Измена. (Не) повод для развода

В прекрасном настроении неспешной походкой уверенной и счастливой женщины иду в сторону вип-зала аэропорта. 

Ловлю заинтересованные мужские взгляды. 

Без ложной скромности моё ЭГО наслаждается вниманием.

В нескольких шагах от входа вижу колонну. 

В памяти тут же всплывает картинка, изменившая вектор моей жизни. 

Вспоминая те несколько минут, улыбаюсь и снова мысленно цитирую строчки Пушкина:”Если жизнь тебя обманет, не печалься, не сердись! В день уныния смирись: день веселья, верь, настанет.”

В салоне бизнес-класса верхней палубы аэробуса Эмирейтс меня встречает приветливая и услужливая стюардесса. 

Располагаюсь на своем месте.

Девушка приносит комплимент от компании - фрукты и шампанское.

Мягко улыбаясь, от игристого напитка отказываюсь. Прошу заменить его лимончелло.  

Получив желаемое, одариваю девушку улыбкой и благодарю. 

Устраиваюсь на супер удобном кресле.

Делаю малюсенький глоточек напитка насыщенного желтого цвета.

Наслаждаюсь приятной терпкостью и изумительным букетом. 

Мысленно мурлычу:”Если судьба преподнесла лимон, сделай лимонад, а лучше лимончелло! Клара, ты-ды-дым, ты смогла!!! За это и выпьем!”

В завершении фразы ментально поглаживаю свое ЭГО и протягиваю руку за кусочком дыни. И тут…

Боковым зрением замечаю рядом кудрявую брюнетку. 

Соседка поворачивает голову. 

Наши взгляды встречаются. 

Мы обе одновременно восторженно восклицаем:”Ух, ты ж! Не может быть!” 

- Клара, добрый вечер! Вот так встреча, - брюнеточка заливисто смеется и бросается ко мне с объятиями, будто мы подружки.

- Добрый, Элеонора! Надеюсь, не ошиблась с именем. Когда мы с Вами летели? Месяцев девять назад? - все же уточняю, приветствуя девушку. 

- Все верно. Память Вас не подвела. В начале декабря прошлого года. Да, можете называть меня просто Элла или Нора. Как Вам нравится, - откинув кудри в сторону и приподняв соболиную бровь, весело хмыкает девушка. 

В этот момент рядом с Эллой появляется стюардесса с “комплиментом” от компании. 

- Нет, ну бывает же такое. Мы снова летим вместе и опять рядом, - радуется Элла, как ребёнок.

Увидев “женский набор”, Элеонора морщится. Кокетливо объясняет, что любит виски и мясо. 

- Смотрю Ваши предпочтения не изменились, - говорю, когда стюардесса уходит. 

- Стабильность - признак мастерства! - смеется девушка на мои слова. - Пф, не вижу необходимости менять привычки.

- Исходя из ваших слов, Элла, Вы снова бросили своего любовника, - произношу в форме утверждения. 

- Бинго! Сектор приз! Вы попали в яблочко, - громко с хохотом восклицает Элла, вызывая заинтересованность сидящих рядом пассажиров. 

Мужчины смотрят на нее с восхищением, а женщины с прищуром пренебрежения.

- Надеюсь, в этот раз разрыв не принес Вам убытки, - уточняю шепотом, памятуя о рассказе Эллы во время нашего прошлого совместного полета.

- Что Вы, Клара, в этот раз я в таком шоколаде, что могу долго, счастливо и безбедно жить, - тоном заговорщика тихо произносит Элеонора и подмигивает, но не мне, а куда-то в сторону. 

Немного поворачиваю голову, чтобы боковым зрением увидеть адресата “стрельбы глазами” моей обворожительной соседки. 

Замечаю через сиденье от меня одинокого, изрядно заплывшего, лысого мужчину с приличным жизненным пробегом. 

Вернув взгляд в начальное положение, недоуменно приподнимаю бровь и скептически смотрю на Эллочку. 

- А чего? - хмыкает она, понимая все без слов. - Деньги к деньгам, Кларочка. Молодость и красота - состояния временные и быстро проходящие. Мне уже двадцать восемь…

- Да, ладно! Вы же в прошлый раз говорили, что всего двадцать два, - перебиваю девушку и прыскаю от смеха. - Хотя, честно говоря, реально Вы выглядите лет на двадцать.

- Знаете, как сложно сохранять эту чертову молодость. А еще тяжелее прикидываться дурочкой с двумя высшими образованиями, - шепчет мне на ухо Нора, поднимает бокал с виски и снова отправляет красноречивый зрительный привет через мое плечо. 

- А если этот не клюнет? - интересуюсь, зеркаля ее тон.

- Не-е-е, такого еще в моей жизни не было никогда. Да, этот колобуся висит на моем крючке с момента посадки в самолет, -  уверенно отвечает Элла.

- Ну, а если он безнадежно женат и влюблен? - делаю попытку номер два. 

- И отлично! Я же не собираюсь за него замуж. Кларочка, на кой фиг мне этот лысый колобок на ножках в роли мужа?! У меня к нему совершенно другой интерес, - закусывая виски кусочком хамона, морщит чудный носик и капризно надувает пухленькие губки охотница за деньгами. 

- Понятно, - вздыхаю, но все же совершаю третью попытку. - Эл, а если у него нет денег?!

- Да, бросьте Вы. У него часы тыщ за 50 зеленых американских бумажек. И шмот дизайнерский, - цокает многозначительно язычком девушка. - Нет, он - богатенький колобуся. Я в этом толк знаю. 

- Если он такой состоятельный, то чего частным бортом не летит, Эл? - ставлю вишенку на тортик своей любознательности. 

- Этот вопрос и все остальные я узнаю за время нашего полета, - обворожительно улыбаясь за мое плечо, шепчет Элеонора и принимает записку из рук стюардессы. 

Пока она читает послание колобка на ножках, смотрю на девушку с немым вопросом. 

- Так, Клара, я Вас на время покидаю, но не бросаю, - произносит девушка, поднимаясь со своего места. - Вернусь и мы договорим. Кстати, расскажете мне снова о вашем замечательном муже и вашей крышесносной любви…

Следите за моими новостями!

Ставьте “нравится”, добавляйте книги в библиотеку и читайте с удовольствием! Жду ваши комментарии. 

С уважением Мара Евгеника.

- Как ты, Глебушка? - мягко интересуюсь у мужа. - Мария Антоновна сетует, ты дома практически не бываешь, на работе сутками пропадаешь…

- А что делать, любимая? Проект завершаем. Заказчик сложный. Сама знаешь. Кто не работает, тот не ест, - отшучивается муж. 

- Скучаю, милый! Все время думаю о тебе. Каждую минуту, любимый! 

- Я тоже, Кларочка, скучаю. Ужасно тебя не хватает. И все равно мы правильно решили, что ты поехала с Наткой, - с нежностью в голосе отвечает Глеб. - Дочурине сейчас твоя материнская поддержка нужна. 

- Да, ну тебя. Нормально все у Натки. Чувствует себя наша девочка отлично. Выглядит великолепно. Аппетит прекрасный. Плещется, как бегемотик, целыми днями то в океане, то в бассейне, - сообщаю подробности о его ненаглядной принцессе. - Завтра зять прилетает. 

