Изгнанник. Право на счастье

Сеймуру удалось оторваться и унести Эмили обратно на Диоксатан.

– До чего же ловок, мерзавец! – прорычал я. – И от пули ушел и пару уволок! Ну нет! Так, просто не сдамся!

И начал выстраивать портал перехода между мирами. 

Переливаясь ярко-бирюзовыми цветами с вкраплениями серебра по периферии, и насыщенным алым в центре, врата мучительно медленно раскрывали для меня переход. 

– Ну же, быстрее! – усилил я действие амфолита в надежде, как можно скорее оказаться в своем мире.

Слишком медленно, но портал все же раскрылся. Я уже, как безумный готов был нырнуть в него, когда сбоку возник ещё один пространственный переход, только с той стороны. Из синего сияния на меня вылетел разъяренный серебристый дракон. Его грудь была залита кровью, значит, выстрел все же достиг цели! Из моей глотки раздался торжествующий рык.

Не ожидав возвращения Сеймура, я пропустил первый удар, которым он оттеснил меня от портала. 

Зря я отвлекся на соперника, надо было нырнуть в переход, а там где-то Эмили, одна!

Пятитонная туша дракона протаранила меня на огромной скорости, стремясь раздробить мне кости. Отбросив меня далеко от точки выхода, Сеймур пошел на разворот, чтобы повторить свой маневр. Но на это раз я уже был готов и встретил бывшего друга тараном. Теперь я со всей силы впечатался в его грудь, недалеко от ранения и с удовольствием услышал рык боли. 

Заложив вираж для разворота и новой атаки, я бросился на Сеймура.

Мы мчались навстречу друг другу с целью нанести наибольший урон врагу. Между нами оставалось не более нескольких метров, когда он струсил и резко ушел вверх.

– Да! – возликовал я. – Эмили будет моей!

И в момент торжества мне на спину опустился серебряный дракон! Его дюймовые когти глубоко вонзились в основания крыльев, блокируя возможность маневрировать и просто лететь. Шею обожгло огненное дыхание соперника…

Сеймур вцепился в меня мертвой хваткой, выходом из которой была смерть. Его можно понять, бывший друг бился за истинную пару не на жизнь, а на смерть. Но она и моя пара, и я не собираюсь подыхать? Да, в схватке будет один победитель, я?

– Моя! – прорычал я, и это слово, словно придало мне сил. 

Извернувшись, я освободился от захвата Сеймура, немного повредив крыло, и теперь уже я у него на спине. Не давая врагу сделать взмах, я стал со скоростью теснить его к земле, а там как раз расположились острые скалы. Если упасть на них с высоты, второго шанса уже не будет. И я сильнее налег на тело врага.

Ради истинной и другом можно пожертвовать.

Диоксатан – мир драконов. Красивый, наполненный магией и волшебством. Помимо летающих ящеров, там живут и другие расы, но мы главные, потому что можем путешествовать по мирам. 

Так вот, наша жизнь подчинена инстинктам, а главный из них — продолжение рода. Мы можем выбрать любую драконицу и воспроизвести с ней потомство. Но в глубине души каждый мечтает об истинной паре.

Истинная одна на всю долгую жизнь. Та, при виде, которой мир застывает, и сердце бьётся только ради нее. Если пары не станет, то горячие сердце дракона прекратит свой бег. 

С момента встречи истинных другие особи противоположного пола не существуют. Но как оказалось, бывают исключения, так называемые Сайнари – пара для любого дракона и даже двух. Так случилось и у нас Сеймуром, его истинная стала и моей. Ну и что, что он первый положил на нее глаз. Я от дара богов отказываться ради друга не собираюсь, тем более что второго шанса встретить ее может и не быть. 

И вот мы камнем падаем на острые скалы, чтобы в живых остался лишь один. Ещё чуть-чуть, всего одно мгновение и никто не отберет у меня Эмили. Уже отчётливо виден рельеф скал, их острые пики, готовые пронзить свою жертву. 

– Сейчас, сейчас! – обещаю им то, чего они жаждут. – Три, два, од…

Каким-то образом, Сеймуру удается извернуться, и это я прикладываюсь головой о скалу. Спешу прогнать из головы звон и собраться с силами, но меня вновь мордой впечатывают в скалу. И ещё, и ещё, и ещё, – под рокучуще-рычащие:

– Амели моя! Моя! Моя! Моя!

В голове один сплошной звон, и это ненавистное «Моя!»

А Сеймур продолжает молотить моей головой скалу, и у меня даже нет сил взять себя в руки и прекратить это избиение. 

Неожиданно удары прекращаются и меня оставляют в покое. В голове продолжает звенеть, а перед глазами все плывет каким-то алым туманом. По морде что-то течет, но я не обращаю внимание, так как замечаю в небе удаляющуюся точку – Сеймур. Он стремительно поднимется выше, собираясь вернуться на Диоксатан.

– Ну, нет, мы ещё не закончили! – рычу я.

С трудом поднимаюсь на лапы. Крыло сильно повреждено, но у меня нет времени на восстановление, нужно догнать врага. Делаю взмах крыльями и отрываюсь от земли. С трудом, но я поднимаюсь ввысь. Не так быстро, как хотелось бы, но я успею!

Когда я достиг Сеймура, он влетал в пространственный переход.

– Сей! – прорычал я, но бывший друг даже не обернулся. 

Портал за его хвостом стал закрываться, и я рванул следом, но не успел. Он захлопнулся, выбросив меня назад.

Привычным движением я стал выстраивать точку доступа для нового перехода, но сколько бы ни пытался, ничего не получалось. Портал не просто схлопывался перед носом, как это бывает, когда впервые его открываешь. Нет, я даже не мог его выстроить.

– Демоны! Что происходит? – прорычал я, предпринимая новую попытку, закончившуюся также неудачей.

– Мне просто нужен отдых, Сеймур меня так отделал, что я не могу сосредоточиться на переходе. Пара дней и все встанет на свои места. Да только нет у меня этих дней. Пока я здесь отдыхаю, мерзавец завершит ритуал единения с истиной, и она будет потеряна для меня навсегда. 

И я снова упорно стал пытаться выстроить переход, увы, безрезультатно.

Вымотавшись, вынужден был спуститься вниз и передохнуть. Ещё не мешало бы умыться, кровь, стекая по морде, застилала глаза. Почему ее так много? Регенерация у драконов быстрая и пусть кости сиюминутно не срастаются, но кровотечение останавливается практически мгновенно.

Приземлившись, я приблизился к воде, омывающей скалы. 

Надо было бы обернуться человеком, пока местные не обнаружили на своей земле дракона.

Но эта мысль была забыта, стоило мне увидеть откуда столько крови.

– Сеймур! – с ненавистью прорычал я в пространство. 

Земля, пятьдесят лет спустя.

Злата

Погода выдалась отвратительная, мало того что градусник показывал экстремально низкую температуру для середины июля, так ещё и с мрачного сизого неба, не переставая, лил дождь. Единственным желанием у всех нормальных людей в такую погоду было закутаться в теплый плед, налить большую кружку обжигающего ароматного чая и засесть в уютном уголке с книгой. Но, сегодня была среда, а следовательно, рабочий день. Невыспавшиеся и оттого более несчастные люди, прячась под зонтами, спешно шли по улицам, перебегали дороги, и на ходу заскакивали в городские трамвайчики.

Мне на работу не надо было, но это не значит, что выходить из дома не придется. На одиннадцать утра у меня назначено собеседование, как раз в надежде получить работу своей мечты. Поэтому в этот час я стояла у окна с чашечкой кофе и надеялась, что к выходу из дома погода улучшится. Но моим мечтам не суждено было сбыться.

