Измена. Чтобы разлюбить

Я потеряла кольцо в день свадьбы.

Прямо у алтаря.

Филипп смотрел на меня с жалостью и разочарованно качал головой. Чего ещё ждать от такой недотёпы и неумехи? Ты неудачница, Ида. Ты никому не нужна, смирись.

И повернулся, чтобы уйти.

Я плакала, хватала его за одежду. Умоляла подождать, не бросать меня - я обязательно найду кольцо! И лихорадочно оглядывалась, всматриваясь в окружающие лица. Может быть, кто-то видел? Поможет мне?

Но все они глумливо улыбались и повторяли за женихом: "Неудачница! Неудачница!"

Поздно. Всё бесполезно. Опять, в который раз!

Настойчивый звук будильника выдернул меня из очередного кошмара.

Сердце колотилось, как ненормальное, щёки были мокрые от слёз.

Сколько можно! Прошло четыре года, как мы расстались и мы никогда не стояли у алтаря, а мне регулярно снится такое вот… неслучившееся.

Ненавижу его за это.

Бывший во сне - плохая примета.

И наяву тоже.

Я резко вспомнила, что сегодня нас просили прийти пораньше и, роняя вещи, обжигаясь кофе и путаясь в рукавах, стала собираться на работу. На ходу проверила ключи, мазнула по зеркалу мимолётным взглядом - накраситься я уже не успевала - и помчалась в офис.

Просторный зал был почти заполнен, когда в дверях появился наш директор. Молодой, симпатичный блондин, прискорбно - на взгляд сотрудниц - женатый. Он демонстративно прокашлялся, чтобы обратить на себя внимание и поприветствовал нас.

– Я рад, что вы все смогли найти время и прийти пораньше. Я ценю это. 

Раздались редкие смешки. Дмитрий Егорович был довольно креативным директором, и не обращал внимания на опоздания, уход с работы раньше времени и даже прогулы - если работа была выполнена вовремя. Но неисполнение каралось серьезными штрафами.

– Мы собрались для того, чтобы я мог вам представить своего лучшего друга и по совместительству совладельца, можно сказать, мозговой центр этой компании - Филиппа Александровича Немировского! Прошу любить и жаловать!

Любить… сердце сжала тугая пружина, пока я безуспешно пыталась вдохнуть. Рука метнулась к горлу, в ушах зашумело, а перед глазами поплыли звёздочки. Что там дальше говорилось - я больше не слышала.

Другой рукой я вцепилась в того, кто стоял рядом. 

Меня трясли за плечи, ко мне склонилось обеспокоенное лицо коллеги, который спрашивал у меня что-то…

И я смогла сделать первый вдох. 

– Всё… в порядке. - просипела я.

Но всё было не в порядке!

Филипп! 

Мой Филипп! 

Уже не мой…

Что он здесь делает???

Я смотрела на него не отрываясь, не веря своим глазам. Изменился. Стал ещё лучше. Мужественнее. Взрослее. В дорогом костюме, с короткой модной стрижкой, стильный и неотразимый. 

И как назло - я в самой обычной одежде, без макияжа…

 Горечь поднялась изнутри и затопила меня. Почему кому-то везёт встретить бывшего при полном параде? Почему не мне? Почему?

Он повернул голову и скользнул по мне мимолётным взглядом. Равнодушным. Холодным.

Таким же, как тогда. 

Тогда, когда он, глядя на меня из разворошённой кровати с вольготно раскинувшейся в ней обнажённой девицей, спокойно и отстранённо сообщил:

– Да. Я тебе изменил.

Меня мелко трясло.

Нет, снаружи я оставалась невозмутимой… почти. Только не понимала, что говорят окружающие меня люди, из-за шума в ушах.

И голова кружилась.

Да как же это может быть???

Я знала, конечно, что здесь, в этом городе, живёт его мать. И даже видела её иногда. Потому что у неё были хорошие отношения с моей матерью. Благодаря ей мы и познакомились когда-то… Стоп, нет! Хватит вспоминать!

Но он же… он же почти никогда не приезжал, не собирался приезжать! Собирался остаться в столице, открыть своё дело и завоёвывать мир! Как он оказался здесь, в небольшом, в общем-то городе? Достаточно провинциальном? Да ещё и стал моим начальником???

И как я не догадалась, не додумалась, не узнала? Не увидела в документах?

Хотя, зачем мне это было… Нашла хорошую стабильную работу, нужно ли мне это было, интересоваться, что там в Москве сидит за совладелец? 

Всегда надо читать договор, всегда!

Бежать. Надо уходить отсюда, срочно! Чтобы не видеть его. Чтобы не поднималась удушливая волна ненависти, забивающая горло и мешающая дышать. Чтобы не накрывала с головой тоска - острая, как разбитое стекло. Когда я вижу его совершенный профиль, хищные скулы, тёмный взгляд.

Но… нет, я не могу подвести людей. Новый человек не сможет сразу разобраться в проекте. И что за причину я укажу? Неприятно смотреть на директора, потому что много лет назад он бросил меня ради другой? 

Конечно, я сама ушла… после такого, но всё же…

Вот закончим заказ - как назло, крупный, сложный, интересный. Требующий душевного напряжения и полёта фантазии. Тогда и уйду отсюда! Тем более, когда в резюме будет такой проект, найти хорошую работу будет гораздо проще.

И всё равно мне было тяжело. И жаль. Хорошего коллектива, начальства, общей дружной атмосферы.

Мне невыносимо, отчаянно захотелось, чтобы всего этого не было, чтобы мне показалось! Я опустила голову и зажмурилась. Крепко-крепко. Попробовала даже себя ущипнуть - хотя я никогда не верила в этот способ.

И пропустила момент, когда он оказался рядом со мной. 

Вежливый. 

Незнакомый. 

Чужой.

Меня бросило в жар. Сердце как будто хотело вырваться из груди, проломить рёбра-клетку и полететь к к тому, кто его разбил.

Дмитрий Егорович знакомит его со всеми персонально?

– Ида Александровна, наша фея. Создаёт всю нашу красоту. Рисует самые лучшие эскизы, придумывает самые фантастические идеи и образы! - Дмитрий Егорович удивлённо и насмешливо приподнял брови. Он явно заметил мои потуги проснуться и они его позабавили.

– Очень приятно. - безразлично, равнодушно. С вежливой улыбкой.

Скользнул по мне мимолётным взглядом и повернулся, чтобы идти дальше.

Нет. Это невыносимо! 

Надо встряхнуться. Надо взять себя в руки.

Надо хотя бы изобразить вежливую беседу с коллегами. А там, глядишь, и приду в себя. Нельзя расклеиваться. Нельзя позволять ему видеть меня такой! Такой… слабой.

– Так ты правда согласна? - назойливый вопрос повторился, и я ответила, чтобы от меня уже отстали.

– Да-да, конечно. - и продолжила наблюдать за воодушевленными сотрудницами, тянущимися к моему… к новому директору, словно цветы к солнцу.

– Наконец-то! Не могу поверить своему счастью! - меня стиснул в объятиях… мой коллега Андрей.

– Прости, я не расслышала… - повинилась я, пытаясь вывернуться из неуместных объятий. - Что ты сказал?

У Андрея стало сложное выражение лица. Как будто он не мог решить - обидеться или посмеяться над моей рассеянностью.

– Ты наконец-то согласилась сходить со мной на свидание. - он расплылся в довольной улыбке, - и я не собираюсь благородно от этого отказываться только потому, что ты задумалась!

Он шутливо помахал пальцем перед моим носом и я устыдилась. Мы плотно общались уже месяц, он ухаживал за мной и не один раз уже звал куда-то. А я… и правда была занята. Но отказывалась не только поэтому.

– Загляделась на нового директора, как и девочки? - Андрей притворно нахмурился.

– Нет! - кажется я вскрикнула слишком воодушевленно. - Что ты! Зачем он мне нужен? Ты гораздо симпатичнее его.

И в этот момент я и правда так думала.

Не удержавшись, я бросила мимолётный взгляд на Филиппа. Александровича.

Он, стоя в окружении наших прекрасных дам, пристально и насмешливо смотрел прямо на меня.

Весь рабочий день пошёл наперекосяк.

Я не знаю, чем думал наш дорогой директор, представляя нам нашего второго дорогого директора… - а кстати, какая у него будет официальная должность? Не может же быть их, директоров, двое? - представляя его до начала рабочего процесса?

Такого молодого! Красивого! Без кольца на пальце!

Работа не работалась. И не только у меня. У всей прекрасной половины нашего коллектива. А это бо́льшая его часть! Но если я тщетно пыталась прийти в себя, то остальные уже строили коварные планы, как охомутать такого перспективного жениха - хотя делали вид, что усердно работают. Противно было слушать. И смешно. И немного… ревниво. Впрочем, сам объект воздыханий больше не показывался.

Внезапно с ужасом я подумала о том, что будет, если он заведёт с кем-то из моих сотрудниц роман. Хотя… нет! Так быстро это не случится, а потом я уйду. Не буду терпеть ни минуты!

Гораздо больше меня волновало то, как я до сих пор на него реагирую. Думаю… это не оставшиеся чувства, нет. А лишь воспоминание о боли. Да, именно оно.

В перерыве на меня налетел благоухающий какими-то сладкими восточными духами вихрь. Это Инночка спешила поделиться впечатлениями о потенциальной добыче.

– Ида! Он такой! Такой! - она мечтательно закатила глаза, - он ещё лучше, чем я его представляла! Он потрясающе красивый, ты видела???

– Симпатичный, конечно, но по-моему ты преувеличиваешь. - я была сдержанна.

