то странным. Холодно-расчетливым что ли?

— Эмиль, — произнес сноб, не скрывая недовольства.

Брюнет тут же посерьезнел.

— Директор ждет, Маркус. Ты принял решение?

— Да, фронт работ обширный, я увеличу бюджет на треть.

Помощник, как мне показалось, расстроился, будто деньги босс вытянет из его, а не из своего кармана.

— Дело твое, но я бы не велся на их необоснованные просьбы.

— Эмиль, прекрати искать во всем подвох.

— Не могу, — хохотнул брюнет, — ведь именно за это ты мне и платишь!

Маркус Моринес лишь поморщился. Похоже, он меценатствовал и здесь, привлеченный возможностью внести свою лепту в реконструкцию храма.

— Уважаемая морна, позвольте сопроводить к выходу, раз вы заблудились, — сладко улыбаясь, предложил Эмиль и оттопырил локоть, как будто я уже согласилась.

Нет, я-то согласна, чтобы вывели из лабиринта, но без ненужных физических контактов. Хотя… если бы мне предложил руку Маркус, то не отказалась бы. Ох, опять глупые мысли!

Впившись ногтями в ладонь, чтобы прийти в себя, я вежливо произнесла:

— Благодарю, уважаемый морн, я приму вашу помощь с радостью.

— Можете называть меня Эмилем, — фамильярно заявил брюнет.

— А вы меня — морной Алисой.

Я не оперлась о предложенную руку, не согласилась перейти на уровень дружеского общения — самая настоящая бука, не спорю. Но почему-то помощник сноба вызывал опаску, нечто фальшивое таилось за его добродушием.

Пока длился мой диалог с помощником, Моринес молчал. Сдерживался он и пока шли по полутемным коридорам. Мужчины отлично ориентировались в храме, и страх заблудиться исчез. Самое забавное, я обратила внимание на некоторые фрески, отметив тонкость работ. Пусть эротика, пусть слишком откровенно, зато красиво и необычно. Хм, неужели сноб прав: я ханжа? И признаться открыто, что мне нравится, я не могу?..

— Прямо перед вами — дверь центрального входа, никуда не сворачивайте. — Колкое напутствие Моринеса оборвало мое самоедство.

— Вы очень любезны, господин сноб.

Эмиль вновь хохотнул, а я вылетела из храма, как пловец из воды при виде акулы. Интересно, на Леране эти хищницы имеются?

Выскочив из храма, я зажмурилась, ослепленная ярким послеобеденным солнцем.

— Алиса, куда же ты пропала?

Мое предплечье цепко схватили тонкие пальцы.

— Дора? Экскурсия уже закончилась?

Блондинка радостно закивала.

— Она была невероятной, правда? А рассказы какие! Храм прекрасен!

Экзальтированная девица не отпускала мою руку, как будто мы знакомы много лет.

— Дора, извини, мне нужно возвращаться в отель, а потом в космопорт встречать подругу.

После блужданий в храме экстрима уже не хотелось. Зачем мне Лим-Дим? Я и здесь найду приключения на свой зад! И лучше их искать вместе с Кариной, которая редко теряет голову даже в самых непростых ситуациях. Она — боец, а я, как выяснилось три года назад, еще та трусиха.

— Ты такая молодец, что думаешь о подруге! А моя сестра, как только прилетели, нашла поклонника и не появляется в нашем номере. Алис, а давай посидим в баре? Полчаса всего лишь? Мне так одиноко в этом раю…

Дора сморгнула слезинку и отвела погрустневший взгляд в сторону.

— Сколько ты уже здесь?

— Двенадцать дней… устала отдыхать.

Двенадцать? Почему же раньше не пошла в храм, если прилетела ради него? Странная какая-то девушка. А может, и нет, если она все это время искала загулявшую сестру.

Ох, что-то мне эта ситуация напоминает! Да ведь я тоже провожу время без Карины, и она бросится меня искать, если не вернусь в номер до ее прилета.