- Ну вот, Леха прилетит, и вам с Наткой веселее будет. С ним вам точно скучать некогда будет, - смеется муж, зная неугомонный характер зятя. 

- Глебушка, может мне все же вернуться?! Вместе ёлку нарядим и новый год встретим, - произношу с надеждой в голосе.

- Ну чего ты выдумываешь, Клар? Лететь из тепла и солнца в промозглый холод. Быр-р-р…Оно тебе нужно?! Сделаем, как и договорились. Сдам проект, разрежу ленточку под фанфары и к вам купаться в океане, - с оптимизмом произносит муж. - Все, родная я помчался в совещугу в больших кругах. Люблю тебя, белочка моя! Береги себя и дочуринку! Целую, любимая! 

- И я тебя люблю, Глебусь! Очень!

- А я сильнее, Кларушка!

Муж отбивает звонок. Сижу, печально смотря на солнечную дорожку заката. 

С нежностью думаю о нас с Глебом. О нашей любви. 

Об уборке картошки в начале второго курса, где и произошло зарождение нашей дочери и нашей дружной семьи.

Как давно это было…В сентябре наша ячейка общества отметила свое двадцатипятилетие. 

Праздновали мы его грандиозно. Сначала в семейно-дружеском кругу. Затем вдвоём в Италии.

На юбилей муж подарил мне колье с бриллиантами по количеству совместно прожитых лет. 

Эхма, радовалась я, как ребёнок. Нет! Не очередной цацке. 

Глеб меня и без повода балует ювелиркой. Да, и вообще, подарками. 

Радовалась тому, что тогда, в девятнадцать лет, он обратил внимание именно на меня.

И я тоже не промахнулась. Выбрала из всех красавцев нашего потока самого обаятельного, очаровательного и умного, как сейчас говорит молодежь, ботана.

Глебка в юности был жутко худым заучкой в смешных роговых очках. Напоминал Знайку из мультика про Незнайку.

Отец мой поначалу всегда ерничал на его счёт. Дескать, не могла нормального парня найти, а не такого, что соплёй перешибешь и не заметишь. 

Сейчас, смотря на мужа, уверенность и харизматичность которого видны за версту, даже и не верится, что мой Глеб был иным. 

- Мамуль, что с лицом? - подплывая к бордюру бассейна, интересуется дочурина. - Все нормально, милая! С папой разговаривала. Он скучает за тобой и беспокоится о твоём состоянии, - отвечаю, протягивая полотенце. 

- Понятно. Ниточка не может без своей иголочки, - отфыркиваясь, ерничает наша беременная дочь. 

С нежностью смотрю на пузатенькую Наталку - точную копию своего отца. Украдкой смахиваю слезы.

- Мамасян, давай без дождя обойдёмся, - шутит дочь, обнимая меня. - А то я тоже сейчас начну хлюпать носом. Мы ужинать будем или где?

За столом мы болтаем обо всем, шутим, вспоминаем Наткино детство, наши семейные поездки и, конечно же, любимого папочку.

- Наташ, завтра Лёшка прилетит. Я вам только мешать буду. Может, мне все же махнуть в Москву? Что думаешь? 

- Ой, Вы, Клара Григорьевна, только благими намерениями не прикрывайтесь, - луща креветки, как семечки, хихикает дочь. - Так и скажи, что по ненаглядному Глебу Борисовичу своему соскучилась. Вот и хочешь дочь бросить на мужа ейного экстремала. 

- Да, ну тебя, Натка. Ты как папка твой. Все бы обсмеять и в шутку превратить, - отмахиваюсь в ответ. - Прилечу, побуду с отцом, пока он этот свой тяжелый проект завершит, и потом вернёмся к вам под ёлочку. Как тебе мой план? 

- План…план…план, - дочь задумываясь, запихивать в рот очередную креветку. - Ну, если тебе не впадлу мотаться дважды по 12 часов с пересадкой, то тогда чего бы не слетать… 

После слов Наташки мы обе некоторое время сидим молча.  

- Мамуль, а ты реально до сих пор отца  любишь так сильно, что для тебя семь вёрст не крюк? - интересуется дочь. 

- Да, милая! Люблю! Как в молодости. Хотя нет…Сильнее. Знаешь, когда вижу его и слышу голос, у меня эти мифические бабочки на самом деле порхать начинают. Вот…здесь, - прикладываю ладонь к области солнечного сплетения.

- Здорово, мам! Хочу, чтобы и у нас с Лехой так было, - дочь говорит, а я слышу в ее голосе какую-то тоску.

- Нат, может расскажешь, Что тебя беспокоит? - стараюсь как можно мягче и корректнее построить фразу. Не хочу еще больше расстроить дочь.

- Да, нормально все, ма. Просто мне кажется, что Алексей все больше отдаляется от меня. Он стал чаще на работе засиживаться или на фитнесе зависать. Наверное, Лешка еще не готов стать отцом. Или ему сложно принять меня вот таким бегемотом, - смеясь отвечает Натка. 

Дочь старается придать своим словам шутливый тон. Получается у нее плохо. Вижу это, и думаю, как её успокоить. 

- Знаешь, родная, я уверена, что это просто играй гормон. У беременных такое случается, - улыбаюсь и глажу ее ладонь. 

- У тебя так же было, да? А папа себя как вел, когда ты меня носила? 

- Коть, честно я уже особо и не помню себя в этом состоянии. Токсикоз страшный меня мучил поначалу. Потом все как-то шло без проблем. Папа наш как всегда оказался на высоте, - рассказываю дочери и сама с удовольствием погружаюсь в свои воспоминания.

Глеб отнесся к моей беременности чрезвычайно ответственно, щепетильно и трепетно. Я для него стала священным сосудом - хрустальной вазой.

Муж исполнял любое мое желание. Старался угодить во всем. Все домашние дела взял на себя.

Единственным минусом и причиной наших раздоров и моих слез стали его постоянные запреты. Они касались еды, встреч с подругами, походов куда бы то ни было. Без него мне я не могла шага ступить. Всегда и везде только с ним. 

Глебу нужно было все держать под своим строгим контролем.

Тогда меня это обижало. Я ужасно злилась.

Сейчас вспоминая свои слезы на пустом месте, мне становится смешно.

- Натка, ты же сама знаешь, мы с отцом, как иголочка с ниточкой. Вместе и дружно. Папа всегда старался уделять мне как можно больше внимания. Сейчас, к сожалению, у него совсем мало времени. Слишком много работы. Думаю, что у Лешки такая же история. Так что не переживай и не накручивай себя напрасно. Все у вас хорошо, - обнимаю дочь, стараясь ее успокоить. 

- Мамусь, может все же останешься со мной? - со щенячьим взглядом и надежной в глазах, уточняет Наташа.

- Солнце, поверь мне. Я все эти два месяца, каждую минуту думаю об отце. Сплю плохо. Даже похудела. Сегодня разговаривала с ним, а у самой сердце щемило от тоски и беспокойства. И в его голосе тоже слышала печаль. Знаю, ему без меня плохо. Он, конечно, не показывает, но тоскует. Я это знаю, - говорю и смахиваю слезу с глаз.  

- Мамуль, мне будет без тебя грустно, - с тоской в голосе скулит Натка в аэропорту через три дня после нашего разговора. 

- Твою грусть, котя, развеет любимый муж, - показываю в сторону Алексея, который постоянно молчит и висит в телефоне. 