– Нууу, ты шутишь? Хотя, конечно, вокруг тебя Андрюша круги наворачивает. Он тоже ничего так. Но ты же понимаешь, я хочу вырваться из этой обыденности. Хочу мужчину другого уровня.

Она многозначительно поиграла бровями.

Вдруг мне на талию легла тяжёлая рука. Я вскрикнула от неожиданности. 

– Пойдём, пообедаем? - мурлыкнул мне на ухо Андрей.

– Ты зачем подкрадываешься! - Инна подскочила от моего крика и накинулась на Андрея. - С ума сошёл? Уйди, не видишь, мы разговариваем!

И я не выдержала. Зажав руками голову, я выскочила из-за рабочего стола и протараторила:

– У меня очень сильно болит голова. Я, пожалуй, отпрошусь сегодня с работы. 

Подхватила сумку и быстрым шагом выскочила из помещения. 

Нет, не зря мне снился этот кошмар!

Я вспомнила, как начался этот день…

Май - опасный месяц. Днём жаришься на солнце, вечером пасмурно и душно, ночью ударил ливень и приходится включать отопление. 

На улице люди разной степени одетости и раздетости. Кто в футболках и шортах, кто в пиджаках, кто в куртках. 

В восемь утра на градуснике было уже двадцать градусов, что обещало довольно жаркую погоду, но я всё же захватила ветровку и зонтик. Во избежание. И отправилась на работу заранее - и пешком, чтобы взбодриться. Тем более, до моей новой работы было не так уж далеко - полчаса ходьбы.

Я шла, вдыхая в себя свежий весенний воздух, полный влаги после ночного дождя. Голова от недосыпа немного побаливала. Вокруг изо всех сил цвела весна - сирень, глициния, какие-то деревья с ярко-розовыми цветами, ирисы. Отцветали плодовые деревья и начинали раскрываться бутоны "жасмина". Разрезали воздух ласточки, куковали горлицы… Хорошее время, чтобы не спеша прогуливаться. 

Кошмар, который мне приснился - ерунда. Сегодня будет хороший день!

На работе на меня выскочила Инночка, моя коллега и, по совместительству, бывшая одноклассница. По художественной школе.

Да-да. Город у нас был не сказать, чтобы большой, как говорили некоторые - два выхода, три входа. И когда я два месяца назад устроилась в перспективную компанию, я обнаружила неожиданно много знакомых лиц.

Не сказать, чтобы я этому обрадовалась, но выбора особо не было.

– Ида! Ты что на себя нацепила! В такой день! - Инночка ловко подхватила меня под руку и повела к рабочему месту.

Я оглядела свою белую футболку, черные джинсы и балетки. И удобно и похоже на нормальный дресс-код. Почти всегда так хожу.

– А в чём дело? Какой-то праздник?

– Ты забыла? Вчера же говорили, что сегодня приедет совладелец компании из Москвы! Друг Димочки! Молодой! Холостой!

Я внимательно посмотрела на Инну. Ну да. При полном параде. Экстремально короткое красное платье, обтягивающий коротенький "пиджак", если его можно так назвать, угрожающие каблуки и боевой макияж.

Димочка, как его называла за глаза Инна, а на самом деле Дмитрий Егорович, наш директор, был молод, хорош собой и возмутительно счастливо женат. Жена у него была красавица, умница, из богатой семьи, довольно резкая на язык. Кажется, Инночка её побаивалась, поэтому почти не строила директору (и владельцу заодно) глазки.

Но тут!

Такой шанс!

При мысли о предстоящей суматохе голова заболела ещё сильнее. Это же все незамужние - а может и замужние - девчонки (и дамы) будут прыгать выше головы, чтобы показать себя перед молодым, холостым, богатым… что там дальше по списку? А дальше ничего и не надо, хватило бы двух пунктов - холостой и богатый.

А у меня уже есть парень.

Ну почти.

– Слушай, Инна, я-то причём? Я за богатым женихом не гоняюсь.

– И хорошо! Меньше конкуренции! А только все сегодня будут красавицы, как бы на твоего Андрюшу кто глаз не положил! Совладелец-то один, а баб у нас много. А Андрюша твой тоже пока что холостой. И красавчик! Так что будь начеку, а то уведут.

Я поморщилась. Терпеть не могла, когда Андрея, моего, как я надеялась, будущего парня, а может и мужа - кто знает? - называли Андрюша. Почему-то сразу представлялся такой толстячок в некрасивых очках и с ровной чёлочкой. Ужас.

Нет, мой Андрей был высоким, красивым. Черноволосым, черноглазым, похожим на цыгана. Девчонки вешались на него штабелями, но он уже месяц как глядел только на меня и ухаживал только за мной. Может глядел и больше времени, но раньше я его не замечала.

Мне завидовали.

А я… я медлила и не торопилась упасть в его объятья. Слишком сильно обожглась я в прошлом. И попытки исправить недоверие каждый раз заканчивались… ничем.

Но с Андреем… с Андреем мне было хорошо. Мы легко находили темы для разговоров, мне были приятны его осторожные прикосновения. Я подумывала уже согласиться сходить с ним на свидание. Не сегодня, нет. Сегодня у меня болит голова, я не выспалась… во всём виноват кошмар.

Как будто подслушав, что я о нём думаю, Андрей возник передо мной. С ошеломительной улыбкой и стаканчиком ароматного кофе с пенкой - для меня.

Я, повинуясь порыву, поцеловала Андрея в щёку. 

У него вспыхнули глаза. Он наклонился было ко мне… но вспомнил, где находится и сдержался. Улыбнулся многообещающе..

– Сходим куда-нибудь после работы?

Я не успела ответить.

Раздалось предупреждающее покашливание и в дверях показался наш единоличный начальник. Дмитрий Егорович.

Восемь лет назад я, восемнадцатилетняя, стояла на вокзале и растерянно оглядывалась по сторонам.

Я смело поехала покорять столицу одна, тем более, что мама обещала, что меня встретит её знакомая. 

И теперь я стояла с чемоданами и не знала, в какую сторону мне идти и что делать. Если бы не мамино обещание, я бы просто пошла к выходу и поймала такси…

– Лида?

Я резко обернулась, чуть не подпрыгнув от страха. 

Он подошёл незаметно, со спины. Гневный возглас застрял у меня внутри, когда я его увидела.

Принц.

Самый настоящий!

Высокий. Загорелый. В обтягивающей белой футболке и простых джинсах. Длинные тёмные волосы забраны в хвост. В чёрных очках. Черты лица идеальны, совершенны! Мне сразу нестерпимо захотелось его нарисовать, но я никогда бы не осмелилась его попросить мне позировать!

Я глупо таращилась на него, не а силах сказать ни слова, но он расценил моё молчание по-другому.

– Извини, что напугал. Ты, наверное, ждёшь мою маму, а подошёл незнакомый мужик.

И он улыбнулся.

Прострелив мне сердце навылет.

Я могла сказать только…

– Я не Лида.

– Нет? - он нахмурился. - Но… 

– Я Ида.

– Ида? О, извини, я не расслышал. Красивое имя. Редкое.

– Да уж… - пробормотал я под нос. 

– А я Филин. Можешь называть меня Фил.

– Филин??? Ну, у тебя имя гораздо более редкое! 

Он рассмеялся, запрокинув голову, и продолжал улыбаться, когда подхватил мои чемоданы.

– Пойдём уже. Конечно, меня зовут Филипп, а не Филин. Но я предпочитаю называть себя так.

Он отвёз меня к институту и дал свой номер телефона, сказав звонить, если что-то случится - он всегда поможет. Конечно, я не позвонила. Конечно, он не спросил мой номер.

По дороге мы болтали почти без перерыва, как старые друзья. Но дальше знакомство не продолжилось.

Пока.

Я всегда мечтала стать художником. Рисовать фантастические картины, придумывать новые миры. В школе я всем рисовала мультяшных персонажей, неотличимых от тех, что на экране. Дома любила делать комиксы. Где-то до сих пор бережно хранятся стопки изрисованных мною тетрадей и альбомов.

Я закончила художественную школу. И хотела после обычной школы идти в институт, чтобы стать профессиональным художником.

Мама поддерживала меня в моём решении.

А отец…

Отец был категорически против. Ему не нравились мои занятия "всякой ерундой". И у него имелись на меня вполне конкретные планы.

Я должна была стать бухгалтером и работать на него.

В его автомастерской и автомойке.

Потому что зачем же ему платить чужому человеку, да ещё и переплачивать?

И зачем мне получать такую никому не нужную профессию? Которая не принесёт мне ни нормальной работы, ни денег. "Это всё твоя мать виновата, забила тебе голову всякой ерундой!" - сердито говорил он.

С очень, очень большим трудом я отбила себе право поступить хотя бы на графического дизайнера! Я приводила примеры, показывала как востребованна эта профессия, какая приблизительно зарплата у хороших специалистов… Но, кажется, его убедила не я, а кто-то из друзей, когда сказал, что это хорошая, денежная работёнка.

Отец сменил гнев на милость, но из принципа не дал мне ни копейки.

Мама помогла мне, чем могла.

И вот он, один из результатов её помощи. 

Филипп.

В следующий раз я увидела его только после нового года.

Быстрым шагом я за полчаса добралась до моря.

Море… каждый раз, когда мне было плохо - или хорошо - я сбегала сюда. Один вид безбрежной синей (молочно-голубой, мутно-зелёной, свинцовой) глади приносил в душу спокойствие. А запах моря… это просто отдельное лекарство.

