Измена. Путь к любви

Таисию разбудил шум на первом этаже.

Обычно она не ложится спать так рано, всегда ждёт Глеба с работы.

Но сегодня она была на приеме у очередного светила медицины. Крутой специалист сообщил всё то же самое. У вас всё хорошо, анализы и УЗИ в норме. Беременность не наступает из-за вашей боязни снова потерять ребёнка.

Тая держалась из последних сил, ей очень хотелось наорать на этих умников. Она ходила на терапию. Всё в порядке с её головой. Страх есть, несомненно. Но, она на протяжении двух лет следит за собой. Пьёт витамины, занимается спортом, ведёт здоровый образ жизни. Но после каждой задержки, видя одну полоску на тесте, вновь ощущает себя пустой.

Подружка Майка трещит, что необходимо выбросить всё из головы и просто заниматься любовью с мужем через два дня, и всё у них получится. Легко ей говорить. Она уже дважды мама в свои двадцать шесть.

***

А у Таи и Глеба после неудачной первой попытки не получается. Муж на приём к андрологу идти категорически отказывается, ссылаясь на занятость.

– Малыш, займись собой. Запишись на курсы, развивайся, занимайся тем, к чему душа лежит. Перед тобой открыты все пути. Деньги творят чудеса, а недостатка в них у нас нет. Нам и вдвоём хорошо. Ты ещё молодая. Давай поживём для себя. Путешествовать будем. Дерзай, малышка.

Одни отговорки. Ей обидно. Это не он под сердцем носил их бусинку. Всего восемь недель, но все же восемь недель она была самой счастливой девушкой на свете. У неё горели глаза ярче звёзд. Тая радовалась каждому дню. Она замужем за любимым, и носит под сердцем его ребёнка. Но сентябрь отнял у неё это чудо.

Глеб не сентиментальный. Он заботится, как умеет. Цветы, подарки, рестораны. Но он очень много работает. Впрочем, он такой же, как и её папа.

***

 Снова раздается шум с первого этажа. Таисия надевает махровый халат, закутывается в него и идёт вниз. В гостиной обращает внимание – на часах уже полночь. Сегодня он задержался. И не предупредил.

 Тая щурится. В прихожей яркий свет. Когда глаза привыкают к свету, она очень удивляется. Пытается поверить своим глазам, что это не сон. Моргает.

На руках у её любимого мужа сидит ребёнок. Мальчик. Трёт глаза. Видимо, его тоже разбудили. Он осматривается. Малыш молчит. Наблюдает. Но крепко держит Глеба за шею.

Что происходит. Кто-то может Тае все объяснить? Это какой-то сон. Откуда у её мужа появился ребёнок? Она не выдерживает, и первая мысль, которая формируется в её сонной голове, такова:

– Глеб. Ты его украл?

– Что ты несёшь. Это... – он не успевает договорить.

Раздаётся звонок его телефона.

– Твою бабушку!.. – ругается сквозь зубы Глеб.

Тая молчит, наблюдает. Прикусила язык. Молчание – золото.

Малыш пугается и начинает вырываться. Тая осматривается. Вся прихожая заставлена незнакомыми ей вещами. Две сумки. Коробка с игрушками. Пакеты.

Глеб ставит мальчика на ножки. Вытаскивает телефон и идёт на кухню разговаривать.

А Тая в шоке наблюдает за действиями этого малыша. Сердце разрывается от боли. Их с Глебом малыш мог быть примерно такого же возраста. Она глотает слезы. Это невозможно больно. Когда же станет легче? Сколько ещё должно пройти времени? Она видела только точку на снимке УЗИ.

А мальчик тем временем смело идёт к вещам. Видимо, они ему знакомы. Из одного пакета торчит жираф. Яркий, пищащий. Смешной, но очень добрый.

Мальчик усердно пытается вытащить жирафа за шею. Но он не поддаётся. Малыш пыхтит. Тащит. Упрямый.

Поворачивается к Тае, поднимает на неё свои синие глаза и твёрдо произносит:

– Дай.

Глеб с кем-то разговаривает по телефону на повышенных тонах. Наверное, опять его инженер или прораб. А что ей делать с мальчиком?

Слышит снова требовательное:

– Дай ми, – тянет за шею игрушку.

Таисия медленно, шаг за шагом, приближается к ребёнку, чтобы его не напугать. Присаживается на колени перед этим чудесным малышом.

– Господи, как справиться с этими эмоциями? Ты так похож на Глеба, – она тут же зажимает рот ладонями.

Шипит:

– Нет, нет, нет. – мотает головой в разные стороны. – Этого не может быть.

– Дай ми. – и топает ножкой, и вновь тянет жирафа. У мальчика блестят глазки, как будто сейчас заплачет.

Тая трясущимися руками пытается справиться с пакетом и достать ребёнку игрушку. Слезы уже стекают по её щекам. Но отказать ребёнку в просьбе она не в силах. Мальчик ни в чем не виноват. Он в чужом доме, рядом чужая тётя. Но жираф, видимо, его друг.

Возвращается Глеб. Злой. Задевает стоящую сумку. Сквозь зубы ругается как сапожник.

– Глеб, здесь же ребёнок! Следи за языком.

– Достало всё, – шипит.

Мальчик доволен. Игрушка в руках. Услышав голос Глеба, он тут же направляется к нему, не обращая внимания на Таисию, которая сидит перед ним, сложив руки на коленях.

Малыш подходит к её мужу, хватает Глеба за брючину. И тот сразу подхватывает мальчика на руки. Тот, в свою очередь доволен. Они возвышаются над ней. Так неуютно. Но ноги не слушаются её.

– Сейчас привезут кроватку.

– Какую? – удивляется Таисия. – Ты видел, который час? Поздно.

– Это срочная. Должен же он где-то спать.

– Что?

Тая стоит в своей комнате в шикарном свадебном платье. Она невеста. Через три часа она станет Таисией Ковалевской.

Любовь всей её жизни. Скажете, что в двадцать два года так утверждать нельзя. Но Тая влюбилась раз и навсегда. Она хранила себя для того самого единственного и неповторимого мужчины. И выбрала Глеба.

Глеб самый красивый, самый любимый. Высокий спортивный сероглазый брюнет. Бизнесмен. Все подружки ей завидовали. Но Тая не боится и доверяет ему во всём. Он её мужчина. Глеб во всём главный. Как муж сказал, так и будет. И папочка с радостью сейчас отдаёт её замуж. Николай Романович одобрил выбор дочери. Ну и, что греха таить, сферы бизнеса сошлись.

Тая всегда мечтала, что выйдет замуж в мае, и будет у неё выездная регистрация. Папа исполняет все мечты своей принцессы.

Она рассматривает себя в зеркало. Пока ещё Таисия Новикова. Единственная дочь своих родителей. Мама, Анна Алексеевна, стоит рядом и смахивает украдкой слезы. Тая сейчас очень счастлива. Сбываются её мечты.

***

С Глебом они познакомились на праздновании Нового года. С их первой встречи прошло всего лишь четыре с половиной месяца.

Семью Новиковых пригласили всем составом в шикарный ресторан друзья семьи. Таисия не очень горела желанием идти. Она простыла и мечтала встретить Новый год в пижаме, с чашкой какао с маршмеллоу и ноутбуком. Смотреть любимые фильмы под бой курантов.

Но Николай Романович был непреклонен, как носорог. Папа и в бизнесе такой же упрямый. Даже доводы жены его не сломили.

– Тася с температурой. Дорогой, давай оставим её дома.

– Нет, Аннушка. Пусть собирается, это для меня важно.

И Тае пришлось подчиниться. Папа иногда просто злюка, но он глава семьи.

– Вот выйдет замуж, и тогда пусть мужем командует.

Ей пришлось выбраться из постели и начать собираться. Она не планировала покорять кого-то своей красотой, поэтому решила надеть вязаное белое платье. Оно ей очень шло. Темно-русые волосы девушка просто расчесала и оставила струиться по спине. Минимум косметики: тушь, чуть румян и блеск для губ.

Анна Алексеевна приготовила ей чай и стакан воды, чтобы запить таблетки.

– Малышка Тася, возьми вот эту, — мама протянула Тае свою помаду.

– Мама, она очень яркая, — сопротивлялась дочь.

– Сделай яркий акцент. Пожалуйста.

– Хорошо, мамуль. — вздыхает Тая. — Только ради вас с папой. Но учти, в час я уеду.

– Делай, как считаешь нужным, — мама подошла и поцеловала дочь в лоб. — Температуры нет. У тебя есть сорок минут. Анатолий нас отвезёт. Ждём тебя внизу.

Таисия одевается, красит губы яркой помадой, и этот цвет делает ярким её лицо. Она крутится перед зеркалом и понимает, что мама права. Этот акцент оттеняет её бледность. Тая выглядит аристократически. Она себе нравится.

Серо-зеленые глаза, пушистые ресницы, аккуратный носик. Губы сочные, но натуральные, хотя многие считают, что это ботокс. Тая не обращает внимания. Она сегодня очень нежная и романтичная.

Надевает ботильоны, берет шубку, клатч. Проверяет зарядку на телефоне. Последний штрих – духи. Шея и запястья. Смотрит придирчиво в зеркало и покидает свою комнату.

Сейчас, по прошествии почти пяти месяцев, Тая безмерно благодарна отцу, что он тогда настоял на совместной встрече Нового года.

****

– Таисия Николаевна, вы чудесно выглядите! — раздаётся голос визажиста, которая на протяжении трех часов порхает вокруг невесты.

– Глеб будет сражен, – вздыхает мама.

– Надеюсь, – Таисия напряжена. Хочется, чтобы всё было идеально. И самое страшное – сегодня её первая брачная ночь.

Они с Глебом это обсуждали. И Таисия была готова. Но Глеб сказал:

– Нет, малышка. Хочу тебя в день свадьбы получить невинной.