— Сложно понять, как это — устать отдыхать, — я не сдержала улыбку, — но в бар с тобой схожу.

Заодно попрошу номер такси у бармена.

— Здорово! Ты не пожалеешь, Алиса! — Блондинка оживилась и потащила на другую сторону улицы. — «Корсар» — заведение тематическое, особенное, тебе точно там понравится! И оно совсем рядом.

Она не преувеличивала — шагов через сто мы оказались перед грубой дверью из черного, в желтую прожилку дерева.

— Тут подают лучшие на острове Рион коктейли, а публика такая, что в другом уголке Лерана и не отыщешь.

Дора щебетала, не давая мне и слова вставить, пришлось смириться, что завтра будет болеть голова от чрезмерной навязчивости и громкого голоса.

Сидя за барной стойкой, я незаметно осматривалась по сторонам. Безалкогольный напиток розового цвета потягивала не только для вида — в горле основательно пересохло от волнения. Очередная подлянка судьбы: наивная Дора притащила меня в логово контрабандистов!

Нет, я до сих пор надеялась, что это солнце голову напекло и мне только кажется. Время шло — и я все больше убеждалась, что не ошиблась.

«Корсар» оправдывал свое название. Несколько здоровенных экранов на стенах демонстрировали подводный мир и его обитателей в режиме онлайн: разноцветные рыбки и всевозможные водоросли с кораллами, песчаное дно и темные массивы рифов. Но при этом на стенах и мебели среди цветочного орнамента проскакивала символика космических контрабандистов, знаки тайного арго. А у посетителей — грубоватых, крепких мужчин были татуировки, которые могли позволить себе лишь звездные корсары — ни один мастер тату не нанесет такие обычному человеку под страхом смерти.

Как подобный бар мог оказаться на Леране? Он входит в Содружество Независимых Планет, чтил общие законы — и вдруг такое. Впрочем, контрабандисты — тоже люди, желают отдохнуть. Если ведут себя тихо, не совершают преступлений, то почему бы не создать свой клуб?

— А вот и я! — радостно пропела вернувшаяся из уборной Дора и плюхнулась на соседний высокий стул. — Что пьешь? «Рассвет» для детей? Фу, я сейчас закажу тебе нормальный коктейль!

— Дора, не надо!

За щебетанием новая знакомая меня не слышала, а вот бармен, который все никак не мог скинуть мне номер такси, отвлекшись на других клиентов, тотчас среагировал на ее зов. Знала бы, что так будет, ловила бы оранжевый флаер возле храма, хоть и страшновато обращаться к свободным таксистам во времена, когда опять участились похищения людей.

Похищения?.. Я с подозрением посмотрела на непосредственную, веселую блондинку. Да нет, не похожа она приспешницу работорговцев: ни одна привлекательная землянка не рискнет работать на беспринципных ульсов.

— Мне нельзя алкоголь, Дора, — терпеливо объяснила я и отодвинула кислотно-фиолетовый напиток.

— Его здесь почти нет, — возмутилась девушка. — Ты же сама видела, как бармен его смешивал.

Одна шестая фужера — ничто? Для кого-то, но не для меня.

— Мне нельзя пить, — повторила я, закипая.

Хотелось уйти из бара, бросив непонятливую девицу, только совесть не позволяла. Как и везде, среди контрабандистов немало хороших людей, но отморозков больше. И я уже заметила, как двое «волчар» в разноцветных сорочках и белых брюках пасли нас голодными взглядами.

— Эй, парень! Сделай моей подруге ваш фирменный коктейль, только без рома, — попросила с улыбкой Дора бармена.

Тот удивленно заломил бровь и, тут же понятливо кивнув, достал с полки оранжевый, с белыми крапинками фрукт. Пырнув его узким ножом, ловко выжал красный сок в высокий стакан. Щедро бросив ароматную рубленую зелень, похожую на земную петрушку, поставил предо мной.