“Да, уж, этот точно развеет, - думаю, глядя на зятя с некоторым раздражением. - Что за равнодушное отношение к своей беременной жене?!” 

- Алешенька, - произношу тихо, но твердо, когда Татка сама идет за водой к автомату, - ты помнишь, что твоя жена носит твоего ребенка? И ей нужны повышенное внимание и забота? 

- А она, что больна? - вскинув бровь и округлив в удивлении глаза, отвечает зять. 

- Нет, она - беременна, Алексей, - фыркаю и сверлю парня взглядом. 

- Вот и я о том. Клара Григорьевна, Наташа совершенно здорова. Беременность - естественное состояние женского организма. Вы не переживайте. Все будет офигенно. Мы завтра уезжаем в тур по стране на неделю. У нас клевая и веселая компания. Натаха отвлечется от своих беременных мыслей, - на полном серьезе заявляет зять. 

- Леш, у Татки уже шесть месяцев. Ну какие ей экстремальные покатушки, - цокаю языком и качаю головой.

- Не паникуйте, тещенька! Все будет на высшем уровне. Натахе полезно вылезти из этой долбанной зоны комфорта. Вы с отцом залюбили ее, - обнимает и шепчет на ухо зять. - Натка плывет, держите беззаботность на лице, Кларочка!

Оборачиваюсь и вижу дочурину, идущую вразвалочку, как утка.

Глаза Татки светятся от счастья и любви. И смотрит она не на меня, а на своего мужа.

Перевожу взгляд на зятя. Он тоже осматривает нашу беременяшку с любовным удовольствием на лице. 

В этот момент понимаю, что решение о моем отъезде правильное и своевременное. 

- Мам, может все же стоит папке сообщить, что ты прилетаешь, - скорчив мордашку и приподняв бровь, снова уточняет дочура то, что мы с ней обсуждали ранее. 

- Натусь, помнишь?! Я же хочу своему любимому сюрприз сделать, - подмигиваю ей и Лехе. 

- Да?! - округляет зять глаза. - Может не стоит так рисковать? Ну, все же тесть не вьюнош уже. Вдруг у него сердце не выдержит…

- Ма, а если папа в командировку уедет? Будешь сидеть дома одна? Да, и зачем тебе самой с вещами таскаться, - в унисон мужу говорит дочура. 

- В командировку Глеб точно не собирается. Мы с ним разговаривали часа два назад. Таскаться мне нигде не придется. Я заказала бизнес-такси к прилету рейса. Домой специально хочу приехать заранее, чтобы все организовать и подготовить для романтического ужина, - кокетливо сообщаю Натке и Лешке.

- Ну, не знаю. Все равно бы не стал так рисковать. Не…Я ни на что не намекаю. Но… Вы просто можете разминуться по разным домам. Борисович в городе останется, а Вы будете его ждать в доме, - поясняет Алексей, оперируя мужской логикой. 

- Не переживайте. Все будет хорошо. Пришлю сообщения из Дубая и Москвы, - обнимаю и целую обоих на прощание. 

До Эмиратов долетаю легко, потому что весь полет сплю.

За длительное время пересадки успеваю перекусить в ресторанчике.

Прогуляться по многочисленным бутикам зоны дьюти-фри.

Набрать нужно-ненужную брендовую мелочевку. 

Купить красивые золотые дизайнерские запонки с желтыми топазами для Глеба. 

В самолет прихожу в числе последних. На соседнем сидении в салоне бизнес-класса обнаруживаю стройную молодую брюнетку с лицом грустной феечки. 

Рядом с ней на столике стоит тарелка с мясной нарезкой и бокал с жидкостью чайного цвета. По аромату и виду содержимого понимаю, что “киска” любит виски. 

Улыбнувшись деве приветливо, устраиваюсь в своем кресле.

Не выдержав, все же отправляю Глебу двусмысленное сообщение:”Любимый, вечером у меня для тебя сюрприз! Будь дома. И обязательно в спальне!”

Время до набора высоты мы с моей соседкой сидим молча. 

Я просматриваю рекламные журналы. Брюнетка уныло потягивает виски. 

Оживает дева, когда стюардесса сообщает, что высота набрана и можно отстегнуть ремни. 

Мне приносят “комплимент” от компании - шампанское и клубнику.

Соседка моя просит ещё виски, нарезку и икру. 

- Меня Элеонора зовут, - выглянув из-за перегородки, представляется брюнеточка. 

- Клара, - отвечаю с улыбкой, собираясь пригубить напиток веселых пузырьков счастья. 

- Может за знакомство тогда? - с надеждой смотрит на меня “кисуля”.

Вместо ответа киваю головой и поднимаю свой бокал. Мы тихо чокаемся.

- Вы не подумайте ничего этакого, - пытается пояснить ситуевину с алкоголем девушка. - Просто ужасно боюсь летать. А спиртное…Оно помогает мне  снизить градус страха. 

Сначала хотела ответить, что меня мало интересуют чужие фобии и проблемы. Подумав, решила не топтаться по девичьему самолюбию.

- Понимаю. В жизни всякое случается. В Эмиратах отдыхали? - произношу нейтрально, вопрос задаю из вежливости. 

- Не-а, была в Дубаях всего три дня. Билеты взяла специально с разрывом, чтобы по молам погулять. А так лечу с Сейшел. Я с мужчиной своим поругалась вдрызг. Психанула на этого мужлана неотесанного. Достал до печенок. Плюнув на все, собрала вещи и поминай как звали. Не человек, а имбицил конченный. Этому нервическому отдых нужно проводить в психушке, - дева рассказывает о подробностях своей жизни и конфликта с мужчиной так, словно мы знакомы тысячу лет. 

Она говорит, а я думаю о дочери, её муже, нашей дружной семье. Но…

В центре всех мыслей находится мой ненаглядный Глебушка, его любовь и трепетное отношение ко мне. 

- Ой, Клара, простите меня! Вылила на Вас весь этот бред и грязь. Просто накипело. Вымотал меня этот ходячий деструктив. Знаете, более токсичного мужика ещё в жизни не встречала, - шепчет соседка в порыве праведного гнева и возмущения. - Все бабы - ляди, а мужики - звездорасы. Все, что не сделаешь, не так. Господи, как с такими утырками жены живут…

Последняя фраза мне режет ухо. Становится ясно, что “кисуля” куролесила с чужим мужем. Внутренне морщусь. Но…

Слушаю без комментариев. Кто я такая, чтобы осуждать. Да, и понятно мне, девушку распирает от негатива.

“Да, мне повезло с мужем. Таких мужчин как Глеб очень мало. Нежный, внимательный, щедрый, обходительный. За все годы семейной жизни я не слышала в свой адрес ни одного плохого слова,” - с любовью и благодарностью вспоминаю, анализируя поведение мужа все наши двадцать пять лет. 

- Извините меня. Я все о себе, да о себе. Вы, Клара, тоже в Эмиратах отдыхали? - сквозь мысли раздается вопрос “кисули”. 

- Нет, транзитом. Гуляла между самолетами во время пересадки в аэропорту. А, вообще, раньше с мужем часто путешествовали по этой стра… - поясняя, спотыкаюсь на полуслове. - Вы не о том подумали Элеонора. У нас все отлично. Я с дочерью отдыхала, пока её муж не прилетел. Мой супруг сейчас очень занят. Под новый год как всегда крупный проект “горит”. Слава Богу, в переносном смысле. 

