Измена. Я ( не ) прощу

Измена. Я ( не) прощуМануэлла

Любовь- взрыв пламени, огонь,

Всё лучшее, что с нами было.

Но к сердцу поднеси ладонь-

Оно как лёд , оно остыло....

-Дамир, смотри, а вот такой вариант маме подойдёт? - искоса любуюсь мужем, попутно забывая, о чем спросила. Поэтому его ответное " угу" не вызывает во мне того лёгкого оттенка обиды, что в последнее время стал моим постоянным спутником. Дамир и прежде не был особо трепетным и ласковым мужчиной- холодный, уравновешенный, уверенный в себе и немногословный. Не человек- машина, биоробот, что днями и ночами пропадал в офисе. А с недавних пор совсем ушёл в себя, даже дома, видимо, думая о моей сопернице за его сердце, все той же работе.

Нет, конечно, я понимала - мужчина должен прежде всего думать о том, как содержать семью, как развиваться в работе или развивать своё дело. Но не зря говорят " женат на работе"- видно, мой Дамир был одним из таких. Его отец, известный в нашем городе бизнесмен, Аят Разикович Миннеханов, был точно таким же - с суровым тяжёлым взглядом, немногословным, посвятившим свою жизнь бизнесу и семье. Да и мама, Гульназ Ибрагимовна, была сродни ему - хоть она и посвятила себя дому и детям, но не было в ней того душевного тепла, что присуще многим женщинам. Казалось, она скорее хозяйка большого дома, чья главная цель- смотреть за тем, чтобы всё в нем было идеально, работало точно часы, единым слаженным механизмом. Этакая современная валиде-султан со светским налетом.

Сначала я даже не понравилась ей в качестве невестки, и лишь твердое решение мужа заставило её смолчать, спрятав собственное мнение под холодной улыбкой. Но теперь , спустя два года, что я была замужем за её сыном, наше общение стало более-менее сносным. Она приглашала меня на все семейные торжества, часто даже рисуясь перед родственницами примерно в таком плане " вот, с моей подачи сын нашел хоть и русскую, но воспитанную почти в наших традициях- скромная, тихая, домашняя". Дарила драгоценности, всякий раз требуя надевать их на каждое такое мероприятие. А ещё ....ещё едва ли не каждую неделю интересовалась, когда же я подарю ей внука или внучку, приводя в пример то одну, то другую невестку знакомых , что в ее версии едва ли не за свадебным столом родила здорового пухлощекого ( а то и двоих) карапуза.

А вот отец, как ни странно, принял меня почти сразу, хоть на первое знакомство я шла на ватных трясущихся ногах, полагая, что именно от него услышу нечто вроде " эту дворняжку - и в нашу уважаемую семью?!". Да и сама встреча рисовалась мне чем-то вроде вызова на ковёр. Аят Разикович, угрюмый и недовольный, сидит в огромном кабинете, где я- точно песчинка в море, и задаёт каверзные вопросы, а после, оборвав на середине, требует, чтобы я покинула их дом и никогда не смела впредь подходить к нему ближе чем на сто метров. Каково же было мое удивление, когда на ужине именно Аят Разикович следил, чтобы я поела, не смущалась, а после, отпустив прислугу, велел своей жене " угощать гостью". Как он полузагадочно объяснил, это - первый и последний раз, ведь скоро будет совсем наоборот. И только после свадьбы, совершая обряд подношения родителям, где новобрачная с поклоном угощает новоиспечённых свёкра и свекровь собственноручно испеченным хлебом, я поняла, о чем он тогда говорил. Получается, свекр изначально знал о планах сына? Впрочем, о чем это я? Разве у них принято приводить в дом не невесту, а просто девушку? И, всё же, воспомирания о том времени до сих пор заставляют невольно поежиться. Сколько нервов, сколько неуверенности в себе, в будущем, в Дамире, хоть он ни единого раза не давал повода усомниться в серьезности намерений...

-Хорошо, тогда закажем его. - задумчиво вожу пальцем по экрану планшета - Ей идеально такой набор подойти должен по цветовой гамме к столовой. И доставка здесь быстрая, день в день. Мы можем сегодня ей его отдать, чтобы завтра она уже могла стол украсить? Как думаешь?

Вижу, как Дамир морщится точно от зубной боли:

-Я не могу сегодня.- коротко бросает он- Дел много. Я и завтра на несколько минут заеду..

-Я...но мы же...- слегка опешиваю от того, что он отказывает, по сути, не мне, а матери. У той так просто не пропустишь семейного праздника- Мы же договорились поехать сегодня. Вместе.- уточняю зачем-то, видя, как растет недовольство мужа.

-Ну что ты хочешь, Арина?! Мне бросить все дела и таскаться за тобой как собачка?!- психует он, резко вставая с кресла. Отшатнувшись, машинально съеживаюсь, хоть и знаю, что он никогда в жизни не поднимет руку на женщину. Заметив мой невольный жест, Дамир злится ещё больше:

-Бл...дь, Арина, ну что ты дёргаешься! Съезди к маме, передай ей поздравление от нас двоих, скажи, что буду завтра - да и все.

У Гульназ Ибрагимовны всегда два дня рождения - один, домашний , для родных и близких, другой, основной, для друзей и партнёров мужа по бизнесу. И чтобы кто-то мог пропустить " домашний"?! Да там уважительной причиной даже природный катаклизм не всегда мог быть. Должен присутствовать и чествовать именинницу. И никак иначе. Поэтому я удивлённо таращусь на мужа, а он, понемногу обуздав свое недовольство, в пару шагов преодолевает расстояние между нами. Обхватив мою голову ладонями, наклоняется, целуя в лоб:

-Прости, малыш, небольшие проблемы с делами. Ты у меня- умничка, и сама справишься за двоих, а завтра я приду на подстраховку, договорились?

И, не дождавшись ответа, размашистым шагом выходит из комнаты.

А мой вечер превращается в мучительные раздумья - теряю ли я мужа или же наоборот, накручиваю себя почём зря. Да, он отдаляется, и этого невозможно не заметить. Стал все больше времени проводить на работе, и без того не романтик, сейчас и вовсе перестал мне отвечать " люблю" или просто говорить комплименты. Даже в супружеской постели у нас... полный штиль, хоть я и стараюсь держать себя в форме. Всегда с лёгким макияжем днём, в гардеробе нет домашних бесформенных маек или штанов с вытянутыми коленками. К вечеру переодеваюсь в красивый комплект нижнего белья или сексуальную ночную рубашку, подчас даже сама испытывая неловкость за то, что приходится вот таким вот нарядом соблазнять своего же мужа. Но Дамир, который совсем недавно невольно замирал, с жадностью глядя на то, как я нарочито медленно втираю крем в тело, сейчас просто хмуро листал новости или требовал приглушить свет, мешающий уснуть. А иногда и вовсе уходил в другую спальню, мотивируя это тем, что завтра важный день, и он должен хорошо выспаться. Словно бы я когда-то мешала это сделать?! Однажды я сильно обиделась на подобное, но Дамир даже не дослушал моего возмущения, оборвав недовольно:" Арина, прекрати вести себя как избалованный маленький ребенок! Ты уже - взрослая замужняя женщина! Мне нужно работать, содержать семью. Одной любовью сыт не будешь!". И все равно ушел. Правда, ещё и примерно с неделю после он ночевал в другой спальне, а со мной перебрасывался буквально парой слов. Зная наперед, что я не выдержу такой морального прессинга- прибегу мириться первой. Так и случилось. Испекла его любимый сливовый пирог, ждала точно собачка у двери, разве что тапочки в зубах не держала. Больше молчала и улыбалась - за что и получила смягчение условий отбывания наказания равнодушием. Меня похвалили и обняли, в эту ночь мы даже занимались любовью...

А, с другой стороны, частенько заставляла себя хотя бы попытаться взглянуть на ситуацию с другой стороны. Аят Разикович постепенно отходит от дел, оставляя все сыну. Естественно, Дамир должен стараться, должен показать, что он заслуживает и отцовского доверия, и бизнеса, что тот годами строил. А тут я. Вместо помощи - одни упрёки. Вместо понимания того, что уставший и измотанный муж пришел домой, желая лишь покоя и отдыха- мое нытье и недовольство, упрёки, упрёки, упрёки. Тут любой озлобится.

Другая часть моей натуры возмущённо кричала, что я ведь не требую от него тусовок, походов в рестораны, клубы, не делаю ничего предосудительного - я просто прошу своего мужа уделить мне хоть немного времени. Времени вдвоем. Пускай это будет совместный просмотр фильма или сериала, на середине которого я усну, или же просто прогуляться по саду у дома, на который я потратила столько времени, лично создав проект, а потом выбирая растения и деревья. Или, может, просто уснуть, как бы это банально ни звучало, в обнимку. Но в последнее время отчего-то чувствовалось, что Дамир рядом со мной только из какой-то мучительной для него необходимости. Словно бы и сам факт моего существования для него неприятен. Да и в общении теперь часто срывался или огрызался, не грубо, но так, как раньше не позволил бы себе никогда. Такие частые перепады настроения, усталость, раздражительность стали повседневной обыденностью, новой реальностью. Вот только я не желаю с ней мириться!

-Вот, смотри, маме только не говори, ладно?- точно собачка преданно заглядывает мне в глаза Фидан, моя шестнадцатилетняя золовка- В нем пойду на выпускной. - она хитро подмигивает мне, вскакивая с кровати. Ультракороткое зелёное платье, полностью покрытое пайетками, переливается искорками в её вытянутых руках.

-Ну, как?- она прикладывает его к себе, чуть оглаживая по бедрам- Круто ведь, а?

Я качаю головой:

-Круто-то круто, но разве тебе разрешат пойти в нем?- отвечаю, а сама нервно поглядываю на темный экран телефона. Сегодня мне удалось упросить Дамира заехать хотя бы на полчаса, но вот уже время, а его всё нет, и на звонки то не отвечает, то недоступен. И сообщения в мессенджере не прочитаны.

-Ты меня не слушаешь совсем!- недовольно фыркнув, Фидан спешит к зеркалу, оглядывая себя со всех сторон - Я же сказала - она и знать не будет. Мы с Мирой договорились- переодеваюсь у нее. И туда, и обратно. Тем более, мне разрешили заночевать у Мирки, так вообще идеально. Мама все равно считает, что после девятого выпускной лишь у тех, кто уходит из школы. Так что она не придёт. А папа ...

Телефон вибрирует, я тут же бросаюсь к нему под презрительный смешок Фидан. Она никогда не понимала ни моего раболепства, как она называла мои старания угодить её брату, ни его холодности, часто пытаясь отчитать его. Естественно, тут же сама получала гневную отповедь, но при этом новых попыток не оставляла. Фидан всегда была на моей стороне, в ее лице я обрела младшую сестренку, о которой всегда мечтала.

-Что ты за ним как собачка на привязи?- учит меня будущая одиннадцатиклассница, отчего тень обиды скользит по моему лицу. Неужели у нас все так плохо, что это всем со стороны видно? А ещё мне стыдно. Стыдно, что маленькая девочка учит меня, взрослую дурочку, как манипулировать мужчинами. Нет, Фидан- очень милая и порядочная девушка, у нее даже парня нет и быть, собственно, не может. Но это не мешает ей своим характером и внешностью обеспечить себе титул самой неприступной красавицы в их элитной гимназии. Наверно, учись я там вместе с ней, была бы той самой серой мышкой на контрасте.- Выключи телефон, да и всё.

-А если он звонить будет?- смахиваю пальцем уведомление, о том, что абонент снова в сети, заставляя себя хоть для приличия выждать пару минут, не кидаясь сразу набирать заветный номер.

-Пффф, - ухмыляется Фидан, отбрасывая платье в сторону, и направляясь к гардеробной- Скажи, " ой, извини, зарядка кончилась, наверно. Не заметила.". И всё. Ему и сказать нечего тебе будет, и покажешь, что тебе и без него прекрасно. А так ты бегаешь за ним...- Фидан, осекшись, поворачивается ко мне с парой туфель в руках - Извини, я не хотела - краснеет она.

Расстроенная тем, что все мои сообщения в мессенджере теперь в статусе " прочитано", но остались без ответа, машинально киваю.

-Как думаешь, какие лучше?- Фидан поднимает кверху руки с зажатой парой туфель в каждой. Она смешно кривляется, помахивая руками точно весы- Ну? Эти - она поднимает чуть выше правую руку, в которой держит светло-золотистые туфли- или эти?- теперь вверху левая, с черными лаковыми босоножками.

-Я... эммм....нууу- тяну я, не зная, как сказать, что обе пары совершенно не подходят к этому платью, и не обидеть девочку. Но Фидан лишь смеётся, отбросив их к платью, прямо на пол. И снова устремляется в гардеробную.

-Вот видишь.- доносится оттуда ее приглушённый голос, прорываясь через хлопанья дверцами шкафов- Твоя проблема в том, что ты всегда думаешь о других больше, чем о себе. Поэтому ты привыкла подстраиваться под других, жить так, как хотят видеть они. Даже в мелочах. Боишься кого-то обидеть, не оправдать чужих ожиданий, хочешь быть хорошей для всех.

Меня так и подмывает высказать этому доморощенному маленькому психологу всё, что я думаю насчёт такого панибратства. Но я понимаю- она не со зла. Характер у нее такой, сложный, как и у всех Миннехановых. Да и, что уж тут скрывать, она полностью права.

-О, смотри, какие нашла!- довольно улыбаясь, она идёт ко мне в каком-то подобии обуви. Такие " ходули" - с прозрачным низом, высоким каблуком и добрым десятком сантиметров под мыском подойдут лишь стриптизерше, но никак не девочке шестнадцати лет. Гордо выпятив грудь, она проходится по комнате, слегка пошатываясь.

-Откуда у тебя такие?- интересуюсь, не скрывая удивления.

-Заказала.- просто объясняет она, указывая пальчиком на свой телефон, лежащий на прикроватной тумбе.- Ну так как тебе?

-Ни одни тебе не подходят. Это вообще не обувь, а...- набираюсь я смелости, но закончить не успеваю. Дверь в комнату открывается, и на пороге появляется Гульназ Ибрагимовна. Ее цепкий взгляд проходится сперва по мне, а потом устремляется к дочери.

-Это что такое?! - кивает она на ноги Фидан- Ты куда так собралась?- недовольно поджимает губы, скрещивая руки на груди

-Никуда. Это приданое собираю, чтобы мужа соблазнять потом.- дерзко отвечает Фидан, зная, что этим злит мать. Конфликт из-за учебы и замужества у них постоянный. Фидан, отказываясь жить по замыслу матери, которая после школы мечтает сразу выдать замуж непокорную дочь, хочет окончить университет, работать, жить своей жизнью- Пойдут? - она намеренно вульгарно проходится перед матерью, оттопырив пятую точку назад. И тотчас же падает на пол, держась за щёку, на которой багровеет след от ладони.

-Дрянь! И ещё в мой праздник! Сегодня сидишь в своей комнате, попробуй только спуститься вниз.- шипит Гульназ Ибрагимовна, ни капли не жалея Фидан, в глазах которой блестят слёзы.

-Она не хотела.- мне трудно видеть, как сильный обижает слабого. Пускай даже этот сильный действует как родитель, переживающий за свое неразумное дитя. Нельзя ведь так!

-Арина, ещё ты не лезь!- коротко бросает мне свекровь - Пойдем вниз, там все уже собираются.- приказывает она тоном, не терпящим возражений. Я поднимаюсь, зажав в руках телефон. С сочувствием гляжу на Фидан, что храбрится, пытаясь скрыть слезы. И выхожу следом за свекровью.

***

-Арина,- говорит мне та уже на лестнице, не оборачиваясь, плывя впереди точно горделивая пава. Спина прямая, холеная- Я бы попросила тебя впредь сообщать мне о том, как ведёт себя Фидан. А не поощрять подобного. Ты- взрослая замужняя женщина ( все будто сговорились мне об этом напоминать!), у тебя скоро будут свои дети. И ты поймёшь, как это сложно - их растить. Особенно...- она молчит, давая возможность мне спуститься к ней, в изножье лестницы - Если ребенок непокорный, с характером. Мальчику это ещё можно простить, ты ведь сама знаешь. Но девочке...- она многозначительно смотрит на меня, выжидая. Я , не выдерживая напряжения, киваю, что-то мямля о своем согласии. Взгляд свекрови немного теплеет:

-Ну вот и отлично.- натянуто улыбаясь, она хлопает меня по плечу- А теперь пойдем в гостиную, нам ведь нужно всех встречать.

Гостей собирается много. Кто-то бы сказал, что это - прием, но это- обычный семейный ужин для Минеханновых. Только вот тихим его не назовешь - все приезжают с детьми, отчего дом наполняется гулом детских голосов. Встречая гостей, улыбаюсь и произношу заезженные слова приветствия, так и чувствуя, как свекровь сверлит меня, " пустую" невестку недовольным взглядом.

-Арина, отлично выглядишь. А где Дамир?- целует меня в щеку пухлая улыбчивая Диля, ссаживая с рук сына- карапуза, который тотчас бежит к другим детям. В приоткрытой двери одной из больших гостиных видно, как развлекают огромными мыльными пузырями собравшуюся вокруг них ребятню аниматоры в костюмах Смешариков.

-Он приедет чуть позже, работа. - вежливо отвечаю, в глубине души уже и не веря, что Дамир сможет выкроить хоть немного своего времени. Диля качает головой:

-Занятой. Вечно они, мужчины, все в делах.

Её Саид владеет двумя торговыми центрами. И кучей любовниц.. Это знают все, начиная с самой Дили. Для меня подобное было шоком, когда при мне она с ещё одной родственницей начала обсуждать новую любовницу мужа. Женщины смеялись, говоря о том, что очередная женщина, предыдущая его любовница, не смогла удержать внимания любвеобильного Саида. Я тогда растерялась, не зная, что и делать. Сбежать, чтобы не слышать такого интимного и личного, или же остаться - возможно, я не так услышала, поняла. При мне , из вежливости, почти все говорили на русском. Но Дильбар тогда только рассмеялась, заметив ужас на моем лице. И объяснила, что она даже счастлива, что у мужа есть любовница. Гораздо страшнее, если бы он заявил, что приводит в дом вторую жену. А так даже лучше - она сама хозяйка в доме, никто не указывает, муж не должен разрываться между домами. Ещё и муж, как нагрешит очень уж сильно, приходит домой ласковый, покладистый, обязательно с дорогими подарками или предлагает внепланово где-то отдохнуть, хоть они и так почти круглый год на море летают.

И когда я, по наивности своей, сглупила, спросив про любовь, о том, как же она может спокойно смотреть на измены того, кого любит, почти все присутствующие в комнате женщины дружно разразились смехом. После, сквозь выступившие от смеха слезы, они объясняли мне, что у них такого понятия нет. Любовь для них- это уважение, это долг, это ежедневное исполнение своих обязанностей. Женщина отвечает за дом, а мужчина - добытчик. А любовь - это глупость, которой морочат мозг глупым девочкам других наций, обещая жениться. Тут, к их чести, они замолчали, и наступил уже их черед смущаться . В конце все решили, что я давно уже ' их', ведь и женой Дамира, и частью их семьи стала, а потому слова меня не касались, на том и порешили.

Гости шли, приветствуя меня комплиментами и шутками, я улыбалась в ответ. После они направлялись к Гульназ Ибрагимовне, что стояла, принимая поздравления, чуть поотдаль. Три больших стола позади нее ломились от ярких пакетов, коробок и свертков с подарками. А внизу стояли вазы с водой, спешно заказанные загодя. В них нанятый на вечер персонал ( свекровь очень щепетильно относилась к присутствию в доме чужих людей, поэтому постоянной прислуги у них не было. Только приходящая. Или вот , как сейчас, нанятая на пару вечеров) расставлял подаренные букеты. Да и меня свекровь не то, что наняла- выставила перед гостями вперёд себя не просто так. А чтобы свести на нет оставшиеся пересуды о том, что " не на своей женился" сын. Показать, как послушна невестка, как чтит традиции, дом, старших и семью. И, естественно, я китайским болванчиком все время улыбалась и кивала гостям, принимая комплименты.

С каждым встреченным гостем мой взгляд грустнел. Не придёт. " Ну, он ведь заранее предупредил. Не сможет. Работа. Зато завтра будет"- попыталась скормить внутреннему голосу очередную сказочку для его самоуспокоения, но отчего-то нехорошее предчувствие не покидало. А вдруг он ехал и попал в аварию? Вдруг что-то случилось, поэтому и на телефон ответить не смог? Нет, так и до невроза, до паранойи недалеко.

Пройдя к одному из столов с подарками, краем глаза заметила Фидан. Наверху лестницы, с грустью взирала она на толпу раз в пух и прах родственников, на всеобщее веселье.