Было начало одиннадцатого, а на улице не прекращаясь лил дождь. Складывалось такое впечатление, что люди чем-то прогневали небеса, и они сегодня мстят нам.

Я стояла у зеркала в твидовом костюме студенческих времен и пыталась путем защипов подкладки хоть как-то скрыть, что он мне слегка не по размеру. Дело в том, что это единственный костюм в моем гардеробе, остальные футболки, рубашки и удобные брюки-карго с кучей карманов. Собеседование наметилось неожиданно, и прикупить новый костюм по такому случаю я не успела. В штанах тоже не пойдешь, поэтому, откопав в гардеробе видавший виды костюм, решила, что разок надеть сойдёт. Вторым вопросом на повестке дня стояло, какую подобрать обувь. Туфли лодочки, подходящие к костюму, которые планировала надеть с вечера, не сегодня были не по погоде. Несмотря на свое название, от дорожных рек они меня не спасут. Мой взгляд остановился на красных резиновых сапогах. О да, вот они однозначно сегодня были ходовой обувью, только совершенно не шли к моему образу. Нет, с плащом они будут смотреться идеально, но во время собеседования его придется снять, а костюм и резиновые сапоги… 

Прямо представила, как вваливаюсь в кабинет потенциального босса в ярко-красных резиновых сапогах и свободном твидовом костюме. Да ко мне сразу прикрепится позорное клеймо о профнепригодности! Поразмыслив ещё несколько минут, всё-таки всунула ноги в сапоги, а лодочки положила в пакет. 

– Переобуюсь на месте, – решила я.

Посмотрев в зеркало, убедилась, что мои медные волосы уложены в идеальный пучок, и ни один волосок не смеет покидать положенного ему места. Нацепила на нос очки и покинула квартиру.

Мне повезло, стоило подойти к остановке, как подошёл мой трамвай.

Я поспешила укрыться от непогоды в качающемся салоне. Заплатив за проезд, прошла вконец и, заняв свободное место, стала проигрывать варианты предстоящего собеседования.

Работу мечты, как ее охарактеризовала для себя, я нашла среди многочисленных вакансий на «Профессия. ру». Я даже не ожидала, что такое предложение может быть выложено на просторах интернета. Обычно подобные вакансии не выставляются на всеобщее обозрение. Да и специалистов такого класса принимают по знакомству и рекомендациям. 

И вдруг я натыкаюсь на вакансию по своей специальности, ещё и с высокой заработной платой.

Ах да! Забыла сказать! Я искусствовед. Специализируюсь на предметах старины, древних книгах, античных статуэтках, гравюрах, изделиях из фарфора, меди, серебра и многое другое. 

Также у меня есть диплом реставратора. Я не только могу оценить и классифицировать древний предмет, но и отреставрировать его при необходимости. Именно поэтому я вцепилась в это объявление руками и зубами. Ведь другого варианта в городе, где искусствоведов больше, чем музеев просто нет! Если только идти ассистентом и разбирать хранилища за сущие копейки.

Спустя полчаса, я добралась до нужной остановки. Выйдя из трамвая, с облегчением вздохнула. Успевала. Антикварный салон, где у меня должно было состояться собеседование, находился в старом городе, на узкой пешеходной улочке, с обосновавшимися на ней сувенирными магазинчиками, художественными галереями, театрами и ресторанами. 

Мне оставалось перейти дорогу и по тихим переулкам добежать до нужного адреса, как вдруг откуда ни возьмись, налетел сильный ветер. На мгновение притихший дождь ливанул с утроенной силой. Зонт в моих руках выгнулся в обратную сторону, а в следующий миг, ветер и вовсе вырвал его из моих ослабевших от холода пальцев. За считаные секунды я промокла до нитки. Подслеповато прищурившись, я искала, где можно переждать ливень. Единственное укрытие было на противоположной стороне, и я поспешила на пешеходный переход.

Толком ничего не видя из-за стены дождя, ступила на проезжую часть. В этот момент, словно черт из табакерки, вылетела жёлтая спортивная машина и на полной скорости промчалась мимо, окатив меня грязной водой с головы до ног. И этот отморозок даже не остановился.

– Имбецил стадный! Да чтоб у тебя подвеска полетела и спустило сразу четыре колеса! – гневно сотрясала я воздух, вслед давно скрывшийся машине. 

Захотелось догнать мерзавца и высказать все, что о нем думаю в лицо, потому как грязевое цунами ничуть не улучшило моего вида. 

Теперь я не просто была мокрой мышью, а провинциальной полевкой, приехавшей покорять город. Спереди плащ был в грязных разводах, и под действием дождя, грязевые подтеки стекали по ногам в сапоги. 

Это была катастрофа. До собеседования осталось пятнадцать минут, мне ни за что не успеть привести себя в порядок. Если только попроситься в дамскую комнату в салоне. Приободренная этой мыслью, я под проливным дождем, перескакивая через лужи, помчалась навстречу судьбе.

Петляя по узким с булыжной мостовой переулкам, за десять минут добралась до антикварного салона. Переведя дыхания, я дернула резную ручку двери и с удивлением обнаружила, что последняя заперта. Опешив на секунду, я смотрела на богатую дверь, с трудом сдерживая слезы. Как же так? А собеседование? Затуманенным взглядом справа заметила темную кнопку. 

– Звонок! – радостно произнесла я и надавила. 

Где-то внутри раздался приятный перелив звуков, и мне открыли. На меня смотрел молодой человек в строгом костюме с тщательно уложенными назад волосами. Вероятно, администратор.

– Вы что-то хотели? – с гримасой отвращения спросил он.

– Я на собеседование, – счастливая, что в салоне кто-то есть, и не зря приехала, произнесла я.

– На собеседование? – скептически оглядев меня с головы до ног, спросил он.

– Да, я искусствовед Злата Солнцева! Я вчера звонила по объявлению, и меня на одиннадцать пригласили на собеседование, – на одном дыхании выпалила я, боясь, что перед моим носом захлопнут дверь.

– Да-да, ваше имя значится в списке посетителей, – подтвердил администратор. – Но ваш вид…

– Да, я знаю, – ничуть не смутилась я. Всё-таки моей вины в столь плачевном виде не было, – это все непогода и тот кретин, что окатил меня из лужи.

– Могу я воспользоваться дамской комнатой, чтобы привести себя в порядок перед собеседованием?

– Вы уверены, что вам поможет? – он вновь прошёлся взглядом по моему внешнему виду, на этот раз с сомнением.

– Да! – увереннее, чем чувствовала, произнесла я.

– Хорошо, пойдёмте, я провожу, – пропуская меня в помещения, произнес мужчина. 

Только оказавшись внутри, огляделась. Это была просторная шестиугольная зала с высоким потолком и арочными окнами, украшенными фацетными витражами. Помещение предназначалось для выставок, на это указывали стеклянные витрины, и дополнительное освещение. Вот только экспонатов не наблюдалось, да и вообще зала за исключением стеклянных стендов и нескольких заколоченных ящиков была пуста.

Мужчина провел меня через помещение к арочному проему, прикрытого плотной портьерой. Отодвинув ее, он пропустил меня в небольшой коридор, отделанный деревянными панелями вишневого цвета. Отсюда наверх поднималась винтовая лестница, а под ней была неприметная дверь. Администратор молча указал на нее, намекая, что мне туда.

– И кстати, у вас три минуты! – произнес он, когда я направилась в указанном направлении.

– Простите? – обернулась я и только тут заметила бейдж на его груди, где значилось имя Андрей.

– У вас ровно три минуты до собеседования. Господин Эмбер не любит опоздания.

– Я успею! – произнесла и помчалась в указанном направлении.