Постоять у воды. Пошвырять камни в воду - не летом, конечно, когда и берег и вода оккупированы чужой, движущейся и галдящей людской массой. А осенью, зимой, весной. Когда море тихое, прозрачное и недвижное. Когда пенные барашки оседлали волны и разбиваются о берег, растворяясь солёной морской водой. Когда ветер треплет волосы, одежду и, кажется, хочет выдуть из тебя душу.

Утром, когда юное, свежее, умытое солнце сонно выглядывает из-за края воды. 

Ночью, когда луна заботливо расстилает серебристую дорожку и манит к себе… 

Всегда.

И сейчас я бродила у воды в смятении и лёгкий, но пока ещё кусачий весенний ветер выдувал слёзы из моих глаз. Я замёрзла, но потихоньку начала приходить в себя.

Как же всё так получилось?

Тогда, много лет назад, когда я начала учиться в чужом большом городе, Филипп стал первым моим ярким впечатлением. Да, потом его заслонили другие. Но мне легче было воспринимать всё новое и незнакомое с мыслями о нём.

Возможно также, из-за него я так и не смогла завести отношения. Все парни, с которыми мы с моими новыми подругами знакомились, не могли сравниться - с ним.

И хоть я не страдала, не думала о нём днями и ночами, а с удовольствием включилась в такое интересное обучение и общение - он словно маячил где-то на краю сознания. 

Скорее всего, со временем его образ стёрся бы и я переключилась бы на более близких ко мне парней, но…

Новогодние каникулы, проведённые дома, наполнили меня двоякими ощущениями.

Родной дом, мама, любимое море - и постоянные нотации отца, и скука. Я быстро захотела обратно.

И я радовалась, что закончились каникулы и я вернулась учиться.

А ещё, ещё…

На вокзале меня встречал он.

Филипп.

Такой же красивый как тогда - даже лучше. С улыбкой, сшибающей с ног, без шапки, несмотря на мороз - я поёжилась - и в очках! Не в чёрных, как тогда, а в обычных, узких, в металлической оправе. Наконец-то я увидела его глаза… Чёрные, безумно красивые, с длинными густыми ресницами - любая девушка позавидует!

В этот раз мы встретились, как будто знали друг друга всю жизнь. Разговаривали, не переставая, так, как будто продолжаем разговор, начатый ещё тогда. Но только сейчас добрались до личного.

– Так на кого ты учишься? Актриса? Дизайнер? Журналист? Выглядишь, как творческий человек.

– Что? Это ты меня поругал или похвалил?

Филипп рассмеялся. Приятным, мягким смехом.

– Похвалил, конечно. Я люблю творческих людей.

– Как-то двусмысленно звучит… - пробормотала я, слегка покраснев. 

– В самом прямом смысле! Моя девушка - актриса.

– Ого! Знаменитая? - я постаралась скрыть разочарование.

– Нет, но обязательно станет. - серьёзно сказал он. - Лиза очень талантливая.

Мне сразу разонравилось это имя. Наверняка эта Лиза капризная и не ценит такого классного парня! Но вслух я этого, конечно же, не сказала.

– А ты на кого учишься? Или работаешь? Сколько тебе лет?

– Эй, я первый спросил вообще-то.

– Я худ… графический дизайнер.

– Худ? Худой? Художественный?

– Хотела потом перевестись на художника. Но оказалось очень интересно! Я даже не ожидала. 

– А что так?

– Нет уж, твоя очередь отвечать.

– У меня ничего интересного, я обычный программист.

– Обычный? - я повернулась и начала пристально его рассматривать. - Не похож!

– А на кого похож? - кажется, его забавлял этот разговор.

– Ну… на модель… или актёра… - я покраснела до ушей, просто почувствовала, как полыхнули жаром щёки, а потом и всё лицо.

– Правда? - он, смеясь, покачал головой. - Вот и Лиза так говорит. Постоянно зовёт меня на какие-то съёмки, пробы… 

– И ты отказываешься?

– А ты бы согласилась?

– Нет. - подумав, ответила я. - Мне нравится то, чем я занимаюсь. В крайнем случае, могу отказаться от своей профессии, чтобы рисовать мультфильмы, это моя детская мечта, единственная уступка, на которую я согласна.

– А ты дерзкая!

– Да ну тебя…

Потом мы перескочили в разговоре на темы разных профессий, на учёбу - Филипп заканчивал последний курс, и не заметили, как приехали.

– Ну, до встречи. Давай, запишу тебе свой номер, - он ловко выхватил из моих рук телефон, быстро вбил свой номер и вернул аппарат мне. Я даже не успела возмутиться. - Если что - звони, докину до вокзала и с вокзала. Когда ты там собираешься домой? В мае? В июне? 

– Ещё не знаю… - растерянно ответила я.

– Ладно, позвонишь - и увидимся. Пока.

Но увиделись мы только осенью.

Следующая встреча с Филиппом вышла невесёлой. Он был серьёзен, молчалив, улыбался через силу. Не стал спрашивать, почему я так и не позвонила ему в прошлый раз. И мы так и ехали в молчании всю дорогу. Только когда мы уже подъезжали, я спросила:

– У тебя какие-то проблемы? Я могу помочь?

Он как будто очнулся, кинул на меня мимолётный взгляд и отрицательно покачал головой.

– Это личное. Вряд ли мне кто-нибудь поможет. - и криво улыбнулся.

– Ты звони, если что. Мой номер у тебя вроде бы должен быть. Удачи тебе. - и я ободряюще похлопала его по плечу.

Теперь его улыбка стала гораздо искренней.

– Спасибо. Позвоню обязательно.

Он посмотрел на меня снисходительно, как на ребёнка, который говорит умилительные глупости. И я подумала, что нет, никогда он мне не позвонит. У меня упало сердце. Ну что ж… видно он птица не моего полёта. Жаль, но как-нибудь проживу и без него.

Но я ошибалась.

Он позвонил.

День шёл за днём, я проводила весёлые дни в общаге, внезапно нашла подработку - рисовать арты на заказ. Не очень прибыльную, но регулярную. Это придало мне уверенности в себе и я уже подумывала остаться на каникулах здесь, не возвращаться домой. Колебалась, сомневалась, не знала, как к этому отнесутся дома, да так ничего и не решила, когда вдруг, совершенно внезапно, когда я абсолютно этого не ожидала, в начале декабря позвонил… Филипп.

И пригласил меня на новый год.

Меня накрыли паника, шок, радость и ужас.

Но я сказала "Да!", не успев даже подумать, выбрать, просчитать варианты.

Тогда мне показалось это небывалой удачей. Только через несколько секунд я вспомнила, что у него, вообще-то, была девушка. И, мало ли, в прошлый раз он был невесёлый - все могут поругаться. Тем более, это могло быть связано с семьёй. 

Но… разве стал бы он меня приглашать, будучи занятым?

Я сидела на кровати в общежитии. После его звонка вскочила и начала вышагивать по комнате. По случайности, сегодня я была здесь одна. 

Нервно подошла к окну и увидела… его.

Сердце забилось чаще, хотя, казалась, куда бы ещё. И я спросила:

– А как же твоя девушка?

– Мы давно расстались. - скупо ответил он. - Не бойся. Я не маньяк и не утащу тебя в лес, под ёлку, чтобы расчленить. Соберёмся с друзьями, набу… отметим, как следует, расслабимся.

– Я не…

– Да не бойся, там приличная компания! И даже с детьми. Но меня не поймут, если я приду один. Вернее… обрадуются и начнут подсовывать своих подружек. Там почти все уже в браке, а одиноких настойчиво пытаются… осчастливить. Пусть видят, что я и сам могу найти себе девушку.

В его голосе плескалось веселье и лёгкое напряжение. Как будто он боялся… что я откажу? Неужели для него это было так важно?

– Ладно, уговорил. Спасу тебя. Но ты будешь мне должен! Одно желание!

– Ничего себе! Да ты опасная! И что же это будет за желание?

– Думаешь, всё так просто? Нет уж, я оставлю его про запас. На потом.

– Согласен. А сейчас ты что делаешь?

– Смотрю на тебя из окна.

– Да? - он завертел головой. - А где? Хотя… не надо на меня смотреть из окна, надо смотреть лицом к лицу. Выходи ко мне. Пойдём в кино? Прямо сейчас.

Я мимолётно посмотрела на конспекты, на рассыпанные листы с эскизами. Кино? С ним?

Учёба подождёт!

Это было моё первое почти настоящее свидание с Филиппом.

За ним были и другие. Мы как будто на самом деле стали встречаться - он звал меня в кафе, мы ходили в кино, на выставки. Просто гуляли. Как друзья, без всякой романтики. Нам всегда было о чём поговорить, мы ни на минуту не оставались без темы. Я обнаружила, что он очень умный, весёлый - когда хочет этого, временами ехидный и жёсткий. Но мне всегда, всегда было с ним интересно. И я всегда держала в голове, что он пригласил меня на замену подружки, для прикрытия перед друзьями.

Но в сердце… сердцу приказать сложнее и я стала привязываться к нему. 

Что такое месяц? Оказалось, это много. И к новому году я уже втрескалась в него по уши.

И сдерживала себя изо всех сил, чтобы он не увидел… не заметил. Старалась делать вид, что у нас прекрасная дружба.

Нового года я ждала с тяжёлым сердцем. Ведь после него я уже буду ему не нужна…

Я даже хотела отказаться, но разве я могла? 

И я решила показать себя во всём блеске. Может быть, он обратит на меня внимание, как на девушку - а не как на друга?

Надежды у меня было мало. 

Но всё-таки…

Может, у меня есть хоть крохотный шанс?

На то, что произойдёт, я даже не рассчитывала.

Меня привёл в чувство назойливый звонок телефона. Доставая его, я незаметно вытерла слёзы и огляделась, не смотрит ли кто-нибудь на меня - замершую у парапета набережной, уплывшую в воспоминания, смотрящую вдаль застывшим взглядом.