И такая злость разобрала, что я резко развернулась и направилась к одной из групп гостей. Не желаю быть частичкой этого бала лицемерия. Устала. Но, едва сделала несколько шагов, как меня ласково окликнули.

-Валида-апа, - улыбнувшись, поздоровались с маленькой сухонькой старушкой, тетей Аята Разиковича. Она растила его с самого детства, заменив ему мать. Хорошая, добрая женщина. Островок правды в море фальши.

-Ариночка,- тепло улыбнулась она в ответ- Ты не устала? Столько времени на ногах. Может, пойдем присядем за стол? Или ты мужа ждёшь?- окинув меня проницательным взглядом, отошла от кумушек- Арина, я знаю, не время и не место сейчас, но ты не переживай. Все у вас будет хорошо. Дамиру сейчас нелегко, Аят ему спуску не даёт в делах. Доверие он восстанавливает.

Я кивнула, не ответив, потому что слышала об этом много раз. И почти никогда- полную версию. Отчего же он потерял его, отцовское доверие? Даже сам Дамир только злился в ответ на расспросы, говоря о том, что всё уже хорошо, что они просто поссорились. Аята Разиковича или Гульназ Ибрагимовну я же попросту не решалась расспрашивать о таком. А Валида, хитро блеснув глазками, уходила от ответа всякий раз, стоило мне поднять эту тему.

-Валида-апа, там Фидан в своей комнате. Ей выходить запретили.- пожаловалась я, нервно сцепив руки в замок. С одной стороны, я и вправду не имею права лезть в отношения родителя с его ребенком, с другой мне просто было жаль девочку, что не получала материнской ласки ни капли. Наоборот, сперва я видела, как Фидан отчаянно пытается её заслужить - учится на отлично, исполняет всё по дому, слушает родителей. Но после, когда бедная девушка поняла, что ласки от матери ей не видать, начался обратный процесс. Фидан словно провоцировала мать на откровение. На открытое признание в том, что её не любят. Это было, конечно же, на так. Гульназ Ибрагимовна ее любила. Просто по-своему, иначе, нежели хотела бы дочь.

-Опять? - сверкнула глазами Валида. А после, отставив бокал с шампанским на одну из ближайших стоек, направилась к моей свекрови - Гулечка! - громогласно объявила она, прекрасно зная, как Гульназ Ибрагимовна ненавидит, когда её так называют.- А где же наша Фидан? Я уже везде искала ее, нет. Где внучка моя любимая?!

Свекровь, нахмурившись, оглянулась вокруг. Сообщить всем, что наказала дочь- значит, разрушить идеальный образ семьи, что пестовала столько лет. Но и спускать с рук непослушание не желала, видимо, раз на лице её на пару мгновений отразилась борьба. Наконец, она натянуто улыбнулась:

-Апа, ну ты же знаешь Фидан- не может выбрать, в чем выйти. - ни капли не смутившись, солгала она. А после, пробежалась глазами по залу, остановившись на мне.- Арина, сходи, пожалуйста, поторопи Фидан.

Уже после, выждав немного времени, свекровь бесцеремонно оттащит меня в сторону, потребовав, чтобы я поднялась к Фидан, сообщив той удобную версию- объяснить, почему она не спустится ко всем. А ещё свекровь больно щиплет меня чуть выше локтя, шепотом сообщая, что если я ещё раз вмешаюсь в их с дочерью дела, то она больше не никогда не займет мою сторону при конфликтах с мужем. Словно бы она когда-то её занимала. И как она заметила то, что я пожаловалась? Кажется, эта женщина знает и успевает все.

-А-риии-наа,- раздался над ухом раскатистый низкий мужской голос. Тигран. Троюродный брат мужа. Он точно специально выбрал время, когда почти все вышли в сад, чтобы насладиться салютом. Я же использовала это время для того, чтобы ещё раз пройтись и без того натянутым нервам - позвонила Дамиру. Естественно, он не ответил, хоть и был в сети. Поистине садо-мазохистская зависимость возникла между нами, нарастая как снежный ком - ему не нравилось, когда я часто звоню, беспокою на работе, а я же, едва услышав его недовольный тон, нуждалась во всё большем подкреплении своей уверенности в том, что меня всё ещё любят. Я звоню- на меня рычат? Я кладу трубку, но, спустя время, звоню снова. И снова. И снова. Лгу даже самой себе, что мне нужно уточнить/передать/спросить. А на самом же деле я ожидаю тепла в его голосе, крохотного " я тебя люблю", не выбитого буквально под пытками. Дальше всё становилось хуже, трансформировалось в игнор с его стороны и назойливость- с моей. И, хоть умом я понимала, что продолжать действовать, продолжать жить так, как живём мы сейчас,- путь в никуда, а всё равно звонила, писала первой. О моей навязчивости в семье даже за спиной ходили шутки, да и в глаза порой высказывали, что даже их женщины так не зависят от мужчины. "Найди себе какое-то занятие, Арина. "- часто, хмурясь, советовала мне свекровь- " Мужчинам не нравится, когда женщина - точно открытая на ладони книга "- поучала она- " Займись чем-нибудь, чтобы не висеть постоянно на телефоне, ожидая, пока муж наберёт. И у него интерес снова появится". Эти наставления было обидно и больно выслушивать, ведь нередко в них проскальзывала суть происходящего - меня разлюбили. То, чего я никак не желала принять. То, о чем больно и страшно было думать.

Подняв глаза, встретилась с тяжёлым взглядом его темных глаз.

-А почему ты одна?- мне кажется, или все сегодня будто сговорились. Словно знают, что у нас с Дамиром в последнее время все не очень гладко.

-Дамир. Он...на работе задерживается, поэтому...- промямлила я, попутно оглядываясь назад. Нужно уйти или, хотя бы, выйти туда, где есть люди. Хоть Тигран теперь и стал моим родственником, и пребывания с ним наедине не осудил бы никто, но мне самой было некомфортно рядом с ним. Этот мужчина внушал мне подозрения, как бы я ни пыталась осадить свою мнительность. К тому же неприятный момент из прошлого всплывал в памяти, стоило ему оказаться рядом. Тогда, под предлогом того, что выйдет на улицу покурить, он направился к выходу, но, увидев меня на кухне, поспешил войти. То, что он тогда говорил, как распускал руки - осмелься я тогда озвучить это Дамиру или семье, и Тиграну навсегда отказали бы от дома. Но, испугавшись, что Дамир сцепится с братом, а вся семья, поругавшись, ополчится на меня как на виновницу их раздора, я промолчала. Теперь и не знаю, верно ли поступила тогда. Потому что Тигран стал ещё наглее, ещё напористее при наших, слава Богу, редких встречах. Может, решил, что мне вообще пришлись по душе его приставания, и только из страха перед родными и мужем, я колеблюсь?

-На работе? Он устроился на работу?- хмыкнул Тигран, придвигаясь ближе. Его темная шелковая рубашка переливалась, когда двигались мышцы рук, плечи. Вообще, Тигран - высокий красивый мужчина с атлетической фигурой. Он привык нравиться женщинам, а ещё, как мне кажется, смущать их. Вот и меня он избрал своей жертвой лишь потому, что ему нравится моя реакция - смущение, нервозность, попытки уйти. Точно хулиган, что задирает непременно самого слабого. Сумела бы я дать отпор, смогла бы парой едких фраз поставить его на место- и он вмиг потерял бы интерес, переключившись на новую жертву.- Странно, а я и не знал об этом.

-Ну, у...себя...У отца...- в мыслях я перебирала варианты, как поскорее и повежливее закончить разговор.

-Его отец сейчас здесь, на празднике его матери. С родными. Странно, что Дамир не смог прийти, верно? Ведь он- сам себе хозяин. - лениво бросил Тигран, пристально меня разглядывая.

-Я....Он...Будет завтра. Он будет завтра. А сейчас мне нужно идти, извини. Гульназ-апа просила помочь.- и я поспешила обратно в большой зал, моля Господа, чтобы Тигран не направился следом. Сам того не ведая, он озвучил мысли, роящиеся в моей голове уже довольно долгое время. Но, в очередной раз их отогнав, нацепила дежурную полуулыбку, и вышла к гостям.

***

-Доброй ночи, Арина.- свекровь, довольная и уставшая, не дождавшись ответа, развернулась и направилась к лестнице, чтобы подняться к себе. Я же, выждав некоторое время, прошла сквозь ароматное буйство красок в гостиной, букетов, подаренных на день рождения, проскользнув на кухню. Набрав на большой остатков фуршетных блюд, аккуратно завернула в салфетку кусок торта, присоединив его к остальной еде. И также тихо прошмыгнула по опустевшему дому обратно к лестнице, точно мышь прокравшись наверх. На цыпочках дойдя до комнаты Фидан скребусь в дверь, надеясь, что свекровь не дошла в гневе до абсурда, не закрыла дочь в комнате. Но вот спешные шаги раздаются по полу, а, спустя мгновение, дверь медленно открывается, являя мне заплаканное лицо Фидан. Сердце сжимается от сочувствия, Фидан- яркая маленькая искорка, вечно улыбающийся счастливый ребенок. И видеть её такой непривычно, тяжело. Но тут же на ее лице скользит робкая улыбка:

-Это мне?- кивает она на поднос, жадно оглядывая его.

-Да, только быстрей пропусти меня.- тоже шепчу в ответ, оглядываясь. С Фидан я будто несколько лет скидываю, становясь подростком. Вот сейчас свекровь застукает- и влетит обоим. Поэтому спешу проскользнуть в комнату. Поставив поднос на столик, воровато оглядываюсь на дверь. Та уже закрыта, а Фидан спешит ко мне.

-Блин, икра. Круто!- усевшись на край кровати, Фидан без стеснения начинает запихивать в себя кулинарные изыски кейтернинговой компании, а я лишь прячу улыбку. Такая искренняя радость икре в семье, где при желании ее можно есть хоть каждый день?

-Вкуснота. - выносит вердикт Фидан, утолив поверхностный голод. При этом её жадный взгляд направлен на масляный шоколадный бок торта.- Эх, а вилки нет? - с сожалением тянет она, как будто отсутствие этого столового предмета может её смутить или как-то помешать.

-Ну, извини, как-то не успела прихватить. Могу Гульназ Ибрагимовне набрать, пускай принесёт.- беззлобно поддеваю ее, отчего Фидан фыркает, закатив глаза.

-Ладно, и так съем. Сейчас только, руки вымою.- кивает она в сторону двери в ванную, что находится прям в ее комнате.

Я пожимаю плечами, не вникая в логику шестнадцатилетки- зачем их мыть, если она уже отлично ела руками. Их ведь моют до, с другой стороны, лучше помыть, чем не помыть вовсе. Поэтому, усевшись прямо на пол у кровати, опускаюсь щекой на влажную прохладу шёлкового покрывала, и прикрываю глаза. Когда-то и у нас с Дамиром будут дети, вот такие милые, веселые, шумные. Приносящие ворох проблем и радости одновременно. А пока ...

-Эй, ты тут не засыпай. А то и тебя в комнате закроют, если у меня найдут.- вдруг раздается надо мной встревоженный голосок Фидан. С трудом разлепив веки, прищуриваюсь. Вот это да, я, кажется, отключилась от усталости.

-Да, действительно.- бормочу больше себе, чем ей, поднимаясь с пола.- Я пойду, а то устала очень. Спокойной ночи, Фидан.

-Спокойной ночи.- эхом отзывается она, провожая меня задумчивым взглядом.

Ночью мне не спится. Гипнотизируя взглядом то экран телефона, никак не желающий показать мне звонок или сообщение от мужа, то луну, печально плывущую по небу. Хочется взвыть раненой волчицей. За что так!? Что происходит с нами? И есть ли эти " мы" вообще ? Сегодня, кажется впервые, я допустила хоть малейшие крохи принятия того, что муж меня разлюбил. Перестала прятаться за " он устает", " нервы", " работа". Не желаю больше слушать советы родни навроде ' Да тебе просто скучно. Родить тебе нужно'. Нет. Как можно родить в браке, который, по-видимому, обречен?

Слезы текут из глаз сами собой. Мне больно, мне так больно....Осознавать, что тебя разлюбили. Что ты стала чем-то вроде ярма на шее, ненужной, надоедливой, навязчивой. Той, с кем и дышать одним воздухом неприятно, но приходится. Сердце сжимается, рыдания рвутся наружу, и я до боли прикусываю губу, чтобы не разрыдаться в голос. В семье моего мужа так не принято. У них все напоказ. Здесь очень много значения придают тому, что ты показываешь. А ещё - осуждают. Скажут не в лицо, а за глаза. Или же посмеются , показушно посочувствуют, но так, чтобы не было возможности счесть это за обиду. Если хоть кто услышит, как плачу ночью, обязательно будут насмешничать над свекровью, что измучила бедную невестку. А на ночь у нас осталось несколько семей, и, хоть они в гостевом крыле, но всякое может быть.

Когда я уже засыпаю, в дверь раздается тихий стук. Сердце так и порхает в груди. Дамир?! Смог! Приехал. Зря я себя накрутила! А не звонил- просто не хотел беспокоить, не зная точно, когда приедет.

Едва не падая, откидываю одеяло, в котором запуталась, и бегу к двери. Щелкаю выключателем, открываю - и замираю, щурясь от яркого света. Тигран. В домашней футболке и темных брюках, явно свекру принадлежащих. Пьяный, смотрит насмешливо. В руках - бутылка шампанского и два бокала. Он слегка поднимает их вверх, и кивает на ...кровать позади меня. Точно издеваясь спрашивает двусмысленно:

-Пустишь?- и делает шаг вперёд. Я едва успеваю упереться ладонями в его большое мощное тело, не позволяя ему пройти дальше.

-Тигран, ты что делаешь? Иди спать, пожалуйста. - шепотом пытаюсь воззвать к его здравому смыслу, понимая, что нельзя его провоцировать.- Пожалуйста, иди спать.

Он пьяно улыбается, скользя по мне жадным взглядом, отчего нестерпимо хочется прикрыться. Хоть на мне и самая моя целомудренная закрытая пижама, взятая специально для ночёвки в родительском доме.

-С тобой?- предсказуемо выдает, а затем перекладывает бутылку и один бокал, роняя другой на мягкий ворс ковра, в одну руку. Другой же тянется к моему лицу. Большим пальцем медленно проводит по скуле, пока я пытаюсь побороть нервную дрожь и одновременно со страхом ожидаю, что вот-вот кто-то услышит нас. Боже, какой будет скандал. Позор! Что же делать.

-Красивая, стерва.- шепчет он, обдавая пьяным дыханием- Красивая и холодная как лёд.

-Уходи.- отстраняюсь, пытаясь закрыть дверь. Это движение вызывает в нем какую-то детскую обиду.

-С Дамиром ты такая же? Не удивляюсь, почему одна ночуешь, пока твой муж ночами где-то пропадает.- бьёт жестокоми словами, с издёвкой глядя на меня.

Эти его слова будто разом дыхание выбивают. Возвращая в тот мерзкий мучительный кошмар, в котором живу в последнее время. И я, сама себя не узнавая, шагаю ближе. Мягко, плавно покачивая бедрами. Ближе, ещё ближе. Поднимаюсь на цыпочки, наслаждаясь слегка ошалевшим выражением его лица, обнимаю его за шею, притягивая к себе. Чувствую, как грудь скользит по его твердым мышцам. И прямо в ухо выдыхаю, томно, с желанием в голосе:

-С ним я другая. Горячая настолько, что можно сгореть. - трусь щекой о его щетину, еле заметно веду бедрами, чувствуя, как он тут же напрягается, замирая в моих руках. Его же руки расставлены в стороны. Мы будто поменялись ролями. Теперь он- растерянный большой мальчик, а я же- коварная насмешливая соблазнительница. Упиваясь чувством победы над своим давним и, пожалуй, заклятым врагом, сильнее прижимаюсь к нему и шепчу - Но тебе такого не светит.- уже насмешливо добавляю, резко отстранившись.

И быстро отступаю назад, хлопнув дверью практически перед его носом. Моё сердце так бешено стучит, словно сейчас вырвется из груди. Пульс зашкаливает. Что на меня нашло? Что со мной? Зачем я так поступила? Руки и ноги от нервов дрожат так, словно стометровку пробежала на скорость.

Прислушиваюсь- по ту сторону двери тихо. Ни шагов, ни движения. Но я знаю- он всё ещё там.

Наконец, спустя пару секунд, говорю себе забить и забыть о произошедшем. Не будет ведь Тигран ломиться в двери моей спальни. Постоит и уйдет. А если и нет, то двери закрыты, я ни в чем не виновата. А его опьянение и бутылка красноречиво укажут всем, кто виноват.

Впрочем, чуть позже я слышу звук удаляющихся шагов. И меня накрывает ...эйфория. Я победила! Победила! Заставила врага бежать, сломя голову! Спешу к кровати, запрыгивая на нее как маленькая девочка. Падаю на спину, раскинув руки и ноги, и хохочу как безумная.

К утру за завтраком меня ждут целых две хороших новости. Первая- уехал Тигран. Сославшись на какие -то очень важные и неожиданно возникшие дела, а второе - приехал мой муж. Высокий, красивый, он сидит на кухне, завтракая с семьей. Слабо мне улыбается. Когда я вхожу в столовую, встаёт и отодвигает для меня стул. На его лице - следы усталости, но он тут же возвращается к прерванному разговору с отцом касаемо общих дел. И мне становится стыдно за свои подозрения, он ведь работает. Это я так привыкла сидеть дома, что уже и забыла, как это вымывает - работа, дела, нервы. Естественно, по приходу домой хочется покоя и уюта, а не выноса мозга на тему " мы так отдалились друг от друга".

После завтрака мы идём прогуляться по саду. Краем глаза отмечаю, как Фидан в школьной форме спешит к воротам, где ее уже ждёт машина с водителем. Она, замечая нас, машет нам рукой. Мы машем в ответ.

-Пойдем, посидим в беседке?- предлагает муж, обнимая меня за талию. Я кидаю, растворяясь в его прикосновениях. Настроение чудесное, душа просто поет. Да я бы сидела где угодно, хоть на раскаленной сковороде, лишь бы рядом с ним.

Дамир ведёт меня по аккуратной дорожке вдоль красивых розовых кустов. Когда мы оказываемся в беседке, муж садится на скамейку, а меня усаживает к себе на колени.

-Скучала?- спрашивает, глядя прямо в глаза.

Я кидаю, стараясь не заплакать от переполняющих эмоций. Вот, вроде бы, только что была на седьмом небе от счастья, а сейчас отчего -то плакать хочется. Дамир, заметив это, хмурится. Он не любит, когда я плачу, выясняю отношения. Иногда кажется, что ему не нужна жена. Ему нужна послушная кукла, запрограммированная на веселое настроение и лёгкий нрав. Та, что будет встречать с улыбкой и тапочками в зубах.

-Я хотел позвонить, видел пропущенные.- его руки скользят вдоль моей спины, вызывая приятные покалывания, импульсы счастья, тут же устремляющиеся в мозг. Эндорфиновый всплеск накрывает с головой. - Но когда освободился, было уже поздно набирать тебе. Решил просто утром пораньше приехать. - он замолкает, глядя куда-то перед собой.- Ну, как ты тут? Справилась?- в его голосе усмешка, мы оба знаем, что спрашивает он не о приеме, а больше о том, что я должна прислуживать его матери, быть ее негласной правой рукой, вот только без полномочий, с одними обязанности. Так принято. Невестка всегда подчиняется свекрови. И Гульназ Ибрагимовна этим вовсю пользуется, иногда просто затем, чтобы развлечь себя или лишний раз показать, кто в доме главный. Естественно, в женской его половине.

-Справилась.- грустно улыбаюсь я- Вчера опять Фидан наказали, ты мог бы...- я нервно тереблю кончиками пальцев пуговицу на его рубашке- Поговорить с мамой.

-Опять?- недовольно кривится он- Что она на этот раз сделала?

Я пожимаю плечами:

-Ничего особенного. Кажется, слегка надерзила матери.

Дамир кивает:

-Хорошо. Я поговорю с ней.- его пальцы описывают круги на моем бедре, а ещё я чувствую, как напрягся его член- Я тоже соскучился.- он прижимается ближе. И тут же замирает.- Пойдем в спальню.

Я качаю головой, хоть и сама на взводе:

-Вот и посидели в беседке.

Он усмехается, вновь напоминая мне того веселого и смешливого парня, за которого я вышла замуж:

-Что поделать, если у меня такая красивая жена? - а затем подхватывает на руки, пронося мимо садовника, что с усмешкой глядит на нас.

