Измена. Наказать и простить?

Мобильник оживает, на экране: «Любимый».

У нас сегодня годовщина свадьбы. Настроение у меня приподнятое. Весь вечер мечтаю, как я брошусь на шею к моему дорогому супругу. А он закружит меня и зацелует... Но он что-то задерживается. Дрожащими от нетерпения пальцами беру айфон, со счастливой улыбкой от уха до уха произношу очень нежно:

- Да, дорогой!

- Слушай сюда, ты, тварь! Теперь это не твой дорогой, а мой. Поняла, коза драная? – голос незнакомой женщины в телефоне моего мужа сочится ядом.

Сердце пропускает удар. Челюсть самопроизвольно отвисает, глаза выскакивают их орбит.

Не успеваю переварить происшедшее, как с того конца связи приглушенно доносится и второй голос - мужской, от которого мороз окатил кожу.

- Ты что творишь? – возмущается мужчина, и я уже осознаю, что это точно мой законный супруг делает упрек грубиянке.

Потом слышится какой-то грохот и связь обрывается.

У меня темнеет в глазах, кажется, что пол провалился вниз до первого этажа, хотя мы живем на третьем! Бессмысленным взглядом обвожу роскошно сервированный стол с хрусталем и фарфором,  увенчанный свечами на изысканных канделябрах. Ароматы великолепного праздничного ужина дразнят обоняние. Вернее, должны дразнить. Но я уже не реагирую на такие вещи.

Воображение безжалостно рисует сюжет самой черной краской: мой муж Олег был в постели с другой женщиной, изменил мне. Она, наверняка страшная, похожа на крысу из какого-нибудь подземного коллектора. Он, как чистоплотный человек, после всего пошел в ванную ополоснуться. В его отсутствие эта дрянь воспользовалась моментом, чтобы выбить землю у меня из-под ног. Возвращаясь, муж услышал, что именно говорит мне мерзкая соперница, возмутился ее наглостью и отключил сотовый. Ну и, наверное, испугался, что я все узнала про них.

Мне становится не по себе. Чувствую, как кровь отлила от лица. Начинаю задыхаться от возмущения. В голове гудит колокол. В висках стучит отбойный молоток.

Покидаю празднично убранную комнату, которую свекровь именует, как зал. Походкой зомби перемещаюсь в супружескую спальню. Стараюсь не смотреть на кровать.

Сбрасываю роскошные туфли по сторонам помещения с такой обидой, будто это они в чем-то виноваты. Иду к шкафу. В зеркале на дверце появляюсь я. На мне новое сиреневое платье, которое не предусматривает наличие бюстгальтера, потому что очень глубокий, сексуальный вырез устремляется к животу, оголяя тело. Мои ухоженные плечи обнимает тончайшее кружево.

- Почти богиня, - констатирую я, - только рогатая.

Всхлипываю, скидываю праздничный наряд, напяливаю халатик.

- Гад! – подвываю и с силой задвигаю дверцу шкафа-купе. Приваливаюсь к ней спиной.

Перед глазами плывут какие-то круги, мысли запутались в узел. Руками зажимаю виски. Кровь пульсирует так, что ладони вздрагивают.

- Сволочь!

Кусаю губы. Из глаз просто текут горячие, соленые потоки.

Значит, я, идиотка, думала, что он верен мне, как я ему. А это, оказывается, так же наивно, как мечты о  розовых единорогах...

- Козел! Вот козел!!!

Как тяжело! Не знаю, куда себя деть.

Босыми ногами тихонько шлепаю мимо кабинета мужа в комнату нашей дочки. Ночник мягко освещает кроватку. Юлечка спит. Ее светлые волосы разметались по подушке золотыми струйками. Сердце растворяется в потоке любви и нежности к моей дорогой малышке. А ведь это чудо появилось благодаря нам двоим: мне и Олегу...

Чуть слышно шепчу:

- Миленькая моя, как же ты похожа на отца, просто всем: даже ушко такое же, и ямочка на подбородке. И блондинка, как он в детстве.

Утерев сырость на лице, осторожно целую мою деточку в теплый лобик, пахнущий молоком и ягодами.

Доченьке четыре года. Она часто задает мне вопрос:

- А когда папа придет?

Олег стабильно возвращается домой поздно, когда Юлечка уже спит. Утром с ним трудно общаться, он обычно не в настроении. Это, типа, его стиль. Конечно, иногда папаша вспоминает, что у него есть дочка и все-таки старается хоть немного побыть с ней.

И малышка любит его.

Отхожу от кроватки, чтобы не накапать на дочку слезами. Обхватываю себя руками за плечи.

Как же мне теперь быть? Первое, что приходит в голову – уйти с ребенком к маме и послать предателя далеко и надолго. Но это значит - оставить малышку без отца? Слишком жестоко, дочурка будет страдать.

А что тогда мне делать лично с собой? Забить на все? Просто взять и простить? То есть, если он придет ко мне, я должна ложиться с ним в постель после того, как он ласкал другую женщину? Ведь он трогал ее везде-везде, да что там трогал – имел эту бабу, как жену!!!

Меня прямо затошнило.

Ощущаю себя в западне. Мне будто вырвали сердце, искромсали душу, внутри меня все переворачивается.

Но, не смотря ни на что, чувствую, что все равно я Олега - сволочь эту, скота, кабеля этого очень люблю. Даже сейчас. Внутренним взором вижу его такие родные, сладкие губы, которые всегда хочу целовать. Ладони зажгло, будто касаюсь кожи любимого, знаю все его пятнышки, точечки, закоулочки на теле, ощущаю запах силы, мощи и мужской сути. Точно, любовь – это болезнь.

Я просто выжата, вывернута на изнанку, от меня прежней ничего не осталось.

На негнущихся ногах выхожу из детской.

И вдруг, оказавшись в прихожей, слышу за входной дверью какой-то шум, и даже кажется, кто-то снаружи коснулся нашей двери.

Кровь хлынула в голову. Сердце теперь подпрыгнуло и забилось прямо в горле. Ну, конечно же, это мой любимый возвращается домой, к семье. А в телефоне был не его голос. Мне просто показалось. Сейчас Олежек войдет и поцелует меня, глупую. А я-то напридумывала себе такое!

Но проходят минуты, никто не входит в квартиру. И не звонит.

А еще вчера все было совсем по-другому. Прямо чувствую себя в жарких объятиях мужа.

Его лучистый синий взгляд пылает интересом голодного альфа-самца, а руки так жадно ласкают меня, словно я – лучшая в мире или других женщин просто не существует. Я надеюсь, что Олег только мой.

Правда, слов любви никогда не произносит. Он просто такой мужчина – властный, крутой, не бросающий слов на ветер. Я шепчу, что обожаю его и в который раз спрашиваю:

- Милый, а ты любишь меня?

Он вместо ответа раздвигает мои ноги, склоняется и целует внутреннюю поверхность моего бедра. Я таю от удовольствия, а он уже вгоняет в меня горячий, подрагивающий от возбуждения член во всю длину. Мое тело в ответ выгибается дугой и наполняется энергией движения. Мы с любимым превращаемся в единый организм. Мои жаркие стоны перемешиваются с его хриплым рыком. И я уверена, что просто обречена быть счастливой.

Пять лет назад. Как мы познакомились.

Мой универ.

- Ой! Чуть не забыла! - подруга Эля  шлепает себя по лбу. - Хочешь, обрадую?

- Давай! – я распахиваю глаза, превращаюсь в слух.

- Помнишь, мы проезжали мимо Дворца культуры?

- Ага...

- Вот что я узнала: там есть крутые ребята, музыканты. И у них, представь, заболела певица. Срочно ищут замену, объявили кастинг. Сегодня прослушка.

 - Да ты что! – я прямо загораюсь.

Яна, тоже однокурсница, улыбается и показывает большим пальцем – «супер»!

Моим подругам известно, что я не только обожаю петь в караоке, но раньше еще и солировала в школьном ансамбле.

Эля достает смартфон и кидает мне адрес, что б я не заблудилась.

- Спасибо!

- Может, отдашься там кому-нибудь, в конце концов... – шутит она.

Смеюсь. Чмокаю Элькину щеку. Янке шлю воздушный поцелуй и уже мысленно прокручиваю план: должна успеть накраситься, одеться и даже попеть немного, потренироваться.

Мчусь домой.

- Мама, я дома!

Вкратце объясняю план моих действий на сегодня. Мама ахает. Пытается узнать подробности. Обещаю все рассказать, но потом. Сейчас в голове одно: надо хорошо подготовиться, чтобы обязательно понравиться.

В бешеном темпе, мою и сушу голову. Хорошо, что прическу долго делать не надо – просто распускаю по плечам мои густые, шелковистые волосы цвета молочного шоколада. Стараюсь не переборщить с косметикой.

Мама неожиданно выносит свое бархатное красное платье, длиной миди, с большим вырезом на груди. Это папа ей подарил, когда был жив.

- Хочешь примерить? – говорит она.

- Ух, ты!

Надеваю. Оно на меня село – просто супер, даже то, что слегка свободно, нисколько не портит вид.

Кручусь перед зеркалом.

- Мне нравится!

- Ну, вот и иди в нем, тебя сразу заметят. Встречают же по одежке! К нему у тебя и туфли есть подходящие.

Надо же, сегодня мама не боится, что у меня могут появиться новые кавалеры!

Обычно она готова отгонять их чуть ли не метлой. Зря. Я никого к себе не подпускаю. Мне пока никто не нравится. Но, конечно, я жду, что встречу когда-нибудь парня своей мечты. И у нас с ним обязательно будет настоящая любовь! Какой он будет? Надеюсь – самый лучший на свете!

Стерев с лица мечтательную улыбку, набрасываю поверх платья светлый плащ, выпархиваю на улицу, стучу каблучками по асфальту.

И чувствую, будто смотрит на меня кто-то. Сердце начинает биться быстро-быстро. Меня обдает жаркой волной. Может, это ОН?
----------------------
***Друзья! Рада встречи! Книга написала почти полностью. Прошу не стесняться в комментариях, жду оценку истории в любой форме - лайк, библиотека, подписка. Приятного чтения! Поехали.

Оборачиваюсь. Ну, да, смотрят. Многие. Но не так, как бы мне хотелось, а просто с готовностью утащить меня в постель. Безо всякой там любви...

Нет уж! Спасибо!

И вот я во Дворце Культуры.

Конечно же, надеюсь, что кроме певческого успеха меня ожидает еще какой-то очень хороший сюрприз.

Узнаю, что музыкальная группа как раз поднимается наверх. Прохожу мимо зеркала, бросаю быстрый взгляд: все в порядке, я – супер! Спешу в нужном направлении, цокаю каблуками по лестнице, волнуюсь страшно. Взлетаю на третий этаж и вижу: несколько парней, все в модном луке, держа в руках разные музыкальные инструменты, открывают ближайшую дверь.

