Измена. Я отомщу тебе, дракон!

       – На колени.

Мурашки не заставили себя долго ждать.

Каждый раз, когда от дверей моих покоев доносился приказ, я вздрагивала и начинала трястись словно осиновый лист.

Обладателю баритона с хрипотцой, было всё равно, боюсь ли я и как я себя чувствую.

Я для него грязь. Инкубатор для вынашивания наследника. Кукла для постельных утех. Подушка для битья, если желаете.

       — Я сказал – на колени.

Да. Повторять он не любит.

Я послушно опустилась на колени, опустив голову и скрепив руки в замок. Каменный пол был ледяным, поэтому кожа покрылась колючими мурашками, а соски затвердели.

       — Хорошая девочка, – прозвучало над правым ухом, и мужчина коснулся меня пальцами, ведя по коже вдоль шеи, вызывая повторный табун мурашек, только уже от омерзения, – Что тебя ждёт за непослушание, Катарина?

       — Наказание. – Прошептала я, еле слышно, стараясь слиться с интерьером комнаты, хоть и понимала, что он пришёл с определённой целью, его не остановить.

       — Умница.

Руки соскользнули с моего тела, и я услышала стук сапог, удаляющихся от меня.

Раз в два дня, ранним утром мне приходила записка, в которой мужчина уведомлял меня о своём визите, а также список его пожеланий. Лишь одно всегда было неизменным.

Встречать я должна была его полностью обнажённой и на коленях.

Унизительнее этого я ничего не испытывала, но горько поплатилась за своё неповиновение в самый первый его визит.

       — Ты снова ослушалась меня, Катарина.

       — Милорд…

       — Молчать. – Ледяной тон не сулил мне ничего хорошего, и я судорожно вздохнула, ожидая своей участи.

       — Женщина должна повиноваться. Делать так, как ей было велено. Без разговоров, препирательств и возражений. Это понятно?

       — Да, милорд. – Я покорно опустила голову ещё ниже, превратившись в закорючку.

       — Умница. Но наказания тебе не избежать.

Наступила зловещая тишина, после чего я снова услышала звук шагов мужчины, который остановился прямо около меня.

Я уже понимала, что меня ждёт, поэтому когда прозвучал первый свист, даже не удивилась, а боль… Она пройдёт. Надо лишь потерпеть.

Но сегодня он был, как никогда, жесток.

Когда плётки стало мало, меня грубо схватили за волосы и потащили на кровать, к которой тут же приковали, широко разведя мои ноги и связав руки высоко над головой.

Мужчина неспешно осмотрел меня, а потом быстро разделся и залез на меня сверху.

Его член уже был в полной готовности, когда головка коснулась моего рта. Я послушно распахнула губы, впуская его внутрь, потому что неповиновение стоило бы мне дороже.

Он вбивался в мой рот так глубоко, что я задыхалась. Давал пару секунд на вдох и снова делал то же самое, пока я снова не начинала задыхаться. Мужчина хрипло стонал, прижимая мою голову к паху, крепко держа за волосы, пока не достиг кульминации и не излился мне прямо в рот. Плевать было нельзя. Только глотать. К этому я тоже уже привыкла.

Потом меня брали сверху, дальше отвязывали и брали сзади, а когда становилось совсем яростно, брали туда, куда я никогда не думала, что можно брать.

А вот последующие изливания были только в меня, потому что ему требовался наследник, которого могла подарить ему только я.

Я глотала слёзы, снова задыхалась, но боль и издевательства терпела, деваться мне было некуда.

Когда мужчина покинул мои покои, предварительно меня отвязав, я ещё минут тридцать просто лежала и смотрела в потолок.

Горькие и крупные слёзы, скатывали по моим щекам ручьями, но из горла не вырвалось ни звука.

Я хоронила себя, будучи ещё живой. Больше всего на свете, я мечтала умереть и больше не испытывать этого кошмара по имени Джейдон Вемион.

Граф, дракон и последние полгода – мой муж.

Живот саднило, спина болела нещадно, руки и ноги уже покрылись синяками от наручников, державших меня последние несколько часов.

Вставать с кровати было тяжело, но я осилила, и со злостью сорвала с неё одеяло, простыни и подушки. Спать на этом не хотелось, лучше на голом полу.

Хромая, пошла в ванную, где в огромном зеркале отражалась неизвестная мне девушка.

От природы у меня длинные белоснежные волосы до талии, стройная фигура, длинные ноги и большая грудь, которая так и приманивала взгляд всех моих ухажёров.

Теперь от той леди не осталось ни следа. Худое лицо, острые скулы и впалые щёки, кости таза торчат от сильной худобы, от стройных ног остались одни кости, обтянутые кожей. Огромные чёрные мешки под глазами делали меня похожей на умертвие, но мне было абсолютно всё равно.

Кожа, которая раньше была фарфоровой, словно тонкие лепестки розы, сейчас была покрыта порезами, царапинами и синяками, не успевающими заживать после визита моего мужа.

Встав под струю воды, сжала зубы от резкой боли по всему телу, но не ушла. Стерпела купание, укуталась в махровый халат на мокрое тело, и хромая пошла в спальню.

В ней уже не осталось следа от моего всплеска. Служанки привели в порядок комнату, а также поменяли постельное бельё и зажгли камин, который всегда тушили во время визита мужчины.

Ситуация, в которой я оказалась, была совершенно неприемлемой, но рассказать о ней я никому не могла. Меня связывали клятвы, данные моему мужу в первый день нашей семейной жизни. И поэтому я терпела. Искать выход, было бесполезно и глупо. Он всё равно меня найдёт.