Глеб, прошлое

Десять лет назад Глеб закончил строительный институт и решил, что ему необходимо пойти в армию. Что его подтолкнуло к этому шагу, сейчас даже сам Глеб не ответит.

У него была девушка, Вика Ермакова, семнадцатилетняя красавица, умница. Он сходил с ума. Любил безумно. Глеб планировал жениться на Виктории, как отслужит в армии. Они мечтали, строили планы на совместное будущее.

Вику ждало поступление в вуз в соседнем городе. Экзамены Вика ездила сдавать вместе с Глебом. Они были неразлучны. Красивая пара. Влюблённые, счастливые, молодые. Вся жизнь впереди. Столько перспектив и дорог для них открыто.

Глеб поддерживал Вику в её стремлении получить образование. Она успешно сдала вступительные экзамены. Им оставалось провести вдвоем месяц, и после этого расстаться на два долгих года. Страха не было. Было абсолютное доверие.

Единственное, на что так и не решился Глеб – это лишить Вику невинности. Он берёг её до свадьбы. Был убеждён, что белое платье будет идеально смотреться на его целомудренной невесте.

Но Виктория предала. Год она писала ему письма, не обращая внимания на других парней. Глеб считал дни до отпуска. У него созрел план, что поженятся они именно в его короткий отпуск. Ждать и терпеть больше не было сил.

Глеб не сообщил невесте о приезде.

И вот, окрыленный предстоящей встречей, он ехал в соседний город на встречу с любимой с кольцом за пазухой, в военной форме, красивый, молодой, влюблённый.

И каково было его удивление и шок, когда он увидел свою «невесту» в объятиях другого. Парнишка чуть старше, модный мажор, папин сынок на крутой тачке. Музыка орёт. Его Вика сидела на капоте перед университетом в короткой юбке. Вокруг толпа сокурсников.

В руке бутылка пива. Мажор с сигаретой. Не стесняясь никого, целует, ласкает грудь его невесты и шепчет пошлости. Вика заливается румянцем. Но не отталкивает. И обещает, что на последующее вполне готова.

У Глеба встала пелена перед глазами. Понять и принять это он был не в силах. Юношеский максимализм. Хочется подойти и вырвать из рук этого олуха свою любимую и единственную. Но приходит осознание, что она не против. Вика согласна. Что произошло, как же он так ошибся в ней? Почему не написала? Но бегать за ней он не будет. Умолять и прощать тем более. Больше ни одна женщина не будет достойна его любви. Все они одинаковые, раз предала она, та, которой был верен и предан до сцепленных зубов и сбитых кулаков, хотя в увольнительных было столько возможностей! Девчонки вешались пачками. Оставляли номера телефонов, адреса. Но Глеб был неприступен.

Твёрдо верил, что его ждёт самая лучшая, верная, самая красивая и самая желанная в мире девчонка. Правда больно ударила по самооценке и вере в женщин. Рядом с сердцем лежала коробочка с кольцом. Оно словно прожигало дыру.

Он, как идиот, держался, следовал правилам и уставу. Стал сержантом. Был примером, хотел, чтобы Вика гордилась его достижениями. Но всё было напрасно.

Глеб больше ничего не чувствовал. Дверь в любовь закрыта. Сердце заледенело. Он будет пользоваться всеми дарами и благами, что предоставляет ему судьба.

Глеб внимательно обвёл взглядом всю компанию, нашёл самую симпатичную девушку и решительно направился к ней.

Его сразу заметила вся компания. Девчонки начали шептаться. Только Вика не видела его приближения. Она была занята своим мажором.

Глеб был прекрасно сложен. У него был высокий рост, за год в армии он стал еще крепче и прибавил в мышцах. Военная форма ему очень шла, широкие плечи, серые глаза, холодный красавец. Он протянул девчонке руку, произнес:

– Пойдём, – блондинка не растерялась и вложила свою руку в его ладонь.

– Меня Катя зовут.

– Ага, — ответил он.

Глеб не смотрел на Вику. Всё, забыли. Он перехватил руку девушки и повёл её за собой. В спину им раздавались улюлюканья и свист. «Детский сад», – думал Глеб. Они удалялись всё дальше от компании. Сзади до него долетел голос его бывшей голубки:

– Глеб... постой.

 Три года назад

Таисия спустилась на первый этаж. Отец сидел в кресле с очередным контрактом. Даже в новогоднюю ночь ему необходимо работать. Мама стояла у стола и поправляла елочную композицию.

Когда Тае исполнилось пятнадцать лет, папа запретил ставить большую ёлку в доме. Но мама каждый год делала композиции, где обязательно были еловые или сосновые ветки.

За домом мама посадила для этих целей пару елок, горную и кедровую сосны.

Запах Нового года обязательно должен витать в их доме.

А если папа собирает гостей на Новый год, то это обязательно ресторан или загородный клуб. В свой дом Николай Романович не допускает скопления людей. Это его крепость. Здесь преуспевающий бизнесмен не хочет видеть чужих людей. В стенах своего дома он просто Николай или папочка.

Тая подошла к маме и шепнула:

– Ты, как всегда, права, мамочка, – дочь поцеловала маму в щеку.

– Дай на тебя посмотрю. Ты чудесно выглядишь. Красавица наша.

– Николай, мы готовы. Можем ехать.

– Тася, дочка, а почему не вечернее платье?

– Папа, можно я буду одеваться, как мне удобно? – закатила глаза Тая.

– Там будет много молодых и перспективных мужчин.

– Папа, мы едем встречать Новый год или у нас очередные смотрины?

– Одно другому не мешает, – отложив документы, поднялся глава семьи. –Тебе уже двадцать два. Твоя мама уже была моей женой в эти годы.

– Ох, папочка! – Она подошла к отцу. Он тут же, не раздумывая, открыл ей свои объятия. Тая прижалась к отцу. В его крепкие и надежные руки. – Я хочу, чтобы ты была счастлива и не одинока.

– Папуль. И ты так легко отдашь меня замуж? За первого встречного?

– Нет, дудки. Если тебя кто-то обидит, надо будет, я достану арбалет и...

– Тихо, охотник. Ты уж определись, чего желаешь – замуж дочку отдать или вдовой сделать, – мама засмеялась.

– Тьфу-тьфу, женщина.

– Папа, таких, как ты, больше нет. Маме очень повезло.

– Поддерживаю, – мама подошла к своим самым дорогим и любимым и тоже обняла мужа и дочь.

– Люблю вас, мои милые. Все, поехали. Аннушка, подарки где?

– Коля, все уже в машине. Анатолий отнёс. 

– Добро.

И вот семья Новиковых в полном составе прибыла в дом известного в их кругах банкира. Таисия всю дорогу смотрела на зимние пейзажи за окном. В машине играл лёгкий джаз. Папа на переднем сидении снова изучал что-то в планшете. Мама его за это ругала. Всё как у всех.

Папе всего пятьдесят шесть. Он молод и активен. Занимается спортом, плавает. За последние пять лет он, конечно, поправился. Но в целом её папка ещё ого-го. Мама занимается его здоровьем, следит за рационом.

Тая всегда мечтала, что её муж будет похож на отца. Папа, несмотря на свою занятость, всегда найдёт минутку в своем рабочем графике и уделит время для звонка жене. Пригласит в театр или на концерт. Своим отношением к супруге и нежностью, тем, с каким трепетом и уважением он на неё смотрит даже спустя двадцать четыре года совместной жизни он показывает, как её любит. И это взаимно.

Поэтому Таисия не спешит дарить себя первому встречному, присматривается к своему окружению. Она очень осторожна и боится ошибиться в выборе мужчины.

В школе ей было не до этого. Да и мальчишки сплошь оболтусы. Хотя и лицей. Затем художественная школа. Тая до двадцати лет вообще как-то не интересовалась парнями, которые крутилась рядом.

В день своего совершеннолетия Тая полетела в Париж. Папа осуществил мечту своей принцессы. Николаю Романовичу, конечно, нужен наследник. Тая никогда не стремилась познать азы бизнеса. Она творческая натура. Сейчас увлеклась фотографией.

Папа обижается и сетует, что она в бабушку Нину Константиновну. Свою тёщу папа ценит и уважает. Но живёт бабушка далеко, на берегу Черного моря.

И вот они внутри роскошного загородного дома. Родители впереди, Тая сзади. Анатолий достаёт из багажника пакеты и коробки, передаёт работникам. Ему придётся ждать, когда закончится бал. Таисия поворачивается и сообщает:

 – Дядя Толя, я вам позвоню ближе к часу. Отвезёте меня домой.

– Не волнуйся, я буду на связи.

Таисии помогают снять шубку. Придётся три часа быть послушной девушкой. Тая подходит к зеркалу, проверяет макияж. Заправляет локон за ухо. Вдох. Надо осмотреться. 

Она заходит в просторный холл. Таю завораживает размер ёлки. Новогодняя красавица шикарная, яркая и очень большая.

– Впечатляет! – раздаётся приятный, вкрадчивый и будоражащий кровь мужской голос за спиной.

У неё даже волоски на затылке зашевелились. Но обернуться и посмотреть на хозяина этого голоса Тая не решается. Боится разочароваться.

– Потанцуем, обворожительная незнакомка?

Он назвал её незнакомкой. Но на этом вечере не должно быть несведущих людей. Все друг друга знают. Посторонних людей в доме Алексея Михайловича не бывает. Николай Романович известен в своих кругах, его строительная корпорация успешна и процветает. И о наличии у него дочери возраста «на выданье», видимо, осведомлены все, раз папа настоял на присутствии Таси на этом вечере и отдельно сообщил о наличии здесь молодых и перспективных.

Тая была тихим подростом. Никогда не тусовалась с золотой молодёжью. Не была замечена в скандалах. Она не тратила папины деньги направо и налево. У неё обычная машина – Опель Астра жёлтого цвета. Но и серой мышкой ее сложно было назвать. Она развивалась. Училась, занималась любимым делом. Радовалась жизни. У неё были свои девчачьи шалости, но краснеть за себя она никогда не позволяла. Родители гордятся своей дочерью.