Притормаживаю. Распахиваю плащ. Грудь выдвигаю вперед. Поправляю волосы. Сердце колотится, вся кровь бросилась в лицо.

Музыканты обращают внимание на звук шагов, замирают на месте, смотрят на меня, детально раздевая взглядом, и радостно выдают:

- Ооо! Какая красивая девочка!

- Клубничка!

- Не стесняйся, иди к нам!

- Здравствуйте, - говорю я высоким чистым голосом.

- Привет! – отвечают парни.

Но один из них так и стоит спиной ко мне, придерживая звуковые колонки. Замечаю, что он самый высокий из всех, статный, крепкий. Плечи распирают рукава темного стильного пиджака. Меня заинтересовало то, что другие паясничают, а этот то ли уж скромник какой-то, то ли слишком высоко себя ценит для того, чтобы лишний раз крутить головой. Его безразличие даже задевает. Смотрю в мощный затылок этого субъекта, будто гипнотизирую.

Минута – мужчина оборачивается, и наши взгляды встречаются.

Его синие, штормовые глаза простреливают меня, как молния, насквозь. Стою оглушенная. Мои туфли вросли в пол. По телу пробежалась толпа встревоженных мурашек. В животе будто стая бабочек сорвалась с места и прямо захлопала крылышками. Чувствую, меня реально тянет к нему, словно этот человек предназначен лично для меня. И я понимаю, что - влюбилась!

Вот оно! Случилось все-таки...

Один из музыкантов, явно постарше других, с пестрым шарфиком через плечо, спрашивает.

- Девушка, вы на кастинг?

Я сдерживаю дрожь, напускаю на себя уверенность. Создаю лучшую версию себя. Приближаюсь.

- Да! – одариваю его улыбкой.

«Шарфик», он оказался руководителем группы, смотрит на меня с видом кота, наметившего вкусить сметанки, и, слегка изогнувшись в талии, приглашает войти.

Вхожу в распахнутую для меня дверь. Вслед за мной парни заполняют комнату. Стараюсь справиться с волнением. Но в голове шумит и звенит от того, что среди всех мужчин – ОН. Да что ж такое?!

- Это наша репетиционная, - руководитель обводит помещение широким жестом.

Мой взгляд ловит только человека, который заставляет сердце биться прямо об ребра. Ох! Держите меня семеро! Больше ничего не вижу.

Руководитель подходит к синтезатору.

- Как вас зовут, милая девушка? – спрашивает он меня с придыханием и откровенно пялится на вырез моего платья, одновременно пробегая пальцами по клавишам.

- Маша, - просто отвечаю я и соображаю, что платье надо было надеть с меньшим вырезом.

- О! Мари! Мария! Машенька... – раздаются голоса ребят-музыкантов.

Они опять заинтересованно косятся на меня.

Только мужчина, пробивший во мне сердечную рану, спокойно стоит спиной к окну, направив задумчивый взгляд куда-то в сторону.

А я залипаю на него. От парня словно исходит волновое притяжение. Прямо сияние. У него все просто идеально. Его одежда, обувь будто изготовлены специально для него, или они из коллекции какого-то крутого бренда, и это все ему невероятно идет!

Взглядом сканирую его приспущенный галстук, несколько верхних пуговок кипенно белой рубашки расстегнуты. Там – на голой коже персикового цвета заметна темная пушистая растительность. Ох, это очень откровенно...

У меня внизу живота и даже в трусиках внезапно все сжимается, а потом сразу полыхает горячим.

О, какой мужчина! У него красивый поворот головы, густые черные волосы, крепкая шея и твердая линия челюсти.

Наконец, он поворачивается в мою сторону. Прямо в лицо ему смотреть не могу. Кажется, ослепну. Но я все-таки заставляю себя еще раз попробовать поднять на него глаза. Закусываю нижнюю губу, и мне удается. Наши взгляды встречаются. Минуту смотрю, не мигая.

Ой, мамочки, какой красавец! Глаза, как глубокое море в яркий полдень, густые брови вразлет. Четко очерченные губы, прямой упорный нос, а в центре подбородка маленькая круглая ямочка.

Мне просто сносит крышу! Стою, мучительно беззащитная, готовлюсь упасть в обморок. Испуганные мурашки уже истоптали все мое тело, а вершинки на груди встали торчком. Возникает безумное желание: хочу все-таки шагнуть к этому полубогу, прижаться, потрогать бицепсы прямо через ткань пиджака.

- Меня зовут Вадим Петрович, - слышу вкрадчивый голос руководителя.

- И мне приятно познакомиться, - дежурно бормочу я.

- Ну, и что вы нам исполните? – спрашивает Петрович.

Присутствие мужчины у окна лишает меня способности ровно дышать. Сердце бьется учащенно. Горло перехватил спазм. Кажется, я даже забыла, что хотела петь.

- Ммм... эээ... вы знаете, - начинаю блеять, - я как-то не успела подготовиться, случайно узнала про кастинг.

- Ну, ничего, вы не волнуйтесь. Давайте-ка вот это попробуем, - предлагает руководитель и начинает наигрывать очень известную мелодию.

Ругаю себя последними словами. Чего я раскисла? Я же знаю, что хорошо пою, и я ведь хочу попасть в эту группу, надо использовать шанс. Тем более, что ОН смотрит на меня!

Короче, пытаюсь петь изо всех сил. Кое-как справляюсь с волнением. Стараюсь, если не голосом взять, то хотя бы артистизмом.

- Ну... ладно, - говорит Вадим Петрович.

Я не понимаю, понравились ему мои жалкие потуги или нет.

- Давайте завтра приходите прямо сюда, в триста седьмой кабинет, к половине седьмого. Вечера, конечно, – он посылает мне игривую улыбочку.  

- Хорошо! – говорю я, хотя надо было сказать еще и «спасибо» за то, что не прогнал сразу.

Вместо благодарности прижимаю ладони к груди, делаю легкий кивок головой.

И замечаю, что мужчина, в которого я так катастрофически влюбилась, пристально смотрит на меня с явным интересом. Совершенно по-идиотски смущаюсь, теряюсь, хватаю плащ.

На ходу быстро бормочу: «До свидания»! И выпархиваю в коридор.

Вот дура! Где логика? Хочу быть с НИМ и бегу от НЕГО... Кажется, у меня взорвались мозги. Что делать? Но не возвращаться же!

Чуть не плача, бреду в сторону выхода.

На лестнице меня кто-то догоняет. Сердце делает кульбит. Это ОН?!
---------------------------
Дорогой читатель! Рада видеть вас на страницах моего нового романа. Здесь сплелось все: любовь, измена, желание отомстить, общий ребенок. С замиранием сердца жду отклика о прочитанном. История нравится - жмите звездочку!))

Задерживаюсь. Бедное сердце готово выпрыгнуть из груди. Дрожащими пальцами хватаюсь за перила лестницы. Глубоко вдыхаю. Выдыхаю. Все! Я готова к общению с моей неожиданной, такой сногсшибательной любовью!!!

Но, это, к сожалению, какой-то другой человек обгоняет меня и спускается вниз.

Блин! У меня стучит в висках. Что же я натворила? Зачем сбежала? Не знаю, как я доживу до завтра.

Вечером звонит Эля.

- Спасибо тебе огромное, - говорю я, - как ты вовремя мне сказала про кастинг!

- Ну и как ты там, хорошо спела?

- Спела-то я плохо, а вот все остальное – здорово!

- Ну-ка, ну-ка, рассказывай, - требует подруга.

- Эль, прости, давай при встрече, - прошу я, потому что чувствую себя вроде как слегка ошарашенной. Мне надо все это еще переварить, перевспоминать каждую черточку любимого лица, каждую подробность происшедшего со мной сегодня.

На второй день для прослушивания надеваю синее платье – в тон ЕГО глаз. Оно без выреза на груди, зато открывает мои красивые колени и длинные стройные ноги. Я же хочу показать все свое самое лучшее невероятному красавцу, на встречу с которым так надеюсь! Плащ сегодня решаю не брать. Туфли опять обуваю красные, бархатные, на высоком каблуке.

Волосы слегка завиваю и снова распускаю.

Макияж накладываю очень осторожно, подчеркиваю свои глаза, цвета темного шоколада. Они блестят, потому что зажегся внутренний свет: надежда на что-то новое, восхитительно хорошее. Облизываю губы, красить их не надо, они у меня и так выразительные – слегка припухшие, при чем, от природы, и яркие по цвету.

Выбираю духи с легкими цветочными нотками, увлажняю шею по бокам. Подумав, брызгаю так же на макушку головы и на запястья – вдруг ОН приблизится ко мне и захочет поцеловать, например, руку. Тут приходит еще одна, совсем уж дерзкая мысль, и я наношу аромат на внутренние поверхности бедер. А что? Мало ли...

Мама на работе, сестра Соня еще в школе, я свободна от всяких дел, поэтому смогла прорепетировать все нужные мне песни.

Так что чувствую себя вполне подготовленной.

Для всего...

Я опять в Д/К. Снова спешу, волнуюсь. Подхожу к заветной двери, слышу, хотя я не опоздала, но репетиция уже идет. Поет мужчина. Может, это ОН? Хотя нет, руководитель говорил, что есть еще парень солист, Аркадий, я вчера его видела. Но надеюсь, тот, о ком все мои мечты, тоже там. Во мне опять все колотится, руки дрожат, горло традиционно перехватывает спазм, но, даже рискуя совсем охрипнуть, все-таки заставляю себя рывком распахнуть дверь.

И цепляюсь каблуком за порог. Лечу носом вперед, не успев схватиться хотя бы за что-нибудь. Понимаю, что сейчас рухну к ногам парней. Зажмуриваюсь. Но удара об пол не происходит.

Меня подхватывают чьи-то сильные руки. Неужели ОН? Мое дыхание прерывается. Сердце сначала замерло, потом сладко заколотилось. Внутри будто включился мощный калорифер.

Точно! Это ОН!!! Чувствую его спинным мозгом!

Я оказываюсь прямо в объятиях синеглазого полубога.

Наши лица - вблизи друг друга. Я забываю обо всем на свете, сердце норовит выпрыгнуть из груди, рот у меня сам приоткрывается, готовясь к поцелую... Но мой спаситель, правда, с сожалением в лице, ставит меня на ноги и отходит в сторону.

- Спасибо! – только и смогла я пискнуть, потому что эмоции зашкаливают.

- Не стоит благодарности, - отвечает мужчина, снившийся мне всю ночь. И я, наконец, слышу его голос – низкий, бархатный, с хрипотцой, невероятно сексапильный. Я готова все-таки рухнуть на пол.

Но, конечно, держусь. Одергиваю платье, которое задралось практически неприлично. Поправляю волосы. Приободряюсь.

- Так, Машенька, я вижу, ты пришла в себя, - говорит Вадим Петрович, переходя на «ты». - Давай - на прослушку.

