Изменить себе

Марго опять из моего простого предложения организовать встречу выпускников устроила грандиозное  мероприятие. Ей, по–моему, было глубоко наплевать, что придёт с десяток человек. Главное, она загорелась идеей, и ей не терпелось её осуществить. Совершенно неожиданно она нашла поддержку в лице моего друга Данила, и всё завертелось. Было решено пойти в двухдневный поход. Очень «оригинальная» идея, учитывая, что через  пять  лет после окончания универа многие обзавелись  детьми и мало кому удалось отпроситься на два дня. Почему нельзя было просто сходить в кафе  или ресторан? Ну, или если так хочется общения с природой, то можно и на пикник. На что я получила ответ:

–Кто захочет встретиться, тот обязательно придёт, а остальные пусть сидят дома.

Данил, как любитель походов, взял на себя организацию покупки продуктов и разработки маршрута. Из 150 человек потока согласились на эту авантюру всего десять процентов. Такой междусобойчик, ничего общего не имеющий со встречей  выпускников. Я расстроилась, моя идея была переиначена и превратилась в нечто совершенно другое, не моё. Но не могла противостоять напору Марго. Двигатель запущен, и его уже не остановить. Она и во время учёбы  часто использовала мои  замыслы, изменяла до неузнаваемости и получала удовольствие от конечного «продукта». В этом вся сущность нашей дружбы. Я всегда в её тени, хотя мы в очень хороших отношениях, вместе нам весело. Однако до сих пор не понимаю, что нас связывает. 

Мой поход был под большим вопросом. Роман ни в какую меня не хотел отпускать, зная, что там будет Марго. Она подсказала вариант.  Дождаться удобного момента, когда он будет в хорошем настроении, и вернуться к этому вопросу. Ну, а если опять отказ, то предложить пойти с нами. Так и решила сделать.

     После  порции  хорошего секса, всё как и советовала подруга, когда муж доволен  и  удовлетворён, самое время обсудить поход.

–Рома, я хотела с тобой обсудить один вопрос.

–Да, милая.

Заикаться про то, чтобы идти одной, даже не буду.

–Ром, пойдём с нами в поход. 

–Опять ты за своё? Дарин, ну что я там буду делать? Я никого не знаю.

–Ну, как не знаешь: я, Марго, Данили ещё несколько человек. Там и познакомишься. Представляешь, ну, когда мы ещё сходим с палатками в горы? Романтика…

Он недовольно молчал.

–Без тебя не хочу идти, но и не пойти не могу, ведь я всё это затеяла. Пожалуйста, не будь таким вредным.

Он с недовольным видом встал, оделся.

– А Алису с кем ты собираешься оставить?

–Уже договорилась с мамой, и она согласна, – затараторила я.

–Ладно. 

Я кинулась ему на шею, начала покрывать поцелуями.

–Спасибо! Ты у меня самый лучший на свете муж!

У меня будто камень упал с души, и путешествие приобрело  особенную привлекательность. С энтузиазмом принялась  за помощь к подготовке.

В итоге собралось 15 человек. В основном это были люди, которые более или менее общались друг с другом и после окончания универа. Оно и к лучшему. Идея мне нравилась всё больше, потому что понимала: за два часа встречи толком не пообщаешься.  А тут действительно должно было получиться очень интересное мероприятие. Не зря Марго добилась всего сама и сейчас имеет крупный бизнес. Её ставки всегда высоки, и она не разменивается  по мелочам.

Сбор был назначен возле универа. Однако всё началось не так, как планировали. Сошли с дистанции три человека, в том числе Роман. Я была вся на нервах, чего–то не хватало, вернее – мужа. Его в последний момент отправили в командировку, хорошо хоть был не против моей поездки. Алису, как и планировали, сдали бабушке. Все находились в возбуждённом состоянии перед большим событием. Вначале немного стеснялись и не знали, о чём поговорить.

Артём недвусмысленно обнимал Марго. Меня это всегда жутко раздражало, что они вот так прилюдно то целуются, то обнимаются. А если учесть, что Артём в данный момент женат, то вообще неприглядная картина получается. Я пыталась не смотреть на них, когда это было возможно, чтобы не заметно было очевидного осуждения в моих глазах. Марго–то всё видела, и ей было глубоко плевать на моё мнение, она всегда говорила, что я такая правильная, аж тошно. Возможно. Зато у меня нормальная семья и отличная работа. На неё не обижаюсь, она всегда была резка, зато честна и откровенна.

Смотрела на Марго и в очередной раз ловила себя на мысли, что немного завидую её красоте и стати. Если я относилась больше к разряду «милых и симпатичных», то она, безусловно, была красотка. Вот и ответ, почему мы вместе. Я никогда ей не составляла конкуренцию, как и она мне. Мои парни даже и мечтать не могли о такой, как Марго, ну а я на её фоне просто была незаметна. 

Высокая, стройная брюнетка, черты лица правильные и выразительные. Глаза карие, бездонные. Марго крайне своенравна и строптива. Знала, что красива, и вовсю этим пользовалась, поэтому поклонников всегда имела море. Она серьёзна, обстоятельна и бескомпромиссна, что касается деловых вопросов, а с другой стороны–весёлая с друзьями и роковая женщина в любовных отношениях. О такой можно только мечтать! Юноши, а потом и мужчины, от неё приходили в восторг. Они же любят «бесконтрольных стерв», которые не дают почувствовать власть над собой. Марго было не удержать ничем, если ей кто–то надоедал. Охладеть к ней просто невозможно. И, надо сказать, она всё это делала не специально, просто такой характер. 