Но никого не удивила девушка, которая долго любуется морем. Вокруг продолжали ходить мамочки с колясками, носиться дети, неспешно прогуливаться парочки и пенсионерки.

– Алло? Я слушаю.

Совершено не обратила внимания, кто звонит.

– Привет ещё раз. Как ты себя чувствуешь? - серьёзно и чуть волнуясь спросил Андрей. - Свидание отменяется?

– Нет-нет, ты что! Конечно, я пойду. Мне уже полегче! - слегка преувеличила я. - Где, когда? К сожалению, я всё прослушала тогда.

– Ты дома? Заеду за тобой в семь. Форма одежды - свободная.

– Слишком мало данных! Разве можно такое говорить девушке?

– Хотел сделать сюрприз… ну ладно. Открылась новая пиццерия, с настоящим итальянским поваром! Говорят, он делает божественную пиццу! Хочешь?

– Правда? Хочу, очень! - я обрадовалась, что не придётся идти в пафосный ресторан. Не чувствовала я сил на полноценный выход в свет.

– Тогда до встречи в семь?

– Я жду!

Мне и правда стало легче.

Как будто море взяло на себя часть моих печалей, растворило в себе - вот почему вода в нём такая горько-солёная! А ветер проверил мои мысли и чувства и я наконец-то немного пришла в себя.

Пусть у меня будет свидание.

Хочу почувствовать внимание и заботу. Хочу провести время с интересным человеком.

Но… не могу же я пойти в таком виде?

К счастью, я жила совсем недалеко от моря.

Старый двор, несколько пятиэтажек, спрятавшихся среди новостроек. Маленькая однушка, которую я по знакомству снимала по очень хорошей цене - для квартиры, находящейся в непосредственной близости к пляжу.

Из зеркала на меня смотрела очень, очень лохматая и красноглазая девушка. Ещё и дрожащая.

Видимо, тут помогут только радикальные меры - горячая ванна - и патчи под глаза! 

Я прогрелась, расслабилась, выкинула из головы все мысли. И даже чуть не заснула… но вовремя спохватилась и побежала собираться.

К назначенному времени я была полностью готова. Нежно-сиреневое платье-разлетайка до колен, туфельки на удобном каблуке, лёгкий кардиган, сумочка. Белокурые вьющиеся локоны, мерцающий блеск на губах, приятные охлаждающие патчи… Патчи?

Я чуть не пошла на свидание прямо с ними???

Достойное завершение такого дня, ничего не скажешь.

Андрей волновался.

Он улыбался и шутил, но движения его были немного резкими, взгляд испытующим. Что он искал в моём лице? И нашёл ли?

Я тоже немного нервничала.

Я так давно не ходила на свидания! Не с незнакомцем, которого видишь первый раз в жизни и соглашаешься на встречу, потому что "ну что ты всё одна и одна? Сходи на свидание, вот есть такой хороший парень…" И не с первым понравившимся мужчиной из приложения для знакомств, потому что ну пора же уже хоть с кем-то встретиться? Не всю жизнь же вспоминать, как тебя предал один мужчина? Ведь они не все такие? Есть и верные, преданные, любящие. Те, которые не просто будут требовать от тебя бытового обслуживания, а тоже будут о тебе заботиться.

Ну где-то.

Наверняка же есть?

И сейчас, когда передо мной сидел умный, приятный мужчина, который не вызывал у меня отторжения и даже нравился - и притом ещё смотрел на меня с восхищением, просто поедая взглядом! Забывая при этом поедать действительно необыкновенно вкусную пиццу…

Сейчас я могла чувствовать себя полностью счастливой. 

Если бы.

Если бы не еле заметная натянутая струна внутри. Вибрирующая напряжением, которое так до конца не смог выдуть ветер, растворить горячая вода, растопить теплый разговор.

Всё было прекрасно! Внешне - и почти внутренне. 

Мы, не сговариваясь, обходили вниманием тему работы. Болтали ни о чём, ни о чём серьёзном. 

Первая неловкость быстро прошла и глаза заблестели, смех стал громче, движения свободнее. 

Время летело незаметно, и мы могли сидеть ещё долго, но я вдруг… зевнула! Ойкнула, прикрыла рот ладонью и рассмеялась.

И как-то сразу стало понятно,что пора домой.

Андрей, положил свою ладонь сверху моей и, явно волнуясь, сказал:

– У меня к тебе есть одно предложение… знаешь…

Он примолк, подбирая слова. 

А я почувствовала нарастающее беспокойство. Как будто рядом опасность. Как будто… на меня смотрит кто-то… недружелюбный. Смотрит недобро и пристально. 

Я инстинктивно повернула голову налево…

И наткнулась на почти осязаемый черный взгляд. Он медленно переместился на наши с Андреем соприкасающиеся ладони, а потом… потом опять поднялся к моим расширившимся глазам.

Снова он!

– Что? - переспросила я Андрея, волевым усилием удерживая на нём взгляд. Я просто напрягла все мышцы, чтобы не оборачиваться в ту сторону. Смотрит? Пусть смотрит. А я не буду.

– Я думаю… мы могли бы… а, забудь. - он потёр лицо руками.

– Что же ты там такое ужасное придумал? Я заинтригована! - я многозначительно поиграла бровями и приглашающе улыбнулась. Надеюсь, моя улыбка выглядела достаточно естественной. Не кровожадной.

– Нет, наверное ещё слишком рано. Я думал пригласить тебя в гости к моим родителям…

Мне резко стало не по себе. И Андрей мгновенно уловил смену настроения на моём лице и мелькнувшую панику.

– Ну вот, я же говорил… просто хочется показать всем, какая ты чудесная. Всему миру.

– Андрей, прости, но… к такому я пока и правда не готова.

Вспышка паники на мгновение заслонила даже кое-чьё присутствие.

– Забудем! - Андрей ободряюще улыбнулся. - В другой раз. 

– В другой раз, - согласилась я, хотя и была уверена, что не скоро ещё буду готова к такому уровню отношений.

А вот Андрей, видимо, хочет побыстрее…

Проходя мимо Филиппа, я постаралась изобразить такой же равнодушный взгляд, какой был у него, но споткнулась об идиллическую картинку. 

Кроме него за столом сидел наш директор с женой и какая-то белобрысая фифа! Она смотрела на Филиппа, этого изменщика и предателя с восторженным обожанием, а он склонился к ней и что-то ворковал!

Нестерпимо захотелось подойти и рассказать этой несчастной, каков он на самом деле. Но я огромным, просто невероятным усилием взяла себя в руки. С какой радости я буду причинять добро этой, совершенно посторонней мне девушке? Вон, пусть Дмитрий Егорович и его жена за ней присматривают!

Но каков, а? Только прилетел в город и уже охмуряет очередную дурочку!

По ужасному закону подлости Андрей тоже заметил начальство, подошёл поздороваться и сказать пару слов. 

Я стояла рядом с приклеенной улыбкой и мечтала оказаться дома, в своей постели прямо сейчас!

И чтобы… чтобы под рукой оказался набор дротиков, а вместо мишени - портрет этого мерзавца, который сегодня просто преследует меня!

Сначала приснился. Потом заявился на мою работу. А теперь и вечер мне испортил!

Наверное, скрип моих зубов слышан был даже на улице.

Обмен любезностями затянулся и нас даже пригласили в компанию… Но тут я опомнилась, и, как могла, деликатно зевнула, прикрыв рот ладонью.

Андрей, разрывающийся между двух огней - он явно бы не отказался пообщаться на свои любимые рабочие темы. Но и остаться со мной наедине ему тоже хотелось - сделал выбор в пользу рыцарства. Ну, или уединения с дамой.

Мы начали прощаться. Я с облегчением поняла, что скоро можно будет расслабиться…

И, конечно, не могло не случиться гадости.

Филипп, одобрительно улыбаясь, сделал Андрею "комплимент" - какая у него правильно воспитанная молчаливая девушка.

Я… не знаю, как я смогла спокойно оттуда выйти.

Клокочущий вулкан моей ярости был в секунде - нет, в милисекунде от извержения!

От накрывшей меня ненависти хотелось орать, визжать, колотить! Хотелось сокрушить этого самодовольного, напыщенного, высокомерного индюка!

Меня накрыла крупная дрожь, просто зуб на зуб не попадал.

Андрей обеспокоился, что я замёрзла, укутал меня своей курткой, и предложил вызвать такси - хотя мы изначально собирались прогуляться пешком.

Я не заметила, как мы доехали, такой хаос был у меня в голове. И, когда, попросив водителя подождать, Андрей проводил меня до двери - я сама потянулась к нему за поцелуем. 

И Андрей не подвёл.

Он целовал меня, как будто был жаждущим путником, добравшийся, наконец, до колодца. Как будто я была единственной женщиной в мире. Как будто мечтал обо мне не один год, и вот… 

Как будто я была самой желанной его мечтой.

Нежно, яростно, умело.

Этот ураган смог прервать только гудок такси.

Андрей многообещающе посмотрел на меня, шепнул: "скоро!", и, как мальчишка, стремительно сбежал по лестнице.

Я осталась на площадке задумчиво трогать губы и прислушиваться к ощущениям.

Он хорошо целовался.

Даже великолепно.

О таком парне я когда-то могла только мечтать.

До того, как встретила Филиппа.

Потому что… да, мне понравилось. Не скрою, это было очень, очень приятно!

Но…

Первый поцелуй с Филиппом был другим.

И его могло бы не быть…

По крайней мере, в тот день.

Чтобы остаться в Москве на новый год, мне пришлось выдержать настоящий бой.

