Измена. Я выбираю (не) тебя

— Тебе нравится? Я всё правильно делаю? — с придыханием стонала Вика, сидя на моём муже.

— Кать? Что ты… Твою мать! Да слезь ты с меня! — увидев меня в дверях, Артём оттолкнул её.

Ещё минуту назад я была счастливой женой, искавшей мужа и сестру в отеле. И вот они занимаются сексом в её номере.

Разгорячённое дыхание, голые потные тела и стоны, которые всё ещё звучат у меня в голове… Наверное, даже этому подонку было видно, как мне больно. Будто ножом в живот пырнули.

Я ничего не могла с собой поделать, слёзы текли из глаз, сейчас мне их было не удержать. Я переводила взгляд с мужа на сестру и обратно.

— Как ты мог? — прошептала срывающимся голосом. — А ты, Вика…

Поверить не могу, что это происходит со мной, с нами. Какая же я дура!

— Катя, давай выйдем и поговорим спокойно.

Артём путался в штанах, надевая их на голое тело. Вика, небрежно накинув на себя покрывало, сидела в постели со смущённым видом.

Вот только ей не удалось скрыть самодовольство во взгляде. Не знаю, что поразило меня сильнее: то, что они переспали, или то, что она на самом деле даже не раскаивается.

— Успокойся! — с нажимом произнёс он, не стесняясь смотреть мне в глаза. — Никакой катастрофы не случилось.

— Не случилось? — рыдала я. — Ты только что изменил мне с моей сестрой! Ты совсем охренел?!

Увидев, что всё пошло не по её сценарию, Вика перетянула одеяло на себя, как по заказу включив слёзы. Это её привычная реакция, плакать, если натворила дел.

— Мне жаль, Катя. Мы с Артёмом... Мы не хотели тебя обидеть.

— Заткнись. Вы оба друг друга достойны!

Вика всхлипнула, как обиженный ребёнок.

— Не кричи! — рявкнул Артём, схватив меня за руку и вытаскивая из номера.

Ярость боролась во мне с дикой болью, хотелось выть. Я билась в его крепких руках, пока Вика хныкала на заднем плане. Ах, пожалейте её, бедняжка совершила ошибку.

— Ненавижу тебя! — прорычала я в лицо мужу.

— Сейчас мы уйдём, и ты успокоишься. А завтра отправим Вику домой и продолжим отдыхать.

— Да ты в своём уме?! Кем ты себя возомнил? Сколько раз я должна тебя прощать?

Я точно знала о двух его любовницах. Та, которая чуть не разрушила наш брак год назад, а теперь Вика. Но сколько их было на самом деле?

— Ты просто больной, ты не можешь быть нормальным мужем. Не можешь быть верным. В тебе винтиков не хватает! — я ругалась ему в лицо, изливая желчь. Это хоть чуть-чуть облегчало боль. — Ты никогда не будешь счастлив. Ни со мной, ни с Викой, ни с какой другой женщиной. Ты ущербный!

Последнее сильно задело его. Он скривился от моих слов.

— Не переходи границу.

Мой взгляд метнулся к затихшей Вике, на которую не обращали внимания. Сквозь волосы, прикрывающие лицо, она с любопытством смотрела на меня. Её губы дрожали, как у ребёнка.

Раньше это действовало безотказно. В этот раз жалости во мне не было.

— Отпусти меня! — я дёрнула плечами.

— Если ты пообещаешь не делать глупостей.

Этой фразой Артём меня добил. Я ещё что-то должна ему обещать? Я бросила на него такой взгляд, что он посчитал за лучшее ослабить хватку.

Наконец я вырвалась из его рук, желая подойти к сестре. Я не знала, что буду делать, оттаскаю за волосы, в лицо плюну, что?

Но тут мой взгляд упал на белые простыни, на которых алело пятно. Задохнувшись от неожиданности, я поймала её победный взгляд.

Повернулась к Артёму, на лице которого отражалась досада.

— Поздравляю. Ты первый мужчина моей сестрёнки, — ядовито усмехнулась почти шёпотом. Голос меня не слушался. — Больше не буду вам мешать.

Направилась к двери, вовремя увернувшись от нового захвата Артёма.

— Отвали, Полозов. А лучше сдохни!

Хлопнув дверью, я покинула грязную дыру изменщиков и пошла к морю. Казалось, что в лёгких заканчивается воздух, что я вообще разучилась дышать.

Вырвавшись из отеля, я побрела к пляжу. Ноги несли меня к воде. Слава богу, ночью никто не видел моей истерики. Я рвалась вперёд, бездумно, отчаянно. Как же больно!

Я верила этому мерзавцу, верила, что он всё осознал, что я дороже всего на свете, что теперь он боится меня потерять. Да ничего он не боится! Даже спать с моей сестрой у меня под носом.

Прямо в платье я вошла в воду. Нет, я не собиралась топиться, я не сумасшедшая. Но мне казалось, что только здесь, в воде, которая обнимет меня, я смогу излить свою боль.

Внезапно сильные руки схватили меня.

— Ты с ума сошла? — рычал Артём, вытаскивая меня на берег.

Прижал меня к себе, заставив уткнуться в его широкую грудь.

— Ничего не изменилось. Я ошибся, но я тебя люблю. Мы снова переживём это. Мы должны прощать друг друга, понимаешь?

Я понимала. Понимала, что он изрезал моё сердце на куски. И больше я его не прощу. Я снова вырвалась из его рук и серьёзно взглянула в глаза.

— Я уезжаю. Мне всё равно, что вы будете делать дальше. Я больше не хочу вас знать.

Каждое моё слово тяжело падало между нами.

— Я прилечу в Москву и съеду из нашей квартиры. Разведёмся как можно скорее и забудем друг друга, как страшный сон.

— Катя… — он потянулся ко мне.

— Между нами всё кончено, — я вынесла свой приговор, и Артём наконец мне поверил.

Последние слова повисли в воздухе, а я выбралась из воды и двинулась обратно. Соберу вещи и немедленно отправлюсь в аэропорт. Мужа и сестры больше не будет в моей жизни.

Позади раздался властный, тяжёлый голос. Кажется, Артём даже не собирался раскаиваться:

— Ты же знаешь, я тебя не отпущу. Ты моя жена, и не тебе решать, что будет с нашим браком!

Друзья, не забывайте ставить лайки и добавлять книгу в библиотеки! Подписывайтесь на мою страничку, чтобы ничего не пропустить!

Вернувшись, я закрылась в номере, закидывая вещи в чемодан. Артём стучался в дверь, грозя её выломать, но всё бесполезно. Вика за стенкой продолжала играть драму, мне хотелось её пришибить. И его вместе с ней.

Собравшись, я вызвала такси, и, пока Артём отвлекал новоиспечённую любовницу, я успела сбежать. Когда садилась в машину, велела водителю ехать быстрее, пока из отеля ко мне бежал уже почти бывший муж. Слава богу, хоть тут обошлось, я уехала, оставляя всю эту драму позади.

В аэропорту мне чудом удалось купить последний билет на рейс в Москву. И только сев в самолёт, я поверила, что побег удался, никакие черти за мной не гонятся, Артём не прибежит и не вытащит меня из самолёта.

Оторвавшись от земли, я не сдержала слёз. Они тихо катились по щекам, пока я прокручивала ужасные картинки в голове. Эти голые тела, то, как Вика извивалась на моём муже, как стонала.

Вежливое покашливание сбоку отвлекло. Симпатичный мужчина рядом протягивал мне платок.

— Возьмите, — низким голосом с хрипотцой произнёс он.

— Спасибо, — я с благодарностью взяла предложенное.

Думала, что нужно как-то объясниться, но, похоже, мой сосед уже выполнил свою миссию. Демонстративно надел наушники и закрыл глаза.

Ладно, на поддержку я и не рассчитывала. Я отвернулась к иллюминатору, но уже через пару минут сбоку донеслось недовольное:

— Я всё равно слышу, как вы сопите.

Я непонимающе взглянула на него.

— Ненавижу слёзы.

— Ну простите, что я тут переживаю драму, — возмутилась я. — Постараюсь не сопеть.

— Постарайтесь.

Вот хам. Он снова надел наушники, но снял через минуту.

— Ладно, что там у вас случилось?

— Вы же не думаете, что я буду изливать перед вами душу?

— Я не готов весь полёт слушать, как вы шмыгаете носом. Выкладывайте.

Я дар речи потеряла. Что он себе позволяет? Его симпатичная внешность и приятный голос совсем не компенсировали вредный характер.

— Ладно, — я повернулась к нему. — Я застала мужа в постели с сестрой. Как вам?

— Извращенец.

— С моей сестрой!

— А, ну это уже лучше.

— Лучше?!

— Так хотя бы просто мудак. Вы же не думаете, что вы первая, кому муж изменил?

Да уж. И до меня, и после будет ещё бесконечное количество женщин. И обычно от этого не умирают.

— А вы что? — сосед открыл пакетик с орешками, будто развлекаясь моей историей.

— А что я? Я лечу домой. Соберу вещи и подам на развод.

— А жить есть на что? Работа, квартира? Дети?

— Детей у нас нет. И не будет уже, — добавила я с грустью. — Квартиру поделим, на работу вернусь.

— Только не говори, что ты сидела дома и гладила ему рубашки, — разочарованно протянул мой сосед, переходя на «ты».

— Я на него работала! Если бы не я…

— А, патроны подносила? — он закинул орешек в рот, я засмотрелась на его плавные, уверенные движения. — А по профессии кто?

— Дизайнер интерьера. Была. Потом пришлось уйти, мужу помогать.

— А лет сколько?

Нет, он всё-таки хам.

— Двадцать пять.

— Девчонка ещё, — фыркнул он. — Ещё успеешь и замуж выскочить, и детей родить. И плюнь на своего мудака вместе с сестрой.

Он покопался в пиджаке и достал визитку.

— Нужна будет работа, приходи на собеседование.

Я прочитала надпись на карточке: Савельев Дмитрий Николаевич. Хм, оказывается, я лечу в соседнем кресле с генеральным директором крупного ландшафтного бюро.

А ведь я о них слышала. Кажется, они ворвались на рынок и перевернули его, выигрывая награды одну за другой.

— Я в вашей сфере не особо сильна.

— Научишься, — уверенно заявил он. — Будет много и работы, и учёбы, не до семейных дрязг.

Я по-новому взглянула на своего циничного соседа и улыбнулась с благодарностью. Своим равнодушным взглядом со стороны он показал мне, что моя жизнь не кончена. Впереди перемены, и они будут к лучшему!

— Спасибо, Дмитрий, я подумаю.

— Ну вот и славно. А теперь не сопи, я хочу отдохнуть.

Он протянул мне орешки, надел наушники и закрыл глаза, откинувшись назад. Но в этот раз я только усмехнулась. Наглец. Ещё некоторое время я разглядывала его симпатичное, мужественное лицо, а потом услышала:

— Хватит на меня глазеть. Дыру протрёшь.

И вздрогнув, отвернулась. Сквозь веки, что ли, видит?

В Москву я прилетела в совершенно другом настроении. Я не развалюсь на части. Дмитрий прав, я не первая женщина, которую предал мужчина.

Я не позволю Артёму вытирать о себя ноги. Он сам выбрал всё, что произойдёт дальше.

Добравшись до дома, я, не раздеваясь, рухнула на диван. Надо было сходить в душ, позвонить Полине, моей лучшей подруге, договориться о том, чтобы перебраться к ней на какое-то время.

К матери я точно не поеду. Уже представляю, как она будет оправдывать Артёма, сочувствия от неё не дождёшься.

Я взглянула на телефон, забит пропущенными от мужа. В мессенджере тонна сообщений с извинениями вперемешку с угрозами не отпустить. Да кто тебя спросит? Я не рабыня, захочу — и разведусь.

Разозлившись, я поставила кофе вариться, а сама отправилась в душ. Там под струями воды, которую я выкрутила на максимум, из меня вырвались рыдания.

Всего пять минут я отвела на жалость к себе, всё это потом. В объятиях подруги, с бокалом вина, вот там можно будет расклеиться. А сейчас — действовать.

Артём продолжал названивать, я поставила телефон на беззвучный режим, чтобы не отвлекал.

Я металась по дому, собирая самые важные вещи и присев лишь на минутку, чтобы выпить кофе и обдумать, не забыла ли чего.

Документы, личные деньги, драгоценности. Нет, я не буду демонстративно швырять их ему в лицо, могут пригодиться в моей непростой ситуации.

Договорившись с Полиной, я была готова покинуть квартиру. Слава богу, подруга не стала расспрашивать, чувствуя, что я на взводе. Вот за что люблю её, за быструю реакцию и холодную голову.

Я прошлась по квартире, с грустью запоминая дело рук своих. Всё здесь было продумано под нас двоих. Учтены все пожелания Артёма, да и мои тоже.

Мне будет не хватать этого уютного мирка, который мы строили вдвоём. Кто же знал, что всё закончится вот так?

Снова накатили слёзы, и я, чтобы не дать себе расклеиться раньше времени, переключилась на злость. Сбросила со стены наши фотографии в рамках, разбила их об пол. Нашей семьи больше нет. Мы теперь в прошлом!

Уезжала я с тяжёлым сердцем, но понимая, что так нужно. Нельзя снова прощать его, надеяться на что-то.