Глубоко вдыхаю, резко выдыхаю. Беру себя в руки. Объявляю, что именно собираюсь исполнить. Все песни популярные. Музыканты играют вступление. На этот раз мой голос звучит, как надо.

Я сумела справиться с волнением, и каждую песню, а все они о любви, пою конкретно для обладателя темно-васильковых глаз. Ну и иногда кидаю на НЕГО быстрые, тайные, как мне кажется, взгляды.

Он почему-то стоит отдельно от всех. Похоже, он совсем взрослый, лет тридцать на вид. Может, это какой-нибудь продюсер? Тогда тем более надо ему понравиться.

Хотя, нет, не так. Все равно, кто он. Просто мне сносит от него башку, и все.

У меня еще не было настоящей близости с парнем, но чувствую – этому я готова отдаться.

В общем, я все спела. Жду оценку.

- Ну вот! – через полсекунды восклицает Петрович, - умница! А что вчера-то было, я не понял?

- Эээ... немного горло болело, - вру. Не могу же я признаться, что влюбилась, как мартовская кошка, до спазма в глотке.

- Ладно, - говорит руководитель, - берем тебя! Вот эти пять песен и будешь петь.

И сообщает, что до выступлений на сцене осталось мало времени, поэтому надо очень серьезно готовиться.

- Ты должна соответствовать нашему коллективу, - добавляет он и поднимает вверх указательный палец. - Кстати, мы называется «Нон стоп».

- Ммм?.. – мычу я, пытаясь изобразить удивление и восхищение в одном флаконе.

И заверяю:

 - Я очень постараюсь!

- Ладно, - говорит он, - отдыхай пока.

Ура! Я буду петь на настоящей сцене! Я же мечтала об этом!

Дальше опять репетирует Аркадий, а я пытаюсь сесть на большой неудобный стул так, чтобы низ платья не поднялся до самых трусов.

Все эти волнения отвлекли меня, и я не успела заметить, как синеглазый красавец подошел и сел рядом. Меня прямо подбросило волной от неожиданности. И от предвкушения чего-то невероятного.

- А ты здорово поешь! – говорит ОН негромко, но по моему телу пробегает дрожь, будто я услышала эхо в горной пещере, или рокот океанских волн, или могучий раскат грома...

- Спасибо, ты помог мне не упасть, - лепечу я второй раз свою благодарность.

И вдруг роскошный мужчина, от которого во мне все пылает, и даже, блин, в трусиках почему-то ощущается увлажнение, накрывает мою ладонь своей.

Я будто обожглась и хотела отдернуть руку. Но объект моей невероятной влюбленности уверенно ухватил мою трепещущую конечность.

- Не стоит больше об этом, - рокочет ОН. - Кстати, я – Олег.

То, что это он так представился, доходит до меня только через секунду.

- А я Маша Солнцева, - спохватываюсь я.       

- Прямо реально – Солнцева? – переспрашивает он, - по паспорту?

- Да!

- Ну, - говорит Олег, - фамилию точно можно не менять.

- А я бы не против, - осмеливаюсь я, на мгновение, задохнувшись от собственной наглости.

Олег усмехается.

- Часто певицы берут псевдоним, - уточняет он, - а тебе и не надо.

Ах, вот что он имеет в виду. Я-то сразу подумала про свадьбу...
- А можно узнать твою фамилию? - решаю спросить я.

У меня сразу созрел план: если он какой-нибудь Лягушкин, или даже Жопкин, то тогда я дам ему свою.

- Орлов, - отвечает он гордо.

Я даже зажмурилась, прямо сразу так и представила себе, как большая могучая птица летит к солнцу, широко распахнув крылья.

Вдруг чувствую, этот сногсшибательный, уверенный в себе красавец придвигается ко мне еще ближе.

Его парфюм с нотками аромата лесных деревьев лишает меня способности видеть, слышать и дышать. Сердце пропускает удар, потом несется вскачь. Покрываюсь испариной, крепче вжимаюсь в спинку стула, вроде как даже отстраняюсь от НЕГО, но чувствую, что мой организм помимо моей воли готов прижаться к парню. В результате мы оказались друг к другу – ближе некуда. Вот это – да!

Мои глаза удивленно распахиваются и, кстати, замечаю, что Вадим Петрович очень недовольно смотрит в нашу сторону. На его лице что-то вроде ревности. Но меня это сейчас мало трогает.

- Хочешь пойти на спарринг? – слышу я почти возле уха вопрос Олега.

Проглатываю испуганный вдох. Вообще-то, минуту назад я была готова идти за ним, куда глаза глядят. И даже с закрытыми глазами. Но теперь вздрагиваю и думаю: что это за «спарринг»? Это так на сленге называют приглашение к сексу что ли?! Блин...

А Орлов гнет свое:

- Барабанщик, его зовут Боря, мой партнер. У нас с ним будет схватка, боксерский бой на ринге. Пойдем с нами? Посмотришь, как это бывает.

Выдыхаю. И удивляюсь:

- А вы... ты разве не музыкант?

- Нет, музыкант – Борис.

- Ааа, я поняла, - демонстрируя супер догадливость, заявляю я, - бокс – это ваше общее с Борисом хобби?

- Именно так, - подтверждает ОН.

- А ты кем работаешь? – задаю, скорее всего, нескромный вопрос.

- Я? – он чуть-чуть помолчал, - это неважно.

Ох ты! Тайна какая-то... Воспитанная отцом – армейским офицером, я сразу подумала, что передо мной, как минимум, разведчик. Хотя, для шпионской работы такая внешность не подойдет – слишком яркая и запоминающаяся.

Пока я рассуждаю, красавец поясняет своим низким баритоном:

- Здесь, в группе я бываю часто, помогаю кое в чем Боре, ну и другим ребятам.

Он говорит не торопясь, с очень внушительным видом. Кажется, парень явно уверен в том, что каждое его слово имеет для всего окружающего мира большое значение.

Ну, для меня-то уж точно!

Теперь становится ясно, почему у него такие сильные руки и быстрая реакция - он боксер.

Пока я думаю это, мужчина, у которого я как рыбка на крючке, продолжает удерживать мою ладошку и посвящает меня в детали будущего поединка. Я практически замерла от счастья и удовольствия. И вдруг до моего сознания доходят его слова: «капа защищает губы, чтобы они не треснули при встрече с перчаткой противника».

Ой, мое сердце прямо сжимается - там же бьют! И по лицу! Смотрю на Орлова во все глаза. Как можно портить такую красоту!? Прямо хочется его защитить, уберечь, прикрыть собой!

ОЛЕГ.

А девчонка-то поплыла... Надеюсь, она будет в моей постели уже сегодня. Просто уверен.

Ой, мать твою, а с Викой тогда что?

Надо ей дать расчет. Явно, зараза, натрепала про беременность. Я ж всегда предохраняюсь. Один раз, вроде, забыл, выпил много. Но, все равно, сто процентов, она темнит. Тем более, алкоголь заливает в себя безо всякого там опасения.

Все! Завтра же додавлю и – привет! А то с будущим солнцем эстрады проблемно будет замутить.

Нечестно, как-то.

Маша эта, конечно, привыкла, что вокруг нее мужики вьются, как пчелы. Действительно хороша! Рост, фигура классная, ноги точно прямо от ушей. Я сам чуть слюной не захлебнулся.

Глаза – в пол лица. Как посмотрит, в штанах тесно...

Волосы шикарные.

И поет здорово, душу выворачивает.

Так что, думаю, у нее уже кто-то был. И может, не один.

А вдруг девственница? Ооо! Тогда начнется: не трогай, низзя... Возиться с ней... Это того не стоит! Тем более, мой отец постоянно повторяет: с красотками лучше не связываться. Это он из собственного опыта... Мать была уникально хороша, он даже отбил ее у своего брата. Теперь всю жизнь под ее каблуком.

Ну, со мной такое не прокатит. Я давно решил, что с бабами всегда будет мой верх!

Ладно, сориентируюсь по факту.

МАША.

Вдруг мой мобильник громко заявляет о себе.

На экране – «Мама».

- Доченька, - встревоженно кричит она, - Сонечка пропала!

- Таак, - раздается недовольный голос руководителя, - я что, не предупредил? На репетициях мобильный – отключать!

Извиняюсь и быстро выхожу за дверь.

Мамин голос в телефоне взволнованно рассказывает, что Соня, моя сестра, которая младше меня на год, оказывается, прогуляла урок, и даже не одна. Ее сосед по парте, Андрей, тоже отсутствовал. И до сих пор ни она, ни он не отвечают на звонки.

- Мы с Андрюшиной мамой едем за тобой на такси. Выходи, доченька, будем думать, что делать.

- Хорошо, я сейчас.

Оборачиваюсь – а Олег уже рядом.

- Что-нибудь случилось? – серьезно спрашивает он.

Пересказываю то, что узнала и говорю:

- Надо, наверно, в полицию звонить.

- Не надо, - роняет он, - полиция уже здесь.

- В каком смысле?

- В прямом. Я – полицейский.

Вот оно что! Так он полицейский, вот почему у него такой властный голос и пронзительный взгляд. Воображение сразу пририсовало к его фигуре красивую форму с золотистыми погонами и большими звездами. Или даже с одной очень большой звездой. Это ему здорово идет! Сердце опять заколотилось. От удовольствия.

Олег не может прямо сейчас сам заниматься моей сестренкой, у него же спарринг с Борей. Но он кому-то там звонит и командным голосом практически приказывает найти мою сестру.

Между делом мы обмениваемся номерами телефонов. С большим сожалением прощаюсь с ним, потом отпрашиваюсь у руководителя, которому очень не нравится, что сбегаю до окончания репетиции. Ну, что делать, мчусь на встречу с мамой.

Часа через полтора нам действительно помогают найти беглецов.

И Соня, и Андрей сначала выглядят виноватыми и даже испуганными. Мать Андрея забирает своего сына. Обе мамы договариваются дальше решать вопрос вместе.

Домой едем втроем: я, мама и Соня.

Дома наша мамочка, утерев покрасневшие глаза, требует:

- Соня, ты ничего не должна скрывать от меня! У вас что, с Андреем было... все? – это она так прозрачно намекает на секс.

Соня, эта милая, послушная девочка, тихоня и отличница вдруг вздергивает подбородок и гордо заявляет:

- Да!

- Прямо - все?!

- Да, мамочка! – повторяет Соня, ничуть не смутившись. И тихонько добавляет, - между прочим, мне как раз исполнилось восемнадцать, если ты помнишь...

Мама глотнула воздух, хотела что-то сказать, но поперхнулась. Прокашлявшись, она спрашивает:

- А у вас хоть были эти... ну?..

- Контрацептивы?

Мама резко кивнула.

- Нет. Мы, конечно, понимаем, что нам надо учиться, но... в общем, мы не думали, что так получится, - спокойно объясняет Соня.

Мы с мамой обе раскрыли рты от удивления: такой смелости от Соньки не ожидала ни она, ни я.