Она получила образование. У неё, правда, узкий круг друзей. Только двое. Школьная подруга Майя и Макар, боевой товарищ по художке. Остальные сплошь приятели и знакомые.

Верным другом у неё сейчас был объектив камеры. И вот сейчас, рассматривая ель – это произведение искусства – она жалеет, что в руках нет её верного друга, «Сони Альфа».

Владелец этого голоса коснулся плеча Таи. И тут же незнакомец подал ей руку. Она идеальная. Сильная мужская ладонь с жилами, длинные ровные пальцы. Тае бы карандаш и сделать набросок его рук. Какие они… Глупышка Тая думает совсем не о том.

– Не откажите мне в просьбе. Глеб Ковалевский, – и его потрясающий голос, который до сих пор вибрирует в венах и разгоняет толпы мурашек по её коже.

Таисия всё ещё не осмеливалась поднять глаза на мужчину, который её взволновал. Решается и вкладывает свою ладонь в его сильную руку и доверяет Глебу вести себя в толпу танцующих пар. Тая смотрит вперёд, видит лацкан его белой рубашки и край пиджака – серый металлик. Она может только фантазировать, какого цвета у него волосы, глаза и какая улыбка.

Они в центре импровизированного танцпола. Глеб. Красивое имя. Оно подходит к его голосу. У Таисии начинает складываться пазл.

Целеустремленный, спокойный. Глеб таким уверенным движением левой руки перехватывает её клатч, и над ухом Таисии раздаётся его чарующий тембр:

– Я подержу, вы не против? – Тая подчиняется. Она отдаёт ему свою сумочку, и её руки взлетают вверх и оказываются на сильных мускулистых плечах. Под пальцами Тая ощущает силу и приятный холод ткани пиджака.

У Глеба расстегнуты две пуговицы рубашки, нет галстука. Очень странно, но ему очень идёт. Он смелый. Даже дерзкий. Сильная красивая шея. Кадык. И аромат его просто сшибает. Мужской аромат необузданной природы. Главная нота сандала обыграна кумином и кедром. И цветочные ноты жасмина и розы. Окутывает и опьяняет. Возможно, это поднялась температура. Но ей всё равно. Она в плену. Тая попалась как бабочка в паутину. Но она не боится. Ей спокойно. Глеб прижимает Таю, к себе. Она горит в его объятиях. Но ей безумно нравится. Раньше с ней такого не случалось. Тепло разливается по всему телу. Они кружатся под лирический новогодний мотив.

Как набраться смелости и посмотреть на него?

Таисия перебирает пальчиками ткань пиджака. Глеб уверенно ведёт её в танце. Он отлично двигается, чувствует такт и ритм. Он выше Таи. Ещё одна тайная мечта. Действительно чудеса под Новый год. Таисия набирается смелости и начинает изучать серо-голубые глаза Глеба.

Любуется его подбородком. Он у Глеба волевой, у него лёгкая щетина. И так же зудят её пальцы, как не терпится прикоснуться к его щеке. Мягкая она или колючая? Губы красивые. Видимо, Глеб заметил её активность. Он улыбается. У Таи на щеках румянец. Но она не отступает. Двигается взглядом дальше. Нос ровный, большой, но всё в этом мужчине пропорционально. И вот она поднимает глаза и попадает в омут его серых глаз.

Мир перестал существовать. Музыка стихла. Они в вакууме. Он очень красив, Глеб Ковалевский. Он определённо старше Таи. И это тоже в плюс. Всегда хотела парня старше лет на десять.

«Таисия, где твоя голова?»– шепчет ей внутренний голос. Но она не откликается. Она погружается все глубже в омут его серых глаз. Это наваждение. 

Но она сейчас как будто парит над землёй. Сбываются её мечты. Позови её сейчас Глеб за собой в ночь, она пойдёт, не раздумывая. Сердце бьётся часто-часто. Она не знает, что с ней происходит. Но очень похоже на любовь с первого взгляда.

А что же делать? Она совсем не умеет обольщать. Опыта нет. Да и целовалась она всего пять раз. Сожалеть уже поздно. Она такая, какая есть. Другой ей не стать.

Чем она сможет привлечь такого красавца? Чем завлечь?

«Тая, какие же у тебя наивные мысли в голове. Соберись. Он выделил тебя из толпы. Первый шаг сделал он. Значит, всё в порядке. Он назвал тебя обворожительной. Успокойся. Дай ему шанс. А потом паникуй».

 Глеб читает её, как открытую книгу. Они не сводят глаз с друг друга. Надо о чем-то поговорить. Но язык Таисии прилип к небу. Но Глеб все же решается нарушить молчание первым:

 – Ты так и не назвала мне своего имени, прекрасная незнакомка. Или это секрет?

– Тая. Меня зовут Таисия.

– Очень красивое имя. Тая-я-я. – Глеб пробует на вкус её имя. И Тая вновь растекается карамелью.

 Но вся идиллия рушится, когда на плечо Глеба ложится знакомая Таисии с детства рука.

 – Молодой человек, можно вас.

Чья-то рука ложится на моё плечо. Хм. Если бы не милая малышка Таисия в моих руках, у нас был другой разговор. И при других обстоятельствах. Не люблю такой беспардонности. Мы в окружении людей на танцполе. Ведём себя прилично.

Эта малышка только сейчас осмелилась поднять на меня свои глаза. Я даже не успел понять, какой у них цвет: серо-голубые или серо-зеленые? Но она определённо красавица. И сочные губки. Было желание их попробовать. И неоднократно. А здесь это вторжение.

Мужик, а это точно мужчина. Крепкая хватка. Достойный соперник. Как будто я позарился на чью-то жену. Но пока Глеб не отводит глаз от девушки, терпит чужое вмешательство. Тая очаровательна. Глеб не ошибся, сделав ей комплимент в момент знакомства. Она молоденькая, но ей определённо восемнадцать. Должно быть. Быстрый взгляд на правую руку. Кольца нет. Значит, это не чья-то жена.

– Папа, – смутилась малышка.

Значит, папа. Всё понятно. Сейчас у Глеба состоится знакомство с отцом Таи. Рано. Но, что поделать. Глеб обращается к малышке:

– Прости, я тебя покину, раз твой отец решил со мной пообщаться.

– Глеб, я сама, извини, –– краснеет ещё больше малышка. –– Что происходит, папа? – Таисия нахохлилась.

И Глебу приходится выпустить Таю из кольца своих рук. Но не так быстро. Он ещё не насладился знакомством. И ночь ещё только началась.

Глебу не очень хотелось присутствовать на празднике у Алексея Михайловича, но тот был очень убедителен. И Глеб сейчас не жалеет. Он определённо познакомился с чудесной девушкой. И связи в этих кругах полезны для бизнеса. И вот Глеб изучает мужчину. Отца малышки. Он его знает.

Таких солидных директоров строительных корпораций он изучил ещё в начале своего пути. Они не соперники. Но союзника в лице Новикова Николая Романовича было бы неплохо заполучить. Как всё удачно складывается. Два Джек пота в одном флаконе.

Глеб передаёт сумочку малышке. Левая рука Глеба по-хозяйски ложится на талию Таи. Она не отшатывается. Это очень хорошо.

– Тася, мы отойдём на пару слов с... – отец малышки издевается, но продолжает, – молодым человеком. А тебя искала мама.

– Глеб Ковалевский, строительная фирма «Грант», – Глеб протягивает руку мужчине. – Рад знакомству, Николай Романович.

– «Грант», значит. Глеб, – о хороших манерах никто не забывает, и отец Таи крепко жмет протянутую руку. Он достойный соперник, Глеб в этом ещё раз убеждается. – Взаимно. Тася. – Обращается к дочери.

 Малышке приходится подчиниться. Но не так быстро.

 – Тая, можно твой телефон? – чудо поднимает свои огромные, очень красивые, удивлённые и выразительные глаза.

 Серо-зелёные, убеждается Глеб.

 Она достаёт из своей сумочки телефон. Не последняя модель, но прикольный чехол. Жёлтый. Улыбка сама собой образуется на его губах.

Малышка смущается. Милое чудо.

 Она сама вводит пароль и протягивает Глебу свой мобильный. Вечер обещает быть интересным.

 Глеб сразу набирает свой телефонный номер. И делает дозвон. Чувствует вибрацию в своём кармане. Сбрасывает и передаёт хозяйке.

 – Благодарю. Тая-я-я… Не уходи. Я тебя найду позже, – берет её ладонь. Она холодная, но кожа нежная. Он оставляет поцелуй на её ладони. Подмигивает. 

Таисия дарит ему ответную стеснительную улыбку. Глеб убирает руку с талии Таи. 
Она подходит к отцу, целует его в щеку. И говорит:

– Пап, что происходит? Всё же хорошо было.

– Мама была у ёлки. Общается с хозяином дома. Иди поздоровайся.

– Хорошо, – она поворачивается. – Я буду ждать, Глеб, – улыбка уже открытая и смелая.

Определённо, девушка стоит того, чтобы за неё пободаться с её отцом.

Тая уходит и приходится сосредоточиться на Николае Романовиче. Отец малышки в замешательстве. Злится. Желваки ходят на его лице. Глеб не сделал ничего криминального. Был обходительным и внимательным к его дочери. Это что, ревность?

– Пойдёмте, поговорим, – обращается Глеб к отцу Таисии.

– Ну, пойдём. 

Они покидают гостиную. Проходят холл и направляются в сторону от гостей. Идут по направлению кабинета хозяина праздника. Обстановка дома Глебу знакома, хотя он здесь всего второй раз в жизни.