— Видела? Здесь нет рома. — Блондинка воткнула в мой стакан трубочку с красным зонтиком и снисходительно произнесла: — Спокойно пей, трезвенница.

Она явно не раз приходила в «Корсар» и при этом избежала неприятностей. Судьба хранит девушку? Или же я права и контрабандисты здесь отдыхают без шалостей?

— Благодарю. — Я пригубила напиток. — Как он называется?

— «Улыбка Ктулху», — отозвался бармен. — Хоть без рома немного не то.

Название не понравилось: я сразу вспомнила свои приключения в храме и столкновение со снобом. Кошмарный день, однозначно. Даже освежающий сладко-пряный вкус коктейля не мог примирить с ситуацией.

— Креветки в сыре, кольца кальмара или чипсы из осьминога хочешь?

Я посмотрела на Дору недоверчиво.

— Со сладким коктейлем соленые закуски? Ты серьезно?

Она пожала плечами.

— А что тут такого? Все равно в один желудок.

Интересный взгляд на еду…

— Ты извращенка. — Дора вздрогнула, и я поспешно добавила: — Кулинарная.

— Попробуй колечко, может, ты такая же! — хихикнула она и впилась белоснежными зубами в кусочек кальмара в золотистой панировке.

Я же вновь окинула бар коротким настороженным взглядом. Ничего плохого пока не произошло: все подозрительные личности мирно расслаблялись, к нам никто не цеплялся. Даже «волчары» переключились на других девушек, которые охотно пересели за их столик. Как долго продлиться затишье, предсказать сложно. Поэтому, быстро допив, я подхвачу Дору под руку и уведу из этого логова. Зачем ждать проблем, если их можно избежать?

Своим мрачным настроем я, похоже, притянула неприятность: к нам подошел знакомиться молодой мужчина с татуировкой на правом предплечье — хвостатой звездой. Стоп, хвостатая звезда?! О-о-о… Неужели он космический пилот-ас? Еще три года назад я бы пищала от счастья, появись возможность пообщаться с героем девичьих грез.

— Несравненные, прекрасные, очаровательные…

Мужчина, несомненно, симпатичен и крутой пилот, но заинтересованности у меня почти не вызвал, и когда Дора проявила недовольство, я не стала вмешиваться.

— Проваливай, — процедила сквозь зубы она, обрывая поток комплиментов таким злобным тоном, что пилот вмиг позабыл все заготовленные фразы.

— Девушка, на самом деле не вы мне интересны, а ваша подруга. — Мужчина посмотрел на меня проникновенно и улыбнулся так светло, что я не удержалась от ответной улыбки.

— Сейчас копов вызову, — все так же тихо и грозно произнесла Дора. — На Леране навязываться туристам строго запрещено.

Пилот, отступая на шаг, с пафосом поднял руки:

— Все-все, так бы сразу и сказала, что ты не в настроении!

Дора фыркнула, но промолчала.

Парень же, глядя на меня, добавил:

— Не судьба познакомиться, малышка, твоя подруга хуже сторожевого пса. Я — Пол, второй пилот «Стального стрижа», если что, обращайся.

Подмигнув, он ушел, но недалеко — миловидные близняшки, сидящие через три столика от барной стойки, оценили его комплименты по достоинству.

— Очередной искатель развлечений, — пренебрежительно заявила Дора.

Бармен, безмятежно наслаждавшийся сценой, вздрогнул, когда я резко протянула руку.

— Визитку такси!

Рявканье помогло — откуда-то из-под стойки он моментально достал оранжевый прямоугольник.

— Прошу.

Схватив желаемое одной рукой, второй вручила карту, чтобы рассчитаться за коктейли.

— Кстати, нам тоже пора. Пойдем, Дора.

Спрятав кредитку, разблокировала планшет, чтобы считать номер службы такси. И не смогла… перед глазами все поплыло.

Я не всегда наивна — сейчас сразу поняла, что это не случайное недомогание, мне что-то подсыпали. Только когда? И кто? Хотя… неважно. Главное — это выбраться из бара.