Тут, видимо, в маминой голове что-то щелкнуло, и она переключилась на меня.
- Ну, а ты еще никому не дала? – прямо спросила наша, обычно деликатная в выражениях мама.

- Нет, - честно признаюсь я, и мне, почему-то стало стыдно перед Соней.

- Стойте здесь! – приказала наша родительница.

Она пошла в кладовую, порылась там, пока мы молча переглядывались с сестрой, как первоклашки, и вернулась с чем-то в ладонях.

Потом сбросила на стол то, что принесла. Изделия номер два. Она разделила эту кучку на две части и потребовала:

- Берите! И чтоб в кармане всегда их носили. Без них – никуда! Ясно?

- Запомните, - добавила мама, - никогда ни в чем не надейтесь на мужчин. Все берите в свои руки. И давайте договоримся: деньги на это, - она сердито указала пальцем на резиновые изделия, - просить не стесняйтесь. – Мама горестно вздохнула, ее плечи разом опустились. – Все, идите с глаз долой! Хорошо, что папа всего этого не видит...

Мы с Соней уходим в нашу комнату. Я категорически не знаю, что мне надо говорить своей младшей сестре.

Выпаливаю:

- Ну, ты меня удивила, Сонь. Что же ты натворила!?

Сестренка «убивает» меня ответом:

- Тебе не понять! Я люблю Андрея, и отдалась ему. Зато теперь он точно мой!

Выпадаю в осадок.

Для солидности немного ругаю ее. Похоже, во мне включился будущий педагог, не могу промолчать, когда можно сделать замечание! А сама думаю: вот оно как, значит, я тоже срочно должна отдаться Олегу, чтобы он стал моим!

Хотя уже поздно, на улице ночь, но чувствую, мне прямо необходимо пообщаться с Элькой.

Беру телефон, иду в ванную, включаю воду и оттуда звоню. Вкратце описываю Эле события сегодняшнего вечера.

Выслушав, она сразу хвалит мою сестру.

- Соня сделала правильно, - говорит, - отдалась в любви. А ты – дура, - одаривает меня комплементом подруга, - девственность свою бережешь. Ну и кому она нужна?

- Эль, если честно, сегодня я уже и так была согласна на все. Только Сонькино бегство помешало.

- Да? Тогда молодец, - вроде как хвалит меня она, но тут же издевается, - а то вот смотрю на тебя полгода, извини – ни рыба, ни мясо. Парней, как идиотка отгоняешь. В девятнадцать лет неприлично оставаться нетронутой! Мужик узнает, что ты ни с кем не была, может еще не захотеть связываться с тобой.

Эля опытная. Она немного старше меня и уже успела недолго побывать замужем. Слушаю ее, почти как гуру.

- Короче, - заключает Элька, - если он такой брутал и такой красавец – смотри не упусти то, что плывет в руки!

Это она сказала уже по-доброму.

- Ага, - говорю, - спасибо за совет.

- Ну, вот и ладушки. Да, дорогая! Только не забудь подготовить свое тело, - добавляет Элька.

Мне тут же вспоминается, как Яна, наша общая подруга, делилась опытом. Рассказывала, что она пользуется специальными станочками, с помощью которых можно красиво подбрить все свои мягкие складочки в нужных местах и даже сделать по краю фигурную линию.

Я пытаюсь представить себя за таким занятием. Ооо! Какие сложности... Но чувствую, ради Олега я могу пойти еще и не на такое!

- Машка! – Эля выдергивает меня из очумелых мыслей, - все поняла?

- Эль, ты меня так замотивировала... Все! Я точно решилась.

 - Ну, и молодец! Чмоки-чмоки.

Сегодня выходной. Репетиция назначена на дневное время.

Я проснулась среди ночи, в интернете выяснила адрес ближайшего сексшопа. С утра - на метро, и прямиком в пункт назначения: покупать специальные станки для бритья интимных мест. Даже не верю, что я сюда пришла. У меня наверно не только щеки покраснели, но и вся верхняя часть туловища. А может и нижняя.

Прошу продавщицу помочь выбрать то, что мне надо. Стараюсь особо не смотреть на витрины. Там что-то такое, что мне трудно даже понять – что это и зачем. Но одну вещь я узнала – искусственный мужской, ну, в общем детородный орган. Похожий девчонки приносили в универ. Блин, ведь такая же штуковина прячется и у Олега в штанах!

Возвращаюсь домой. Воровато прячу бритвенный набор.

Старательно делаю вид, что сильно занята распеванием, а сама – вся в мыслях о том, что, сегодня у меня начнется новая жизнь.

Иду в ванную, моюсь очень тщательно. Потом погуще намыливаю волосики на треугольничке ниже живота. Приспосабливаю зеркальце поближе к самому своему потаенному месту и стараюсь навести красоту с помощью спецстаночка. Конечно, фигурная линия у меня не получается, и разок я порезалась. Ох! Возможно, кровь здесь сегодня еще раз появится у меня, но по другой причине...

Иду в комнату. Хорошо, что Соня с мамой на кухне. Не мешают.

Надеваю красные кружевные трусики, беру прокладки на всякий случай. А сердце грохочет так, будто готово пробить грудную клетку насквозь.

Любимый Олег, сегодня я буду твоей! – мысленно клянусь ему.

Конечно, кое-что еще смущает. Мама говорила, что по-хорошему знакомиться с парнем надо долго. Но, скорей всего, это так было раньше, а в наше время два дня уже достаточно. Надеюсь. Сонькины амуры не в счет, они с Андрюхой целый учебный год в классе вместе сидели. К тому же, мои подруги всему меня уже научили.

Ой! А вдруг Олег ничего такого мне не предложит? Нет, не может этого быть. Его прикосновение к моей руке, его голос, вызывающий замирание сердца, его синие сапфировые глаза – все это говорило о чем-то очень интимном.

Вершины моих грудей внезапно сжимаются до боли, а самое секретное место резко становится горячим, будто в нем включился мини электрокамин. И дыхание становится таким, как после пробежки.

Так, не отвлекаться! Продолжаю готовиться к встрече с любимым.

Живем мы скромно, но мама сумела прикупить нам с сестрой несколько приличных нарядов, так что выбрать есть из чего. Достаю желтое платье с широкими рукавами, с молнией впереди сверху донизу. У него фишка: верх объемный, скользящий, с плеч спускаешь – с одной стороны, с другой, и оно тут же само падает к ногам. Думаю, сейчас это то, что надо. Бюстгальтер решаю не надевать. Мои груди и так прекрасно держат форму.

Непромокаемая куртка тоже может пригодиться, все-таки, еще весна. Не знаю, где мы будем с любимым Олегом.

Обуваюсь в кроссовки на липучках. Их легко сбросить, если что.

Волосы затягиваю в хвост, но для креатива - сбоку.

На плече у меня маленькая сумочка. В ней – презервативы...

Итак, еду на репетицию.

Надеюсь, что вчерашние планы как-то перетекут на сегодня.

Ведь это ОН сам предложил обменяться номерами телефонов, я даже его не просила. Значит, намекает на продолжение общений.

Очень хочется позвонить моему милому, до дрожи в коленках любимому Олегу. Кручу телефон в руках, пальцы дрожат, так и тянутся ткнуть в контакт и вызвать его. Вдруг он не узнал, во сколько репетиция сегодня? Или забыл.

Нет! Думаю, мне первой звонить не стоит. В конце концов, ведь это он мужчина. Да еще какой! Мама говорила, что мужчина должен сделать первый шаг.

Но Орлов не звонит. Надеюсь, ждет уже там, в репетиционной.

Приезжаю в Д/К.

- Здравствуй, милочка, - сладким голосом приветствует меня руководитель группы, - ты сегодня - прямо конфетка!

Все парни улыбаются. Но того, кого я хочу видеть, среди них нет. Сердце ухает вниз.

Пытаюсь успокоиться. Вспоминаю – он же мент! Точно! Может, ему сейчас не до того... Может, сейчас в засаде сидит или преследует кого-то. У него служба на первом месте. Ну, тут уж ничего не поделаешь. Надо подождать, все как-нибудь прояснится.

В висках гулко пульсирует кровь. Меня совершенно не интересует все, что происходит вокруг. Вдруг вспоминаю, что не поблагодарила Олега за Соньку. Это же повод позвонить!

Не обращая внимания на протест руководителя, я резко рванула в коридор. Звоню. Меня всю трясет. Ответа нет. Жду какое-то время. Руки дрожат, чуть не уронила гаджет. Кое-как выдерживаю пять минут, звоню опять. Слышу женский голос:

- Абонент находится вне доступа сети.

А... это робот говорит.

Прислоняюсь к стене, уныло смотрю на экран мобильника. Сердце щемит. Ноги еле держат. Как же мне плохо без него...

Короче, Олег так и не приехал.

Зато вдруг появляется Ольга, прежняя солистка.

Девушка одаривает мужчин полуулыбкой, бросает недовольный взгляд в мою сторону.

- Это Маша, - представляет меня ей руководитель. - Олечка, ты же заболела, а у нас концерты, - оправдывается он. - Может ты, все-таки сможешь петь?

Она говорит, что да, готова и Вадим Петрович бессовестно отдает ей три песни из тех, что должна была исполнить я. То есть, мне остаются две. Ну, ничего себе! Это же мой репертуар! Но я молчу. У меня и так на душе камень лежит весом в полтонны.

Учусь терпеть, или просто не знаю, что делать.

Утром, часов в одиннадцать звонит Эля:

- Не разбудила? Ну, как у вас все прошло? – в ее голосе явно слышен острый интерес, - я уж вечером не стала звонить, чтобы вам случайно не помешать!

- Представляешь, - бормочу я, - он не пришел! -  У меня сразу текут слезы по щекам.

- Да ты что? – ужасается Эля. – А ты ему позвонила?

- Звонила.

- Ну и?

- Он не доступен.

- Так звони еще! Мало ли...

- Хорошо, Эль, я попробую.

- Конечно! Решилась -  бей в одну точку! И держи меня в курсе.

Но день идет за днем, а тот, о ком все мои мечты, не появляется. Борис все время будто отворачивается, так что узнать что-нибудь от него про Олега не удается.

Но моя ненормальная любовь никуда не девается. Орлов все так же снится мне каждую ночь, и утром я просыпаюсь или в слезах, или с влажными трусиками.

Украдкой плачу. Конечно, мама заметила, что со мной беда.

- Что-то случилось? - осторожно задает она вопрос, старательно пряча тревогу в глазах.

Я твержу, что дико занята: то сессия, то репетиции, короче, нервы на пределе. Эти отговорки пока более или менее спасают. Мама явно подозревает что-то экстраординарное, но делает вид, что верит. А мне ведь действительно нечего ей рассказывать. Ничего же ТАКОГО не было!