Глеб следует за Новиковым. Тот по пути здоровается с гостями. Обменивается рукопожатиями. Перебрасывается несколькими фразам. Те, в свою очередь, смотрят на Глеба. Но Николай Романович никак не реагирует на их интерес. Глебу не обидно. В отце Малышки сейчас говорит ревнивый отец. Глеб пытается скрыть улыбку.

До ужина ещё тридцать минут. Вокруг снуют официанты. Алексей Михайлович, как всегда, хочет всех удивить. Но таков он, банкир Романов. Он всё делает с размахом. Даже дом построил огромный. А если верить желтой прессе, у него нет наследников.

Проходят в просторный коридор. Слева кабинет Алексея Михайловича. Здесь состоялась их недавняя встреча. Вчера был долгий и серьёзный разговор, по итогам которого Глеб приехал сегодня сюда на празднование Нового года.

Новиков открывает дверь, входит первым. В библиотеке пусто. Николай Романович проходит вглубь. Он здесь бывал. Знает, где стоит выпивка. Берёт стакан и наливает алкоголь. Глеб проходит следом. Закрывает дверь. Осматривается. Все стены в книжных стеллажах и шкафах до потолка. Стол из дуба. У окна два массивных кресла, журнальный столик между ними. В углу, где стоит отец Таи, расположен Элитный мини-бар в виде глобуса.

– Николай Романович. О чем будем разговаривать?

– Кто ты такой?

– Глеб Ковалевский.

– Я это уже слышал! – прерывает он Глеба. Новиков делает глоток из стакана. – Что тебе нужно от моей дочери?

– Мы только познакомились. Я пригласил её на танец. Мы просто общались.

– Ты решил ею воспользоваться?

– До того, как вы прервали нас... – Глеб прерывается. – Что? – Он пребывает в замешательстве, его это стало раздражать. – Николай Романович, вы пьяны?

– Ты решил подобраться ко мне через дочь?

– Вы себе льстите, Николай... – Но Глеб не успевает договорить.

Дверь открывается. И Глеб слышит:

– Что здесь происходит, господа?

Таисия была в шоке. Так всё красиво начиналось. Тая была в недоумении. Она шла в сторону ёлки, не понимая ничего, но руку грел номер телефона в её мобильном. Тая остановилась, ввела пароль и увидела цифры. Она тут же записала его в телефонную книгу. Глеб.

И ощущение поцелуя на ладони, след обжигал. Глеб невероятный. И такой облом. По-другому и не скажешь. Отец не пьян. Почему он себя так ведёт? Что на него нашло. Тая увидела маму, стоящую в компании Алексея Михайловича и его молодой жены. Ей пришлось натянуть на лицо улыбку.

– Добрый вечер, Алексей Михайлович, Карина.

– Добрый вечер, Таисия. А почему грустишь?

– Нет, с чего вы взяли?

– Не лукавь, я всё видел. Ты танцевала с Глебом, но Николай вмешался и нарушил вашу идиллию.

Тая покраснела.

– Тася, а что говорит Алексей Михайлович? — поинтересовалась мама.

– Что вы смущаете Таю? — вмешалась Карина.

– А где папа?

– Он ушёл поговорить с Глебом.

– Зачем? — изумилась Анна Алексеевна.

– Очень интересно, — задумался Алексей Михайлович. – Я вас оставлю, дамы. Дела.

– Конечно, Алексей Михайлович.

– Девочки, я тоже вас оставлю, надо проверить, как дела на кухне, — сообщила Карина и тут же скрылась. 

– Милая, что случилось? — в голосе мамы слышалось беспокойство.

– Мы общались, танцевали. Глеб, он такой…

– Какой?

– Красивый, высокий, спортивный и глаза серые, пронзительные. И руки…

– Милая, ты влюбилась. — мама сразу всё поняла.

– Так заметно, мамочка? Что мне делать?

– Пока ничего, милая. Пусть всё развивается постепенно.

– Но папа. Что на него нашло?

– Я с ним поговорю, не переживай. Наслаждайся этим мгновением, это так прекрасно. Я так за тебя рада. Потом обязательно покажи мне его. Тайком.

– Мамочка. – Тая обняла маму. И поцеловала её в щеку.

 Они пообщались с другими гостями. Обсудили погоду. Кто-то хвастался новой сумочкой. Тае было скучно. Ей хотелось быть сейчас в обществе Глеба. Но у судьбы свои причуды. Имя этой судьбы Николай Новиков. Тая усмехается таким мыслям.

 Она решила осмотреться. Её как художника интересовала обстановка и картины. В гостях у Алексея Михайловича они были три раза. Сейчас выдался шанс все рассмотреть.

Тае было обидно. Она расстроилась. Казалось бы, нет причин. Но настроение было испорчено. Она достала телефон и начала изучать цифры в номере Глеба.

 У неё есть его номер. Но звонить первой она, конечно, не будет, будет ждать и кусать локти. Ну а что ей остаётся, если её папочка решил, что Глеб не пара его дочери? Но с чего вдруг? Он не обидел, вёл себя достойно. И папа точно не знаком с Глебом. А вот Глеб его знает. Это немного тревожит. Но Николая Романовича многие знают, и дома у банкира Романова папу знают все. А Глеб в их числе. Приближённый, раз в этот Новогодний вечер он в этом доме.

И тут Таю, как холодным ушатом воды обливают. Он, скорее всего, здесь не один, и где-то есть, возможно, жена или подруга. Тае становится неуютно. Холодно. Можно, естественно, списать всё на простуду и недомогание. Но она приняла таблетки перед выходом, и на пять часов лишилась отговорки списать всё на свое недомогание. Тая пытается смутно вспомнить, было ли у Глеба обручальное кольцо. Она всё ещё рассматривает картины, а точнее, старается сделать вид, что ей любопытно. На самом деле она волнуется и не замечает ничего вокруг.

 Кто-то здоровается, что-то спрашивает. Тая воспитанная девушка, отвечает, не вглядываясь в лица. Всё на автомате. Настроение… надо что-то с ним сделать. Новый год, время чудес. И одно маленькое уже произошло. Она встретилась его, мужчину из своих грёз. Ох Таисия.

 Она снова в холле перед новогодней красавицей. Достаёт телефон и хочет сделать пару снимков. Пусть камера на её смартфоне не супер, зато останется на память. Тая наводит фокус, сосредоточена. Ничего не замечает вокруг, она погрузилась в сказку, она вся в работе. Тая ещё не видит Глеба, но его аромат вновь окутывает. Это Глеб, она не спутает этот аромат ни с каким другим. Он уникальный. Он теперь будет ассоциироваться у неё только с ним. С мужчиной, который волнует её даже на расстоянии.

Тая затаилась. Ждёт. Ей хочется расслабиться, но непослушное тело как натянутая струна. Она ждёт, когда он подойдёт, заговорит. И вновь её обуревает паника. Что, если она сейчас обернётся, а он не один? Она будет готова провалится сквозь землю. Как же страшно. Надо научиться держать удар. Но в данный момент Тая не сможет справиться с эмоциями. Ей очень хочется обернуться и посмотреть в его серые глаза. Вновь впитать его образ.

 Она слышит лёгкие шаги. Вокруг снова стихли другие звуки. Тая настроена только на Глеба. Это что-то магическое. Объяснить это ей не под силу. И вот его сильные и тёплые руки ложатся на её предплечья. Жар сразу окутывает Таисию теплом. Он молчит, но она точно знает, что это Глеб и никто другой. Он вздыхает аромат её волос, Таисия закрывает глаза, она вся в моменте. Ей наплевать, что подумают люди вокруг и как она выглядит со стороны. Но Тае хотелось бы, чтобы кто-то сделал снимок. Глупость. Но ей двадцать два, и когда ещё совершать глупости? В восемнадцать лет она думала совсем о другом, о красках, холстах и мольбертах. А сейчас она в коконе, в своих девичьих мечтах и грезах, возможно, наивных. Но это только её, и никто не вправе их нарушать.

 – Ты такая беззащитная и нежная. И от тебя так пахнет, малышка. Таисия-я-я. — Искуситель. 
Она готова вновь взлететь. Его голос, это невероятно. Сердце Таи снова ускоряет темп. Тук-тук-тук. Жар внутри и снаружи. Мурашки сползают по шее, волоски вновь поднимаются от его тембра. Его шёпот над ухом. Он просто околдовывает, когда дарит лёгкий поцелуй в висок. Как не сойти с ума, спрятать свое счастье от всего мира? Её кусочек. Пусть, даже если оно чужое, ей не принадлежит и она крадёт его у жены Глеба. Тая не осознает, что творит и говорит в лунный момент. Есть только он. И другого, возможно, не представится. Не успевает озвучить. Он прижимает её к себе и говорит:

 – Давай сбежим?

Тая не верит своим ушам. Глеб предлагает ей сбежать вдвоём? Это невероятно, но она готова. И Тая отвечает:

– Давай, – неважно куда, главное, вместе с ним.

Её переполняет эйфория. Мурашки, которые ещё не успокоились после его проникновенной речи и поцелуя в висок, устроили новый побег.

Тае абсолютно всё равно, как отреагируют родители. Ведь сейчас новогодняя ночь, и за все свои двадцать два года она никогда не встречала Новый год отдельно от родителей.  Её всё ещё интересует вопрос, о чём они говорили с отцом. Инициатором разговора был папа, не Глеб. Это важно для самой Таи. Папа вдруг решил, что Глеб ей не пара? Но почему? Они не были знакомы. Это обидно, что отец испортил им первый танец. Она с лёгкостью и волнением соглашается пойти вместе с Глебом, ночью с незнакомым мужчиной. Будь что будет, Она рискнет. Тая надеется на маму, что та всё узнает и поговорит с отцом. Если Таисия вдруг пропадёт, фамилию Глеба знают двое на этом банкете, папа и хозяин. Тая спокойна за свою безопасность. Она улыбается своим мыслям.