Объясняю и внутри начинаю сердиться. У меня возникает ощущение, будто я оправдываюсь перед этой охотницей за чужими мужьями. 

- А-а-а, так Вы, Клара, как порядочная жена подарочком под ёлочку спешите к мужу? - искренне улыбаясь, без тени язвительности резюмирует Элеонора. 

- Не совсем, конечно, под ёлочку, но сюрпризом это точно, - уточняю, чувствуя, как в моем солнечном сплетении ментальные бабочки начинают крылышками нагонять тепло.

- Отлично! Вот и тост созрел. Давайте выпьем за неожиданные и приятные сюрпризы! - выдыхает “кисуля” и поднимает бокал с виски. 

Пять часов полета за веселыми байками Элеоноры пролетают быстро. 

- Кларочка, так жалко, что быстро долетели. Вы - замечательная женщина. С вами ужасно приятно общаться. А-а-а…Слова о муже и вашей любви для меня - бальзам на душу. Знаете, всегда была уверена, что такие рассказы….Э-э-э, некий антураж, обертка, ширма благополучия, - с восторгом щебечет мне “кисуля” после объявления о снижении высоты для захода на посадку. 

- Мне тоже, Элеонора, полет с вами показался мигом. Только не экспериментируйте больше со своей жизнью. Вы обязательно встретите своего мужчину. Настоящего, - произношу вежливое алаверды. - Вы так красивы и молоды, что ваш принц мимо не пройдет…

- Ой, Кларочка, дай Бог, в сорок четыре выглядеть так же, как Вы, отпадно молодо. До сих пор не могу поверить в эту цифру. Вы - шикарны! На вид Вам лет на десять меньше. Еще и этот натуральный блонд. Вау!

Вместо слов благодарности просто улыбаюсь. Мне, конечно же, как и кошке приятны добрые слова. Но…

Я снова проваливаюсь в воспоминания моего нытья о возрасте и морщинах и словах Глеба, что другие женщины ему не интересны.

”Любимая, запомни! Более шикарной женщины нет! - обнимая и целуя, попытался урезонить мой порыв сделать блефаропластику верхних век муж. - Так прекрасно и молодо без разных ухищрений современной косметологии не выглядит ни одна светская львица из нашего окружения! И я тебя обожаю с этим моим любимым лицом. Не хочу, чтобы ты стала, как все молодящиеся бабехи с неестественными мордами!”  

Думая о Глебе, снова ощущаю в своем животе ментальных бабочек.

Эти нахальные мотыльки своими “бяк-бяк-бяк” начинают нагонять жар и разжигать огонь вожделения. 

В моем мозге пролетают сцены нашей жаркой и порочной близости с мужем. 

Вижу себя и Глеба разгоряченными и нагими в разных позах. 

Под действием игры гормонов физически чувствую его руки на своем теле.

Вот он гладит мои груди и пощипывает соски. 

Опускает ладони ниже по животу и спине.

Одной проходит по обеим половинкам попы и ведет пальцами между ними, доходя по тугой розеточки и массируя ее.

Второй ныряет в развилку ног. Разводит ребром набухшие губы. Указательным пальцем шалит с пуговкой наслаждения. Потом вводит его месте с большим внутрь. Безошибочно находит заветную точку G и водит по ее ребристой поверхности то жестче, то мягче, то быстрее, то медленнее.

От игры воображения ощущаю распирание в лоне и спазмы внутренних мышц.

По моему телу от нарастающего желания пробегает наэлектризованная волна нервных импульсов. Она пробивает его мелкими и колкими разрядами. 

Вздрагиваю, будто у меня озноб. Облизываю губы. Глотаю вязкую слюну.

Вздыхаю и сжимаю бедра, пытаясь унять пульсацию возбуждения в паху.

Чувствую влагу, просочившуюся сквозь тонкое кружево трусиков, морщусь. 

Нахожу в сумке пакет с запасным нижним бельем. Прохожу в туалетную комнату.

Задерживаюсь в туалете немного дольше, приходится самой себе помочь снять неожиданно возникшее напряжение. Переодевшись возвращаюсь на место. 

- У Вас, Клара, все нормально? - хлопая ресничками, интересуется соседка. 

- Да. А что случилось? Что-то не так? - уточняю безэмоционально.

- Да. нет. Просто у Вас лицо красными пятнами пошло, и глаза лихорадят, - с некоторым беспокойством замечает девушка. - У моей мамы так в климакс было. А со мной такое случается, когда меня хотючка прибивает…

- Извините, что прибивает? - округляю глаза и удивленно приподнимаю бровь. 

- Хотючка. Ну, это…Когда секса хочется так, что аж между ног потоп, - шепчет на ухо “кисуля”.  

Прикрывая рот ладонью, прыскаю от смеха. Еле сдерживаю себя, чтобы не расхохотаться. 

- Отличное слово! Нужно запомнить:“Напала хотючка”, - весело хмыкаю в ответ. - Так мужу и скажу, когда увидимся. Посмеемся вместе. 

После моих слов, мы с Элеонорой сначала одновременно прыскаем, а затем и хохочем. 

Перед выходом из самолета обмениваемся номерами телефонов и даже, обнимаемся.

- Кстати, все хотела сказать, что это розовый цвет Вам очень к лицу, - совершенно искренне делаю “кисуле” комплимент. - Я бы себе спортивный костюм такого цвета не решилась купить. Но…На Вас, как на брюнетке, он смотрится шикарно. 

- Спасибо! Тронута и польщена, - стреляя глазками куда-то в сторону, отвечает Элеонора. - Клара, меня будут встречать. Мы можем Вас подвезти. 

- Да, бросьте, милочка. Вдруг на вашего мужчину нападёт хотючка, а тут Дуэнья рядом, - мило улыбаюсь и достаю телефон.

Открыв главный экран, вижу, что мое сообщение мужу, так и висит в непринятых. Морщу нос от удивления.

- Меня встречает не бойфренд, а его водитель. И я могу ему велеть ехать по любому маршруту, - деловито замечает Элеонора. 

- Вау! Да, Вы - девушка запасливая, - говорю, улыбаясь. 

- Аха, у меня их, - Элеонора игриво передергивает бровями и хохочет, - на все дни недели и по-разному поводу. Знаете, как трусики “неделька”?! 

Вместо ответа показываю знак “отлично”. И смеюсь вместе с ней. 

- Так подвезти Вас? - все же уточняет соседка. 

- Благодарю сердечно. Не нужно, - в этот момент получаю уведомление об ожидающем меня авто и встречающем водителе. - Я бизнес-такси заказала. Машина на месте. 

После таможни и получения багажа мы с “кисулей” еще раз прощаемся и выходим в зону прилета аэропорта. 

Элеонора с возгласом “вау” падает в объятия брутального мужчины моего возраста.

По пальто, кашне, стильным ботинкам и часам понимаю, обнимающий девушку товарищ точно не водитель. 

Стараюсь не задерживать взгляд на Элеоноре и ее кавалере, ищу глазами сотрудника бизнес-такси. Найдя, передаю водителю вещи и прошу меня подождать. 

Сама направляюсь в терминал вылета. 

Повод пустячный - всего лишь шейный платок от известного бренда.