В дамской комнате меня ждало поистине страшное потрясение. Шокированная собственным видом, я даже не отдала должное интерьеру, стилизованному под античность. Глядя на себя в зеркало, я поняла, почему администратор смотрел на меня с великим скепсисом. Я была не просто мокрая, с меня буквально лилась вода. Даже удивительно, что вообще на порог пустил.

За то время, пока я петляла по переулкам, дождь смыл с меня всю грязь, которую принесло цунами от автомобиля, что уже порадовало немало. Второй плюс, костюм под плащом не промок, а сапоги, я заменю туфельками, предусмотрительно взятыми с собой. На этом хорошее заканчивалось. Волосы можно было выжимать. Аккуратно скрепленный дома пучок, сейчас под тяжестью воды кренился набок, на лицо выбились несколько прядей, да так и прилипали к коже. Макияж поплыл, и под глазами образовались темные круги, как у панды. 

От разницы температур на улице и в салоне очки запотели. Я спешно их сняла, чтобы протереть, и сразу же пожалела, потому что сквозь запотевшие стекла вид был вполне ещё ничего.

Первое, макияж однозначно придется смывать. Ну и ладно, я же не на свидание пришла. А за очками мои глаза будет на так заметно. 

Второе, хоть чуть-чуть просушить волосы, иначе вода с них зальет костюм.

Третье, собрать их в пучок.

И четвертое, колготки с грязевой росписью придется снять, а запасных у меня нет. И это моветон, но ничего не поделаешь.

Мысленно составив план действий, я принялась его воплощать в жизнь. 

Для начала смыла с лица поплывший макияж. Затем распустила волосы и, схватив бумажные полотенца, стала промокать пряди. В какой-то момент неловко махнув рукой, я сбросила очки с умывальника на пол. Дзинь и стильных очков как не бывало.

– Демоны! – прошипела я. 

От досады на глаза наворачивались слезы. Как будто мало того, что со мной сегодня приключилось, ещё и любимые очки разбила.

Подсушив волосы, я, достав из сумки расческу, с трудом расчесала тяжёлые, мокрые пряди и собрала их на затылке в тугой пучок. В сумке нашла запасные отцовские очки в толстой оправе и с диоптриями. Я таскаю их на всякий пожарный. И вот он настал.

На самом деле, у меня отличное зрение, и очки мне не нужны. Просто в них я произвожу деловой вид. Да и спокойнее как-то за стеклами. Я словно под защитой, а без них все равно, что голая.

В завершение сняла чулки, обула на босые ноги туфли и, убедившись, что теперь мой вид более менее приличный, поспешила из дамской комнаты. 

Конечно же, в три минуты, я не уложилась, о чем свидетельствовали часы в холле и хмурый вид администратора Андрея.

Удивлённо пройдясь по мне взглядом, мужчина произнес:

– Господин Эмбер вас ожидает. Прошу следовать за мной.

А я признаться выдохнула с облегчением, думала, что после всего пережитого меня в итоге выставят на улицу.

В просторную залу мы не вернулись. Андрей подошёл к лестнице и учтиво пропустил меня. Держась за полированные перила, я поднялась на второй этаж. Здесь находилась одна-единственная массивная дверь из красного дерева, а напротив во всю стену расположилось окно, открывающиеся на выставочный зал. Андрей, обогнув меня, подошел к двери и коротко постучал.

– Войдите! – раздался из глубины холодный властный голос, заставивший мороз пройтись по коже.

Не давая времени мне на раздумья, Андрей открыл передо мной дверь. 

Ничего не осталось, кроме как войти и в страхе замереть.

Закрой

Через стекло со сбегающими по нему струями дождя я смотрел на медленно просыпающийся город. Как загорается все больше и больше окон в каменных коробках, подпирающих небеса, которые люди называют домами. 

Ненавижу этот город. За его холодные безвкусные строения, за транспортные средства, создающие много шума, и смог, мешающий дышать, за скудную растительность, отравленную выхлопными газами, за серость, хмурь и уныние. А сегодня ко всему прочему добавился дождь, который, вопреки прогнозам, внезапно зарядил ночью и даже не думал успокаиваться к утру.

Я ненавижу этот город, этот мир, и примитивных людишек, его населяющих!

Боги, как же мне не хватает Диоксатана, с богатой растительностью, что буйными красками украшает его, со свежим горным воздухом, с лёгким постоянно меняющимся бризом. 

Закрываю глаза, и перед внутренним взором проступают зелёные долины, испещренные извилистыми реками, цветущие холмы, Санрок – родовой замок. Мой нос улавливает ароматы родного мира, чувствую порыв ветра под расправленными крыльями и на краткий миг я дома. Но это все лишь плод моей фантазии, воспоминания.

 – Сеймур… – с губ слетает ненавистное имя. Бывший друг, который лишил меня всего, родного мира, родового гнезда и истинной пары…

Вот уже без малого пятьдесят лет благодаря ему я прозябаю в этом отвратительном мирке, без возможности вернуться на родину. Ну ничего, осталось совсем немного потерпеть, и я навсегда покину Землю. Мой амфолит практически восстановился. Ещё несколько месяцев и смогу открыть пространственный портал, и тогда я возвращусь. Для того чтобы вернуть свою жизнь и отомстить! Я убью Сея и заберу истинную пару! Эмили!

Образ прекрасной девушки отразился в окне, как если бы она стояла по ту сторону. Красивая, нежная, бесконечно дорогая. 

Я протянул руку, чтобы коснуться любимых черт, но образ подернулся дымкой, оставив лишь флер воспоминаний.

С силой ударил по стеклу кулаком, словно это оно виновато, что я не могу прикоснуться к своей паре. К счастью, стекло выдержало приступ ярости и не осыпалось градом осколков.

Моя истинная пара, которую я не видел бесконечно длительное время. Интересно, какой она стала, изменилась ли? Пусть на Диоксатане время летит медленнее, чем на Земле, но все равно и там прошло не менее пятнадцати лет.

Вот только мне не даёт покоя мысль, как так произошло, что Эми до сих пор моя истинная? Неужели Сей не закончил обряд единения после того, как избавился от меня. Приревновал девушку, решил, что между нами что-то было? Или Эмили сама отказала этому серебристому ублюдку? Как бы то ни было, но она все ещё моя пара. Об этом говорила метка, которую я по-прежнему чувствую. Да, связь несколько ослабла, вероятно, из-за большого расстояния, но все же она есть. И это даёт мне силы, проживать очередной день в забытом богами техномире. 

Только мысли о паре не позволили сойти с ума и не самоубиться, хотя первое время я пытался. Там на скалах, когда понял, все коварство Сея запереть меня на Земле, я бросался вниз с вышины. Но увы, желание жить оказалось сильнее, и мои крылья помимо воли сами расправлялись, не давая мне разбиться. 

Далеко не сразу я нашел свое место в новом для себя мире. Первые несколько лет скитался по городам, ведя не совсем правильный образ жизни. Зелёный змей стал моим верным спутником и другом. Я ввязывался в драки, пользовался доступными женщинами. Я вытирал ноги о тех, кто проявлял заботу обо мне. И разбивал чужие сердца, так неосмотрительно подаренные мне.

Я не горжусь этой стороной жизни, но она помогла мне утихомирить внутренних демонов и не свихнуться. Лишь через десять лет я, наконец, обрёл свое место на земле. Моя драконья страсть к коллекционированию, отворила для меня новые горизонты. Я открыл антикварный салон, через который ежегодно проходили тысячи артефактов. В своей сокровищнице я прятал то, что приглянулось внутреннему зверю. И перепродавал, что не имело ценности для меня, тем самым обеспечивая себе небедную жизнь.