А так всё прекрасно начиналось…

Пока, однажды, я не зашла в его кабинет без стука… После этого он изменился.

Мы встретились на одном из приёмов, которые устраивала герцогиня Девон, и практически сразу не смогли оторвать взгляд друг от друга. Истинность в наше время – удача!

Когда на поем запястье появилась метка, я превратилась в самую счастливую девочку в мире. Мои розовые мечты бежали далеко впереди меня. Любовь, парочка деток и дом — полная чаша. Только этому не суждено было сбыться.

После первой брачной ночи я летала в облаках, полностью уверенная, что так будет всегда. Но муж стал отдаляться. Заметила я это слишком поздно. Спустя два месяца, его задержки на службе стали регулярными, а визиты в мою спальню – более редкими. Вскоре со мной перестали завтракать, а потом и ужинать. Не передать словами, как мне было больно и горько от мысли, что я что-то сделала не так. Что мой любимый потерял ко мне интерес, хотя это и было невозможно. Мы же истинные.

Истинные.

Я повторяла себе это каждый день, но ничего не менялось.

В один из одиноких вечеров, сидя около окна и рассматривая, как ветер шевелит верхушки деревьев, я увидела, как на территории открылся портал, из него вышел мой муж и быстрым шагом направился в дом.

Я услышала, как хлопнула входная дверь, приглушённый разговор моего супруга с дворецким и гробовую тишину.

Посидев ещё немного, сделала глубокий вдох, вышла из спальни и направилась в сторону кабинета мужа, в котором он проводил вечера, с целью наконец-то обсудить, что же происходит.

Замерев около двери, стушевалась. Обычно я не позволяю себе посещать своего мужа без его позволения, а здесь вломлюсь в его кабинет?

Сделала пару шагов в сторону своей спальни, резко развернулась и толкнула дверь, входя в комнату.

Картина, которая открылась моему взору, выбила воздух из лёгких напрочь.

Мой муж сидел на своём кресле, штаны были спущены, а внизу виднелась рыжеволосая шевелюра, которая усердно шевелила головой, лаская графа, отчего он постанывал, чуть прикрыв глаза, и ласково поглаживал её по затылку.

        — Что здесь происходит? – срывающимся голосом прошептала я, отпустив дверь, которая распахнулась ещё больше, столкнувшись с тумбой и уронив с неё вазу. Та, с громким звоном раскололась вдребезги, а парочка передо мной встрепенулась, и оба уставились на меня.

        — Что ты делаешь в моём кабинете, Катарина? – ледяным голосом спросил мой благоверный, не спеша, застёгивая штаны.

Девушка обиженно надула губки и нехотя поднялась, смотря на меня осуждающе.

«И это я виновата?» – я задохнулась от возмущения.

        — Прекрати, Катарина, – прозвучал голос моего мужа, – Что ты хотела?

        — Ты ничего не хочешь объяснить? – уточнила я, еле сдерживая слёзы от обиды.

        — А что я должен объяснять? – он иронично поднял бровь. – Ты моя жена. Как я провожу своё время – тебя не касается. Твоя задача рожать мне наследников и заниматься их воспитанием.

        — Что? – я ошарашенно подняла на него глаза, уже полные слёз. – Мы же истинные…

        — Истинность переоценена. – Отрезал муж, обошёл стол и подошёл ко мне вплотную.

        — Больше я не хочу, чтобы ты врывалась в мой кабинет и спальню, тебе ясно? – в его глазах зажёгся опасный огонёк, выдавая степень его раздражения.

        — Ты полагаешь, что я буду это, – я указала пальцем на рыжую, которая расположилась в кресле мужа и точно не собиралась никуда уходить, – терпеть?

Он глубоко вздохнул, прикрыв на секунду глаза, а потом произнёс:

        — Ты будешь терпеть всё, что будет необходимо. Ты моя жена. Твои задачи известны. А я сам буду решать, с кем мне проводить ночи. Это понятно? – в голосе зазвенела сталь. – Прочь отсюда.

Его слова били по мне, словно пощёчины. Хотелось сжаться в клубок и исчезнуть, но я не позволяла себе расплакаться. Где угодно, только не на глазах у этой…

Прибежав в свою спальню, я проплакала весь остаток ночи и день, а вечером, опухшая от слёз, я впервые услышала от своего мужа ледяное:

        — На колени.

Время всё шло, а беременность не наступала.

Умом я понимала, что Джейдон ходит ко мне так часто, чтобы я понесла, но почему-то никак не получалось. Я ежечасно молилась, чтобы наконец-то забеременеть и всё это прекратилось. Но всё было тщетно.

Я также понимала, что, скорее всего, на отсутствие беременности влияет также то, как у нас проходят ночи, мои нервы вовремя и после неё.

Замкнутый круг.

Его «на колени», мой персональный ад, а потом приход целителя, который обрабатывает мои раны и даёт отвары, помогающие мне исцелиться. Я не видела своих родственников, не общалась ни с кем из слуг, не пыталась связаться с сестрой. Просто бродила по поместью, словно приведение, незаинтересованная ни в чём.

Всё переменилось внезапно.

Мне, как обычно, пришла записка от мужа, но уже с другим содержанием. В ней мужчина уведомлял меня, что уезжает по службе на север, на пару недель и пожелал мне приятного времяпрепровождения. Невольно хмыкнула, прочитав записку.

«Ну надо же… Желает мне приятно провести время... Вот гад».

Да. Брак меня изменил. Настолько легко ругательства ещё не произносились мной никогда.