В этот раз он перешёл всякие границы. В следующий он с матерью моей переспит? А что, она была бы не против. Нет, это уж слишком мерзкая мысль.

Полина встретила меня, не говоря ни слова, просто помогла занести сумки, обняла и повела в гостиную. Там уже был готов плед, коробка с салфетками, вино и закуски.

— Если хочешь, будем горевать. А можем и отпраздновать, — предложила она.

Я упала на диван и разрыдалась в её объятиях. Какое же счастье, что она у меня есть! Единственная родная душа. Не мать, не сестра, а подруга!

— Спасибо, я бы без тебя сдохла.

— Да ничего бы ты не сдохла, ты себя недооцениваешь. Рассказывай лучше. Он опять изменил? С кем?

— С Викой.

Глаза Полины расширились от удивления.

— С твоей Викой?

— Это ещё не самое забавное, — сквозь слёзы усмехнулась я. — До него она была девственницей.

— Шутишь? Охренеть, — Полина вскочила с дивана и заходила по комнате. — Зачем вы вообще взяли её с собой?

— Она с парнем рассталась. Все нервы матери измотала, вот она и пихнула её нам. Я, конечно, дура, что согласилась. Представляешь, пожалела! Думала, пусть отвлечётся.

— Отвлеклась.

— Угу.

— Сюр какой-то. Слушай, ей хоть восемнадцать есть? — вдруг вспомнила подруга.

— Пару месяцев как.

— Вот же сучка. Да и муженёк твой хорош.

Я снова расплакалась. Полина подлетела ко мне с утешениями.

— Ну ничего, это всё не смертельно. Дерьмо случается. Избавишься от этого балласта и начнёшь новую жизнь.

Всё это правильно, но как же больно... Весь вечер подруга отвлекала меня разговорами, воспоминаниями о нашей весёлой студенческой жизни, планировала моё будущее.

Я рассказала ей о том, кто летел со мной в самолёте.

— Так это прекрасно! Вернёшься в строй, ещё и новому научишься. А он симпатичный?

— Кто? Дмитрий? А что, у тебя же Вадик есть.

— Дурочка, я для тебя интересуюсь.

— Полин, ты мне дай сначала развестись.

— А всё-таки?

— Ну, симпатичный.

Полина погуглила Савельева и присвистнула.

— Хм… Красавчик. Тридцать пять лет, не женат. И в жизни неплохо устроился. Берём!

— Куда берём? Распланировала уже мою судьбу?

— А то! Клин клином вышибают. Народная мудрость!

И тут снова позвонил тот самый «клин».

— Не ответишь?

— Нет. Знать его не хочу.

Я выключила телефон и легла. Голова кружилась от вина и долгих эмоциональных разговоров. Полина укрыла меня пледом, погладила по голове и оставила в покое.

Я выпала из реальности на всю ночь. Мне снились кошмары, в которых я снова заставала Артёма в постели с женщинами. То Надя, его бывшая секретарша, из-за которой мы едва не развелись, то Вика, то мама.

Она грозила мне пальцем и ругалась, что я плохая жена. Я убегала от этих психов, но мозг вновь и вновь подкидывал мне страшные картины.

Проснулась я от громкого стука в дверь. Разлепив глаза, обнаружила, что уже утро, а в дверь к нам кто-то долбится.

— Позови её! — бушевал Артём с лестничной площадки.

— Полозов, отвали. Она не хочет тебя видеть, — шипела Полина. — Сама позвонит, когда будет готова.

— Она моя жена! — рявкнул он так, что, наверное, соседи услышали.

— Вспомнил наконец-то? — ехидно поинтересовалась подруга. — Свали отсюда, а то ментов вызову.

— Сука, — выругавшись, он заткнулся.

Услышав шум лифта, я успокоилась. В комнату ко мне заглянула Полина.

— Разбудил?

— Угу.

— Ты бы написала ему, а то в следующий раз дверь вышибет.

— Прости, не хотела причинять тебе неудобства.

— Дурочка, я не за себя беспокоюсь. Просто напиши. Звонить не обязательно. Хватит с него и строчки текста. А я пойду завтрак приготовлю.

Я включила телефон, на который посыпались новые сообщения и пропущенные вызовы. Теперь и от матери. Супер, она в курсе.

«Чего ты хотел?» — написала я Артёму. — «Я поживу у Полины, в понедельник иду к юристу. Сюда больше не приходи».

Сообщение он прочитал, а потом долго писал и стирал. Слова подбирает.

«Малыш, давай встретимся. Мне нужно тебя увидеть и нормально поговорить», — а потом добавил: «Дай мне шанс».

«У тебя был шанс год назад. В понедельник свяжусь с тобой. Больше не звони».

Я уже хотела выключить телефон, но тут позвонила мама. Я решила, что отмучаюсь за раз, хотя разговор ничего хорошего не предвещал.

— Алло.

— Наконец-то! Нашлась пропажа! — бросила она ехидно. — Жива и здорова?

— Что ты хотела?

— Отлично, как всегда, сама вежливость.

— С тебя пример беру, — холодно ответила я.

— Ты долго бегать будешь? Приезжай, поговорим по-человечески.

— А при чём здесь ты? Как всё это касается тебя?

— Я твоя мать!

— И Викина тоже. Вот с ней и разговаривай. Спроси, почему твоя младшая дочь полезла в постель к мужу старшей.

— Катя, прекрати устраивать драму. В жизни всякое случается. Мы семья и должны разобраться по-семейному.

— И как это по-семейному? Ты будешь меня убеждать вернуться к Артёму? Простить Вику?

— Послушай, я понимаю, ты злишься, но они тоже страдают! Вика себе места не находит, уже все глаза выплакала. Она просто малолетняя дурёха, напилась и прыгнула в постель к нормальному мужику. Хорошо не к упырю какому-нибудь.

— Мама! — задохнулась я от возмущения. — Ты себя слышишь?! Она переспала с моим мужем!

— Я и не спорю. Дура, конечно! Но, слава богу, что в первый раз она это не сделала с каким-нибудь подонком.

— Да вы там все с ума посходили, — потрясённо прошептала я. — Вас всех лечить надо.

— Опять двадцать пять. Все у неё кругом виноваты. Надо было лучше за мужем следить. Ты не думала, что, если он изменил первый раз, — он и виноват. Изменил второй — дело уже в тебе.

— И это мне говорит моя мать? — горько усмехнулась я.

— А кому ещё тебя жизни учить? Прекращай валять дурака, приезжай к нам. Отец себе места не находит, а ты на звонки не отвечаешь. Соберёмся, обсудим всё вместе и продолжим жить дальше. Тебе от Артёма ещё детей рожать.

— Знаешь, я уже потеряла мужа и сестру, сейчас я теряю мать. Не звони мне больше.

Я сбросила звонок и наконец выключила телефон. Сидя на диване и глядя в одну точку, я осмысливала услышанное. Хотя чему удивляться? Ведь примерно это я и ожидала услышать.

Мать всегда любила Вику больше. Я была первым ребёнком, рождённым по залёту. Биологический отец бросил нас, когда мне и года не было. А Вика — выстраданный ребёнок от нового мужа, залюбленный с самого детства.

Вся ответственность мне, вся любовь — Вике. Очевидно, что мать снова принимает её сторону. Лишь отчим, которого я с детства считала папой, поддержит. И то, слишком уж он любит Вику, чтобы выбрать меня.

— Лапуль, пойдём поедим, — с плохо скрываемой грустью произнесла Полина.

Наверное, слышала наш разговор.

Всё утро она снова отвлекала меня от попыток скатиться в депрессию. Наставляла на сложный, но нужный путь борьбы за себя.

Постепенно у нас вырисовывался план действий. Нужно найти хорошего юриста, Артём может начать артачиться и затягивать процесс развода. А нам ещё имущество делить.

Потом позвонить Дмитрию и назначить время собеседования. Ну и квартиру искать. Полина предлагала жить у неё, сколько понадобится. Но я чувствовала, что новую главу своей жизни нужно начинать всерьёз, и для этого мне просто необходимо своё собственное место. Своё безопасное гнёздышко.

Я договорилась с секретарём Дмитрия о встрече на понедельник. Первый шок уже прошёл, и мне не терпелось начать действовать. Я подготовила портфолио со своими лучшими проектами, отрепетировала речь и выбрала наряд.

И вот в понедельник я отправилась на собеседование, настроившись на успех. Выйдя из подъезда, я наткнулась на Артёма, караулившего меня в машине. Он выскочил и решительно направился ко мне.

— Отойди, я спешу.

— Нам нужно поговорить, — в сотый раз повторил он.

— У юриста поговорим.

— Прекрати! — рявкнул он, заталкивая меня на переднее сиденье.

И пока я пыталась выбраться, зацепившись каблуком, сел в машину, щёлкнул замком и поехал.

— Пристегнись, — скомандовал он.

— Ты с ума сошёл? Выпусти!

— Кончай от меня бегать. Сейчас приедем домой и обсудим, как будем жить дальше.

— Я сегодня на развод подаю, о чём тут говорить?

— Не будет никакого развода.

— Выпусти, я никуда с тобой не поеду!

— Не включай истеричку, тебя никто не убивает.

— Я в полицию позвоню! — я демонстративно достала телефон и набрала номер.

Артём съехал на обочину и ударил кулаком по рулю.

— Твою мать! Почему нельзя всё сделать по-человечески? — взревел он.

— Это ты мне говоришь? У тебя совесть есть? — ответила я криком.

Вот опять слёзы брызнули из глаз, не хватало зарёванной на собеседование являться.

— Ладно, — напряжённо выдавил он, подавляя гнев. — Давай обсудим всё здесь и сейчас. Потом я отвезу тебя, куда захочешь.

Я молчала, приводя дыхание в порядок и обмахиваясь руками, чтобы не потекла тушь. Приняв это за согласие, Артём с отчаянием в голосе произнёс:

— Я не хочу заканчивать вот так. Малыш, это же мы!

— Мы? О чём ты? Нет уже никаких "мы"! Ты вообще осознаёшь уровень собственной наглости? Ты. Переспал. С моей. Сестрой, — с расстановкой зло произнесла я.

— Твою ж мать, — помолчав, внезапно усмехнулся он. — Поверить не могу, что и правда это сделал.

Я с удивлением взглянула на него. Что это, приступ раскаяния? Или только сейчас дошло?

— Знаю, что разбил тебе сердце, — он повернулся ко мне и взял за руку. — Но я просто не могу тебя потерять, понимаешь?

Я всматривалась в его лицо и видела в нём дикую тоску, как у зверя, который осознаёт, что вот-вот погибнет. Но и переступить через себя не могла.

— Проблема в том, что ты поступаешь так со мной не в первый раз. Я больше не смогу тебе доверять, — я вырвала ладонь из захвата.

— Значит, пойдём к семейному психологу.

— Мы уже ходили, тебя хватило на год, — я вспомнила весь ужас прошлого года, когда я залечивала душевные раны.

И вот, когда мы поехали отдыхать, а доверие вернулось, Артём снова предал меня. Больше я через это не пройду.

— Ты думаешь, что это конец, но поверь, это не так. Развода я тебе не дам, — он завёл мотор. — Куда тебя отвезти?

Я проигнорировала его дурацкие обещания. Как будто у него есть выбор. Приехав к офису Дмитрия, я вышла, не прощаясь. Плевать, что он там думает, не захочет сам — суд разведёт.

***

Артём смотрел вслед жене, отчаянно мечтая, чтобы всё это оказалось ночным кошмаром. Иногда ему снилось, что Катя уходит, бросает его, а он рвётся вслед, пытаясь удержать.

В глубине души он всегда знал, что не заслуживает её. Хорошая девочка и хулиган — классика. Он влюбился в неё ещё в школе. Девчонка на пару классов младше него, отличница и красавица. И он, из не самой благополучной семьи, с проблемами в поведении.

Они и пересечься-то нигде не могли, если бы не случай. Артём отбил Катю с подружкой у каких-то залётных гопников. Ему тогда неслабо досталось, зато произвёл впечатление на девчонку. С тех пор защищал её и сам стремился стать лучше.

История любви, как из фильма, думал Артём. Почему всё так повернулось? Успех в бизнесе, у истоков которого стояла и Катя, вскружил голову?

Деньги, отличная квартира, тачки и шикарный отдых. Почему бы не попробовать и других женщин? И вот Катя ждёт его дома, работая над очередным проектом, а друзья зовут в стрипушник. Он же это заслужил?

Да ещё та новость, которая вышибла его из колеи. Справлялся, как мог.

Первый раз она застала его с секретаршей в своём кабинете. Нагнув ту над столом, он даже не заметил, как вошла жена. А потом по её растерянному лицу, на котором отражались эмоции от боли до ярости, понял, что вот-вот её потеряет.

Он сам удивился, как его это напугало. Люди разводятся, обычное явление, но только не для Артёма. Не с Катей.

Тогда он чудом вернул её. Вывернулся наизнанку, но смог. И считал это своим великим достижением.

Нахрена я это сделал? — удивлялся он сам себе. Зачем с Викой переспал? Она даже не в его вкусе. Обычная девка, каких сейчас немало. Симпатичная, но ничего особенного.

Она уже некоторое время крутилась возле него, пыталась соблазнить в меру сил, совершенно не стесняясь того, что он муж сестры.

