Измена Давай отчаливай

- Отпустите вашего мужа ко мне. Мы любим друг друга. Вам тридцать семь. Вы старая, вам секс уже не нужен, а мужчины дольше остаются молодыми, - поздравляет меня с днём рождения подруга дочери.

Мы стоим по разные стороны стола, подняв бокалы. Я выдавливаю скупую улыбку. Это шутка такая, да?

А Лиза смотрит на меня серьёзно, вызывающе.

Мой бокал внезапно становится невыносимо тяжёлым. Медленно моргнув, роняю его. Дзынь.

Бордовое пятно растекается по белоснежной скатерти, образуя не совсем правильное сердце.

Скольжу взглядом по растерянно застывшим лицам гостей. И ничего не вижу. Словно надела слишком сильные очки, и предметы вокруг плывут, дрожат и распадаются.

Время останавливается. В ушах звон.

Опускаю глаза. Заторможенно рассматриваю острые осколки: они так красиво переливаются в свете фонариков, развешенных по беседке.

Мысли мечутся, никак не собираются в логичную цепочку. Не могу поверить тому, что услышала. Неужели случилось то, чего я боялась? Сергей предал. Как папа раньше…

Да нет. Не может быть.

Поднимаю вопросительный взгляд на мужа.

Вместе двадцать лет. Построили дом. Вырастили дочь. Нам же было хорошо, мы почти не ругались…

Неужели ты сделал это, Серёж? Ты смог?

Его взгляд кажется смущённым и испуганным.

Со вдохом открываю рот, потом ещё раз. И не могу задать вопрос.

- Ох… - хрипло выдыхаю и оседаю на скамью.

А муж начинает неестественно хохотать:

- Молодёжи больше не наливать! Ничего себе у вас шутки, девочки.

И гости оживают: с облегчением смеются, чокаются, закусывают.

- Ты чего несёшь? - дочь дёргает Лизу за рукав толстовки.

Та неловко плюхается на место, одновременно выпивая залпом своё вино. Стася отвешивает ей подзатыльник и силой утаскивает в сторону дома.

Веселье продолжается. Кто-то врубает музыку на полную. На площадке напротив бассейна мелькают силуэты танцующих. Отстранённо замечаю, как на блюдо в центре стола ложится букет шампуров с нанизанными на них сочными кусками запечённого мяса.

А у меня перед глазами растекается вязкий туман. Я словно замедлилась, окоченела. Плечи сжимает тяжёлый, каменный панцирь. Больно…

Во рту сухо.

Тянусь за кувшином с лимонадом. Промахиваюсь.

Внезапно его перехватывает чужая рука.

Брат мужа садится рядом, наливает газировку в высокий стакан, двигает его ко мне. Я слышу его голос с хрипотцой, тихий, умиротворяющий. А слов разобрать не могу. Растерянно залипаю на движении его тонких чётко-очерченных губ.

- А?

- Говорю, твоей маме на химию через неделю. Будет лежать в «люксе». Сиделку тоже оплачу.

Выныриваю из шока. Здоровье мамы - самое болезненное для меня. Палата «люкс», сиделка - очень дорого.

- Спасибо, Олег. Конечно, я хочу, чтоб маме было удобно, но… Но почему? – мнусь, - Из жалости? После того, что сейчас…

Вопрошающе вглядываюсь в его глаза, чёрные, как ночь без луны. Ищу отблески сопереживания, ответы на вопросы, которые боюсь задать. Но там другое.

- Нет! - он успокаивающе кладёт тёплую ладонь на моё плечо.

- На минутку отвернулся, а тебя отбить пытаются? – раздаётся насмешливый голос.

Вздрагиваю. Не слышала, как Сергей подошёл.

- Пойдём потанцуем.

Он увлекает меня за собой к площадке. Останавливаемся в центре. Муж мягко обнимает меня за талию, и мы начинаем медленно двигаться в такт музыке.

- Расстроилась? Не надо. Ты не старая, а шикарная. Все друзья от тебя в восторге, – шепчет мне на ушко, - Лизка просто тупо пошутила.

Да? Нахмурившись, молчу, сжигаю его взглядом. Знаю, он терпеть не может, когда я держу паузу. Начинает метаться и юлить. Так и сейчас: глаза мужа бегают, он слегка взлохмачивает мои волосы, сразу же приглаживает обратно.

Заискивающе улыбается:

- Ну, не молчи, Милан. Понимаю, тебе обидно. Дети пошли, конечно… Наглые, бесцеремонные. Со смартфонами не расстаются, книг не читают. Несут ахинею. А ты у меня красотка, любой молодухе фору дашь.

Он специально? Вырвал из контекста фразу и кружит вокруг.

- Лиза сказала, что ты любишь её.