Во всём надо искать плюсы. Я смогу хотя бы отдохнуть и немного отвлечься от своей ужасной жизни. Воодушевлённая прекрасными новостями, я весь день порхала по дому, словно птичка. Служанки косились на меня со смесью жалости и интереса, а мне было всё равно.

Прекрасный завтрак, прогулка по парку, наконец-то появилось желание вышивать, читать и наслаждаться жизнью. День прошёл прекрасно, завершился наивкуснейшим ужином, а потом я счастливая упала на кровать, впервые за долгое время, проваливаясь в сладкий сон, который оставался безмятежным примерно пару часов.

Напряжение я почувствовала резко. Вдруг внутри меня всё свернулось в тугой узел, причиняя мне режущую боль, заставляя закричать, но я не могла. Физически я ещё спала, а вот в моё сознание кто-то врывался, делая мне каждым своим движением очень больно.

— Катарина… – Где-то на краю сознания прозвучал шёпот, в котором я узнала мою сестру. – Катарина, возьми меня за руку, милая. Ничего не бойся.

Я, превозмогая боль, протянула руку в пустоту, и меня резко дёрнуло куда-то вверх, будто протаскивая сквозь густые заросли деревьев. Могу поклясться, что чувствовала, как ветки хлещут меня по лицу и телу, оставляя открытые раны на коже.

Сколько длилось моё истязание – не могу даже предположить, но закончилось оно глухим ударом тела об каменный пол. Моего тела!  

От резкого приземления, я, уже физически, скрутилась клубком, стараясь защититься от возможных увечий, но меня коснулись тёплые ладони и подняли на руки, унося куда-то по тёмному коридору.

— Кто вы? Что вам нужно? – пробормотала я, завозившись на руках незнакомца, пытаясь выбраться из его объятий.

— Тихо, Катарина, это я, я помогу, не дёргайся. – Голос незнакомца показался мне до боли знакомым, но голова никак не хотела соображать трезво, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как обмякнуть в чужих руках и смириться с происходящим.

В конце концов, к боли я уже привыкла…

Спустя несколько лестничных пролётов и порядка пяти тёмных коридоров, меня внесли в спальню, где положили на кровать. Осмотреть не удавалось, вокруг было темно, только камин немного освещал комнату, но недостаточно, чтобы можно было рассмотреть.

Пока я фокусировала взгляд и приходила в себя, мужчина покинул спальню, оставив меня наедине с собой, а потом дверь распахнулась и меня, только что с трудом севшую, снова повалили на кровать, крепко обняв.

— Милая, я чуть с ума не сошла! Что этот урод с тобой сделал???

Снова едва сумев оторвать от себя девушку, я снова сфокусировала взгляд и наконец-то рассмотрела её.

Передо мной сидела моя сестра.

       — Что происходит? – я недоумённо смотрела на мою сестру, которая также недоумённо смотрела на меня.

       — Милая, ты не отвечала на письма, на вестники тоже молчала, не появлялась на приёмах, когда твой муж являлся, не стесняясь с какой-то рыжей, от тебя ни единой весточки за всё это время! – она всплеснула руками, прижав их к груди. – Ты понимаешь, что мама сходит с ума?

       — Ты не могла просто приехать?

       — Я приезжала. – Сестрёнка села рядом со мной, взяв мои руки в свои. – Меня не пустили даже за ворота. Я простояла почти час, безуспешно пытаясь с тобой связаться, пока не явился Джейдон и не отправил меня домой. Сказал, что ты плохо себя чувствуешь, и выпроводил меня, представляешь!?!

Я отстранённо слушала её, соображая, что же делать дальше? Ведь это мой шанс. Исчезнуть, спрятаться, испариться, чтобы меня больше никто не нашёл. Уехать как можно дальше, где устроиться куда-нибудь, да хоть подавальщицей, лишь бы не рядом с ним…

       — Катарина, что случилось?

       — Лили, я не могу, ты же знаешь…

       — Он с тебя ещё и клятву взял? – она взорвалась, будто хлопушка. – Да как он мог???

       — Помогите мне… – прошептала тихо, но сестрёнка меня услышала.

       — Макс сказал, что можно заглушить полностью твой запах и метку, но придется на регулярной основе пить зелье. Если ты согласна, то мы подготовим всё в течение получаса.

       — Я готова. – Твёрдо сказала я, поднимаясь с кровати. – Только мне нужно переодеться и какие-то вещи с собой, это возможно?

Я старалась держать себя в руках, но голос предательски дрожал. Что скрывать? Я ужасно боялась, что он меня найдёт и вернёт обратно. Только в этот раз я не отделаюсь просто розгами и обычной «программой».

       — Я всё тебе соберу. – Лили подошла и крепко меня обняла. – Тебе нужно искупаться и переодеться, ступай в ванную.

Я кивнула и направилась в ванную, где быстро сделала все водные процедуры, не заморачиваясь на уход, масла и крема. В момент, когда я вставала на ноги, будучи полностью обнажённой, в ванную зашла сестра и ахнула, выронив на пол всё, что держала в руках.

       — Что он с тобой сделал? – прошептала сестра, подходя ко мне и легко касаясь моей спины.

Наверное, вид был потрясающий, раз у Лили такая реакция…

       — Это уже не важно. – Проговорила я, закутываясь в полотенце и поворачиваясь на неё. – Теперь мне нужно уйти. И быстро. Пока меня не поймали.

Лилиан пристально посмотрела мне в глаза, а потом резко развернулась и, стуча каблуками, вышла прочь, оставив меня наедине с собой.