Артёму это льстило, в этом он себя не обманывал. Да и забавно было смотреть на её попытки вильнуть задницей, прикоснуться невзначай.

Подъехав к офису, Артём вышел из машины, всё ещё раздумывая над тем, как повернулась жизнь. Что теперь делать? Во второй раз Катя не простит. Слишком уж нагло он поступил.

В приёмной его ждала Вика. Артём выругался сквозь зубы, затаскивая эту идиотку в кабинет.

— Ты нахрена припёрлась? — грубо спросил он.

— Ты меня игнорируешь, — обиженно протянула она.

— И что? Развлеклись и разбежались. Или ты чего-то другого ждала?

— Почему ты так со мной говоришь? — надула она губы. — Ты мой первый мужчина. Со мной так нельзя!

Она топнула ножкой, и Артём не смог сдержать усмешки. Ну просто маленькая девочка, которую обидели.

— Кончай своё представление. Со мной не прокатит, — он сел в кресло и оценивающе посмотрел на неё. Зачем она пришла? Не думает же, что они продолжат. — Чего конкретно ты хотела?

— Я думала, что нравлюсь тебе, — она сменила капризный тон на соблазнительный. Ну или попыталась.

— Ты же не надеешься, что я ради тебя жену брошу?

— Но ты со мной переспал!

— Ну и что? — Артём спокойно взглянул ей в глаза.

— Ты меня девственности лишил!

— И?

— Что и?!

— Я не понимаю, чего ты хочешь, — устав от бессмысленности их диалога, признался Артём. — Ну лишил, и дальше что? Тебе за это медаль выдать?

Разговор повернул не туда, не такого обращения с собой ожидала Вика.

— Ну не рычи, — она села к нему на колени и прикоснулась к груди. — Мне очень понравилось с тобой.

Артём сглотнул. Всё-таки в этой девчонке что-то есть, просто мелкая ещё, не всегда понимает, как себя вести. Да и задница что надо. И всё же… Катя. Он одёрнул себя и скинул Вику с колен.

— Продолжения не будет. Мне и так после тебя дерьмо разгребать, — холодно произнёс он.

— Зачем она тебе? — Вика льнула к Артёму, выставив грудь в глубоком декольте. — Нам же было так здорово!

— Иди уже, ты мне мешаешь.

На хорошеньком личике промелькнула обида, брови изогнулись, но в последний момент она смогла взять себя в руки.

— Ты ещё передумаешь, Артём, — вкрадчиво пообещала она.

— Тебя проводить? — подхватив под локоть, он вывел её из кабинета.

Протащив через весь офис,  дождался, когда откроются двери лифта, и затолкал её внутрь. Всё это время она сопротивлялась, ругаясь сквозь сжатые губы.

И только закончив с прилипчивой девицей, он заметил, что работники смотрят на него во все глаза и перешёптываются. Совсем контроль потерял. Так не пойдёт.

— Что уставились? Всем работать! — рявкнул он. — Вера, эту больше ко мне не пускай, — распорядился он, проходя мимо стола секретарши.

— Конечно, Артём Денисович, — поддакнула та, не сумев скрыть осуждение во взгляде.

«Как одна ошибка могла привести к такому кошмару?» — размышлял Артём, сидя в кресле и глядя на город. Его девочка отвернулась от него. Единственная, кому он мог доверять, кого любил и о ком заботился.

И теперь она собиралась вычеркнуть его из своей жизни. В груди больно кольнуло. Кто бы мог подумать, что всегда уверенный в себе Артём Полозов будет страдать, потеряв женщину.

В растрёпанных чувствах я добралась до офиса Дмитрия. Меня встретила его ассистентка, красивая, ухоженная женщина в возрасте.

— Екатерина Олеговна? Вас уже ждут, — поприветствовала она меня.

Я собралась с духом, постучалась в дверь и вошла. Дмитрий в этот момент говорил по телефону, стоя у окна. Увидев меня, он предложил присесть, указав на кресло.

— Поменяйте, качество важнее. И держите в курсе, я жду ежедневных отчётов.

Я и забыла, какой приятный у него голос. И этот строгий тон… Закончив разговор, он сдержанно улыбнулся.

— Быстро ты решилась. Молодец.

Он окинул меня взглядом, задержавшись на лице.

— Дмитрий Николаевич, спасибо, что приняли, — начала я.

— Просто Дмитрий, — прервал он меня, садясь в кресло. — Как у тебя дела?

— Неплохо. Переехала к подруге, буду искать квартиру.

— А муж что?

— Муж… Видимо, придётся разводиться через суд.

— У меня есть проверенный юрист, могу дать контакты.

Дмитрий достал визитку и протянул мне.

— Скажи, что ты от меня, тебя примут как родную.

— Спасибо! — горячо поблагодарила я, принимая из его рук карточку.

На секунду наши пальцы встретились, послав по моему телу волну мурашек. Что-то я совсем одичала без общения с другими мужчинами.

— Ну что ж, расскажи мне про свою прошлую работу. До мужа.

Наконец-то мы перешли к делу. Здесь я чувствовала себя увереннее. Я достала портфолио и передала Дмитрию. Мне было чем похвастаться, я описала все свои сильные стороны, признавая, что в ландшафтном дизайне я всё-таки новичок, зато быстро учусь.

Дмитрий рассказал мне подробнее о своей компании, о проектах, в которых они сейчас заняты, и, оставшись мною доволен, предложил место.

— Начнёшь помощником дизайнера. Но если хорошо покажешь себя, выделим тебе свой проект.

Я согласно закивала. Условия и оплата меня полностью устроили. Смена деятельности — то, что мне сейчас нужно.

— Спасибо, я очень ценю, что вы решили мне помочь, — тепло призналась я.

— Я редко ошибаюсь в людях. И то, что ты воспользовалась моим предложением, а не нырнула обратно под крылышко мужа, вызывает у меня уважение. Уверен, ты справишься.

Мы договорились, что я разбираюсь со своими делами ещё пару дней, а потом выхожу на работу. Дмитрий пообещал, что меня ждёт интересный проект. Что может быть лучше, чтобы забыть о драме в личной жизни?

Провожая, он открыл передо мной дверь и пропустил вперёд, положив руку мне на спину. Это простое прикосновение и аромат дорогого парфюма вызвали очередную волну мурашек по всему телу. Да что это со мной?

Попрощавшись, я поспешила уйти, пока от смущения не наговорила глупостей. Уже в лифте я перевела дыхание. Кажется, всё прошло отлично! А потом взглянула на себя в зеркало напротив, интересно, и откуда эта глупая улыбка?

***

На следующий день я встретилась с юристом, которого порекомендовал Дмитрий. Сергей вселил в меня уверенность, что все сложности возьмёт на себя. Квартира у нас куплена в браке, так что поделить её не составит труда.

Кроме того, я сомневалась, что Артём поведёт себя некрасиво в этом вопросе. Он никогда не был скупым. Он будет затягивать развод, но деньги утаивать не станет.

Хотя… Могу ли я быть уверена хоть в чём-то после его очередного предательства?

Я собиралась заехать домой, чтобы забрать некоторые вещи, пока муж на работе. Встречаться с ним не было никакого желания. Замки он, конечно, не менял, хотя мог. По мелочам он мстить не станет.

Стёкла так и не убраны, постель не потревожена. На диване что ли спал? На кофейном столике переполненная пепельница. А ведь бросил курить…

Внутри кольнуло, но за эту секундную жалость к мужу я обозвала себя дурой. Себя бы пожалела.

Я всё-таки собрала стёкла, объяснив себе, что и сама порезаться могу. Ну конечно, это никакая не забота о предателе.

Вздохнув, пошла собирать очередную сумку. В прошлый раз я похватала только самое важное. И пока выбирала вещи для работы, не заметила, как оказалась в комнате не одна.

— Пришла, — Артём стремительно сжал меня в своих медвежьих объятиях и уткнулся в плечо, вдыхая аромат моих волос, пока я пыталась вырваться.

— Пусти, — брыкалась я.

— Не пущу, моя…

Я вырвалась и побежала в прихожую, но возле двери он схватил меня за руку и резко развернул к себе.

— Хватит от меня бегать! — рявкнул он так, что у меня в ушах зазвенело.

Прижав к двери, впился в мои губы жестоким поцелуем. Меня затопило целым каскадом чувств. От ярости и обиды до дикого желания.

Он держал моё лицо в ладонях, вжимаясь в меня всем телом. От такого напора не убежишь, не вырвешься.

Я сама себя ненавидела в тот момент, но внизу живота чувствовала ком острого желания. Мне хотелось, чтобы он прямо здесь, в прихожей, снова сделал меня своей. Чтобы его измены вообще не было.

Его руки грубо ласкали меня, забираясь под платье.

— Ты хочешь меня, — хрипло усмехнулся он, совсем уж осмелев.

Его пальцы вытворяли что-то невозможное, вырывая стоны из моей груди. В голове всё перемешалось. Он мой или нет? Я чувствовала его возбуждение, почти каменное.

Наваждение развеял ворвавшийся в сознание звонок. Я дёрнулась, приходя в себя, взглянула в лицо Артёма. Почему оно окаменело?

Проследила за его взглядом, направленным на домофон. На экране показалась Вика. До меня донёсся хриплый смех, это что, я? Действительно, я смеялась.

— Твоя новая девушка пришла, — бросила я, одёргивая платье. — Пусти!

Толкнула его в грудь.

— Я не знаю, что она тут делает, я уже всё ей сказал, — Артём не отпускал меня. — Между нами больше ничего нет, клянусь.

— Да отвали ты!

Боже, ну почему я такая дура? Когда меня жизнь научит?

— Я люблю тебя, — он ещё сильнее прижал меня к себе.

Я дала ему хлёсткую пощёчину, а потом меня прорвало, и я обрушила на него весь свой гнев.

Я пихала его и толкала, выкрикивая ругательства, но будто стену колотила. Он стоял скалой, прижимая меня к двери, не останавливая и не давая отпор. И отпустил только, когда я выдохлась.

Вытерев слёзы, я сходила в спальню за сумкой, а потом ушла, не встретив сопротивления. Он и сам понимал, что сейчас меня удерживать бесполезно. Я бросила на него последний взгляд и предупредила:

— Ничего не изменилось. Я подала на развод, скоро ты получишь документы.

Спускаясь вниз, я думала о том, что чуть не переспала с предателем. Что у меня в голове?

Когда я вышла, Вики возле подъезда не было. Или её Артём предупредил, и она смылась, или по лестнице к нему поднимается.

Но меня это больше не должно волновать. Больше никакого доверия. И, в конце концов, на свете есть и другие мужчины.

План Вики рушился. Сначала Артём вышвырнул её из офиса, потом не захотел пускать к себе, хотя точно был дома, машина стояла рядом.

Вике открыла какая-то старушка, подумав, что принесли почту. Не дождавшись лифта, она разминулась с сестрой и пошла по лестнице. Энергия так и бурлила в ней, требуя выхода.

Плевать, что в офисе он унизил её, просто не понял ещё, что она ему подходит больше сестры.

Вика слишком давно была влюблена в Артёма, чтобы так просто сдаться. В голове уже созрел план, древний, как сама жизнь. Нужно привязать его к себе. Как это делают женщины?

Позвонив в дверь, девушка натянула непринуждённую улыбку и поправила короткую юбку.

— Ты охренела?! — грубо бросил Артём, не оценив её соблазнительный вид. — Заявляешься ко мне домой?

— Артём, ты чего? — Вика вытянула вперёд ладонь, отгораживаясь от него. Сейчас он выглядел слишком угрожающим. — Я хотела помириться.

Она показала ему бутылку вина.

— Помириться? — недобро ухмыльнулся он. — Ну заходи.

Он пропустил её вперёд, но остановил на пороге.

— Будем мириться здесь, — забрал бутылку из рук девушки, отставив в сторону, и сгрёб её волосы в кулак, запрокидывая голову. — Ты оторвала меня от примирения с женой.

Её глаза расширились.

— Из-за тебя она сбежала, — он прошёлся рукой по телу девушки, схватил за грудь. — Так что отрабатывать будешь ты.

Вика сглотнула. Артём надавил на её плечо.

— На колени, — хрипло приказал он.

Вика послушно опустилась на пол и сразу оценила его возбуждение. Он так завёлся из-за неё или из-за Кати, которую она спугнула?

Расстегнув молнию, она приступила к работе. Если он ждёт от неё именно этого, она сделает всё, как надо.

Артём держал её за волосы, прокладывая дорогу вперёд-назад. Если не присматриваться слишком сильно, можно было представить, что это Катя.

Такие же светлые волосы, похожие черты лица. Он закрыл глаза, не заботясь о том, чтобы девчонка успевала дышать.

Вика не привыкла к такой грубости. Некоторый опыт с бывшим парнем у неё был, но самое главное она хранила для Артёма, влюбившись в него ещё годы назад.

Наконец-то ей удалось сделать так, чтобы он стал её первым мужчиной, только всё пошло не по плану. И вот теперь он просто пользуется её ртом, чтобы снять напряжение и, уже очевидно, наказывая.

Артём вспоминал Катю, которая только что была в его руках. Как тяжело она дышала, едва не отдавшись ему. Ещё чуть-чуть, и он взял бы её прямо тут, в прихожей.