Муж делает вид, что не слышит.

- И пожалуйста, давай больше не будем о детях. От них одни проблемы, реально. Нам только недавно легче стало. Дочь в свободное плавание отправили, и опять в подгузниках погрязнуть? Давай поживём друг для друга, наконец.

Он знает, что я давно мечтаю о малыше. Отвлекает тем, что для меня особенно важно… Но обсуждать эту тему сейчас не хочу и не буду.

Перебиваю:

- Так Лиза врёт? Ты не изменял мне? Или изменял?!

Муж останавливается:

- Нет.. Нет-нет. Конечно, нет. Как ты могла принять всерьёз её слова? Между нами ничего не было и нет. Она же мелкая, недавно школу окончила. Чем она может зацепить взрослого мужчину?

Я всматриваюсь в его лицо, пытаясь считать эмоции, ухватиться за фальшь. Но его взгляд чист и прозрачен, как воды Атлантического океана.

Грустно подсказываю:

- Молодостью, Серёж.

Чмокнув меня в лоб, муж уверенно подытоживает:

- И больше ничем. А ты королева. Только ты мне нужна. Не думай о плохом.

Со вздохом расслабляюсь:

- Хорошо. Верю.

И я на самом деле очень хочу, чтобы его слова оказались правдой. Ведь он никогда не давал мне повода думать иначе.

На глаза наворачиваются слёзы. Счастье, что мы всё выяснили. Не было измен. Просто глупая шутка. В семье важно доверять. И я буду… Буду!

— Вот и прекрасно! – с облегчением улыбается муж.

Он крепко сжимает меня в объятиях.

- Пойдём за стол. А то сейчас без нас всё мясо слопают. Придётся ждать следующей партии.

Обнявшись, направляемся в беседку.

Нас догоняет дочь.

- Родители, всё хорошо?

- Да, - улыбаюсь ей, - а где Лиза?

- Домой отправила. Чуть вечер не испортила, дура, - фыркает Стася.

- Во-во, - поддакивает Сергей.

- Да ладно, всё хорошо, с кем не бывает. Она просто неудачно пошутила.

- Угу, - мрачно кивает дочь, — надо думать, прежде чем язык распускать.

Весёлый вечер плавно перетекает в пьяную ночь. Смех становится громче, разговоры непонятнее. На часах уже далеко за полночь. Наверное, скоро соседи начнут возмущаться. Пора выпроваживать гостей.

Выискиваю взглядом мужа. Замечаю его возле мангала. Судя по всему, он нормально отметил. Болтает без умолку то с одним, то с другим. Обнимается с кем попало. Когда успел только?

Собираюсь идти к нему, но вдруг замечаю возле ворот незнакомого мужчину. В руках он держит милый букетик белых роз.

- Вам кого?

- Экспресс-доставка цветов.

- О, это мне, у меня день рождения, - расписываюсь в бланке заказа, - спасибо.

- Поздравляю, - курьер исчезает за воротами.

А я с удовольствием вдыхаю аромат цветов. Они чудесны!

Нащупываю внутри открытку. Наверное, Серёжа решил таким образом поднять моё настроение.

Иду к нему. Там хорошее освещение, и можно прочесть, что написано.

- Любимая, отличный вечер, да?

Его взгляд падает на букет в моих руках, глаза расширяются.

- А у меня цветочки. Не знаешь, от кого? – кокетничаю я.

Достаю открытку. Начинаю читать и чувствую, как земля уплывает из-под ног.

-----------------

Дорогие читатели!

Приветствую вас в своей новинке "Измена. Давай отчаливай".

Буду очень благодарна вам за поддержку.

за звёздочки, добавление в библиотеку, комментарии.

Подписывайтесь на мою страничку. чтоб вовремя узнавать о новых историях.

Если кто-то не заметил, уточняю: книга 18+ , а это значит, что в ней может встречаться нецензурная лексика и откровенные сцены.

А в записке написано:

«Завтра утром позвоню. Придёшь в десять без трусов, поняла? Лизка-редиска».

Улыбка сползает с лица:

— Цветы не мне… - не спрашиваю, а утверждаю.

- После поговорим, - сквозь зубы цедит Сергей.

Он зол, закрыт передо мной, глаза бешено сверкают.

- Да о чём? И так всё…

Сглатываю. Не могу продолжать.

Опускаю взгляд на букет в своих руках. Розы больше не кажутся мне красивыми. Наоборот, они уродливы. Лепестки вывернуты, как щупальца осьминога. Белые, похожи на лёд.

И руки мои от них мёрзнут.

Слабыми пальцами кладу букет прямо в чашу мангала. В ней нет огня, но ещё тлеют угли, и я на несколько секунд задерживаю ладони, пытаясь согреться.