Глаза предательски защипало, но я быстро смахнула непрошеные слёзы и взяла себя в руки. Сейчас не время. Сейчас важно уйти как можно дальше.

В спальне меня уже ждали Лили и Макс, муж моей сестры. Я внезапно вспомнила, что это именно он нёс меня сюда на руках.

       — Макс, спасибо. – Я чуть склонила голову перед ним. – Я тебе очень благодарна.

       — Ерунда. Мы семья, Рина. Помни об этом.

Я её раз оглянула их обоих и снова чуть не расплакалась. Моей сестре повезло. Она такая же истинная, как и я, но Макс любит её до безумия. Таких трепетных и нежных отношения я никогда не видела. Они даже на публике не стесняются показывать свою любовь. Признаться, я завидовала сестре, но по-доброму. Не она виновата, что в моей жизни всё пошло наперекосяк.

       — Какой план? – Спросила я, взяв себя в руки.

       — Я дам тебе зелья и амулет. – Проговорил Макс, протягивая мне мешочек. – Амулет заглушит твою метку, а зелья скроют запах. Пить нужно раз в два дня строго, а амулет не снимать даже в ванной. – он кивнул на мешочек, – здесь запас на полгода. Плюс деньги и немного золота. Я договорился с одним проверенным человеком, он отвезёт тебя в Кранбард. Это деревушка, рядом с Академией для магически одарённых. Там повышенный магический фон, тебя будет сложнее найти.

Я молча кивала, впитывая информацию, не упуская ни единого момента. Мне было важно, чтобы всё сложилось, раз появилась такая возможность. Я не собиралась медлить и терять драгоценное время.

       — Когда я могу уехать?

       — Прямо сейчас. Только нам необходимо обменяться клятвами, чтобы никто не смог выведать твоё местоположение.

       — Да. Хорошо. – Согласилась я.

Когда все формальности были соблюдены, и наши запястья окутала серебристая дымка, впитываясь в кожу и говоря о том, что клятва принята, пора было прощаться.

Первая не выдержала сестра. Она подбежала и крепко меня обняла, шепча на ухо слова любви и поддержки. Она рыдала и за меня, и за себя, за что я была ей искренне благодарна.

Напоследок меня обнял Макс и повёл на улицу, где с рук на руки передал мужчине.

       — Сакор, все как договаривались.

Сакор оказался мужчиной средних лет, в старой и практичной одежде, с задвинутой шляпой на лицо. Он не сказал ни слова, пока я садилась в карету, а потом просто натянул поводья и мы двинулись в дорогу.

Уже будучи в карете, я вспомнила про зелье и амулет. Проглотила залпом одну из склянок и поморщилась. Зелье на вкус было просто отвратительным, но в моём случае, оно того стоило. Амулет, к счастью, не выглядел чем-то инородным, а был вполне себе миленьким. Маленький, прозрачный камешек, похожий на слезинку, висел на серебряной цепочке, а когда я надела его на шею, аккуратно лёг в ложбинку на груди, скрывшись под лифом платья.

Я откинулась на спинку неудобной лавки и прикрыла глаза. Вот момент, когда истинные эмоции взяли верх. Внутри я вся дрожала от нервного напряжения, а ещё глубже меня сковывал страх. А что, если он меня всё равно найдёт? Мне не жить, в таком случае…

Карета мирно покачивалась, унося меня в неизвестном направлении, а меня стало клонить в сон. Бодрости покачивание кареты не способствовали, поэтому я, решив, что Макс не отправил бы меня с кем попало, устроилась поудобнее и задремала.

Снилось что-то невразумительное, тревожное. Будто я бегу по лесу, вокруг снег, а за мной гонятся тени, посланные моим мужем. Я пробираюсь сквозь сугробы, тону в них по самую поясницу и снова бегу. Я практически наяву ощущала колючий мороз и ветки, бьющие меня по лицу. И вот, уже выход из леса, я оборачиваюсь посмотреть, не догоняют ли меня, и со всей силы врезаюсь в чью-то твёрдую грудь. Мужчина обнимает меня за плечи и прижимает к себе, но я начинаю биться в истерике, пытаясь выбраться.

Просыпаюсь я с криком на устах и в ледяном поту. Оказывается, кошмар уложил меня на лавочку. Поднимаюсь полностью и сажусь прямо, пытаясь восстановить дыхание, но тут дверца кареты открывается и Сакор, подавая мне руку, говорит:

       — Миледи, прибыли на ночлег.

Постоялый двор уже был погружен в сон, поэтому в комнату меня провожала дородная женщина, в халате и ночном чепце, бурча, что-то про невоспитанных девиц и «а вот в наше время».

Я старалась помалкивать и идти, как можно тише, чтобы ни в коем случае не разбудить постояльцев.

Комната, которую мне выделили, была скромной, но чистой. Старая деревянная кровать, стол, стул, окно со старыми занавесками и ванная комната, в которой был вполне приличный душ и туалет.

Поблагодарив женщину, я сунула ей монету в ладонь, не принимая отказа, и закрыла дверь, до упора задвинув засов.

Хотелось наконец-то смыть с себя грязь и пыль дороги, а потом рухнуть в кровать, чтобы дать затёкшим мышцам хоть немного отдыха.

С учётом того, что я спала всю дорогу, мне показалось, что уснуть не получится, но водные процедуры сделали своё дело. Уснула я быстро. Только вот сон, который я увидела, не обрадовал меня ни капельки.

Я стояла в дверях кабинета своего мужа, который что-то усердно писал, сидя за своим столом. Он не обращал на меня никакого внимания, а я, вопреки страху, залюбовалась его правильными чертами лица.