Купить его можно в бутике “Времена года" - самого дорогого торгового комплекса столицы. Но…

Я думала об аксессуаре всё время поездки и решила не откладывать покупку на потом. 

Довольная приобретением на выходе из павильона мажу глазами по людской толпе. И вдруг…

Боковым зрением буквально в трех шагах от себя вижу около колонны рядом с входом в вип-зону бизнес класса мужа. 

Глеб стоит ко мне боком. Ничего вокруг себя не замечает. 

Он увлечён девицей в спортивной шапочке и костюме со звериным принтом. 

Одной рукой муж обнимает “леопёрда” за плечи. Другой - поглаживает ее задницу.

Она ерошит его волосы, отвечая на страстные поцелуи моего мужчины.

“Моего мужчины, Карл! - орет мой внутренний голос. - Это мой мужчина! Мой! Она целует моего любимого мужчину!”

В шоке ныряю за колонну рядом.

Как завороженная, с упорством маньяка наблюдаю за их нежностями. 

Не знаю, что чувствуют люди, не мужчины и женщины, а именно люди, которые вот так же как я, шваркаются лицом о реалии жизни. 

Те, которых так же как и меня размазывает подлая, черная, голая правда! 

Не знаю, как и каково им. Но…

Меня лично накрывает сфера мертвого пространства. Без красок, звуков и воздуха.

Смотрю на Глеба с “леопёрдиной”, будто на сцену черного-белого немого фильма.

Причем периодически картинка, как пленка в аппарате, начинает дергаться и рваться. 

Дышу и моргаю через раз.

Стою, опершись виском на холодное мраморное ребро колонны. 

Чувствую, как по гладкой поверхности струится вода. Сначала думаю, что это слезы. Но…

Оказывается, от напряжения я вспотела настолько, что с виска стал течь пот.

Отступив за колонну, оседаю спиной по ее поверхности. 

Некоторое время в состоянии тихой истерики сижу с ощущением, будто меня придавила гранитная плита. 

Придя немного в себя, снова поворачиваю голову. 

Глеб все еще стоит в обнимку с девой. Начинаю слышать ее молодой голос и заливистый смех.

Тяжело выдыхаю. Встряхиваю головой. Закрываю глаза, пытаясь проморгаться. 

В стадии отрицания надеюсь на то, что открыв их, увижу другого человека, а не моего любимого мужа. Увы и ах…

Ничего не меняется. Мой Глеб обнимает не меня, а другую. Чужую! 

Девушку, которая может быть ровесницей нашей дочери…

Все еще в шоке, не веря сама себе, набираю мужу. 

Вижу, как он достаёт из кармана телефон.

Первый звонок сбрасывает. Второй принимает. 

В динамике телефона раздается короткое и жесткое:”Занят!” 

Обалдев от услышанного и в полной мере насладившись увиденным, пячусь боком к выходу.

На улице с сердцем, бьющимся словно птица о прутья клетки, тащу свое свинцовое тело к такси. 

Сев в машину, инстинктивно, чтобы в клочья не разорвало душу, резко меняю маршрут и жизненные планы. 

Навстречу новому мчусь с мыслью:”Раз судьба преподнесла мне лимон, то сделаю из него лимонад, а лучше лимончелло...”

________________________________________________________!!!!

Дорогие мои друзья, сегодня у нас первая не простая глава с эмоциями наразрыв. 

Читатели, которые со мной давно, знают, что писать эмоционально пустые книги - это не моё от слова со всем! Эмоции и чувства, испытанные моей героиней, я вижу с подачи моих Музэллин именно так.

Безусловно, каждый из вас может иметь другое ощущение и понимание. Сразу остерегу вас от высказывания резко-негативных мнений.

Прошу вас, прежде чем написать, подумайте о том, что вы высказываете свое мнение. А это значит, что все мы разные.

И то, что для одного хорошо, то для другого невозможно. 

И все же…

Я жду ваши комменты и даже спойлеры.

Приветствую споры в границах разумного с соблюдением корректности и уважения по отношению к друг другу и к вашему автору!

И так, жгите! Мы ждём!

С низким поклоном ваша МараЕ и её Музэллины.

Я много раз сталкивалась с изменами в чужих семья. Читала об этом в современных любовных романах. Изучала околонаучные исследованиях и статьи психологов. 

Да, несмотря на то, что в моей семье царили любовь, взаимопонимание и доверие, меня всегда интересовала тема измены. 

Хотелось понять, что является спусковым механизмом, толкающим одного из супругов или их обоих к измене. 

Этот вопрос мы неоднократно обсуждали с Глебом. Много спорили, доказывая друг другу свою правду. 

Я ему, как женщина, обозначала свой взгляд на эту проблему.

Он пытался мне объяснить природу этого социального явления с мужской позиции. 

Именно эти наши разговоры выплывают из недр моей памяти по дороге из аэропорта.  

- Любимая, если говорить о мужиках, хотя, я уверен, это касается и женщин тоже, то в этом вопросе в основном срабатывает физиология. Общеизвестный факт, что  мужчина должен после себя оставить потомство. Клар, ну, так природой устроено, - за бокалом коньяка с недовольным видом, попытавшись сначала перевести мое внимание на другую тему, нехотя начинает говорить Глеб. 

Поводом для нашего очередного разговора стал скандал в семье, с которой мы очень близко общались. 

- Глеб, следуя твоей логике, налево должен был пойти ты, а не Генка с его четырьмя сыновьями. У нас все же одна дочь, - парирую, пригубив шампанское.

- Ты одно с другим не путай, милая. Ты у меня идеальная жена. В отличие от Ирки, которая зудением и истериками продыху Генке не дает, - фыркает муж.

- Получается, что это Ирина его довела до измены, да? - вскидываю удивленно бровь. 

- Ну, как-то так! Допилила, - хмыкает Глеб. - Нужна же мужику хоть какая-то отдушина от загонов жены. Вот он ее и нашел.

- А как же Дашины? Таня слова против Юрию никогда не говорила. И с детьми у них нормально. Как никак - трое. А  все равно Юрец любовницу завел, - зеркалю тон мужа.

- Не знаю, Клар. Может в сексе ему с ней скучно стало. Разнообразия захотелось, - кривится Глеб, заливая в себя махом все пятьдесят грамм вискаря. - Предлагаю закончить этот неприятный разговор. У нас все отлично! И это главное, сладкая моя! Давай вместо этого бреда займемся тем, что укрепляет семью. 

После этих слов муж поднимается с дивана. Снимает и распускает галстук. 

Подходит ко мне. Опускается передо мной на одно колено.

Горячими ладонями скользит вверх по моим бедрам, раздвигая их широко в стороны. 

И тут же поднимает руки к моей груди. Гладит, мнет оба полушария и покусывает соски через платье. 

После подхватывает мои руки. Заводит их за спину, аккуратно связывает запястья галстуком. 

Мы целуемся, как сумасшедшие подростки, дорвавшиеся друг до друга. 

- Глеб, - со стоном выдыхаю, оторвавшись от мужа, - а ты мне изменяешь? Ну или у тебя возникали когда- нибудь такие мысли и желания? 

- Твою меть, Клара! Поцелуи не помогли…Так, женщина, знаю я один самый верный способ. Он точно отвлечет тебя от ненужных мыслей, - пошленько хихикая, муж поднимается на ноги, расстегивает ремень, зиппер ширинки и опускает брюки вместе с боксерами. 