Из мангала повалил дым, запахло жжёной бумагой.

Краем глаза замечаю, что рядом с Сергеем собираются люди.

- Милана, не надо устраивать сцен при гостях. Это не то, что ты думаешь.

- А что я думаю? – не справляюсь с эмоциями, и голос дрожит от обиды, - по-моему, тут и думать нечего.

- Твои мысли громче моих слов, - у мужа нервно дёргается щека, - Отправляйся в дом. Немедленно. Ты зациклилась.

- А ты… Ты… Предатель. Изменяешь мне! - горло дерёт от сотни невысказанных обвинений.

Не получается нормально дышать.

Сердцебиение разгоняется и зашкаливает.

- Пошёл к чёрту, - хрипло выплёвываю в лицо мужу.

Он натянуто улыбается.

Мне хочется сжечь его презрением. Но оказаться истеричкой перед гостями? Чтобы все, абсолютно все, узнали и потом сплетничали за спиной? Только не это.

Резко разворачиваюсь и ухожу в дом.

- Извините, небольшое недоразумение. Именинница устала. Думаю, пора закончить праздничный вечер, - слышу за спиной.

Слёзы застилают глаза. На ступеньках террасы спотыкаюсь и падаю… В объятия Олега. От него приятно пахнет дорогим парфюмом и немного табаком.

- Осторожнее. Что случилось?

- Ничего!

Отталкиваю его. Всхлипнув, устремляюсь через холл. Ускоряюсь до бега. По лестнице на второй этаж.

Вот и спасительная дверь нашей с мужем спальни. Врываюсь и лихорадочно дёргаю защёлку, чтоб закрыться изнутри.

Живот скручивает спазмом. Съезжаю спиной по двери на корточки.

Огненная волна паники пробегает по моему телу от макушки и ушей до пальцев на ногах.

Сергей изменяет мне.

Боже, я же не переживу… Как мне теперь быть?

Мы с юности вместе, поженились, еле дождавшись моего совершеннолетия. У меня больше не было мужчин. Он самый родной человек для меня. Не только партнёр, но и друг. Так мне казалось… Вся моя самостоятельная жизнь связана с ним. Я посвятила себя семье, отдала без остатка, а взамен получила предательство и унижение.

- Милана, открой немедленно, - раздаётся требовательный стук, - надо поговорить.

В голосе мужа звучит раздражение, смешанное с нотками усталости.

Замираю, затаив дыхание. Не надо, сейчас я не готова к выяснению отношений. Уходи, пожалуйста, уходи…

- Слушай, тут ничего такого. Я хотел позвонить ей, чтобы отругать и заставить извиниться перед тобой.

Не выдерживаю, шиплю в щель между стеной и дверью:

- Без трусов?

– Тупая шутка, роднуль. Типа ремнём отлуплю по голой заднице за то, что она наболтала.

- А зачем тогда цветы посылал? Ой, всё.

- Да чтоб она не злилась ни на кого. Выгнали почти девчонку. Чтобы со Стаськой помирилась, подруги же. Обычная вежливость, ничего больше. Хотел замять конфликт.

Я задумываюсь. В принципе, вполне логичное объяснение. Но это не точно. Мысли путаются. Мне бы сейчас побыть в одиночестве, разобраться в себе, в том, что произошло сегодня, расставить по местам.

- Что опять, пап? – Стася подошла к отцу.

- Всё хорошо, солнышко. Просто мама устала, и теперь никого не пускает в спальню.

Наверное, у меня уже галлюцинации. Но кажется, дочь тихо прыскает и еле слышно шепчет странное:

- А тебе переночевать негде?!

О чём она?

Нет, это точно почудилось. Наверное, Сергей прав. Я бешусь от усталости, не могу адекватно воспринимать происходящее. Измена – это одно, а вот сговор плюс предательство – совершенно иное.

- Валите все. Хотя бы сегодня оставьте меня в покое. Я устала, никого не хочу видеть! Спокойной ночи.

Я поднимаюсь и демонстративно топаю, притворяюсь, что ушла вглубь комнаты.

- Ой, серьёзно, отстань от неё, пап. У неё климакс, наверное, - ехидничает дочь.

Обидно… Когда тошный подростковый возраст заканчивается, интересно? Уже девятнадцать скоро, а за языком не следит.

- Уймись, - одёргивает её Сергей, - спать иди.

- Пусть не накручивает, - огрызается.

- Серый, где у вас кофе? – раздаётся из гостиной голос Олега.

Чуть не забыла. Брат мужа сегодня ночует у нас. Вот пусть и пообщаются.

- Какой кофе, давай по коньячку. Спущусь сейчас.

И перед тем как уйти, снова зовёт меня:

- Милана, - ласково, - люблю тебя. Это правда.

