Измена. Вернись ко мне

Дорогие мои читатели, я очень рада, что вы уделили время этой истории. Сразу хочу обозначить, что она вымышлена. В тексте могут быть расхождения с реальными фактами: титулы, обращения, поведение тех или иных персонажей.

Все эти мелочи были адаптированы под мою историю. Приятного вам прочтения. Надеюсь, вам понравится, а об этом я узнаю из ваших комментариев.

 Давайте начнем?

 Джейн:

 — Где тебя носит? — Миледи Элизабет снова с утра не в духе.

— Как вы и просили, я приготовила вам утренний чай с ромашкой, моя госпожа.

— Могла и пошустрее быть, а то снова вернешься на кухню. — Раздражает ее надменный тон, но в ответ не грублю. Глаза опускаю, не провоцирую.

— Простите, миледи, — говорю и наливаю чай в кружку.

 Да лучше снова чистить овощи и мыть посуду на кухне, чем терпеть это хамское отношение.

Элизабет, жена герцога Филиппа, была той еще мучительницей. Ни одна служанка не задерживалась у нее больше месяца. Она была вредной, придирчивой и грубоватой.

Но только наедине со слугами. При своем муже она играла роль самого совершенства: доброй и тихой девушки, подобной ангелу.

Это и понятно.

Герцог Филипп был строг, сдержан, но очень щедр. Его титул, богатство и приближенность к королю открыли перед ними все двери. Он был любимым гостем в любом доме и даже в королевском дворце.

Его постоянно приглашали на разные балы и приемы. Он всегда был в центре всеобщего внимания. Он умел вести себя в обществе.

Но так было не всегда.

Не так давно отец Филиппа довел поместье до разорения. Он упивался вином и развратничал с женщинами. Прогулял почти все свои деньги. Забросил дела.

И когда он скончался, его место занял сын. Филипп сразу принялся решать проблемы, но его лучшим решением была женитьба.

Элизабет была завидной невестой. Не знаю, как он смог договориться с ее отцом и жениться на ней, но, как только союз был заключен, финансовое положение герцога улучшилось. Он смог закрепиться в высшем обществе. Спасибо знаменитой семье Элизабет.

Филипп быстро наладил связи, прежнее положение и прославил свое имя.

Герцог баловал жену всевозможными драгоценностями и подарками.

А Элизабет любила подарки, поэтому и старалась угождать мужу во всем.

Но выходило плохо.

Она воспитывалась в пансионе, где таких дам, как она, учат смирению, покорности и полному подчинению супругу.

Их готовят быть услужливыми, податливыми, чтобы супруг был всегда доволен.

Но вот ее супруг — не доволен. Я это знаю. Все это знают.

Мало того что за два года брака она до сих пор не забеременела, так и в постели она его совсем не радует. Об этом судачит все поместье.

Слуги хоть и не значимы, но мы все слышим и видим.

Я знаю, что герцог приходит в покои жены по вторникам. Она просто ложится на кровать, а он наваливается сверху. Высоко задирает ее белые, худенькие ножки и берет все, что хочет. Элизабет в этот момент тихонько мурлычет, пока это не закончится.

Мужчина целует ее в лоб и удаляется.

Вот такая у них скучная жизнь.

С каждым днем Элизабет все больше понимает, что отсутствие беременности может плохо сказаться на ее дальнейшей судьбе.

Герцогу нужен наследник, и он его получит любой ценой.

— Собери мои вещи, я еду навестить родителей, — приказывает миледи.

— Да, моя госпожа.

— Только быстро, я уезжаю немедленно. — Женщина была расстроена, казалось, еще одно слово, и она разрыдается.

— Моя госпожа, я могу вам чем-то помочь? Вы расстроены? — я зачем-то интересуюсь, хоть и знаю, что получу порцию язвительных замечаний в ответ.

— Какая ты внимательная, — с иронией ответила Элизабет. — Как ты, безродная служанка, можешь мне помочь? Помоги мне, наконец, забеременеть, чтобы мой муж не вернул меня назад отцу.