В доме, к своему счастью, мы не встречаем никого на пути к спальне. Уложив меня на кровать, Дамир закрывает дверь изнутри, раздеваясь на ходу. Кивает на мою одежду:

-У тебя минута, или будешь ходить по дому голая, потому что эти шмотки порву к херам.- мне и смешно, ведь со стороны всё выглядит и звучит точно как в начале какого-то порно, и приятно - я смогла так завести мужчину. И не просто мужчину, своего мужа! Ведь зачастую они довольно быстро насыщаются тем, что приходится " есть постоянно". Приедается, наскучиваем. Все мое плохое настроение выветрилось, улетучилось под жадным взглядом его темных глаз.

Несколько движений - и я остаюсь в одном лифчике и трусиках. Он, в одних боксерах, невероятно сексуально смотрящихся на его подтянутой фигуре, подходит ко мне, поднимая с кровати. Мы целуемся страстно, бешено, точно одержимые. Его руки скользят по моему телу, проникают под тонкую ткань бюстгальтера, под резинку трусиков. Я уже влажная, безумно его хочу.

Сминая мои ягодицы, он подается вперёд так, что я чувствую всю силу его желания. В свою очередь намеренно скольжу напрягшейся грудью по его груди, отчего будто микроток проскакивает меж нами. Муж тихо стонет мне в губы " хочу тебя".

Освободив в одно движение меня от бюстгальтера, он склоняется к моей груди. Его горячий язык скользит по коже, заставляя меня дрожать от удовольствия. Я вцепляюсь в его плечи, чтобы не упасть.

Когда он толкает меня на кровать, падая сверху, а после коленом раздвигает ноги, его рука тянется к тоненькой полоске моих стрингов, чтобы сдвинуть их в сторону. "Не могу ...больше... ждать"- равно выдыхает он, жадно вбирая мои ответные стоны губами.

И тут звонит телефон. Улетевшим в нирвану сознанием успеваю заметить, что мелодия другая. На всех звонках у него стоит обычная мелодия от производителя, а здесь - какая-то лиричная музыка. Или мне уже кажется, и эта музыка играет в моей голове?

Муж тут же замирает. Телефон продолжает звонить. Выругавшись, он бросает мне " я сейчас", и, подняв боксеры, идёт к телефону. Я слежу за ним глазами, слишком разгоряченная, чтобы что-то соображать. Вижу, как он заносит палец, сбрасывает звонок. А после, уже когда почти вернул телефон обратно, на кресло, где валяется в беспорядке его одежда, вдруг замирает, что-то бегло читая. Бросает на меня быстрый взгляд, и набирает номер.

-Что случилось?- почти рявкает в трубку, на его лице неподдельное волнение. Слушает, что ему отвечает, а затем бросает короткое " Еду. Скоро буду".

Сбрасывает звонок, поворачиваясь ко мне. Я не успеваю скрыть разочарования в глазах, но он, похоже, этого и не замечает.

-Проблемы возникли. - коротко бросает мне, наспех натягивая вещи.- Я должен ехать.

-На работе?- отчего -то глупо переспрашиваю, силясь унять обиду. Для него я всегда буду на втором месте после работы.

-Что?- переспрашивает он, не оборачиваясь.

-На работе проблемы?- глухо повторяю, прикрывшись покрывалом.

Непонимание отражается на его лице, а затем он кивает:

-Да. Я не буду брать водителя, доеду сам. А он отвезёт тебя домой вечером, если не захочешь остаться тут.

-А ты...- начинаю я похоже риторический вопрос о том, вернётся ли он сегодня, но Дамир уже открывает дверь, спеша на выход.

Когда он уходит, я ложусь на спину, равнодушно глядя в потолок. Внезапно воспоминается Тигран - вот и карма прилетела, так? Нельзя заводить людей просто так. Даже если эти люди- мерзкие родственники твоего горе-муженька. Нет, не так. Особенно если эти люди - мерзкие родственники твоего горе-муженька.

Ни слез, не сожаления. Я выжата как лимон. Пульс понемногу успокаивается, напряжение отпускает. Я задумываюсь- что должно случиться с бизнесом, чтобы просто " слезть с жены", рванув на работу? Пожар? Внезапная налоговая проверка, что вскрыла множество махинаций лет этак на 10? Уверена, что нет ни первого, ни второго. Коварные конкуренты, что сделали какую -то грандиозную подлянку? Вряд ли ... Да и такого не было никогда. "Это просто позор мне как женщине" - бьёт набатом шальная мысль. До чего же нужно быть нежеланной, чтобы с тебя вот так вот вскочили и уехали по делам? Вот теперь приходят и слезы. Всхлипывая, стыжусь саму себя- как посмела поверить в то, что желанна. Как ещё какую-нибудь минуту назад захлебывалась от гордости, что муж так хочет меня до сих пор.

После пытаюсь немного почитать, но раз за разом перечитываю страницу - и к её концу забываю, что читала. Наконец, бросаю это бессмысленное занятие. И тут же услужливая память подбрасывает мне разозленное лицо Тиграна. Он ненавидит проигрывать, не любит, чтобы всё было не так, как он того желает, как он решит. Помню, когда я ещё не знала его, за столом обсуждали какого-то " брата Дамира". О том, как он участвует в уличных гонках по ночам, хоть сам работает в ГИБДД. " Он просто любит побеждать"- отшутился тогда Аят Разикович. А сегодня я поняла, о ком была речь. Да, Тигран обожает побеждать. И страшно представить, что он может сделать с тем, кто вырвет желанную победу из его рук.

Понимая, что второго дня среди родни мне не выдержать - их сочувствующих взглядов, их семейного счастья напоказ, где мужья вместе с женами, где дети, я иду на невероятное - говорю свекрови о том, что мне плохо, тошнит все утро. Та, аж схватившись за сердце, сперва с недоверием глядит на меня, а затем тихо шепчет:" Ты думаешь, это...". Я говорю, что пока не знаю, не уверена, но она уже не слышит. Пытается уговорить меня остаться у них, под присмотром, но я ссылаюсь на то, что вечером будет снова шумно. А я хочу отдохнуть. Нахмурив брови, она кивает. Отправив домработницу собрать мои вещи, она тут же звонит водителю. Взяв с меня обещание сразу же, как сделаю тест, написать, она не отходит до того момента, пока водитель не звонит, что приехал. Мне становится ужасно стыдно, что приходится так поступать. Но сил оставаться здесь, чтобы смотреть на чужое счастье, нет.

Спускаюсь вниз, устало направляясь к выходу. За мной спешит Гульназ Ибрагимовна с сумкой готовой еды для меня и сумкой с моими вещами. Вручив это всё водителю, пока я надеваю обувь, она даёт ему указания, что меня следует везти очень аккуратно и не спеша. Словно бы когда-то он вёл иначе. Обняв и расцеловав меня на прощание, она напоминает ещё раз, чтобы написала. На ее лице столько счастья, что я понимаю, в какой угол себя загнала. Нужно было придумать что-то другое. Да и на душе скребёт, что свекровь больше рада тому, что образ идеальной семьи не разрушится бездетностью молодых, что ей, всё-таки, не придется отвечать на расспросы родных и знакомых о том, когда же её образуют внуками.

***

Дома я выключаю телефон, чтобы выиграть хоть немного времени. Знаю, что свекровь сейчас как на иголках. И с моей стороны было подлостью так обнадёживать её, но в свое оправдание скажу, что никак не ожидала такой реакции. Гульназ Ибрагимовна то и дело говорила, что если все окажется правдой, то я преподнесу ей самый лучший подарок на день рождения.

Уныло скитаясь по квартире, навожу порядок, протирая несуществующую пыль, переставляя местами вещи, чтобы хоть немного абстрагироваться от тяжёлых мыслей. Несколько раз меня всё же кроет - и я бегу включать телефон, только для того, чтобы проверить, не было ли звонков или сообщений от мужа. Их нет. А вот свекровь звонила несколько раз. Снова выключаю телефон - скажу потом, что уснула, а телефон был на зарядке.

Позже вспоминаю, что так и не разобрала сумку с едой. Рассовывая по холодильнику контейнеры с ароматными блюдами, понимаю, что дальше меня саму съест совесть. Нужно позвонить свекрови. Она так радуется, так надеется, даже отношение разом изменила. Когда я включаю телефон, то в глубине души все ещё надеюсь, что Дамир хотя бы написал. Но ничего нет. А вот свекровь берёт трубку почти после первого гудка, словно бы носила всё это время телефон с собой. Я сообщаю ей, что не беременна, но Гульназ Ибрагимовна держится за хрупкую надежду. " Может, тест неправильно показал. Такое может быть на ранних сроках". Но я обрываю её надежды тем, что сделала несколько. И результат один. Тогда уже она сдается, снова возвращаясь к прежней холодности, быстро прощается со мной, словно бы я в очередной раз не смогла оправдать её ожиданий. Что же, с её стороны, видимо, так и есть- не особо желанная невестка, с сыном все чаще порознь, мать ведь замечает подобное. А ещё и внуков родить не может, такое, конечно же, бьёт и по самолюбию, ведь свекровь привыкла негласно быть везде первой. А так каждая из её ровесниц- уже счастливая бабушка, многих и не по одному разу осчастливили невестки. Только я- пустоцвет.

Включаю какой-то сериал, усаживаясь на диване с куском шоколадного торта, хоть сейчас не хочу ни первого, ни второго. Какое-то ощущение потерянности, словно вся моя жизнь не имеет смысла. Зачем я живу? Если как жена не устрааиваю, как бы ни старалась. Как мать не состоялась, как невестка тоже - не мечта.

Звонок телефона возвращает в реальность, спасая от ставших опасными мыслей. Кристина. Ещё одна беда в моей жизни. Подруга и бывшая однокурсница. Девушка, вечно попадающая в истории.

-Привет, Ариш!- едва беру трубку, начинает она таким мягким голоском, что я понимаю- предчувствие меня не подвело.- Ты сейчас что делаешь? Помощь твоя нужна. Ты не у Грымзель Рахитовны?- издевательски коверкает она имя-отчество моей свекрови, хоть я не раз просила так не делать, даже обижалась пару раз. Но Кристина- это Кристина. Она вообще считает, что я тухну в доме у Миннехановых.

-Привет, я дома. Что случилось?- взволнованно задаю встречный вопрос, делая звук телевизора тише.

-Да тут такое.... В-общем, я ехала себе нормально, ну, ты знаешь, я, если и превышаю, то только там, где никого нет. Да и вообще, я же аккуратно вожу. А он говорит....- сбивчиво затараторила она в трубку, почти задыхаясь от объема выдаваемых слов в секунду.

-Подожди, подожди.- улыбнулась, понимая, что ничего из ряда вон не произошло. -Тебя опять перед отцом прикрыть? Сама ведь знаешь, он сейчас явно у наших.- ее отец, довольно известный в нашем городе бизнесмен, был приглашен на прием. Кристина не пошла из принципа- принципа довести отца до белого каления. У них вообще взаимоотношения странные. Она как будто подсознательно мстит ему за то, что он не смог спасти мать, погибшую, когда Кристина была совсем ещё ребенком.

-Нее, тут хуже.... чуть-чуть...- добавляет она - Я в отделении.

В отделении?!

-Кристина, что случилось?! - взрываюсь я- Что произошло?!

Она моей смерти хочет? В голове проносятся самые кошмарные мысли, вплоть до невероятных - за что её задержали? Что делать?

-Да не кричи ты. Ок все. Я тут просто....это....мен...полицейскому одному нагрубила. ДПСнику...- по мужскому голосу сзади и резко изменившемуся тону подруги понимаю, что тот, кому она нагрубила, рядом.- У тебя же там... Этот ....Ну, родственник работает.

Я хмурюсь- кто из наших родственников работает в ГИБДД? Когда почти все в бизнесе, вернее, даже все. И тут точно мороз по коже продирает- Тигран! И не просто работает, он- заместитель начальника ГИБДД по области. Он мог бы решить всё в один миг и без ненужной огласки. Ведь я так понимаю, что штраф выписан, а забрали её только за то, что как обычно вела себя вызывающе....Иногда мне кажется, что Кристина просто не любит мужчин вовсе, боится их. Вроде, и начинаются отношения у нее - и тут же она сама спешит их закончить, отчего все считают её холодной бездушной стервой, которой нравится коллекционировать чужие сердца.

-Я ....ммм...А других вариантов нет?- обдумываю, как бы помочь ей, минуя Тиграна. Особенно, после всего, что случилось. Да и откуда у меня его номер? Возможно, позвонить мужу, а он сам - брату? Но ведь Дамир " ужасно занят". Да и сегодня я не хотела звонить вообще, впервые устав от того, что действительно бегаю за ним как привязанная.

-Есть. Сейчас папу вызвонят, пробьют, чья дочь. И всё. Фиг ты меня больше увидишь. Сошлет. В Америку.- грустно выдает она, зная, куда бить. И, хоть для бедного обывателя фраза ' сошлет в Америку' звучит как оксюморон вроде " горячий снег" или " темный свет", но я понимаю, о чем речь. Отец давно пугает ее тем, что пошлет учиться в местный университет на манер пансионата для взрослых. У него есть связи и, что главное, деньги. А Кристина ведь так и не закончила учебу. В свои двадцать один у нее лишь школа и первый курс, на котором мы и познакомились.

Я обречённо киваю, сдаваясь.

-Хорошо. Вышли мне, где ты и все, что сможешь - должность или звание, имя.

Она радостно хмыкает:

-Ну сразу бы так. А то тут ещё и телефон забрать могут, лишь бы повы...делываться. Сейчас всё скину. - добавляет она, сбрасывая звонок.

И действительно, спустя минуту приходит сообщение в один из мессенджеров. Пробивая в интернете, кого она обидела, понимаю, что я обречена. Без Тиграна тут действительно не обойтись. Она нахамила местному начальнику отделения. Вернее, сперва, видимо, простому сотруднику, что привез ее туда. А дальше уже сорвалась- и пошла по нарастающей.

И такая злость накатывает- ну вот как так можно? Ведь когда-то ей попадется тот, кто будет менее воспитан и порядочен, кто не станет решать проблему с помощью закона, кто не посмотрит, что она - девушка.... Нужно быть мягче, спокойнее. И тут же стыжусь своего порыва - у нее ведь нет матери. Нет ни примера, ни того, кто бы всё это объяснил. Отец сбрасывал её на нянь, да и то, уже тогда они менялись как перчатки, ведь дочь только через провокацию могла добиться его внимания. Впрочем, видимо, и сейчас все так и осталось.

Немного успокоившись, всё же звоню Дамиру. Трубку не берет, пишу сообщение о том, что срочно нужно помочь подруге. Напрямую спрашивать номер мужчины, пускай даже и родственника, не принято.

Спустя несколько минут получаю сообщение от Кристины. " Спасай. Тут пздц!". Лаконично и ёмко, что сказать. Начинаю искать информацию о Тигране, но нахожу скупые сведения о месте работы и только рабочий номер, да и тот указан как " номер для записи на прием". А прием- раз в неделю.

Пока брожу туда-обратно, думая, что же делать, проскакивают предательские мысли набрать отца Кристины. Он всё решит за 5 минут. Но так подставить подругу не могу.

И тут озаряет - да у меня ведь был его номер. Когда-то давным-давно он звонил мне, чтобы я отдала ключ от ворот в родительском доме охране, а он бы забрал его позже. Это было ещё до его мерзкого поведения, а после я нашла его номер в контактах и занесла черный список.

Да, номер найден. Разблокировка, несколько секунд медитирую над телефоном, не решаясь набрать. Но беру себя в руки и набираю. Гудок, ещё гудок, ещё один-промежутки между ними кажутся вечностью, инстинкт самосохранения вовсю требует класть трубку. Ну, не берёт он телефон, что же теперь делать? Я, со своей стороны, все, что могла, сделала.

-Арина?- раздался его удивленный хрипловатый голос в трубке- Мне это снится?

Приказав себе успокоиться и не вестись на провокации, начала:

-Здравствуй, Тигран. У меня подруга попала в отделение, что-то с сотрудником ГИБДД там вышло. Оскорбление....или подобное.- выдаю на автомате кусочки из ранее подготовленного текста, ибо целым он выветрился из головы в ту же секунду, когда Тигран взял трубку.

-Так, уже интереснее. Я думал, ты мне позвонила, потому что вчера сглупила, отказав мне? Извиниться там, новую встречу назначить А ты сейчас помощи просить будешь? - его издёвки, как всегда, не имеют границ. Я ведь- жена его родственника!

-Тигран, пожалуйста. Я очень тебя прошу. Это действительно важно, она - моя лучшая подруга. И только ты один помочь можешь. - захожу с другой стороны, зная, как мужчины падки на лесть.

-Надо же, с виду такая тихая, Арина.- его бархатный голос обволакивает, точно удав гипнотизирует беспомощного кролика. - А такая продуманная. Вот только я- не мальчик, чтобы попросила, задобрила парой красивых фраз- и я полетел твои проблемы решать. Знаешь, сколько у меня таких каждый день? Глазки в пол, " давайте договоримся?". Нееет,- протянул он- Мне нужно кое-что взамен....

-Что?- нервно сглотнув, спрашиваю, замерев. Я ведь знала, кому звоню? Знала. Беспринципному, грубому хаму. Так почему теперь меня обдает смущением так, что щеки горят?

-Ну, сама подумай. Ты ведь- умная девочка.- откровенно издевается он- Дело серьезное, оскорбление сотрудника. Сейчас за такое сажают...

-Что ....бы...ты....Что бы ты хотел.... взамен?- почти пищу в трубку, задержав дыхание, жду ответа.

-Тебя. - коротко бросает Тигран. Коротко и ясно.

Растерявшись, не знаю, что ответить. Да и разве на подобное можно что-то ответить? Мне полагается прийти в ужас, бросить трубку...А я...

-Меня?- переспрашиваю, хватаясь за искорки угасающей надежды. Мне послышалось. Мне просто послышалось! Ну, пожалуйста!

-Да. Ты мне будешь должна.- тут же, уже спокойнее и без издёвки в голосе, продолжает.- Сейчас вытащу твою острую на язычок подружку, а после решим с долгом.

-Но я...- мысли путаются, я никак не могу взять в толк, чего же он хочет от меня. И, в то же время, прекрасно это знаю. Безумие какое-то. Просто безумие!

-Вот и договорились. - на заднем фоне у него слышится недовольный женский голос, требующий " заюшу вернуться в постель". Тигран что-то быстро и недовольно отвечает, а затем раздражённо прощается, напоследок требуя полные данные по Кристине. Я отправляю их в сообщении и жду...

А уже спустя час, наполненный до краев переживаниями и бессмысленными звонками Кристине, которая не берет трубку, она сама перезванивает. Крича в трубку о том, какая я крутая, и что она в шоке от того, почему я раньше не говорила, что могу все решить по щелчку пальцев. Ее отпустили, ещё и извинения принесли, а того сотрудника, что задержал, понизят в должности.

Прощаюсь с ней, а сама холодею- вот и начался отсчет до часа расплаты. И я, почему-то, уверена, что Тигран стребует по полной.

Немного позже прихожу в себя- нужно просто рассказать мужу, пускай решают между собой. Да, так и сделаю.

Но если бы я знала, что у мужа тоже есть, что мне рассказать...

Муж не приезжает весь следующий день, по телефону удается получить скупое " Я занят". Свекровь тоже не звонит, хоть до этого настоятельно просила приехать помочь с подарками. Их всегда бывает невероятное количество, нужно разбирать и сортировать- что-то сразу же относить в один из гаражей, теперь переоборудованный под кладовку, чем-то, приглянувшимся ей, вместе громко восхищаться. А что-то сразу же отправлять в стопку ненужных подарков, их передадут в благотворительный фонд, с которым семья Миннехановых давно сотрудничает.

Ожидание томительно, поэтому я выхожу погулять в парк, расположенный практически у дома. Там чинно прогуливаются мамы с колясками, счастливые степенные пары с мороженым или сладкой ватой в руках. Отцы катают детей на качелях, а те заливисто смеются. Меня накрывает такое блаженство, что даже слезы невольно смахиваю- вот он, смысл жизни. Возможно, Дамир действительно прав. Мы ведь уже не подростки, которым нужны всплески эмоций, постоянные заверения в любви. Которые не думают о будущем, о важном, а живут лишь настоящим. Мы- семья, он- муж, глава семейства, что зарабатывает ради нас, я- жена, что следит за домом. И мне действительно не хватает только ребенка. Тогда всё наладится, встанет на свои места. Я не буду навязывать мужу свою непомерную любовь, внимание, сосредоточившись на малыше. Дамир будет рад, что у него есть дочь или сын, он много раз говорил, что ему не важно, кто у нас родится. И не понимает дураков, что всенепременно хотят " наследника", как они громко заявляют. Нет, он будет рад и дочке, и сыну одинаково. И любить будет также.