Не отвечаю…

Пока не могу.

***

Уснуть до утра так и не получилось. Хорошо, что у меня сегодня выходной.

Разбитая, с головной болью и с выцветшими от слёз глазами, покидаю спальню. Запахнув халат, спускаюсь на первый этаж. Муж громко храпит, лёжа на угловом диване в гостиной.

Совесть чиста? Нет, дело в другом. На столе замечаю тарелку с заветренными кусочками колбасы, стакан, валяется пустая бутылка из-под коньяка.

Вяло выкидываю остатки еды в мусорное ведро, ставлю в раковину грязную посуду. Открываю воду, несколько раз брызгаю пальцами на сухую кожу лица. Надо бы взять себя в руки, умыться, причесаться, немного навести порядок. Сил нет...

За спиной хлопает входная дверь.

- Проснулась? – на пороге стоит Олег, - а у вас опять гости. Серый скорее мёртв, чем жив. Вас с племяшкой будить не стал. Некому было калитку открыть, пришлось мне. Ничего?

Поджав губы, качаю головой. Ох, как же не вовремя. Кого принесло в такую рань?!

- Здравствуйте, тётя Милана. Нам надо поговорить.

Из-за широкой спины Олега появляется Лиза.

- Входи. Ты не к Стасе?

- Нет, к вам.

Вытираю руки полотенцем.

В голове проносится мысль о том, что я, в отличие от Лизы, сейчас выгляжу отвратительно. Разводы вчерашней туши под глазами усиливают тёмные круги от бессонной ночи, причёска растрёпана, кожа бледная. А Лиза явилась при полном параде. Длинные пшеничные волосы струятся по плечам и спине, блестят как при солнечном свете. Пушистые ресницы загадочно порхают, обрамляя собой кошачий разрез глаз. Закусив пухлую губку, Лиза цепко осматривается. Заметив Сергея, сиротски свернувшегося под пледом во вчерашней одежде, она немного краснеет. Поняла, что мы спали отдельно.

- Ой, я не вовремя… Вы ещё отдыхаете? – в её интонации явно скользит облегчение.

- Всё нормально.

На самом деле нет. Мне тревожно. До кома в горле, до сердца, бомбящего мою грудь изнутри.

- Пойдём, - вздыхаю и веду подругу дочери на второй этаж.

Оказавшись в спальне, киваю ей в сторону кресла, сажусь на кровать напротив.

- Слушаю тебя.

Вскинув подбородок, смотрю на Лизу.

Я никогда не интересовалась её внешностью, мимикой, повадками. Она была для меня просто тенью дочери. Мы приглашали её на праздники, чтобы Стасе не было скучно. Предлагали пообедать у нас, чтобы Стася не оставалась голодной. Она была тихой вежливой подружкой, которую надо было обязательно проводить, когда забирали дочь с катка зимой, потому что одной идти ей было страшно. Улыбчивой девочкой, которую надо подвести после музыкалки, если их со Стасей занятия совпадали по времени. Не более. Как получилось, что важность Лизы для нашей семьи так неожиданно и весомо изменилась?

Теперь она сидит напротив. Наши взгляды встречаются. Одновременно с вызовом и уязвимо она смотрит мне в глаза. Нервно теребит яркую серёжку в виде голубой птички с раскинутыми золотыми крылышками.

Я снова нарушаю молчание, стараюсь придать своему голосу уверенности:

- О чём ты хотела поговорить?

- Вчера я ляпнула. И случайно обидела вас. К тому же…

Я прищуриваюсь, скрещиваю на груди руки.

- Возможно, даже до вас дошли какие-то слухи.

- О чём ты?

У меня холодеет внутри.

- Что мы с вашим мужем… О вашем муже и обо мне.

Боже, что она несёт?

- Я хочу сказать вам, что всё неправда. Это… Полная фигня. Просто злая шутка. И сплетни. Я понимаю, вы пока не верите, и я не знаю, как вас убедить. Между мной и вашим мужем ничего нет.

Она растягивает губы, но улыбка выглядит вымучено. Как будто кто-то заставляет врать против её воли.

Не знаю, откуда во мне столько раздражения. Раньше я не была злюкой. Но сейчас меня бесит всё. Между нами нет ни капли искренности.

В комнате воздух тяжёлый, гнетущий. Он затекает мне в нос, бурлит в лёгких. Мне хочется открыть окно нараспашку и… Вышвырнуть её? Выпрыгнуть самой? Не знаю. Но совершенно точно – я больше не могу видеть, слышать, чувствовать Лизу рядом.

- Что дальше?