Он представил, как она хватается за его плечи, как всегда, всхлипывая в первый момент. А потом сладко стонет, доказывая, что ей с ним хорошо.

Ускорившись, Артём зарычал, не позволяя Вике отодвинуться, замер на миг, а потом отпустил. Его интерес мгновенно угас, он даже не помог ей подняться.

— Исчезни, — бросил он, открывая дверь.

Вика задохнулась от возмущения, вытирая рот ладонью.

— Ч-что? «Исчезни»?!

— Ещё раз для тупых: пошла вон, — рявкнул он, надвигаясь на девушку и нависая сверху горой. — Чтобы я тебя больше не видел.

Захлопнув за ней дверь, он застегнул ширинку, взял бутылку вина и отправился пить в одиночестве.

Вика рванула вниз по лестнице, по-настоящему испугавшись. Слёзы застилали глаза, так она ещё не унижалась.

Артём повёл себя, как свинья. И с кем, с красавицей, по которой парни с ума сходят! Но Вика не была бы собой, если бы не придумала новый план. Нельзя играть открыто, пойдёт в обход.

— Миша, — всхлипнула она в трубку, — привет. Ты дома? Ок, еду к тебе.

На следующие два дня она пропала с радаров с единственной целью: ей срочно нужно забеременеть.

— Папа, не волнуйся, я в порядке.

В первый день на новой работе я старалась не отвлекаться, но не ответить отцу не могла. Так получилось, что это я успокаивала его, а не он меня. Слушать, как он сокрушается по поводу поступка дочери, было тяжело.

— Но как же так вышло? Где я недосмотрел?

— Ты всегда был с ней слишком мягким. Извини.

— Ты права, надо было вести себя строже. Помнишь, как она…

— Пап, прости, мне нужно бежать. Сегодня первый день.

У меня не было никакого желания вспоминать о проступках Вики. Я вообще о ней слышать не хотела.

— Конечно, прости. Пообещай, что, если что-то понадобится, ты мне скажешь.

— Хорошо, пап, спасибо.

Мы попрощались, и я вернулась к работе, постаравшись выкинуть разговор из головы. Постоянное напоминание о том, что произошло, только бередило рану.

Сегодня Дмитрий представил меня коллегам и отправил помогать Эльвире, очень крутому дизайнеру. В свои тридцать три года она уже успела поработать над несколькими громкими проектами в России и Европе.

Сейчас она занималась базой отдыха, на двух гектарах которой нужно было связать между собой все постройки, учесть перепады высот и уровень грунтовых вод.

Я рассматривала проект и восхищалась её задумками. Большая часть была сделана. Оставалось облагородить пруд, довести до ума английский сад и зону спа.

Следующие недели я занималась эскизами и подбором материалов. Работы было много, во всё приходилось вникать на ходу.

Это здорово помогало не думать о проблемах в браке, вот только Артём начал осуществлять какой-то идиотский план.

Не знаю, откуда он узнал, где я теперь работаю, скорее всего, папа проговорился матери, а она — Артёму.

Только после этого каждый день мне в офис стали доставлять неадекватно огромные букеты цветов. В первый раз я ужасно смутилась. Весь офис с интересом разглядывал меня.

На следующий день принесли букет ещё большего размера, такой пёстрый и кричащий, что пересуды стали отчётливее.

Я заметила недобрый взгляд Дмитрия, вся эта дурь отвлекала от работы. Он даже вызвал меня к себе в кабинет за объяснениями.

— Простите, это муж с ума сходит, я ему позвоню, попрошу так не делать.

— Будь добра. А то в следующий раз он приедет на белом коне и будет песни под окнами орать, — съязвил босс.

Я раздала цветы девушкам в офисе, а на следующий день принесли ещё. Артём проигнорировал моё сообщение.

— Полозов, — шипела я в туалете, — прекрати слать мне свои уродские букеты!

— Чего это они уродские? — неискренне удивился муж.

— Ты меня позоришь! Меня из-за тебя уволят!

— Ну и хорошо, вернёшься к работе. У нас тут без тебя запара.

— Ты этого добиваешься?! Я скорее полы мыть пойду, чем к тебе!

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся засранец.

Он отключился, а я выругалась сквозь зубы.

«Никакие букеты не изменят того, что ты сделал со мной» — написала я ему в ответ, но он промолчал.

— Что, муж достаёт? — понимающе усмехнулась Валерия, ассистентка Дмитрия, подходя к раковине.

— Разводиться не хочет.

— Ты не волнуйся, никто тебя за это не уволит. Дмитрий не самодур. На самом деле он над всей этой ситуацией угорает.

— Дмитрий угорает? — не поверила я.

— Да не такой уж он грозный, как иногда кажется, — отмахнулась она. — Да и ты слишком переживаешь, для нас всех это простое развлечение, ничего позорного в этом нет.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Просто не хочу привлекать столько внимания.

Мы вышли из туалета, и я сразу встретилась взглядом с начальником. Выражение его лица было непередаваемым.

— Катя! — негромко, но так, что сразу все навострили уши, произнёс он. — У меня от этих лилий голова раскалывается! Убери немедленно!

Я бросилась к очередному букету и понесла на улицу. Я сама их терпеть не могла, и Артём об этом прекрасно знал. Тяжёлый аромат вызывал у меня головную боль. Вот зараза!

Я со злостью запихала цветы в уличную урну, сфотографировала это безобразие и отправила мужу.

«Так будет с каждым твоим подарком. И, кстати, лилии? Это просто подло!»

«Прости, малышка, совершенно вылетело из головы. Завтра я исправлюсь, обещаю!»

О, Господи, что он придумает завтра?

Я жаловалась на цветы? Он прислал мне гигантского медведя! Двое парней затаскивали это чудовище по лестнице, в лифт они с ним не поместились.

Когда Валерия, смеясь, передала мне, что меня ждут в офисе босса, я поплелась к нему, сама мечтая об увольнении. Вместо этого нашла его ржущим!

— Ты превратно поняла меня, я не говорил менять цветы на медведей.

— Простите, — прыснула я в кулак. — Я просила его прекратить, не знаю, зачем он это делает.

— Смеёшься? Он метит территорию, — как маленькой девочке объяснил босс. — Сейчас у него тактика «Покажи, что она несвободна».

— А?

— Он знает, на кого ты работаешь. Боится, станешь ему мстить со мной.

Я покраснела, смутившись. Он намекает, что мы с ним…

— Нет, что вы, он просто извиняется.

— Уродливыми букетами и монструозными медведями? — скептически изогнул бровь Дмитрий.

— Я с ним поговорю, обещаю.

— Может, мне?

— Что вы, не надо!

— Знаешь, я вот что подумал. Эльвира на следующей неделе планирует ехать на свой объект, проконтролировать. Поезжай с ней. И поработаешь, и отдохнёшь. А нас перестанут атаковать твоими подарками. Может, за неделю он успокоится.

Ничего себе, целую неделю на природе? Вот так повезло!

— Я поеду с вами, посмотрю, как идут дела, — Дмитрий прервал мои размышления.

— Спасибо, это просто замечательно!

Сама не понимаю, почему мысль о его присутствии в неформальной обстановке меня взбудоражила. Я отвела глаза, покраснев. А что, если Артём беспокоится не зря?

Я даже не стала ему писать сообщений. Медведя решено было передать в детский дом. А в воскресенье мы уже выехали. Впереди меня ждала очень интересная неделя в обществе Дмитрия.

Мы договорились с Дмитрием, что я поеду в его машине. Эльвира с коллегами ехала в другой. Дмитрий встретил меня возле подъезда ранним воскресным утром. Бодрый и в хорошем настроении, он протянул мне кофе.

— Взял на свой вкус.

— Спасибо, — обрадовалась я.

Ночью я плохо спала и взбодриться мне бы не помешало.

Сегодня я увидела своего начальника в непривычном виде, без пиджака и галстука. В глаза бросились крепкие мышцы, обтянутые футболкой, и сильные руки.

Я старалась не разглядывать его слишком пристально, но, скорее всего, он заметил мой интерес. Побросав мои сумки в багажник, он открыл передо мной дверь внедорожника, и мы поехали.

В дороге я пыталась его разговорить, но он отшучивался в своей циничной манере. Подкалывал насчёт мужа и того, что после моего внезапного исчезновения тот развернёт новую кампанию по моему возвращению.

Но мне ещё с Артёмом не хватало объясняться, это не его дело, куда и с кем я уехала.

Мы добрались до места за несколько часов. База отдыха представляла собой по-настоящему райское местечко.

Большая ухоженная территория, лес вокруг и выход к озеру. Современные домики со всем необходимым для шикарного отдыха. Теннисный корт, спа, бассейн. И здесь я проведу целую неделю!

Вдали от сумасшедшего дома, в который превратилась моя жизнь благодаря чокнутой семейке.

Эльвира с коллегами подъехали сразу за нами. Разместившись, мы хотели отдохнуть, чтобы плодотворно поработать на следующей неделе, но моей начальнице не терпелось приступить к делу.

Её перфекционизм постепенно превращался в тревожность. Она и сейчас бы командовала и отправляла нас работать, если бы не приказ Дмитрия.

— Всем отдыхать! — распорядился он, чем вызвал досаду Эльвиры и нашу всеобщую радость.

Весь день я купалась, загорала и наслаждалась свободой, выключив телефон. В один из таких моментов я выбралась из бассейна и поймала потемневший взгляд Дмитрия.

Почему-то стало неловко, я отвыкла от подобных взглядов мужчин, не замечала их. Но на смену неловкости пришло осознание того, что я симпатичная девушка, я могу нравиться другим мужчинам.

Я отбросила полотенце, в которое хотела спрятаться, и спокойно легла в шезлонг. Пусть любуется, если хочет.

Вечером мы собрались все вместе за ужином на террасе. Я села напротив босса, который то и дело подливал мне вино. Тёплый вечер, закат, отличная компания и шикарный ужин. Давно мне не было так хорошо и спокойно.

Паша, мой коллега, тайно влюблённый в Эльвиру, шутил без остановки, пытаясь развеселить нашу тревожную снежную королеву. С каждым глотком вина она расслаблялась и становилась раскованнее. В один момент он пошутил что-то насчёт нелепых подарков моего мужа, а она заявила:

— А я бы хотела цветов, может, не таких… странных, но разве это не приятно?

— Мотай на ус, — шепнула я ему, а потом поймала взгляд Дмитрия.

Он блуждал по моему лицу, то и дело возвращаясь к губам. Я облизнула их, и мне показалось, что его зрачки расширились.

Я спрятала смущение за очередным глотком вина и отвернулась к остальной компании, но меня не покидало ощущение нежных прикосновений к моему лицу.

Закончив посиделки за полночь, мы разошлись по своим комнатам. Открывая дверь, я услышала сзади:

— Спокойной ночи.

Хриплый голос босса приковал меня к месту. Я медленно обернулась и заметила его входящим в комнату по соседству. Ох, он будет спать через одну стенку от меня.

Я сходила в душ и устроилась в постели, признаваясь себе в интересе, который совершенно точно проснулся у меня к Дмитрию.

И нет, мне не было стыдно. В конце концов, с мужем у нас точно всё. Второй раз я его не прощу, а кроме него, оказывается, есть и другие мужчины. Не менее интересные.

Слишком торопиться я не хотела, но и дурой не была, видела, что тоже вызываю у босса определённый интерес.

На утро он был в отличном настроении, шутил и поглядывал на меня. Мне было и приятно, и волнительно. Но как только появилась возможность, я сбежала выполнять поручения Эли.

Весь день занималась благоустройством пруда. А вечером наконец включила телефон, на который посыпались звонки и сообщения Артёма.

Он бесился, что я пропала без предупреждения, обвинял меня в том, что я сплю с боссом! Задохнувшись от возмущения, я читала поток его бреда, а потом написала гневное сообщение.

«Даже если я вдруг захочу с ним переспать, тебя это больше не касается. Ты потерял право хоть что-то за меня решать. Вике указывай, что делать».

«Если ты это сделаешь, я тебя собственными руками придушу!» — ответил он.

Я мысленно ответила ему таким грязным ругательством, что, если бы не крайняя степень злости, до такой формулировки я бы даже не додумалась.

Выключив телефон, я отругала себя, что вообще в него полезла.

— Кать, принеси мой планер, он у меня в спальне, — крикнула Эльвира.

Я кивнула и отправилась выполнять поручение, с каждым шагом злясь всё больше. И когда дошла до спальни, по ошибке открыла не ту дверь.

Ворвалась в комнату и тут же затормозила, поскользнувшись на коврике. Чудом не упав, я застыла, глядя на голого Дмитрия. Он вытирал волосы полотенцем, а когда я ворвалась, поражённо взглянул на меня.

— Что ты… — начал он.

— Из-звините, я дверью ошиблась, — пробормотала я.

Мозг кричал: «Беги, дура!», а ноги не слушались. Дмитрий накинул полотенце на бёдра, неспеша подошёл ко мне и развернул к двери.

— Всегда рад помочь твоему воображению, — порочно прошептал он мне на ушко. — Не сдерживайся ночью.

Ночь прошла ужасно. Я ворочалась в постели, прокручивая сцену с обнажённым Дмитрием в голове. Почему я сразу не сбежала? Чего застыла, как олень в свете фар?