-Девушка... здравствуйте.- задумавшись, не замечаю, как ко мне обращается молодой парень, неловко косясь на окружающих - увидели ли те, как я игнорировала его попытки заговорить.

-Здравствуйте.- отвечаю, уже вставая со скамейки. Потому что прекрасно знаю этот взгляд. Он означает, что со мной хотят познакомиться. И настроены решительно, а, значит, простым " я замужем" не отделаешься. И парень подтверждает догадки:

-Извините, я вас ещё на входе ... заметил...Вы очень красивая...Можно ли...Я хотел бы ...с вами... Познакомиться?- наконец, выдает он, краснея ещё больше.

Смотрю на него, и становится смешно. Он младше меня на несколько лет, возможно, в его глазах мы- ровесники, но для меня, замужней взрослой женщины, он- точно ребенок. Аккуратно, чтобы не обидеть, не задеть его мужского достоинства, для которого важна уверенность в себе и своих силах, отказываю:

-Спасибо за комплимент, но я замужем.- и что-то будто в голову ударяет - И у меня только недавно двойня родилась. Вот, с няней оставила, вышла на улицу на пять минут, передохнуть от криков. А это ещё старшие со школы не пришли- тогда дома вообще кошмар что творится ...- делаю " замученное" лицо.

Парень, становясь совсем пунцовым, нелепо извиняется, округлив глаза так, что те из орбит, кажется, вот-вот выпадут. " Двойня- это хорошо"- выдает он, прежде чем ретироваться. А я с гордостью сажусь обратно на честно отвоеванную лавочку.

-Ловко вы его.- смеётся старушка с соседней лавочки - Я тоже, когда молодая была, всё думала- ну разве они не понимают, что иногда нам и просто погулять хочется, а не знакомиться. Нет, лезут со своим " вашей маме зять не нужен?".

И, с успехом прогнав неудачливого ухажёра, я все же попала в плен бабушки, что, пересаживаясь ко мне на лавочку, тут же начинает рассказывать мне истории из своей молодости. Впрочем, я ее против, мне интересно ее слушать.

Прощаемся мы уже как хорошие знакомые, она даже диктует мне свой адрес и берет обязательство прийти на чай с пирогом.

Заходя домой, первым делом натыкаюсь взглядом на обувь мужа в прихожей. Сердце так и подпрыгивает- он дома!

Быстро раздеваясь, спешу в комнату, откуда слышны звуки, - и замираю на пороге. Дамир собирает вещи в большой черный чемодан, лежащий раскрытым на кровати.

-Привет.- глупо выдаю, глядя на то, насколько он хмур и серьёзен. Что-то, всё -таки, случилось. Настолько плохое, что ему придется уехать, чтобы всё решить? Так спешил, что мне не набрал, увидев, что я дома? Неужели бы и уехал вот так, не попрощавшись?

-Привет.- отвечает он, переставая бросать вещи как попало в чемодан.

Я подхожу ближе, не зная, как начать разговор. Почему-то гложет сильная обида- я не вижу его все чаще и чаще. Теперь вот уезжает. Стараюсь сдержаться, чтобы не выглядеть сварливой, но прорывает.

-Ты надолго?- киваю на чемодан. Дамир чуть грубовато отвечает, кивая на кресло:

-Сядь, Арина.

Я сажусь, не понимая, что произошло. В голове скользит нехорошее предчувствие, вдруг вообще все связано не с делами? Плохо кому-то из многочисленной родни? Или даже хуже, кто-то умер?

-Я ухожу от тебя. - говорит он, глядя мне прямо в глаза. И в этот момент, могу поклясться, я буквально вижу, какое облегчение он испытывает.

Я гляжу на него в ответ - и ничего не могу сказать. Мой мозг, моё сердце просто отказываются принять эту информацию. Принять, осознать, прожить. Сейчас я будто со стороны наблюдаю за нами. Будто какую-то мелодраму смотрю. Так ведь в реальной жизни не бывает?! Это же так дёшево и пафосно одновременно, так заезженно, вот это " я ухожу от тебя". Нет, не бывает! Не бывает! Боже, пускай это будет дурной сон. Шутка, какой-то мегапранк, да что угодно, только не правда!

-Арина?- щелкает он пальцами у моего лица, кривясь от недовольства.- Я серьезно, я подаю на развод.

Впитывая жадным взглядом каждую родную черту, с сожалением отмечаю, какой же он в этот момент красивый...Красивый и чужой. Что-то внутри подсказывает - это не шутка, не начало какого-то мега-сюрприза. Он серьёзен как никогда, но, самое главное, это облегчение. Проклятое облегчение, что сквозит во всем его поведении, читается во взгляде. Точно он сбросил тяжёлую давнюю ношу, расправил крылья....чтобы вспорхнуть и улететь навсегда.

-Как ты мог?- выдаю, обхватив себя руками. Меня трясет как в лихорадке. - Как ты мог так с нами?

Я всё ещё не верю, что человек, которого я любила, мог так поступить. Человек, что обнимал меня по ночам, утыкаясь носом мне в макушку. Что часто в переписках называл меня "мандаринка", потому что когда-то пошутил " Аринка-мандаринка", а после моего такого же шутливого недовольства стал называть так постоянно. Человек, что планировал, какие имена мы дадим нашим детям....сейчас стоит напротив меня с нескрываемым отвращением на лице глядя на мои слезы.

-С нами?- начинает он, приближаясь.- Ты хоть знаешь, чего мне стоили эти " мы", а? - он рявкает так громко и неожиданно, что я вздрагиваю. О чем это он?

Видя мою реакцию, он сжимает руки в кулаки, глубоко вдыхая. А после отходит обратно, усаживаясь на кровать.

-Спроси у своего любимого свёкра на досуге, как он заставил меня жениться на тебе.

-Заставил жениться?- переспрашиваю, глотая слёзы.

-Ага. Твой папаша - выплёвывает он- Спас моему жизнь. Дважды. В армии сперва. Потом пришел к моему телохранителем работать. И закрыл его собой, когда конкуренты расстрелять пытались.

Мой отец? Я знала, что он погиб на работе, знала, что он был чьим-то телохранителем. Но вот о том, что он был телохранителем отца моего мужа даже не слышала. Никогда при мне эта тема не поднималась. Мама, что умерла, когда я была совсем маленькой, не любила расспросы об отце вообще- она любила его до конца своих дней, и даже "сгорела от тоски", как говорили многие наши знакомые о ее смерти. Сотрудники же детского дома, куда меня забрали после её смерти, говорили грубее, " спилась". Хорошо, что тетя забрала меня оттуда довольно быстро.

-Да, представь себе. Взамен мой папаша наобещал твоему с три короба- что помогать тебе станет, вместо отца будет. И забил. Говорил, что найти тебя не мог , тебя же тете отдали. Потом в детдом, как она умерла. Но под её фамилией.

Да, моя тетя действительно изменила мою фамилию на свою, потому что боялась- опека может отнять меня в любой момент, ведь она сама была на инвалидности, для нее самой требовался опекун. Поэтому тетя старалась по максимуму перестраховаться.

-А потом ты нашлась.- выплёвывает он со злостью - И всю жизнь мне похерила, Арина.

Я в ужасе смотрю на него- откуда столько ненависти? Словно Дамира подменила, и это не мой муж говорит сейчас все эти ужасные вещи.

-Да, наша хорошая девочка не знала?- издевательски тянет он- Папаша заставил на тебе жениться. Угрожал лишить всего. Здорово ведь- должен он- а расплатился я! А ты мне нахер не сдалась! У меня- его взгляд теплеет- Уже была девушка, мы любили друг друга. А тут- ты. И отец- его взгляд темнеет- Выбрал бездомную дворняжку, предпочел тебя родному сыну!

-Но почему...почему ты не отказался?- нахожу в себе силы спросить. Он хмыкает:

-Ты Аята не знаешь? Да меня бы вышвырнули без копейки. И за что- за непонятную русскую девку?!- зло добавляет он.

Меня как огнём обжигает от незаслуженных злых слов:

-Ты все это время....Ненавидел меня...получается, так? Ненавидел?

Он успокаивается:

-Нет. Я же не совсем урод. Я честно пытался полюбить тебя, Арина. И даже какое время был счастлив с тобой, но ...Я не смог. Невозможно заставить себя полюбить, пойми. Тем более...- его руки нервно подрагивают на коленях- Аида беременна.

Я взгдрагиваю, услышав это имя. Я знала, что у мужа была связь до нашей встречи. Девушку звали Аида. Его отец был против, потому что она вела себя очень непорядочно. Гуляла со многими, выпивала, курила- даже один из этих фактов навсегда закрыл бы ей путь в семью Миннехановых.

Однажды, когда мы были в ресторане с мужем, буквально в первые недели после свадьбы, к нам подошла девушка, что сходу начала оскорблять мужа, кричать, что Аида не хочет жить, во всем виноват он. Назвалась сестрой Аиды. Конечно, ее тут же вывела охрана, а муж сказал тогда, что не виноват, если она не желает принять - они расстались навсегда, он женат. После того раза я как одержимая стала собирать буквально по крупице информации о его бывшей девушке. Даже фотографию нашла- очень красивая. Яркая, темноволосая, с дерзким взглядом. Я действительно серая мышь по сравнению с такой. Но так, как больше она в нашей жизни не появлялась, я успокоилась. Оказалось, зря.

-И когда вы....успели?- всхлипнув, спрашиваю абсолютный бред. Зачем мне эта информация? Зачем травить душу?

-Ты помнишь, когда мы только поженились?- потеряв ко мне всякий интерес равнодушно продолжает муж, витая мыслями далеко отсюда. - Она ведь тогда таблеток наглоталась, еле спасли. Потом её родители увезли заграницу. Чтобы от меня подальше была. Но она вернулась год назад.

-Год назад...- эхом повторяю я.

-Да. Я не буду тебя больше обманывать. Мы сразу стали встречаться снова. В первый же день, как она вернулась. Потому что я понял, что потерял. - на его лице ходят желваки, а взгляд жёсткий, злой.- Теперь никто не сможет мне ничего сказать. Ни отец, ни кто иной. Я пахал все время как проклятый, поэтому у меня теперь есть, с чем уйти и куда. И если отец снова выберет тебя- он недобро прищуривается и ухмыляется- Пускай тогда сам женится. Второй женой берет.

Ему смешно, а мне хочется рыдать в голос. За что он так со мной?! Не может высказать обиду в лицо отцу- решил на мне отыграться?! Но я-то в чем виновата? Я ведь не знала правды! Ужасной, невероятной в своей жестокости правды.

Разве я согласилась бы на то, чтобы женить кого-то на себе насильно? Разве я не верила в искренность Дамира, когда он впервые признался мне в любви? Зачем он так? Если кто и пострадал во всем этом безумии, то не только он один!

-Я ведь ничего не знала! Ничего!- восклицаю с болью в сердце. Приложив руку к груди, смотрю на него сквозь пелену слез.

-Это и бесит!- огрызается он- Я бы бросил тебя сразу, но ты же у нас- ангелочек, блядь! Чувствовал бы себя последней сволочью. А потом Аиду увезли. Кстати,- с издёвкой в голосе спрашивает - Ты ведь знаешь, что мне сказал наш правдоруб Аят Разикович? Он соврал, что Аида таи вышла замуж, родила. Здорово же, да? Ложь во благо или как там?

-Подожди, - вполголоса выдыхаю, припоминая.- Ты же говорил, что Аида тебе изменила?

Дамир мгновенно вспыхивает, мне даже становится страшно от того, насколько он зол. И вся эта злость направлена на меня:

-Нет!- рявкает он, отчего я вздрагиваю.- Она мне не изменяла. А вот я тебе- да. Много раз, и не только с ней. С тобой в кровати даже не по кайфу! Лежишь как бревно.

И вдруг точно пелена с моих глаз спадает- смотрю на него- и тошнота подступает к горлу. Как же мерзко, как недостойно мужчины. Неужели нельзя уйти молча, не унижая, не унижаясь?

Встаю, выходя из комнаты, Дамир что-то кричит вслед. Кое- как бреду на кухню. В сумке, стоящей на полке в прихожей, звонит телефон. Кто бы это ни был, но мне сейчас крайне необходимо человеческие общество. Общение. Хоть с кем-то, иначе ...хочется просто шагнуть в окно.

-Привет, должница.- насмешливо тянет Тигран, едва я беру трубку.

-Привет.- выдыхаю из последних сил, прислонившись спиной к двери.

Тигран, будто моментально считывая моё настроение, уже серьезно спрашивает:

-Арина, что-то случилось?- в его голосе неподдельная тревога.

И я будто в пропасть падаю:

-Приедь, пожалуйста. Забери меня. Я дома.

Он не спрашивает, куда. Зачем. Что случилось. Нет . Он просто отвечает:

-Буду через минут тридцать у твоего подъезда.- и сбрасывает.

Моё сердце так отчаянно бьётся, что я боюсь " поймать инфаркт", как часто выражается Аят Разикович, когда в очередной раз разгребает ворох проблем по бизнесу.

Хочется, чтобы все было шуткой. Вот сейчас войду в комнату к мужу, а он с цветами и улыбкой сообщит, что мы едем в отпуск. Но едва я приближаюсь, как слышу его разговор...с Аидой. С ней даже его голос меняется. Он ласковый, нежный. Пожалуй, со мной он был таким лишь в первые несколько месяцев после свадьбы.

Я одеваюсь точно робот. Машинально, не видя ничего вокруг себя. Бесшумно выскальзываю из в одночасье ставшей постылой квартиры и даже ключи с собой не беру. А зачем? Это больше не мой дом. Здесь все было не моим... Каждый с такой любовью и вниманием подобранный элемент декора- мне ведь не хотелось, чтобы Дамир видел дома бездушный вариант современного интерьера, каждая мелочь, сувениры и фото из наших совместных поездок на отдых, подарки, в основном украшения, что он дарил в первые годы брака...Все это оказалось чужим, украденным, взятым в долг у незнакомки по имени Аида...

Не скрою, мне отчаянно хочется, чтобы Дамир бросился следом. Сказал, что все было шуткой. Или попытался вернуть меня, потому что внезапно осознал, как сильно любит. Мне даже " ты лучше неё" подошло бы. Да, я готова стерпеть, простить, попытаться построить новое счастье на осколках старого...Вот только никому это не нужно. Дамир таким нежным, таким ласковым голосом разговаривает с ней, что это лучше признания убеждает меня в одной простой истине - он её любит. Мне бы понять, что я - не плохая, не пустышка, которую терпели, ненавидя каждый миг. А я чувствую себя просто грязью под ногами. Нелюбимая жена, не желанная невестка. По крайней мере, мать Дамира хотя бы была честна, сказав мне сразу, в первый же день знакомства, что не о такой невестке мечтала. Но примет выбор сына и волю мужа. А дальше я своим старанием и покладистостью заслужила признание. Свекровь, родня приняли как свою, правда, о чем почти каждый раз напоминали, словно это было великим одолжением с их стороны мне. Впрочем, Дамир ведь сказал о безродной дворняжке.

Выхожу на улицу, щурясь от солнца. Вокруг все наполнено смехом, суетой, гулом машин на шоссе за домом. Все куда-то спешат. И лишь для меня мин будто замер, остановился. Внутри меня - руины. Душа выжжена напрочь. Я ничего не чувствую. Когда-то читала, что в экстремальных или шокирующих ситуациях психика человека так оберегает его от того, чтобы ненароком не сойти с ума. Прячет все эмоции и чувства до той поры, когда человек хоть на каплю осознает и примет случившееся. Но как? Как можно принять то, что вся твоя жизнь была ложью? Что твой любимый человек ненавидел тебя каждую минуту, что находился рядом. Теперь перед моими глазами проносятся все моменты, которых раньше я не понимала. Его неожиданно возникающая злость, когда я спрашивала, с кем он так долго говорил на лоджии ночью. Или то, как он грубо обрывал меня, когда я просила приехать побыстрее с какой-нибудь длительной командировки ( да и командировка ли это была?). "Арина, я работаю, а не развлекаюсь!"- злился он тогда, бросая трубку. Оказалось, всё же, развлекался....

-Встанут посреди дороги, не обойти!- слышу, как недовольно ругается женщина. Полоснув меня злым взглядом, она берет немного в сторону, чтобы обойти. Следом за ней спешит ещё одна, кидая на меня презрительный взгляд. " Да она под чем-то, Надь! Не связывайся.".- громким шепотом выдает подруге, и уже они обе спешат от меня подальше.

Медленным, почти механическим шагом дохожу до ближайшей скамейки, будто на автопилоте, ведь мозг упрямо отказывается принимать ужасающую реальность. Опускаюсь на нее, тупо уставившись взглядом на свои руки. Дрожащие пальцы с проклятым кольцом. Отчего-то именно оно кажется мне виновником всех бед. Сорвав его с пальца, зашвыриваю куда-то в пышную клумбу перед подъездом, краем глаза замечая, как с подозрением косится на меня один из охранников нашего жилого комплекса, стоящий неподалеку. Он смеряет меня долгим любопытным взглядом, будто прикидывает, что предпринять, если я и дальше продолжу вести себя неадекватно.

Встаю, направившись к воротам. На задворках сознания всплывают всё новые и новые теперь только мучительные воспоминания. Едкая обида заполняет лёгкие так, что больно дышать. Зачем всё это? Почему мне кажется, что я просто стала разменной монетой в противостоянии отца и сына? Разве мог свекр, всегда добрый, всегда до одури правильный, заставить сына расплатиться по своим счетам? Да и согласился бы Дамир на подобное? Ведь не каменный век на дворе.

-Арина! - окрик заставляет меня вздрогнуть. Обернувшись, замечаю Тиграна, что спешит ко мне. Боже, я ведь и забыла, что в полубессознательном состоянии попросила его приехать. Вот только он- последнее, что сейчас мне нужно.

-Арина, постой же ты!- рявкает он, хватая меня за руку. Замечая на моем лице слезы, хмурится.- Что случилось? Это из-за меня? Ты мне ничего не должна, успокойся, я пошутил.

Я качаю головой, удивляясь тому, как раньше не замечала неприкрытого эгоизма в мужской половине этой семьи? Один разрушил мой мир, мою жизнь - и видит лишь только свое горе, свои проблемы. Другой заставил первого жениться на мне, прекрасно понимая, что свою совесть тем самым успокоил, исполнив обещание, пускай и таким довольно странным образом, а что будет с теми, кого он свёл, по сути, насильно ( по крайне мере, со стороны Дамира) - не важно. В конце концов, припугнет тем, что наследства лишит. Теперь Тигран- считает, что вокруг него мир вертится, и я могу переживать лишь из-за него, человека, с которым и встречалась -то от силы пару раз.

-Арина, что, блядь, происходит?- встряхнул он меня, а я лишь ещё больше расплакалась. Как сказать чужому, по сути, человеку правду? Как признаться в том, что родной муж считает тебя самой главной неприятностью, что с ним произошла? Считает ваш брак ошибкой.

-Это Дамир, да? Ты все узнала? - он не сводит с меня внимательного взгляда, и тут меня осеняет. Он знал! Знал и молчал!

-Кто....кто ещё знал?- всхлипывая, смотрю ему прямо в глаза. Он горько усмехается:

-Ты мне всё равно не поверишь. Подумаешь, что я просто хочу очернить его перед тобой.

-Кто ещё все знал?!- кричу, пытаясь высвободиться из его цепкой хватки.- Кто знал?! Ктоооо?!!

К нам уже спешит охранник, но Тигран властно останавливает его, сообщив, что решаем семейные проблемы. Охранник, нерешительно потоптавшись на месте, кидает на нас ещё один неуверенный взгляд, а затем кивает и уходит.

-Все знали. Но ты уже это и сама поняла, ведь так?- в его глазах, почему-то, не видно насмешки. Только странное сочувствие, что заводит ещё больше. Режет по-живому! Не нужно меня жалеть. Это- самое последнее, чего бы я хотела. Чужая липкая жалость, показное сочувствие - самое отвратительное из ощущений. Я наелась этого досыта, когда, в первые месяцы брака, видела это в глазах многочисленной родни, знакомых... Раньше я думала, что они сочувствовали мне, считая, что меня не примут в семье, хоть и Дамир женился на мне. А теперь, только теперь, поняла- они всё знали. Все знали! Каждый из них! Что он живёт на две семьи! Что не может выбросить из головы, из сердца эту девушку ...Даже свекр знал. И теперь понимаю причину, почему так часто, когда он вызывал Дамира к себе после очередной командировки ( если такие вообще были) , всё заканчивалось громкой ссорой. Дамир после такого ещё долго был на взводе, и я боялась к нему подходить.

-Отпусти меня.- тихо требую, поведя плечом. Но Тигран лишь ближе придвигается.