Но это не давало счастья, а лишь скрашивало ожидание. Я даже не могу обернуться в истинную ипостась без риска быть рассекреченным. Этот технологической мир напичкан всякими средствами слежения, которые тут же меня выдадут. Мне чудом удалось скрыться в прошлый раз, тогда мы с Сеем знатно наследили. Не таясь, мы летали в своих истинных ипостасях, пытаясь убить друг друга, и не задумывались, что можем раскрыть существование драконов.

Хорошей новостью было то, что люди не способны открывать переходы в другие миры, да и доподлинно знать об их существовании. Хотя земные ученые пытались найти жизнь за пределами своего мира. Точнее, надеялись, что она существует. Что ж, пусть ищут дальше. Я им жизнь облегчать уж точно не собираюсь, напротив, всячески буду препятствовать. Как представлю, что людишки наводняют Диоксатан, и начинают строить свои безобразные здания, отвоевывающие у драконов небо, перерывают всю долину в поисках полезных ископаемых, сразу становится дурно. А что им может в голову взбрести по поводу приручения драконов, даже думать не хочу. 

Отвернувшись от ненавистного города, я направился на кухню, где давно попискивала кофемашина, возвещая о том, что мой утренний бодрящий напиток готов. За годы, проведенные на Земле, я освоил местные технологии и успешно пользуюсь ими. 

Отпивая горячий кофе, я открыл свой органайзер. На одиннадцать было запланировано собеседование с соискательницей на должность помощницы. Предыдущая неожиданно меня покинула. Почему неожиданно, да потому что с ее предшественницами, я прощался сам. Одна помощница на десять лет, и я устраивал ей перевод в другой филиал. Либо же девушка не без моей помощи получала предложение, от которого не могла отказаться и покидала меня. Это было необходимо, так как я, в отличие от людей, не старею, и чтобы не вызывать ненужных вопросов, просто периодически меняю персонал. От последней помощницы избавляться не планировал, хоть она и прослужила у меня уже с десяток лет, а все потому, что знал, мое заточение на Земле подходит к концу. Но Юля сама покинула меня, решив обзавестись потомством. Девушка работала до последнего и только когда стало тяжело, вышла в декрет, а я остался без помощницы. 

Новую найти оказалось не так просто. Те, кто посмышлёнее, давно нашли свое место в государственных музеях и у частных антикваров. Не надеясь на успех, подал объявление в интернете. В тот же день на него откликнулась какая-то девица, скорее всего, бестолковая, иначе бы давно уже была пристроена. Но в моем положении не до привередства. Через две недели выставка, и помощница мне нужна как воздух, поэтому назначил девушке собеседование. Если способная научу всем тонкостям, нет, так отправлю на четыре стороны.

Допив кофе, я взял ключи от машины, куртку и покинул квартиру.

Дождь ни на секунду не переставал, напротив, он припустил ещё пуще прежнего. Из-за воды, непрерывным потоком льющейся по лобовому стеклу, дорогу было практически не видно. Но это совершенно не мешало мне гнать на пределе спидометра. Женщину, вылезшую на дорогу, увидел в последний момент. И хвала своей врожденной реакции мне удалось вильнуть влево, не задев ненормальную. Правда, поток грязной воды из-под колес обдал ее с головы до ног. Ну да главное жива, а то потом разбирайся с представителями власти.

Баба тем временем что-то кричала мне вслед, потрясая кулаком. Дура, только что избежала смерти и орет. И знала бы на кого! Я же ее одним движением могу стереть в порошок.

Припарковавшись, я через запасный выход вошёл в салон, где царила тишина, а в воздухе витал запах антиквариата. Своим тонким слухом уловил движение в выставочном зале.

– Андрей?

– Закарий Матвеевич, добрый день! – поспешил мне навстречу администратор. А я скривился, как будто проглотил кислый лимон. Ненавижу! Сеймур даже имени меня лишил! Закрой в этом мире звучит нелепо, поэтому и пришлось взять созвучное, ещё и отчество добавилось, но хоть имя рода оставил.

– Судя по погоде, он далеко не добрый, – в ответ на приветствие буркнул я.

– Какие-нибудь указания? – поинтересовался парень. 

Мои служащие знали, что характер у меня не из лёгких, и пустые разговоры я не веду, только по делу.

– Да, в одиннадцать должна подойти девушка на собеседование, какая-то Солнцева. Проводи ее сразу ко мне. И принеси кофе, пожалуйста.

Не дожидаясь ответа, я направился в свой кабинет.

– Хорошо, Закарий Матвеевич! – донеслось мне в спину.

Погрузившись в изучение древнего манускрипта, который недавно выкупил из частной коллекции, я совершенно забыл о времени. Только закончив перевод очередной главы, отвлекся, чтобы посмотреть на часы.

Соискательница опаздывала на десять минут. С силой сжал кулаки. Ненавижу людей, которые не ценят чужое время. И почему-то эти жалкие людишки считают, что могут опоздать на встречу на несколько минут, на полчаса, час, и их непременно с радостью примут? Конечно, у меня же нет больше дел, только как ждать их!

Послышался звук шагов по лестнице, и спустя мгновение в дверь постучали.

– Закарий Матвеевич, ваш кофе! – возвестил администратор, внося поднос.

– Спасибо, поставь на чайный столик, – кивнул я в сторону окна.

– Закарий Матвеевич, госпожа Солнцева…

– Гони ее в шею! – отчеканил я и снова вернулся к древнему манускрипту. – Нет у меня времени на эту легкомысленную девицу!

– Эээм… – протянул парень.

– Ну что ещё? – раздраженно бросил я.

– Дело в том, что девушка давно здесь…

– Так почему ты не проводил ее? – холодно вопросил я, отрываясь от антиквариата.

– Видите ли, Закарий Матвеевич, не все имеют возможность передвигаться на личном автомобиле, а погода, сами видите, сегодня не очень. 

– Ты взялся меня поучать? – мой голос стал напоминать лёд.

– Нет, прошу прощения! Просто я пытаюсь объяснить, что девушка, пока добиралась до салона, сильно промокла, и, похоже, ее окатила грязью какая-то машина. Чтобы предстать перед вами в подобающем виде, она попросилась в дамскую комнату. 

– И что она там пропала? Или ей моя помощь нужна? – зло спросил я.

– Нет, она уже выходит.

– Хорошо, так уж и быть, я приму ее, раз она здесь! – произнес я, вспоминая, как сам мене часа назад, окатил какую-то бабу. – Но поторопи ее!

Спустя несколько мгновений в дверь постучали и на мое разрешение войти, на пороге появилась хрупкая женская фигура.

Соискательница была молода и невзрачна, в дешевом твидовом костюме, который был ей великоват, размера на два, и классических туфлях лодочках. А вот про колготки девица забыла или не надела их принципиально. Отсутствие данного предмета одежды вызвало у меня чувство неприязни. 

Мокрые и поэтому непонятно какого оттенка волосы были настолько туго собраны на затылке в пучок, что светло-коричневые брови покинули свое естественное географическое месторасположение, переместившись выше. На лице, лишенном всякой косметики, красовались очки в толстой оправе, делая свою далеко не симпатичную хозяйку ещё более непривлекательной. Единственным, что притягивало взгляд к ее лицу, были ярко-алые, чувственные губы. 

– Вы опоздали! – холодно произнес я, отчего Злата, а именно так звали девушку, вздрогнула. На ее лице явственно проступил испуг, и она сделала шаг назад.