И ведь этот гад прав, теперь мой мозг постоянно подкидывает мне одну и ту же картинку. Сильное мужское тело, крепкие ноги и шикарный пресс.

Вспоминая о том, как он оснащён внизу, я краснела, как девчонка.

Уснув только под утро, за завтраком я была похожа на призрака. Пряталась за очками и молча пила сок, больше ничего не лезло. Босс демонстративно посмеивался, он-то сегодня выглядел как огурчик. Прямо вампир какой-то!

Я провела весь день у пруда, высаживая там ирисы и папоротники. Рабочие устанавливали пирс на понтонах, а Эля бегала как заполошная, контролируя то одних, то других.

Я же пряталась от Дмитрия, не зная, как себя с ним вести. Извиниться ещё раз или, наоборот, сделать вид, что ничего не произошло?

Днём я позвонила Полине, чтобы посоветоваться. Для начала она целых две минуты смеялась надо мной, а потом уговаривала чуть ли не самой предложить себя. Сумасшедшая.

Как бы то ни было и что бы я там ни говорила Артёму, я всё ещё замужем. Вот разведусь, тогда…

Вспомнишь чёрта…

«Ну что, отомстила уже? Кто следующий?» — написал он, увидев, что я в сети.

«Нет, пока выбираю, мужчин тут, знаешь ли, немало. Буду держать тебя в курсе».

Он тут же позвонил, но я не ответила. Господи, как мы вообще дошли до этого? Где же тот парень, что спас нас с подругой от насильников?

Я навсегда запомнила тот страшный момент. Стая оскалившихся гиен, лающих на нас своими гнилыми ртами. Что за мерзости они нам говорили, что обещали с нами сделать...

И мы, две дурёхи, задержавшиеся в библиотеке за чтением женских романчиков, пока никто не видит. И если бы не Артём, вступившийся за нас… Почему всё так повернулось? Когда он из моего защитника превратился вот в это?

Вечером после ужина я прогуливалась по берегу озера. Зайдя в воду по щиколотку, я шла, думая о своём будущем. Адвокат сообщил, что дело идёт, для затягивания Артёму нечего противопоставить.

Детей у нас нет, хотя мы очень хотели. Зато теперь проще развестись. Разве что раздел имущества, там он может покуражиться. Из неприятных размышлений меня вывел голос босса.

— Не помешаю?

Я обернулась и встретилась взглядом с Дмитрием. В белых брюках и футболке поло в свете заходящего солнца он выглядел потрясающе. Я покачала головой и дождалась, пока он присоединится ко мне.

— У тебя всё в порядке? — мягко спросил он.

— Если не считать, что теперь я не знаю, как себя с вами вести, всё отлично, — я отвела глаза.

— Да брось, — отмахнулся Дмитрий. — Это было даже забавно.

Мы помолчали, провожая взглядом солнце.

— Ты уже решила насчёт мужа?

Я непонимающе взглянула на него.

— Ты не собираешься к нему возвращаться?

Я покачала головой. Артём не оставил нам шанса.

— Вот и хорошо, — Дмитрий развернул меня к себе и взял моё лицо в ладони. — Давно хотел это сделать.

Поцелуй был таким нежным и бережным, будто он боялся меня спугнуть. Сердце забилось в груди, я дёрнулась от неожиданности, но он не дал мне отстраниться.

И тогда я взялась за его плечи, отвечая. Сладостное ощущение заполнило моё тело, я встала на цыпочки, чтобы быть ближе. Его руки скользили вниз по моей спине, притирали к себе.

— Стой, — выдохнула я ему в губы. — Не торопись. Пожалуйста.

Я заглянула ему в глаза, но не увидела там ни капли разочарования.

— Всё нормально, — он убрал прядку волос мне за ухо. — Я понимаю.

А потом добавил:

— Но мы немного не на равных.

— То есть? — удивилась я.

Он нагнулся к моему уху и прошептал:

— Ты видела больше, чем я.

По телу от его бархатного голоса пробежали мурашки. Я уткнулась лицом в его грудь, которая сотрясалась от смеха.

— Прости, мне нравится тебя дразнить, — признался он. — Ты очень мило смущаешься.

Я рассмеялась в ответ, и на душе стало невероятно легко! Бабочки, про которых так много говорят, вспорхнули, щекоча меня своими крылышками.

Мы молча отправились к дому, не скрывая объятий.

— Я завтра уеду на пару дней, появились дела, — Дима проводил меня до комнаты и остановился на пороге.

Я молча кивнула, расстроившись. Но в пятницу он вернётся. И кто знает, как мы продолжим?

Нежно поцеловав на прощание, он отпустил меня, пожелав спокойной ночи. Кто знал, что так стремительно в мою жизнь ворвётся другой мужчина?

Следующие два дня прошли в работе. Закончив с прудом, я отправилась помогать с английским садом.

Я получала огромное удовольствие, сажая цветы, формируя нужные линии и узоры. Это медитативное состояние радовало бы ещё больше, если бы не Эльвира.

Её тревога выросла до предела, мы с Пашей начали по-настоящему беспокоиться за неё. Всё идёт отлично, а она так нервничает.

— Слушай, своди её на массаж. Не захочет — силой затащи, — посоветовала я ему.

На базу стали заезжать работники, до открытия оставалось не так много времени, и утром я слышала, что приехали массажистки.

— Точно! — обрадовался он, давая мне «пять».

Моя простая подсказка сработала настолько хорошо, что за ужином Эля наслаждалась едой и вином, мечтательно глядя в звёздное небо.

А ночью за стенкой они с Пашей устроили такой концерт, что мне пришлось накрыться подушкой! Весь следующий день нас радовала благостная версия Эльвиры, а Паша сиял.

В пятницу я мучилась ожиданием Димы. Решусь я на что-то? И чего я вообще хочу?

Я уже видела, как подъезжает его машина, когда телефон звякнул. Опять Артём? Нет. Вика. Я тяжело сглотнула, но всё-таки открыла его.

«Катя, прошу, прости меня», — начала она, наверное, папа заставил извиниться. «Я знаю, что плохо поступила».

Я хмыкнула. Плохо поступила, она что, леденец из магазина украла?

«Но ты должна понять, я люблю его, причём давно. Это нисколько меня не оправдывает. И знаешь, я бы отошла в сторону, всё-таки он к тебе ещё привязан. Но теперь не могу, как бы хорошо к тебе ни относилась. Понимаешь… Мы ждём ребёнка. Пожалуйста, отпусти его».

Телефон выпал у меня из рук, а ноги не удержали, я осела на лавку, ловя на себе взволнованный взгляд Димы.

— Что-то случилось? — спросил он, быстро направляясь ко мне.

— Случилось, — истерично засмеялась я, вытирая слёзы. — Теперь я совершенно свободна. Больше я ему ничего не должна. Совсем.

Дима прижал меня к себе, выслушивая несвязные жалобы на судьбу и гладя по голове, а потом посмотрел в глаза и спросил:

— Хочешь, я заставляю тебя о нём забыть?

Я сомневалась не слишком долго.

— Да.

Артём уже несколько часов ехал за женой, собираясь забрать её домой. Если понадобится, силой. Сегодня ему донесли, куда именно она укатила с этим грёбаным Савельевым, чтоб его черти драли.

Сто процентов, он мутит воду в их отношениях. Конечно, нашла себе красавчика-босса, не догадываясь, зачем он её взял на работу.

Уж точно не за таланты в дизайне. Воспользовался ситуацией и решил затащить в постель. А с её наивностью…

Вообще всё в последнее время шло отвратительно. Без Кати в фирме начались проблемы. Артём и не представлял, сколько всего она делала.

И всё это из дома, чтобы не мешала ему спускать пар на работе. А теперь кого ни спроси, никто не знает, как она справлялась.

Каждый день он срывался на подчинённых, в голову лезли отвратительные мысли о том, чем она занимается с боссом. На самом деле Артём не верил, что она с ним спит, не такой она человек. Дождётся развода.

Только что делать дальше, как ему себя с ней вести? Он уже заявил на неё свои права, теперь все в этой долбаной фирме видели, что у неё есть раскаивающийся муж. Это не помогло.

Потратиться как следует в ювелирном? Машину купить? Вряд ли, слишком уж он её задел.

Сейчас он склонялся к мысли просто закинуть её на плечо и затащить в «ближайшую пещеру», чтобы вытравить из её головы все обиды.

Пусть почувствует, что всё ещё ему принадлежит. А потом он завяжет с бабами, все эти тёлки того не стоят.

В глубине души он оставлял себе возможность, когда всё утихнет, добавлять перчинки. Но так, чтобы Катя никогда не узнала. Это надо быть полным добилом, чтобы переспать с её сестрой.

Артём ненавидел себя за это тупое решение, раньше он никогда не опускался до настолько идиотских поступков. Кретин!

В опускающихся сумерках он ехал за ней, чтобы больше никогда не отпускать.

В телефоне звякнуло, пришло сообщение от Кати:

«Обещала держать тебя в курсе. Планирую классно провести ночь. И да, поздравляю вас с Викой, я знаю, ты хотел ребёнка. Молодец!»

— Чего?

Внутри полыхнуло. Ярость поднялась в груди.

— Сука! — заорал он, врезав кулаком по рулю. — Твою мать!

Едва не врезавшись в фуру, он еле вырулил и остановился на обочине. Сердце заходилось в груди, его прошиб холодный пот. Слишком много всего. Только что он чуть не погиб, а Катя…

Артём заорал, вцепившись в руль так, что пальцы побелели.

Вырулив на дорогу, он дал по газам.

***

Не помню, как оказалась в Диминой спальне, он полностью завладел моим вниманием. Мы целовались как сумасшедшие. Мне хотелось ещё большей близости, я запустила пальцы в его волосы, притягивая к себе.

Все мысли о том, что я делаю что-то неправильное, вылетели из головы. Я больше ничего не должна этому предателю. Раньше или позже я всё равно пошла бы вперёд. Он только всё ускорил.

Дима стягивал лямочки платья с плеч, я плавилась в его сильных руках. Стянув футболку, он усадил меня на кровать и присел на корточки. Проводя руками по бёдрам, он медленно задирал подол моего платья.

Я бесстыдно наслаждалась его вниманием, упираясь руками сзади, а он жадно скользил взглядом по моему телу.

Он подхватил меня под бёдра и поднялся вместе со мной. Какой же он сильный! Я висела на нём, обхватив руками и ногами, жадно впиваясь губами в его жёсткий рот. Двухдневная щетина слегка колола кожу, но мне нравилось.

В это волшебное ощущение ворвался визг тормозов. Свет фар мазнул по окнам, отражаясь на нахмурившемся лице Димы. Я соскользнула с него, почувствовав что-то неладное. За окнами грохнула дверь автомобиля, и я услышала, как кто-то бежит к дому.

Внизу раздавался гневный мужской голос.

— Катя! — услышала я бешеный рык мужа.

Что? Как он мог здесь оказаться? Телепортировался, что ли? Я только недавно написала ему. Я растерянно взглянула на Диму, но он уже сосредоточился.

— Оденься.

Двери в коридоре открывались одна за другой. Когда к нам ворвался Артём, я натягивала лямки платья. Бросив на меня взгляд, он взревел громче.

— Убью!

Дима оттолкнул меня за спину.

— Пойдём на улице поговорим, — мрачно, но спокойно произнёс он.

Без всяких слов Артём бросился на него. Я взвизгнула от ужаса. Двое мужчин столкнулись в тесноте небольшой комнаты, толкаясь о стены и шкаф.

— Прекратите! — визжала я.

Дима заехал Артёму в нос и вытолкал из комнаты. В коридоре они продолжили драться. Паша с Эльвирой выскочили из спальни. Все вокруг орали и сходили с ума, а Дима продолжал выталкивать Артёма из дома.

— Артём, ты что творишь? — кричала я. — Уезжай отсюда!

— Со мной поедешь, — бросил он, сплёвывая кровь.

Он попытался схватить меня за руку, но я увернулась, а мне на помощь пришёл Дима.

— Руки убери. Никуда она с тобой не поедет.

— Завали! — заорал Артём. — Тебя это вообще не касается. Что ты себе придумала? — он взглянул на меня. — Какой ещё ребёнок?!

— Серьёзно? Ты сейчас хочешь об этом поговорить? Вот так? — я обвела рукой вокруг.

— Ладно, — он поднял руки вверх и ухмыльнулся окровавленным ртом. — Я спокоен. Давай поговорим.

Его наигранное спокойствие никого не обмануло.

— Позже поговорим. Уезжай.

— Нет уж, мы сейчас всё выясним.

Я огляделась по сторонам, вокруг собрались зеваки. Хорошо, что объяснять ничего не пришлось, сами всё поняли и отошли в сторону.

— Ладно, — зло бросила я. — Вика мне рассказала, что у вас будет ребёнок. Поздравляю!

— С-сука. Врёт, не будет никакого ребёнка. По крайней мере, не от меня.

Он говорил уверенно, но я только усмехнулась, ничего не ответив.

— А ты чего встал, защитничек? Свали, дай поговорить спокойно, — мрачно произнёс Артём. — Ничего я ей не сделаю. Она моя жена.