В начале июня наша группа должна выступить на двух площадках. Репетиции – ежедневно. Приближаясь к зданию Дворца Культуры, каждый раз кручу головой в надежде, что увижу красивую, мощную фигуру Орлова, спешащего туда же, куда и я. Подходя к кабинету триста семь, настраиваю уши, как локаторы, надеясь услышать до боли любимый голос. Открывая дверь, прямо хочу повторить недавние события: споткнуться об порог и упасть в руки моего синеглазого красавца.

Но - все по нулям!

Эля с Яной срочно решили меня спасать. Янка предлагает познакомиться с ее двоюродным братом.

Вечером, накануне концертного дня, звонит Эля:

- Ну, ты там как, на все готова?

- Смотря, что ты имеешь в виду.

- Как это что? Завтра же Янкин брат придет к тебе на концерт. Она ведь тебе говорила, какой он крутой... стоматолог к тому же.

- У меня с зубами все в порядке, - рассеянно бормочу я.

- Дура, я имею в виду, что он серьезный чел, классный! Я его видела, сама бы с ним не прочь... Но у меня сейчас Саша. Понимаешь?

- Понимаю.

- И мы с Янкой, конечно, тоже приедем. Болеть за тебя! Так что давай, не подведи! Чмоки-чмоки.

Приятно, конечно, что подруги сочувствуют. Но никакой Янкин брат мне совсем не нужен.

Не смотря ни на что, я жду, что Олег появится и объяснит свое исчезновение. Ну, правда, что же случилось? Неужели я ошиблась, и такие изумительные синие глаза, похожие на небо, на море, на все самое лучшее на свете обманули мои надежды?

- Не верю! – говорю сама себе, - так не должно быть!

Конечно, я время от времени пытаюсь ему звонить. Но телефон упорно находится вне зоны сети.

И вот приходит день нашего первого выступления. Сцена открытой летней эстрады украшена цветами, разноцветными шарами и даже мягкими игрушками.

Моя любящая мамочка назанимала денег у всех коллег в своем коллективе. В результате - я в новом, роскошном концертном платье, как сейчас модно - с одним рукавом. Оно нежно-сиреневое, длинное, в пол, когда иду, разрез на юбке распахивается и демонстрирует стройную ногу до бедра. А на ногах золотые, ну, типа, золотые, туфли на очень высоком каблуке.

Вадим Петрович при встрече чуть слюни не пустил. Замелькал глазами с меня на Ольгу и обратно и негромко выговорил:

- Машуня, ты молодец!

Ольга недовольно фыркнула.

Начинается концерт. Скоро выход нашей группы.

Первой Вадим Петрович выпускает петь Олю. Она исполняет одну песню. Ей аплодируют и кричат что-то ободряющее.

После нее идет Аркаша. Поет две вещи.

Руководитель и Ольга внимательно наблюдают за ним, глядя из-за декораций. Слышу, как Петрович говорит:

- Оль, ты не будь такой надутой! Зритель не любит, когда смотрят на него волком.

Под аплодисменты возвращается солист.

Петрович опять направляет на сцену Ольгу.

Она поет еще одну песню. На этот раз зрители реагируют на нее плохо: хлопают слабо.

Вадим Петрович явно нервничает, обкусывает ногти, как какая-нибудь девчонка.

Ольга покидает сцену в бешенстве.

Петрович взглядывает на меня с надеждой.

- Машка, - говорит, - давай, - и подталкивает меня в задницу.

Появляюсь на сцене. Вижу зрительские глаза и мне почему-то сразу захотелось слегка присесть и растянуть подол платья по бокам – книксен. Что я и сделала, широко улыбнувшись. Сразу срываю аплодисменты. О! Как приятно! Самооценка взвивает вверх, к пролетающим мимо птицам.

Пою. Голосовые связки работают, как надо. Толпа слушателей подпевает мне.

И вдруг среди зрителей я вижу мужчину очень похожего на Олега!!! Верхняя часть его лица прикрыта козырьком бейсболки. Но что-то неуловимое в нем так и притягивает мой взгляд. Вот сейчас жест, которым он натянул пониже козырек летней кепки, просто кричит мне, что это ОН, мой самый любимый на свете человек! Он все-таки пришел посмотреть на мое выступление!

Я забываю кланяться. Мой рот открывается, и прямо в микрофон произношу:

- Олег...

Мужчина в кепке опускает голову ниже, отступает назад и смешивается с толпой.

Беру себя в руки. Ребята уже играют вступление следующей вещи. Я опять пою. Уверена, что ОН здесь, среди зрителей! Пою для него! Я полна чувств! Мои груди вздымаются и норовят выскочить из выреза наружу. Каждым словом песни признаюсь, что люблю его, и готова для него на все!

Но Орлова не видно...

Мне начинают подпевать зрители. Даже подняли руки вверх и делают ними махи из стороны в сторону в такт музыке. Многие фотографируют меня.

Аплодисменты и одобрительные крики взрывают воздух.

Захотелось оказаться ближе к моим почитателям. Подхожу к краю сцены, кланяюсь, слегка присев. И прямо передо мной возникает огромный букет розовых пионов в декоративной корзинке. Цветы загораживают лицо дарителя.

Думаю, что это, наверно, Янкин брат решил так романтично себя проявить.

А когда распрямляюсь – чуть не падаю. Этот роскошный букет протягивает мне Олег!!! Сразу мир вокруг засиял яркими красками! Все заискрилось то ли во мне, то ли во всем мире... И, стараясь перекрыть голосом шум толпы, он четко говорит:

- На дне - записка. Прочитай!

Сердце пропускает удар, потом хлопается об ребра и несется вскач.

Я не знаю, как я не умерла на месте, ведь случилось все даже лучше, чем можно было ожидать! Он действительно пришел посмотреть мое выступление! Он видит мой успех! Он дарит мне цветы, да еще что-то там написал!!!

Радостная улыбка демонстрирует миру все мои тридцать два зуба. Поднимаю тяжелую корзину с бесподобно красивыми, ароматными цветами и замечаю, что Элька с Янкой, вытаращив глаза на Олега, корчат удивленные смешные рожицы и подняли вверх свои большие пальцы. Понятно, оценили внешность моего супер героя.

Стараясь не споткнуться из-за нахлынувших чувств, иду за сцену. Прохожу мимо руководителя, закусившего губы в глубоком раздумье. Вижу злющую Ольгу и улыбающегося во весь рот Аркадия. Солист берет из моих рук корзину и собирается куда-то ее куда-то поставить.

- Подожди! - выкрикиваю я.

Раздвигаю стебли цветов. Выуживаю открытку со дна корзинки. Читаю: «Приглашаю отметить твой дебют со мной. Ты всех переплюнула, тебе не простят! Переодевайся и выходи. Олег».

Ура!!! Мой любимый ждет меня! Сегодня мы будем вместе! Не зря я надеялась! Я вся уже готова искупаться в его любви!

Иду за ширму. Достаю мобильный, в темпе пишу сообщение Эльке: «Скоро я буду с Олегом! Молитесь за меня!!!»

Включаю остатки ума и звоню маме.

- Мамочка, у меня все хорошо! Я задержусь. Не волнуйся, пожалуйста.

- Вы отмечаете первое выступление? – спрашивает она. И не дожидаясь ответа, дает совет, - будь осторожна, дорогая, не доверяй никому. Мужчины коварны.

- Хорошо! Я тебя очень люблю.

- А я тебя еще больше! – слышу я и тут вспоминаю, что изделия номер два сегодня не взяла. Блин!!!

Меня одновременно бросает в жар и пробивает дрожь. Ну а что я сейчас могу сделать? Приходиться просто забить на все, что мешает думать о главном!

Ищу свою одежду. Пока переодеваюсь, Ольга поет последнюю песню. Слышно какой-то недовольный шум толпы, свист, и кто-то даже крикнул неприятное слово «Халтура». Олю немножко жалко... Но все это меня уже не касается.

Тихонько подзываю солиста.

- Аркашенька, пожалуйста, передай Вадиму Петровичу, что мне просто необходимо срочно уйти, за что я очень извиняюсь.

Аркадий удивленно округляет глаза.  

- Ну, так получилось, - оправдываюсь я.

Он пожимает плечами.

Понимаю, что коллективу мое бегство не понравится. Особенно руководителю. Но сейчас меня это мало трогает. Быстро беру пакет с концертным платьем и цветы. Выныриваю к временно организованному выходу за сценой.

Внизу меня встречает бесподобный синий взгляд моего Олега. Его распахнутые мне навстречу руки – символ того, что сейчас я почувствую тепло его тела и, надеюсь - души!

- Иди сюда! – зовет он, голос у него волнующий, теплый и будто какой-то родной. 

Я просто кивнула. Даже улыбнуться нет сил. Сердце бьется о ребра. От эйфории у меня легкое головокружение, хватаюсь за стену – как бы сознание не потерять от радости....  

Осторожно ставлю ногу на хлипкую ступеньку приставной лестницы, ведущей на улицу. Боюсь опять споткнуться – слишком высокие каблуки!

Орлов легко подхватывает меня на руки вместе с объемным пакетом и цветочной корзиной, а я всем своим существом стараюсь прижаться к нему, но удается лишь на секунду положить голову на его каменное плечо. Вещи мешают. Я готова отбросить их по двум сторонам света, чтобы обвить шею любимого. Но он уже ставит меня на землю.

- Быстро! – звучит команда Олега.

Он берет корзинку с цветами, второй рукой обнимает меня за спину и тянет к парковке. Под завершающую песню нашего коллектива подходим к белому Лексусу. Мужчина, дороже которого сейчас нет никого на свете, открывает передо мной переднюю дверь. Сажусь на пассажирское сиденье, расцветаю улыбкой. Чувствую радостное волнение. Задыхаюсь от ожидания счастья, ведь в следующую минуту я уже буду наедине с парнем, которого обожаю каждой капелькой своего существа!

Олег садится за руль, поворачивает голову ко мне. У него одурительный, магический взгляд.

Вся дрожу.

И тут его крупная, сильная ладонь скользит по моей руке от запястья до плеча. У меня сбивается дыхание. Стая мурашек активно пробежалась по моей спине и затаилась где-то в районе копчика. Начинаю хватать воздух открытым ртом.

Орлов немного сжимает мое плечо, приближает ко мне лицо. Я зажмуриваюсь. Его дыхание, мужской парфюм и сексуальные флюиды – все это смешивается и сводит меня с ума. Жду поцелуя. Ну же!!!

Ладонь Орлова тыльной стороной ладони касается моей щеки. Его неровное дыхание выдает волнение.

«Ну, давай же, целуй, милый!» - мысленно прошу я.

Вместо этого звучит его драматический баритон.

- Сделаем так, - произносит он, - сейчас мы поедем в одно хорошее место. Продукты и шампанское у меня в багажнике.

Он убирает руку.

И все? Никаких поцелуев? Блин!

Когда я поняла, что Олег возвращается к рулю, еле сдержала себя, чтобы не вцепиться в его воротник или хоть за уши и прижать к себе. Но Орлов уже заводит мотор.