Всё же он красив. Мощная грудь, спортивное тело, широкие плечи – всегда притягивают взгляд. А чёрные глаза и небрежные волосы, придают дополнительный шарм. Лишь я знала, что кроется за всей этой красотой…

Джейдон встал изо стола и прошёл к столу, от которого отошёл уже с бокалом в руках. Встав около окна, он отодвинул штору и вгляделся вдаль.

       — Я же тебя всё равно найду. – Тихо проговорил он и вдруг обернулся, чётко глядя на меня.

       — Тебе не сбежать, Катарина. Я найду тебя, где бы ты ни была, уж поверь мне.

Ледяной страх сковал моё тело и я непроизвольно начала пятиться, упираясь в стену, а потом резко проснулась всё на той же кровати в постоялом дворе.

На улице уже светило солнце и ничего не говорило о том, что кто-то за мной гонится.

Резко подскочив, я оделась и выбежала из спальни, сталкиваясь в коридоре со своим извозчиком.

       — Леди, с вами всё в порядке? – он обеспокоенно оглядел меня.

       — Да, – пробормотала я, – нам пора. Правда. Нам надо торопиться и уезжать отсюда. Прошу вас. – Взмолилась я.

       — Я, собственно, за этим и шёл. Вас позвать. – Пробормотал мужчина и повёл меня на выход.

И только сев в карету и отъехав на приличное расстояние, я смогла расслабиться и привычно откинуться на сиденье.

«Совсем чуть-чуть. Мне нужно немного времени. Там он меня не найдёт», – твердила я про себя словно молитву, но тут карета резко остановилась. Лошади заржали, нервничая, а с Сакор спросил:

       — Чем могу помочь? 

Чуть отодвинув занавеску окошка, я за пару мгновений успела рассмотреть тех, кто нас остановил.

Разбойники.

Одежда практичная, но старая, дабы не замарать при разбое. Лица у всех закрыты повязками, на головах – шляпы с широкими полями. Главный среди них сидел на лошади, чуть впереди всех и вёл диалог с Сакором, который, казалось, совершенно не нервничал.

       — Что везёте? – спросил незнакомец.

       — Ничего. – Голос мужчины даже не дрогнул. – Еду по приказу господина в его загородное поместье. Здесь недалеко.

       — А если мы проверим? – разбойник явно забавлялся сложившейся ситуацией, ни на секунду не поверив извозчику.

       — Прошу. Мне скрывать нечего.

Я похолодела. Как это нечего? А как же я?

Я истерично пыталась придумать, что же делать, пока предводитель спрыгивал с лошади и подходил ближе к карете. Его осмотр начался с задней части, куда был прикреплён мой багаж.

       — И чей это чемодан? – прозвучал ленивый вопрос.

       — Так, молодая госпожа попросила отвезти подальше старьё и раздать слугам. – Залебезил Сакор. – вышло же из моды, вот и отправила. Кто их, богачей поймёт.

       — Хм.

Когда мужчина подошёл к дверце, я сжалась в комок и была готова залезть, хоть под лавку, было бы там место, лишь бы меня не обнаружили. А когда дверца кареты распахнулась, я застыла изваянием, глядя на разбойника.

Мужчина был молод, может, чуть старше моего мужа. Лицо также закрыто повязкой, на голове шляпа, а фигуру скрывал чёрный плотно-запахнутый плащ.

Меня невозможно было не увидеть, но мужчина мазнул по салону кареты и, потеряв интерес, захлопнул дверцу, давая указание своим ребятам двигаться дальше.

Сакору они не сказали ни слова, а просто уехали, не взяв ничего.

Когда карета тронулась, меня охватила мелкая дрожь. Я не могла понять, почему меня не увидели, а высовываться пока опасалась. Сакор тоже молчал, управляя повозкой и продолжая путь.

Спустя час, стали раздаваться громкие разговоры, будто мы въехали в населённый пункт и мы остановились. Дверь распахнулась, и я увидела привычную руку извозчика. Испуганно посмотрев на него, увидела многозначительный взгляд и молча выскользнула из кареты.

Очередной постоялый двор, в котором мне также была выделена комната, только на этот раз меня до неё проводил мой попутчик.

       — Вы в порядке? – обеспокоенно спросил он, едва за нами закрылась дверь.

       — Что это было? – воскликнула я, обернувшись на него и вопросительно приподняв бровь.

       — Леди, неужели вы думаете, что вас бы отпустили одну без защиты? Господин сразу оснастил карету глазоотводом, чтобы мы смогли не переживать о разбойниках. Я лишь надеялся, что вы не выдадите себя.

       — Мог бы и предупредить. – Пробурчала я, снимая с себя плащ и вещая на крючок.

       — Оставлю вас, пожалуй, – Сакор попятился к двери. – Нам остался всего день пути, выезжаем с рассветом.

Я молча кивнула и упала на кровать, стоило двери за мужчиной закрыться. Дорога выматывала, а мысли по поводу преследования не давали ни на минуту расслабиться.

Умом я понимала, что Джейдон сейчас находится на службе и, скорее всего, ему попытались доложить о моём исчезновении, но туда, куда он направлялся с рейдами, обычно не доходили вестники. У меня была фора. Внезапное и удачное стечение обстоятельств дало мне шанс на свободную жизнь. Пусть и вдали от привычной жизни и родных, но лишь бы подальше от этого монстра.

На этот раз я пропустила водные процедуры, потому что банально вырубилась. Усталость брала своё.

В этот раз ничего не снилось, чему я была безмерно рада. Утром, вскочив с рассветом, я приняла холодный душ, оделась и вышла наружу, где около кареты меня уже ждал Сакор.