Дима взглянул на меня, я кивнула, и он отошёл на несколько шагов, демонстративно сложив руки на груди. Я подошла к Артёму чуть ближе.

— Зачем ты приехал?

— Ты серьёзно? Домой тебя забрать! Погуляла и хватит. Отомстила мне, мы квиты!

— Придурок. Никакие мы не квиты и никогда не будем! Ты испоганил наш брак и всё, что было до него! Я тебя с девятого класса любила, а ты… — я заплакала, сама себя ругая за слёзы, расклеилась, дура.

— Кать… — увидев мои слёзы, он сразу сдал назад. — Скажи, чего ты от меня хочешь?

— Уезжай, Артём, — я умоляюще взглянула на него, обняв себя за плечи. — Между нами всё кончено! Будет у вас с Викой ребёнок или нет, всё это больше не моё дело. Просто оставь меня в покое!

— Чтобы ты с этим развлекалась? — он кивнул мне за спину.

— Тебя не касается, с кем я теперь "развлекаюсь". Мы вот-вот разведёмся. Неужели ты не понимаешь? Я никогда не смогу тебя простить!

— Малыш… — он протянул ко мне руку.

Я отпрянула.

— Ты всё испортил, — почти беззвучно прошептала я, но он услышал.

От боли в его глазах у меня сжалось сердце. Совсем недавно я любила его, а теперь… Он обречённо кивнул, развернулся и сел в машину. Взглянув на меня исподлобья, завёл мотор и уехал.

Дима подошёл сзади и обнял за плечи, прижав спиной к своей груди.

— Всё будет хорошо, — он поцеловал меня в висок, а я смотрела вслед удалявшейся машине и отпускала остатки своей любви вместе с ней.

***

Артём мчал домой, врубив на полную Rammstein. Хотелось не слышать собственных мыслей, но они всё равно прорывались сквозь тяжёлый голос солиста. Костяшки пальцев саднило. Как он врезал этому уроду!

И тут же вспоминал взгляд его любимых голубых глаз. Блондинка с голубыми глазами и роскошной фигурой, мечта, а не девочка.

— Идиот! Козёл! Придурок! — ругал он себя, каждый раз ударяя по рулю.

Как можно было так облажаться? Почему он не признался ей во всём, когда узнал диагноз?

Полтора года назад Катя заговорила о ребёнке.

— Тебе не кажется, что ещё слишком рано? — удивился Артём. — У нас сейчас столько заказов, и квартиру вот-вот купим.

— Нам не обязательно делать это прямо сейчас, — улыбнулась она. — Я просто хочу знать, что проблем не будет.

Артём пообещал записаться на обследование, но всё время откладывал. А когда дошли руки, сто раз об этом пожалел.

Его проверили вдоль и поперёк, всё прекрасно, за исключением того, что, как ему казалось, и делало его мужчиной.

— Не волнуйтесь, — успокаивал доктор. — Сейчас есть прекрасные методы лечения.

Только почему ничего не помогло? Признаться жене он просто не мог. Притворялся, что всё хорошо, всё больше уходя в работу. Стресса становилось только больше, результаты лечения не радовали.

Доктор старательно отводил глаза.

— Не ставьте на себе крест, — в конце концов посоветовал он. — Медицина постоянно развивается.

Не дослушав, Артём покинул кабинет. Всё бесполезно, никакой он не мужик! С Катей всё в порядке, это из-за него у них детей не будет.

Он не сомневался, что, как только расскажет ей, она и бровью не поведёт. Сначала протащит его по всем докторам, не веря в окончательность диагноза, потом подключит какую-нибудь нетрадиционную медицину.

А потом будет делать вид, что согласна и на неродного.

И что самое поганое, и правда захотелось ребёнка. Он представлял себе Катю с младенцем на руках. В голове засел образ: она сидит в их новой квартире, в детской, свет из окна мягко освещает её, будто ангела.

Она кормит грудью маленького человечка, которого они привели в этот мир. Нет, из-за него этого никогда не случится. Он не сможет подарить ей малыша.

В один из пятничных вечеров он пил в баре, прокручивая в голове варианты и отметая один за другим. Ненависть к себе свернулась змеёй внутри. Эта сука шипела, время от времени атакуя. Бросив взгляд в сторону, Артём увидел красотку в откровенном платье. Почему нет? Это он-то не мужик?

Развлекаясь с ней в недорогом гостиничном номере, он усилием воли отбрасывал от себя образ Кати.

Дело не в ней, его любовь к ней никуда не делась. Но она его не поймёт. Она станет успокаивать, а он должен чувствовать себя мужчиной.

Радостные визги красотки на время заглушили шипение змеи внутри. До следующего раза, пока она снова не подняла голову…

***

Подъезжая ночью к дому Вики, он представлял, как свернёт ей шею. Взлетев по лестнице на пятый этаж, он стал долбить кулаком в дверь. Внутри завозились, послышался голос.

— Артём? — на пороге стоял Викин отец. — Что случилось? Что-то с Катей?

Оттолкнув мужчину, Артём прошёл внутрь, за несколько больших шагов добрался до нужной комнаты и вытащил девчонку из постели. Сзади возмущённо ругались, а Вика сонно смотрела на него.

— Ты что натворила, дрянь?! — прорычал он.

От его жуткого голоса она мгновенно проснулась.

— Артём? Что случилось?

— Это ты мне скажи! — он сгрёб её за волосы. — Что ты ей наговорила?! Почему она думает, что ты беременна?

Его пытались оттащить, Вика визжала, пытаясь вырваться, как обычно включив слёзы по заказу.

— Отпусти её! — орали сзади.

— Я сказала правду! Я от тебя беременна! — взвизгнула девчонка.

Мать охнула, а Артём засмеялся.

— Дура, это невозможно. У меня не может быть детей!

Признание легко слетело с губ, какая теперь разница? Он отпустил её и развернулся.

— Хреново дочь воспитываете, — мрачно сказал он. — Мало того, что лгунья, так ещё и шлюха.

— Это неправда! — Вика вскочила с постели и заколотила Артёма по спине. — Ты врёшь! Я только с тобой спала! Это твой ребёнок!

— Тебе справку показать? — зло ухмыльнулся Артём. — Ты кое-что не продумала. Мозг ещё не отрастила, а туда же.

Родители мрачно смотрели на него.

— Всё, всё, успокоились, — смеясь, он поднял руки. — Разбирайтесь, от кого дочь в подоле притащила.

— Вика, — мать прижала ладонь ко рту.

Растолкав родителей, он ушёл под истерические визги Катиной сестры.

— Тоже мне индийское кино, — пробормотал он себе под нос.

Приехав домой, он нашёл бутылку дорогущего виски, который ему подарил лучший друг. Зная, что они с Катей планируют детей, вручил Артёму со словами: «Отпразднуем рождение твоего первенца».

Открыв бутылку, он хлебнул из горла. А потом увидел себя в зеркале и скривился от отвращения.

Ненависть к себе затопила его. Размахнувшись, он со всей силы долбанул бутылкой в зеркало, лишь бы не смотреть на того, кто в нём отражался.

Жизнь рассыпалась на осколки.

***

Кое-как успокоив Викину истерику, но так и не добившись от неё правды, родители справлялись со стрессом как могли.

Отец вышел покурить на балкон, мать плакала и пила валерьянку. Они ещё не знали, что Вика выстраивала в голове новый план.

Предыдущие не сработали. Мало того, что Артём от неё отвернулся, ещё и ребёнок от Миши, который ей на хрен не сдался. Смысла жить не осталось.

— Мне так стыдно!

Я сидела на Диминой кровати, уткнувшись лицом в колени.

— Теперь все в офисе будут болтать, что я сплю с начальником, а он дерётся с моим мужем. Позорище!

Умывшись, Дима вышел из ванной. Драка для него закончилась всего парой ссадин. Он посмотрел на меня с удивлением и уселся рядом.

— Так, во-первых, успокойся. Мы вроде в двадцать первом веке живём, к тому же ты разводишься.

Приподняв мой подбородок, он заглянул в глаза.

— Испугалась?

Я кивнула, чувствуя комок в горле. Но его уверенность действовала на меня успокаивающе.

— Во-вторых, я с ним разберусь. Будешь с ним общаться только через адвоката.

— Почему ты такой спокойный? — возмутилась я. — Ты не переживаешь, что заказчик устроит нам выволочку за этот скандал?

— Заказчик — нормальный мужик, да и работу мы выполнили на отлично.

— И ты не злишься?

— Единственное, из-за чего я злюсь, что твой бывший прервал нас на самом интересном месте.

Он попытался поцеловать меня, но я упёрлась рукой в его грудь.

— Стой, ты же не думаешь, что мы продолжим? Вся база на ушах, а мы как ни в чём не бывало…

— «Вся база», — передразнил он, спуская лямочку платья с моего плеча. — Тут от силы человек десять. Тебе не наплевать?

— Эльвира услышит, — я отползала на кровати подальше от него.

— Пусть слышит, — он надвигался, не собираясь тратить вечер впустую.

— Дима!

Он встал и потянул меня за ноги, заставив улечься на спину.

— Красавица, — жарко прошептал он, обжигая меня взглядом и впиваясь в губы.

Мне не хватало дыхания, его требовательный поцелуй не давал шанса остаться безучастной. Я обняла его за шею и прижала к себе.

Устроившись между моих бёдер, он тёрся о нежную кожу грубыми джинсами. Дима зажигал каждую клеточку моего тела и вжимался туда, где мне его хотелось больше всего.

Разве я могла представить, что буду с другим мужчиной? Не с Артёмом? Но вот она я, преданная, но почти свободная. И никому ничего не должна.

Я прошлась кончиками пальцев по его груди, животу, вниз. Дима приподнялся, давая мне действовать. Мы целовались, не переставая, я дико хотела его, как можно скорее.

Пыталась изгнать Артёма не только из своей жизни, но и из своего тела.

Дима не торопился, подготавливая меня к фейерверку, который решил для меня устроить. Моё тело отзывалось на его ласки, такие умелые и уверенные. Он заставлял меня стонать его имя и просить ещё.

И когда всё случилось, мысль о том, что это мой первый секс с другим мужчиной, поразила меня. «Вместе навсегда» клялся Артём. Дима заметил смятение в моих глазах и качнулся резче.

— Посмотри на меня, — велел он.

Я отвела взгляд.

— На меня.

Я послушалась.

— Здесь только мы.

Я провела ладонью по его щеке, очертила пальцем губы и потянулась за поцелуем. И все мысли о бывшем вылетели из головы.

Наши тела сплелись, подойдя друг другу, как два пазла. Он идеально чувствовал меня, понимал, как именно мне хочется. Я задыхалась от восторга, извивалась и стонала под его ритмичными ударами.

Уложив меня на живот и приподняв бёдра, он брал меня, вытесняя Артёма навсегда, заставляя меня забыть его, как и обещал.

Я умоляла его не останавливаться, потерявшись в захлестнувших меня чувствах. Я отпустила мужа, изгнала из себя, отдавшись другому мужчине.

Мне было плевать, что нас услышат, Дима тоже не сдерживался, почти рыча мне на ухо. Мы меняли позы, сорвавшись, сойдя с ума, заражая друг друга страстью.

И, подойдя к финалу, я изумилась:

— Боже, почему это так восхитительно?

Он хрипло рассмеялся, целуя меня в висок.

— Ты прелесть.

— Знаешь, ты удивительный мужчина...

— Точно, — согласился Дима, а потом уточнил: — Это почему?

— В тебе сочетаются спокойствие и дикая страсть.

— Ну не в один же момент, — лениво ответил он.

— И всё равно. Я думала, такие страстные мужчины должны быть вспыльчивы. А ты даже во время драки, не знаю, не вышел из себя.

— Опыт, — коротко ответил он.

— Ты о чём? — я приподнялась на локтях и взглянула на него, удивлённая его загадочным тоном.

— Ну, я не всегда ландшафтным архитектором был, — помолчав, произнёс Дима. — Раньше моя жизнь была связана со службой. Сначала армия, потом спецвойска.

— Правда? — я была по-настоящему удивлена. — Это с тех времён у тебя шрам?

Я провела пальцем по следу, оставшемуся на плече, ощущая подушечками пальцев неровности кожи. Этот шрам словно открыл для меня новую сторону Димы, неизвестную и интригующую.

— Угу, — пояснений он не дал.

Я не стала копать дальше. Видимо, это не та тема, которой он сейчас хочет со мной делиться. Но я взглянула на него по-другому. Теперь я понимала, откуда это спокойствие и даже циничность.

— Но как ты тогда попал в ландшафтный дизайн?

— После службы захотел полностью поменять свою жизнь. Наверное, это самое мирное, что я смог для себя найти, — объяснил Дима. — К тому же я люблю контроль, чтобы всё было чётко и ясно, а планы выполнялись как надо. Может, это отнимет немного моих очков в твоих глазах.

— Боже, ты прав, это огромный недостаток! — я сморщила нос. — Как я смогу это принять?

Он усмехнулся и притянул меня ближе, поцеловав в макушку. Впервые за долгое время мне было легко и спокойно. Пригревшись в крепких руках Димы, я уснула.

А наутро мы решили возвращаться в Москву. Я немного стеснялась встретиться с коллегами перед выездом, но Эльвира удивила меня.

— Это было так захватывающе! — шепнула она мне. — Как в кино!