— Вы зря так переживаете. У меня есть решение, моя госпожа, — говорю чуть слышно. Слежу за ее реакцией.

— Я уже все перепробовала. И отвары пила, и к знахаркам обращалась, и все без толку. — Элизабет была на грани нервного срыва. Она начала немного задыхаться. Наверное, я все-таки перетянула ей корсет.

— Позвольте я расскажу вам одну историю, моя госпожа?

— Говори, — с неподдельным любопытством ответила госпожа и уселась в кресло. Ее белая кожа, кажется, стала еще бледнее. В глазах печаль, но смотрит с интересом.

— Моя двоюродная сестра, Маргарет, прожила с мужем пять лет. Господь никак не давал им ребеночка. Однажды ее муж уехал в соседний город, на рынок, они были торговцами шерсти, а сестра пошла на отчаянный шаг.

Она переоделась в простую одежду, поехала в соседнюю деревню и отдалась незнакомцу. Почти через год у сестры родился здоровый малыш. Тот конюх походил на ее мужа, темные волосы, ямочки на щеках. Никто ничего и не заметил.

— Ты предлагаешь мне изменить герцогу? — тихо спросила Элизабет, а у самой ужас в глазах. Румянец показался на бледных щечках.

— Дело может быть и не в вас. Но мужчина такого титула никогда не признает свой изъян. В итоге его другая жена нарожает ему детей, а вы так и будете коротать жизнь в доме родителей.

Миледи задумалась. Она смотрела на меня строго, чуть-чуть прищурив свои глаза и думала.

— Почему ты хочешь мне помочь? Не думаю, что ты делаешь это искренне. У тебя какие-то свои цели? — Пристально смотрит, с недоверием.

— Если миледи будет ко мне благосклонна в благодарность за помощь, я буду этому рада. Я еще молода, мне хочется выйти замуж, может быть, вы когда-нибудь и мне поможете.

— Если будешь держать язык за зубами, я выдам тебя замуж, Джейн. За приличного человека.

— Я могила, моя госпожа, — клянусь искренне. Наверное, искренне.

— Собери мои вещи и положи пару своих платьев.

— Все сделаю, миледи. — Улыбаюсь и приступаю к работе.

Я собрала вещи Элизабет в четыре огромных сундука, и вскоре она уехала.

Я вздохнула с облегчением.

Следующие две недели я могу существовать спокойно. 

*** 

Тем же вечером я зашла в покои герцога. Я только что поменяла постельное белье в комнате и хотела уже идти в свою спальню, как в комнату вошел Филипп.

— Приготовь мне ванну, — приказывает строго. Его голос такой властный, звонкий. Он был бы отличным военачальником. Раздавать приказы — его стихия.

— Сейчас я приглашу к вам Эйдана, мой господин, он все сделает, — отвечаю робко, уставившись в пол.

— Ты плохо слышишь? — прикрикнул и посмотрел злобно. — Я сказал тебе приготовить мне ванну, немедленно.

Не сказав больше ни слова, я послушно последовала в соседнюю комнату, где находилась уборная герцога. Обычно ему прислуживал Эйдан, а я просто меняла постельное белье и банные принадлежности, но сегодня господин был явно не в духе.

Я приготовила Филиппу ванну, положила чистые полотенца. Потрогала воду — теплая. Как бы мне хотелось окунуться в эту горячую жидкость и насладиться, но мои мысли остановило появление Филипа. И снова приказ.

— Помоги мне раздеться.

Я тут же подошла к Филиппу и начала снимать с него одежду.

Герцог был очень красивым мужчиной. Высоким и сильным. Однажды я видела его на балу, подглядывала украдкой. Он так хорошо танцует и с легкостью поднимает Элизабет на руки во время танцев.

Я начала снимать его рубаху и восхитилась красотой и мощью груди. Кожа была не такой светлой, как у Элизабет, а грудь была покрыта густыми волосами, которые спускались до самого живота.