Желание сбежать из моего кабинета у нее возникло, стоило переступить порог. Сейчас же оно переросло в жизненную необходимость. Но дверь отрезала ей путь к отступлению, что девушка поняла, уперевшись лопатками в твердую поверхность. Только здесь она сообразила, как смотрится со стороны ее поведение, и, взяв себя в руки, проговорила:

– Извините, у меня возникли форс-мажорные обстоятельства. 

Хотела произнести с вызовом, вон как подбородок высоко вздернула, но голос подвел, и до меня долетел тихий лепет.

Она напоминала маленького замерзшего воробья, такого же нахохлившегося и готового сражаться.

Что же попытка была засчитана, зубки у этого недоразумения есть. 

Присмотревшись внимательнее, понял, что пучок на голове девушки мне знаком. Мысленно накинул несуразный плащ.

Там на дороге колеса моей машины именно ее окатили грязной жижей. Из-за пелены дождя я плохо рассмотрел потерпевшую, но этот пучок на голове и старый плащ, ввели меня в заблуждение. Не бабка была на дороге, а Злата Солнцева. И именно она потрясала мне вслед кулаком. Да, зубки у нас определенно имеются. Хотя с такой внешностью только зубами и вырывать удачу у судьбы.

– Вижу, я ваш форс-мажор, поэтому и дам второй шанс! – проявил великодушие, всё-таки девушка из-за меня опоздала. Но сразу поспешил предупредить. – Но имейте в виду, не выношу опозданий! Человек, который не может явиться в назначенное время, мне неинтересен, ни как личность, ни как работник! 

Злата раскрыла рот, попытавшись, что-то сказать в свое оправдание, но я не дал ей этого сделать, грубо отрезав:

– Давайте, что у вас там? У меня совершенно нет времени слушать ваши оправдания!

Очень медленно, словно нехотя, Злата подошла к моему столу и также нерешительно протянула документы. При этом девушка смотрела куда угодно, только не на меня. Я же сразу отметил, что она предпочитает не встречаться со мной взглядом. Что это страх или она пытается что-то утаить? 

Я протянул руку за документами и, беря их, умышленно коснулся тонких холодных пальцев. Злата вздрогнула и, одернув руку, прижала ее к себе, на этот раз смотря на свои пальцы и вновь игнорируя меня. 

Ничего не говоря, я впился взглядом в бумаги. Документы девушки были впечатляющие. Диплом об окончании университета культуры, по специальности искусствовед, с отличием. Свидетельства о краткосрочных курсах, таких как: галерейное дело, консервация и реставрация архитектурных памятников искусства, экспертиза, история зарубежного искусства семнадцатого — восемнадцатого века и это ещё не всё. Злата стажировалась у великих мастеров Европы, и один из ведущих реставраторов Италии дал ей блестящим рекомендации. По мере ознакомления с резюме Златы, мои брови поднимались все выше и выше.

 «И такой ценный кадр до сих пор без работы?» – вертелся на языке вопрос. Но вслух я произнес:

– Скажете, Злата, как при таком блестящем образовании, вы оказались без работы?

– Я долгое время жила в Европе, там набиралась опыта. А на родину вернулась все лишь неделю назад. Как раз хотела начать отправлять резюме по музеям, когда наткнулась на ваше объявление. Решила позвонить, вдруг удача на моей стороне, – все так же не глядя на меня, ответила девушка.

– А что в Европе вам не предложили остаться? Там хорошие специалисты высоко ценятся.

– Предлагали, но обстоятельства заставили меня вернуться на родину, – совсем тихо произнесла девушка.

– Что за обстоятельства? – проявил любопытство.

– Личные! – неожиданно твердо ответила она.

– Хм, что ж, если вы хотя бы наполовину так хороши, как вас восхваляют ваши документы, то моя удача, наконец, совершила разворот на сто восемьдесят градусов. И теперь я могу лицезреть не только ее ж… Простите, – осекся я. – Итак, Злата, вакансия ваша. Испытательный срок — три недели, оплата за этот период будет пятьдесят процентов. Если пройдете его, зарплата вырастет вдвое.

– Почему такой короткий испытательный срок? – хмуро произнесла Злата и, наконец, посмотрела на меня. 

На миг наши взгляды встретились. Но за выпуклыми линзами очков я не смог заглянуть в душу девушки. Да даже определить цвет глаз было невозможно. А в следующую секунду она отвела взгляд, уставившись куда-то повыше моего плеча.

– Видите ли, Злата, через две недели у меня намечается грандиозная выставка, если вы справляетесь, и она пройдет на ура, место ваше. Нет, тогда извините.

– Понятно, – задумчиво произнесла она.

– Ну так что, вы согласны?

– Да, – после минутного колебания ответила девушка.

– Отлично! Тогда жду вас завтра к девяти в салоне, буду вводить в курс дела. Сегодня же отправляйтесь домой, не хватало, чтобы вы разболелись, не успев устроиться на работу.

– До завтра, господин Эмбер, – открыв дверь, произнесла девушка.

– Да, и не забывайте, что я не терплю опозданий!

– Я помню.

Злата

За столом сидел мужчина. Даже в таком положении было видно, насколько он высок, широкие плечи, сильные руки. Движения его плавные, четкие, выверенные, как у хищника, загоняющего свою добычу. 

Черты лица жёсткие: прямой лоб, высокие скулы, квадратная челюсть, все словно высеченное из скалы. И глаза, странные, прищуренные, холодные, как у змеи. Они насквозь пронзают меня своим тяжёлым, немигающим взглядом, от которого мурашки по всему телу. 

Инстинкты буквально кричат: 

«Беги, Злата! Беги, не раздумывая!»

И я готова последовать их совету, но сделав шаг назад, спиной почувствовала препятствие. Администратор, впустив в кабинет, услужливо прикрыл за мной дверь. Я оказалась в ловушке с хищником, и только что, она захлопнулась.

Зверь! Ему идеально подходило это прозвище. Сильный, ловкий, опасный, хитрый, вот что приходит в голову, глядя на хозяина кабинета. 

– Вы опоздали! – то ли произнес, то ли выплюнул холодный голос.

– Извините, форс-мажорные обстоятельства, – тихо пропищала я.

Непривычно светлые, в тон золотистым собранным в хвост волосам брови озадаченно изогнулись. Меня пробуравили взглядом, после чего мужчина процедил:

– Вижу, я ваш форс-мажор, поэтому и дал вам второй шанс. Но имейте в виду, не выношу опозданий! Человек, который не может явиться в назначенное время, мне неинтересен, ни как личность, ни как работник! 

– Я… – хотела заверить, что обычно не имею привычки опаздывать, но меня невежливо перебили. Вытянув загорелую ладонь с длинными пальцами, господин Эмбер произнес:

– Давайте, что у вас там? У меня совершенно нет времени слушать ваши оправдания!

От такой резкости я опешила. Не было никакого желания подходить ближе. Господин Эмбер не просто пугал, он вгонял меня в ужас. Хотелось развернуться и бежать без оглядки. 

«Зачем я вообще сюда пришла?» 

В глубине души начала надеяться, что я не подойду и мне укажут на дверь.

На ватных ногах, пересиливая себя, подошла к массивному столу и, не глядя на мужчину, протянула документы.

Голова начала раскалываться из-за отцовских очков, с линзами на минус три. Оттого что все расплывалось, приходилось все время смотреть в сторону.

Сильно стянутые на затылке волосы тоже не добавляли комфорта. Ещё и нервное напряжение сказывалось. Ко всему прочему я почувствовала, что замерзла. В салоне было нежарко, а я с мокрыми волосами. 

В этот момент сильная рука коснулась моих холодных, подрагивающих пальцев, и я вздрогнула, как от удара. Меня словно пронзило огненной волной, заставив забыть о холоде. Я отдёрнула руку и отступила на шаг от стола, по-прежнему чувствуя на себе взгляд мужчины. Сама же на господина Эмбера предпочла не смотреть. Он откровенно подавлял своей энергетикой и властностью.