Глеб берет Таю за руку и ведёт к выходу. Он переплетает их пальцы и прибавляет шаг. Они торопятся исчезнуть в толпе гостей. Раствориться и остаться незамеченными. Глеб держит её правой рукой, и Таисия незаметно сканирует наличие обручального кольца. Глупость, она уже согласилась, но пока ещё не поздно, надо знать наверняка.

– Во что ты была одета? Надеюсь, тепло? – его забота приятна.

– Белая шуба, вот она, – Глеб берет её шубу.

– Повернись, пожалуйста.

Он помогает ей надеть шубку. Вновь обнимает её за плечи. На этот раз быстро. Ей приятны его прикосновения. Они пробуждают столько мыслей.

– Застегнись малышка, там холодно, – сам же накидывает темное пальто, не застегнув при этом ни одной пуговицы. Открывает массивную дверь и выходит на крыльцо. Щёлкает брелок от автомобильной сигнализации. Вновь берет Таю за руку, и они снова, как подростки, сплетают свои пальцы. Тае по душе всё, каким образом касается её Глеб. Это ново, он во всем уверен. С ним не страшно. Он очень похож на Николая Романовича.

На улице холодно, в этом году зима вступила в свои права рано. Снега нет, но мороз ощутимый. Морозный порыв ветра забирается под полы шубы и остужает жар. Она морщится. Бр-р-р.

– Сейчас согреешься, мы почти пришли, – он тут же отпускает её пальцы и обнимает за талию, прижимает к себе, – я включил обогрев. Вот уже и машина. Они подходят к кроссоверу. Черная Ауди.

– Ты не боишься штрафов?

– Я не пью, малышка. Поэтому я на своей машине. Не волнуйся.

– А куда мы поедем? – вдруг заинтересовалась Тася.

– Сейчас придумаем. Мы вдвоём, и это главное. Или ты хочешь вернуться? – останавливается Глеб.

– Нет-нет. Поехали. Я, если честно, не хотела приезжать.

– Я тоже не особо горел желанием, хотя планов на новогоднюю ночь не строил. Но не жалею, что согласился на приглашение Алексея Михайловича.

– Но это же встреча Нового года, она должна быть в кругу семьи. – смутилась Тая. – Нет, Глеб, даже не думай, я не сожалею и не передумаю, когда ещё совершать такие поступки, как не в двадцать лет? Я там, где хочу быть, – она опустила глаза вниз. Глеб опалял её своим жаром.

– Пришли, забирайся в салон, – он распахнул дверь своего автомобиля и помог Тае.

В салоне было тепло, комфортно, пахло новой кожей и ароматом самого Глеба. Тая зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. Её немного трясёт от волнения и холода, но ей все нравится. Надо расслабиться. Глеб тут же оказывается за рулём.

– Пристегнись, малышка.

Тая подчиняется – это ей легко. Он не командует, как папа, он просит. Таисия тянет ремень безопасности, но Глеб перехватывает и сам втыкает защёлку. Проверяет надёжность крепления. Он наклонился, и его лицо очень близко, Тая поднимает свои глаза и смотрит, не моргая, в его пронзительную серую глубину. Вновь исчезают все звуки, а до этого Тая отчётливо слышала шум двигателя, работу дворников и ощущала тёплый ветер от обогрева. Сейчас же все стихло, был только он и она.

Страсть в его глазах и её робость. Пальцы Глеба коснулись её щеки, ласковые в невесомости касания, Тая закрыла глаза. Хотелось мурлыкать.  Его пальцы прошлись по скуле, прикоснулись к подбородку. Тая не дышит. Она наслаждается и впитывает его ласку и нежность. Губы сами собой приоткрылись, Тая ждёт поцелуй. Настоящий, осознанный, не мимолетный в висок или галантный ладони. Его пальцы прикасаются к ней, а воздух между ними электризуется. Но тут звонит её телефон, мелодия рушит всю идиллию и магию. У Таи с губ срывается обречённый вздох. Приходится открыть глаза и вновь утонуть в его взгляде. Глеб большим пальцем едва проводит по её нижней губе. Уф-ф-ф-ф. Таю пронзает молния и спускается вниз. Глеб медленно убирает руку. Огонь в его глазах никуда не исчез. Он прочищает горло и говорит:

– Ответь, тебя, видимо, потеряли, – Глеб кладёт одну руку на руль.

 Другая лежит на подлокотнике между ними. Таисия открывает клатч, ищет телефон. Достает экраном вниз, переводит взгляд на безымянный палец, его правой руки — кольца нет. Легкая улыбка рождается на её сочных губах. Она облизывает губы и смотрит на смартфон. На экране видно фото отца и имя абонента, «Папочка».

Брать трубку она не хочет. Тая совершеннолетняя, это её жизнь, и даже если она совершает ошибку, это её выбор и её решение. Она там, где хочет быть.

– Поехали, – Тая сбрасывает звонок отца и тут же набирает маме. Гудки, один, второй, она слышит, как на заднем плане ругается отец:

– Что он себе позволяет... – рычит Николай, мама, видимо, прикрывает динамик и успокаивает его. – Тася, ты где? Почему не взяла трубку, папа волнуется.

– Я слышу, – с сожалением говорит Таисия. Меньше всего на свете она хочет расстраивать родителей. Но Глеб...

– Я уехала, – она слышит шорох.

– Ты с ним? Он тебя пальцем не тронет! Дай ему трубку, дочь.

– Папа, я вас с мамой очень сильно люблю, поздравляю вас с Новым годом! Но этот Новый год я буду встречать с Глебом. Целую, – и выключила телефон, не дав отцу договорить.

– Гони.

Когда Глеб услышал просьбу Таи «Гони», он тут же сорвался с места. Глеб не боялся погони, её родители предупреждены, до встречи Нового года оставалось полтора часа. Они всё успеют. У него сразу созрел план увезти её в дом на берегу водохранилища, там их точно не найдут. Хотелось сейчас спрятать малышку, узнать, что же скрывается в серо-зеленых глазах Таисии Новиковой. Нежная, обворожительная, робкая красавица. И огонь в ней есть. В нем проснулся инстинкт охотника.

Ему очень понравилась её решительность. Уехать с ним, по сути, незнакомым мужчиной старше её, опытнее, ослушаться родителей. Это заводило, разжигало интерес, пробуждало страсть.

Глебу двадцать девять лет, серьёзных отношений после Вики у него не было. Про любовь вообще речи не было. Любовь – это слабость. А в бизнесе нельзя быть слабым.

У него были девушки, однодневные, на одну ночь, некоторые задерживались на пару месяцев. Если они начинали предъявлять претензии и требовать большего, он, не раздумывая, расставался с ними. А сейчас перед Новым годом аврал, не до встреч и свиданий. Работа на первом месте, бизнес расширяется. Мать пока не наседает, только интересуется, есть ли у него подруга, достаточно ли он отдыхает. Но ей до Глеба нет дела, она вся в романах, устраивает свою личную жизнь. Звонит раз в две недели, когда маме что-то нужно.

Отец его матери до сих пор платит содержание. Да, Глеб рождён вне брака. У его родителей была связь длиной в пять лет. До недавних пор Глеб не знал, кто его отец. Его это абсолютно не беспокоило. Он получал дорогие подарки, они с матерью никогда не нуждались. И его мама Наталья Викторовна уже двадцать лет нигде не работает. Но свой бизнес Глеб построил сам, с нуля. Без помощи богатого папочки.

После того, как узнал правду о предательстве Вики, он закрыл тему семьи и брака. За неделю отпуска прошёлся ураганом по злачным местам, насытился женской лаской и вниманием. Не «стерся», как шутила мама по утрам на кухне, а после уехал вновь служить.

Письма, что присылала Вика, сжигал, не читая. Гордость, конечно, точила. Но он старался не думать. Колечко, которое он ей купил, в итоге выкинул в водоём.

Его утром нашла Катя или Маша, хотела получить в подарок, но Глеб был слишком груб и жёстко пресёк попытки примерить колечко.

Иногда мать в редких телефонных звонках упоминала Вику, что та приходила в гости, плакала, просила простить и прочитать её письма. Глеб сказал матери, чтоб та Вике передала, что он всё забыл, и её и их планы. Пусть живёт и не печалится. Он забыл. Маме очень нравилась Вика, они нашли с ней общий язык. Казалось бы, Вика из обычной небогатой семьи, но Глеб её по-настоящему и преданно любил. Но время стирает все воспоминания, семь лет прошло.

Сейчас, сидя за рулём своего чёрного резвого «гепарда», Глеб мимолетно бросает взгляд на сидящую рядом красивую молодую девушку. Тая молчит, смотрит в окно. Перебирает в руках телефон. Хотя он выключен, но, видимо, она всё же переживает. Она сбежала от родителей в новогоднюю ночь. Видимо, Тая впервые будет встречать его без родителей.

– Ты переживаешь, малышка? Давай вернёмся? – Глеб сбавляет скорость и паркуется у обочины.

– Нет, Глеб, – она видит, что машина останавливается, немного волнуется, закусывает губу. Глебу вновь нестерпимо хочется попробовать её губы на вкус. – Поезжай и только вперёд, – робкая улыбка. – Будет скандал, когда я вернусь, и я, возможно, своей выходкой испортила многим встречу Нового года. Маме уж точно. Хотя она умеет усмирять папу.

– Твой отец умный мужчина. Николай Романович справится. Сейчас пройдёт первый порыв. Он, безусловно, волнуется за свою дочь. Но ты в безопасности, он знает, кто я, мою фамилию и даже название фирмы. Возможно, сейчас он даёт указания своей СБ собрать на меня досье, – Глеб смеётся так заразительно и легко.

– Папа может, – Тая прячется за своими ладонями, – мне так стыдно.

– Малышка, нет повода стыдиться. Я всё понимаю. Но твоему отцу не стоит так паниковать. – Глеб поворачивается к Тае, берет её ладони в свои руки, они холодные, он гладит их, пытается согреть, подносит к губам и дует теплом. – Ты замёрзла?

