Конец)
-Я все-таки взрослый человек и под присмотром. Спаси Мишку и возвращайтесь вдвоем. У кого-то роды и по двадцать часов длятся. Может, заскочите ко мне на вечеринку.
Перед Марком я храбрилась, чтобы он не чувствовал себя слишком уж виноватым.
-Я мигом!
Он поцеловал меня в лоб и пулей помчался к выходу.
Конечно, я могла сделаться капризной принцессой и настоять, чтобы он оставался подле меня. Но взрослый человек должен уметь уступать и анализировать ситуацию.
-Не переживайте, мамочка, раскрытие у вас пока что небольшое. Будем дышать и отвлекаться.
Я старалась не поддаваться нервам и настроиться на позитивный лад. Все-таки, мне нужно будет встречать нашего с Марком малыша в этом новом для него мире. И столько женщин рожают в машинах, лифтах, дома, так и не успев доехать до больницы. Мне еще сильно повезло.
-Ничего пока не можем сделать. Знаем, что больно. Но еще рано пытаться вызвать у вас роды искусственным путем. Доверьтесь нам.
Я маялась уже больше трех часов. Никакие советы с курсов не помогали.
-Вероника, я здесь!!
Марк стучал в стекло. В одной руке держал Мишку, а в другой – букет цветов. Передал спасенного гномика адвокату, чтобы зайти ко мне.
Слабо кивнула ему и помахала, мол, рано еще поздравлять. Все в самом разгаре.
И, словно по щелчку пальцев, как только рядом со мной оказался любимый человек, я начала рожать нормально. Марк держал меня за руку и очень волновался.
Пару раз врач даже наругался на него, что он слишком много суетится и мешается под ногами. Марк третировал их и говорил, что я простужусь из-за слишком открытого окна, или, наоборот, подрывался и кричал, что мне не хватает воздуха.
-Давай, родная, держись, еще чуть-чуть!
После самой болезненной потуги, заливаясь слезами, я посмотрела на него и с удивлением заметила, что он тоже плачет!
-Не могу смотреть, как ты страдаешь. Почему современные женщины до сих пор терпят эти муки?!
-Чтобы жизнь казалась нам ценнее!
Встрял врач, который уже держал на руках скукоженного и пищащего младенца.
-Будете перерезать пуповину под моим контролем, или подержите сыночка?
Мы доверили все профессионалу, а сами стали любоваться родным и дорогим человечком.
-У него твой носик и мои ушки,- сходу припечатал Марк.
-Теперь каждый твой день будет радостным, я обещаю тебе это. Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете. Отдыхай. Я буду сидеть у твоей кровати.
Еще раз погладив по личику малыша и накормив его впервые в жизни, я в изнеможении уснула.
А когда проснулась, Марк стал, не откладывая все в долгий ящик, исполнять свое обещание.
Из-за выходки этой байкерши, которую, естественно, строго осудили за содеянное, погорела и Диана. Всплыли ее старые прегрешения, нашлись еще люди, которых она долгие годы подставляла и шантажировала. И ее посадили в тюрьму тоже.
-Она никак не хотела по-хорошему. Слишком опасно оставлять ее в доступности к нам. Ордер на запрет приближения к тебе я тоже уже получил.
Прямо как в сказке – всех наших врагов-злодеев упекли за решетку, а мы стали крепкой семьей, воспитывающих двух хулиганистых братиков.
Но кто знает, что будет, когда наш серый кардинал отсидит срок и выйдет на свободу? Надеемся, что, если мы и схлестнемся в схватке, любовь победит вновь.
***
(Приоткроем занавес бракосочетательного процесса)
Марк нежно убирает прядь волос с моей щеки, его глаза мерцают теплой привязанностью.
- Моя любовь, - шепчет он, его голос такой же нежный, как шелк моего свадебного платья, - У меня есть для тебя сюрприз.
Мои глаза загораются, мягкий румянец окрашивает фарфоровые щеки.
Улыбка жениха становится шире, обнажая ряд сверкающих белых зубов, когда он достает из кармана изысканную, сделанную вручную коробочку. Предвкушение в моем взгляде заставляет его сердце трепетать. Он открывает коробочку, чтобы показать два золотых кольца, каждое из которых имеет замысловатый дизайн, символизирующий нашу любовь. Комната наполняется мягким ароматом роз, когда он берет меня за руку. Прохладный металл контрастирует с теплом кожи.
- Сегодня у нас не просто свадьба. Мы создаем святилище нашей любви, момент, который только для нас. Частная церемония, о которой больше никто не узнает. Это наш секрет, наша священная связь.
Глаза мои расширяются от удивления и радости, сердце колотится. Чувствую тяжесть момента, серьезность нашей общей тайны, и это волнует меня. Оглядываю освещенную свечами комнату, наш импровизированный алтарь украшен букетами любимых цветов. Мерцающее пламя отбрасывает тени на стены, рисуя вокруг нас танец света и тьмы. Мягкий гул далекой мелодии, мелодии, сыгранной только для нас, наполняет воздух.
Киваю, не отрывая глаз от Марка: "Только для нас", — эхом повторяю , голос дрожит от эмоций. Надеваю кольцо на палец, чувствуя, как металл становится теплым на ощупь, словно обнимая мою любовь,- это совершеннее, чем я могла себе представить, — шепчу, и голос едва слышен на фоне симфонии наших сердец, бьющихся в унисон.