— Алиса, тебе плохо? — участливо спросила Дора, крепко хватая за плечо.

— Нет, с чего ты взяла? — Я спрыгнула с высокого стула и не покачнулась. Улыбнувшись, добавила уверенно: — Я в дамскую комнату, подожди здесь.

Жаль, я не могла видеть лицо Доры, которая наверняка удивилась, что средство не подействовало. Или же физиономию бармена? Кто из них подсыпал мне какую-то дрянь в коктейль?

Меня никто не преследовал — опешили от неожиданности, что жертва скачет кузнечиком, вместо того, чтобы глупо улыбаться? Или считают, что никуда не денусь из уборной?

Перед глазами стелился туман, а я шагала прямо и твердо. Не знаю, что выпила, но я должна продержаться. Я смогу, у меня особые отношения с опьяняющими веществами, организм не подведет и теперь. И да, я вызову первым делом полицию, чтобы негодяи не скрылись, а только потом обращусь к медикам за помощью.

Я шла, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы бездумным взглядом не привлечь чье-то недоброе внимание. И все же краем глаза увидела знакомое лицо. Брюнет, помощник сноба… как его? Эмиль? Он сидел за одним из столиков с худощавым носатым шатеном. Нет, сомневаюсь, что это помощник сноба, что он здесь забыл? Не его уровня заведение. Получается, у меня еще и глюки начались… серьезно опоили.

Свернув не в уборную, а к выходу, я почти покинула бар, как мой локоть бесцеремонно схватили неласковые пальцы.

— Девушка, вам плохо? — вкрадчиво произнес мужской голос. — Я помогу!

Вот почему за мной никто не шел — один мошенник на всякий случай сидел неподалеку от входной двери.

Выдернув руку из захвата и развернувшись, я врезала ладонью в нос негодяю. Уже испортив чужую физиономию, осознала, что она мне знакома.

— Алиска?.. — прогундосил мужчина, зажимая разбитый нос.

То, что он знал мое имя, спасло его пах от встречи с моим коленом.

— Волька?..

— А ты изменилась, — все так же гнусаво произнес друг детства, окидывая меня взглядом с ног до головы, после чего добавил с укоризной: — Но только внешне изменилась, удар поставлен все так же хорошо.

— Тебя тоже не узнать, вместо спецовки механика — шорты и футболка.

Туман перед глазами стал плотнее, я прислонилась к стене, а Волька, он же Вольдемар вдруг гаркнул:

— Дора! Сюда, живо!

Блондинка послушно явилась на зов.

— Что? Почему вы еще здесь?

— Тихо, — оборвал ее вопросы товарищ по детским шалостям и приказал: — Антидот дай.

Несколько секунд промедления, а затем в плечо меня что-то кольнуло. Лекарство. Все-таки Дора… а Волька — ее напарник.

— Пойдем, Алиска, поболтаем. — Мужчина подхватил меня под локоть и повел обратно в бар.

— Что происходит? — требовательно спросила Дора.

— Это Алиска Омут.

Похоже, Волька с блондинкой очень близки, раз этого объяснения ей хватило. Заохав, она извинилась, что приняла за простофилю и выбрала в качестве жертвы своей аферы.

Через несколько минут передо мной стояла огромная кружка с обжигающим, безумно сладким чаем и блюдо с жареным мясом. На третьем глотке бодрящего напитка подействовал антидот или же сработал, как всегда, мой организм, справляясь с дурманом для разума.

— Итак, ты покинула станцию и отрастила волосы, — нарушил молчание Волька, кареглазый брюнет с легкой щетиной на симпатичном лице.

— А ты оставил звездолет отца ради занятий мошенничеством. — Я сделала короткую паузу. — Или работорговли?

Вольдемара передернуло.

— Что ты такое говоришь!.. Мы же друзья, как ты можешь думать обо мне так плохо?

Я усмехнулась.