Не знаю, что мужчина хотел прочитать на моем лице и удалось ли ему это. Не дождавшись от меня никакой реакции, он принялся изучать документы, а я украдкой его рассматривать.

По мере прочтения списка моих навыков, лицо мужчины незаметно менялось. Сначала стала уходить отчужденность, а жесткость постепенно вытесняло удивление. Это я поняла по приподнятым золотистым бровям. Все-таки странные они у него, слишком светлые. Обычно брови на несколько тонов темнее волос, у Эмбера же они одного оттенка. 

– Скажете, Злата, – оторвавшись от бумаг, произнес мужчина.

Прищур, которым он меня встретил, разгладился, и я на миг заглянула в его необычные небесно-голубые глаза. Они были такие яркие, пронзительные и притягательные. Как омут, затягивали вглубь. 

– Как при таком блестящем образовании, вы оказались без работы? – сквозь толщу воды донеслось до меня.

Стряхнув наваждение, я поспешно отвела взгляд и попыталась взять себя в руки. Со мной происходило что-то странное, в голове гудело, в теле появилась слабость, а перед глазами все плыло. Эмбер, похоже, не заметил моей реакции на него и терпеливо ждал ответа.

– Я долгое время жила в Европе, набиралась опыта, – поборов странные ощущения, произнесла я. – А на родину вернулась все лишь неделю назад. Как раз хотела начать рассылать резюме по музеям, когда наткнулась на ваше объявление. Вот решила позвонить, вдруг удача на моей стороне. 

Теперь я смотрела куда угодно, только не на мужчину. Как-то неправильно он действует на мои расшатавшиеся нервы, то вызывает неописуемый страх, то кружит голову не хуже карусели.

– А что в Европе вам не предложили остаться? Там хорошие специалисты высоко ценятся.

– Предлагали, но обстоятельства заставили меня вернуться на родину, – вспомнив их, я даже забыла о недавнем инциденте. 

– Что за обстоятельства? – тут же ухватился Эмбер.

– Личные! – резко, давая понять, что не хочу это обсуждать, ответила я.

Ситуация была настолько отвратительная, что заставила меня буквально бежать из Италии, не попрощавшись с друзьями. Единственным, кого я предупредила, что уезжаю, был мой учитель и наставник. Именно он мне и дал рекомендации. 

– Хм, что ж, если вы хотя бы наполовину так хороши, как вас восхваляют ваши документы. То моя удача, наконец, совершила разворот на сто восемьдесят градусов, и теперь я могу лицезреть не только ее ж… – выпалил мужчина и тут же оборвал себя. – Простите!

Погруженная в болезненные воспоминания, я не обратила внимание на его слова, поэтому даже не сразу поняла, к чему эти извинения. Эмбер тем временем продолжил:

– Злата, вы мне подходите. Я беру вас с испытательным сроком на три недели. Пройдете его, добро пожаловать в мой салон! Да, должен заметить, что на время испытательного срока, оплата только половина оклада. После успешного его окончания зарплата вырастет вдвое.

Меня насторожил столь короткий испытательный срок, обычно на него отводится не менее трёх месяцев, но чтоб три недели! Да за это время едва сможешь ориентироваться в салоне, не то что ознакомиться с коллекцией. Я уж не говорю о том, чтобы что-то классифицировать или отреставрировать предметы искусства. 

– Почему такой короткий испытательный срок?

– Видите ли, Злата, через две недели у меня намечается грандиозная выставка, если вы справитесь, и она пройдет на ура, место ваше на постоянной основе. Нет, тогда извините.

А вот это мне совсем уж не понравилось. Так, нечестные антикварные дельцы любят обманывать начинающих искусствоведов. После окончания учебы вчерашние студенты академии искусств, ради опыта и рекомендаций соглашаются на любую халтуру. Устраиваясь к частным антикварам, они выполняют, все, что на них взвалят.

Задерживаются на работе после завершения официального времени, из кожи вон лезут, чтобы все было идеально, а по итогу остаются не с чем. Потому как только они выполнят всю работу, их кидают, прикрываясь тем самый испытательным сроком, который якобы не прошли. И хорошо, если оплатят их труд, а то так и вышвырнут без гроша и рекомендаций.

Вот и Эмбер собрался проверить мои навыки на предстоящей выставке. Испытание пройду, добро пожаловать. Нет, до свидания!

То, что справлюсь, притом великолепно, я не сомневалась. Но где гарантии, что мужчина не бросит меня, как нечистые на руку антиквары? Ему ничего не стоит заявить, что выставка провалилась по моей вине.

Червячок сомнения начал подтачивать мое желание согласиться на предложенные условия. Хотя поразмыслив немного, пришла к выводу. Если Эмбер меня кинет, в итоге ничего не потеряю, только деньги и время.

Здравый же смысл настоятельно советовал бежать от господина Эмбера и от его предложения как можно дальше. И не оглядываясь. Когда боишься работодателя, какая может с ним быть работа? Но скажите, кто хоть раз слушал здравый смысл? Вот и я вопреки всем аргументам и предчувствиям ответила согласием.

– Отлично! Тогда жду вас завтра к девяти в салоне. Буду вводить в курс дела. Сегодня же отправляйтесь домой. Не хватало, чтобы вы разболелись, не успев устроиться на работу, – произнес этот странный мужчина.

Попрощавшись, с огромным удовольствием покинула кабинет и его хозяина. Всё-таки тяжелое впечатление производит господин Эмбер. Может, он энергетический вампир?

Внизу меня дожидался администратор Андрей с моими вещами, глянув на которые захотелось их выкинуть. Мокрый плащ и полные воды сапоги, никак не вызывали желание их надеть. И да, как заметил Эмбер, у меня были все основания заболеть.

К сожалению, за окном по-прежнему лил, не переставая, дождь. А мои костюм и туфли навряд ли защитят меня от ледяных струй.

– Тебя можно поздравить? – отвлек меня от созерцания водного апокалипсиса Андрей.

– С чем? – не поняла я.

– Господин Эмбер взял тебя на работу.

– Ага, на испытательный срок, – решила уточнить.

– Ты смекалистая, вон как шустро обыграла бедствие, которое с тобой сотворила непогода, так что справишься! А хозяин толковых любит, считай, работа твоя.

– Спасибо, – поблагодарила я парня за поддержку. Раз администратор так отзывается о хозяине, значит, работодатель честный, и не кинет меня после испытательного срока.

– Я тебе такси вызвал, – смущаясь, произнес он. – А то в твоих стильных лодочках только на дно идти. 

Усмехнувшись его верному замечанию, я произнесла:

– Я твоя должница!

И взяв свои вещи, покинула антикварный салон. 

Злата 

Оказавшись дома, первым делом отправилась принимать душ.

Я не менее получаса стояла под горячими струями, в мыслях проигрывая сегодняшнее собеседование. Вроде бы все складывалось замечательно, меня взяли, хоть и с испытательным сроком. И место отличное, но беспокойство, связанное с хозяином салона, не давало порадоваться. А чувство самосохранения нашептывало, нет, кричало не появляться больше в антикварном салоне и избегать его хозяина. Кстати, последний упорно не выходил из головы.

Сейчас, когда его нет в непосредственной близости, я не могу сказать, что меня в нем так насторожило. Обычный мужчина, да властный, да жесткий, как и большинство власть имеющих не лишён самодурства, но почему я отреагировала на него ледяным ужасом, ответить не могу. И с чего я его назвала зверем? Никогда раньше, даже в школьные годы, я никого не обзывала и тем более не придумывала кличек. А тут ни с того ни с сего всплыло это «зверь» и прочно осело в моей голове.