Я даже не ожидала такого сопротивления!

Мои отец и мать были в разводе с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. Мама не стала второй раз выходить замуж, хотя у неё и не было отбоя от поклонников, а отец женился почти сразу.

На правильной женщине, настоящей хозяйке. Уже не юной, потерявшей надежду выйти замуж, и внезапно отхватившей такой приз, как мой папа. Одобренной свекровью - моей бабушкой. Папа, жаждущий настоящей семьи, борщей, детей и повиновения, мгновенно заделал ей двух мальчишек-близнецов и его счастье стало почти совсем полным. Ведь теперь у него были сыновья! Наследники! Почти - потому что для полного счастья не хватало ещё одного сына. Ведь у настоящего мужчины их должно быть как минимум три.

И вот, наконец, свершилось. 

Тётя Лена родила ещё одного мальчишку - и в их доме воцарился настоящий дурдом. Для помощи по хозяйству с ними приехала пожить моя бабушка. Да так там и осталась…

На тот момент, когда я без всякой задней мысли позвонила бабушке, чтобы сказать, что я не приеду, Никите и Данилу было шесть, а маленькому Егору два. И дурдом никуда так и не делся, а только разросся. Ведь мои братья, все трое, были гиперактивными и покоя от них не было никому. И никогда. Ни на минуту!

Поэтому - я думаю, именно поэтому - моё заявление приняли в штыки.

С ошеломлением я выслушивала бабушкину ругань - на фоне диких воплей и громкого рёва.

– Неблагодарная! Шляться собралась, вместо того, чтобы отцу помочь! Как денег на учёбу просить, так вот она! А как отцу родному помощь нужна, так нет её! Гуляет она!

– Ба… 

– Не бакай! Живо собирай манатки - тоже, небось, на отцовские деньги куплены - и езжай домой! Нечего шляться неизвестно где! Знаем мы, для чего таких дурочек приглашают!

– Ба, да в чём дело? Что-то случилось?

– Бессовестная внучка у меня случилась! - и в сторону, - а ну не трогай, ирод!

И страшный грохот, дребезг и звон. И крик: "Ах вы, окаянные! Я вам сейчас задам!"

– Пока, ба, я потом перезвоню.

– Не смей бросать трубку! Когда с тобой разговаривают старшие! - бабушкин голос взвился вверх.

– Я перезвоню!

И я быстро отключилась.

И выключила телефон.

Постояла, несколько минут приходя в себя.

Что это было? 

Да, бабушка у меня строгая. Да, вспыльчивая. Да, устала от проделок внуков.

Но такое? Ни с того ни с сего?

Ведь мы не договаривались! Мне никто ничего не говорил, я даже предположить не могла… 

Летом я, конечно, проводила много времени с этими хулиганами - гуляла, ходила с ними на море, читала сказки. В свободное от подработки время.

Соседка по комнате смотрели на меня с любопытством.

– Ничего себе, как орёт. Наверное, в коридоре было слышно! - с восхищением произнесла она. - Не пускают? 

– Я всё равно останусь. Особенно после такого. - я плотно сжала губы.

– А если денег больше не пришлют? - опасливо поинтересовалась соседка. - Вон, у Наташки с третьего этажа…

– Да какие деньги? - горько сказала я. - Поступила я всё равно сама, ты же знаешь. А на поездку сюда, на обустройство и всё остальное мама кредит брала. Не очень большой, но всё же… Я потом летом подрабатывала и всё-всё ей отдала. И сейчас я сама начала зарабатывать деньги. И у мамы с работой нормально стало, она мне поможет, если что.

– А чего она тогда? - удивилась соседка.

– Так я же ерундой всякой занимаюсь, прокормить себя не могу. И мама тоже. Это отец уважаемый человек, содержит нас, дармоедов. Ей разве докажешь… - я махнула рукой.

– Уууу… злая у тебя бабка.

– Да обычно она не такая! Ну, ворчит постоянно, конечно. Но у неё в жизни свои понятия. 

– Ты телефон включать не будешь? А вдруг Фил позвонит? 

– Блин, придётся. - я мученически посмотрела на злосчастный аппарат и, вздохнув, нажала кнопку включения.

На удивление, никто не звонил.

Полчаса, час, два… Я нервничала всё сильнее. И тогда, когда пришёл Филипп и позвал меня на каток. Дёргалась, пока неумело рассекала лёд. И когда отдыхала на скамейке после пары дурацких падений.

И уже собиралась перезванивать сама.

Но мне позвонил отец.

Оказывается, я была очень груба с бабушкой и очень его расстроила.

И ему жаль, что я выбираю развлечения, а не семью. Когда мальчики спросят, где их сестричка, что он сможет ответить?

– Ты же понимаешь, что я устаю после работы, мне нужен отдых. Лена после работы должна готовить на всю семью, стирать, убирать. А бабушка не справляется одна! Неужели тебе так сложно помочь родным людям? Собственной бабушке? Неужели ты не понимаешь, как ей тяжело? Летом так хорошо сидела с детьми! А сейчас почему отказываешься? Не хочешь видеть братьев?

– Но пап, вы же мне не говорили… мы не договоривались!

– Ты что, сама не можешь догадаться? Мы даже подумать не могли, что ты не захочешь увидеться с семьёй! У нас уже были планы! Разве можно вот так подводить людей? А теперь придется брать билеты втридорога!

– Как… какие билеты?

– В смысле - какие? Билеты до дома. Тебе.

– Пап! Я не приеду! Я же ничего вам не обещала!

– Хватит говорить глупости. Я запрещаю тебе там оставаться. Неизвестно с кем!

– Пап, я живу там уже полтора года! Я всё время там неизвестно с кем!

– Если ты не приедешь - можешь больше мне не звонить. Вот так ты относишься к семье, да? Это всё влияние твоей любимой мамочки!

– Знаешь… ладно, я согласна.

– Молодец! Вот это моя дочь!

– Я согласна, чтобы ты мне не звонил. Я остаюсь здесь.

Я бросила трубку, не дожидаясь ответа, не слушая криков. Поставила беззвучный режим - на всякий случай.

Морозный вечер, расцвеченный фонарями, полный смехом, криками детей - да и взрослых тоже - окутанный со всех сторон немножко далёкими здесь звуками большого города, потерял своё волшебство.

У меня дрожали руки.

Я только что серьёзно поссорилась с отцом. В первый раз за много лет. Да вообще - за всю жизнь. Сколько помню себя - почти всегда ему уступала. Даже выбирая профессию старалась получить одобрение, найти компромисс. Не шла на конфликт.

Я сморгнула - оказывается, на глазах копились слёзы и сейчас радостно поползли по щекам.

– Ида? Что-то случилось? - Филипп смотрел так обеспокоенно, так заглядывал мне в глаза и осторожно вытирал мои щёки, что у меня сжалось сердце. Его теплый взгляд чёрных глаз, участие, горячие, несмотря на мороз, ладони, заставили меня ещё пронзительней ощутить одиночество. 

– Просто. С папой поругалась.

– Надеюсь, не из-за нового года? Я… не нарушил каких-то ваших планов своим приглашением?

Откуда он знает? Догадался? Понял? Услышал? Нет, не скажу ему. Не буду расстраивать - что это будет тогда за праздник?

– Нет, я с бабушкой чуть-чуть поругалась, а папа за неё заступается. Всё нормально. Мы потом помиримся.

Настроение неудержимо ползло вниз, хотя, казалось бы, куда ещё. Хотелось плакать. Но не на морозе же. И не при Филиппе! Я пока ещё держалась, но становилось всё сложней. Слёзы опять копились и могло хватить любой мелочи, чтобы начать рыдать.

Скорее домой, в общежитие! Не хочу показывать свою слабость.

И Филипп понял всё по моему лицу. Проводил меня обратно, придерживая за локоть в опасных, скользких местах. Его забота была похожа на… 

На не просто дружбу. 

Но он не шёл дальше! Ни разу не попытался меня обнять, поцеловать! Только дружеские жесты. Кажется, я всё-таки придумываю себе… а он просто тренируется для достоверности перед друзьями. 

На катке всё было похоже на зимнюю сказку. На красивый зимний пейзаж, как их рисуют иллюстраторы. Но сказка закончилась и мы вышли в усталый шумный вечер.

Я смогла додержаться до общаги. Рухнула без сил на кровать и приготовилась плакать. Но слёзы, обиженные пренебрежением, спрятались и не желали показываться.

И тихо прокрались только во время разговора с мамой.

Она поддержала меня. Её тихий, ласковый, родной голос как будто освободил моё напряжённое сердце от всех замков, на которые я пыталась закрыться, и мне стало легче.

Мама права. Это - моя жизнь. И мне быть в ней хозяйкой. 

Да, надо уважать родителей. Но то, что отец платил алименты и дарил мне на дни рождения подарки, не обязывает меня выполнять все его прихоти. Потому что это был его долг.

А в новой, правильной семье, которую отец завёл сам, пусть он решает свои проблемы. И если он хотел себе мальчишек, пусть теперь уделяет им своё отцовское внимание! И помогает жене, которая родила ему сыновей.

Последние дни перед праздниками прошли в напряжении. Сессия, поиск наряда, просто волнение перед таким важным днём.

Мне стали сниться кошмары.

Не раз я просыпалась с колотящимся сердцем после того, как во сне часами искала Филиппа среди незнакомых людей.

От встреч с самим Филиппом приходилось отказываться из-за нехватки времени.

Наконец…

Наконец предпраздничная, предновогодняя суматоха завершилась.

Я стояла перед старым, кривоватым, поцарапанным, общажным зеркалом и не могла поверить своим глазам.