И в этот момент прямо перед моим лицом начинает мерно раскачиваться его возбужденная плоть. 

Мы с Глебом одновременно смотрим друг другу в глаза.

Я на автомате, втягивая щеки, собираю на языке вязкую слюну. 

- Не глотай, а приоткрой ротик, Клар, - наматывая правой рукой волосы на моем затылке на кулак, мягко приказывает муж и левой упирает головку члена в губы. 

Дальше все идет по отработанному сценарию с некоторыми вариациями и дополнениями.

После минета мы проходим в разных секс-позициях по всем удобным для нас поверхностям кабинета Глеба. Дольше всего задерживаемся около стены и подоконника. 

Завершаем наши сексуальные игрища уже перед рассветом в спальне. 

Утром муж будит меня оральными ласками, затем мы снова страстно сливаемся в постельном танго. 

“В жизни бы не поверила, если бы ещё несколько часов назад сказали, что мне самой придется столкнуться с этой чёртовой изменой…Господи, ну чего ему не хватало?” - выдыхаю со стоном.

- У Вас все нормально, - слышу сквозь мысли мужской голос. - Может Вам водички? 

- Спасибо, все хорошо, - с надрывом в голосе отвечаю водителю такси и снова падаю в свои рассуждения.

“Что я делала все эти годы не так? Чего не додала мужу? Где и в чем ошиблась? В сексе? Нет. Здесь у нас все на высшем уровне. Глеб никогда не слышал от меня отказа. Всегда получал, когда хотел, как и сколько желал. И по поводу разнообразия, игр и игрушек - вопросов не возникало. Значит, дело не в секс. А в чем? Надоела я за двадцать пять лет? Стала морковкой,” - на последнем слове меня снова накрывают воспоминания. 

Проводив гостей, мы с мужем возвращаемся в гостинную и по нашей доброй традиции за бокалом разговариваем. 

- Вострецовы разводятся из-за молодой любовницы, да? - выдаю слова, которые услышала в кабинете, когда приносила мужчинам кофе. 

Глеб потягивается и демонстративно опускает ответ на мой вопрос. 

- Что это за дурацкое сравнение жены с морковью? - фыркаю тут же. 

- Кларусь, подслушивать некрасиво, - скривив губы, произносит муж. 

- Я не подслушивала. Просто Вострецов, не стесняясь меня, ныл, дескать, надоело ему все, изо дня в день одна и та же морковь с ботвой. Я бы не удивилась, если бы так сказала Валентина, - поясняю свои слова.

- Иван имел в виду их отношения, Клар. Вероятно, они себя исчерпали или ему надоели. Может любовь прошла, завяли помидоры, колоши жмут и нам не по пути, - попытался перевести все в шутку Глеб. 

- Твоя фраза, дорогой мой, сейчас звучит гадко, - фыркаю на его слова. - Они с Валей вместе ровно столько сколько и мы. Если бы ни Валентина и ее родители, то крутил бы Иван коровам хвосты в своей деревне. Да, и вообще, как можно так говорить о женщине, которая с тобой бок о бок четверть века? 

- Ну, чего ты пылишь, Кларусь. Все имеет свойство течь, меняться и заканчиваться. Они еще оба достаточно молоды. Валентина может встретить другого мужчину, - пожимает плечами Глеб. 

- Ты так легко об этом говоришь, милый…Я начинаю примерять ситуацию к нам, -  пристально смотрю в лицо мужа. - Ты тоже можешь меня разлюбить? Или устать от наших отношений? Найти мне замену? Да, Глеб?

- Клар, не пори чушь. Ты - женщина умная! Тебе это не идет! - морщится муж. - Это не наша история. Пошли в постельку. Там и договорим, быть может... 

“Вот и поговорили! Вот и дожили…до измены, - внутренне хмыкаю, нервно потирая руки. - Значит, все же разлюбил. И перевел наши отношения в статус “моркови с ботвой”. Надоели они ему, потому как двадцать пять лет одно и тоже. Нет, вернее одна и тоже. Старая жена! Уже не такая, как та молодая “леопёрдина”.

В момент попытки сравнить себя и ту, чужую девицу, начинает вибрировать мой телефон.

Думая, что это перезванивает Глеб, боюсь вытащить его из кармана. 

Поборов трусость, как гадюку, беру гаджет в руку. 

На экране вижу эсэмэс от дочери:”Мамусь, все ок. Чувствую себя гуд. Едем в горы. Привет от Лехи.”

Пролистываю остальные непросмотренные сообщения. 

Вижу ответ Глеба:“Сладкая, сорян. Завис на совещании. Домой приползу поздно. К онлайон сексу готов. Кину маячок. Люблю. Сильно хочу. Твой муж.”

Раз дцать перечитываю слова месседжа Глеба. От цинизма лжи мое сердце стонет и разрывается на части. Моя внутренняя девочка умывается кровавыми слезами. 

Сижу с черной опустошенной душой и совершенно сухими глазами, равнодушно рассматривая мелькающие снежные пейзажи. 

Из состояния анабиоза меня выдергивает звонок. Смотрю на экран. Вижу, что это не Глеб, выдыхаю, принимаю вызов. 

- Клара Григорьевна, добрый день. Салон “Эль Корасон”. Вас ждать к обозначенному вами времени на процедуры по уходу за телом и лицом?- щебечет приветливый девичий голос. - Да, конечно! Я еду, - отвечаю и завершаю разговор.  

“В новую жизнь нужно входить красиво, да, Клара? Вернее красивой! С безупречным телом и лицом,” - зло иронизирую сама над собой.

Набираю номер телефона человека, который очень давно ждет моего звонка. 

“Ну, что господин ХХХ? Вот, наконец-то, и наступило Ваше время…Как Вы мне когда-то сказали:”Я - терпеливый! Дождусь своего звездного часа!” - горько хмыкаю, слушая длинные гудки. 

- Да, Кларочка! Рад, что позвонила. Адрес мой не изменился. Кинь эсэсэс, как будешь подъезжать, - раздается в ухе тихий и вкрадчивый баритон.

Мой ответ господину ХХХ не нужен. Подтверждением моей безоговорочной капитуляции является звонок.

- Кларочка, у Вас все нормально? - слышу голос массажистки. - Постоянно с Вами работаю, но впервые ваше тело так напряжено. 

- Все в порядке. Это, вероятно, последствия многочасового перелета, - поясняю и снова погружаюсь в свои мысли и воспоминания. 

За разными приятностями, которые мне всегда приносили радость, время пролетает быстро.  

Обычно после салонных процедур чувствую себя обновленной и помолодевшей.

Всегда с удовольствием осматриваю свое тело в ростовом зеркале. Но…

Не сегодня…не сегодня! Потому как нынче явно не мой день! 

Ощущения удовлетворения от своего отражения нет от слова совсем.

Зато придирчивый взгляд и скептическое восприятие себя расцветают буйно и давят жестко.

Под их влиянием меня в себе все не устраивает, раздражает и расстраивает…

Объективно понимаю, для своих сорока четырех выгляжу фактически идеально. Но…Все же как-то не ах как хороша!

Да, грудь без пластики, потому что прилично сохранила форму и упругость.

Талия тонкая с полным отсутствием наплывов и отложений на боках. 

Живот. Вот, с животом, конечно, можно было бы и поработать. Он еще плоский, но уже в складочке чувствуется жирок. 