-Успокойся, Арина. Я всегда говорил, что он тебе не пара. Всегда знал это, потому ...Потому что я люблю тебя.- выдает, поднимая мой подбородок так, чтобы наши взгляды встретились.- Разводись с эти ублюдком и выходи за меня. Я буду тебе верен всю жизнь. Ты ведь знаешь это...- почти шепчет он, будто сейчас говорит его сердце.

Надо ли говорить, что после этого признания меня словно кипятком обдает. Все кажется невероятно грязным, омерзительным. Все это показное сочувствие, его руки, что скользят по моей спине, легко поглаживая.

-Отпусти.- шиплю, вырываясь.- Иначе буду кричать так, что сюда сбежится весь район.

Тигран, тихо выругавшись, вдруг хватает меня за бедра, перекидывая через плечо, и несёт к машине. Я кричу, бью кулаками по его широкой спине, но дыхание сбивается, и я отчаянно пытаюсь глотнуть хоть каплю воздуха. В это время он зашвыривает меня на заднее сиденье, с силой хлопая дверью, а сам садится на водительское, блокируя двери.

-Ты больной? Отпусти!- я начинаю искать в сумке и карманах джинсов телефон, но тут же Тигран, слегка повернув голову в мою сторону, усмехается:

-Не это ищешь? - он поднимает вверх мой телефон, а затем с силой опускает его на приборную панель, так, что по экран мигом идёт паутина мелких трещинок, а затем он ярко вспыхивает и тут же гаснет. В глазах Тиграна я читаю неописуемый восторг. Точно ребенок получил желанную игрушку. Боже мой, да он же безумен! Может, он под чем-то?

-Пожалуйста, выпусти меня. Тигран, я прошу тебя. - мягко, спокойно начинаю уговаривать, потихоньку переползая в сторону его сиденья. Он лишь усмехается- и даёт по газам так, что я отлетаю назад, больно ударившись спиной.

-Нет уж, Арина. Я слишком долго был наблюдателем со стороны. Раз ты всё знаешь - этот идиот сам виноват. - его глаза горят огнем, скулы резко очерчены, выражение лица хищное, уверенное. Он знает, что делает. Вот только это выглядит настолько жутко, что мои зубы стучат друг о друга от страха. Я бросаюсь к стеклу, ударяя в него то кулаками, то ногами, но все бесполезно. Оно трясется под градом ударов, но даже маленькой трещинки не появляется. Тщетными попытками спастись лишь раззадориваю своего похитителя.

-Господи...Боже мой...- шепчу я, пытаясь удержать рваные обрывки мыслей, испуганной стайкой устремившиеся прочь из головы. Что делать? Что мне делать?!

-Он не поможет, Арина. - в зеркале заднего вида ловлю его насмешливый взгляд. Пытаюсь взять себя в руки:

-Ты же знаешь, что это- похищение человека, Тигран. Тебя посадят.

Он лишь криво усмехается в ответ, увеличивая скорость. Отчего-то в этот момент страх уступает место глупой мысли. Абсурдно ведь, что тот, кто должен следить за тем, чтобы водители не превышали скорость, сейчас сам гонит точно сумасшедший. Тихий нервный смешок, сорвавшийся с губ, заставляет Тиграна кинуть на меня быстрый взгляд в зеркало. И этот взгляд задевает - теперь он смотрит на меня так, словно бы я свихнулась! Он, что похитил меня!

-Тигран, пожалуйста.- вновь начинаю попытки достучаться до его разума, но он обрубает их на корню.

-Арина, если ты ещё хоть слово скажешь, я сочту это заигрыванием, остановлюсь в ближайшем перелеске и трахну тебя как давно хотел. Поэтому, тебе выбирать, где это случится. Дома, на мягкой кровати или здесь, в машине.

Мои глаза едва не вылезают из орбит - он же несерьёзно? Просто злит, выводит меня?! Но я молчу всю оставшуюся дорогу, пытаясь утешить себя тем, что не испугалась, а просто не хочу спорами отвлекать его от дороги, по которой он выжимает почти под двести.

-Выходи!-Тигран только говорит так, словно бы у меня есть варианты, словно это- приглашение. А на деле почти вытаскивает меня из машины, когда мы въезжаем в большие ворота. Перед нами современный двухэтажный дом- большие панорамные окна, мягкий приглушённый свет ламп по периметру придает оттенок волшебства этому вечеру. Здесь так уютно, так по-домашнему. Когда-то я мечтала, что у нас с Дамиром будет такой же дом. Дом, в котором будут расти наши дети.

Видя, что я снова раскисаю, Тигран тихо матерится.

-Арина, или ты идёшь добровольно, или я несу тебя на плече, выбирай. - цедит он, сжимая руки в кулаки. Я отступаю на пару шагов.

-Я хочу домой, отпусти меня, пожалуйста.- во мне нет сил сопротивляться. Этот дом добил меня окончательно, будто несбывшиеся мечты разом обрушились на мою и без того израненную душу.

Тигран хмыкает, подходя ближе:

-Нет, Арина. Я не для этого столько ждал.

Я в недоумении замираю. Ждал? Чего ждал?

-Да, Арина.- он делает шаг навстречу- Я не обманывал, когда сказал, что люблю. Я влюбился в тебя в первый день, как только увидел. И не могу вытравить эту херню из себя до сих пор.

В первый день, как увидел? Невольно хмурюсь, вспоминая, и охаю- а ведь это был день нашей с Дамиром свадьбы. Тогда Тигран вернулся откуда-то из Штатов, где учился. И поэтому лишь он один из всех наших родственников познакомился со мной только на самой свадьбе.

-Да, вспомнила. Ты была тогда такая охуенно красивая. Вся в белом, напуганная, но счастливая. Светилась от счастья. А рядом с тобой этот....- на его лице заходили желваки - Он тебя никогда не заслуживал.

-Тем не менее, я его любила.- сглотнув горькие слезы, обречённо выдыхаю. Если Тигран не лжет, я его понимаю. Отлично понимаю. Любовь не вытравить из сердца по щелчку пальцев.

-Пойдем в дом. - велит он, подходя ещё ближе, протягивает руку. Инстинктивно отшатываюсь, замечая, как задевает его этот жест.

-Арина, блядь. Успокойся. Хотел бы я что-то плохое сделал- мог сто раз по пути сюда это сделать. Пойдем, просто поговорим.

Я мотаю головой так сильно, что с волос слетает заколка, державшая их, и волосы рассыпаются по плечам. Тигран жадно скользит по ним взглядом. Быстро подхватив заколку, снова убираю их назад.

-Я не пойду ... никуда, извини. Я не знаю, чей это дом, и .... - начинаю я, но Тигран обрывает.

-Это мой дом.

Поднимаю на него удивленный взгляд:

-Это теперь полицейским так хорошо платят?- вырывается против воли насмешка, он кривится:

-Это из-за одной маленькой дуры, которая своими длинными ресницами хлопала, ничего вокруг не замечая, я тут живу. Бизнес закрыл, вот, купил дом... Думал...- он осекается, глядя на меня. - Пошли в дом. - командует резко, выбрасывая руку в мою сторону. Пытаюсь отстраниться, но он явно быстрее и сильнее, поэтому уже спустя каких-то пару секунд бреду в дом, сопровождаемая личным конвоем.

Как ни странно, но внутри дом я себе таким и представляла. Точно для меня создан. Здесь уютно, красиво, минимум мебели, светло-бежевые и белые тона. Несколько инсталляций и пару модных сейчас модульных панно на стенах. Горько усмехаюсь, сообразив, что вся моя жизнь рухнула буквально несколько минут назад, а я интерьером любуюсь.

-Проходи в гостиную. - оборачивается ко мне Тигран, и уже спокойней добавляет.- И не бойся. Все будет хорошо, правда. Просто доверься мне.

Снимаю обувь и медленной иду следом за мужчиной, испуганная вот этим " доверься мне". Неужели он сам не видит, как смешно это звучит. Доверься мне, тому, кто тебя только что похитил, по сути. И тот факт, что он- родственник моего мужа, даже наоборот ухудшает ситуацию.

-Садись.- велит Тигран, кивая на большой бежевый диван. А сам идёт на кухню, где начинает чем-то громыхать.

Косясь на дверь, начинаю тихонько отступать в её сторону. Пока меня не останавливает насмешливое замечание из кухни о том, что двери здесь блокируются с телефона владельца, умный дом.

Конечно, проверяю это лично, сполна убедившись в том, что Тигран не обманул. Двери, окна блокируются здесь дистанционно.

В гостиную входит Тигран. Он толкает перед собой небольшой столик с вином, бокалами и несколькими тарелками с закусками. Мои глаза испуганно округляются - этот мужчина что же, решил, что я буду с ним пить? Я не пью вообще, да и обстоятельства не располагают к посиделкам. Неужели он считает, что просто пригласил меня в гости, а не похитил среди белого дня?!

-Тигран, извини, но я...- начинаю аккуратно подбирать слова, чтобы не разозлить его, но он обрывает на полуслове.

-Успокойся, Арина. Мы просто выпьем и поговорим. Тебе это сейчас необходимо.

Расстроено качаю головой - ну уж нет, такой огромной и волосатой подружки, которой можно выплакаться в жилетку мне ещё не хватало! И, тем более, с чего он взял, что я буду рассказывать ему то, в чем и себе боюсь признаться?

Тигран молча разливает вино по бокалам, передавая один из них мне.

-Пей. - указываете взглядом на бокал, который я неловко кручу в пальцах.

-Я не пью.- тихо отвечаю, уже начиная нервничать. Не стоит играть по его правилам, нужно встать и идти домой. Да хоть кричать, чтобы сбежались соседи. Хотя, вряд ли они что-то услышат за толстыми стенами и каменным забором. Нужно уходить. Но, отчего-то, я сижу как загипнотизированный удавом кролик, тупо уставившись на то, как играют блики в ярко-красной жидкости в бокале.

Тигран хмыкает:

-Хорошо. Тогда давай так. Мы все знали. Каждый из родственничков- презрительно выплёвывает он- Что в глаза тебе " Ариночка, солнышко", а чуть ты отвернешься, косточки тебе перемывали, дурочкой называли. Поверь, они не жалели тебя ни единой минуты. Наоборот, считали ущербной, раз мужчину удержать не можешь.

Борясь с подступающими рыданиями, вскидываю подбородок:

-А ты?- гляжу прямо в его глаза. Тигран не отводит взгляда. Упираясь локтями в колени, сцепляет ладони, так и сканируя меня темным взглядом:

-А я любил тебя. И не хотел быть тем, кто разрушит твою семью. Потому что иначе ты никогда не смогла бы простить.

Вытирая ребром ладони слезы, сдаюсь и делаю маленький глоток вина.

-Скажи, у них это... когда...когда началось. - каждое слово даётся с огромным трудом, но Тигран понимает, не торопит.

-За пару лет до того, как вы познакомились. Аида Алиева из золотой молодежи. Родители богатые, живут здесь давно, уже ни о каких традициях и менталитете особо не заботятся. Поэтому и Аида, и её сестра выросли не так, как росли бы на Родине. Возможно,- он откидывается назад в кресле, - Ты помнишь аварию на Светлова? Где в остановку влетел джип? Тогда погибло двое и пострадали пять человек. Это вот возлюбленная твоего мужа была. Под чем-то, но родители отмазали, она там едва ли не пострадавшей вышла. Подкупили врачей, ей задним числом внесли в карту про порок сердца, выписку дали. В-общем, вышло, что девочке плохо стало за рулём. Я тогда ещё без должности был, но знатно охренел от всего происходящего. Там главу нашего по области ее папаша как щенка отчитал.- с презрением выплёвывает он- Такие вот суки. Твой муженёк отлично впишется в их семейку.

Делаю ещё глоток, переваривая полученную информацию. Как бы я ни обижалась на Тиграна за похищение, как бы ни была раздавлена произошедшим, но не могу не признать его правоту. Да, Дамир отлично впишется в подобную семью.

-Познакомились с Дамиром они где-то на общей тусовке, ну, знаешь, мероприятия " для своих"- он делает кавычки пальцами- А дальше закрутилось у них все. Вплоть до того, что она его на наркоту подсадила. - заметив мое удивление, хмыкает.- Ага, вижу, что твой муж тебе о многом не говорил. Наш Дамир и лечение после нее проходил, чтобы бросить употреблять. Ну а ее предки увезли заграницу, чтобы лечить. Там с этим строже, закрытого типа клиники, все серьезно.

Слушаю залпом остатки вина, протягивая бокал Тиграну. Он качает головой:

-Не так быстро, Арина. Моя задача- не напоить тебя, а просто расслабить. - его низкий голос звучит так двусмысленно, так пошло и обволакивающе...

-А ты знаешь, что она таблеток наглоталась?- вдруг вырывается у меня.

Тигран лишь усмехается:

-Поверь, Аида в жизни не станет травить себя, если только это не дурь. Она просто устраивает эмоциональные качели своим родителям и твоему идиоту. А те ведутся.

-Почему он...почему так?- не выдерживаю, всхлипывая. Я обращаюсь не к Тиграну в этот момент, я спрашиваю саму себя.- Почему? Я ведь старалась....Я хотела быть идеальной....Почемууу...

Тигран устремляется ко мне, усаживаясь рядом со мной, обнимает за плечи. От него исходит приятный аромат парфюма, а мое сердце сжимается - не тот! Не тот, к которому привыкла. Не тот, который стал родным. На его месте должен был быть Дамир.

-Успокойся, Арина. Этот мудак не достоин тебя. Ни он, ни его двуличная семейка.

Слезы текут ещё больше. Вспоминаю, как пыталась заслужить одобрение семьи всё это время, теперь понимая, что все они знали. Каждый из них знал!

-Как они могли! - вырывается у меня, и Тигран вновь понимает с полуслова.

-Аят думал, что сын с тобой образумится. Заодно и долг чести отдаст. Гульназ хотя бы не скрывала, что против. Но наркотики и страх от того, что потеряет сына, заставили и её смириться. А так они обсуждали с Алиевыми помолвку, пока не разругались, решая, кто из детей подсадил другого.

-Да, она, хотя бы, не скрывала ...- эхом подтверждаю, вспоминая, как свекровь сперва не желала видеть меня в невестках, волком глядя при знакомстве. Но свекр несколько раз осаживал её, когда Гульназ Ибрагимовна позволяла себе уж слишком пренебрежительно ко мне относиться.

-Арина!- гремит над моей головой Тигран, отстраняя меня на вытянутых руках, и глядя точно на ребенка. Такая любовь и забота плещется в его взгляде, что мне неловко, хочется отстраниться.- Ты охуенная. Добрая, красивая, воспитанная. Не нужно думать, что раз этих мудаков больше, то они правы. Нет! - с жаром объясняет он-Это они должны были быть благодарны, что ты вышла за их инфантильного сына! А не гнобить тебя, обвиняя в своих и его ошибках.

Освободившись от его объятий, отодвигаюсь в сторону, вытирая слезы. Тигран встаёт, наливает ещё вина, тихо благодарю, принимая бокал из его рук. Мой мир словно перевернулся за несколько часов. Теперь мне не хочется наружу, в жестокий, беспощадный мир, где даже близкий и родной человек может предать. Может оказаться не тем, за кого себя выдает. Тигран хотя бы честен. Он никогда не скрывал своего отношения ко мне, к семье, приезжая считанные разы, на важные мероприятия. И почти всегда общался с родственниками с издёвкой, особенно, если речь шла о Дамире. Сейчас, сопоставив все факты, понимаю, что правда разъедала его изнутри, он не желал участвовать в этом театре лицемерия.

-Поплачь. Станет легче.- советует Тигран, а я лишь горько усмехаюсь. Как можно заплакать по желанию, по щелчку пальцев? Моё горе я еще не прожила, не осознала, не приняла. Да и как можно осознать подобное, сплошное безумие вместо нескольких счастливых лет, ложь в красивой обёртке. Я пытаюсь усовестить себя, что у многих в жизни гораздо тяжелее ситуация, и люди не сдаются, не расклеиваются. Не выходит.

-Боже, я ведь так его люблю!- вырывается у меня невольно горькое признание. Осушая бокал до дна, наклоняюсь к бутылке, и сама наливаю ещё вина. Тигран лишь с улыбкой глядит на это. Мне становится жарко, хочется снять кофту, но под ней - только тоненький бюстгальтер. Видимо, с непривычки столько выпила- вот организм и выражает свое несогласие.

-Арина, ты его не любишь.- вдруг авторитетно заявляет мой похититель. Я угрюмо цежу вино, уже не обращая внимания на лёгкий привкус спирта, что вызывал раньше отвращение. Он хоть как-то символизирует, что я ещё умею чувствовать, живу, а не превратилась в каменную статую без сердца.

-Ты просто увлеклась его образом, увидела семью, которой у тебя не было. А потом он позвал замуж- много ли нужно...

-Прекрати! - взвизгиваю, не желая слышать...горькой правды? - Ты ничего не знаешь обо мне, о нас!

Вскочив с дивана, ставлю бокал на столик так, что вино наполовину выплёскивается. Меня качает, но я я упрямо гляжу ему в глаза, а после разворачиваюсь, чтобы приступить к внезапно возникшему плану по своему спасению. Весьма глупому плану.

-Хватит. Отпусти меня или я буду кричать.- подбегаю к окну, диким взглядом озираясь вокруг- ищу, чем бы разбить стекло. Руки трясутся, а щеки пылают огнем.

-Сегодня ты и так будешь кричать, Арина. - раздается позади насмешливый голос Тиграна, а после его сильные руки обнимают, разворачивая к себе. Его взгляд пару секунд блуждает по моим губам, а после он целует меня так страстно, что ноги подгибаются, а сердце стучит словно бешеное. Я не узнаю себя- пытаюсь и оттолкнуть, и притянуть ближе. Жар в груди нарастает, мне плохо. Кажется, отпусти он меня- и я умру, взорвусь на месте.

-Пожалуйста...- тихо шепчу ему прямо в губы, не зная, о чем умоляю- Пожалуйста...Тигран.

Он подхватывает меня на руки.

-Да, малышка. Все, что хочешь.

Смаргивая вязкий туман, строившийся перед глазами, убираю руки Тиграна со своей талии. Мельком оглядываюсь вокруг - и замираю от страха. Мы в его спальне. И его намерения полностью прозрачны. Рваное, хриплое дыхание, то, как он смотрит- будто раздевает глазами. Во мне будто две личности сражаются - одна напугана до безумия, а второй...второй всё это нравится. Она так и подначивает отпустить себя, сделать то, чего от хорошей и милой Арины никто не ожидал.

-Арина, я тебя хочу- просто п...здец. - Тигран, сдернув покрывало с кровати, швыряет его на пол, а после подходит ко мне. Снова обнимает. Его губы скользят по моей шее, слегка прикусывают мочку уха, отчего сотни маленьких иголочек проходят по телу, мурашками выступая на коже. Жадно облизываю губы, распаленная его желанием. От него так приятно пахнет- лёгкий свежий аромат, грозовой воздух или море, хочется уткнуться в его рубашку и просто дышать им. Сама не понимаю, что со мной происходит. Будто бы разум и тело разделились. Мозг отчаянно сопротивляется желанию, но тело будто марионетка, поддавшись воле невидимого кукловода, живёт своей жизнью. Приходится до боли влезать ногти в ладонь, чтобы хоть немного отрезвить себя, сопротивляться безумному, постыдному желанию прикоснуться к мужчине, что жадно целует меня, перемежая поцелуи с признаниями.

-А-ри-на.- выдыхает он мне в ухо, сжимая мои ягодицы. Лаская их, вжимает меня в себя так, что я отказываюсь прижата к его возбужденному члену.-Просто расслабься, сегодня ты всё равно будешь моей. Хочешь ты того или нет.

Открываю рот, чтобы возразить- но тут же его губы обрушиваются на меня, язык буквально насилует, словно показывая, что он желает сделать со мной. А руки скользят по талии, к пуговице на джинсах. Я успеваю перехватить его руки, вцепляюсь в пуговицу так, словно от этого зависит вся моя жизнь.

-Н-н-нет, - трясу головой, отчего слезы капают на кофту, - Нет, Тигран. Я не хочу!

Он лишь с силой резко разводит мои руки в стороны, а затем рвет пуговицу, молнию. Молча, с каким-то остервенением, словно происходящее для него- попытка закрыть какой-то гештальт, исполнить то, чего так долго хотел, а не внезапно возникшее желание.

Я ударяю его кулаком в грудь, почти промахиваясь. Странная слабость, охватившая все тело, заставляет ухватиться за него же, чтобы не упасть. Тигран с мгновение смотрит на меня, точно что-то пытаясь найти в моем лице, а после снова подхватывает на руки, опуская на кровать.