Быстро трогаемся с места. Пейзаж за окном начинает мчаться назад. Мне обидно... Внутри все вскипает. В висках стучит. Сердце бешено гоняет кровь по венам. Кажется, сейчас взорвусь... Но приходится себя успокаивать, все-таки мы же едем к нему!

И вот подъезжаем к роскошным кованым воротам. Олег открывает их картой-ключом и мы въезжаем во двор. Прямо по курсу -  здоровенный каменный коттедж, а справа и слева аккуратно подстриженные кустарники.

Я вижу все только краем глаза, мне не до чего. Я же понимаю, что в этом доме пре предстоит превратиться в женщину. Буквально! Нервное напряжение начинает зашкаливать.

Как вошли в дом, не помню, передвигаюсь, будто во сне.

По широкой, как в музее лестнице поднимаюсь на второй этаж вслед за победителем моей воли. Сердце норовит вырваться из груди. В голове вихрем проносится вопрос: как все произойдет?!

От волнения спотыкаюсь на последней ступеньке. Спасибо, удержалась, не пропахала носом паркет. На этот раз Орлов не пытается мне помочь. Самостоятельно принимаю вертикальное положение. В глаза бросается очень стильный дизайн комнаты -  много простора, света. У панорамного окна большой, нет, просто огромный диван с кучей подушек. Кажется, он занимает полкомнаты.

Олег жестом приглашает войти.

 Берет у меня из рук вещи, куда-то размещает и подходит очень близко. Замираю, вся в предвкушении: сейчас все начнется! Но этот невозможный мужчина просто ставит пакеты, пахнущие едой на небольшой красивый столик, возле которого я случайно остановилась. У меня ощущение - будто отхлестали по щекам.

- Разложи тут все, - тоном начальника говорит Орлов и шлепает ладонью по боковой дверце массивного комода у стены, - здесь посуда.

Потом выдвигает один ящик, достает пару простыней и умелым движением прицельно бросает их на диван.

И больше ничего такого, то есть, никаких признаков страстного желания овладеть привезенной сюда девушкой.

Он что, играет со мной, что ли?

Меня слегка лихорадит. Сейчас что-нибудь такое ему скажу! Поднимаю глаза. О, боги, но до чего же он хорош! Я просто торчу от него. Это обезоруживает.

Что же делать? Может, надо самой проявить инициативу?

Хорошо! Решительно встряхиваю головой, пытаюсь настроить себя на смелый поступок. Но не успеваю что-нибудь этакое сотворить, потому что Орлов сообщает:

-  Мне - в душ, я только что с дороги.

И исчезает за боковой дверью, отделанной инкрустацией, так же как столик и комод.

Мой уникальный красавец до меня даже не дотронулся. Вот это – да... От возмущения кусаю губы. На автомате достаю посуду, раскладываю что-то по тарелкам. Руки подрагивают.        

Бросаю взгляд на простыни. Мурашки сразу промчались по спине бодрым галопом. Хочу с Олегом... всего-всего, но все-таки ужасно боюсь. У меня же это будет впервые!

Вдруг слышится мощный раскат грома. Гроза будто намекает, что в моей жизни сейчас должно совершиться что-то грандиозное, чего не было никогда. От порыва ветра внезапно распахивается фрамуга у лестницы. Я рванула закрыть ее. И в этот момент из двери душевой эффектно появляется Орлов. Застываю посреди дороги. Мои глаза широко распахиваются, рот, кажется, тоже.

Олег практически голый. Только бедра обернуты довольно узким махровым полотенцем, которое почти ничего не прикрывает, зато слегка оттопырилось ниже пупка. Как офигительно устроен этот парень! Не знаю, как у других, но у Олега все просто классно! Какие у него великолепные бицепсы, развитые грудные мышцы, роскошно припушенные растительностью! И кубики на животе. Да он весь состоит из мускулов и тестостерона. А еще кожа у него загорелая, хотя лето началось только сегодня.

Меня так и тянет все это потрогать!!! На моей спине опять оживают неугомонные мурашки.

Мой любимый неспешно приближается ко мне походкой хищника. Напор, загадочность, обещание чего-то необыкновенного – все это плещется в его глазах. От этого взгляда у меня начинает пылать кожа и дыхание становится рваным.

На минуту Олег оглядывается. Замечает, что простыни не приготовлены для... в общем, для нашей любовной встречи. Поворачивается ко мне. Морщится. Недоволен. Видно, хочет высказать претензии. Вредина! Но я все равно люблю этого человека. Так люблю, просто с ума схожу...

Закусываю нижнюю губу, чтобы случайно не пустить слезу от напряжения. А он уже меняет свое настроение.

- Ладно, ерунда, - успокаивает то ли меня, то ли себя и подходит очень близко.

Уверенным движением притягивает меня к себе, прихватив за то, что ниже спины. Мои глаза выпрыгивают к потолку. Все-таки так откровенно меня еще никто не лапал. Кое-что, очень горячее и крепкое упирается мне в живот. Я напрягаюсь. Меня начинает бить нервная дрожь, и как-будто не хватает воздуха.

Он замечает это, немножко отодвигается от меня и просто обнимает за спину, будто мы в танце.

Тогда я кладу руки на его сильные плечи. Тело у него бархатистое, влажное после душа, пахнет свежестью. Я впервые касаюсь его и будто пьянею.

- Малыш... - слышу я.

В голосе моего будущего мужчины появились нотки нежности. Забываю, как дышать. Сердце совершенно замирает.

Орлов крепко прижимает к себе верхнюю часть моего туловища и очень осторожно, так ласково-ласково целует мне веки. Это какие-то новые ощущения, просто что-то феерическое! Я на грани обморока от удовольствия.

Потом чувствую его поцелуи на моих щеках и даже на кончике носа. Это, оказывается, сногсшибательно приятно! Млею. Еле стою на ногах. А Орлов с усилием гладит мою спину и тискает плечи. Наконец, он обдает меня жарким дыханием возбужденного дракона, слышу его приглушенный рык, и он впивается в мои губы, одновременно с шумом втягивая воздух ноздрями. Он будто вливает в меня любовный яд.

Все. Улетаю в небеса...

Мне хочется тоже подарить ему свою нежность. Почти в полуобмороке пытаюсь ответно целовать, глажу ладонями его плечи и шею.

Мой организм уже существует собственной какой-то жизнью: ноги сами раздвигаются, и даже длинная молния на юбке наполовину расстегнулась и оголила колени. А то, что у меня трусиках ниже живота, будто вспухло. Вершинки грудей сжались до боли и сквозь тонкую блузу прямо уперлись в крепкое тело мужчины, кажется, они готовы прорвать ткань.

Вдруг его рука касается моего колена и теперь скользит вверх по бедру.

Ой, мамочки! На секунду я будто пытаюсь вырваться, но он резко притягивает меня к себе и так  крепко прижимается, что я чувствую все-все-все подробности его тела. Вся горю. Дыхание сбивается. Начинаю тихонько стонать. Его дыхание тоже становится прерывистым. Он трется носом о мое ухо, прикусывает мочку. О! Как же это, оказывается, приятно!

Почти повисаю в его руках. Он придерживает меня и ставит прочно на пол.

Движения накачанного, мускулистого тела становятся жесткими, Олег быстро расстегивает все мои пуговицы на блузе, мгновенно сдергивает ее с меня. Тут же бюстгальтер покорно соскальзывает ему на руки.

На мгновение прикрываюсь ладонями. В его взгляде ловлю  упрек. Тогда мои ладошки падают вниз, но это мешает напряженным действиям мужчины, который уже начал освобождать меня от юбки. Ах, нет, так нельзя, ему может не понравиться, скажет: ломаюсь. Раскрываю руки крыльями испуганной курицы. И джинсовая юбка на длинной молнии легко поддается его умелым действиям.

Остаюсь в стрингах и в золотых туфлях.

Орлов, не останавливая напор, пытается снять с меня трусики, но я, неожиданно даже для себя самой, категорически сопротивляюсь.

Левая соболиная бровь Олега едет вверх, он с интересом заглядывает мне в глаза и очень тихо спрашивает:

- Малышка, а у тебя уже был мужчина?

- Нет, - испуганно признаюсь я.

- Хах! – по-буйволинному выдыхает он. – Понятно.

Поджимает губы. Задумывается на несколько секунд.

- Подожди, - говорит.  

Оставляет меня на месте, идет к дивану. По пути заглядывает в комод, зачем-то роется там, по-видимому, безуспешно.

Меня обдает холодом. Дыхание замирает. На память приходит, как Элька пугала, что мужику может не понравиться, что я девственница.

Ой!!! Только не это! Я же хочу, чтобы он стал моим!!!

Надо срочно совершить что-то беспроигрышное, что точно расположит его ко мне.

Решение приходит моментально.

Отвернулась. Мне не видно, что он делает. Сама снимаю трусики, отбрасываю в сторону.

Разворачиваюсь к нему совершенно без одежды. Воображение сразу рисует мне, как здорово я выгляжу: голая, стройная, в очень красивых туфлях на высоченном каблуке. Плавным движением снимаю и небрежно отшвыриваю куда-то заколку, распускаю свои роскошные волосы по плечам. Я – само очарование. Если бы я была мужчиной, точно бы влюбилась! А он?

Лазурный взгляд Орлова на мгновение вспыхивает. Потом он явно оценивает меня так, как я этого хочу. Вижу, что ему нравятся и моя фигура, и мои волосы, а главное – смелость!

- Молодец, девочка! Иди ко мне! – произносит он с интонацией удава из сказки про Маугли.

Стараюсь удерживать боевой настрой. Подхожу, держа спину ровно, ставя ногу от бедра. Останавливаюсь в шаге от него. Попутно замечаю, что простыни на диване Олег уже расстелил сам.

Он в упор разглядывает мое тело. Мужественно борюсь со своей доисторической стыдливостью, даже не опускаю глаза. Хотя меня колотит.

Вижу, что он тоже волнуется, его мускулистая грудь начинает ходить ходуном. Он издает грозный рык, который меня реально пугает. Мне кажется, он сейчас меня съест.

У меня сводит скулы. Блин, я действительно очень боюсь. Всего.

Сердце норовит выскочить наружу. Становится так жарко, будто внутри меня раздули угли. Мой будущий мужчина опять по-хозяйски притягивает меня к себе. Обжигает дыханием, трется щекой о мое лицо. У меня в глазах мелькают разноцветные искры. Тихонько стону, невольно закидываю голову назад. Его поцелуи дорожками ложатся на мою шею. Почти теряю сознание.

- Малышка... – будто сквозь туман, слышу страстный шепчет любимого.

 Очень надеюсь, что он влюбился в меня так же, как я в него. Вся раскрываюсь, обнимаю его за крепкую воловью шею. А он легко поднимает меня на руки и укладывает на постель. От нетерпения горю целиком, жду самых пылких ласк. И в такой острый момент этот кошмарный человек, не спеша, по очереди снимает мои туфли и аккуратно ставит на пол. Зануда, блин. Но это – мой любимый зануда.