И снова дорога, лес, пара деревень и степь. Реже попадались одинокие путники, которых мужчина любезно подвозил до ближайшего поворота на поселение, а также экипажи с чопорными извозчиками, видимо, везущие высокородных господ.

К вечеру вдали показались шпили замка, который, по пояснению мужчины, как раз таки и являлся Академией для одарённых.

То, что магический фон изменился, я почувствовала сразу, как только мы проезжали указатель. Воздух был более тяжёлым и будто сладковатым на вкус. Так влияют на него остатки магических тренировок адептов. Я с интересом разглядывала из окна аккуратные домики и магазинчики, выстроившиеся вдоль проезжей части.

Городок мне понравился. Учебный год уже начался, поэтому по тротуарам бродила молодёжь, цепляя девчонок и просто попивая чай в уличных кафетериях.

Я, с завистью, смотрела на счастливых девушек и беззаботных парней, у кого жизнь только начиналась, про себя лелея мечту, когда-нибудь испытать подобное счастье. Не обязательно учёба, нет. Любое.

Занятая своими мыслями, не заметила, как мы остановились около белоснежного особняка, который утопал в зелени, хоть на улице уже вовсю орудовала осень. Белый кирпич приятно контрастировал с тёмно-коричневыми колоннами. Здание было простым, но дорогим, о чём говорили материалы и стиль, в котором он был построен. Здесь явно обитал некто очень обеспеченный.

Привычно отворила дверца и снова протянутая рука Сакора, в которую я вложила свою, выбираясь из кареты.

       — Где мы? – опасливо спросила я у мужчины.

       — Мне было велено привезти вас по этому адресу. Пройдёмте. – Он махнул рукой, указывая на дом, ворота которого уже открывал лакей.

Молодой парнишка, лет пятнадцати, был одет в чёрные брючки и белую рубаху, был вежлив и обходителен, пока провожал нас до входа. Дверь в дом открыл уже дворецкий, который, казалось, был олицетворением кротости и достоинства.

       — Прошу вас, проходите. – Мягким голосом произнёс мужчина, закрывая за нами дверь. – Милорд ожидает вас.

Я недоумённо покосилась на моего попутчика, но он лишь отмахнулся, доставая что-то из нагрудного кармана и направляясь за дворецким. Мне ничего не оставалось, как посеменить следом.

Нас проводили в просторную гостиную, где на столике уже стоял пузатый чайник и несколько чашек, а также конфеты и пирожные.

       — Будьте добры, угощайтесь. Его светлость сейчас спустится. – Произнёс дворецкий и откланялся, оставив нас одних.

Мне до одури хотелось спросить, что это всё значит, но не успела я открыть рта, как дверь снова отворилась, являя моему взору того, кого я ну никак не ожидала увидеть здесь.

Я невольно попятилась от мужчины, с ужасом глядя на его улыбающееся лицо.

       — Катарина, всё в порядке. – Выставил он руки перед собой. – Я не причиню тебе вреда, обещаю.

Верить ему не хотелось от слова совсем. Ну как можно поверить в этой ситуации брату собственного мужа???

Насколько я знала, Корнелиус Вемион, работал преподавателем в той самой академии, рядом с которой мне велели спрятаться, но что я буду жить у него… Об этом не могло быть и речи!

Виделись мы лишь раз, на нашей свадьбе с Джейдоном, но не перекинулись и парой слов. Они с братом не очень общались друг с другом, уж не знаю почему.

       — Кат, я говорю правду. Просто выслушай, ладно? – мужчина не оставлял попытки достучаться до меня. – Присядь. Ты всегда можешь уйти.

Я коротко кивнула и села на самый краешек кресла, чтобы в любой момент вскочить и убежать отсюда подальше.

       — Мы учились с Максом вместе, – начал Корнелиус. – Два дня назад, он связался со мной и попросил приютить у себя леди, сослался на какие-то обстоятельства, попросил о секретности. Я дал согласие не раздумывая. Макс – мой друг. Но когда я сейчас увидел тебя, у меня кое-что сошлось. Джейдон ведёт себя странно в последнее время, так что, я предполагал, что его поведение могло сказаться и на семье.

Я опустила голову, покраснев, словно помидор. Мне было ужасно неловко говорить о своей семейной жизни, даже вскользь, с посторонним мужчиной.

       — Катарина, я укрою тебя, он не найдёт тебя здесь. Ты сможешь уйти, когда захочешь и если захочешь. Под моей крышей ты можешь чувствовать себя в безопасности, будь уверена. – Мужчина выжидательно посмотрел на меня, пытаясь рассмотреть мою реакцию.

Да какая у меня может быть реакция?

Внутри всё вопило, чтобы я уходила прочь, но какая-то часть меня поверила Корнелиусу. Немного обдумав, я решила рискнуть. В любом случае опыт побега у меня есть, поэтому найду способ.

       — Спасибо, милорд. Я благодарна, что вы вызвались мне помочь. – Тихо проговорила я, намеренно держа дистанцию.

       — Я не буду настаивать, но дома ты можешь звать меня просто по имени. – Он вздохнул с облегчением, получив мой ответ.

Мужчина не давил, а потому откланялся и оставил меня наедине с чаем и сладостями. До меня доносились обрывки фраз, но, в общих чертах, я поняла, что отдавались приказы на моё размещение и развлечение. На мой взгляд, это было лишним, но вмешаться я не решилась. Единственное, о чём я могла думать, это о душе и кровати.