Из сумрачной глубины на меня смотрела… фея.

Вьющиеся рыжие волосы - тогда я ещё красилась в огненный цвет, хотела быть похожей на Мериду - блестящими волнами рассыпались по плечам. Лишь от висков тянулись назад косички и скреплялись сзади заколкой-снежинкой. 

Макияж - практически незаметный, но делающий глаза выразительными, кожу гладкой, бархатной, мерцающей, губы нежными и манящими. Это была я и не я одновременно. 

Льдисто-голубое искристое платье чуть ниже колен казалось скромным на первый взгляд. Но каждое движение заставляло искры мерцать, переливаться и прикипать взглядом к нежным изгибам.

Если Филипп не оценит…

Тогда лучше нам будет вообще прекратить общение. 

Ни к чему рвать себе сердце.

Найду себе другого парня, не проблема. Полно вокруг. Конечно, мало кто сравнится с Филиппом… но, может, надо просто перестать сравнивать? И искать его в каждом встреченном мужчине?

А если оценит? 

От этих мыслей моя кожа как будто покрывалась пузырьками газировки. Которые кусаче лопались, вызывая холодную дрожь.

И я отгоняла эти мысли, чтобы не нервничать ещё сильнее.

Я взяла пакеты с подарками - Филипп сказал, что у хозяев маленькие дети, мальчик и девочка - сменную обувь, закуталась, как капуста и спустилась вниз. Заранее.

Филипп уже ждал меня. Нервно ходил взад-вперёд перед входом, смотрел на часы, потом на моё окно, потом на телефон.

Тоже пришёл пораньше. Почему же не позвонил?

Увидел меня, просветлел лицом, и кинулся помогать мне с пакетами.

– Ты рано.

– Ты тоже рано приехал.

– Да как-то так получилось… освободился пораньше. 

– А почему не звонишь?

– Разве можно торопить женщину, когда она наряжается? - притворно ужаснулся он.

Шут…

Он завёл машину и мы отправились в путь. 

Сквозь яркие огни гирлянд. Сквозь радующийся празднику город. Молчание в салоне становилось всё более напряжённым.

Наконец мы приехали.

С замиранием сердца я заходила в просторную прихожую большого, нарядно украшенного дома. 

Филиппа с пакетами обступила детвора и он, кинув извиняющийся взгляд, пропал на поиски помощи.

Я снимала все лишние слои одежды.

Переобувалась в легчайшие туфельки.

Поправляла причёску.

Обернулась.

– Мама, это фея?

– Нет, это принцесса!

– Нет, это снегурочка!

– Неправда, у снегурочки жёлтые волосы, а у неё оранжевые! Как у ведьмы!

Передо мной стояла миленькая девушка с малышкой на руках. А вокруг неё - ещё несколько детей разного возраста.

И Филипп.

Он смотрел на меня так…

Что моё сердце упало.

Этот новый год был совершенно не таким, как я его себе представляла.

Филипп - загадочный, закрытый. С ним можно было разговаривать на какие угодно темы, кроме него самого. Он удивлял, поражал и одновременно создавал ощущение, что я знаю его давно-давно - всю жизнь. Но при этом не пускал внутрь. И с чего бы? Если я была нужна ему только для того, чтобы от него отстали?

Он был брутальным, несмотря на свои длинные волосы и очки, он был красивым - и очень умным, он иногда рассказывал такие подробности о разных странах, что я могла только открывать рот. Он знал тысячу вещей на свете!

Обычный программист? Ну-ну.

Я думала, его друзья окажутся необычной и странной тусовкой. 

Я ошибалась.

Вернее… может быть, где-то в других местах, на работе, например, они вовсю показывали свою креативность и нестандартность. А здесь был один из самых обычных праздников, которые я видела - только без присутствия старших родственников.

Огромная ёлка с кучей подарков под ней. Мандарины. Оливье. Селёдка под шубой. Дед Мороз для детей.

Возможно, оригинальность проявлялась как раз в этом? В обычности, в которой им хотелось отдохнуть?

Этот новый год стал не таким, как я его себе представляла.

Я думала… надеялась, что Филипп будет вести себя, как будто мы давно встречаемся.

А он заморозился.

Брал меня за руку, приобнимал, но… между нами выросла как будто прозрачная стена. Которую не пробить.

Я делала вид, что всё нормально. Филипп - старался. Но я видела, что ему неприятно на меня смотреть.

Я напомнила ему кого-то?

Он понял, что я хочу большего и отгородился от меня?

Что случилось?

Со стороны это, наверное, выглядело по-другому. Женская половина смотрела на нас с умилением, мужская рьяно подшучивала над Филиппом. Называли его скромницей, малышом, предлагали не упасть в обморок, когда будет держаться со мной за ручку.

Он молча сжимал губы, пристально и многообещающе смотрел на шутников, но, видимо, никого так и не испугал своими яростными взглядами. Только смешил сильнее.

На удивление, среди всей компании было много военных. 

Большинство было немного старше Филиппа, в районе тридцати лет, неудивительно, что его называли малышом. Хотя он, в свои двадцать четыре выглядел серьёзнее и взрослее многих.

И он молчал. Меня вовлекли в разговор, расспросили, разузнали всё, что хотели - я и сама не заметила, как. А Филипп отделывался односложными ответами. 

Но никого это, почему-то… не удивляло? Он всегда был таким?

– Он всегда такой? - я стояла у окна, держа на руках маленькую трёхлетнюю девочку, которая, сосредоточенно сопя, отковыривала с моего лица блёстки. Рядом, с усталым видом стояла её мать. Она оглянулась.

–Филин? Ну да. - она пожала плечами. - Сложно тебе с ним? Из него же слова не вытянешь, а когда его Настька бросила… ой, прости, не надо мне об этом говорить.

Она виновато улыбнулась.

– Маришка, иди ко мне на руки, тёте тяжело!

– Да ну что вы! Она совсем не тяжёлая!

– Нет! Это моя фея! - маленькая Маришка обняла меня с недетской силой.

Мы рассмеялись.

– Обычно она так себя не ведёт… - обескураженно произнесла мать Маришки.

– У меня дома маленькие братья, я привыкла. Пусть малышка порадуется.

"Пусть хоть кто-то мне порадуется…" - подумала я. Сердце сжалось.

Зачем, зачем я согласилась на эту авантюру?

Я старалась не смотреть на Филиппа, хотя мои глаза против воли обращались к нему. Меня похитили дети и я с удовольствием ушла с ними к ёлке, потому что так хоть ненадолго отвлекалась от его невнимания.

Он не подходил ко мне. Только кидал иногда непонятные взгляды - проверял, на месте я или нет?

Вокруг него всё время вилась противная девица, которая смотрела на меня с неприязнью. Она глядела на него, хлопая ресницами, жеманно смеялась и всё время выпячивала свою немаленькую грудь.

И я не выдержала. Сбежала в ванную, "поправить макияж". А попросту - пореветь.

Мне было больно. Обидно. Сердце просто разрывалось! 

Я всхлипывала, стараясь, чтобы меня никто не услышал.

За что он со мной так? Зачем всё это надо было делать? Мог бы сразу пойти с этой девицей и не затевать вот это вот… всё! Зачем было морочить мне голову???

Послышались быстрые шаги, распахнулась дверь.

Филипп.

Что он здесь делает?

– Бросила меня? На растерзание?

Я отвернулась и торопливо вытерла глаза. Передо мной висело зеркало и в нём отражалась больная фея с красными глазами. Тушь оказалась стойкой 

В отличие от меня.

– Я думала, что это ты меня бросил. - почти безразлично пожала плечами. - Что ты здесь забыл?

– Ты обещала помочь мне. Передумала? - он стоял за моей спиной и напряжённо смотрел мне в затылок.

– Я думала, это ты передумал. - я повернулась и с вызовом посмотрела в его яростные, горящие глаза. - Что случилось? 

– Ты.

Он споткнулся о мои красные заплаканные глаза и выражение его лица изменилось. Глаза расширились. Он осторожно коснулся моего лица, медленно провёл по щеке.

– Ты… всегда ты… - шёпотом. - Манишь… слепишь своим светом… отравляешь… и держишь на расстоянии! Сжимаешься, едва я касаюсь тебя, отшатываешешься, когда хочу тебя обнять! А теперь решила меня добить? Пришла такая прекрасная, недосягаемая… и держишь меня на расстоянии, уходишь, не смотришь, не обращаешь внимания!

– Что???

– Но ты плакала. Ты плакала… из-за меня? - на его лице родилась сумасшедшая улыбка, глаза засияли. - Я кретин. Дурак… и буду ещё большим, если не попытаюсь…

И он склонился ко мне.

И поцеловал.

Я очнулась от воспоминаний.

Сырой холодный воздух задувал в окно, и я замёрзла.

Сколько лет прошло, а я до сих пор помню тот поцелуй! В нём был огонь, нежность, страсть! Но главное - одно прикосновение губ Филиппа уже бросало в дрожь и сносило напрочь все мысли. Всё стало другим после этого поцелуя. Мы с ним стали другими.

А поцелуй с Андреем просто был мил и приятен. Не больше.

Как сильно они отличаются…

Но вот он, итог.

Огненные, сводящие с ума поцелуи Филиппа достались не только мне одной.

Нет. Не надо мне этого. Я больше не ищу такой страсти, затмевающей разум. Андрей подарит мне уют и спокойствие. То, что нужно моему с трудом зажившему сердцу.

Сна не было ни в одном глазу и я села поработать. 

Хотя я уверена была, что не смогу ничего сделать, слишком сильно было сегодняшнее потрясение - я просидела за компьютером полночи. Гнев давал мне силы и вдохновение.