Бедра и ноги тоже пока в неплохом состоянии. Коленки круглые. 

Как всегда шутит Глеб, манкие. 

- Кларочка, ты - шикарная! Ни беременность с родами, ни, извини за прямоту, годы не испортили твоего тела. Обожаю смотреть на тебя голенькую. Просто эстетический восторг. А коленочки твои кругленькие - настоящий цимус. Ни у кого таких больше нет. Даже у молодых девиц, - целуя колени и раздвигая мои ноги в стороны, шепчет муж. 

- И много ты коленок перещупал, Глебушка? - приподнимаясь на локтях, хихикаю и наблюдаю за тем, как мой любимый мужчина дорожкой поцелуев приближает к лобку и демонстративно проводит языком по сердцевине между губами. 

Не отвечая на мой вопрос, Глеб ласкает мою плоть до пика возбуждения. 

Получив вместе с громкими стонами и криками мой оргазм, муж жестко входит в меня. Поднимается выше. Опирается на руки рядом с моими плечами.

Наблюдаю за ним через прикрытые веки. Мне нравится его довольное лицо. 

- Открой глаза, Клар! Посмотри на меня. Хочу видеть твой поплывший взгляд, - приказывает хриплым шепотом Глеб.

Смотрю на мужа и растворяюсь в нем, забывая обо всем и, конечно, о чужих коленках.

Вспомнив очередной эпизод из нашей жизни, снова пристально себя оглядываю. 

Вздыхаю от правды, накрывающей меня черным пеплом. 

Ты можешь убиться в погоне за молодостью и красотой, но всегда впереди будут те, кто моложе. 

- Клар, обратила внимание, что Валька Вострецова пластику сделала? - за чашкой чая интересуется у меня Таня Дашина. 

- Нет. Мы с Валей давно не виделись. Она что вернулась из Португалии? - с удивлением уточняю у Татьяны. - Странно, ко мне не зашла….

- Ну, ей сейчас не до визитов вежливости. Я слышала, у Ивана любовница на сносях. Вроде, он разводиться удумал. Вот тебе и пластика лица. Ты хоть девственность восстанови, а эти старые козлы все равно в сторону молодых смотрят, - с нервом в голосе и тяжелым вздохом произносит Дашина. 

- Тань, а ты не думай об этом. Как только мысль в голову такая приходит, сразу вспоминай про закон мысли-формы. О чем ты думаешь, то и происходит, - пытаюсь поддержать женщину, которая, чтобы не потерять все, была вынуждена смириться с любовницей мужа. 

- Да, хватит меня жалеть, Клар! Я как вспомню свое унижение перед этим скотом, так мне хочется ему башку проломить. Это тебе, Клара, хорошо говорить и напоминать мне о законе этом дурацком. Твой Глеб не такой, как наши с Валькой стареющие кобелины, - фыркает расстроенная Татьяна.  

Да, в тот момент я была уверена, нашей семье и мне лично ничего не грозит, потому что мой муж не такой. А…Любящий и верный!

Сейчас, разбив вдрызг свои иллюзии, опять вспоминаю про закон мысли-формы. 

“Ну, что, Клара, как твоя формула “думай о хорошем, и будет все хорошо”? Работает?! Нет? Да, не может быть!!! Неужели дала сбой?” - начинаю ёрничать и заниматься самоедством. Но… 

Все же непроизвольно ловлю себя на том, что при всем моем деструктивном состоянии, я все равно пытаюсь мыслить позитивно.

Пока сижу в кресле парикмахера, а потом и визажиста, думаю о легкости осуждения без знания и понимания причин поведения мужа и его поступка. 

“И все же нужно с Глебом хотя бы поговорить. Ну, просто, чтобы знать его позицию. Быть уверенной в том, что я не ошиблась в выводах. В его возрасте многие мужчины попадают в сети молодых паучих, жадных до денег и желающих заполучить благополучие, щелкнув пальцами. Чего далеко ходить. Яркий пример - Элеонора, с которой я летела в самолете, - веду сама с собой торг, пытаясь то ли объяснить, то ли договориться. - Может и мужа моего повело. И…Он залип и запутался. Меня не было почти два месяца. Это все же слишком долго. Вот Глеб и пошел на поводу у зова плоти. А может эта фря его просто завлекла, обаяла, заманила…”

Пока, как минер, стараюсь нащупать внутреннюю опору, телефон мой блямкает несколько раз. 

Прошу прощения у визажиста и просматриваю сообщения.

Радуюсь тому, что дочуринка прислала фотографии, на которых они с Лехой выглядят очень счастливыми. 

Вдруг после прекрасных фоток Наталки обнаруживаю еще кадры. Некоторые сильно размыты, но два все же получились хорошо. И…

На них отчетливо виден Глеб и его “леопёрдовая” пассия. 

Приблизив, рассматриваю обоих. На их лицах неподдельное счастье.

Дева молода и хороша собой. Судя по выбивающимся из-под шапки волосам, она - брюнетка. 

Посмотрев фотографии еще немного, не понимая, когда и как я успела их сделать, с раздражением сую гаджет в сумку. 

Уже перед выходом из салона снова приходится достать телефон.

Открываю экран, боясь наткнуться на неприятные снимки.

Облегченно выдыхаю, увидев, что галерея закрыта. 

- Кларочка, как я Вам рада! - слышу у стойки администратора голос Юлии, хозяйки салона.

Мы с ней расшаркиваемся и обмениваемся учтивостями.

Не успеваю объяснить, что находилась в отъезде, потому как болтушка Юлия меня опережает.

- Давно Вы у нас не были. Даже у Глеба Борисовича на днях интересовалась Вами. Он…Ой, извините, пожалуйста, Кларочка, побегу…

По поведению женщины понимаю причину ее поспешного ухода. Просто вежливо откланиваюсь и выхожу к такси.  

По дороге в логово Минотавра, как с юности называю господина ХХХ, меня разбирает ужасная злость на Глеба. Только усилием воли сдерживаю себя, чтобы не наломать дров. 

Меня рвет на части. Хочется все и сразу. 

Сбросить изменнику фото из аэропорта. Позвонить и устроить головомойку.  А лучше…

Примчаться в офис и закатить скандал с криками, слезами и мордобоем.

От последней мысли на меня нападет смех, переходящий в гомерический хохот. 

Вероятно, мое публичное выступление стало бы для Глеба полной неожиданностью и встряской. Но…

Увы и ах, я никогда не смогу себе позволить этого. В силу характера и воспитания такое поведение для меня неприемлемо совершенно. 

И как я сейчас могу винить мужа, если толком ни в чем не разобралась и ничего не решила. 

Да, и вообще, я на пути к Минотавру.

Еду к нему, хотя прекрасно знаю о последствиях нашей с ним встречи.

И это с моей стороны такое же предательство, как и адюльтер Глеба.  

- Кларочка, я сегодня под предлогом проверки работы клининговой службы на пару часиков заезжала в дом. Глеба Борисовича об этом предупредила. Ну, чтобы вопросов потом не было. Да, муж Ваш сказал мне, что выходные проведет в доме, - сообщает моя любимая экономка.

Как оказалось Марию Антоновну Глеб на неделю отправил в отпуск. Мне во время последнего разговора и слова об этом не обмолвился. 