Он ложится рядом на бок. Сдергивает с себя полотенце. Я скашиваю взгляд на то, что у него внизу живота. Таращусь. О! Как странно и сложно устроен мужчина! Ой, мамочки, вот эта штуковина должна уместиться во мне? Сердце прямо сползает в пятки.

Мужчина, который уже точно готов стать моим, наваливается на меня сверху. Это очень приятно, я этого хочу, но становится трудно дышать.

Он замечает, что почти меня расплющил, как-то меняет положение своего прекрасного тела, и шепчет:

- Малышка, - тембр его низкого, бархатного голоса по-прежнему сводит меня с ума, - я буду осторожным, - обещает он.

Начинаю плавиться, как мороженое от прикосновения его горячих, влажных губ – везде!

Потом мне все-таки становится страшно. На мгновение сжимаюсь.

Но уже поздно, назад пути нет!

Все произошло неожиданно быстро, мне даже не было особенно больно. И еще все это так необычно, ново, интересно! Супер!!!

Вот, что значит близость: мой дорогой Олег уже буквально во мне.

Наверно, потому что я еще неопытна, настоящего восторга у меня это пока не вызывает. Просто каждая клеточка моего существа принадлежит сейчас ему, и я хочу, чтобы так было всегда!

Его движения ритмичны. Может быть в боксе, он ведет себя примерно так же? Вот он - спарринг!

Вдруг Олег ускоряется, рычит прямо как хищный зверь, и - я чувствую, что там, внизу наполняюсь чем-то обжигающе горячим.

Перед глазами все поплыло.

Почему-то мне стало так хорошо! Показалось даже, что меня согревает ласковое солнышко, словно я лежу на пляже. И вдруг сердце опять заколотилось, будто здесь, прямо рядом произошло еще что-то. Словно какая-то молния или вспышка света пронеслась между нами и накрыла меня. Даже трудно описать, что это - магия какая-то! Потом, я поняла, в чем было дело, но гораздо позже...

Любимый успокаивается, ложится рядом. Спрашивает:

- Малышка, ну ты как?

- Я люблю тебя, - нежно-нежно шепчут мои губы, хотя я не собиралась говорить это ему первая.

Он самодовольно усмехается.

- Ты молодец, - говорит.

Потом тихонько клюет носом мою щеку и сообщает:

- Теперь мне надо отдохнуть немного.

Ну, ладно, пусть так. Жалко только, что не ответил на мое неожиданное признание... Ничего, наверно, он найдет другое время, и я тоже услышу слова любви.

Думаю, главное – это то, что нам хорошо вместе. И вообще, я теперь – женщина!!! Чувствую, во мне происходит какое-то обновление, прямо рождаюсь заново. Все так необыкновенно! Глубоко в животе порхают бабочки на воздушных, невесомых крылышках.

Гроза, кажется, стихает. В окно льется соловьиная трель. Наверно, даже птица радуется тому, что со мной произошло.

Приподнимаюсь на локте, поворачиваюсь к Олегу. Мой полубог прикрыл свои изумительные глаза, его веки с красивыми длинными ресницами слегка подрагивают. Может, задремал. Или даже заснул. Мне хочется его целовать. Нет, не буду беспокоить. Просто полюбуюсь его прекрасным, атлетическим телом. Мой взгляд мысленно очерчивает его развитую грудь, пересчитывает кубики и сползает к животу. Потом ниже.

Его стратегически важное место испачкано моей кровью. Я знаю, что так и должно быть. Ура! Олег теперь точно мой! Но... о, ужас! На нем же нет защиты!

У меня темнеет в глазах. Вскакиваю и бужу моего, теперь уж точно моего мужчину.

- Милый, проснись, пожалуйста!

- Малыш, я же сказал, мне надо отдохнуть, - сердито отвечает он, полыхнув синим взглядом.

- Послушай, - прошу я, - ты же без защиты?

- Без презика? Ну и что? – бормочет он, опять прикрывая глаза.

- Но я же могу забеременеть!

У меня дрожат губы.

- Ой, да успокойся ты. С одного раза ничего не будет, - заверяет меня мой уставший мужчина.

- Но ведь бывает же у некоторых!

- Вранье. Уж поверь мне.

Но все-таки он открывает глаза, нехотя встает, в очередной раз подходит к комоду. Что ему там опять надо? Я уже начинаю ревновать его к этому низкому шкафу. Орлов что-то оттуда достает, а я не могу оторвать взгляд от его рельефной фигуры со спины. Все тело у него красивое, накаченное, как у гимнаста. И хотя меня колотит просто ураган эмоций от того, что так опасно все произошло, но все же согревает мысль, что я стала женщиной такого почти принца.

Потом Орлов идет в середину комнаты, поднимает с пола мои трусики. Возвращается, проходя мимо стола берет кружочек лимона, с силой выжимает из него сок на  какое-то маленькое, вроде салфетки полотенечко и подает мне все это.

- Иди, помойся, подложи себе в трусы, – озабоченно советует, - и все будет норм....    

Быстренько ныряю за дверь, которая ведет в душевую. Ого! Ничего себе санузел! Напротив входа здоровенное зеркало, в котором я вижу себя в полный рост. По верхним углам оно украшено стильными черными подсвечниками. Это очень красиво.

С одной стороны от зеркала стоит шкаф весь из черного матового стекла с проблеском искры. С другой стороны – душевая кабина с навороченным оборудованием.

А пол здесь, как шахматная доска из черной и белой плитки.

Вижу еще одну дверь. Интересно... Открываю - там стоит поразительно красивый, блестящий  черный унитаз, похожий на рояль.

Не фига себе у них дача!

Подхожу к зеркалу. В этом строгом антураже мое тело выглядит сияющим. Губы и щеки горят. Мои густые волосы растрепались, но так даже лучше. Я похожа на лесную нимфу. Правда, тушь местами размазалась. Ладно, умоюсь, да и все. Сейчас не это главное. Мне кажется или правда, груди мои будто еще увеличились? Кручусь, осматриваю себя с разных сторон. Точно! Может быть чуть-чуть, но все-таки увеличились. Не зря я ощущаю, что они потяжелели.

Я кладу свои трусы с полотенечком на полку. Кусаю губы, ругаю себя за то, что про изделия номер два сегодня сама совершенно забыла. Моюсь очень старательно, но быстро. Меня же ждет мой мужчина, наверно, он весь уже пылает от желания опять меня приласкать.

Вытираюсь и делаю с маленьким полотенечком то, что советовал Орлов. Припоминаю, кажется я тоже слышала, что кислый сок может все нейтрализовать... Ну, хорошо.

Выхожу к любимому, одетая только в свои черные кружевные трусики в тон декора душевой.    Надеюсь, это ему понравится. Но этот вредина только бегло скользнул по мне взглядом, и на лице у него ничего не отразилось.

Он идет в душевую. Мимо меня. Даже не поцеловал.

Я сбита с толку. Его поведение мне не понятно.

Ведь я ожидала, что после всего, что с нами случилось, мой мужчина будет со мной особенно ласковым. Но он кажется мне сейчас довольно равнодушным. Неужели то, что между нами произошло, бывает у него часто, и он привык?! Стряхиваю соленую жидкость со щек дрожащими руками. Чуть отодвинув край простыни, присаживаюсь на диван. Что дальше делать – не знаю. Может надо лечь и покрыться, дожидаясь любимого, ведь, мы же, наверно, здесь проведем всю ночь?

Появляется Олег. Блин! Он уже одет. Значит, все мои надежды на продолжение «банкета» – псу под хвост, как говорит Элька, когда злится. А я-то дурочка, размечталась, что он сейчас выйдет чистенький, и я опять сойду с ума от его горячих поцелуев!

Сердце бухает так громко, что его стук повторяется в висках. Мне реально плохо.

- Малыш, - звучит умопомрачительный голос Орлова, - сейчас я отвезу тебя домой. Больше все равно с тобой сегодня нельзя... эээ... общаться, тебе будет больно.

Меня будто окатили из ведра холодной водой. Сердце бухнуло в пятки.

- А когда мы встретимся? – осторожно задаю вопрос.

Он несколько раз поднимает и опускает свои густые брови. Похоже, не знает, что ответить.

- Я же теперь твоя девушка? - уточняю ситуацию. Голос у меня, как у придушенной мышки.

Губы прекрасного принца кривит неприятная усмешка.

И у меня по щекам сразу текут ручьи.

- Ведь мы же теперь вместе... - терпеливо пытаюсь объяснить ему свою мысль, но у меня это получается как-то неубедительно. Смахиваю дурацкие слезы, произношу самым проникновенным тоном - я хочу, чтобы мы... – и мой голос рвется на полузвуке. Нервы, блин!

На загорелом лице Олега ослепительно вспыхивают белоснежные, крепкие зубы.

- Ты что, замуж, что ли хочешь? – он еле сдерживает смех.

- А что, это так смешно? – спрашиваю я, прямо глядя ему в глаза.

Лицо Олега становится серьезным.

- Да нет, это не смешно...

Оглаживает подбородок. Похоже, что он все-таки, смущен. На секунду задумывается, разворачивается и неторопливо идет к лестнице. Открывает фрамугу пошире, закуривает. Некоторое время стоит спиной ко мне. Молчит. Даже не шевелится. Превратился в изваяние.

И со спины он прекрасен, как греческий бог, хотя молчит, как истукан. Раньше я не замечала у себя разбойничьих наклонностей, но сейчас мне захотелось взять что-нибудь со стола и кинуть в его аккуратно стриженый затылок. Представляю, как он удивится! 

ОЛЕГ 

Все время пытаюсь бросить курить, но сейчас просто необходимо чем-то перебить мысли. В мозгу проносится все, что произошло со мной за последние дней десять.

Вспоминаю Вику.

Я понял, что она меня обманывает, просто был уверен в этом. Она звонит мне то и дело, все ей интересно – как я, да что со мной. Пытается изобразить заботливую мамочку. Просит о встрече. А у меня отец приболел, я в отпуске как раз, так что по его поручению мотался то в его офис, то к заказчикам. Мне вообще не до чего. Тем более, что с ней я решил порвать.

Привез ее сюда, где мы с Борькой обычно тусим. Предупредил, что разговор будет серьезный.

Накатил ей бокал вина. Сам не пью, собираюсь по-быстрому расколоть эту обманщицу и отвезти домой. Или куда там ей надо.

- Вика, - говорю, как можно жестче, - я все прокачал, не могла ты от меня залететь.

Она тянет вино и даже не вспоминает, что ей, типа, нельзя. Вот это беременная! Одновременно быстро бегает глазами, видно пытается придумать, что еще сочинить. Почему я раньше не замечал, как много в ней фальши?

- И даже если ты, правда, залетела, не трепи, что от меня, - говорю твердо. - Не верю! Я всегда предохраняюсь. Только один раз, когда ты меня практически напоила, все произошло открыто с тобой. Один раз всего!