От нервно-беззащитного взгляда Лизы у меня чешется в глазах, как будто в них попал песок. Сосредотачиваюсь на синем камешке её серьги. Он переливается, сверкает множеством идеальных граней. Его прозрачность и глубина постепенно отвлекает, успокаивает меня…

Но только почему Лиза, заметив мой интерес, перестала теребить серьгу и спрятала руки за спину?

- Простите меня, пожалуйста, за вчерашнее. За всё. Я больше так не буду, - всхлипывает она совсем по-детски и поднимается.

Вижу, что потерялась: она больше не имеет желания оставаться со мной наедине, но и сбежать не решается.

- Хорошо. Прощаю, - стараюсь говорить как можно спокойнее, - но если всё случившееся фигня, то почему ты так нервничаешь?

- Потому что… Потому что я боюсь опять ляпнуть не то и разрушить вашу семью.

После вчерашних заявлений это звучит странно. Но вполне искренне.

И я не знаю теперь, как со всем этим жить. Однако то, что Лиза решилась, пришла, извинилась – это уже серьёзный поступок, достойный …

Того, чтобы что? Не убить её сейчас? Усмехаюсь возникшей в голове странной мысли.

Поднимаюсь тоже.

- Спасибо за честность, Лиза. Всего хорошего.

Она пулей вылетает за дверь.

Подхожу к окну, открываю. Глубоко вдыхаю прохладный утренний воздух. Через несколько минут успокаиваюсь.

Ладно. Живём дальше. Скоро проснётся Сергей, мы с ним попробуем поговорить спокойно, без истерик. Мы близкие люди, столько лет вместе и непременно должны найти общий язык.

А пока надо бы привести себя в порядок. Достаю из гардероба чистое полотенце и бельё,

беру с тумбочки пузырёк с лосьоном для тела и, стараясь не шуметь, отправляюсь в ванную.

На лестницы слышны глухие голоса. Я замираю и прислушиваюсь.

- Почему не дождалась звонка? Совсем сдурела, так подставлять?

Это Сергей.

Я чуточку сдвигаю в сторону дверь ванной, она у нас зеркальная, и мне сразу становится видно всё, что происходит на лестнице.

А там стоит Лиза. Она прижимается всем телом к стене. Над ней склонился мой муж. Его руки с обеих сторон от её головы. Он зажал её, лишив возможности сопротивляться или сбежать. Как огромный пёс дворовую кошку. Или нет. Как самец свою самку. Жёстко, властно, с голодной, грубой страстью. Словно имеет на это полное право.

- Что ты ей сказала?

Губы мужа так близко от её рта, что мне непонятно, касаются ли они друг друга.

Мои губы и руки дрожат, а ноги слабеют.

- Правду сказала, - к лицу Лизы приливает кровь, она часто и глубоко дышит, - что ты не в моём вкусе. Что я ненавижу старпёров с волосатой грудью, от которых прёт перегаром по утрам. Люблю молоденьких.

Да что она бормочет?! Она дёргается, сделав попытку вырваться, но Сергей тихо рычит, хватает её за волосы на затылке, и возвращает на то же место.

- Сука. Если ты будешь лезть в мою семейную жизнь…

- Не ссы, - шипит Лиза, - больше не придётся.

Какой ужас. Разве это может быть на самом деле? Я роняю пузырёк с лосьоном, он с глухим, но отчётливым стуком катится в сторону лестницы.

Бросаюсь за лосьоном, нервными движениями ловлю его. Встаю и понимаю, что больше ничего не услышу. Лизы нет. Муж широкими шагами поднимается ко мне.

- Серёж, я хочу знать…

Если уж моё инкогнито раскрыто, я намерена поговорить о том, что происходит. Мне нужны объяснения прямо сейчас. Но муж грубо вырывает у меня из рук полотенце и перебивает меня.

- Милана, какого хера ты не разбудила в восемь? – громко рычит он, - у меня встреча с инвесторами через пятнадцать минут.

Его глаза пылают жгучей неприязнью. И я теряюсь. Жадно глотаю воздух. Забываю обо всём, и почему-то сразу испытываю чувство вины.

Он никогда раньше не позволял себе на меня орать. Или повода не было, что ли…

Но разве он предупреждал меня? Ох, а вдруг да, а я просто в суете пропустила его слова мимо ушей...…

- Не помню, чтобы ты говорил об этом вчера.

Не узнаю свой голос: это растерянный лепет какой-то.

Муж беспардонно отталкивает меня с дороги, входит в ванную, с размахом вешает полотенце на крючок.

- Да что ты говоришь! А может, просто тебе плевать на всех, кроме себя? Или мозги ссохлись от безделья? – он стягивает через голову свой лонгслив, раздражённо комкает и кидает в корзину для грязного белья.

- Найди нормальную работу, займись чем-то важным, - муж презрительно кривит губы, - и рубашку свежую достань. Надеюсь, она хотя бы поглажена?