Выключив воду, закуталась в полотенце и вышла из ванной. Через десять минут я сидела в гостиной до самого носа укатанная в тёплый плед с чашкой обжигающе горячего чая с малиной и шерстила интернет. 

Находясь под впечатлением от господина Эмбера, я решила узнать о нем больше.

Закарий Эмбер тридцати пять лет от роду был антикваром в третьем поколении. Начало бизнесу положил его дед, тоже, кстати, Закари Эмбер. Вообще, у моего нового начальника оказалась интересная родословная. Происходил он из древнего, но обедневшего русского рода Кавериных. Его предки владели имением в Твери и ничем особым не отличались. Как и все дворяне, того времени, любили вращаться в высшем свете, устраивать рауты и приемы. В девятнадцатом веке прапрадед молодого Эмбера, служил послом в восточной Пруссии и, как говорится, в нужное время оказался в нужном месте. А именно прогуливаясь по набережной реки, стал свидетелем, как тонет мальчишка, лет десяти. Не раздумывая, пращур моего начальника бросился в воду и спас утопающего. Парнишка оказался единственным сыном и наследником местного дворянина, надо отметить, довольно состоятельного. Расчувствовавшийся и до бесконечности благодарный прусс одарил спасителя одним из своих янтарных карьеров. 

С тех пор дела Кавериных пошли в гору, кроме старинного рода, у них появились и деньги. Перво-наперво они восстановили свое имение в Твери, потом приобрели недвижимость в столице и стали вливаться в высшее общество. Рауты и приемы своего уезда уже были недостойны их положения.

В десятых годах двадцатого столетия, прадед Эмбера младшего, тогда ещё молодой парень Андрэ Каверин, чтобы доказать своему отцу, что он взрослый и вполне способен самостоятельно вести семейный бизнес, покидает царскую Россию. Юноша отправляется в Пруссию, чтобы управлять янтарным карьером, с чем вполне успешно справляется. Там же молодой человек встречает и свою судьбу, прекрасную Алоисию Эмбер. Пара не стала долго тянуть и обвенчалась. 

Но счастье было недолгим. Вскоре разгорелась Первая мировая война. Каверину младшему вместе с супругой, и к тому времени появившемуся первенцу, которого назвали Захарий, пришлось оставить янтарный карьер и спешно покинуть Пруссию. 

Но и по возвращении в Россию о спокойствии и мире нечего было думать. Мало того что родина также была втянута в войну. В самой стране начались недовольства и волнения, результатом которого стало свержение монархии. 

Младший Каверин, наслушавшись пропагандистских речей и лозунгов, свергнуть самодержавие и искоренить дворянство как класс, стал подумывать об эмиграции с семьёй в Америку. Отец и братья Андрея до последнего верили в победу монархии, и покидать Россию не спешили, как бы он не уговаривал. 

Незадолго до революции семнадцатого года, Андрэ с Алоисией и с двумя детьми покинул родину навсегда. Уже в Америке он узнал о событиях в Российской империи, о гибели семьи, о гонениях и угнетениям, которым подвергались дворяне. 

Желая оставить все в прошлом и обезопасить семью, Андрей взял фамилию жены Эмбер. Так, род Кавериных стал Эмбер. 

В Америку Андрей приехал не с пустыми руками, янтарь, которым славится земля его жены, он вывез с собой. И уже на новом месте смог сделать выгодные вложения и не просто сохранить, но и приумножить капитал. 

Сын Закари, сократив свое имя до американского Зак, стал антикваром. Коллекционировать предметы старины, стало его хобби, которое он сделал профессией. Открыл первый антикварный салон. Потом семейный бизнес перешел в руки сына – Матео, расширившего его. Филиалы были открыты в нескольких странах и функционируют до сих пор. 

Ну а продолжателем семейного бизнеса стал внук, которого назвали в честь деда. 

Кстати, о внуке. Эмбер младший оказался отличным бизнесменом и значительно приумножил семейный бизнес. Открыл ещё несколько антикварных салонов в Европе. А вот осесть решил в России, видимо, корни дают знать. Таким образом, к своим тридцати пяти годам, Захарий Эмбер входит в двадцатку богатых людей мира. Не женат, чем успешно пользуется, меняя пассий раз в месяц, а то и чаще. Об этом свидетельствуют фотографии с различных приемов и благотворительных вечеров, где под ручку с господином Эмбер можно увидеть блондинку, брюнетку, шатенку и не только. Девушки, уверенные в своей исключительности и невероятной удаче, ещё бы покорить такого красавчика, чуть ли не из платьев выскакивают, демонстрируя свои достоинства. А вот сам Закарий фотографироваться, судя по всему, не любит. 

На всех снимках, которыми пестрит интернет, его можно увидеть со спины, вполоборота, скрывающегося в тени блеска своих спутниц. Но нет ни одной фотографии, где бы его лицо было запечатлено в анфас. Такое ощущение, что мужчина чувствует папарацци. Как только они приближаются к нему с целью сделать кадр, Эмбер занимает неудачный ракурс.

Но даже по тем смазанным в профиль снимкам видно, насколько хорош мужчина. Высокий, статный, уверенный в себе, с аурой власти. И как жалко смотрятся на его фоне остальные представители мужской половины человечества.

Когда знакомилась с историей семьи Кавериных-Эмбер, удалось найти чёрно-белый снимок, из газетной вырезки, на котором был запечатлен Закари. Однако заголовок гласил, что это Маттео Эмбер – его отец. И вот если бы не эта надпись, я голову готова дать на отсечение, что на снимке изображён Закари, до того они похожи, да нет, идентичны! Встречала, конечно, когда в семье сын вылитый отец, но чтобы настолько. Сколько бы я ни всматривалась в старое фото, мне упорно казалось, что на меня смотрит Закари, своими прищуренными голубыми глазами, а на его щеках играют желваки недовольства. И вновь по телу побежали паникующее мурашки, этот взгляд, он даже с фотографии вызывал дикий ужас.

Закрыв ноутбук, я отложила его в сторону.

– Хватит перед сном историй об опасных хищниках, тьфу ты мужчинах! – произнесла я и рассмеялась до того абсурдным сейчас казались мои ощущения и предвзятое отношение относительно нового начальника. 

Часы показывали начало двенадцатого. Если хочу завтра вовремя явиться в салон, мне следует идти в кроватку, но перед этим, стоит подобрать себе костюм на завтра. 
Дорогие читатели, сегодня хочу порекомендовать новинку Ингриды Пюри

Попала в другой мир и стала гарпией - поступила в местную академию для попаданок.

Встретила дракона - постараюсь от него избавиться, потому что я для него лёгкая добыча. Неблагородная сущность.

Лапы прочь от меня, дракон!

Закрой

Было без четверти девять, когда я вошёл в салон через задний вход. В хранилище горел верхний свет, а это значило, что Андрей уже на месте. 

Пройдя в свой кабинет, оставил дверь открытой. Сегодня первый рабочий день у новой помощницы, и хотелось знать, во сколько девица явится. То, что на рабочем месте нужно быть за пятнадцать минут, она, похоже, не слышала или проигнорировала, или в принципе не пунктуальна. Как бы то ни было, девушки в салоне не было, иначе Андрей вместо того, чтобы напевать очередную безвкусную поп-новинку, вводил бы ее в курс дела.