В моей голове крутились разные, неподобающие служанке мысли, и я не могла их остановить. Осечь.

Я встала перед господином на колени и начала развязывать его штаны.

Подняла голову и невольно взглянула на него. Он внимательно смотрел на меня, нахмурив брови. От этого небольшие морщинки покрыли его лоб, но нисколько не испортили красивое лицо.  

Мои пальцы ловко развязали штаны и спустили их вниз. Затем я стянула белье и удивилась.

Перед моим лицом возникло его мужское богатство. Да, именно богатство. Большое орудие герцога было покрыто густыми черными волосами у основания. А его орган, хоть и был не поднят, но удивлял своим размером.

— Вот это да! — воскликнула я и сразу опустила глаза вниз. Как я могла такое ляпнуть? Глупая идиотка.

— Что ты сказала? — грозно спросил герцог. Я не видела, но ощущала его недовольство. Теперь я точно пропала. Он меня прогонит, вышвырнет из дома, а может, еще что хуже.  

— Простите, господин, я не… — хочу исправить положение. Извиниться. Не позволяет.

— Подними глаза и посмотри на меня.

Я испугалась. Внутри все затряслось, а потом сжалось.

Я послушно подняла глаза. Филипп смотрел уже не так строго. Я стояла на коленях перед ним, и его орган начал немного шевелиться, приподнимаясь все выше.

— Как тебя зовут? — строго спросил господин.

— Джейн, мой господин.

— Ты служанка Элизабет?

— Да, господин.

— Ты хочешь ублажить своего герцога?

— Очень хочу, господин.

— Так чего ты ждешь?

Я слегка улыбнулась, чуть выше приподнялась на коленях и придвинула голову к достоинству Филиппа.

Слегка приоткрыла рот и позволила своим губам прикоснуться к его плоти. Я взяла орган в руки и оголила головку. Снова прикоснулась к плоти губами и лизнула ее языком.

Немного пососав головку, я открыла рот чуть шире и позволила герцогу засунуть свой орган поглубже.

Плотно обхватив его губами, я положила руки на ягодицы Филиппа и принялась быстро радовать господина.

Другого выбора у меня не было.

Герцог поставил руки на пояс и двигался в такт мне. Он громко охал, двигаясь все резче с каждым разом.

Его орган проникал так глубоко, что я утыкалась носом в его волосатый лобок и быстро дышала.

Все это длилось не больше минуты, когда герцог вытащил свое богатство изо рта и разбрызгал свою жидкость мне по лицу, издавая громкие стоны.

Потом он несколько раз провел своим пульсирующим органом по моим губам и отошел в сторону.

Я принялась быстро вытирать лицо юбкой, встала с колен и хотела было удалиться, но Филипп меня остановил.

— Помой меня, Джейн, — все в той же строгой манере говорил Филипп, но я уже не боялась его гнева.

Я ухмыльнулась, натянула легкую улыбку и повернулась к герцогу.

— Да, милорд.

Филипп полностью погрузился в воду. Я подошла к краю ванны, намылила мочалку и начала водить по его груди.

На моем лбу скопился пот. В комнате было душно. Герцог это заметил.

— Сними свою одежду, — тихо приказал он мне вновь.

— Всю? — Уточняю, хотя знаю ответ.

— Да, всю.

— Как скажете, мой господин.

Встаю около ванны и начинаю небыстро стягивать с себя платье. Мужчина смотрит, не отрываясь.

Платье падает на пол, и я снимаю нательное белье. Мои груди были так близко к герцогу, что он глядел на них, как завороженный.  

Я вообще фигуристая: широкие бедра, большая грудь. Мои мужчины всегда с удовольствием имели меня.

И герцог хочет тоже.

Филип потянул мой сосок. Мне было немного больно, но я не могу показать свою боль милорду.

— Сколько тебе лет? — спрашивает строго и продолжает играться с соском. Его голос звучит приглушенно, но в тоже время властно.