Берёт щётку, с силой выдавливает на неё пасту и начинает чистить зубы резкими, торопливыми рывками. Не смотрит на меня больше.

Мне становится безумно обидно. На глаза наворачиваются слёзы. Конечно, я всегда слежу за его одеждой, привожу её в порядок тщательно и вовремя. Ещё не было случаев, чтобы вещи мужа валялись мятые. И никакая я не тунеядка.

- Вообще-то, я работаю.

Оскорблённо разворачиваюсь. И отправляюсь в спальню за рубашкой.

Сергей громко полоскает рот, сплёвывает и усмехается в спину.

- Инструктором йоги три раза в неделю? Перестань. Это дурь, а не работа. Займись нормальным делом. Чтобы не было желания истерить целыми днями.

- Ты же сам хотел, чтобы я занималась домом и дочерью. Говорил, что это важнее, и в моих деньгах нет необходимости.

Снимаю с вешалки бирюзового оттенка рубашку, разворачиваюсь.

Муж уже рядом, он грубо вырывает её у меня из рук. Надевает. Застёгивая на ходу, спешит к лестнице.

- Твою машину забираю, мою обещают только к вечеру отремонтировать, - холодно бросает через плечо.

- А во сколько ты вернёшься? – семеню за ним, - мне надо маму покормить, у неё лекарства по времени. Кстати, я должна и в аптеку ещё заехать, чтобы купить их, кончаются некоторые. Да и без меня она их выпить забудет… Подвези, а потом отправляйся на свою встречу.

Муж быстро обувается у входа. Продолжая игнорировать меня, распахивает дверь. Мне кажется, что даже спина Сергея выражает сейчас презрение ко мне.

- Нет, - коротко обрубает он, - твоя мать – твои проблемы. А Тойота была куплена на мои средства. Такси закажи.

Оборачивается и цедит напоследок:

- Ах да. У тебя же нет собственных денег. Ну, помедитируй. Может, появятся.

Он настолько громко захлопывает дверь, что я вздрагиваю и закрываю лицо руками.

Как это всё понимать? Почему муж так отвратительно повёл себя? В чём я провинилась?!

Вдруг на моё плечо ложится рука.

- Собирайся. Подвезу тебя, куда надо, у меня сегодня выходной.

Какой кошмар… Олег ещё здесь, он стал свидетелем нашей омерзительной ссоры. Как же стыдно… Невыносимо, мучительно стыдно.

С огромным трудом поднимаю на него глаза. Очень боюсь увидеть в его взгляде жалость. Но нет. Олег спокоен и невозмутим.

- Или сначала кофе выпьешь?

***

Брат мужа везёт меня к маме, и я всё никак не могу успокоиться.

Новый автомобиль Олега передвигается почти бесшумно. Мы с мужем и дочерью живём в пригороде, и жилые дома встречаются редко. За окном мелькают деревья с густой листвой. И мы словно мчимся по узкому зелёному коридору.

Я всё глубже тону в своих мыслях.

Почему Серёжа так себя повёл? Я всегда заботилась о нём и Стаське и теперь чувствую себя оскорблённой. Недооценённой, что ли…

С какой радости он вдруг стал меня обвинять в том, что я мало зарабатываю? Да, деньги, которые я получаю, не сравнить с прибылью мужа, но он никогда не ставил мне это в укор. В конце концов, моя работа по дому разве не имеет никакого значения?

Получается, что нет. Конечно, откуда ему знать, как трудно вести хозяйство.

Кажется, теперь придётся искать новую работу. Хочу чувствовать себя независимой от него!

А ситуация с Лизой… Что между ними происходит? Она говорила ему «ты», когда они были наедине. При мне – ни разу. Они явно близки, но насколько?

Я должна выяснить правду о его возможной измене.

Только как? Даже если кто-то из знакомых в курсе происходящего, они вряд ли расскажут мне.

- В аптеку? – выдёргивает меня из мыслей голос Олега.

- Не, - слабо качаю головой, - потом.

Безумно стыдно признаваться, в том, что у меня мало денег.

- Прости, что напрягаю. У тебя, наверное, дел полно.

Олег – биг босс. Директор сети строительных магазинов. И выходных, как мне известно, у него не бывает. Скорее всего, он везёт меня из жалости.

- Сказал уже, - кидает в мою сторону острый взгляд и снова смотрит на дорогу.

Оставшуюся часть пути мы молчим. И мне хорошо. Я благодарна Олегу, что не пристаёт с вопросами и неуместными советами. Просто находится рядом в трудные минуты, не даёт провалиться в отчаяние. Мне сейчас нельзя, я должна быть сильной. Ради мамы.

Мы паркуемся возле серой пятиэтажки.

- Спасибо, - выхожу из машины.