— Значит, мошенничество. Как, кстати, мне подсыпали наркотик? Бармен в доле?

Притихшая Дора слабо улыбнулась:

— Соломинка с зонтиком, которую я тебе воткнула в стакан. Все гениальное просто.

— И что дальше? После «особого» коктейля — провал в памяти жертвы?

Волька энергично помотал головой.

— Не совсем. Сначала крышесносное веселье в городе, которое серым мышкам и не снилось, только потом провал и снимки.

— Снимки?

Я прикинула, что на них может быть, чтобы туристки не заявляли о грабеже. Что-то противозаконное? Жертва нюхает «Радужную пыль»? Или нечто постыдное? Например, жертва участвует в мнимой оргии? Возможен любой вариант. По крайней мере, я бы устраивала постановочные сцены такого плана.

— Компромат. Чтобы жертва не грустила из-за списанных со счета денег, — с вызовом вскинув подбородок, объяснила блондинка. — Мы забираем не все, не сволочи.

— Благородные… мошенники? — Я допила последний глоток чая. — Это, конечно, вас оправдывает.

Вольдемар, морщась и старательно пряча взгляд, аккуратно потрогал опухающий нос — его кончик смотрел вправо, под глазами пролегли тени. М-да, точно сломала…

— Хоть твой отец занимается незаконными перевозками лекарств, он не понял бы подобное занятие, — с укором посмотрела я на Вольку.

Четырнадцать лет назад вакцина, которую доставили контрабандисты, спасла жителей моей станции, когда чиновники тянули с помощью. И этого я никогда не забуду.

— Ну а ты-то у нас в белом! — рассердилась блондинка. — Сделала из жениха котлету, святоша, а еще смеешь совестить других?

— Дора! — одернул ее мужчина. — Ты говоришь гадости о моей подруге. Прекращай это, лапа.

Пользуясь моментом, что друг не обращал на меня внимания, я схватила его за нос и потянула вперед и влево, вправляя.

— Ай!.. Паршивые желтые карлики! — выругался Вольдемар.

— Тихо, я больше не буду. А ты лед приложи и потом все равно к врачу обратись.

Дора молча оставила нас и направилась к бармену.

— Не затыкай своей девушке рот, Вольдемар. Каждый человек имеет право на мнение.

Не тушуясь, я встретила недоверчивый взгляд друга. Нет, я не собираюсь обеляться, объяснять причины — ни перед ним, ни перед малознакомой мошенницей. Да и правда это, пусть некрасивая, горькая, но правда. Изувечив жениха, я сбежала, чтобы не отвечать за свой поступок. Жалею ли? Нет, хотя должна.

Дора принесла ведерко со льдом для физиономии своего возлюбленного, и некоторое время мы сидели, вспоминали с Волькой детство. Отрава покинула мой организм, и я решила, что с ностальгией пора заканчивать — еще предстояло лететь в космопорт и встречать Карину.

— А я не верю, что ты та самая Омут, о которой рассказывал Вольдемар.

Я с удивлением посмотрела на Дору: она ревнует? Иначе с чего вдруг в голосе столько яда?

— Выглядящая серой мышью и простофилей девка не может управлять роботами-погрузчиками и пить с мужиками наравне, не пьянея.

Друг детства окинул меня совсем не дружеским, а оценивающе-восхищенным взглядом.

— Тут ты загнула, лапа. Алиса на мышь не похожа, но да, кажется беззащитной, как и раньше. Поэтому-то она и Омут — тихий и непредсказуемый.

Зря он раздавал комплименты другим девушкам — Дора нехорошо прищурилась. И я решила, что настало время прощаться.

— Ладно, засиделась я с вами, пора.

— Мы на флаере, подбросим, куда надо.

От помощи Вольдемара я не стала отказываться, ведь обидится, решит, что брезгую из-за его нового занятия.

— Кстати, вы бы заканчивали подобные аферы. — Я оглянулась на барную стойку. — Если сюда придут законники, вас сразу сдадут.