— Восемнадцать, мой господин. — Я снова опустила глаза в пол.

— Тебя уже брали мужчины?

— Много раз, господин.

— Во все места?

— Во все, господин.

— Я тоже хочу поиметь тебя во все места.

— Я буду этому только рада.

— Зови меня Филипп, без чинов.

— Хорошо.

— Залезай в ванну.

Я перекинула свою ногу через бортик и залезла в теплую воду. Ванна была большой. Я тут же скатилась и полностью погрузилась в воду, с головой. Мне хотелось смыть его жидкость с лица, чтобы кожу не стягивало.

Выныриваю и подползаю к Филиппу.

Широко расставляю ноги и сажусь к нему на колени.

Мужчина позволял делать все, что мне хочется.

Беру его большой орган и направляю внутрь себя. Филиппу это нравится. Он откидывается на спинку ванны с наслаждением.

Я медленно съезжаю вниз, полностью погрузив в себя его достоинство. Филипп притягивает меня к себе и целует в губы. Такого я точно не ожидала. Кто он, а кто я.

Я начинаю быстро двигать своими бедрами, чтобы доставить господину еще большее удовольствие.

 Он поочередно мнет мои груди и продолжает целовать губы, с желанием, страстью. Его густая борода щекочет мне щеки.

Ускоряю темп, прыгая верх и вниз.

От одной мысли, что меня имеет сам Герцог, я восторгаюсь. Да так сильно, что чувство полной эйфории захватывает мое теплое местечко между ног.

Я громко стонала, даже кричала, когда смогла получить вверх удовольствия от этой запретной связи.

Смотрю на герцога, он улыбается. Я еще не видела такой его улыбки, как сейчас. Широкой, искренней, удовлетворенной.

Он разворачивает меня спиной к себе и наклоняет на край ванны. Оттопыриваю свою пышную попку и жду, когда же мужчина возьмет и ее.

Филипп приближается. Подносит свое достоинство к дырочке. Моя разработанная придворными попка принимает большой орган господина очень радушно.

Герцог стонет громче прежнего, кода начинает активно иметь мою попку. Иногда он наклоняется ко мне, хватает меня за груди и вгоняет свой орган еще глубже.

Процесс неприятный для меня, но потерпеть пять минут можно. Герцог крепко сжимает пышный зад и начинает скулить, как пес, когда его жидкость брызгает внутрь.

Я, конечно же, ему подыграла, охая и ахая, да так правдоподобно.

Филипп оставляет меня в покое и снова разваливается в ванной.

Сажусь напротив, немного откинувшись, чтобы насладиться горячей водой.

— Пока Элизабет гостит у родителей, каждый день в девять вечера ты должна ждать меня в моих покоях, — говорит очень строго. И хмурится при этом.

— Хорошо, Филипп, — я отвечаю вызывающе, смотря герцогу прямо в глаза и улыбаясь. Раньше я не могла позволить себе так дерзко разговаривать с ним.

— Ты очень умелая, Джейн, — раздает комплименты.

— Я много чего умею. Сейчас вы домоетесь, и я вам покажу. Вы не против?

— Думаю, на сегодня хватит.

— А мне мало. Я хочу еще, — нагло перечу в ответ, не стесняясь желаний.

— Ненасытная девка. Ладно. Идем в постель. Удиви меня, — соглашается милорд и вылезает из ванны.

— С радостью, мой герцог. — Улыбаюсь, чувствуя хоть и маленькую, но победу.

Мы вытерлись полотенцем, я взяла Филиппа за руку и повела к постели. Подвела его к краю кровати и сильно толкнула, он упал на мягкую подстилку.

Я тут же залезаю на Филиппа сверху и снова принимаю его орган в рот. Когда я достаточно смочила прибор, чтобы он с легкостью вошел в меня, я забираюсь повыше и сажусь на герцога.

Тот хватает меня за бедра, а я начинаю двигаться быстрее прежнего.