Я достал бумаги и ещё раз проверил, все ли доставили к предстоящей выставке. К ней я готовился последние два года, разыскивал и собирал экспонаты, интриговал крупных коллекционеров, размещая в журналах краткие заметки о собранной коллекции и, что собираюсь в скором времени ее выставить. В моих планах было сорвать крупный куш. Все эти экспонаты представляли для меня ценность исключительно в денежном эквиваленте. Те же редкости, которые были дороги дракону, хранились в тайниках, и никто и никогда их уже не увидит. Одним словом – МОЁ!

Когда оторвался от бумаг, часы показывали десять минут десятого, я девицы так и не было. 

Отодвинув кресло, я встал и решительно направился в хранилище. 

Андрей стоял у консольного столика с кариатидами и что-то рассказывал, склонившейся над антиквариатом девице. Похоже, парень снова решил впечатлить понравившуюся девушку древними артефактами. Да мой администратор периодически этим грешил, хвастался подружкам, что работает в антикварном салоне, и водил их на экскурсию. 

Помощницы не наблюдалось.

– Андрей, – привлек я внимание администратора.

– Доброе утро, Закарий Матвеевич, вы что-то хотели?

– Да, если эта Солнцева, все-таки решит показаться в салоне, гони ее в шею! Время десятый час, а ее все нет! Я вчера пошел на уступки в связи с погодными условиями, но ежедневно терпеть опоздания я не намерен. Если она не заинтересована в работе, я найду другую помощницу! – выпалил я и развернулся в сторону кабинета.

– Ааа… – только и протянул администратор.

Зато другой голос заставил меня остановиться, а потом и обернуться.

– Эта Солнцева уже давно на рабочем месте, и она вполне заинтересована.

На меня смотрела маленькая фурия в модном брючном костюме, подчеркивающим ее стройную, округлую в пикантных местах фигуру. Ее густые золотисто-медового оттенка волосы были заплетены в сложную косу, перекинутую на плечо. Лицо сердечком с гордо вздернутым носиком сегодня украшали стильные очки в тонкой оправе. Глаз девушки за стеклами по-прежнему было не разглядеть, но хоть теперь они не вызывали головную боль при попытке через них что-либо рассмотреть. И вот эта стильная красотка, ну ни капли не походила на вчерашнюю мокрую тетеху. Только голос был ее.

– Злата Солнцева? – уточнил я, приближаясь к служащим.

– Да, Закарий Матвеевич, доброе утро! – почему-то нервно ответила она и потупила взор.

Хотя я же только что из-за ничего вызверился в ее адрес. Другая бы, уже уносила ноги отсюда подальше.

Но демоны побери, как же ей идёт и ее имя, и фамилия! Злата Солнцева, только произнося их, я увидел до чего же девушка солнечная. Вчера мокрая, в несуразной одежде она казалась старше и не такой завораживающе прекрасной. 

Стало интересно, какого цвета у девушки глаза, голубые, как небо над родовым замком Эмбер или зелёные, как долины Диоксатана. Но девушка упорно отводила взгляд. Ее интересовали фарфор девятнадцатого века, изделия из серебра, средневековое оружие, только не я. Даже когда обращалась непосредственно ко мне, взгляд ее был устремлён в сторону.

Как же хотелось подойти, снять с нее очки и заставить посмотреть себе в глаза.

– Доброе утро, извините, не узнал. Сухая вы выглядите иначе, – ляпнул первое, что пришло в голову.

– Спасибо.

– Я рад, что вы пришли вовремя. Смотрю, Андрей уже начал вводить вас в курс дела. Много успели осмотреть?

– Нет, мы только начали, но я уже хочу сказать. У вас потрясающая коллекция! Я никогда не видела столько древних ценностей в одном месте! Наверно, жаль будет с ней расставаться? Это же работа не одного года! 

– Спасибо, Злата. На собрание этой коллекции я потратил два года. Что касается, жаль ли будет с ней расстаться? Нет, это бизнес! Да, предметы редки и ценны, но их хозяин не я. То, что ценно для меня, храниться в личной коллекции и большим покупателям не показывается. 

– Понятно.

– Если вы, Злата, готовы, пройдемте, я вам все покажу и обозначу фронт вашей работы.

Мы прошли в демонстрационный зал, и я рассказал девушке, какие экспонаты хранятся в ещё не распакованных коробках. Обрисовал свое видение, где что стоит разместить, и попросил девушку представить ее план-локацию экспонатов. 

– Когда будете вскрывать коробки, нужно проверить каждый предмет на наличие повреждений и, конечно же, оценить их. Справитесь?

– Конечно, Закарий Матвеевич. Я неоднократно этим занималась, – скромно улыбаясь, произнесла Злата, как всегда, глядя в сторону.

– Да, некоторые экспонаты довольно тяжёлые, поэтому смело привлекайте Андрея.

– Хорошо.

– А теперь, Злата, пойдёмте в мой кабинет, там хранятся документы по всем предметам, – произнес я и отступил, пропуская девушку.

И вновь даже не посмотрев на меня, она направилась в сторону кабинета. Откровенно такое поведение начинало раздражать, нет бесить!

Глаза — зеркало души, заглянув в них, можно узнать внутренний мир человека, а порой найти самое ценное в жизни. Как не дракону знать об этом. 

Злата притягивала, интриговала, завораживала. Она словно солнечный лучик, заглянувший в мой салон. Хотелось потрогать ее и убедиться, что она, действительно, такая же теплая, как кажется. Распустить густые волосы и запутаться пальцами в медовых прядях. Зарыться носом и почувствовать аромат цветов, что растут на Диоксатане. Почему-то была уверенность, что они пахнут домом. И нестерпимо хотелось заглянуть в ее глаза, раскрыть тайны, проникнуть в мысли, чтобы выведать секреты. Но девушка упорно не поднимала на меня взгляда, отчего неимоверно злила. Злата или что-то скрывала или боялась меня. Что бесило больше, пока не мог понять.

– Проходи, присаживайся! Злата, надеюсь, не против, если я для удобства перейду на ты.

– Не против, Закарий Матвеевич, – и опять этот взгляд на сцепленные руки.

– Отлично! – процедил я. – Чай, кофе?

– Спасибо, но…

– Злата, мы с тобой уже больше трёх часов ходили по залам и вполне заслужили небольшой перерыв. Тем более я смогу продолжить вводить тебя в курс дела, – сразу сообразил, что она пытается отказаться.

– Кофе, если можно.

– Сливки, сахар?

– Да пожалуйста.

Поставив перед девушкой ее кофе и взяв свою кружку, я сел в кресло.

– Держите, это краткая характеристика экспонатов для выставки. В зелёной папке экспонаты из хранилища, в жёлтой те, что находятся в коробках в зале.

Девушка взяла протянутые папки, открыла верхнюю и стала изучать содержимое. А я принялся ее разглядывать. Длинные, тонкие пальцы, лишенные украшений, с овальными коротко подстриженными ноготками, покрытыми бледно-розовым лаком. Тонкие девичьи запястья с браслетом от часов на левой руке и цепочкой с каким-то кулоном на правой. Выразительные черты лица, каштановые брови, пушистые ресницы, отбрасывающие густые тени на веки. И только ее глаза по-прежнему оставались для меня загадкой.

– Мне надо будет составить каталог? – не отрываясь от изучения, спросила она, а я едва не зарычал от раздражения.

– Да, но сначала нужно будет распаковать все экспонаты, убедиться, что все они в целостности и их можно выставить. Потом определиться, где что будет расположено. И только после составить музейный проспект, чтобы коллекционеры заранее знали, что мы собираемся показать и где можно найти заинтересовавшую вещь. Эту папку можете взять домой, чтобы все более детально изучить и выучить основные данные.

– Хорошо, – прикрывая папку, произнесла девушка.

– У вас есть вопросы по поводу выставки?

– Нет.

– Тогда не буду вас задерживать. Можете приступать к работе.