– Это нервы. Но мне с тобой совсем не холодно, – взгляд глаза в глаза, – мне жарко, – шепчет она. Румянец на щеках, его не видно в темноте салона, но фонарь и свет фар от проезжающих машин даёт Глебу возможность рассмотреть её.

– Если хочешь, давай я позвоню ему и всё расскажу.

– О чем вы с ним разговаривали? - выпаливает Тая и отводит глаза в сторону.

– У нас состоялся мужской разговор. Не переживай малышка.

– Почему ты называешь меня малышкой? – серьёзный воробушек вновь хмурится. – Мне двадцать два года.

– Уф-ф-ф, – смеётся Глеб. – Я рад, честно. – Они улыбаются друг другу. – Когда мы танцевали, я надеялся, что тебе уже есть восемнадцать. А то, знаешь, за растление есть статья в УК.

Тая перестаёт улыбаться.

– Затем нас прервали, чья-то мужская рука, я уж подумал, что это твой муж. Стало неудобно.

– Нет, я не замужем и никогда не была. И парня у меня нет, – выпалила Тая и зажмурилась от понимания, какую сейчас выболтала правду.

– Я тут же посмотрел на твою правую руку, – он замолчал, анализируя только что услышанную правду. – Открой глаза, малышка, что ты?

– Я болтушка. У меня мало опыта. Господи, что я несу.

– Ты открыта и откровенна, я это ценю.

– А ты свободен? Кольца у тебя тоже нет. Но в наше время многие мужчины не носят обручальные кольца, – снижается тон малышки. Она напряжена.

– Таисия, я не женат, и в данный момент у меня нет женщины.

Послышался вздох облегчения. Нежная ромашка. И, возможно, она ещё девственница. Н-да...

– Мы во всём разобрались. Куда дальше?

– А куда ты планировал ехать? Я не передумала, – серьёзная, смелая молодая леди.

– У моего друга есть дом на водохранилище. Там тепло, красиво и тихо. Встретим Новый год в тишине, если ты не возражаешь. Завтра погуляем по лесу, можем даже на зимнюю рыбалку сходить.

– Звучит романтично, но без рыбалки, конечно, – и в салоне автомобиля раздался их смех.

– Как скажешь, малышка.

– Глеб, а почему ты не ответил на вопрос, отчего малышка?

– Ты на семь лет меня моложе, ниже ростом. Тебе не нравится? Это ласково.

– Нравится, – смело глядя в глаза, ответила Тая.

– Я безумно хочу тебя поцеловать. Ещё там, на танцполе… Можно?

Тая молчит, только прикрыла глаза и кивнула в знак согласия. Она задержала дыхание. Глебу приходится выпустить её ладони он тут же отстегнул свой ремень безопасности и наклонился к Таисии. Левая рука легла Тае на шею, пальцы забрались под волосы, и он притянул её к себе. Она сама интуитивно наклонила голову в нужную сторону и вновь перестала дышать.

– Дыши, Тая-я-я, – Глеб подарил ей нежный, самый первый их поцелуй. Она была очень вкусной, сладкой, а её сочные губы пробуждали фантазию восемнадцать плюс.

Но их снова прервали. На этот раз звонил телефон Глеба. Он оторвался от таиных губ, ему пришлось выпустить девушку из своих объятий. Глеб поцеловал её в нос и произнес:

– Черт. Как они все не вовремя. – На консоли было написано имя абонента «Романов А.М.» – Странно.

Глеб нажал ответить и предупредил:

– Алексей Михайлович, вы на громкой связи, и я не один.

– Глеб, куда ты пропал? Не могу тебя найти.

– Я уехал, образовались срочные дела.

– Ты мне обещал быть, неужели нельзя перенести?

– Извините, так получилось. В другой раз.

– Когда? – было слышно, как открылась дверь, кто-то подошёл и что-то сообщил, – понял. Сейчас буду. Глеб, ты увёз Таисию?

– Это имеет какое-то значение? – раздался серьёзный и собранный голос Глеба.

– Нет, это ваше личное дело, вы взрослые и самостоятельные молодые люди. И очень красивая пара. Теперь я в курсе, как успокоить Николая. Таисия, с наступающим Новым годом. Счастья вам в Новом году, дети.

– Спасибо, Алексей Михайлович, – прошептала Тая.

– С Новым годом, Алексей Михайлович, – сказал Глеб и отключил связь.

– Кошмар, папа, видимо, в бешенстве.

– Алексей Михайлович всё уладит, – подмигнул Глеб. – Значит, едем встречать Новый год в лесу. Решено.

– Да, едем.

Глеб вырулил вновь на дорогу и прибавил скорость. Времени мало, а у Владимира, скорее всего, пустой холодильник. Алкоголь точно есть, но молодую девушку спаивать коньяком в новогоднюю ночь нельзя.

– Тая, что ты предпочитаешь из напитков? Вино, шампанское? Какие вкусовые предпочтения?

– Ты знаешь, Глеб, я практически не пью. Шампанское, наверное, один бокал могу выпить в новогоднюю ночь. Вино красное. Апельсиновый сок.

– А на сладкое? Хотя, судя по твоей фигуре, ты не ешь пирожные?

– Спасибо за комплимент, — смутилась Тая, — иногда себя балую чем-то новым, необычным.

– Я запомню. А что выберешь, мясо или рыбу?

– Я неприхотлива, но люблю несложные рецепты. Готовить умею, – смутилась она. – А твоё любимое блюдо?

– Ну я слежу за питанием, времени готовить для себя катастрофически не хватает. Поэтому пища на заказ. Удобно.

– Ты ушёл от ответа, – улыбнулась Тая.

– Мясо безусловно, овощи на гриле. Полезно и сытно. Я причисляю себя так же, как и ты, к всеядным.

– Я запомню, – покраснела она.

– Ты не возражаешь, я включу музыку? – Тая отвернулась к окну, плечи немного поникли. – Малышка, — Глеб взял руку девушки, и притянул для поцелуя. – Ты расстроилась. Почему?

– Тебе скучно в моем обществе.

– С чего такие выводы? Я не давал повода так думать.

– Извини, – вновь смутилась Таисия.

Дальше все пятнадцать минут поездки до супермаркета Глеб не выпускал её руку. Играла тихая джазовая музыка.

– Приехали. Не выходи, я сейчас, – Глеб заглушил двигатель и вытащил ключи. Покинул авто, обогнул капот и открыл Тае дверь. – Прошу, – протянул ей свою крепкую руку.

Таисия крепко держала его за руку, пока выбралась из тёплого салона. На улице было сказочно, кружился снег над головой и красиво переливался в свете уличного освещения. Вокруг светилась новогодняя иллюминация, изредка взрывались хлопушки, суетились люди. Кто-то распевал новогодние песни. Люди веселились, готовились к встрече Нового года. Выйдя из авто, Таисия попала в крепкие объятия Глеба. Он тут же обнял её за талию и прижал к своей груди. И вновь Тая вдыхала его запах, он кружил ей голову.

– Ты великолепна, Таисия-я-я. Тебе очень идёт твоё имя. Не хочу выпускать тебя из своих объятий, но если мы не поторопимся, то будем встречать новый год в машине на трассе.

– Это будет забавно, но ты прав. Пойдём, – Тая осмелилась, и сама взяла его за руку.

– Ух какая ты.

Они зашли в магазин, Глеб взял тележку, и они быстро начали закупки.

– Давно я не был в супермаркете. Если что-то понравится, то сразу складывается в корзину.

– Договорились. Может, мы разделимся, так будет быстрее? – предложила Таисия.

– Не хочу выпускать тебя из виду, но ты, конечно, права. Ты за десертом. И что тебе ещё необходимо? Я не знаю, что есть у Вальдемара на даче, бери то, что

может понадобиться тебе для встречи Нового года. Но у тебя есть пятнадцать минут, справишься?

– Вальдемар? – удивилась Тая.

– Потом расскажу, – улыбался Глеб.

– Конечно, справлюсь, только у меня нет часов. А телефон выключен.

– Возьми мой, – Глеб, не задумываясь, вытащил свой телефон из внутреннего кармана пальто. – Встречаемся здесь в 22:40, взглянув на свои наручные часы, сказал он.

Глеб направился за вином и закусками. По пути набрал разных фруктов, нарезки мяса, рыбы и сыра; взял сок, воду, добавил на завтрак круассаны и ягоды. Взял пару бутылок вина и шампанское. Таисия ждала его в назначенном месте со своей корзинкой.

– Ты такая умница, вперёд, малышка.

– Я торопилась, возможно, что-то могла забыть.

– Ерунда, завтра закажем доставку. Сегодня просто без шансов.

Кассиры мило улыбались, поздравляли с праздником. Глеб видел, как они пожирали его глазами. Но он привык к такому вниманию, сейчас был сосредоточен на рядом стоящей девушке в белой шубке.

Он все время держал её за талию. Целовал Таисию в висок. Тая купила салфетки, свечи, эклеры, чай. Пару бокалов. Шары, гирлянды и две пары тёплых смешных носков и варежки. Глеб только улыбался и предвкушал встречу Нового года в лесу.

Он надеялся, что они успеют быстро доехать до места, дороги свободны. Гнать не хотелось, но машина надёжная. Забрав все покупки, выйдя на улицу, сначала он усадил девушку в салон, потом загрузил пакеты в багажник.

– Ничего не забыли? – уточняет Глеб, пристегивается и выезжает со стоянки.

– Не знаю. Но будем использовать всё, что есть под рукой. Это же спонтанное решение. Прости, что нарушила твои планы. Алексей Михайлович расстроился, – про своих родителей Таисия решила промолчать. Щеки у неё горели, видимо, папа не успокоился.