Не знаю, откуда во мне было столько сил после тяжелого рабочего дня, но я скакала, как одержимая.

Мне нужно было только одно: чтобы этот изголодавшийся мужик заполнил меня своей жидкостью.

В отличие от Элизабет, я молода, здорова и с легкостью выношу ребенка для герцога.

А Филипп нетерпелив. Еще пара минут моих быстрых скачков, и мужчина снова громко стонет от прилива удовольствия. А я продолжаю сидеть сверху, принимая все его семя в свою плодородную почву. 

Элизабет:

 Всю дорогу, что я ехала до поместья родителей, я не могла выбросить историю Джейн из головы.

Может, она и права?

Если дело в Филиппе, то я буду наказана несправедливо. Это меня прозовут бесплодной и с позором вернут в дом отца. Это будет стыд!

Но в нашей семье все плодовиты. У мамы нас семеро, у сестры уже трое детей и у брата четверо. У одной меня только нет.

Что же делать бедной Элизабет?

Я так радовалась замужеству. Особенно когда увидела Филиппа. Да, он был старше. Мне восемнадцать, ему тридцать три, но не великая разница. Наоборот, он был молодым для мужчины.

Красив собой, добр.

Свадьба была идеальной: нарядной, богатой. Спасибо отцу.

Но и Филипп не промах. Деньги моей семьи и его острый ум — отличное сочетание. Мы процветаем, стали богаче.

Теперь нужен наследник. Срочно.

А если девочка?

А если одни только девочки?

Я пропала.

Родители встретили, как всегда, очень радушно. Закатили пирушку с разными вкусностями.

Мама волновалась больше всех. Эти два года она то и дело подсказывала мне разные варианты, которые должны привести к беременности. Но тщетно.

Следующие два дня я места себе не находила, все думала, думала.

И наконец решилась.

Надела на себя одежду служанки, растрепала волосы. Сняла все драгоценности и направилась в конюшню. Мне нужна была лошадь, чтобы добраться до соседнего поместья.

Там я никого не знаю, можно не бояться и исполнить свой план.

Через час я подъехала к поместью, где рядом находилась небольшая деревня.

Привязала лошадь к дереву и дальше пошла пешком.

Я шла мимо домов, когда осознала, какую нелепую игру я затеяла. Глупая девчонка. О чем я думала?

Развернулась и быстрым шагом пошла назад.

На улице уже давно стемнело. Вдалеке слышался людской смех, доносящийся откуда-то. Воздух был пропитан гарью, наверное, от костра.  

Я уже пробегала мимо небольшого ручья, когда увидела обнаженное мужское тело в свете луны.

Молодой парень плескался в реке, а рядом горел небольшой костер. Я подошла ближе, чтобы лучше его разглядеть. Я никогда не видела ничье обнаженное мужское тело, кроме Филиппа.

Да и мужа особо-то не разглядывала. Без одежды он мне никогда не показывался.

Парень был очень красивым. Молоденьким. Его грудь была совсем гладкой, бороды еще не было, быть может, немного щетины.

Он мылся в реке. Видимо, слуга.

Я подошла чуточку ближе — не могла унять свое любопытство. И тут парень меня заметил.

— Ты чего там крадешься? — громко спросил, а я вздрогнула. Испугалась.

— Мимо шла, — ответила тихо, и смущенье упало пеленой на глаза.

— Как тебя зовут?

— Я Эли. — Это все, что смогла я придумать в тот момент. Странно себя ощущала и хотела бежать.

— Эли? Ты из деревни? — интересовался юноша и вел себя вполне естественно. Меня же пронзала дрожь от стеснения.

— Да, племянница кузнеца, приехала к дяде ненадолго, — говорила я все, что на тот момент приходило в голову.

— Присоединяйся. Вода теплая. — Я смутилась от его предложения. Чувствую, как румянец ползет по щекам и меня бросает в жар.

— А тебя как зовут?

— Я Люк.