Узнала я случайно, когда из Дубаев отправила Марии сообщение со списком того, что мне потребуется для романтического вечера.

- Да, Кларочка, я привезла все. Заказ из ресторана получила. Продукты в холодильнике. С запасного выезда сняла сигнализацию и калитку открыла. Отопление в доме прибавила, как Вы любите.

- Мария Антоновна, напомните мне, второй заезд из поселка под охраной или просто ворота нужно открыть? - уточняю, потому что не хочу проезжать через центральный въезд с охранником. 

Причин у меня для этого несколько. Но самая главная, меня домой везет Минотавр. 

Уточнив информацию, прощаюсь с экономкой и сообщаю мужчине, как нужно ехать. 

В присутствии водителя мы практически не разговариваем.

Да, в принципе, и не о чем. 

Все вопросы обсудили ранее. 

Точки над “I” поставили.

Договоренностей достигли. 

Минотавр почти всю дорогу что-то говорит по телефону. Кому-то даёт распоряжения. 

Я мысленно пережёвываю события сегодняшнего дня.

Стараюсь не потерять внутренние настройки для реализации задуманного. 

- Ну, что, самоед, все посыпаешь голову пеплом? - тихо интересуется у меня мужчина и накрывает своей ладонью мою. 

Медленно поворачиваю голову в его сторону.

Смотрю пристально в бездонные черные глаза.

Молчу. Не вижу смысла возвращаться к тому, что уже сказала. 

- Ты, Клар, даже молчишь красиво, - мягко улыбаясь, хмыкает он. - Годы тебе все же на пользу. Прекрасная принцесса превратилась в шикарную королеву. 

- К чему это словоблудие?! Мы же договорились. У нас с тобой обоюдный интерес. И ты отлично знаешь, что я всегда держу данное слово, - хмыкаю несколько раздраженно. 

- Знаешь, Кларочка, часть наших договоренностей я, конечно же, хотел бы получить сегодня и сейчас, - произносит он несколько зловещим шепотом. - Ну, так в плане аванса. И мог бы сделать так…

- Да, да! Я помню, что ты как игрок любишь риск, который будоражит кровь, - резко перебиваю вкрадчиво-уверенную речь Минотавра. - Мы на месте. Пусть водитель достанет мне сумку. Дальше я сама пойду. 

- Окей. Набери меня через неделю. Мне было приятно пообщаться тет-а-тет, - без изменений тона голоса отвечает мужчина. 

- Не надо, - жестко произношу, заметив, что он запахивает пальто. - Без провожатых обойдусь.

Мои слова остаются без ответа. Выдыхаю облегченно, что не придется вновь объяснять, почему нет.

“Клара, ты - дура! - думаю, выходя из машины. - Он может растереть тебя в прах и развеять…”

Дом встречает меня молчанием и прохладой. По низкой температуре в помещениях понимаю, что муж здесь давно не появлялся.

Хотела же я узнать это у Марии Антоновны. Но…

В последний момент сама себя осекла.

Решила, незачем постороннему человеку знать о дрязгах в нашей семье. 

“Интересно, Глеб свою “леопёрдину” привозил в дом или они только нашу квартиру оскверняли,” - ловлю себя на мысли, заходя в спальню. 

В темноте убираю сумку в гардеробную. Затем запахиваю гардины и только потом включаю ночник. После достаю новое постельное белье и застилаю кровать. 

Прежнее брезгливо собираю и отношу в постирочную. После долго мою руки с мылом. 

Понимаю, что это чистой воды паранойя. Но…

Поделать с собой ничего не могу, хотя знаю точно, Глеб не потащил бы свою молодую пассию в наш коттеджный поселок.

Не сделал бы он этого, потому что здесь слишком много свободных глаз и ушей.

Именно из этих соображений я сама подъехала к дому с другой стороны.

Иначе бы мой сюрприз перестал им быть буквально через минут пять после остановки машины около нашей калитки. 

 “Ой, Клара, это ты так думаешь, потому что женщина, - пытается вразумить меня внутренний голос. - У мужчин иной взгляд на все. Они и к измене относятся иначе. Вспомни, как Глеб говорил об этом.” 

- Клар, чего ты все время педалируешь эту дурацкую тему, - раздражается муж, когда я снова начинаю Ивана Дашина кастерить. - Ты же финансовый аналитик. Была лучшей на курсе. Логические задачки щелкала, как белочка орешки. А сейчас застопорилась в поиске черной кошки в темной комнате. Зачем ты ищешь какой-то смысл. Здесь все проще. Мужчина - самец. Секс -  его естественная потребность. Если есть объект, который готов эту потребность удовлетворить. То…Все! 

- Глеб, то, что ты говоришь, смердит. У нормального человека должны быть нравственные принципы и ценности, а не только естественные потребности, - злюсь и потому непроизвольно повышаю на мужа голос. 

- Не смей со мной так разговаривать, Клара! - зеркалит Глеб мой тон. - Естественные потребности - первичны. Сначала есть, спать, справлять нужду, спариваться, обеспечивать свою безопасность. И только потом вся эта философско-нравственная лабуда. Никакие принципы не остановят самца, если перед ним течная самка. 

- Не неси чушь, Глеб. Твои рассуждизмы мне неприятны! - практически выкрикиваю.

- На кой хер ты, дорогуша, тогда заводишь этот разговор в дцатый раз, - рычит муж. - Продолжай жить в своем мире иллюзий в розовых очках. Я же не против! Меня наоборот устраивает твоя неиспорченность и некоторая зашоренность. 

Вздыхаю, вспоминая наш тот разговор, когда мы поругались на ровном месте вдрызг.

Я даже попыталась сделать то, что Глеб не приветствует.

Забрав, ночнушку пошла спать в Наткину комнату. Правда далеко уйти не успела. Потому что была поймала на выходе из спальни.

В наказание за дерзость муж долго меня мучил нежностью, лаской и близостью. 

После, обнимая, Глеб, шутил, что секс - лучшее лекарство от дурных мыслей в женской голове. 

- Клар, прекрати загоняться тем, что к тебе не имеет никакого отношения, - менторским тоном нравоучал муж. - От этих твоих загонов между нами начинает искрить, но не от страсти, а от раздражения. И кстати, милая, многие мужики идут налево, не потому что они право имеют…Просто их гундящие бабы доводят. Я тебе уже говорил об этом не раз…

“Господи, может Глеб на самом деле прав. И я сама подтолкнула его к этой “леопёрдине”. Последнее время между нами стало появляться какое-то напряжение. Мы начали больше спорить по пустякам. Не ругались. Нет! Но…В тоне нашего общения все чаще сквозило раздражение.”

В своих мыслях зависаю, наблюдая за пламенем свечей, которые я расставила на столе гостинной и зажгла для создания романтичной обстановки.

От приятного созерцания  меня отрывает рингтон уведомления. Нахожу телефон. Медлю и не сразу открываю плашку мессенджера. 

Решившись, читаю:”Минут через тридцать я твой! Хочу тебя! Твой любящий муж!”

Пробегаю сообщение несколько раз. Морщусь, будто лимон целиком в рот засунула и не могу прожевать. 

“Так, Клара, дело не пойдёт, - даю себе ментальную затрещину. - Никакого гундежа. Радуемся и весело машем! Как там было в фильме:”Я сама обаятельная и привлекательная! Я на все закрываю глаза!”