Я с недоверием воззрилась на неё. Вечно правильная Эля восхищается мужской дракой? Мир перевернулся.

На Диму поглядывали с уважением, но он этих взглядов будто не замечал. В дороге мы держались за руки, каждый думая о своём. Я размышляла о том, что будет дальше, задавалась вопросом, насколько серьёзно Дима воспринимает меня.

А на въезде в Москву мне позвонил папа. Его голос был взволнованным.

— Катенька, милая, у нас беда. Вика в больнице.

— Что случилось? — из шока меня вывел твёрдый голос Димы.

— Сестра пыталась… — я не смогла договорить, горло сжало судорогой.

— Куда ехать?

Я схватилась за рациональность Димы как за спасательный круг. Сначала в больницу, всё остальное потом.

Мы рванули туда, и, пока ехали, мои мысли метались от «вот идиотка» до «зачем ей вообще это делать?». Артём отказался нести ответственность? Что между ними произошло? Писать или звонить ему я не стала. Не до него сейчас.

Дима сжимал мою руку, успокаивая. Как хорошо, что он рядом. Настоящая скала, за которую можно зацепиться, чтобы не унесло течением.

Приехав, мы рванули в приёмный покой. И как назло, очередь. Бедная медсестра не справлялась с нагрузкой. Что тут у них случилось? Какое-то столпотворение. Дима снова взял всё на себя и выяснил, куда нам идти.

Встретив родителей, ожидавших новостей, я поразилась, что с людьми делает горе. Папа сидел, уронив голову на ладони, переживая всё внутри себя.

На маме тоже лица не было, но она вышагивала по коридору, не зная, что ещё делать. Увидев меня, она переключилась в другой режим.

— Пришла всё-таки? — обвинительно заявила она.

— Как она? — я проигнорировала её странный наезд.

Отец поднялся и шагнул ко мне, раскрывая объятия. Я обняла его в ответ и погладила по спине. Почему с мамой так нельзя?

— А вы кто? — она обратила внимание на Диму.

— Это мой… — начала я.

— Здравствуйте. Я Дмитрий. Мы с Катей вместе работаем, — пришёл он на помощь, протягивая руку отцу.

Я поймала ехидный мамин взгляд. Но она хотя бы промолчала. Пока что.

— Что случилось? — я взглянула на родителей в поисках ответов.

Они мялись, подбирая слова, а потом мама выдала:

— Ночью приходил твой муж, — она бросила взгляд на Диму. — Он обвинял Вику, что она…

Дима пришёл на помощь, почувствовав, что родители смущаются говорить откровенно при незнакомце:

— Кто-нибудь хочет кофе?

Я с благодарностью кивнула.

— Кто он такой? — строго спросила мама, когда Дима ушёл.

— Он мой новый мужчина, — честно ответила я. — И я не хочу слушать твои комментарии по этому поводу.

— С ума сошла? Ещё развестись не успели…

Она хотела продолжить, но я прервала её.

— Прекрати! Артём изменял мне в браке, не дожидаясь развода. И только ему известно, сколько было этих девок.

Папа попытался вклиниться, но я остановила и его.

— Если бы Вика не вмешалась в мой брак, я бы и дальше считала его вполне приличным человеком. Теперь я ей даже благодарна в какой-то степени, — ядовито добавила я. — Итак, если мы закончили перемывать мне кости, вернёмся к делу. Что случилось?

Мать замолчала, сверля меня взглядом. Вмешался отец.

— Артём обвинил Вику в том, что она соврала о беременности. Или, по крайней мере, о том, что беременна от него. Он сказал… Ты знала, что у него не может быть детей?

— Что?

— Да, не знаю, правда ли это, но он говорил очень уверенно.

— Но… как же…

— Он сказал, что мы воспитали шлюху, — со злостью бросила мама.

— Это неважно, — прервал её отец. — Главное, что он ушёл, а мы не могли её успокоить. У Вики случилась истерика. А потом мне казалось, она затихла, устала и просто заснула без сил. А утром я нашёл её. Я думал, она умерла...

Отец отвернулся, его плечи затряслись. Я подошла и обняла его. Мать присмирела, тоже переживая.

— Ей потребовалось переливание крови, я предлагал свою, — добавил отец. — Но у неё третья группа крови, моя вторая тут не подходит.

— У меня вроде первая, — вспомнила я. — Её всем можно.

— У матери тоже, — он кивнул на неё. — Нам сказали, что от близких родственников вообще не берут.

Реакция мамы мне показалась странной. Она занервничала и резко прервала наш разговор.

— Ладно, что об этом говорить, переливание уже сделали.

Дима прервал нас вежливым покашливанием. Я ещё раз возблагодарила судьбу за то, что послала мне этого мужчину. В его присутствии мне становилось физически легче.

Я взяла кофе, с благодарностью взглянув на него.

— Спасибо, — прошептала я и получила в ответ тёплую улыбку.

Ждать пришлось долго, но он не уезжал и вообще не отходил от меня ни на шаг. Я постоянно прокручивала в голове события последних недель. Вика беременна. Но не от Артёма? Почему он так резко отрицает эту возможность?

«У него не может быть детей», — сказал отец. Но Артём ведь проверялся. Это у меня были небольшие проблемы, я переживала, но смогла их решить. Мы оба были в порядке. Или…

Я запретила себе писать бывшему. Нет, сейчас я это выяснять не буду. Одним враньём больше, одним меньше, уже наплевать.

Наконец-то к нам вышел доктор. По его лицу ничего невозможно было понять. Пока он шёл по коридору, я вся извелась. Дима крепче сжал меня за руку, почувствовав моё волнение.

— Соловьёвы? — получив подтверждение, он продолжил: — Состояние стабильное.

Он не успел договорить, а мы уже выдохнули. Нам объяснили, что пока Вику оставят в реанимации, но сейчас ни ей, ни ребёнку ничего не угрожает.

Сама того не ожидая, я почувствовала, как потекли слёзы. В какой-то мере я ненавидела сестру за то, что она сделала, но уж точно не желала ей смерти. А теперь ещё и ребёнок…

Нас к ней не пустили и вообще отправили домой, сказав приходить завтра. Отец пообещал держать меня в курсе, и мы расстались, договорившись встретиться на следующий день.

Совершенно без сил я села в машину к Диме. Ничего не говоря, мы поехали, и только через полчаса я с удивлением обнаружила, что он привёз меня не к Полине, а к себе.

— Проведёшь выходные у меня, — он поставил меня перед фактом, но всё-таки дождался кивка.

Наверное, мне его сам бог послал. Дима окружил меня заботой, но как-то ненавязчиво. У меня не было ощущения, что со мной носятся, как с китайской вазой, но я постоянно чувствовала рядом с собой крепкую стену, к которой можно прижаться, если понадобится.

И всё-таки меня мучил один вопрос:

«Это правда, что ты не можешь иметь детей?», — написала я Артёму.

Он прочитал сообщение спустя несколько секунд.

«Я должен объяснить», — ответил он, и я поняла, что была круглой идиоткой.

«Ты вообще собирался мне рассказать?» — поинтересовалась я, записывая на счёт мужа ещё одно предательство.

Когда я думала, что дело во мне, что это из-за меня у нас проблемы с зачатием, Артём великодушно поддерживал меня, уверяя, что это не имеет значения.

Я радовалась, что у меня такой поддерживающий муж, а он просто врал в очередной раз.

И ладно бы сказал всё как есть. Даже если бы ничего не помогло, я бы решила, что такова судьба. Неужели он думал, я его из-за этого брошу?

«Кать, это не для мессенджера разговор. Давай встретимся».

«Знаешь, после прошлого раза я как-то опасаюсь встречаться».

«Что я, по-твоему, сделаю? Закину тебя в багажник и в лес увезу?».

Я прямо-таки увидела его кривую усмешку.

«За последнее время я поняла, что совсем тебя не знаю. Не удивлюсь, если и правда закинешь».

«Вот щас обидно было. Ладно, давай в кафе встретимся».

Говоря «кафе», он имел в виду конкретное место, значимое для нас. Решил сыграть на эмоциях? И пусть, нам в любом случае нужно поставить точку, так почему бы не там, где он признался мне в любви?

Я согласилась, но решила не скрывать этого от Димы. Я знала, что он будет меня отговаривать после того, что случилось на базе. Но даже он признал, что среди людей мне ничего не угрожает.

Несмотря на то, что перед матерью я назвала его своим новым мужчиной, на самом деле пока что между нами всё было неопределённо.

Отчасти я ругала себя за то, что слишком быстро ринулась в отношения с другим мужчиной. Но, с другой стороны, я напоминала себе, что больше ничего не должна Артёму.

И, надо признать, Дима вёл себя так, будто серьёзно относится к тому, что между нами происходит.

Если бы он просто переспал со мной, а потом отвёз домой, наплевав на то, что случилось у меня в семье, я бы понимала, что мы просто хорошо провели время.

Вместо этого он поддерживал меня в больнице, а потом привёз к себе. Может быть, я слишком недоверчива сейчас?

Оказавшись в его квартире, я не могла не заметить, что она полностью отражает его личность. Такая же современная и строгая. Будучи архитектором, он предусмотрел всё. Каждую деталь.

И вместе с тем здесь не было холодно или скучно. Детали в виде ярких акцентов сообщали о том, что он вовсе не мрачный педант. Растения, книги, виниловые пластинки и макеты лучших его проектов — всё это отражало его характер.

Мне определённо нравился хозяин этой квартиры!

Ночью мы занимались любовью, и на этот раз Дима едва не заставил меня забыть собственное имя. Я плавилась под ним, поражаясь тому, как он меня чувствует.

Я с удивлением поняла, что мне нравится зверь, который в нём сидит. Что-то древнее, животное и по-настоящему мужественное.

Утром я краснела, вспоминая, что именно просила со мной сделать. Какие слова он рычал мне и как я реагировала. Удивительно, что под окнами у него не выстроилась очередь из голодных до секса женщин.

Днём я поехала в больницу, отец позвонил и сообщил, что к Вике пускают. Я сама не знала, для чего это делаю. Она жива, и слава богу. Ребёнок тоже, от кого бы он ни был. Но что я скажу ей? Что мне её жаль, и поэтому я её прощаю? Но я точно не чувствовала, что вообще смогу простить.

Она удивила меня. Нет, она и не ждала моего прощения. Вместо приветствия, увидев меня, она мрачно спросила:

— Что она тут делает?

Какой милый приём.

— Пришла тебя проведать, — таким же мрачным тоном ответила я, передавая матери пакет с фруктами.

— Ну, проведала? Жалко меня стало? — она злобно смотрела на меня, будто это я причина её бед.

— Жалко, — признала я.

— Да пошла ты! — она всё-таки сорвалась. — Вали отсюда! И бананы свои грёбаные забери. И Артёма своего тоже!

— Вика! — вмешался отец. — Успокойся, Катя-то тут при чём?

— Это она настроила его против меня. Не можешь принять, что он тебя разлюбил?

В её глазах блестели злые слёзы, а я с изумлением наблюдала за её превращением. Она всегда была капризной, всегда считала, что другие ей должны. Но, видимо, раньше притворялась, что я для неё не пустое место.

— Вы не думали, что её надо психиатру показать? — я даже не удостоила ответом её бред.

— Я не псих! — взорвалась Вика, отчего ещё больше стала похожа на буйнопомешанную.

— Мы заберём её домой, — поджав губы, наконец-то высказалась мать. — Нечего ей в психушке делать.

— Мам, ты серьёзно?

— Это была ошибка, — возразила она, уйдя в глухую оборону.

— Папа, а ты-то что молчишь?

— Хватит обсуждать меня! — завопила Вика. — Это всё ты виновата!

Детский сад какой-то.

— Знаете, я свою миссию выполнила, — сказала я, разозлившись. — И не буду выслушивать этот бред. Ещё не хватало, чтобы подстилка мужа обвиняла меня в том, что я не захотела им делиться.

На секунду в палате воцарилась тишина.

— Ты как о сестре говоришь, — прошипела мать. — Она только что чуть не умерла! И всё из-за твоего поганого Артёма.

— Всё-таки моего? — усмехнулась я. — Поганый Артём устраивал тебя, когда оплачивал поездки на море. Устраивал, когда помог купить машину. Устраивал, когда помог этой, — я кивнула на Вику, — поступить в универ. А теперь, когда он уже точно уплыл из ваших рук и с него больше ничего не поиметь, устраивать перестал?

Вика зарыдала, не найдя аргументов для ответа. Ну конечно, на большее фантазии не хватило.

Я вдруг поняла, что ехидно ухмыляюсь, вглядываясь в лица родственников. Отец понуро смотрел в окно, Вика тёрла глаза, наверное, чтобы ещё краснее были. Мать хлопала ртом, как рыба, вытащенная на берег.

Нечего сказать? Ну и отлично. Я развернулась и ушла.

За меня не вступился даже отец. Неужели тоже обвиняет меня в ошибках зятя и младшей дочери? Да и чёрт с ними со всеми.

Я села в машину к Диме, хлопнув дверью.

— Прости, — сразу вырвалось у меня.

Артём бы обязательно напомнил, что машина не казённая, а Дима просто снял очки и посмотрел на меня.

— Всё так плохо?

— Хуже, — выдавила я.