Она наливает еще вина, картинно закатывает глаза. А я вспоминаю Машу. Невольно сравниваю ее с Викой. Короче, Маша выигрывает.

Вика, опорожняет, кажется, уже третий бокал. И, пьяная, как свинья, вдруг начинает истерично хохотать.

- Ну да, наврала. Не знаю уж, как извернуться.

Потом делает несчастную мину и выдает:

- Я ведь люблю тебя, замуж за тебя хочу, а ты все не въезжаешь!

Я молчу.

- Между прочим, дядя мне бизнес предлагает крутой, - сообщает она с важным видом, - но там нужен деловой партнер. Вот с тобой было бы здорово!

- Ах, деловой партнер тебе нужен? – начинаю злиться.

- Нет... ну не только...

Она кошкой прыгает мне на шею.

Меня прямо выбесило.

Швырнул ее на диван так, что она проскользила по поверхности, как санки по ледяной горе.

Но оказалось, от этой бестии не просто отвязаться. Она вскочила, кинулась к моим ногам и начала целовать мои колени.

Звездец!

- Прости, прости, - вытаращивая безумные глаза, рыдала Вика, – я что-то не то говорю, с ума от тебя схожу. Да, из-за тебя я превращаюсь в последнюю тварь, в сволочь, во все самое грязное, потому что меня несет! Я не могу без тебя, ты самый красивый, самый умный, самый потрясающий мужчина на свете!

Хреновина, конечно, но где-то даже приятно...

Не давая мне опомниться, Виктория тараторит:

- Кстати, милый, мы ведь мечтали с тобой умчаться на Юг.

- Нет, - отвечаю, - сейчас я точно не готов.

- Но мы же собирались... Я говорила тебе, что моя бабушка живет в Геленджике и работает администратором в гостинице. Для нас уже забронирован самый лучший номер с видом на море.

Хочу категорически отказаться, а Вика уже пытается сдернуть с меня брюки. Я оттолкнул ее, а она вцепилась в мою руку, потащила к дивану. В общем, дело кончилось сексом. Дерьмо... В первый раз у меня был интим с одной женщиной, а думал я о другой. Маша все-таки меня зацепила, и я уже хотел быть с ней.

Только закончили процесс (на этот раз я успел-таки надеть резинку), Вика тут же запричитала, что надо поторопиться, потому что билеты на самолет для нас обоих куплены. Вылет, практически,  через два часа.

- Милый, хороший мой, - вопила она, опять заливаясь слезами, - умоляю, давай отдохнем у моря и там решим, что делать дальше! Хоть несколько дней!

Заявляю, что на самолет все равно не успеть, у меня из вещей - ничего кроме документов. И у нее тоже.

- Я оставила у тебя в машине сумку, там уже собрано все необходимое.

И она так присосалась к  моим губам, что я реально захотел повторить акт.

Твою мать...

В приморском городе настроение у меня все равно мерзейшее. Да еще рабочий телефон, в котором записан Машин номер, я забыл у Борьки. По памяти восстановить что-то не получилось.

 Вику я больше не хочу.

Даже просто видеть ее голой стало тошно.

К тому, что она для меня купила, прикасаться противно. В местных бутиках сам подобрал все, что нужно. Ночью выхожу на побережье, поставив в номере на столик вино и бокал для женщины, которая была моей. Возвращаюсь – она уже спит.

И так - три дня.

Звонит Борька:

- Старик, завтра у нас концерт. Слушай, у меня такое чувство, что эта новая солистка, Маша, похоже, втюрилась в тебя. Да! И твой мобильный у меня оказался на даче. На диване, среди подушек.

- Понял, - говорю, - с меня... – хотел пообещать награду.

- Потом разберемся, приезжай, - смеется друг.

Узнаю подробности - где и во сколько концерт. Заявляю Вике:

- Я решил вернуться в Москву.

Она опять бросилась ко мне в ноги, ползает по полу, цеплялась за штаны.

- Прекращай, - говорю, - я все равно не смогу простить твое вранье.

Надеваю бейсболку, беру пакет с вещами и ухожу.

Узнаю в аэропорту, что билетов нет, беру такси и мчу в Москву. Успел прямо к началу концерта. Даже не переоделся. Побрился на заправке.

Маша смотрится офигительно. Только она вышла на сцену - у меня в штанах ожил неукротимый змей...

Малышка, заметила меня в толпе и даже проговорила в микрофон мое имя. Улет!!!

Вижу, девочка готова... Надо спасать человека. Брать, короче.

Отошел, купил цветы в корзине, вложил записку. И вот она моя.

Кстати, сейчас опять, только подумал про нее - ствол встал. И ведь девчонка-то крутая, я был уверен, что у нее полно мужиков.

А оказывается, я у нее первый.

И что теперь мне с ней делать?

МАША

Размазываю по щекам злые слезы. Одеваюсь, понятно, что в голом виде больше ничего не будет. Руки жутко дрожат, чуть не сорвала молнию на юбке. Меня прямо колотит от возмущения и обиды. Мало того, что он больше явно не собирается меня приласкать, обидно еще, что ни разу ничего не сказал о любви. Что же получается, он просто использовал меня для секса? Жуть!  

И почему он так долго стоит у окна, отвернувшись? Ждет, что я уйду по-английски, не прощаясь, и на этом – все?

Конечно, ежику понятно, что упрекнуть его, в общем-то, не в чем. Если бы я сама всего этого не хотела, не поехала бы с ним сюда.

Но все равно, все это просто ужасно, не правильно, жестоко! Он ведь узнал, что у меня до него никого не было. Если он меня не любит, мог бы и остановить! Он же явно старше. Опытнее. Есть же у него совесть или там... сочувствие к ближнему. Ой, о чем это я? Забыла, как мама всегда говорит: «Мужчины  - совсем другие существа!» и все такое... Короче, сама виновата. А это – жизнь, детка, она бьет безжалостно того, кто без мозгов!

Неинтеллигентно хлюпаю носом.

Так, и где же мои туфли? Вот они, за углом дивана. Он поставил их, как, наверно и полагается менту: носочек к носочку, пятка к пятке.

Обуваюсь. Беру свой пакет, цветы не трогаю, направляюсь к лестнице, изо всех сил стуча каблуками. Олег, услышав мой топот, разворачивается, глаза округлил, брови у него поползли на лоб. Гасит сигарету. Успевает ухватить меня за руку.

- Подожди, - говорит, - ты куда?

Задерживаюсь. Слезы сразу просохли. Глупо, конечно, но вспыхивает надежда – вдруг Орлов все объяснит и окажется, что он белый и пушистый!

Он раскрывает окно шире, притягивает меня поближе к подоконнику и осторожно приобнимает за плечи. Прикосновение его рук, кажется, оставляет ожег на моем теле. Сердце бешено колотится. Как же я люблю этого парня!

В комнату проникает свежий запах мокрой зелени. Гроза слышна теперь только вдали, но брызги дождя попадают мне на лицо и стекают по щекам. Или это опять слезы?

Почему все получается не так, как мечталось? Я же видела радость на его лице, думала, что теперь мы будем вместе, как половинки, которые нашли друг друга. А получается, это просто глупые мечты наивной девочки? Когда же я повзрослею? Мне уже до фига лет, двадцатый год пошел! Неужели я просто размазня какая-нибудь? Наверно, надо было на ботаника поступать -  пестики с тычинками спаривать!

Ощущаю дикую усталость. Мне совершенно не понятно, что я сделала не так.

Неужели он выдаст сейчас, что больше не хочет быть со мной? Только бы не разреветься!

И вдруг слышу:

- Здорово здесь, правда? - говорит Олег, - я тоже хочу иметь такую дачу.

Не фига себе дача! – моргаю я. Так, минуточку... он думает о будущем. А в этом его будущем для меня-то есть место?

Пытаюсь поддержать разговор.

- Значит, этот дом не твой?

- Нет, это Борькино убежище. Мы оба с ним любим здесь бывать...

Вот оно что... значит Орлов вместе с другом тусят здесь нередко. Мне это совсем не нравится. Может эта дача – притон, где мой милый вместе с Борькой общается с разными женщинами? То есть, меня Олег воспринимает, как одну из них, что ли?!

Мне становится все противно. От ужаса я замотала головой. И неожиданно мой взгляд выхватывает какую-то подозрительную красную тряпочку, которая лежит в углу за компьютерным столом. В мозгу сразу проносится: неужели это женские трусики?

Я разбита. Просто абсолютно.

А он говорит:

- Давай пойдем, сядем.

И мягко подталкивает меня обратно, на минуту даже прижавшись ко мне головой. О, боги! Я ничего не понимаю! Ну, вот что делать?

Возвращаюсь на подгибающихся ногах. Опускаюсь на краешек дивана, вцепившись в свой пакет с концертным платьем так, что собственные ногти впились в мои ладони. Волнуюсь ужасно. Сердце колотится, будто я только что пробежала две стометровки.

Он придвигает красивый, стильный стул, усаживается на него, как на трон. Минуту молчит. Потом вздыхает. Ну, прямо театральная пауза, блин!

Я не выдерживаю напряжения и выдаю:

- Олег, а где ты был все это время?

 Он морщит свой чистый, высокий лоб, изгибает густые брови.

- У меня была длительная служебная поездка, - отвечает он.  

Мне кажется, я своим вопросом застала его врасплох. Он не успел подготовиться к ответу.

- Вообще, тут все не так просто, - медленно произносит мужчина, от которого я схожу с ума. – Понимаешь, я убежденный холостяк и привык к определенному жизненному ритму.

У меня опять по щекам текут горячие ручьи.

- Но это же... – лепечу я, пытаясь стряхнуть влагу с лица, - так зачем же... так тогда ведь... - мне никак не удается выразить свои запутавшиеся мысли. Хорошо только, что я умылась и не размазываю по лицу тушь.

- Ты - хорошая девочка, - без улыбки говорит между тем Орлов, - честно, такие встречаются редко.

Блин, я, конечно, польщена, но напрягаюсь еще сильнее. Что дальше? Сейчас признается, что у него четверо детей на стороне, или по заданию Родины он на днях улетает на Марс? Ой, а вдруг  у него какая-то неизлечимая болезнь? Это же может передаться по наследству нашим детям!

Мое тело покрывает мелкая противная дрожь.

Хотя, нет, на больного он точно не похож! Немного успокаиваюсь.

А он продолжает:

- Наверно, на тебе и, правда, можно жениться.

Мои руки непроизвольно разжимаются, и пакет с шикарным платьем падает на пол. Но я даже не замечаю это. Кажется, у меня появляется надежда! Он сказал, что на мне мог бы жениться, практически по смыслу это же так?! Сердце забилось еще быстрее, будто его подтолкнули, и оно прямо готово выпрыгнуть сквозь ребра наружу. Моя бурная фантазия уже нашептывает мне, что любимый все-таки скажет:

- Выходи за меня замуж!

 Ой, не умереть бы от счастья прямо сейчас.