Вскоре за мной пришла милая горничная, которая и проводила меня в мои покои, навязываясь с помощью, но я отвергла её предложение сразу же. Заперлась изнутри на все замки и ещё долго сидела, смотря в одну точку и прислушиваясь к шорохам. Теперь мне казалось, что меня преследуют, и сейчас сюда ворвётся мой муж, с целью забрать меня назад.

Просидев так какое-то время, я тряхнула головой, скидывая наваждение, и отправилась в душ. Тёплая вода приятно расслабляла мышцы, вызывая ещё большее желание провалится в сон. Еле добрела до кровати и упала на мягкую перину, свернувшись клубочком, медленно уплыла в сон.

Очнулась я посередине комнаты, а передо мной стояла кровать, чуть укрытая сверкающим балдахином. Спальня была мне не знакома, но интерьер был распространённым и довольно дорогим. От рассматривания барельефа меня отвлекли сладкие стоны, которые доносились из-за ткани, и возня оттуда же.

Чуть обойдя кровать, я откинула тяжёлую ткань и замерла в оцепенении.

Там слились друг другом двое… Мой муж и та рыжая девушка, что ласкала его, перед моим побегом, в кабинете.

Вечно холодный со мной мужчина, сейчас страстно сжимал девушку в своих объятиях, изводя её своими ласками, доводя до исступления и вырывая из её груди хриплые стоны. Мужчина интенсивно вколачивался в её лоно, сидя, облокотившись на спинку кровати, а девушка, оседлав крепкие бёдра, покачивалась в такт сильным движениям. Волосы расплавленным янтарём разметались по её спине и плечам моего мужа, безусловно, привлекая его внимание, потому что то и дело, руки мужчины соскальзывали с бёдер девушки и чуть сжимали кончики волос, потягивая их вниз и заставляя рыжую откинуть голову и подставить под поцелуи свою сочную грудь.

Я стояла, в ужасе смотря на измену собственного мужа своими собственными глазами, а внутри меня бушевал огонь ревности. Меня сжигало изнутри от обиды, горечи, разочарования и жалости к себе, но я не могла оторвать взгляд от пары, которой до меня не было никакого дела.

Внезапно девушка вскрикнула, по её телу пошла дрожь наслаждения и она откинулась на грудь мужчины, сладко постанывая от полученного удовольствия. Но вдруг всё изменилось…

Глаза рыжей, что мгновение назад были с поволокой от оргазма, устремились ровно на меня, а окружающее пространство снова завибрировало, оставляя нас с ней наедине, лицом к лицу.

Девушка скривила красивые губы, осматривая меня с ног до головы, а потом произнесла:

       — Ты ему не пара. Ты не смогла подарить ему наследника, а я смогу. – Противная улыбка озарила её лицо, после чего она лениво потянулась и, отвернувшись от меня, стала отдаляться.

Напоследок обернувшись, она бросила мне брезгливое:

       — Он будет моим, и тебе придётся всю жизнь провести взаперти или в бегах. Удачи спрятаться, тебе всё равно это не поможет.

Очнулась я в холодном поту в постели, где буквально недавно забылась крепким сном. Горькие слёзы полились из глаз ручьём, выводя наружу все мои переживания. Я захлёбывалась в собственном бессилии и безысходности, когда предплечье невыносимо зажгло. Вскрикнув, я посмотрела на метку истинности и в ужасе подскочила с кровати, оглядывая помещение, будто кто-то мог уже находиться здесь.

Метка была раскалена до предела и светилась, указывая на то, что на меня началась охота.

Джейдон начал поиски своей жены.  

Не выдержав сидения в спальне, где мне казалось, что за мной наблюдают стены, я выскочила в коридор и спешно спустилась вниз, в надежде застать хоть кого-то не спящего.

На пути мне не встретилось никого, хоть коридоры и освещались, а, завернув за поворот к лестнице, я врезалась прямо в твёрдую грудь брата моего мужа.

       — Катарина, в чём дело? – он придержал меня за плечи, обеспокоенно глядя в глаза.

Я не смогла унять дрожь и произнести хоть слово, поэтому просто указала на метку и скривилась.

       — Та-а-ак. Понятно. Он начал поиски. – протянул Корнелиус. – Идём со мной.

Я не стала спорить и двинулась следом за мужчиной, который быстрым шагом двигался куда-то по коридору прямо, а не вниз.

Пройдя несколько комнат мимо, мы вошли в крайнюю, где располагался кабинет мужчины. Корнелиус запер за нами дверь, усадил меня в кресло, а сам обошёл стол и начал рыться в шкафу около стены. Зазвенели склянки, зашуршала бумага, а мужчина всё так же что-то искал.

Спустя несколько минут, он победно воскликнул и повернулся на меня, сжимая в руках сосуд с янтарной жидкостью. Протянул пузырёк мне:

       — выпей.

Я недоверчиво подняла на него взгляд, всё так же морщась от жжения метки.

       — Катарина, это заглушит магию и ненадолго остановит Джейдона. Выпей.

Поразмыслив, что у меня особо нет выбора, схватила склянку и залпом выпила содержимое. На вкус оно было ужасным, но подействовало почти мгновенно. Жжение отступило, а метка снова приняла свой обычный вид. Облегчённо вздохнула и уже хотела откинуться на спинку, когда мне на плечи лёг сюртук, который мужчина снял себя. Я стала пунцовой, потому что когда выбегала из спальни, даже не подумала одеть на себя хотя бы халат. Так и выскочила в ночной рубашке. Она хоть и была целомудренной и до пят, но всё же, это не та одежда, в которой показываются чужим мужчинам ночью.