— Ясно. Забей на свою долбанутую семейку.

— Даже отец промолчал, — не унималась я. — Всё потому, что я ему не родная?

— Вика что ли родная? — хмыкнул Дима.

— Ну да, я думала, говорила тебе.

— В смысле?

— Что в смысле? Я родилась в первом браке, Вика — во втором.

Дима помолчал, выгнув бровь.

— Не хочу тебя расстраивать, но он не может быть её отцом. Если, конечно, не напутал ничего с группами крови.

— Что? — взглянула я на него, удивившись. 

— Помнишь, вы говорили вчера о переливании крови?

— Ну да.

— Я подошёл в тот момент, когда твой отец сказал, что его вторая группа крови не подходит к третьей Викиной.

— И?

— А потом сказал, что у вас с матерью — первая.

— Прости, можно как для тупых? Я не очень любила биологию.

— Ок. Первая и вторая группа крови не могут дать третью. Теперь поняла?

Я молча переваривала услышанное.

— Может, он что-то напутал?

— Допускаю. Но твоя мать тогда слишком занервничала.

Я выругалась, но Дима даже не поморщился. Терпеливый. И тут меня разобрал смех.

— То есть она нагуляла ребёнка, всю жизнь это скрывала, теперь покрывает грехи дочурки, но во всём обвиняет меня?!

— Это всё ужасно, — ответил Дима, — но мне давно не было так интересно наблюдать за людьми.

— Я для тебя развлечение? — усмехнулась я.

— Ещё какое!

Он нагнулся и прижался ко мне губами. Я потянула его к себе, схватившись пальцами за ворот рубашки.

— Это и правда плохо… Зато я нашла тебя.

Мы встретились с Артёмом в нашем любимом кафе. Когда я вошла, он уже сидел за столиком у окна.

— Отлично выглядишь, — мрачно заметил он, окинув меня взглядом. Сам он выглядел не очень. На скуле синяк, ссадины и сбитые костяшки на пальцах.

Думал, после его измены я сломаюсь и заживо похороню себя? Я проигнорировала его замечание.

— Ты хотел поговорить, у меня есть несколько вопросов.

— Подружку с собой не взяла? — ехидно спросил он, кивнув на окно.

Дима сидел в машине, отказавшись оставлять меня одну. Сейчас он пристально смотрел на моего бывшего, напоминая, что за меня есть кому заступиться.

— От тебя чего угодно можно ожидать. В последнее время ты открылся для меня с новых сторон.

К нам подошёл официант, заставив Артёма умолкнуть.

— Давай не будем тянуть, — начала я, когда мы вновь остались одни. — Это правда про твоё бесплодие?

— Отличное начало, — поморщился Артём. — Да, это правда.

Он с вызовом взглянул на меня.

— Нужны подробности?

— А ты сам-то как думаешь?

— Хорошо, я буду честен. Я виноват, что не рассказал правду, но ты должна понять, для мужчины узнать такое о себе… Короче, я чувствовал себя, не знаю, кастрированным.

На глаза навернулись слёзы. Я обещала себе быть сдержанной, но внутри всё кипело от обиды.

Мужское самолюбие пострадало? А как же я? Я была его самым близким человеком!

— Пойми, именно тебе я и не мог сказать, — он хотел взять меня за руку, но я отдёрнула её.

Его лицо исказила болезненная гримаса.

— Мне жаль.

— Тебе жаль? — я сглотнула ком в горле. — Всё это время я думала, что проблема во мне. А ты тешил своё самолюбие и… что, с Надей ты именно поэтому переспал?

Он молча кивнул.

— Чтобы что? Почувствовать себя мужиком?

Кажется, я всё правильно поняла. Увидев на его лице подтверждение собственным мыслям, я усмехнулась. Не так уж сложно он устроен.

— Я будто был в западне, — начал он.

— В браке со мной ты был в западне?! — переспросила я.

— Да не в браке! — он повысил голос, но быстро взял себя в руки. — Во всей этой ситуации.

— А Вика? Тоже для самоутверждения?

Он будто лимон съел.

— Это… не знаю, помутнение, наверное.

— Сколько их было? — я задала вопрос, ответ на который пугал меня больше всего.

Артём долго молчал, я уже думала, что не ответит.

— Не знаю.

— Не знаешь?! — воскликнула я.

— Что ты хочешь знать? — зло спросил он. — Да, я мудак. Да, я драл девок на стороне. Мне плевать, сколько их было, я их толком не помню! Блондинки, рыжие, брюнетки. Один раз был тройничок. Красотки и так себе. Всё, лишь бы вновь почувствовать себя живым! Будто на мне не поставлен крест!

С каждым словом он распалялся всё больше, а я уже не могла сдержать слёз. До чего же больно. Надя и Вика? Вторая измена? Какая же я дура!

— А потом ты приходил и спал со мной… — я не сдержала циничную усмешку. — Ребёночка мне делал…

— Я не тащил домой грязь, я всегда предохранялся.

— Молодец, очень заботливо с твоей стороны.

— Я всегда любил тебя, — он всё-таки схватил меня за руку. — Они были для другого.

— Да пошёл ты! — я вырвала руку из захвата. — Любил он. И когда с Викой мне изменял, тоже любил? За стенкой от меня!

— Это было помешательство. Один раз. Больше ничего. Ни до, ни после.

В последний момент что-то мелькнуло в его лице, и я поняла, что он снова врёт. Он понял, что я заметила.

— А ты сама, — он решил, что напасть будет лучшим решением. — Ты же спишь с ним!

Он кивнул на Диму в машине.

— Серьёзно? — я повысила голос. — Ты смеешь обвинять меня после всего, в чём только что признался? Он второй мужчина в моей жизни, и то только потому, что ты сам всё разрушил!

Крыть было нечем.

— И не рассчитывай даже, что мы квиты, — продолжила я. — Это ты виноват в разводе. И не вздумай тормозить его и придумывать отмазки для неявки в суд. Ты сделаешь всё правильно и с первого раза. Хотя бы это ты мне должен.

— Почему?

— Что почему?

— Почему нам обязательно нужно разводиться?

— Ты с ума сошёл? — поразилась я.

— Послушай, мы можем начать всё сначала, — горячо заговорил он, снова взяв меня за руку. — Мы пойдём к семейному психологу, на этот раз я буду кристально честен! Я готов перед тобой душу вывернуть! Потом, если захочешь, усыновим ребёнка. Или несколько. У нас будет настоящая семья. Подумай, мы с тобой со школы вместе, неужели ты готова выбросить всё это в мусор?

— Артём, — твёрдо сказала я, глядя ему в глаза. — Всё уже кончено. А то, что происходит между нами сейчас, — агония. Если бы полтора года назад ты пришёл и рассказал о том, что тебя мучает… Но это уже не имеет значения. Я никогда больше не смогу тебе доверять.

— Если бы не Вика, — помолчав, спросил Артём, — ты бы смогла меня простить?

— Вика в больнице после попытки... — слова застряли в горле, но по реакции на мои слова я поняла, что он до сих пор не знает.

— Что? Но… Я правда не отец её ребёнка.

— Тебя только это волнует? Эта идиотка в тебя влюблена.

— Кать, — он запустил руку в волосы, как делал всегда, нервничая. — Мне жаль, я этого не хотел. Я не знал, что она… что у неё такие чувства.

— Через две недели суд, не забудь прийти, — я проигнорировала его слова, собираясь.

— Подожди, — он протянул ко мне руку, пытаясь удержать. — Не уходи.

— Разве мы не всё обсудили? Ты хочешь поговорить о том, как будем имущество делить?

— Я люблю тебя, — обречённо произнёс он.

Мы смотрели друг другу в глаза, но я не находила слов. Передо мной сидел мужчина, которого я любила десять лет. Но теперь эта любовь отравлена ложью и предательством.

Я понимала, что моё лекарство сейчас ждёт меня в машине. Там человек, с которым я, возможно, смогу построить новые счастливые отношения. А если нет, пойду собственной дорогой.

Не прощаясь, я ушла, так и не выпив кофе. Мне казалось, что я поставила точку, но это была лишь запятая.

— Рассказывай! Хочу знать все подробности! — Полина с любопытством таращилась на меня.

Когда Дима отвёз меня к ней вечером в воскресенье и помог занести сумки, она уже успела обменяться с ним парой слов.

— Ой, Полин, дай дух перевести. Столько всего свалилось, — жалобно простонала я.

— «Столько свалилось», — передразнила она. — Да ты лучше любого сериала! Рассказывай давай, я хоть послушаю, как интересно люди живут.

— Если это сериал, то писали его криворукие сценаристы, — съязвила я.

— Да прям. Серкан Болат у тебя уже есть, неужели недовольна?

— Полииин, опять ты со своим Серканом!

— Только что пересматривала, — объяснила она, запрыгивая ко мне на диван. — Ну давай, у вас уже было?

— Было, — призналась я, чем вызвала эффект разорвавшейся бомбы.

— И ты молчишь?! Тоже мне подруга, — обиделась Полина. — Рассказывай! Как, что, сколько, где? И самое главное, понравилось?!

Эта гарпия вцепилась в меня и вытянула все подробности! А когда узнала про Вику, выругалась так заковыристо, что я повторить не смогу.

— Она, конечно, дура, и мне даже её жаль, но она сама себя наказала, — высказалась подруга.

— Ты ещё кое-чего не знаешь, — таинственно заявила я, а потом рассказала про подозрения насчёт измены матери.

— Господи, да вашу семейку к Малахову надо! И правильно ты с ними дел иметь не хочешь.

— Папу только жалко.

— Ты ему скажешь?

— Не знаю, имею ли вообще право в это влезать.

— Ну, тут я тебя понимаю. Знаешь, я ведь тоже кое в чём перед тобой виновата.

— В смысле? — я удивлённо взглянула на присмиревшую подругу.

— Помнишь, год назад, когда вы чуть не разбежались с Артёмом… В общем, где-то недели за две до этого я видела его с секретаршей в ресторане. И всё говорило о том, что у них больше, чем просто работа.

— Что? — не поверила я. — Но почему ты не сказала?!

— Кать, — она взглянула на меня с искренним раскаянием. — Я не знала, как. Ты так его любила, да и он тебя тоже. Я подумала, может, мне просто показалось…

— Но ты всё равно должна была сказать! — я поверить не могла, что она утаила от меня такую информацию. — А если бы я его не поймала на месте преступления, ты бы и дальше молчала?!

— Ну, я бы присматривалась. И, может, поговорила с ним.

— Но почему с ним, а не со мной?!

— Кать! — с нажимом сказала Полина. — Когда мы с тобой познакомились, ты с ним уже три года была. Вы вросли друг в друга, ты вообще в нём недостатков не замечала. И ничего тебе про него плохого не скажи, ты сразу в позу вставала. «Мой Артём не такой, он самый лучший», — передразнила она меня. — А тут я со своими подозрениями. Ты бы мне поверила?

— Нет, — призналась я. — Но я бы обратила внимание на перемены в нём. Может быть… это бы не так сильно ударило по мне.

— Прости, — полным раскаяния голосом попросила подруга. — Мне правда ужасно жаль, что так получилось. Но ведь ты и сама не знаешь, что делать с информацией про Вику и отца. Я была примерно в таком же положении.

Я помолчала, насупившись. Она права. И всё равно было обидно. Сколько бы я так проходила, не догадываясь об измене мужа? Сколько ещё людей подозревали его, но молчали?

Я почувствовала себя такой дурой! Всё происходило у меня под носом, а я не замечала. И ладно бы только Надя. Но там же была вереница женщин!

— Послушай, виноваты не ты и не я. Виноват изменщик, — мягко сказала подруга, погладив меня по руке.

— Пообещай, что никогда не будешь скрывать от меня подобное, — горячо заявила я. — Не хочу быть идиоткой, которую все вокруг жалеют, но молчат.

Полина бросилась ко мне с объятиями и шмыгнула носом.

— Простиии!

Закрыть глаза на то её молчание было непросто, но в чём-то она права. Я была так уверена в своём муже, что только покрутила бы пальцем у виска. И только увидев всё собственными глазами, правда стала очевидной.

Мы помирились, пообещав не скрывать друг от друга подобных вещей.

А впереди меня ждала новая неделя, и я боялась показаться на работе. И как же была удивлена, когда вместо перешёптываний и зависти от коллег-женщин получила сплошное одобрение.

— Давно пора, — шепнула мне Валерия, когда я шла в его кабинет.

Я с удивлением взглянула на неё, но она только улыбнулась.

— Хорошо, я рассмотрю ваше предложение.

Дима говорил по телефону, когда я вошла к нему. Не желая мешать деловому разговору, я тихонько присела в кресло, любуясь его профилем. Он послал мне улыбку, и внутри что-то затрепетало. Мне по-настоящему нравился этот мужчина.

— Хорошо, передавай маме привет.

Я прыснула от смеха. Это он так с отцом разговаривает?

— Рассмотришь предложение? — улыбнулась я, когда он повесил трубку.

— В гости зовут на выходные, — пояснил он, закатывая глаза.

— А ты не хочешь ехать?

Дима подошёл ближе и притянул меня к себе за талию.

— Только если ты поедешь со мной, — хрипло шепнул он, целуя и посылая по моему телу дрожь.

Что? Знакомство с родителями? Уже?