— Нас страхуют фотки, — напомнила Дора, снисходительно улыбаясь. — Вот ты бы рискнула обратиться к копам? Зная, что в таком случае твои компрометирующие снимки окажутся в Космопаутине?

— Однажды вы нарветесь на ту, которой все равно, где будут ее эротические фотографии, лишь бы отомстить.

— Маловероятно. Я тщательно подбираю девок: только скромницы и лохушки.

— Со мной же ты ошиблась?

Блондинка нехорошо прищурилась.

— Если бы не твое знакомство с Волькой…

— То потом я бы нашла вас сама, чтобы забрать компромат и моральную компенсацию.

А если нет, то наняла бы кого-то для помощи в столь деликатном деле, но об этом я уже промолчала.

Мужчина, азартно следящий за нашей перепалкой, весело подтвердил:

— Увы, лапа, она такая. Отыскав нас, заставила бы за все ответить.

Я ощутила тепло в груди. Крохотный огонек согрел изнутри: я потеряла веру в саму себя, но кто-то все еще во мне не сомневался.

— Алиска, ты не думай, я временно промышляю подобным, — заявил друг, вытирая мокрый нос салфеткой. — Нужны деньги на ремонт звездолета.

— Он лепит его из самого настоящего космического мусора, — с гордостью заявила Дора.

— Как только доделаем его, я займусь перевозками, как и отец.

Тоже незаконное занятие, но лучше, чем обманывать одиноких неосторожных туристок.

— Так куда тебе, Алиса? — вернула разговор в деловое русло нетерпеливая Дора.

Стремится от меня избавиться? Сложилось впечатление, что она ревнует своего парня к прошлому в виде меня. Зря. Мы с Волькой лишь друзья.

— В космопорт. Сейчас только в дамскую комнату загляну.

— Хорошо, — кивнул Вольдемар и опасливо покосился на Дору, — ждем тебя на парковке.

Блондинка, чую, закатит профилактический скандал своему парню. Повод? Обходительное общение со мной. Влюбленные женщины ненавидят, когда их мужчины дружат с другими девушками. Поэтому лучше не спешить, а дать им время выяснить отношения.

И я долго умывалась холодной водой, потом сушила платье, на которое она попала. Пятна на голубом видны далеко, не хотелось бы выглядеть неряшливо.

Приведя себя в порядок, я вышла из «Корсара». Вот это да! Стемнело, вечер, что называется, подкрался незаметно. Неужели я опоздала и встречать Карину нет смысла? Надо зайти на сайт космопорта и уточнить время прилета.

«Терра-МДС» снова «радовал»: нужная страница грузилась невероятно долго. Пока она откроется, можно дойти до флаера ребят.

На полупустой парковке я увидела их сразу — Дора бесстыже прижималась всем телом к Вольке и пылко отвечала на его поцелуй. Утверждала свою женскую власть над моим несчастным товарищем по детским проказам? Усмехнувшись, я разблокировала планшет и не удержалась от стона разочарования: сайт все еще грузился. Клянусь сверхновой, я завтра же поменяю оператора!..

Шаги позади я услышала слишком поздно — грубая ладонь накрыла мой рот, второй рукой неизвестный со знанием дела нажал на особую точку на шее.

Теряя сознание, я услышала полное пафоса заявление:

— Ничего личного, тебе просто не повезло.

Дальнейшее, как будто происходило с кем-то другим: я не видела похитителя, но слышала его сопение и ругательства. А еще почувствовала столкновение с пружинящим покрытием на парковке, когда мужчина меня уронил. Гад… больно же…

Больше я ничего не слышала и не чувствовала — темнота оказалась сильнее моих способностей не отключаться ни при каких обстоятельствах.

Очнулась я в темноте с твердой уверенностью, что меня куда-то везут. Полет проходил плавно, но спиной я все же ощущала легкую вибрацию поверхности, на которой лежала, — гладкой, прохладной.