- Пойду с тобой, - Олег щёлкает пультом, закрывая автомобиль, - давно не видел Нину Вячеславовну.

Меня трогают его слова.

Муж отказывается ездить к маме со мной. Говорит, что не может видеть её немощной, у него нет сил терпеть запах её болезни. Его тошнит. И я не настаиваю.

Мы с Олегом поднимаемся на третий этаж. Моё сердце бьётся с перебоями, в глазах туманится. Мне страшно. Каждый раз с момента, как мы узнали о мамином диагнозе, о неутешительном прогнозе, мне безумно страшно, что я приду и не застану её живой. Сколько раз уговаривала переехать ко мне, но мама всегда была против.

Копаюсь в кармане в поисках ключа, замедляюсь. Тяну время. На глаза опять наворачиваются слёзы. Незаметно выдыхаю через сложенные трубочкой губы. Пытаюсь вставить ключ в замочную скважину и не попадаю.

Олег аккуратно забирает его у меня.

- Давай я.

Щёлкает замок.

Мы входим в тёмную прихожую.

Мама лежит на полу в коридоре.

- Мамочка, ты жива? – стою рядом с ней на коленях, подкладываю руку под голову и пробую приподнять.

Она растерянно моргает.

- Конечно, жива, ну что ты, Милаш… - измученно улыбается она, - всё утро в окно смотрела, никак не могла дождаться тебя. А когда машина подъехала, решила встретить, дверь открыть. И вдруг голова закружилась, не заметила, как завалилась. Совсем сил не осталось.

Она смущённо улыбается, как будто ей стыдно показывать слабость.

- Ну, зачем, мамуль? Лежала бы. У меня же ключ есть.

- Так, Нина Вячеславовна, держитесь, - Олег подхватывает её, как пушинку, ставит на пол, - идти сможете?

- Конечно, - храбрится она, - прости, Олежек. Видишь, разболелась вот. Дочь, почему ты не предупредила, что не одна будешь? Я хоть халат нарядный надела бы для красивого, неженатого мужчины.

- Мааа, - невольно улыбаюсь.

Подхватив маму с двух сторон под локти, ведём её в комнату к кровати.

Она тихо кряхтит и охает, ей трудно дышать. Неловко присаживается.

Олег быстро поправляет подушку. Мама с горем пополам опускается на спину.

- Спасибо.

- Что сейчас чувствуешь? Голова кружится? Чем ты ударилась? Может, лучше скорую вызвать?

Я очень сильно волнуюсь. Осматриваю, нет ли на ней синяков или ссадин.

- Не надо скорую, - умоляюще просит, - мне со дня на день в больницу ложиться. Ты же знаешь, как я это всё не люблю. Дай ещё капельку побыть у себя дома.

- Ну, это же опасно, мам. И я волнуюсь. Ты всегда одна, - мельтешу я перед ней.

Измеряю давление. Потом из тумбочки достаю глюкометр, чтоб взять кровь на сахар.

- Почему ты отказываешься переехать к нам? Я всегда была бы рядом, в любую минуту пришла на помощь…

- Нет, Милаш. Не хочу вас стеснять. Лучше здесь. Да и Барсика куда девать? Взять с собой нельзя, у Серёжи аллергия. Не выбрасывать же.

Я уже сто раз слышала всё это. Предлагала отдать кота в добрые руки. Но мама ни в какую.

— Это что? – перед моим лицом появляется листок.

Я и забыла, что Олег всё ещё здесь.

- Лекарства, которые врач выписал.

- А. Пойду покурю. Откроешь?

- Конечно, - растерянно провожаю его взглядом.

- Какой же мужчина красивый… - с хитрой улыбкой подмигивает мне мама, - не того ты брата выбрала…

***

19 лет назад

Как будто я выбирала. Не дали!

Тогда было жаркое лето. В пригороде проходил музыкальный фестиваль под открытым небом. Мы с подружкой Леной отправились туда. У палатки с мороженым я случайно задела плечом симпатичного парня лет двадцати. Высокий, широкоплечий, с яркими голубыми глазами. Он сразу мне понравился.

- Ой, извини.

- Нормально. Здесь все друг друга толкают, - парень очаровательно улыбнулся, - Сергей. А ты?

- Милана.

Почему-то он не заметил мою подругу. Или сделал вид, что не заметил.

- Прикольное имя. Хочешь мороженого?

- Да.

Серёжа буквально пожирал меня глазами. А я ужасно смутилась. Сердце выпрыгивало из груди, оно стучало где-то в горле. Щёки горели. Наверное, я даже покраснела.

Мне только исполнилось восемнадцать. Я недавно окончила школу. Была заучкой. И не особенно интересовалась парнями. Как-то никто не нравился.