– Ничего ты не испортила, Тая. Всё хорошо. Я даже рад, что так случилось. То, что ждало меня на этом вечере, мне не нужно, – он замолчал, погрузившись в свои мысли.

Тая не хотела отвлекать Глеба, она смотрела в окно, по трассе проносились редкие авто по встречной полосе, они мчали по красивому ночному лесу. Здесь, вдали от города, было больше снега, деревья нарядились в красивые снежные наряды. Романтическая атмосфера в салоне, музыка, тепло, желанный мужчина рядом. Глеб осторожно вновь взял ладонь Таи в свои надёжные руки и поцеловал кончики пальцев, ничего не говоря, но он всё замечает, это так щемяще приятно и греет ее душу. Все возможно. Таисия не переживала о том, куда везёт её Глеб, у неё есть в сумочке телефон. Даже если у них ничего не получится, она рискнула и сбежала с ним, мужчиной её грез. Смелая. Но вновь тишину салона нарушила мелодия его телефона.

– Это никогда не закончится! – натянуто рассмеялся Глеб. Смартфон звонил из сумочки Таи.

– Ой, извини, я забыла тебе его отдать.

– Я сам его тебе вручил и не забрал, ерунда, не надо извиняться. Посмотри, кто там, пожалуйста? – Тая осторожно вытащила телефон Глеба, с экрана на неё смотрела холодная и очень красивая блондинка, ухоженная улыбающаяся женщина. Но взгляд её голубых глаз прожёг дыру у Таи в душе, ей стало неуютно. Кто она такая? Собравшись с духом, Тая протянула ему телефон и сообщила:

– Наталья.

Наталья, кто же она? Его женщина? Коллега? Но за час до Нового года звонить по работе возможно, тогда... Таю в этот миг пронизал холод, хотя в машине было комфортно. Её пальцы коснулись руки Глеба, когда она передавала ему телефон. Они были очень горячими. Тае захотелось спрятаться от этого взгляда, что до сих пор стоял перед глазами. Она тут же запахнула полы шубы и спрятала нос под мехом. Она не хотела подслушивать их разговор. Ей хотелось бы, чтобы он остановился и вышел поговорить. Обида сковывала её тело. Таисия прекрасно видела, как женщины заглядываются на Глеба, как продавщица в супермаркете пускала слюни при взгляде на его пиджак.

Что она ему может дать? Опыта у неё нет, она невинна. Быть раскованной или развратной? Смешно, она не сможет быть слишком открытой. Глядя на профиль Глеба, Тая понимает, какой он шикарный. Высокий лоб, правильные черты лица. Красивый, успешный, серьёзный молодой мужчина. У него, наверное, куча женщин в прошлом. А Тая даже готовить не умеет.

Но внутренний голос шепчет «Рискни. У тебя все получится, возможно, ему нужно именно то, что есть у тебя? Где твоя уверенность? Ты милая, умная, воспитанная, внимательная девушка. Он выбрал тебя из толпы шикарных девушек и женщин на празднике в доме Романова. Ты с ним танцевала, не кто-то другой, он выделил тебя. Почему ты в себе не уверена?»

Она сейчас отчётливо слышит голос своей умной рассудительной мамы. Мама ей сказала, пусть всё развивается постепенно. Надо дать шанс Глебу и себе, ведь он сказал, что свободен. Значит, эта Наталья никто, возможно, его прошлое, которое никак не отпустит его. Надо прекратить паниковать и что-то сделать со своим настроением, скоро Новый год. Вдох-выдох, улыбнуться, ничего ещё не случилось, Глеб уверенно ведёт свою машину к цели, к дому в лесу. Встречать Новый год вместе с ней, с обворожительной Таисией. Ведь Глеб именно её не хочет выпускать из рук. И именно она сидит рядом, именно её десять минут назад он обнимал и целовал. Сейчас Тае не хватает рядом её подруги Майи. Подруга бы сейчас быстро взбодрила её и прочистила мозги. Тая расслабилась и стала улыбаться. Всё прекрасно, нечего киснуть. Надо продумать, как всё быстро организовать, как сервировать стол. Тая в своих мыслях отвлеклась и не слушала разговор Глеба, она умела закрываться от внешнего мира, когда писала картины. На пленэре в городском парке, где бегают дети, суета, Тая сосредотачивалась и познавала спокойствие.

Но что-то заставило Таю выйти из этого состояния. Впереди открывался прекрасный вид на посёлок.

Хотелось остановить мгновение, и сделать снимки. Сказочно красиво, снег везде и всюду. Заснеженные деревья, дым из трубы, украшенные гирляндами ели. Она повернула голову на Глеба, он оказывается, всё это время следил за ней.

– Как здесь красиво. Это новогодняя сказка. Обидно, что со мной нет моей Соньки.

– Я рад, что тебе нравится. Ты так резко замолчала и ушла в себя. Я беспокоился.

– Я просто не хотела мешать твоему разговору. Всё в порядке, Глеб.

– Это звонила мама, в ней вдруг проснулась сентиментальность, и она решила спросить, как у единственного сына дела, и узнать, где и с кем я встречаю Новый год.

– Это твоя мама? Она такая молодая на аватарке, прости.

– Да, мама, Наталья Викторовна Ковалевская, я открою тебе страшную тайну, только не выдавай меня, — подмигнул Глеб, – маме в следующем году пятьдесят шесть, но она говорит всем, что ей сорок пять.  

– Папе тоже пятьдесят шесть. А маме, ой извини, я какую-то ерунду говорю, тебе, должно быть, неинтересно. Я себя немного неловко чувствую.

– Перестань, всё хорошо, это твои родители. Я же рассказал о возрасте своей мамы, но ты обещала молчать.

– Я ничего не слышала, — улыбнулась открыто Таисия.

Машина сбавила скорость, Глеб остановился у ворот. Нажал на брелок, железные ворота стали разъезжаться в стороны, и Тая увидела дом.

– Мы на месте. У нас в запасе ещё сорок пять минут, – сообщил Глеб.

Но Тая любовалась видом. Небольшой двухэтажный дом, как в сказке, был украшен огнями, ёлки и козырьки крыши светились, все окна были украшены новогодними огоньками. В доме горел свет.

– Он великолепен, Глеб. Мы не одни, в окнах горит свет?

– Нет, мы будем вдвоём, ты боишься?

– С чего ты решил, — смутилась Тая. - Я просто уточнила. Я с тобой, и мне не страшно.

– Не торопись, посиди в салоне, а я заберу в дом продукты, надо растопить камин. В доме есть отопление, но хочется живой огонь. Потом вернусь за тобой.

– Я хочу помочь, Глеб. Давай всё сделаем вместе.

– Ты такая милая и заботливая. – Тая опустила глаза и взяла в руки сумочку.

– Ты меня смущаешь. Пойдём! – пока Тая расстегивала ремень безопасности. Глеб успел обойти машину и открыть ей дверь.

– Тогда вот ключи, иди и заходи в дом, осматривайся и располагайся.

– Хорошо, — Глеб вложил ей в ладонь связку ключей, наклонился и провел носом по её щеке.

– Беги в дом, Тая, на улице холодно, а с учётом того, что за домом находится водохранилище, здесь ещё холоднее, чем в городе.

Таисия шла по дорожке, засыпанной пушистым снегом, мороз был сильней, он ощутимо колол щеки. При близком изучении дома у Таи разбежались глаза. Здесь было очень красиво, дом украшен огнями на европейский манер. Дом был построен из дерева, живые ёлки в кадках украшены красными шарами. Подсвечники с искусственным светом. Но всё было так красиво. Тая не удержалась, остановилась, доставая телефон. Пока он включался, она рассматривала убранство дома и прилегающей территории.

Тае сразу посыпались уведомления о звонках, сообщения в мессенджере. Она поставила телефон в авиарежим и сделала пару фото на память.

– Малышка, иди в дом. Замёрзнуть не боишься?

– Ты меня согреешь, – Тая не отвела глаза, щеки горели, а Глеб с каждым шагом приближался, и в его взгляде было столько обещаний.

– Я не дам тебе замёрзнуть. Обещаю, – он подошёл вплотную, наклонился и поцеловал девушку в губы. – Твоё счастье, что у меня заняты руки. Пойдём, красавица.

– Давай я помогу.

– Открывай дверь.

Таисия быстро справилась с замком, прежде чем зайти в дом, она постучала каблуками по коврику при входе, стряхивая снег. И зашла внутрь. Дом был уютный, небольшой, внутри было тепло. На первом этаже размещалась гостиная, соединенная с кухней, огромный диван, стол и камин. В углу в кадке была живая ель, но почему-то она не была наряжена. На стене Тая заметила рождественский венок, а внутри светодиодная надпись «Happy New year».

В это время Глеб успел отнести пакеты на кухню. Приблизился к Таисии и сообщил:

– Располагайся, осматривайся. А я во двор за дровами.

– Я разберу покупки и накрою на стол. Ты не возражаешь? Скоро полночь.

Он взял в свои ладони её лицо, провел носом по скуле. И прошептал:

– Ты такая вкусная. И я не против довериться твоему вкусу, – вновь подарил ей нежный, но быстрый поцелуй. – Сначала огонь, потом всё остальное.

Тая сняла шубку, положила её на диван и направилась на кухню. Засучила рукава своего платья, помыла руки, заглянула в шкафы и холодильник. Нашла приборы и тарелки, включила чайник. Помыла фрукты, сервировала тарелки с закусками, все поставила на стол. Вино и шампанское она убрала в холодильник. Пока Глеба не было, она решила, что ёлку необходимо украсить. Как же хорошо, что она купила шары и гирлянды, а ещё бенгальские огни. На камине нашла спички, зажгла свечи. Всё было готово к празднованию Нового года. Оставалось дождаться Глеба с дровами. Тая немного нервничала, она совсем не подумала, а где они будут спать? Чтобы занять себя, она исследовала дом, нашла ванную комнату, поправила макияж, найдя расчёску, привела в порядок волосы. В шкафу нашла новые зубные щётки, стопку полотенец. Вернувшись в гостиную, обнаружила, что Глеб вернулся. В камине горел огонь, а на столе стояла бутылка вина. Рядом лежала ветка сосны с шишками. В Тае проснулся дух художника, она не могла не сфотографировать эту красоту и решила сделать селфи для родителей. Немного грустно, что всё так получилось. До полуночи оставалось двадцать минут, и она решила написать маме и попросить прощения.