       — Прости, я очень испугалась и не подумала… – Пробормотала я, плотно укутываясь в предложенную одежду.

       — Я понимаю. – Устало произнёс Корнелиус и опустился в кресло за столом. – не хочешь поведать, что произошло?

Я отрицательно замотала головой, сжавшись в комок, хотя, казалось бы. Куда ещё больше.

       — Катарина, я понимаю, просто знай, я всегда готов тебя выслушать.

       — Спасибо. – Тихо сказала я, уставившись в одну точку.

Хоть мы и с Корнелиусом близко знакомы не были, он всё же родственник мужа. С ним я чувствовала себя, если не в безопасности, но хотя бы не чужой. Доверять, конечно, я ему пока не могла, но надеялась, что он поможет мне скрыться и дожить свой век хотя бы спокойно.

       — Ты помнишь про зелье и артефакт?

       — Да. Завтра снова буду пить. – Я вдруг непроизвольно зевнула.

       — Молодец. – Корнелиус улыбнулся. – Ты можешь занять мою спальню, если тебе страшно у себя. Я переночую в гостевой.

       — Дело не в спальнях.

       — Хорошо. Тогда давай ты поспишь у меня, а я посплю на диване. Так тебе будет спокойнее?

Я распахнула глаза, не поверив в то, что он предложил такое.

       — Катарина, – он почесал затылок, – ты не хочешь спать одна в своей спальне, не хочешь спать в моей, а теперь против того, чтобы я спал неподалёку, хотя бы на диване? Когда мне, по-твоему, спать?

Мне стало стыдно. Веду себя, словно истеричка.

       — Хорошо. Давай на диване посплю я. – Постаралась я исправить положение.

       — Об этом не может быть и речи. Идём.

Меня практически волоком довели до соседней комнаты, в которой располагалась спальня мужчины. Интерьер соответствовал её владельцу. Приглушённые тона, однотонные шторы, спокойная мебель без вензелей и прочего. Для современной моды на интерьеры этот можно было бы назвать аскетичным, но мне нравилось. Тут было уютно.

Увидев кровать, я практически наяву почувствовала её мягкость и снова зевнула, прикрыв рот ладошкой.

В спальне действительно, помимо кровати, был диван, пара тумбочек, вход в ванную и гардеробную, а также письменный стол, за которым мужчина тоже работал. И как только не путается в своих документах…

       — Ложись спать. Я постараюсь не смущать тебя, но прости, в душ всё равно пойду.

Когда дверь за мужчиной закрылась и зазвучал звук воды, я скинула с себя сюртук, повесив его на спинку стула, и юркнула под одеяло, забравшись почти с головой.

Притвориться, что я сплю, не удалось, потому что мужчина вышел, одетый в домашние штаны, опустился на диван, откуда-то достав подушку и одеяло, а потом произнёс:

       — Спокойной ночи, Катарина.

       — Спокойной ночи. – Прошептала я в ответ, понимая, что вот теперь могу уснуть.

Спала, наконец-то, без сновидений и, на удивление, крепко. Пробуждение было немного сумбурным, поскольку я не сразу поняла, где проснулась. Но мужчины на диване уже не было, а о том, что он там спал, напоминали лишь сложенное стопкой одеяло с подушкой.

На стуле, рядом с кроватью, меня ждало платье, отчего я снова покраснела. Откинув мысли прочь, пошла в душ, смывать с себя плохие воспоминания, а потом, облачившись в оставленное платье, вышла из спальни, направившись вниз.

Настроение потихоньку поднималось, хоть и поводов особо не было для этого, но я старалась думать о хорошем. Я в безопасности, вдали от тирании и издевательств, сейчас, возможно, даже позавтракаю.

Наткнувшись около лестницы на служанку, попросила её накрыть мне завтрак, отчего она пулей понеслась выполнять поручение, а я расслабленно побрела по первому этажу, пока не наткнулась на выход в сад.

Независимо от времени года, тут всё цвело и благоухало, будто середина лета. Я с огромным удовольствием прошлась по дорожке, рассматривая цветы и кустарники, обошла маленький фонтанчик, в котором плавали золотистые рыбки. В животе заурчало и я, с сожалением, двинулась в дом, в надежде, что смогу поесть, но не дойдя даже до дверей, нутром почуяла неладное.

Остановилась, нервно оглядываясь по сторонам, стараясь понять, что меня так насторожило. Внезапно кусты сзади меня зашевелились, я резко обернулась на шум и увидела два огромных красных глаза, наблюдающих за мной. От неожиданности и страха, развернулась на каблуках в надежде убежать подальше от неизвестного нечто, взмахнула руками, потеряв равновесие и вдруг, дерево рядом со мной загорелось синем пламенем, а я всё-таки упала на спину. Рычание за спиной усилилось, а я, словно по волшебству, подскочила на ноги и побежала прочь в дом. Огонь уже пожирал соседние деревья, разгораясь всё сильнее, а я истошно закричала, пытаясь привлечь к себе внимание.

Вдруг снова врезалась в твёрдую грудь мужчины, который снова поймал меня за плечи и удержал от падения.

       — Что тут произошло? – спросил Корнелиус, отпуская меня и усмиряя огонь одним движением руки.

       — Я не знаю, я просто гуляла, а там глаза, я испугалась, а там пожар… – затараторила я, пытаясь объяснить мужчине, что случилось.

       — Катарина подожди, ты горишь, тебе надо успокоиться. – Пытался вразумить меня мужчина.

Я с ужасом стала вертеться, пытаясь найти огонь на платье, но не находила его. Зато прекрасно увидела огненную дорожку там, где я бежала к дому…