Парень располагал к себе. Но я не могла перед ним раздеться. Голой меня видел только Филипп и то не полностью. А тут прям сразу раздеться перед незнакомцем?

Какой срам.

Подхожу к берегу чуть ближе. На таком расстоянии я смогла разглядеть его лицо. Оно было очень симпатичным. Добрая улыбка. Темноволосый, как и Филипп.

Парень был хорошо сложен. Крепкий. Сильный. Скорее всего, он много работает.

— Стесняешься? — спросил и улыбкой меня наградил.

— Немного, — почти шепчу, стыдно мне. Очень.

— Да ну, вода теплая. Хочешь, я отвернусь?

— Хочу, — обрадовалась его предложению. Слуга, а галантен.

Люк отвернулся, а я начала стягивать с себя всю одежду. Когда на мне уже совсем ничего не осталось, я коснулась края воды. Легонько, пальчиками.

И правда теплая. Я стала погружаться в воду, когда парень повернулся.

Прикрыла грудь руками и резко окунулась.

Люк быстро подплыл ко мне так близко, что мне стало не по себе. Боже, видели бы меня сейчас родители, убили бы на месте. В этой реке и утопили бы, чтобы позора избежать.

— Ты очень красивая, — произнес негромко Люк и вновь улыбнулся.

Из воды торчала только его голова. На таком расстоянии я смогла получше его разглядеть: приятный парень с чистым, невинным взглядом. Но все же в нем было что-то незримое.

Капля греха на ангельском лике.

— Спасибо.

— И скромная, мне это нравится.

Парень подошел ближе и коснулся моей талии под водой. Я немного сжалась.

— Вода и правда теплая, — пыталась я говорить, чтобы не осознавать происходящее.

— А я еще теплее, не бойся, дотронься.

Кладу руки на плечи незнакомца, и он притягивает меня совсем близко к себе.

Спускает свои руки мне на попку и поднимает меня вверх, на руки. Мне приходится обхватить его ногами, чтобы удержаться.

— Ты меня хочешь? — собрала я всю смелость и спросила парня.

— Хочу. Ты не против? — мне ответил и одарил своей неземной улыбкой. Чистой, манящей. Хочется улыбаться в ответ, что я и делаю.

— Не против.

Отвечаю, а Люк сразу целует меня в губы. Это второй мужчина в моей жизни, который касается моих губ.

Но поцелуй Люка был другим, не таким, как Филиппа. Парень так жадно сминает мои пухлые губки, засовывает свой язык в мой рот и сильно сжимает ягодички.

С мужем я не испытывала того, что испытываю сейчас. Когда меня имеет Филипп, мне неприятно. Я терплю и жду, когда он закончит. Молю, чтобы это поскорее произошло.

А этот парень разжег во мне желание. Неизвестное ранее. Неведомое. Я хотела, чтобы он меня взял. Но для начала хотя бы потрогал.

Люк так и держит меня на руках, когда выносит из воды. Укладывает меня на спину, на свою же одежду, и начинает целовать небольшие груди.

Он жадно бросается на розовые сосочки, посасывает и лижет их языком в то время, как его рука начинает спускаться по телу вниз и останавливается у меня между ножек. Я чувствую, как он водит своими пальцами по моим лепесткам, и издаю жалобный стон.  

Когда меня берет Филипп, я стону от боли и грусти, а сейчас — это стоны удовольствия, приятного ощущения, которые мне дарит этот нежный, незнакомый мужчина.

— У тебя такая гладкая кожа и сладкие губки. Позволишь мне полизать тебя и внизу? — Я немного смутилась. Его желание меня удивило.

О таком я даже и не слышала никогда, но этому парню я готова отдаться вся. Без остатка.

Люк начинает целовать мой живот, потом лобок, и вот его язык касается меня там.

Он лижет мою розочку так быстро, что я охаю и ахаю от сильных эмоций, которые меня поглощают все больше. С каждым движением языка я будто испаряюсь. Становлюсь легкой и невесомой. Растворяюсь в каждом мгновенье.   