Работа успокаивала.

Мысли приходили в порядок.

Я готова была биться за себя и за своё счастье - он не сломает меня во второй раз!

На работу я теперь ходила, как на войну. Каждый день была готова увидеть Филиппа и сделать вид, что не замечаю его.

Но… 

Кроме самого первого дня его больше не было видно. 

Зато Андрея стало в моей жизни намного больше. Он не собирался упускать свой шанс, и я его в этом поощряла. Он провожал меня домой. Мы вместе обедали. Перед сном переписывались, перезванивались, долго разговаривали, желали друг другу спокойной ночи.

Целовались. 

Но не торопились. По крайней мере я. Я не готова была к более близким отношениям. Пока.

Но его прикосновения не были мне неприятны, значит… скоро смогу подпустить его ближе. Только привыкну.

Выходные мы решили провести вместе. 

Чудесная погода выманивала на улицу и звала гулять. Мы шли по набережной, по аллеям держась за руки, как школьники.

Все тревоги были забыты или спрятаны глубоко-глубоко внутрь. 

Шли, и вспоминали, как познакомились.

Тогда я всего месяц как устроилась на эту работу и мало кого знала. Инночка - мы вместе учились в художественной школе, и она сразу оккупировала почти всё моё внимание. Главный бухгалтер - мама одной из моих одноклассниц. И один из охранников - Славик, хулиган, который учился со мной в параллельном классе и даже когда-то ухлёстывал. Теперь он был примерным семьянином, с намечающиеся брюшком и залысинами, который всем показывал фотки своей маленькой полугодовалой дочки.

Остальные сотрудники пока сливались для меня в пёструю массу. Я долго работала из дома и отвыкла от такого количества людей.

Был туманный апрель. Ко мне приехала в гости однокурсница и в один из ясных, тёплых дней, в выходной, мы сидели на аллее и рисовали портреты. Она - шаржи. Я - фэнтези. С секретом. Тот, кто позирует, до последнего не знал, в каком образе будет - в образе русалки, дракона, королевы, эльфа…

Парень, которого я нарисовала в образе благородного рыцаря, и был Андрей.

– Ого! Рыцарь? А почему такой суровый?

– Я же художник. Я так вижу!

– А ты… не узнала меня?

Я пристально посмотрела в его улыбчивое лицо. Знакомое. Но откуда? И почему, действительно, я нарисовала его таким суровым? 

– Не помнишь? А я сразу тебя узнал. Тебя невозможно не узнать. Мы вместе работаем.

– Ой, извини… я ещё не всех там знаю и помню… - я извиняюще улыбнулась.

– Извиню… если ты дашь себя сфотографировать. Мне как раз нужна прекрасная девушка на фотосессию. Я в свободное время увлекаюсь фотографией и мне как раз не хватает модели для одного проекта. 

– Эй! Это неравноценно! - возмутилась я. - Знаю я, сколько на это уходит времени! Ты-то каких-то полчасика посидел, пока я тебя рисовала!

– Ну, тогда я тебе буду должен.

– А не боишься? - я коварно улыбнулась. - Давать такие обещания?

– Боюсь. - он весело блеснул глазами. - Но я же рыцарь. Я рискну.

Я согласилась.

Он фотографировал меня среди сосен и на берегу моря. Я была сказочным и таинственным видением.

В длинном старинном белом платье, с распущенными волосами, с загадочным и глубоким взглядом. Я ли это была? Нет, на фото было сказочное, нереальное существо!

Андрей отправил эти фотографии на какой-то конкурс и даже занял первое место.

С тех пор мы стали общаться. Сначала как друзья. Но постепенно я поняла, что значу для Андрея больше, чем друг…

Мы шли, взявшись за руки, а весна окружала нас ароматом цветов, птичьим пением, ласковым теплом… и я знала, чувствовала, что всё будет хорошо.

Как в беззаботном детстве мы купили мороженое, заняли свободную скамейку и смотрели на море. Андрей жадно смотрел на меня.

– Что такое? - удивилась я. - Я запачкалась? Ты хочешь попробовать моё мороженое?

– Хочу попробовать… - тихо ответил он. - Тебя. 

И потянулся ко мне с поцелуем 

Я покраснела. Целоваться прямо здесь и сейчас? У всех на виду? А впрочем… почему бы и нет? Я же всё равно уже с ним встречаюсь.

Мы принялись целоваться, как подростки. 

Не обращая внимания ни на кого.

Но на нас обратили внимание.

Прямо над нами раздался свист и весёлый мужской голос:

– Ну вы даёте!

Филипп

Слишком рано.

Я не готов.

Всё пошло не так.

Я знал, что рано или поздно увижу её. Я ждал встречи и хотел провести её по своему сценарию. Подготовить всё, что нужно. Избавиться, если надо, от лишних людей в её окружении. Создать такие условия, чтобы она захотела прийти, невзирая на моё присутствие. Чтобы она сама, сознательно согласилась со мной работать. И это согласие изначально бы задало совсем другой тон нашему общению.

Никакая информация не бывает лишней и нельзя к её сбору и обновлению относиться легкомысленно. 

То, о чём не забываешь в бизнесе. И не считаешь таким важным в личной жизни.

Зря.

То, что начало получилось откровенно неудачным - я понимал. Теперь придётся постараться, чтобы удержать её как можно ближе…

– Филин, так чего ты всё-таки так рано сорвался? Ты же собирался приехать через месяц?

– Не рассчитал.

– Не рассчитал? Ты? Ха-ха. Я скорее поверю, что ты что-то замышляешь!

– Егорыч, отстань. Я думал, что получится раньше. Но нет же, некоторым нужно личное присутствие! Зачем? Полюбоваться на меня? 

– А что? Ты у нас красавчик.

– Вот пусть распечатают мой портрет, повесят на стену и смотрят! А меня не трогают, я уже неделю назад всё подписал и дал согласие.

Я позволил раздражению дозированно проникнуть в голос. Не надо Димке сейчас знать, что я попросту не знал, что делать.

Мы сидели на просторной кухне Димкиного дома. В больших арочных окнах до пола плавился огненный закат. Димкина жена укладывала спать мелкую, а сам он готовил ужин.

Фирму, такую, какая она есть сейчас, я задумал ещё несколько лет назад. Только не собирался сидеть в своём городе, я хотел быть в центре всего, в столице.

Я работал в разных компаниях. Я узнавал бизнес изнутри. Я искал свой формат. 

Заводил связи. Знакомился с людьми.

Понял, что не потяну один, и в один из приездов домой судьба - а лучше сказать, мама - послала мне Димку, Дмитрия Егоровича. Он категорически не хотел уезжать в Москву. А я не хотел возвращаться. Но мы хотели делать одно дело и мы нашли выход. Сначала офис в Москве. Потом - филиал здесь. 

А теперь перенесли головной офис сюда.

Пандемия перекроила мир. Лишила многих привычных возможностей, но и раздвинула рамки. Удалённая работа стала привычной. 

Я исполнил свою мечту и захотел вернуться. 

Тем более…

С Димкой я познакомился уже после того, как мы расстались с Идой. И я не рассказывал ему о ней.

Как так вышло, что она оказалась в нашей фирме??? Я же узнавал, чем она занимается, ещё зимой. И я хотел заманить её к себе.

Но не ожидал встретить так скоро.

Мы расстались навсегда. Мы расстались плохо. Я думал, этого будет достаточно, чтобы её забыть. Я ошибался.

Всё это время я пытался делать всё, чтобы вычеркнуть Иду из памяти. Из своей жизни. Месяц за месяцем. Год за годом.

Но я был как будто притянут к ней на пружине. И чем дальше я уходил - тем сильнее меня к ней тянуло.

Я думал, время и расстояние помогут мне. Я выкину её из головы и стану свободным. Я думал, другие женщины помогут мне. Но все они были - не она.

И я сдался.

Желание увидеть Иду, услышать - становилось с каждым днём нестерпимей. Я считал дни до того момента, как вернусь в родной город и смогу построить вокруг неё паутину, сеть в которую она попадёт.

Потому что то, что я сделал - не прощается. Она не простит того, кто так подло и безжалостно с ней поступил. Что ж… значит, надо просто стать другим человеком. Измениться. Начать новую жизнь.

И завоевать Иду заново.

Я распланировал каждый шаг. Мне оставались кое-какие дела в столице, требующие моего личного присутствия. Торопиться не было необходимости.

Пока… на одной из фотовыставок я не увидел… её. Мою Иду! Прекрасную, как сказочное видение. Она таинственно улыбалась с одной из призовых фотографий, как будто заманивала, звала за собой в волшебный лес. Фея. Лесная фея!

Меня скрутил приступ острой боли в сердце. Я не мог дышать. Не слышал и не видел ничего вокруг. Только смотрел в родные глаза. Мечтал прикоснуться.

Я сошёл с ума. Я узнал имя фотографа, место где были сделаны фото, имя модели. Да, это была она… И с тех пор время понеслось всё стремительнее и стремительнее. 

Я закончил все дела досрочно. Я прилетел в родной город, удивив всех - маму, Димку.

Я собирался быстренько пробежаться по офису, лично поглядеть на сотрудников и придумать необходимость нанять такого ценного специалиста, как моя Ида.

Через мать я собирался свести знакомство с семьёй Иды, которое так и не состоялось, пока мы были вместе. Мы ведь ждали окончания её учёбы, чтобы…

Почему я ничего не почувствовал? Был самый обычный день. Когда я подъехал к офису, у меня ничего не дрогнуло внутри. 

Тем сильнее был удар.

Ведь первое, что я увидел, когда шагнул внутрь - была она.

С другим.