Мне уже совсем нехорошо. И невероятно хорошо одновременно. Из головы разом улетучились все тяжёлые мысли, легко и так свободно. Кажется, лишь раскинуть руки- и я взлечу, оставив груз забот и тревог внизу, на этой грешной земле.

-Ты такая красивая, Арина. Такая красивая...- восхищённо шепчет мой похититель, освобождая меня от одежды. - Обещаю, ты никогда не пожалеешь. Никогда.

Его губы, пальцы на моем теле, везде, на каждом крохотном сантиметре. Я лежу, почти безучастно, словно со стороны наблюдая, что он творит с моим телом. Тигран снимает с меня джинсы вместе с трусиками, и я даже слегка приподнимаю бедра, чтобы ему было удобнее. Кажется, что я смотрю какой-то фильм, с самой собой в главной роли.

Мужчина быстро раздевается сам, я скольжу взглядом по его фигуре, отмечая, какой он красивый. Наверно, даже красивее Дамира. Удивляюсь самой себе - имя мужа, отчего-то, больше не отдается тупой болью в груди, щемящим чувством потери. Нет, все так, будто бы прежняя жизнь была не со мной, настоящая я живу сейчас, вот в это самое мгновение.

Когда его губы опускаются на мою грудь, лаская ее, целуя, прикусывая соски- открыто наслаждаюсь этим зрелищем. Наши тела настолько разные, что это- невероятно возбуждающий контраст. Когда он, пьяный от желания, приподнимается, машинально обхватываю руками его голову, возвращая к своей груди. Тигран тихо смеётся, продолжая меня целовать. Его возбуждённый член упирается мне в бедро. Теперь его очередь быть главным- обхватив руками мою голову, он жадно целует, не позволяя отстраниться. Приподнимается, раздвигая мои бедра коленом, и входит, с силой двигаясь внутри меня. По моим щекам текут отчаянные слезы стала, а внутри пульсирует желание, жарким пламенем растекаясь по венам. Я не узнаю саму себя, царапая его спину ногтями, двигая бедрами в такт его движениям, закидываю ноги ему на поясницу.

Тигран бурно кончает, а после держит меня в своих объятиях, не желая выпускать. Иногда он поднимает голову и смотрит на меня так пронзительно, будто все ещё не верит в случившееся. Перекатываясь набок, увлекает меня за собой, придвигая спиной к себе. Другой рукой нащупывает на полу покрывало, укрывая нас.

-Я никогда тебя не отпущу.- с жаром шепчет мне на ухо, а я лишь прижимаюсь к нему, наслаждаясь ощущением его большого горячего тела. Он - будто огромный спасительный маяк в бушующем море жизни. Возможно, завтра я буду сгорать от стыда и ненависти к самой себе за такое грехопадение, но сегодня - он все, что мне нужно. Притвориться хотя бы на минуту, что перед глазами не стоит презрительная насмешка Дамира. Что не тянет всё бросить и босиком бежать к нему, надеясь ещё застать дома, умолять не разводиться, просить дать нам время. Нет, сегодня мой мужчина- Тигран. Пусть это неправильно, порочно, отвратительно по всем фронтам, ведь он- родственник моего мужа, но сегодня нет " хорошей Арины"! Она умерла под гнетом рухнувшей в одночасье жизни.

Руки Тиграна скользят по низу моего живота, спускаясь к пульсирующему клитору. Накрывая бугорок большим пальцем, он слегка нажимает на него, а после его палец кружит, заставляя меня тихо постанывать от удовольствия. Предательская влага выступает, показывая, как сильно я его хочу.

-Дааа... Ещё, пожалуйста. - поворачиваюсь на спину, раздвигая ноги, бесстыдно предлагая себя ему. Нетерпеливо избавляюсь от покрывала, притягивая к себе желанное мужское тело, но Тигран, отстраняясь, улыбается. Уложив руки за голову, он кивает на свой пах:

-Теперь твоя очередь. Присаживайся.

Это звучит пошло, смешно и возбуждающе. Я улыбаюсь в ответ, нарочито медленно двигаясь, плавно откидываю волосы назад, прогибаюсь в пояснице, слегка наклоняясь, моя грудь касается его груди, и глаза Тиграна вспыхивают. Перекинув одну ногу через его бедра, слегка скольжу набухшими складками по твердому, покрытому сеткой набухших вен, члену, упираясь ладошками в его грудь. Он не может сдержать тихого стона, тянется руками к моим бедрам, но я лишь смеюсь, отрицательно качая головой. Нет, раз теперь я главная, то всё будет по моим правилам. В его взгляде разливается восхищение.

***

-Я люблю тебя, Арина. Люблю.- шепчет мне Тигран, сжимая в своих объятиях. Мои веки слипаются, проваливаясь в глубокий сон, я ещё слышу, как он вслух размышляет о нашей свадьбе, детях, семье. О том, что теперь он меня никуда не отпустит...

"-Арина! Арина! - голос мужа заставляет проснуться. Щурясь, прикрываю глаза ладошкой. Внутри - всплеск невероятно облегчения. Всё это было лишь сном, только глупым сном. Но тут краем глаза замечаю смуглую мужскую пятерню на своей груди. Вскочив, сбрасываю ее точно ядовитую змею! Только не это! Все действительно было на самом деле. Я у Тиграна, а Дамир...

-Арина, ты где?! Я знаю, что ты здесь!- теперь слышно, как шаги приближаются. Муж открывает двери комнат, всё ближе и ближе. Моё сердце стучит так, что я перекрывает его крики.

Я едва успеваю натянуть одеяло на грудь, как дверь открывается, и в комнату входит Дамир. Презрительно глядя на меня, усмехается:

-Надо же, и суток не выдержала. Шлюха!

-Дамир, я ...- нелепо начинаю искать оправдания, которых попросту не может быть. Тигран усмехается:

-Я тебе говорил, уломаю меньше, чем за неделю. Быстрее намного вышло. Экспресс -развод.

Они оба смеются, а затем из-за спины Дамира выглядывает стройная темноволосая девушка. Одетая в короткое платье, она держит руки на большом животе, с любовью поглаживая его.

-Дамир, ты скоро? Нам ещё мебель в гостиную выбирать. Не хочу, чтобы от этой хоть что-то оставалось.- презрительно глядит на меня, прижимаясь к Дамиру.

-Да, солнышко. Конечно, сейчас и поедем. - он обнимает её за плечи, и его взгляд светится безграничной любовью....."

Я просыпаюсь от того, что плачу во сне. Рваный всхлип вырывается против воли. Кручу головой по сторонам, стараясь понять, где я. У Тиграна! В постели у Тиграна , а не просто у него доиа. Значит, все было правдой. Я действительно изменила мужу? Омерзение накатывает словно цунами, снося послание остатки самоуважения. Как я могла?! Даже то, что муж изменял мне, что бросил ради любовницы, разве это- оправдание? Как я могу считать себя выше такого, если сейчас нахожусь голая в кровати его родственника?!

Глотая горькие слезы, заворачиваюсь в одеяло. Тиграна нет ни в спальне, ни в ванной. Включаю свет, начиная искать свою одежду. Нахожу ее аккуратно сложенной на кресле. Быстро одеваюсь, пытаясь одновременно вспомнить, куда могла положить свою сумку, если брала ее вообще. Последнее, что помню- как она стояла на тумбе в прихожей, ещё дома. А дальше...

Спускаюсь вниз аккуратно, чтобы не шуметь. Но, как назло, натыкаюсь на Тиграна. Он поднимается по лестнице с подносом в руках. Красивый, с влажными после душа волосами, одетый в домашние мягкие брюки и футболку. Но мне эта немая сцена на лестнице неприятна, глупейшее клише с завтраком в постель. Да и разве сейчас завтрак? Я потеряла счёт времени, сколько я здесь нахожусь?

-Куда собралась?- хмуро кивает Тигран на мою одежду, устраивая поднос с завтраком на перилах. В этот момент в моих глазах проскальзывает нечто такое, что заставляет его злиться.

-Только попробуй, Арина. Поймаю - и из кровати не вылезешь неделю.

Понуро опускаю голову, сообразив, что мне не проскользнуть мимо него. Наружу. К желанной свободе.

-Возвращайся обратно. - властно приказывает он, забирая поднос. Мы идём точно пленник и конвоир - угрюмый, молчаливый, злой. В спальне он ставит поднос на столик, и оборачивается ко мне.

-Тебе настолько хреново со мной было?- как ни странно, но я успеваю заметить неуверенность в его глазах. Надо же, не такой уж он, оказывается, и непобиваемый наглец, уверенный в том, что все женщины сами должны на него вешаться. А ещё вижу разницу в том, как воспринимают женщины и мужчины близость. Женщинам в большинстве своем нужны чувства. А мужчины? Им главное, чтобы " было хорошо". А мне было хорошо. Невероятно. Фантастически. Вот только с утра, когда разум очистился от той дряни, что несомненно была в бутылке, я поняла, что все это было обманом, фикцией. Мужчины ничем не отличаются - что муж, что Тигран. Оба они с удовольствием обманывали меня, преследуя собственные цели. Просто у каждого они были разными. И то, что Тигран, как он утверждает, любит меня, ни капли его не оправдывает.

-Что ты вчера добавил мне в вино?- тихо спрашиваю, внутренне готовясь к сражению. За свободу, за то, чтобы снова не стать игрушкой " одного из Миннехановых". Тигран меня любит? Да ему это слово незнакомо впринципе! Так, увидел на свадьбе ту, что никак не могла стать его женщиной. И загорелся от недосягаемости. Вот и всё. А теперь, когда я, по его мнению, доступна, он будет играть мною, пока не насытится. Играть и мстить, ведь, как считает этот непробиваемый идиот, именно я виновата в том, что он столько " страдал", не получая желаемого. Эгоист, не видящий ничего, кроме своего эго, вокруг.

Тигран спокойно, словно бы это для него- вполне привычное дело, отвечает:

-Так, самую малость одного хорошего средства ...- не заканчивает намеренно, скользя по мне жадным взглядом. Я лишь полагала, что меня опоили, била наугад. Но теперь знаю это точно!

-Афродизиак?- уточняю, хоть и сама знаю ответ. Он морщится, неприятно признавать, что тебя хотят только под стимуляторами.

-Типа того...- наконец, признает. И тут же бросается в атаку-Арина, я должен был это сделать!

Я ахаю от такой наглости! Так скоро скажет, что это было жизненно необходимо.

-Не надо глаз закатывать!- злится Тигран, шагнув ко мне.- Я не из тех, кто говорит о любви лишь тогда, когда тащит женщину в кровать . Я действительно люблю тебя, Арина. Давно люблю. Мне было больно было смотреть, как ты выходишь замуж за Дамира. Я уже тогда прекрасно знал, что он сломает тебе жизнь. Знал- и нихера сделать не мог.

Я хмурюсь, не понимая, о чем он.

-Да все знали! Все знали, Арина, что Дамир сильно поругался с отцом в вечер перед свадьбой. Поднял руку на отца, охрана остановила. И поэтому Аят изменил условия в завещании - или брак будет долгим и счастливым, или он может забыть о наследстве навсегда. Дамир ведь хотел немного с тобой пожить и разбежаться.

Пытаюсь сдержать подступающие слёзы - так вот почему все эти недомолвки, все эти поездки и срочные командировки. Все его " Арина, я устал, давай не сегодня" и " Арина, у нас семья, а не игрушки в любовь". Дело даже не в Аиде, которая, выходит, всегда незримо присутствовала в нашей семейной жизни, дело во мне! Ему неприятно было находиться со мной рядом. Его отталкивала я!

Тигран обнимает меня за плечи, притягивая к себе:

-Арина, ты мне просто душу рвёшь. Зачем убиваться по мудаку, что не стоит ни одной слезинки? Я люблю тебя, выходи за меня замуж? Я серьезно. Сделаем детишек, будем жить счастливо. - видя, что я никак не реагирую на это " щедрое" предложение, он тихо спрашивает:

-Неужели всё так плохо? Я настолько хуже него?

Со злостью толкаю его в грудь, отступая назад, сбрасываю его руки:

-Вот поэтому и не хочу! Я что, игра? Соревнование между вами?! Ты захотел, но не получил, потому что он успел раньше, и теперь будешь компенсировать неудачу?- выкрикиваю ему в лицо обвинения - Тебе ведь в порядке вещей, вполне нормально, что ты накачал меня какой-то дрянью, потому что иначе я бы не согласилась!? В порядке вещей увезти меня к себе, да?! Так вот, ты ничем не лучше моего мужа! Тот думал только о себе, и ты тоже! Мне даже отец его говорил про тебя, что ты просто побеждать любишь! Не меня, а побеждать!

Тигран обжигает меня взглядом, но молчит.

-Мне не нужны такие мужчины, понял!? Ни ты, ни он, никто! Я cчастлива, что стала свободной. К черту вас всех, всю вашу гребаную семейку Миннехановых! И если ты сейчас не отпустишь- я хоть с окна выпрыгну, но уйду отсюда, понял?! Только пойду сразу в полицию, чтобы заявить об изнасиловании. И поверь, ни одни связи тебе не помогут!- меня несёт так, что уже не могу остановиться.

Тигран, как ни странно, становится спокойнее. Он хмурый и, кажется, слегка обескураженный моим выпадом. Фигура напряжена, мышцы на предплечьях бугрятся, когда он с силой сжимает и разжимает ладони- будто представляет, как удушит меня.

-Хорошо. - наконец сдается он- Я сам отвезу тебя. Только скажи мне, ты ...- он делает глубокий вдох, а после на одном дыхании выдает- Могла бы полюбить меня? Пожалуйста, не перебивай, Арина. Мне это очень важно. Я не лгал, я правда люблю тебя. И готов ждать...

Я качаю головой:

-Нет. Раз ты честен- и я тоже. Сейчас мне не до любви, ты ведь сам должен понимать. Но, если бы я и рассматривала что-то подобное, то ...Ты мне не подходишь, прости. И...- мой подбородок дрожит, но я все же продолжаю.- После того, как ты со мной поступил, я вряд ли смогу тебя простить когда-нибудь. Понимаешь, ты лишил меня самоуважения! Лишил возможности ...

-Страдать!- взрывается он неожиданно - Страдать по тому, кому это нахер не нужно! Арина, блядь! Да выйди ты уже из матрицы, твою мать! Ты в каком-то мире живёшь непонятном, по Дамиру убиваться собралась- так вот, ему твои слезы нахер не вперлись, понимаешь?! Пока ты будешь саморазрушением заниматься, самоедством, он будет кайфовать. Так почему ты должна свое время тратить на слезы? Я просто ускорил процесс...

-Я люблю его!- выкрикиваю громче, чем нужно, чтобы заглушить его резонные возражения. Мне больно от того, что Тигран сейчас говорит правду. Правду, на которую я много лет действительно закрывала глаза.

Тигран морщится, но кивает:

-Хорошо. Твои вещи внизу. Спускайся, я через пять минут тоже спущусь и отвезу тебя. Тебе к нему, вещи забрать? Или он жене квартиру оставил?- не удерживается от очередной шпильки Тигран, но я отрицательно качаю головой.

-Мы об этом не говорили, но в любом случае мне ...

-От него ничего не нужно.- заканчивает с усмешкой за меня Тигран.- И где он только такую дуру нашел!- бросает со злостью, а потом кивает на дверь.- Спускайся, или я за себя не отвечаю.- отворачивается от меня, а я, скользнув взглядом по его напрягшейся спине, спешу исполнить его просьбу- приказ.

Тигран привозит меня в квартиру, где я не была много лет. Как чувствовала, что ещё пригодится. Дамир много раз говорил мне, чтобы я её продала, но я не хотела. Это- память о тете, которую я очень любила. Родителей я почти не помнила, а вот счастливые дни, проведенные с ней, запомнила навсегда.

Квартира маленькая, однокомнатная, находится в одном из самых дешёвых районов города. У меня даже ключей нет, свои где-то потеряла, а другая пара у соседки. И я очень надеюсь, что она ещё не переехала, или, не приведи Господи, не ушла на облака следом за тетей, ведь соседке было тоже много лет.

Тигран, остановившись у подъезда, поворачивается ко мне.

-Арина, я понимаю, что не имею на такое права. Но все же...- его глаза горят огнем, а рука тянется ко мне, но замирает в воздухе.- Пожалуйста, дай мне шанс. Я готов ждать. Я прекрасно понимаю, что тебе сейчас...

Осмелев рядом с новым домом, я резко обрываю его:

-Нет! Я не буду повторять то, что когда-то сделал мой муж, не буду заставлять человека, которого не люблю, верить в то, что у нас что-то выйдет, что-то получится, пойми...

-Я понял тебя.- его лицо теперь не выражает никаких эмоций, он выходит, открывая дверь. Не глядя на меня, бросает - Я перевел на твой счёт немного подъемных, на первое время. Советую потратить часть на хорошего адвоката. Миннехановы тебе очень задолжали.

Пока я в недоумении пытаюсь сообразить, откуда Тигран знает реквизиты моего счета, тот уже садится в машину и даёт по газам, заставив бабушек у соседнего подъезда громко возмущаться этому.

Захожу в подъезд, и сердце сжимается от нахлынувших воспоминаний, поднимаюсь на четвертый этаж, звоню в квартиру Зинаиды Васильевны. Открывает молодая девушка в белой майке и темных шортах . Рыжие волосы до плеч, зелёные глаза, россыпь веснушек на лице и плечах. Она окидывает меня взглядом, и хмурится:

-Если вы из Дешели и тому подобного, то сразу нет!- воинственно заявляет она, не давая мне даже представиться. - Ваши уже бабушку до инфаркта едва не довели, чуть кредит не навязали!

Улыбаюсь, ведь она походит на маленького взъерошенного воробушка. Весьма воинственного воробушка.

-Нет, я к Зинаиде Васильевне по другому вопросу. Меня зовут Арина Теплова, - специально называю свою девичью фамилию-Я за...

-Яна, ну впусти ты гостью, чего на пороге держишь? Это Ариночка Танина, она за ключами, верно, пришла.- раздается позади голос Зинаида Васильевна. За прошедшие годы она почти не изменилась, только ходить стала тяжелее, медленнее.

Яна, отступив, все же окидывает меня подозрительным взглядом, но пропускает в квартиру.

-Здравствуйте, Зинаида Васильевна, да, я за ключами зашла. Жить буду ...вот....здесь.- неуклюже начинаю объясняться, но Зинаида Васильевна, понимая, что ничего хорошего в моей жизни не произошло, раз я теперь стану жить тут, спешит мне на помощь.

-Ну и чудно. Давай, заходи к нам, чаю попьем, Татьяну помянем, царствие ей небесное. С Яной моей познакомишься заодно. Она как раз мне плакалась давеча, что молодежи в районе мало, а в доме вообще никого почти. Будете дружить.

Судя по взглядам, которые на меня бросает Яна - не будем. Но я улыбаюсь и следую на кухню.

После примерно полчаса мы вспоминаем и мою тетю, и молодость Зинаиды Васильевны, поддакиваем в два голоса ей в том, что " раньше было лучше", пересмеиваясь между собой, если она говорит что-то из ряда вон, как например то, что советские учёные бы вот- вот расшифровали код бессмертия, но проклятый Запад не желал, чтобы люди жили вечно. Вот и развалили СССР. С Яной мы уже общаемся как хорошие приятели, и мне так хорошо. Так свободно. Здесь, на этой маленькой бедной кухоньке, с двумя посторонними людьми. Точно глоток свежего воздуха после душной и полностью лицемерной атмосферы богатого дома Минеханновых.

Напоследок, вместе с ключами, мне вручают половину ещё теплого пирога с тушёной капустой, и банку с медом. Зинаида Васильевна и слушать не желает возражений, потому что "пока я буду убираться в квартире - успею сто раз проголодаться". Яна же в который раз предлагает свою помощь с уборкой, я киваю, смахивая непрощённые слезы. Настолько я отвыкла от проявления простой человеческой заботы, в доме Миннехановых мне приходилось все заслуживать, годами беспрекословного подчинения.

Квартира встречает меня ароматами затхлости, пыли и ... детства. Что-то такое, что въелось под кожу, запомнившись навсегда. Еле сдерживаю слезы, вспоминая, как вот за этим ветхим столом на кухне мы с тетей мастерили разные поделки из бумаги в технике Оригами, тогда было модным это увлечение. А вот на этом диване, поверх которого наброшен большой плед, смотрели мультфильмы. Вот старая, ещё советская, стенка с множеством книг- любовь к чтению мне тоже привила тетя, показав, в какие чудесные миры можно попасть с помощью книг.