Но в тот день неожиданно всё изменилось.

Солнце палило беспощадно, а Серёжа выглядел сногсшибательно.

Тёмные волосы слегка растрепались от ветра, отдельные пряди падали на лоб, придавая ему лёгкую небрежность. На нём были только потёртые джинсы, они идеально подчёркивали его спортивное телосложение. Футболка небрежно висела на плече. Лучи скользили по крепкому обнажённому торсу. Мелкие, прозрачные капельки пота поблёскивали на загорелой коже тёплого золотистого оттенка. Каждый мускул на груди и животе был чётко очерчен. Идеальные линии пресса, скульптурно вылепленные руки с тонкими паутинками вен… Боже, он был великолепен!

Никогда-никогда на меня не обращал внимания подобный красавчик.

- Хочу угостить тебя шоколадным.

Это прозвучало ласково, интимно. Что-то вроде: «Хочу тебя поцеловать».

А мне было безумно приятно его внимание. И я расплылась в сладенькой улыбке:

- Да.

- Опять знакомишься в толпе? Не надоело?

К нам подошёл ещё один парень с бутылкой воды в руках.

Он представился:

- Олег.

Они были очень похожи.

Отличались цветом глаз: у Олега они тёмные, почти чёрные.

А ещё он вёл себя иначе. Независимо и равнодушно. Не заигрывал, не старался понравиться. В нём сочетались дерзость и спокойствие. Движения были плавными, полными силы. Как у хищника, знающего себе цену.

И я в тот момент почувствовала что-то… Сейчас не объяснить. Мне показалось, что именно о таком мужчине мечтала всю жизнь.

Нет, Сергей мне по-прежнему нравился, но он был проще. А Олег буквально покорил меня тогда своей таинственной неприступностью. Он казался совершенно недостижимым. Как парень с обложки журнала или известный актёр, о котором можно только во сне мечтать.

Олег невольно притягивал взгляды окружающих девушек особенной энергетикой, это бросалось в глаза. А сам этого словно не замечал.

- Вы близнецы? – растерялась я.

- Братья, - поправил Сергей, - Олег на год старше.

- Ура! Ура-ура! Чур, этот красавчик мой! Никому не занимать, – взвизгнула Ленка и моментально прилипла к нему, - ты здесь без девушки?

Олег удивлённо посмотрел на неё, но отталкивать не стал.

Сергей принёс нам всем мороженое. Мы ещё немного поболтали не о чём и обо всём. Втроём. А Олег молчал. Смотрел куда-то вдаль, как будто размышлял о чём-то важном. А я с глупой бесцеремонностью любовалась на него.

Заметив это, Ленка больно ткнула меня острым кулачком под рёбра и прошипела на ухо:

- Ты мне подруга или нет? Я его первая застолбила.

Я сразу отвела глаза.

Наверное, и Сергей что-то заметил. Он слегка прищурился, хитро улыбнулся и заявил:

- Моей будешь.

Нахально подхватил на руки, перебросил через плечо и понёс в толпу возле сцены.

Последний месяц лета мы провели вчетвером.

Я стала девушкой Сергея, а Ленка тусила с Олегом. Как настоящая подруга, я не лезла в их отношения. А они не заладились.

В конце августа Олег бросил Ленку и уехал в Москву учиться.

Ещё через полгода я забеременела, и мы с Сергеем поженились.

***

Всё это пролетает в моей голове, пока я кормлю маму супом, который привезла из дома. Сегодня ей трудно есть самостоятельно.

Я молчу, а мамочка волнуется:

- Почему ты такая грустная, Милаш? Не обижайся, пошутила я: хороший у тебя Серёжка. И вообще, я очень рада, что у тебя есть муж. Одной трудно…

В дверь раздаётся звонок.

- Подожди минутку, - ставлю тарелку на прикроватный столик и иду открывать.

Входит Олег. В его руках пакет. Он вручает мне его.

- Лекарства и поесть, - скупо докладывает и идёт в комнату к маме.

- Ой, спасибо. Сколько мы должны? Я сейчас позвоню Серёже, он переведёт.

Я достаю телефон, набираю номер мужа.

Он сбрасывает.

- Не надо ничего, - раздаётся из комнаты.

Но я пробую ещё раз, вдруг связь плохая.

И Сергей отвечает.

Не просто отвечает, он начинает орать:

- Что ты мне постоянно названиваешь? Я занят, неужели непонятно?

- Серёж, прости. Скажи, когда лучше позвонить.

- Ты следишь за мной, не пойму?!

- Нет, - тушуюсь я и ухожу на кухню, чтобы мама с Олегом не слышали его криков.

Мне стыдно за него. И за себя. За то, что я явно слышу рядом с ним тихий женский смех и молчу об этом.