С каким-то смазливым чернявым мужиком. 

Я оторопел.

Димка знакомил меня со всеми. Представлял. Болтал. Шутил шуточки. А моё сердце сковал ледяной панцирь. Под которым бушевал вулкан. Не сразу получилось взять себя в руки. Время было упущено и я сделал вид, что не узнал её. 

И она увидела меня. Узнала. Посмотрела, как на пустое место. И продолжила общаться с этим своим… Прямо при мне согласилась пойти на свидание! Назло мне? Или ей всё равно? 

Вместе с выходными закончилась хорошая погода.

Природа, как и люди, оплакивала выходные - в понедельник зарядил дождь. 

Тепло куда-то улетучилось, воцарилась сырость и холодные брызги.

На работу я пришла хмурясь и зевая, с уже привычным напряжением, и оно меня сегодня не подвело. Присутствие Филиппа я ощутила до того, как его увидела. Наверное, услышала голос. Меня неудержимо тянуло на него посмотреть и одновременно хотелось сбежать. Но почему-то не было сил. Дождливая погода вытягивала всю энергию, хотелось спать, хотелось вообще не выходить из дома.

Я зашла в офис с наушниками в ушах и телефоном в руках.

Не сразу заметила на пути преграду. 

Славик, охранник, стоял передо мной и приветливо скалился. 

Мне стало неприятно. Вспомнила, как вчера он увидел нас с Андреем целующимися и полез здороваться. При этом остроумно, как ему казалось, шутил. Только шуточки все были ниже пояса и мы от него еле отделались. Только когда Андрей чуть не ударил его - тогда он отстал.

– Привет!

– Привет. Можно, я пройду?

– А, проходи, конечно. Как погуляли вчера?

– Хорошо. Успели до дождя. - я внезапно зевнула.

– Не выспалась? - понимающая ухмылка.

Я сдвинула брови. Это ещё что за новость? Ему какое дело?

Недовольно посмотрела, пытаясь понять, зачем ему это нужно.

– Понял, отползаю! Необщитальная ты. - пожаловался он.

С чего это он захотел общаться? Раньше только привет-пока, и всё.

Я выкинула это из головы.

На рабочем месте меня опять поджидала Инночка. С горящими глазами, полная энергии, сил и наверняка очень полезных знаний. Которыми жаждала со мной поделиться. Я завертела головой в поисках спасения…

Андрей с серьёзным видом что-то выслушивал от Филиппа. Нет. От Филина! Какого этот… сыч лишает меня внимания моего парня? Я разозлилась.

Андрей улыбнулся мне, помахал рукой, Но не подошёл.

Гадство.

И я не буду подходить!

Инночка захватила меня в плен и принялась возбуждённо шептать, блестя глазами.

– Идка, слууушай! Я узнала его адрес, представляешь!

– Что? Какой адрес?

– Да Филиппа Александровича же!

– Зачем?

– Вот ты дубовая! Затем, чтобы прогуливаться в этих местах, случайно! Чтобы встретиться с ним, и…

– Так вот же он. Рядом. Ты всегда можешь подойти и сказать, что тебе нужно.

– Ты смеёшься! - обвинительно и обиженно. - Здесь - другое дело. Здесь тоже надо попадаться ему на глаза. А около дома надо попасться так, чтобы он туда пригласил!

Я попыталась это представить и не смогла. В голову лезли какие-то дурацкие картинки, как Инночка с пистолетом в руках, держа Филиппа на прицеле, загоняет его в квартиру… или в дом… видение оказалось таким заманчивым, что вот это уже я держу в руках оружие, а он стоит передо мной на коленях, смотрит умоляющим взглядом и просит пощадить его! Хватает меня за ноги, взгляд меняется. Становится бездонным и порочным, и Филипп произносит своим мягким, бархатным, чарующим голосом:

– Можно?

– Нет! - мстительно отвечаю я.

– Простите?

Я почувствовала пинок, вздрогнула и увидела стоящего передо мной Филиппа, который смотрел на меня с недоумением. 

Позорище! Я мгновенно покраснела, злая сама на себя и на Инну, которая завела этот разговор.

А Инночка, притворно смущаясь, защебетала:

– Ой, конечно можно!

И хлопнула ресничками.

Что она вообще тут забыла, не пора ли ей работать?

Это же интересует и нашего ненаглядного директора. Он спрашивает, её ли здесь рабочее место и готова ли она показать ему плоды своих трудов…

Инночка ойкает и уносится к себе. Кажется, она восприняла его слова чуть ли не как приглашение на свидание. Ну что ты с ней сделаешь!

Филипп просматривает мою работу быстро, молча. Делает только пару замечаний, задаёт пару вопросов. От него фонит напряжением. Но ничего сверх рабочих моментов. Я даже немного… разочарована?

Он сегодня близок к народу. Расстёгнутый ворот белоснежной рубашки, рукава закатаны по локоть. Знойный мужчина. Обходит всех, бегло просматривает всё, что ему нужно. Делает точные замечания, кратко общается с людьми.

Он притягивает взгляды, как магнит. Стараюсь не смотреть на него, наблюдаю краем глаза. Не могу сосредоточиться на работе.

И Андрей не подходит. Чем его так озадачили, что он уставился в монитор и стучит по клавиатуре как ненормальный? 

Чувствую себя брошенной.

Дмитрия Егоровича сегодня не видно. Филипп Александрович… - Филин Александрович, буду называть его только так! - забрал сегодня всю полноту власти и царит безраздельно.

С трудом втянулась в рабочий процесс.

Обед подкрался незаметно.

Умеет Филипп мотивировать людей, ничего не скажешь! Я втянулась, заработалась, и, когда ко мне подошёл Андрей, вздрогнула.

– Пойдём в кафе?

– Уже? - я с удивлением проморгалась, смотря на время.

– Да, я тоже чуть не пропустил время. Филипп Александрович молодец! Настоящий профессионал. Сразу видит всю картину и здорово вдохновляет!

– Муза, блин… - пробормотала я себе под нос.

– Что-что?

– Молодец, говорю! Филин Александрович!

В наступившей тишине мой голос прозвучал особенно громко.

Опять! Ну что такое, это же постоянный источник раздражения! Я снова покраснела. Чёртов Филин!

Филипп, который и попросил тишины минуту назад, чтобы сделать объявление, только приподнял бровь. Ещё раз попросил минуту внимания. И объявил, что, с опозданием, хоть и по независящим от него причинам, в честь встречи с таким прекрасным коллективом, будет корпоратив. В пятницу, чтобы все смогли отдохнуть и как следует познакомиться.

И пристально посмотрел на меня.

Ворота с трудом откатились, закрылись с гулким металлическим ударом. Высокие ступеньки, синие железные перила, белая пластиковая дверь.

Меня сбил с ног шестирукий, шестиногий оглушительный ураган. Братья. Невозможные, неудержимые. Они прыгают, вопят, хватают меня. Маленькие негодники, самые любимые! Всегда рады видеть меня, не учат меня жизни, не ругают, не разочаровываются во мне. Не предают.

В конце концов, именно ради них я и помирилась с отцом и бабушкой. Первое время нашей ссоры я видела мальчишек тайком - созванивалась с мачехой и мы где-нибудь встречались во время моих нечастых приездов домой.

Потом я вернулась.

И потихоньку - хотя и не сразу - восстановила общение с семьёй. С новой позиции. С позиции самостоятельной работающей женщины, которая никому ничего не должна.

Во всяком случае, это я так считала. Что считали бабушка с отцом - меня уже не волновало. Я слишком изменилась, чтобы принимать близко к сердцу чужие ожидания. 

Я отдала детворе на растерзание пакеты с подарками, каждому свой, отдельный, и, на всякий случай ещё и подписанный - чтобы не разнимать потом драки. И отправилась отдавать родственный долг.

Мачеха, тётя Лена, суетилась на кухне. Она выглядела совершенно довольной жизнью. Мало-помалу она мягко и незаметно забрала в свои руки власть в доме, я бы не поверила, скажи мне кто это раньше. Среди таких любителей покомандовать! Отец в зале смотрел спортивный канал и ругался на защитников, полузащитников… кто там ещё бывает. Бабушка в своей комнате громко разговаривала по телефону, заглушая звуки сериала. Семейная идиллия! 

Я подхватилась и принялась помогать готовить ужин.

Сейчас я старалась навещать их не реже раза в неделю, ну, может, в две. Встречи делала не очень долгими. Предпочитала погулять с мальчишками, чем идти сюда. Всё-таки, хоть я и выросла, и изменилась, и перестала так остро реагировать - мои родные не изменились совсем. Они всё ещё знали жизнь лучше меня, всё ещё давали мне советы, всё ещё выговаривали мне за недостойное поведение.

Просто больше я не чувствовала зависимости и знала, что могу уйти в любой момент.

Но старалась не доводить.

Вот и сейчас, во время совместного ужина, я попала под прицел.

– Ты уже не девочка, а до сих пор не замужем! Смотри, довыбираешься и останешься ни с чем, вот как Ленка.

– Мама! - отец нахмурил брови.

– А что мама? Что мама? Что она, за молодого замуж вышла? За седого, лысого и разведённого! И ты, Идка, засидишься в девках, а потом никому не нужна будешь!

– Мама, ну что вы. Ваш сын ещё молодой и красивый. И полный сил. - голос тети Лены тих и умиротворяющ, отец приосанился и посмотрел на неё благосклонно.

– Ага, конечно. - бабушка фыркнула и посмотрела на меня. - Вот у МарьВасильны внук есть, придёшь в следующий раз, я вас познакомлю!

– Ба, у меня есть парень!

Воцарилась тишина. Все замерли и посмотрели на меня.