«С наступающим, мамочка».

«Тася, у тебя все хорошо? Мы волнуемся».

В ответ Тая отправила маме пару фотографий снаружи и свое селфи.

«Красавица, завидую тебе. Будь аккуратнее. Если что, звони. Целую тебя, доченька. С Новым Годом! Пусть этот год принесёт тебе долгожданное счастье. Мы тебя любим!»

– Тая-я-я, – прошептал Глеб на ушко, прижимая Таисию к своему телу, и кладя руку на её плоский животик. – Все очень красиво, и ёлку не обошла стороной.

– Твой друг не будет против?

– Не беспокойся. Давай проводим старый год. Вина?

– А ты составишь мне компанию?

 Обязательно, малышка, – Глеб открыл вино, разлил его по бокалам.

Была очень романтическая обстановка, вино, ёлка, красивый мужчина и женщина, трещали поленья в камине. Не хватало только музыки.

Глеб взял наполненные бокалы и подошёл к Таисии, она стояла у кухонной стойки, собиралась поставить фрукты на стол. Последний штрих.

– Держи, давай выпьем и проводим старый год, он был трудным, но плодотворным. И в завершение этот год принёс мне знакомство с очаровательной девушкой. Я хочу выпить за тебя, Тая, – они чокнулись бокалами и сделали по глотку вина.

– Вкусное. Присядем?

– Потанцуй со мной, Тая?

– А как же музыка?

– Сейчас всё будет, – Глеб скинул свой пиджак, остался в рубашке с закатанными рукавами. Достал свой смартфон, включил лирическую музыку. Взял Таю за руку, они стояли и изучали друг друга глазами, второй рукой Глеб обнял, прижал ее к себе и прошептал:

– Ты мне очень нравишься, Таисия-я-я. Ты потрясающая девушка. Мы еще мало знакомы, но у нас есть время и возможность узнать друг друга. Согласишься ли ты стать моей девушкой?

– Глеб...

Это предложение прозвучало как взрыв, но Тае хотелось прыгать и кричать. Она пыталась справиться с эмоциями. И ответить. Хотелось кричать «Да-да!»

 Она опустила глаза, закусила губы.

– Подумай, я не тороплю с ответом.

– Глеб, мне не нужно время, и я не буду долго думать над ответом. Ты тоже мне очень нравишься, и мой ответ – да! Я хочу узнать тебя ближе.

– Красавица моя, малышка, – Глеб прижал Таю к себе крепче. Его правая рука прошлась по её предплечью к шее, погладила скулу. – Ты такая вкусная, Тая. Хочу тебя целовать и обнимать. Сегодня волшебная ночь, милая. – Голова закружилась, её пьянило не вино, а присутствие Глеба, его ласки, руки и губы. Тая дрожала от его страсти. Поцелуй углублялся, становился всё жарче, и Тая осмелела, положила свои ладони на его грудь, ощущала его мышцы под тканью рубашки, чувствовала его силу и страсть, чёткое сердцебиение. А сердце Таи готово было выпрыгнуть из груди. Тепло спускалось по телу и сосредоточивалось в животе. Глеб перебирал её локоны, и пытался не съесть её сразу же.

***

 Таисия выплыла из воспоминаний о дне знакомства с мужем. Она стоит на берегу океана на закате дня и наблюдает, как солнце садится за горизонт. Хочет поймать в объектив своей камеры воспоминания об их свадебном путешествии. Пока Глеб решает рабочие вопросы, Тая не мешает мужу, занимается тем, что она любит и умеет – фотографией. Или берет в руки карандаш и делает наброски, под рукой всегда есть блокнот. Завтра самолет унесет их домой, назад в пыльную и жаркую привычную жизнь. Заканчивается их медовый месяц. Две недели они провели под этим небом и солнцем в объятиях друг друга.

Глеб очень нежный и внимательный мужчина. Весь месяц он не выпускает жену из своих объятий, видимо, необходимо восполнить отсутствие занятий любовью на протяжении пяти месяцев. Он просто железный в некоторых вопросах. Когда муж узнал, что Таисия невинна, он просто принял за них обоих решение: секс только после свадьбы!

Тая стала женой Глеба всего месяц назад, но в отпуск улететь сразу не получилось – работа и срочные проекты мужа. Тая до сих пор с трепетом и теплотой вспоминает день их свадьбы. У неё есть муж, ее надёжный Глеб. Она стала Таисией Ковалевской. У них была шикарная свадьба, всё как она мечтала. Тая смотрит на свое обручальное кольцо и не верит. Она замужем за любимым человеком, самым нежным, красивым, все женщины на острове смотрят ему вслед. А он принадлежит ей, Глеб не даёт повода для ревности, это так окрыляет. Та новогодняя ночь подарила ей Глеба, её единственного и неповторимого мужа.

Да, ей иногда сложно смириться с его работоспособностью и занятостью, но бизнес жесток. У них всё прекрасно в отношениях, царит уважение, нежность, забота. Тая любит мужа, готова смириться с его загруженностью в офисе. А вечерами он весь принадлежит ей. Они всё ещё узнают друг друга. Дома Глеб отключает телефон и становиться ее любимым мужем.

С папой у Глеба всё ещё натянутые отношения, он до сих пор не верит в его чувства. Но Таисия старается убедить отца в искренности Глеба, и большая заслуга в этом, конечно, принадлежит маме. Анна Алексеевна все три месяца до объявления их свадьбы доказывала мужу, что их дочь очень счастлива. И Тая действительно счастлива, Глеб не признается ей в любви каждый день, он всё показывает на деле своим к ней отношением. Папе пришлось дать свое согласие на их брак.

Глебу трудно с папой, хотя их очень много объединяет и связывает, одна на двоих сфера интересов в бизнесе. Николай Новиков холоден с зятем. Глеб не рассказывает ей ничего, но папа не стремится помогать расширять его бизнес. Глебу это и не нужно, но папа мог бы, если захотел. Тая гордится мужем.

Однажды Таисия услышала их разговор и была поражена до боли в сердце, что два любимых ею мужчины враждуют. Николай Романович вновь обвинил зятя в корысти, что женился он на его дочери только ради выгоды. А Глеб ответил:

– Николай Романович – это ваши домыслы, я женился на вашей дочери, потому что дорожу ею, уважаю и ценю. Таисия моя жена. Я не могу запретить вам с ней общаться.

– Щенок, ещё бы ты посмел.

– Я далеко не щенок, и у меня тоже есть зубы, но Тая очень любит своих родителей, и я не могу так с ней поступить. Я уважаю вас как профессионала, завидую вашей хватке и умению находить выход из любой ситуации. Я благодарен вам за свою жену. Но я никогда не позволю вам стать между мной и Таей. Она моя жена, кричать о том, что я её люблю, не буду. Любовь для меня проявляется в другом. Я делаю вашу дочь счастливой, вы же сами это видите. Она мне очень дорога. Я ей верен, как бы это высокопарно не звучало здесь. Я взял её в жены невинной, и впредь буду ей верен. Она этого заслуживает. Тая – моя семья. Смиритесь с этим.

– Ты... что несёшь?

– Я знаю, что вы следили за мной все четыре месяца до свадьбы, я вам это прощаю.

– Да, следил, признаю. Но я тебе не доверяю.

– Давайте заключим мир, из-за нашей неприязни страдает только Таисия. И я готов пойти на примирение, я не горю желанием с вами враждовать. Я вас уважаю, вы отец моей жены.

Тая стояла, слушала весь их разговор, и глотала слезы. Папа следил за Глебом… Она прижала ладонь к губам, чтобы не выдать своё присутствие. Николай Романович только поэтому смирился с её свадьбой, это было мерзко и отвратительно. Лучше бы она этого никогда не слышала. Её любимый папочка так упал в её глазах. Он следил за её женихом. Какой ужас. А Глеб всё знал и не рассказал ей ничего. Благородный, какой же порядочный у Таисии муж. Она им гордилась и поражалась, Глеб не стал портить отношения между ней и отцом. Теплота и нежность просачивалась через поры, она влюблялась в мужа все сильнее. Он её опора и её счастье, они семья.

Даже слова мужа, что он не кричит о любви на каждом шагу, не обижали. Она разочаровалась в своём отце. Папа её оберегает, переживает, но это её жизнь, её ошибки и шишки. Если не сложится её семейная жизнь, даже думать об этом больно. Будут виноваты двое: она и Глеб. Но этого никогда не случится. И что самое удивительное, эта новость, что Глеб был ей верен, так согревала её. Знание – сила.

Когда они вернулись из свадебного путешествия, жизнь снова стала прежней. Тая занялась графическим дизайном – любимым делом, изучением новой для себя ниши. Глеб обустроил ей рабочее место, он вообще был внимательным к мелочам. В его трёхкомнатной квартире им было совсем не тесно. Тая всё же решилась и пошла на кулинарные курсы. Ей очень хотелось обустроить их домашний уют. Она хотела соответствовать мужу. Глеб не возражал и приветствовал все её начинания. Но в одном был требователен:

– Тая, тебе необходимо сходить к гинекологу и подобрать способ контрацепции.

– Глеб, но мы не обсудили вопрос детей до конца.

– Малышка, тебе двадцать два года, давай подождём пару лет, куда ты торопишься?

– Я не хочу пить таблетки и пичкать себя химией.

– Я не хочу с тобой ругаться по этому поводу, просто сделай, как я прошу.

– Ты не хочешь детей?