Усаживаюсь на диван, отчего в воздух взмывают облачка пыли, и растерянно озираюсь по сторонам. Вот и подошёл к концу очередной виток моей жизни, неудачный. И снова я возвращаюсь к тому, с чего начала. Как компьютерная игра. Проиграла на уровне " семья"- вернулась к началу, чтобы заново попытаться пройти уровень. Вот только в моём случае второй попытки не будет. И не потому, что я не смогу простить. Как бы нелепо это не звучало, но у горя есть оттенки. И жена, которой изменяли, но после молят понять и простить, не разводиться, выглядит достойнее меня. Той, которую выбросили как ненужную игрушку. Игрушку, что изначально не нравилась, и была приобретена лишь под гнётом родительского желания. Вот так....Снова дома, снова одна. На этот раз даже тети Тани рядом не будет.

С кухни тянет ароматным пирогом. Встаю, соображая, какая голодная - Зинаида Васильевна не прогадала с ним. Скорее всего, видела, что я не притронулась к угощению, и знала, что в квартире мне будет не до готовки.

Немного подкрепившись, стараюсь занять себя. Нахожу в сумке телефон и карту, выхожу в ближайший магазин, чтобы купить средства для уборки, немного еды. Покупки немного успокаивают, на обратном пути настроение становится ещё лучше. Грандиозная уборка, что предстоит, символизирует начало новой жизни. Я могла бы вызвать клининг, но физический труд- то, что мне необходимо.

Уже почти у самого подъезда раздается звонок телефона. Вытаскиваю его из кармана джинсов, попутно прикидывая в уме, какие вещи нужно будет завтра купить- ни за одеждой, ни за украшениями или каким-то личными вещами в свою прошлую квартиру, свою прошлую жизнь я не вернусь. Пускай отдадут на благотворительность, пускай сожгут - мне важно ничего не оставить себе из той, прошлой, жизни. Даже вещи, что наспех побросала в сумку - и те кажутся грязными, отвратительными, несущими на себе гнёт предательства.

-Арина, что там у вас произошло?!- требовательно, на повышенных тонах, " интересуется" свекровь, едва беру трубку. Но я настолько опьянена свободой, что больше не боюсь ни ее, ни её упрёков и возмущения.

-Мы с вашим сыном разводимся.- спокойно отвечаю, усаживаясь на лавочку. Пристраиваю пакеты с покупками рядом с собой.

-Ты с ума сошла?! Рушить семью из-за какой-то потаскухи?! Арина, ты что делаешь?! Ты же всех нас опозоришь! - нервно кричит она в трубку. Тигран не обманул- они все знали, каждый знал! Но шокирует даже не это- я просто обмираю от того, насколько всё извращено в их мировоззрении. Виноват не муж, что изменял, а ... жена, что отказалась это принять и простить. Но тут же липкий стыд окутывает, заставляя вспомнить обрывки безумной ночи. Ночи, когда я изменила мужу.

-Простите, но это не моё решение. Ваш сын сказал, что не желает больше жить со мной. И да, поздравляю, ваша мечта может сбыться- Аида может быть беременна.- не удерживаюсь от мелкой мести, хоть всё внутри и протестует против подобного. Мелко, низко...но, так приятно! Устала слышать от Гульназ Ибрагимовны постоянное " мужчина всегда прав" или " вот родишь своего ребенка- тогда поймёшь". Что понимать? Предательство, подлость? Нет уж, извините. Не желаю такого понимать.

Сбрасываю звонок, а после выключаю телефон вовсе. Мне не о чем говорить с ними. Я не знаю, в каком эмоциональном состоянии буду завтра, но сегодня мне отлично. Невероятно. Замечательно. Легко.

Но самое невероятное - Тигран оказался прав в том, что я не могу скорбеть. Раздирать душу мыслями о том, что всё ещё можно вернуть. Рыдать, вспоминая наши совместные с мужем будни. Я не могу, потому что сразу же обжигает стыд. Я сама была с Тиграном, сама также предала узы брака. И то, что он добавил в вино, не оправдание - я должна была из последних сил стараться уйти, уползти, если бы отказали ноги. А я ...

-Арина? Арина Теплова? - слышу мужской голос издалека. Поднимаю голову, замечая высокого молодого человека , спешащего ко мне от соседнего подъезда. Он смешно щурится, а ещё неуловимо кого-то напоминает.

-Арина, это ты?- радостно восклицает он, подойдя. И по тому, как он закрывается ладошкой от солнца, по маленькому жесту, приходит понимание- Саша Фролов, сосед, с которым ещё в совсем глубоком детстве мы гуляли, пока моя тетя и его бабушка о чем-то болтали, сидя вот на этой вот самой лавочке.

-Саша, привет.- улыбаюсь в ответ. Он всё ещё не может поверить, что это я , рассматривая меня, снимает очки.

-Нет, ну надо же. Думал, обознался. Столько не виделись. Ты тут по делу? Все же, продаешь? - кивает он в сторону подъезда, имея в виду квартиру.

-Нет, я тут... жить. - отвечаю, видя, как его глаза в удивлении распахиваются.

-Но ты же...Тут. Как? Столько лет ни слуху, ни духу. - выдает он почти бессвязно, и только собирается с духом, чтобы спросить ещё что-то, как его прерывает недовольный женский голос.

-Саша! Александр!- мы вместе оборачиваемся назад, к его подъезду, где стоит недовольная полноватая девушка со светлым каре. Она подозрительно подозрительно косится на нас, упирая руку в бок.- Я думала, ты сумки спустил уже, а ты тут, болтаешь.

Саша поворачивается ко мне, неловко разводя руками.

-Прости, мне нужно идти. Это - моя жена, Маргарита. А это - Арина, моя подруга детства. - представляет он нас друг другу, прежде, чем уйти. Я закатываю глаза - ну какая "подруга детства ", да и любой женщине разве будет приятен такой диалог мужа с другой? Я здороваюсь, но Маргарита не отвечает, с вызовом глядя на меня.

Взяв сумки, ухожу. Мне не до чужих дрязг, своих хватает.

Я сижу на коленях в наполовину убранной комнате и разбираю старые фото. Вот тетя, совсем ещё молодая, с моей мамой. Обе юные, красивые и счастливые. Фото чёрно-белые, но я и так понимаю, насколько модно и ярко они одевались для того времени. Несколько фото со свадьбы мамы и отца, я их никогда не видела. Мама невероятно красивая, а папа очень мужественный. Но видно, какой любовью светится его взгляд, обращённый на маму. Есть и мои фото- в коляске, мама гуляет со мной. Вот я у тети на коленях, смешной маленький бутуз, тянусь к погремушке в маминых руках, попавших в объектив фотоаппарата. Есть две маленькие полароидные фотографии, где я сижу в кресле в этой квартире. Уже гораздо старше, после потери родителей. Маленький ёжик волос ( когда меня забрали в детский дом, то сразу же обрили налысо. И тетя, выбившая опекунство, приехав за мной, расплакалась, увидев племянницу такой).

Слезы текут сами собой, мне так больно. Я - точно проклятая! Теряю семью за семьёй, едва обретая. Родители, тетя, муж и его семья. Глажу подушечкой пальца родные черты на фото. И в этот момент словно озарение снисходит. Да, я не могу изменить прошлого, вернуть родных. Но я смогу сделать свое будущее. В котором никогда больше не выберу в спутники жизни того, в ком не уверена на все сто процентов. Никогда больше. Лучше буду одна.

***

Весь день я убираюсь до приятной ломоты в теле. Руки, ноги, спина - всё ноет, отвлекая от грустных мыслей. Ужинаю горячим чаем и остатками пирога, а после немного прогуливаюсь. Вновь накатывает ностальгия, когда вспоминаю, как мы с тетей гуляли вот на этой детской площадке, или спешили домой, купив свежее молоко из палатки рядом, а в палатке напротив продавали свежий хлеб. Тетя тогда ласково гладила меня по голове, покупая свежую плюшку или рогалик, умилялась, глядя на то, как я нетерпеливо набрасываюсь на еду. Как мне её не хватает...Стыдно признать, но я была больше привязана к ней, чем к родителям, ведь папа почти всегда пропадал на работе, а мама занималась лишь творчеством. Картины словно поглотили ее тоску, печаль по мужу, что часто отсутствовал. Тетя часто забирала меня к себе, обнаруживая, что меня даже не кормили целый день. А после мама начала выпивать, они все чаще и чаще ругались с отцом, когда он возвращался. А после его гибели мама и вовсе сорвалась...

Этой ночью я просыпаюсь в слезах и не могу уснуть до рассвета. На телефоне несколько пропущенных от свекрови, сообщения от Фидан, один пропущенный от Аята Разиковича....И ни единого - от мужа! Дамир вычеркнул меня из жизни с такой лёгкостью и поспешностью, что горькая обида гложет, заставляя беззвучно плакать, перебирая в памяти счастливые моменты своей семейной жизни, теперь нахожу в каждом из них только ложь, фальшь. Чтобы не сойти с ума, снова принимаюсь за уборку. Часть вещей тети бережно складываю в коридоре - завтра куплю большие сумки, и передам их в какой-нибудь благотворительный фонд, чтобы они обрели вторую жизнь. Часть из дорогих сердцу вещей -воспоминаний оставлю здесь.

До самого утра листаю в одном из приложений видео, пересматривая по несколько раз, потому что не могу понять сути просмотренного, после бросаю это, понимая, что не выйдет. Потом пытаюсь прочесть книгу, которую давно хотела прочесть, но буквы сливаются перед глазами. Лишь когда двор наполняется пением птиц и людским гомоном я погружаюсь в тяжёлый рваный сон, в котором снова приходят кошмары. Дамир, раз за разом повторяющий презрительно " ты знаешь, чего мне это стоило?!". Тигран, ухмыляющийся, протягивает мне руку, кивая на свою кровать. Гульназ Ибрагимовна, стреляющая в меня недовольным взглядом когда кто-то из родственников сообщает о том, что его невестка или жена, дочь беременна.

К обеду просыпаюсь от громкого стука в дверь. Спешу открыть, едва соображая, что происходит. Открываю дверь, даже не сообразив прежде посмотреть в глазок. И зря. На пороге стоит Тигран. Наглый, высокомерный, но его уставший вид говорит о том, что он или провел бурную ночь, или же тоже не мог уснуть, что, конечно, вряд ли. В его руках несколько пакетов с готовой едой. Окинув меня жадным и каким-то тоскливым взглядом, он с иронией интересуется:

-Впустишь?

После произошедшего между нами этот вопрос кажется двусмысленным, но я лишь кивая, отступая назад .

Тигран входит, передавая мне пакеты. Снимает обувь, оглядывая небольшую квартиру. Меня окатывает стыд за то, что живу так бедно. После роскошных домов и элитных квартир семьи Миннехановых эта квартира, верно, кажется ему пародией на жильё. Но, к чести своей, он лишь выдает:

-Уютно тут.

Я шепчу ответное " спасибо", чувствуя, как на душе разливается теплое чувство благодарности, облегчения. Даже если он сказал так лишь из вежливости, мне приятно. Дамир всегда презрительно отзывался об этой квартире, не раз повторяя, что её нужно продать.

-Ну, позавтракаем?- кивает он пакеты, преувеличенно бодро. Я отмираю:

-А, да. Конечно. Ты...располагайся на кухне, я сейчас в ванную быстро схожу, и приду.

Тигран кивает, проходя на кухню. Я быстро шмыгаю в ванную, приводя себя в порядок. Оглядывая себя в зеркало, прихожу к выводу, что, как бы я ни убивалась, я действительно преувеличиваю масштаб трагедии. Да, муж меня бросил. Но не на старости лет, признавшись, что все эти годы любил другую. Без детей, для которых развод родителей был бы мучительным. Я осталась самой собой, Дамир не сломал меня, не издевался, хоть мог бы всё это время срывать на мне злость. Да, он вел себя порой довольно грубо, холодно. Но среди мужчин этой семьи я иного отношения и не видела. Так не стоит плакать!

Сполоснув лицо холодной водой, ставлю зубную щётку обратно в стакан, и вытираюсь мягким новым полотенцем.

Выхожу на кухню, замирая от неожиданности. Тигран уже накрыл на стол, разложив ароматную горячую еду на вымытые мною вчера тарелки, уложив рядом начищенные до блеска вилки и ложки. Аромат кофе доносится от двух высоких бумажных стаканчиков на столе.

-Прошу за стол, я тут на себя смелость взял...- улыбается он так искренне и ...неловко, что я невольно любуюсь им. Такой напористый, самоуверенный, и ...стесняется? Нет, видимо, я все ещё сплю.

-Арина, я хотел бы поговорить. Пожалуйста, выслушай меня в последний раз. - начинает Тигран, когда я протягиваю руку к пышному и ароматному круассану с малиной, расправившись с омлетом и колбасками. Сытая и довольная, я киваю. Откусывая круассан, невольно закрываю глаза, наслаждаясь им. А когда открываю, то встречаюсь с его жадным взглядом. Он смотрит так, словно для него я- самая желанная сладость. Смущаясь, кладу круассан на тарелку, преувеличенно внимательно стряхивая крошки с пальцев.

-Говори.- голос срывается, больше походит на писк.

-Ты ведь знаешь, зачем я здесь.- переходит он сразу к делу- Выходи за меня, Арина. Я помогу тебе с разводом, я не буду ...- он запинается, но продолжает - Не буду торопить тебя с супружескими отношениями, и я ...

Я прерываю его на полуслове:

-Нет. Мы ведь обо всем поговорили. Я не смогу тебя полюбить, да и тебе это не нужно. Ты просто хочешь реванша. - пытаюсь воззвать к его здравому смыслу, но его глаза сверкают злостью.

-Арина, если твой муж- мудак, не нужно судить всех мужчин по нему. Если я сказал, что люблю тебя - значит, это действительно так. И я предлагаю тебе...

-Нет!- звонко выкрикиваю я- Нет! Больше ни замуж, ни отношений, я ничего не хочу!

-А позапрошлой ночью ты считала иначе.- поддевает, а я не знаю, куда спрятать взгляд от стыда. Довольно глупая затея - впустить его сюда, я ведь знала изначально, чем все кончится. Мы с ним - точно одинаково заряженные частицы. Стоит нам оказаться в одном помещении в радиусе ближе метра друг к другу - воздух начинает искрить. Вот и сейчас по его напряженной позе я вижу, как тяжело ему себя сдерживать. Но не делаю уступать:

-Ты думаешь, что я смогу тебя простить за неё? - тихо спрашиваю, не надеясь на ответ.- За то, что ты воспользовался моим состоянием, моим горем...

-Да не было никакого горя, блядь! Арина!- ревёт он, вставая со стула. Отходит чуть дальше, к окну, словно бы боится, что не выдержит и набросится на меня. - Ты сама придумала эту херову любовь, когда поняла, что и не любила этого урода! Тебе просто хотелось семью, ведь так?! Скажи, сколько раз ты думала, как бы все было, если бы ты, а не Дамир, была дочерью Миннехановых? А?! Думала, почему он не ценит семью, родителей, то, что имеет?! Ведь так?!

-Откуда ты...- я в ужасе закрываю рот ладошкой, чтобы не проболтаться больше. Тигран усмехается.

-Да на лице это у тебя написано было. Как ты выслуживалась перед свекровью, как на Аята боялась глаза поднять, но каждый раз больше жены переживала, поел ли он, как себя чувствует. Ну, и ещё одна маленькая птичка много чего напела...

Я хмурюсь, не понимая, о чем он .

-Фидан.- усмехается мужчина, ни капли не стесняясь того, что приставал с расспросами обо мне к наивной молодой девушке, конечно же, тут же все и выложившей как на духу.

-Что же, - отпиваю глоток кофе. Стараясь, чтобы не дрожали руки, ставлю стакан обратно на стол.- Ты прекрасно осведомлен обо мне, сделал все замечания касаемо того, как я неправильно жила. Предложил...что хотел предложить. Я думаю...

-Ты слишком много думаешь.- я и не замечаю, как он оказывается рядом. Поднимая меня наверх, обнимает.

-Ты такая охренительная, Арина. С утра, вот такая, настоящая. Каждый день просыпаться рядом с тобой- это счастье.

В его голосе звучит такая больная уверенность, что попахивает фанатизмом. И как это я проглядела?

-Тигран, пожалуйста. Давай не начинать сначала. Я уже всё сказала. Я прошу тебя, дай мне спокойно пожить. Я сейчас не хочу ничего. Никаких отношений, любви, ничего!

Он с мгновение смотрит на меня, а затем кивает, разжимая объятия.

-Хорошо. Я уйду. Только подумай, Арина. Просто подумай - почему каждую нашу встречу мы ругаемся, почему обо мне ты думаешь сейчас едва ли не больше, чем о муже....

***

Когда Тигран уходит, я ещё долгое время вспоминаю и его проницательность, и слова, что задели за живое. А, главное, такой странный и короткий визит. Визит, что буквально вдохнул в меня жизнь. На волне злости после него, я завершаю уборку, отдаю вещи в ближайший фонд, выкладываю в местную группу старую мебель, на которую тут же выстраивается очередь. Заказываю новую, тратя на это почти все деньги. И начинаю листать вакансии на паре сайтов.

***

Фидан изводит меня звонками и сообщениями, если о ком я и грущу в семье Миннехановых- так это о ней. Фидан никогда не станет молчать, а уж, особенно, скрывать то, что ее брат мне изменяет. В силу возраста при ней о таком попросту не говорили. Поэтому для девочки было настоящим шоком сообщение о нашем разводе. Я не стала мстить мужу, не стала открывать ей истинных причин развода, отговорившись лишь общими фразами о " разных характерах ". Но это сыграло злую шутку- Фидан, растерянная и непонимающая действительности, принялась нас "мирить ", попеременно выговаривая то мне, то своему брату за то, что рушим семью.

-Привет.- обречённо выдаю в трубку. Фидан с налета бросается в бой:

-Привет. Я сегодня с Дамиром говорила, он вещи твои собрал. Я ему запретила их сюда перевозить, папе тоже сказала, он согласен.

-Фидан...- пытаюсь остановить ее, но она лишь больше сердится.

-Ну что " Фидан"? Вы что, год собрались не разговаривать? Пообижались- и хватит. Нельзя вообще отдельно жить, Арина! А кто ему рубашки погладит так, как ты делала?- старается вызвать мою улыбку, потому что я гладила рубашки определенным образом, отчего они всегда выглядели идеально. В семье над этим частенько шутили.- У нас уже все на ушах, возвращайся, Арина!

Я расстроенно качаю головой - если бы это зависело от меня ...

-Фидан, я не одна так решила. Твой брат не желает больше со мной жить, пойми, пожалуйста. - снова стараюсь как можно мягче объяснить ей простую истину. Фидан радостно щебечет в ответ:

-Да ему обидно, что ты взяла и ушла. Он думал, выскажет тебе.... Ну , какой бред он там опять наговорил, и ты станешь извиняться как всегда, начнёшь с него пылинки сдувать. Ты же всегда так делаешь. А ты взяла и ушла! Он и не ожидал...

Теперь я пытаюсь успокоить её, но всё равно, когда мы прощаемся, Фидан всхлипывает в трубку. Я не обещаю ей, что мы будем видеться, общаться. Зачем, если это- неправда. Нам не позволят этого.

Новая жизнь заканчивается, так и не успевая начаться. Сперва у моего подъезда я вижу тонированный Ауди, понимая, что вряд ли к кому-то в доме такая машина могла приехать. И действительно, в ней оказывается Аят Разикович. После он уговаривает меня поговорить, один раз, расставив всё по местам. Взывает к моей совести, просит сделать это ради, вспоминая, как всегда вступался за меня, был на моей стороне. А когда мы приезжаем в их дом, то я слышу ругань и крики. Дамир о чем-то спорит с матерью в гостиной, но, увидев меня, оба замирают. Гульназ Ибрагимовна, скривившись, здоровается. А Дамир просто отворачивается, словно меня и нет. Аят Разикович, не обращая внимания на них, ведёт меня в свой кабинет. Закрывая за собой дверь, кивает на кресло напротив его стола.

-Садись, дочка. Разговор будет долгим.

Я сажусь, ожидая, пока он тоже сядет в свое кожаное кресло, всегда мне напоминавшее своим видом трон- большое, массивное, с резными подлокотниками.

-Дамир рассказал тебе о ...- переходит сразу к делу свекр- О том, что я обещал твоему отцу?

-Да. Рассказал. Он считает, что вы расплатились им по своим долгам.- не считая нужным лгать, говорю начистоту.

Аят Разикович разочарованно качает головой:

-Идиот. Я до сих пор должен тебе, даже больше, чем раньше. Я не думал, что все так вот выйдет.

Теперь мой черед говорить:

-Мне ничего не нужно. Ни извинений, ни долгов, ничего. Честно, я приехала сюда только из уважения к вам. Иначе бы...

Свекр соглашается:

-Да, я понимаю, каково тебе было эти годы. Я видел, как ты стараешься, как пытаешься быть частью семьи. И, сказать честно, как по мне, лучше бы ты была моей дочерью, чем этот идиот.