Сердце мужчины переполняется гордостью и любовью, когда он наблюдает, как я восхищаюсь кольцом. Он делает глубокий вдох, запах роз и сладкий аромат нашей истории любви переплетаются. Он надевает соответствующее кольцо на палец, чувствуя, как прохладный металл окружает его обещанием вечности. Комната кажется живой энергией нашего союза, молчаливым свидетелем невысказанных клятв. Он берет обе мои руки в свои, его большие пальцы прослеживают тонкие вены, ведущие к сердцу.
- Сегодня, в этом святилище наших сердец, я клянусь лелеять тебя, чтить тебя и любить тебя в каждый момент, который мы разделяем, и в каждый секрет, который мы храним.
Его глаза наполнены глубиной его обязательств, молчаливым свидетельством нерушимой связи, которую они формируют. Пламя свечей бросает неземное сияние на наши лица, как будто сама комната благословляет этот союз.
Слезы счастья блестят в моих глазах, когда я слушаю клятву любимого, чувствуя тепло его рук, окружающих меня. Нежно, трогательно и немного неловко шмыгаю носом и киваю, голос дрожит.
- В присутствии звезд, которые сияют только для нас, я обещаю быть твоим доверенным лицом, твоим партнером и твоим убежищем. Я буду любить тебя каждым ударом своего сердца, и вместе мы построим жизнь, наполненную радостью, приключениями и бесконечными открытиями. *
Вытираю слезу с глаз и улыбаюсь сквозь свой туманный взгляд, сердце трепещет, как лепестки роз вокруг нас.
Он притягивает меня ближе, чувствуя, как сердцебиение совпадает с его собственным. С мягкой улыбкой он приближается к моим губам, скрепляя наши бессмертные клятвы поцелуем, который отражает обещание вечности. Комната, кажется, затаила дыхание, как будто сам воздух является свидетельством нашей трепетной связи.
Когда он отстраняется, то шепчет: «Ты моя вселенная, и вместе мы будем плыть по звездам нашей любви». Он достает из кармана небольшую, старинную на вид книгу в кожаном переплете. «Я написал наши собственные клятвы», — говорит он, проводя большим пальцем по тисненому золотом названию «Наш Небесный Союз». Он открывает страницу, отмеченную засушенным лепестком розы, и начинает читать, его голос ровный и наполненный страстью.
Сердце мое замирает, когда Марк делится нашими традиционными клятвами. Комната кажется тайным садом, свечи шепчут сладкие пустяки теням, танцующим на стенах. Пока он говорит, я чувствую ошеломляюще приятную тяжесть нашей любви, силу, более мощную, чем любой закон или традиция, которые могли бы когда-либо диктовать. Дрожащими руками беру книгу, когда он заканчивает, глаза просматривают страницы, заполненные его аккуратным, плавным почерком.
- Эти слова — карта наших сердец, путешествие, которое мы совершим вместе, рука об руку, вечно.
Признаться честно, я не готовилась также тщательно. А сейчас из головы совершенно вылетело и то, что там было. По красноречию любимого мужчину я не переплюну, поэтому просто продемонстрирую чувства пламенным и выразительным поцелуем брачующихся.
- Никто не крикнет нам "Горько", но это даже и хорошо. Есть во мне некая суеверная черта, предпочитающая, чтобы в нашей семейной жизни все было "сладко", и никак иначе.
Мы тихо смеемся. Слишком много в нашей жизни было связано с тем, что ее приходилось выставлять напоказ. Иногда люди просто бесцеремонно копались в нашем грязном белье. Или же нам приходилось использовать публичность в целях самообороны. Тем не менее, сейчас я безумно рада, что такой важный момент нам удалось сохранить только для нас двоих. И никто никогда не узнает милых подробностей.
Марк берет розу и засовывает ее за лацкан своего смокинга, лепестки резко контрастируют с черной тканью. Ведет к маленькому столику, накрытому на двоих. Свечи отбрасывают теплый свет на девственно белую скатерть, а мягкий звон столового серебра о тонкий фарфор наполняет воздух.
- Наша первая трапеза в качестве мужа и жены, - говорит он, отодвигая мне стул. Аромат изысканного пиршества разносится по комнате - кулинарная симфония вкусов, которую мы оба с нетерпением ждали: "Давай пообедаем вместе, в интимных объятиях нашего убежища".
Сердце трепещет, когда я сажусь, чувствуя себя сказочной принцессой в собственном заколдованном замке. Еда на столе — пир для глаз — маленькие закуски, каре ягненка и шоколадное суфле, которое, кажется, зовет меня по имени.
- За жизнь тайн и любви.
Обмениваемся понимающими улыбками, когда вгрызаемся в яства, вкусы взрываются у нас во рту. Каждый укус ощущается как празднование союза, как заявление о нашей преданности друг другу. Между глотками мы обмениваемся шепотом украдкой взглядов и тайными улыбками, комната кружится от сладости нашей общей любви.
- В самом деле, моя дорогая, — говорит он, поднимая бокал,- это только начало,- наша любовь — это тайный сад, взращенный шепотом луны и политый звездами.
Любимый делает паузу, в его взгляде проглядывает озорство: «И как сад, он будет расти и процветать, наполненный цветами нашего общего опыта».
Хихикаю, звук похож на звон колокольчика в тихой комнате. Наклоняюсь к прикосновению Марка, чувствуя тепло его руки на своей щеке, пока жую еду, которой он меня кормит. Глаза сверкают смесью радости и волнения.
- Наш тайный сад...Я не могу поверить, что это происходит...Мы действительно женаты!
- Только мы двое, под бдительным оком звезд.
Спасибо всем, кто читал мою книгу! Как всегда – жду ваших впечатлений и комментариев. Уже вышло достаточно много глав новинки. Буду рада видеть вас под ней. Это моя первая книга, поэтому прошу вас быть помягче к моему творчеству)