Осторожно пошарив вокруг, убедилась, что нахожусь в багажном отделении флаера. Еще и связанная. К счастью, освободила руки быстро — долго ли умеючи, да когда рот не заткнули кляпом. Ноги решила пока оставить так.

Накатила паника. Что же делать? Что?.. Попытаться выбраться на высоте — не выход. Стучать в стены и кричать — гарантированно разозлить похитителя. Тогда как?.. Как спастись? Кажется, я натыкалась на свою сумку, а там лежал планшет, мое спасение.

Надежда придала сил, и я тихо, но быстро отыскала желаемое. Увы, в сумке гаджета не оказалось. А успела ли я его туда положить? Или держала в руках, когда напал неизвестный?

Память отказывалась помогать. Без особой надежды я еще раз обшарила багажное отделение. Разумеется, не для того, чтобы найти планшет, — похититель не дурак, выбросил его возле бара. Я рассчитывала добыть какое-нибудь оружие.

Увы, кроме какой-то ветоши, ничего не отыскала… нет, вру. Среди каких-то обрывков ткани копошилось что-то живое!.. И зубастое — мою руку полосонула острая боль.

— Ай! — Я вскрикнула, не сумев сдержаться.

В ту же секунду флаер пошел на снижение. Меня услышали. Я выдала себя!

Собравшись с духом и напружинив тело, я приготовилась ногами вырубить похитителя. Вырубить — и бежать.

Крышка багажного отделения резко поднялась — глаза ослепил электрический свет. Я ударила связанными ногами в центр темной фигуры — и промахнулась.

— Кривые щупальца Ктулху! — выругалась фигура голосом сноба. — Что вы здесь делаете?

Мысли заметались в моей голове всполошенными птицами. Меня похитил Моринес? Но почему-то делает вид, что впервые здесь видит? Или же это не он?..

— Отдыхаю я, разве не понятно? — Я приподняла связанные ноги, демонстрируя на них путы.

— Вы издеваетесь?.. Это игра такая?

— Я?! — Потянувшись за веревкой, которая недавно обвязывала запястья, швырнула ее в лицо снобу. — В играх я не приемлю связывания!

— Девушка, как вы проникли в мой флаер? — Сердитый вопрос сноба потряс.

— Я проникла? Меня сюда запихнули!

Несколько секунд тишины, а затем он взревел:

— Эмиль! Сюда, быстро!

И подал мне руку. Вот только взяться за нее я не успела — нечто пушисто-верещащее, с круглыми глазами на полмордочки выскочило из-за моей спины и рвануло прочь.

— Эмиль, какого протуберанца происходит?!

Бледный помощник с потрясением смотрел то на меня, то на своего босса.

— Я… я…

Нетерпеливым взмахом руки сноб оборвал его заикания.

— В багажнике не только сплюх гнездо свил, но и девушка!

Несмотря на странность ситуации, я едва не рассмеялась: прозвучало двусмысленно, словно я тоже гнездо себе организовала.

— Я не понимаю… я… — Помощник продолжал блеять, явно переживая за свое место.

И в очередной раз сноб махнул на него рукой и принялся освобождать мои ноги.

Я же пошла в наступление.

— Почему меня похитили и засунули в ваш багажник? Ведь это ваш помощник вырубил меня! Я узнала его голос. — Я произнесла услышанную фразу, стараясь повторить интонацию говорившего: — «Ничего личного, тебе просто не повезло».

Маркус замер на мгновение, а затем медленно поднял голову и посмотрел на Эмиля. Если бы он взглянул так на меня, я бы точно померла от разрыва сердца.

— Маркус, я… — дальше помощник заговорил на леранском, и я не поняла ни слова.

Общались мужчины эмоционально: с ледяным гневом — Маркус, покаянно-горестно — Эмиль.

В какой-то момент сноб вспомнил о моем существовании и решительно, сурово нахмурившись, заявил:

— Морна Алиса, примите мои искренние извинения.