Стараюсь не заплакать от таких долгожданных слов. Свекр продолжает:

-Но, увы, что имеем то имеем. Я не дам ему развестись с тобой, не переживай. Он перебесится и успокоится. От тебя прошу только понимания. Давай какое-нибудь дело тебе откроем? Бизнес или что хочешь? Ресторан или магазин, салон красоты?

Я просто замираю, потрясенная его цинизмом. И как я раньше этого не замечала, идеализируя его?!

-Нет, спасибо. Мне ничего не нужно. И развода я хочу не меньше, чем ваш сын.- я лукавлю или говорю чистую правду? Сейчас, кажется, и не разобрать. Аят Разикович хмурится, недовольно постукивает пальцами по столу.

-Арина, я дал обещание...

Теперь мой черед хмуриться:

-Вы весьма своеобразно исполнили его, согласитесь? Заставили сына жениться на мне, тогда как он любил другую!

-Любил?!- гремит свекр- Этот недоносок не знает, что такое любовь! Да, они спали вместе, употребляли вместе! Но любовь?! Я тебя умоляю! Да и Аида его...

Он не успевает закончить, потому что в кабинет буквально врывается Гульназ Ибрагимовна. Она в ярости.

-Не нужно кричать на весь дом о нашей будущей невестке!- торопливо осаждает она мужа- Мы виноваты перед сыном не меньше, чем перед ней! - тычет пальцем в мою сторону.

Аят Разикович рявкает " Сядь, не мельтеши!"- и жена слушается, усаживаясь чуть позади меня, на небольшой диванчик для гостей.

-Он всегда любил Аиду, никогда не скрывал этого!- в сердцах бросает свекровь, глядя на меня так, словно бы это я заставила их женить сына на мне- А мы поступили неправильно! К тому же, Аида беременна, у нас скоро внук родится, а его отец женат на другой! Они должны развестись и немедленно!

Вижу, как свекр морщится от такой откровенной бестактности, на грани хамства. Я же лишь усмехаюсь про себя, вспоминая, как яростно настаивающая на разводе свекровь лишь вчера звонила и просила меня одуматься, не рушить семью.

-Гульназ, замолчи! - срывается он, не выдерживая- Чей там внук - это ещё нужно проверить, будто ты Аиду не знаешь.

Свекровь вся краснеет, обвиняюще указывая пальцем на него:

-А ты по себе всех не суди! Что, думаешь, будто я...

Я встаю, не желая дальше вариться во всем этом. Все взгляды устремлены на меня:

-Простите, пожалуйста,- оборачиваюсь к свекру- Но я пойду. Я не хочу сейчас трепать себе нервы. К тому же, мы действительно все решили с Дамиром. Каждый из нас согласен на развод.

-Вот видишь.- радостно восклицает свекровь, и уже более ласково обращается ко мне.- Ты не держи зла, Арина. Сама видишь, я старалась быть тебе как мать. Но раз сын давно любит другую, то в этот раз я не буду идти наперекор ему, как тогда.- снова выпад в сторону мужа.

-Пришлите мне адвокатов, я подпишу все, что необходимо. До свидания.- прощаюсь, радуясь, что все не затянулось надолго.

-Арина, подожди!- встаёт следом за мной свекр, но тут же слышен голос свекрови:

-Да оставь ты ее в покое! Хватит играть чужими жизнями как Господь Бог! Пускай живут как хотят!

-Арина, я не оставлю тебя без ничего. Квартира, машина...- доносятся в спину обещания Аята Разиковича, вот только ничего не нужно мне от их семьи. Спешу на выход, проходя мимо гостиной, вижу мужа. Он стоит спиной ко мне держит телефон у уха, о чем-то нежно воркуя с кем-то. Я прекрасно понимаю, что " кто-то"- Аида. Странно, но мне уже не так больно, как раньше. Может, эмоции притаились глубоко внутри, куда психика, не выдерживающая такого объема негативных эмоций, их загнала? Я не знаю. Главное - меня больше не тянет к нему. Гадливое неприятное ощущение возникает рядом с ним, заставляя поспешить, чтобы пройти мимо. Но сегодня везение не на моей стороне.

-Арина. - доносится голос мужа, когда я почти прохожу коридор, до заветной входной двери.

Я оборачиваюсь- Дамир стоит, напряжённо глядя на меня. В светлой футболке и светло-голубых брюках он выглядит словно с картинки в журнале о домашних буднях кинозвезд. Высокий, красивый, уверенный в себе - и чужой до боли.

-Дамир. - возвращаю ему скомканную пародию на приветствие.

-Тебя подвезти? Нам нужно поговорить. - он скользит по мне взглядом, и хмурится. Словно недоволен, что на моем лице нет ни слез, ни страдания.

-Нет, спасибо. Я доеду сама.- я не лгу, потому что на такой исход встречи я и рассчитывала, взяв с собой деньги на такси. Свекр ещё по пути сюда несколько раз говорил, что я должна остаться у них. Я отказывалась, тогда он настоял, чтобы меня обратно отвёз водитель. Я сочла за лучшее промолчать, зная, что просто устала спорить, но точно знаю - домой я сегодня доеду сама. Незачем мне их барские жесты, псевдозабота, когда реальной заботой было бы не мучить сына, заставляя его жениться на нелюбимой, не скрывать от меня их с Аидой воссоединения. А так это сродни тому, что по их вине меня грузовик переехал, а они с взволнованными лицами твердят, что я могу не переживать- они обязательно оплатят химчистку вещей.

Звонит мой телефон. Под пристальным взглядом Дамира поднимаю трубку- скоро приедет мебель, мне тем более пора.

-Всего хорошего. - бросаю я Дамиру, навсегда закрывая эту дверь в своей жизни.- И ты можешь верить или нет, но я никогда не хотела казаться хорошей перед твоими родителями, выслужиться. Я делала это только ради тебя, потому что любила. И хотела, чтобы они не держали на тебя зла за то, что взял в жены меня. Я ведь думала, это был твой выбор.

Дамир делает пару шагов ко мне- и замирает. Он хмурится, а после кивает.

-И ты прости меня. Я повел себя как мудак, сорвался. - мы встречаемся взглядами, и он понимает, о чем я думаю в этот момент. - И за предательство прости ...Я должен был поступить как мужчина, а я ...

Как ни странно, но мне ни капли не легче, но и не больнее. Апатия, равнодушие - вот, что вызывают у меня его признания. Меня сейчас больше занимает то, успею ли я доехать и принять мебель, нежели все эти уже явно бессмысленные извинения. И произносящий их бывший " главный человек в моей жизни".

***

Я меняю сим-карту, сообщая номер только Кристине и Яне, с которой мы, несмотря на первую встречу, отлично поладили. Она даже предложила помочь мне с работой, за что я ей очень благодарна. Ведь мой диплом юриста- пустышка, фикция, которой хотел Аят Разикович. Он не уставал повторять, что женщины - это цветы жизни. За ними нужно ухаживать, давать им комфорт и все условия. А " от работы кони дохнут"- у каждой женщины мужчина должен пахать как лошадь. Конечно, в его словах часто проскальзывала редактура свекрови и социальный уровень, ведь он считал, что каждый достойный мужчина должен обеспечить своей женщине ещё и быт- домработниц, готовую еду, садовника. Однажды, при упоминании о последнем я даже рассмеялась, решив, что свекровь говорит не всерьез. Но оказалась за столом единственной, кто смеётся. Свекр тогда, конечно, все понял. А Гульназ Ибрагимовна бросилась объяснять, что имела в виду тех, кто хорошо зарабатывает. Потому что окружение такое же, как и он сам, у человека. "В любом случае", - продолжила она- "Браки между своими заключаются, поэтому не возникнет вопроса, зачем садовник или е". Я тогда не смогла сдержать слез, понимая, что меня в этой схеме нет и быть не должно было. Приживалка, а не невестка.

***

-Ты ж ремонт не сделала даже.- удивлённо оглядывает квартиру Яна- Зачем мебели столько взяла.

Я смущаюсь, потому что ответить нечего. Действительно, импульсивный поступок, учитывая, что денег почти не осталось. Но за годы брака я разучилась тратить деньги, считая каждую копейку. Наверно, единственное, в чем меня не обижали у Миннехановых- это деньги. Наоборот, свекровь часто возмущалась, что я не покупаю дорогих брендовых вещей, предпочитая массмаркет, поэтому буквально за ручку водила меня по бутикам. Много драгоценностей дарила она, муж, родственники. Я все оставила, не желая забирать. Конечно, понимая, что свекр просто пока не верит в развод, думает, что все решит, как решал и мирил нас все годы ранее. Иначе бы он прислал всё- вещи, драгоценности, обязательно перевел бы денег. Нет, наоборот. Он считает себя умнее всех, поэтому действует хитрее- думает, что вместе с деньгами будет таять и моя гордость, и я вернусь обратно к мужу, приняв и простив его. Он упорно не желает слышать того, что сам Дамир этого не хочет. Впрочем, как теперь и я.

-Ну, вот так. Решила что-то новое...И вот.- уже самой смешно от абсурдности этого поступка. Модная мягкая кровать насыщенного синего цвета смотрится нелепо и аляповато в еще советском антураже.

Яна проходится по комнате и тоже смеётся:

-Да, своеобразно ты. Обычно стиль меняют или стрижку делают, может, чем увлекаться начинают, хобби какое-то...

-Мне теперь хобби не по карману. - улыбаюсь в ответ.- Теперь мое хобби- самоедство за то, что всё потратила на вот эту красоту.

Мы обе смеёмся, а через мгновение Яна хлопает себя рукой по лбу:

-Забыла. Я же тебе вот, принесла номер управляющей. Позвони. Это так, ради галочки. Я уже поговорила - тебя берут.

Первые несколько недель работы хостес проходят одновременно и нервно, и спокойно. Нервно- потому что мне приходится перестраивать всю жизнь, перекраивать себя- всё-таки, мне не 19 лет, чтобы быть счастливой и коммуникабельной. Каждый день- борьба с собой и теми путами старой жизни, что прочно связывают по рукам и ногам. ", Не улыбаться постороним", " не общаться с другими мужчинами", " женщина должна сидеть дома"- все эти установки в голове точно вводные для биологического оружия, солдата, которого переформатировали под определенное задание. А когда настройки слетели, он оказался растерян, никому не нужен, начиная с самого себя.

А спокойно? Да потому что я начинаю любить весь мир. Ведь я работаю, я- самостоятельная. Я не желаю больше того домашнего рабства, золотой клетки, что была раньше.

Контингент в заведении только уровня VIP. Яна, оказалось, раньше подрабатывала в клининге, и очень понравилась хозяйке, владелице ресторана. Она пригласила её работать официанткой, а сейчас Яна вернула долг, найдя ей хостес. Ведь у многих кандидатур не было не только знания иностранного языка, но и грамотной речи, что немаловажно в данной профессии. Хоть и воспринимается хостес как милая и лёгкая в общении девушка, но круг её обязанностей весьма обширен. И встреча иностранных гостей - одно из обязательных условий.

По вечерам иногда замечаю у подъезда тонированную иномарку- прям как в фильмах, Аят Разикович, не смирившийся с предстоящим разводом с его сыном, решил охранять строптивую невестку, приставив охрану и водителя. Но вся суть их действий сводится к тому, что они наблюдают, как я иду от автобусной остановки домой.

***

-Да, Дмитрий Александрович. Ваш столик уже готов.- улыбаюсь приятному мужчине, Дмитрию Александровичу Егорову. Высокий, лет пятидесяти, темные волосы с проседью, дорогой классический костюм. Он часто после работы заезжает перекусить, каждой новой официантке или хостес жалуясь, что живёт совсем один, без жены, без детей. А всё, о чем мечтает- это крепкая и дружная семья. С его лёгкой руки ( и не менее "брехливого языка ", как отзывается об этом Яна) уже две девушки-официантки умудрились ездить к нему домой, на ночь, в душе мечтая о предложении руки и сердца наутро. Но наутро лишь водитель Дмитрия Александровича развозил их по домам. Притом, ходили слухи, что отнюдь не с пустыми карманами. И никто бы не узнал об его коварстве, если бы не третья девушка, которой он начал петь ту же самую песню о семье и поиске любви всей жизни. Уверовав в их светлое будущее, она сцепилась со " номером два", что сказала ей правду. " Дура ты! Он просто секс ищет, а проституток брать брезгует, вот и все! Или фетиш у него такой, типа, охота". Девушки подрались прямо в зале, скандал был ужасный, уволили всех трёх, когда вскрылась правда. Поэтому и меня Ада Альбертовна очень строго и долго инструктировала насчёт запрета внерабочих взаимоотношений с клиентами, прежде чем принять на работу.

-Ох, Ариночка. Вы просто - умница. Настоящая хозяюшка. - хлопает он меня по руке, подходя чуть ближе- Если бы я вас раньше встретил - точно бы женился.

Я улыбаюсь, не отвечая на заигрывания. Мы доходим до столика, который находится в нише, задекорированной по бокам лёгкой вуалью и тяжёлыми портьерами по краям. Приглашаю официанта, но Дмитрий Александрович качает головой.

-Аринушка, ну ты всё время меня покидаешь. Только встретила - и спешишь уйти. Побудь сегодня моей- он намеренно делает паузу, а затем, с хитринкой во взгляде, продолжает.- Официанткой.

-Простите, Дмитрий Александрович, мне нельзя. Вы же знаете, что...- начинаю аккуратно подбирать слова, чтобы отказать. Но он обрывает:

-Если с Адой проблемы какие- так я это могли решу. - он лезет в карман в поисках телефона, а затем кивает мне, отходя чуть в сторону. И звонит....Аде. По крайней мере, из его фраз я делаю такой вывод. Может, снова обманывает?

Но тут звонит мой телефон, спрятанный в потайной карман в складках формы- мы должны быть всегда на связи, но при этом клиент должен видеть, что никаких интересов и дел у хостес, кроме его любимого, нет.

-Да, слушаю.- с удивлением отвечаю хозяйке, а та на взводе.

-Ариш, слушай. Обслужи сегодня Егорова. - хозяйка заметно нервничает, и ее волнение передается мне.- И всё, что скажет, делай.

-А как же....Вы же сами запрещали, Ада Альбертовна.- шепчу, поглядывая краем глаза на самодовольную физиономию Егорова, что уже развалился на диване, и так и сверлит меня взглядом.

-Да. Но ты знаешь, тут....Если бы это был кто-то другой...В-общем, время тратим, Арина!- злится она- Скажу только одно. Он- не тот человек, которому можно отказать. Поэтому сегодня ты- его официантка. А зал...Свете позвоню сейчас, справится!

И сбрасывает звонок. Я, уже предчувствуя неладное, иду к Егорову на ватных ногах. Уж очень недобро он на меня глядит.

-Ну, вот видишь. Все и уладили. Садись-ка рядом со мной, будешь мне советовать, что брать. - похлопывает он по месту рядом с собой, а я замираю на месте. О таком речи не было.

-Минутку, я сейчас схожу за меню.- пытаюсь выгадать немного времени для себя, но он взмахом руки отсекает эту возможность.

-Садись. Тут есть кому меню принести. А ты мне вечер скрасишь. Это ведь- он с нажимом подчеркивает - Твоя задача? Скрасить гостю вечер?

Я молча киваю, протискиваясь между столиком и диваном так, чтобы не задеть его никаким образом.

-Добрый вечер, вот ваше меню.- слегка удивлённо произносит один из наших официантов, Артем, увидев, что я сижу вместе с постоянным гостем.

Дмитрий Александрович недовольно хмурится, отсылая его:

-Ступай. И меню забери, я передумал- Ариша его наизусть знает, так ведь?- он насмешливо интересуется у меня. Я нервно качаю головой- меню я заучивала наизусть наравне с официантами, и также наравне с ними в курсе новых блюд, введенных не так давно, и даже, что бывает весьма редко, стоп-листа на день.

-Вот и чудненько. Арина, что посоветуешь мне? Хочется мяса, молодого, сочного.- он уже откровенно издевается, придвигаясь ближе. Несколько раз делает вид, что просто поправляет брюки в области паха, но я вижу, как при этом он с вызовом смотрит на меня, надеясь, что я стану смущаться или хотя бы перестану делать в ответ вид, что совершенно не замечаю этого.

-Есть каре ягненка " Блю совиньон" со сливками и лисичками на огне, теленок " Де Труа" под тремя соусами, мраморная...

-Давай сегодня положится на тебя? На твой вкус, идёт?- ослабляет он галстук, а затем и вовсе, чертыхнувшись, снимает его.- Изматывает работа, знаешь ли. А домой не хочется. Некому встречать в холостяцкой берлоге.

Я сижу как на иголках, понимая, что песочные часы моего личного ада перевернулись. Здесь как в " Пиле"- игра началась. Потому что сегодня Дмитрий Александрович настроен весьма решительно, и судя по его тяжёлому взгляду, одними словами дело не кончится. Да и я как-то слышала, что мил и добр он только с теми, кого собирается уломать или же кого уломал, и пока в новинку. Притом, проделывает он это в разных ресторанах вип-уровня, прекрасно понимая, что его попросту боятся хозяева заведений. "Чиновник крупный, но под ним ещё вся налоговая и полиция с прокураторой" - такую его характеристику я услышала как-то от одного из официантов.

Что же касается посмевших ему отказать, он мстителен и злобен, впрочем, это- только слова. Может, наоборот, кто-то из метивших на место его супруги назло такие сплетни распустил - я не знаю.

***

-Простите, но мне придется уйти. - убираю руку гостя, которая уже практически залезла мне под платье. Дмитрий Александрович усиливает нажим, я вскрикиваю от боли, когда он буквально отшвыривает мои руки от подола платья. Обладая меня ароматом вина, рычит в лицо:

-Хватит выделывается. Мне Ада сказала, что ты согласилась!

Я пытаюсь встать, но он удерживает меня на месте.

-Арина, не ломайся. Я всегда хорошо плачу. Спроси у других. Я вокруг тебя столько хожу, обхаживаю...

Возмущённо поворачиваюсь к нему:

-Я не продаюсь! Уберите руки, или я закричу.

Он смеётся, а затем вдруг рывком подминает меня под себя.

-Ты смотри, какая шлюшка строптивая попалась. Цену себе набиваешь? Так не нужно, - он шарит по моему телу руками, я отбиваюсь, но он сильнее и больше в несколько раз.- Я же не спорю. Они- официантки, ты на ранг выше, хостес. Я оплачу по прайсу. - гадливо смеётся он, и резко дёргает платье, да так, что оно с треском расходится. Я в ужасе понимаю, что он сейчас может сотворить со мной что угодно, а охрана будет делать вид, что ничего не слышит и не видит. Моё спасение в других посетителях.

-Помогите! Помоги....- начинаю, обезумев от страха кричать, но рот мне зажимает его рука. Теряя последние остатки рассудка, другой рукой он принимается бороться с ремнем на своих брюках. И тут я, изловчившись, с силой кусаю его ладонь. Мгновение - он открывает руку от моего лица, а после удивлённо подносит её к своему. Словно бы не веря, что это произошло. Что кто-то решился не просто ему отказать, а бороться.

-Ах ты ж сука!- ревёт он, и бьёт наотмашь по лицу. Потом ещё и ещё, а после почти срывает с меня платье, пользуясь тем, что я закрываю лицо руками, тихо поскуливая.

Я словно в полусне наблюдаю дальнейшую картину - он хищно улыбается, приподнимаясь, одной рукой расстёгивает ремень и брюки, а затем спускает их вместе с трусами. На шум врываются два охранника и официант, растерянно выглядывающий из-за их спин. После небольшой заминки охрана не оттаскивает его, а ...уговаривает прекратить, на что Егоров попросту шлёт их на три буквы, но все же пытается натянуть обратно трусы и брюки. Я отползаю назад, замечая, сколько посетителей и официантов собралось позади охранников. "Их некому отогнать"- пытается съюморить, чтобы не сойти с ума от ужаса, мозг-" И охрана, и хостес ведь тут.".

-Да что, блядь, встали. Помогите!- орет на охрану Егоров, и те бросаются.... поднимать ему брюки. Это унизительно, комично, абсурдно. Кто-то даже снимает нас на телефон, но я не в силах даже возмутиться такой подлости.

-Расходимся, расходимся. - раздаются голоса, и замечаю охрану Егорова, что всегда сидит за одним из дальних столиков, пока тот окучивает очередную жертву. Завидев своих охранников, Егоров молча указывает на меня, и те уже шагают ко мне, но моих сил хватает, что закричать " помогите"- и за меня, выйдя из оцепенения, вступается Артем. Правда, тут же на него бросаются охранники Егорова. Но дальше я уже падаю в объятия спасительного беспамятства, вырывающего меня из лап боли и страха.