Вдруг Люк резко наваливается сверху, подносит свой орган к моей дырочке и берет меня целиком.

Живот свело от приятных ощущений, и разум покинул мою голову. Я царапаю парня, щиплю, громко стону и извивалась. Люк так быстро двигает бедрами, что я буквально трясусь от переизбытка напряжения.

— Наполни меня своей жидкостью. — Ведь я здесь именно для этого.

— Ты чего? — удивляется парень и продолжает меня иметь с неистовой силой. Напором. Желанием.

— Я бесплодна. Но хочу почувствовать тебя до конца, — лгу незнакомцу.

— Как хочешь, Эли.

Парень приподнимает меня и ставит на колени попкой к себе.

И вновь что-то новое. Такого я никогда не пробовала. Да я ничего не пробовала, а этот юный мастер знает толк в ласках.

Он снова втыкает свое орудие в мою дырочку, и я слышу громкое хлюпанье. Крепко держит меня за бедра и резкими движениями проникает все быстрее и глубже.

И тут я почувствовала, как он стал совать свой палец ко мне в попку.

— Что ты делаешь? — пугаюсь. Стеснение вновь поглощает.

— Туда тебя еще не имели? — отвечает спокойно, будто и не делает ничего возмутительного. Постыдного.

— Конечно, нет, — говорю, а голос дрожит.

— И почему это?

— Я не знаю, — опять удивляюсь его странным желаниям. Сначала попробовал меня между ножек, сейчас еще попку мою…

— Странная ты, Эли. Расслабься.

Стараюсь расслабиться, а Люк глубже просовывает свой палец в заднюю дырочку.

Я вдруг ощущаю прилив еще большего желания. Он быстро двигал своим пальцем внутри меня, и мне было так приятно. Неимоверно приятно.

— Еще, я хочу еще, — почему-то говорю это, не стесняясь совсем.

— Нравится? — по голосу слышу, что улыбается.

— Да-а-а, — стону протяжно.

Парень высунул один палец и начал совать туда уже два. Я чувствую, как моя попка расширяется и принимает его пальцы с трудом. Но Люк не настаивает. Он лишь медленно продвигается вглубь, чуть ускорившись.

Я растворилась в этих странных ощущениях. Закрыла глаза и вдруг почувствовала что-то необъяснимое.

Все мое тело начало содрогаться, дырочки сжались, а низ живота стянуло узлом.  

Удивительное чувство настигло меня и полностью поглотило.

Кричу от наплыва эмоций, с которыми не могу справиться. Не хочу.

Люк тут же обхватил мои бедра, дернулся пару раз и заполнил меня своей жидкостью.

Тяжело дышу, улыбаюсь. Никогда я не испытывала ничего подобного. Так ярко, непонятно, но восхитительно.

И почему Филипп не может так же иметь меня? Почему с ним неприятно, даже больно порой, а с этим парнем — восторг?

Тело продолжает гореть от прикосновений. В обеих дырочках так тепло и приятно.

Люк бережно укладывает меня на землю и прижимается. Он не уходит, не оставляет меня одну, как это делает муж.

Прижимается и нежно целует в губы, крепко обнимая мое хрупкое тело. Ловлю себя на мысли, что с ним мне тепло и уютно.

Никакого стыда и смущения. Его прикосновенья приятны, и хочется в них остаться как можно дольше.

— Ты на долго приехала? — говорит и поглаживать продолжает.

— На пару недель. — Я могу и задержаться немного.

— Встретимся завтра? — Улыбаюсь от предложения. Голову поднимаю и на парня смотрю. В ответ мне улыбка.

— В это же время?

— Да. Я хочу растянуть твою попку, чтобы первым поиметь тебя туда. — Снова в губки целует. Такие неприличные вещи мне говорит. Раньше бы я возмутилась, но не теперь. Его слова меня будоражат. Цепляют и заставляют подчиниться ему. Согласится с волей его.

— Я приду.

— Я буду ждать тебя, Эли.