В 25 лет решила, что пора бы вступить на новый этап жизни: завести ребёнка, дом и мужа. Да, именно в таком порядке. На тот момент она встречалась с Олегом, партнёром по бизнесу. Сделать так, чтобы он предложил руку и сердце, не составляло труда. Она его, конечно, не любила, но он был хорошим, успешным человеком и испытывал к ней сильные чувства. Также, как все, он ещё не добрался до её души и не завладел ею, но сам был покорён.

Сердце своё Марго берегла и никого к нему не подпускала. В её жизни только однажды случилось так, что она ощутила огонь в груди, но прекрасное чувство сопровождалось жгучей, неоправданной ревностью. Это была студенческая любовь к Артёму. Он тоже её любил, хотя был необузданным ловеласом. Казалось, они созданы друг для друга: оба красивые, успешные, умные, просто замечательная пара! Но она не могла себя контролировать. Постоянные поклонницы Артёма её изводили, ей казалось, что он поощряет их внимание, все так и липли к нему, улыбались, невзначай обнимали. Были и прочие женские уловки, уж она их прекрасно знала. Марго устраивала постоянные скандалы и ссоры, которые, конечно, заканчивались бурным примирением. 

Но в какой–то момент она решила, что так больше продолжаться не может, страсть между ними была слишком сильной, чтобы жить нормальной жизнью. Как ни странно, Артём её поддержал, он согласился, что вместе им быть нельзя, но встречаться время от времени, без всяких обязательств, никто не запрещал. Со временем страсть утихла, сменилась другими эмоциями и ощущениями. Они повзрослели и стали не просто любовниками, но ещё и друзьями, обсуждали бизнес, помогали друг другу. У каждого была своя личная жизнь, которой они никогда не касались. 

Олег ей подходил по всем критериям, и долго она перебирать не стала, вскоре они поженились, родилась дочка. Марго уже мечтала о тихих семейных вечерах у камина, поездках в лес и прочих иллюзиях, которые нам внушают телевидение и интернет. Но реальность была жестокой и пугающей–день за днём наедине с орущим ребёнком, с которым она не представляла, что делать и как его успокоить. Марго умела практически всё, чуть ли не выкладывать керамическую плитку, но с детьми не могла справляться и всегда старалась их избегать. Муж игнорировал её просьбы о помощи, уходил утром и возвращался поздно ночью, ссылаясь на то, что много работы. Оказалось, что она живёт под одной крышей с абсолютно чужим человеком, он её не любит, не ценит, не стремится помочь. Он вообще не особо был доволен, что родилась девочка, ждал наследника. Поэтому лишь изредка подходил к дочке и спрашивал у жены: «А почему она такая страшная, она что, такой и останется?» Марго его ненавидела каждой клеточкой своего тела. 

Прошли первые кошмарные три месяца, избавились от колик, наладили кормление и привыкли с дочуркой друг к другу. Несмотря на ужасы семейной жизни, она ни минуты не жалела о том, что родила. Для неё Мирослава была самым дорогим и любимым человеком. Вот та любовь, которой она могла отдаться полностью. И Марго была счастлива. Первый год решила не нанимать няню и получать удовольствие от материнства, знала, что рожать точно больше не станет. Была идеальной женой и тихо планировала свою месть, не привлекая внимание лишними скандалами. Выдержки у неё было хоть отбавляй. Когда дочке исполнился годик, она тихо подготовила все документы на развод. Олег был в шоке, он даже не подозревал об этом. Думал, что лихо приструнил птицу дивной красоты, а оказалось, вообще не контролировал ситуацию. Но развод был не самым большим ударом, Марго его лишила всего: бизнеса, денег, дома. И, как он ни пытался сопротивляться и судиться, ничего изменить уже было нельзя. Перед уходом он спросил у Марго: «За что?» Она поразилась, насколько можно быть глупым, а может, просто эгоистичным?

Этот этап её жизни закончился удачно. Она перевезла маму из деревни, и теперь та смотрела за дочкой. Лучшего варианта и быть не могло. Рождение ребёнка её изменило навсегда, в жизни появилась та, которую она любила больше себя и за кого могла даже убить. Мужчин она по–прежнему не воспринимала всерьёз, использовала только для самоутверждения. А если они в данный момент отсутствовали, то всегда можно было обратиться к Артёму. 

***

Минивэн нас высадил прямо на дороге, которая вела к нужной тропе. Ребята выгрузили вещи, и машина уехала обратно, оставив за собой клубок пыли. Когда Данил выдал мой рюкзак, я подумала–он шутит. Еле-еле его подняла и надела.

–Данил, ты что, с ума сошёл?! Мы что, на север на полгода идём?

– Прости, Дарин, и правда, получился перегруз из–за отказавшихся людей.

Я  была в шоке, сразу вспомнился фильм «Дикая».А я ещё смеялась над её рюкзаком. Никто, кроме меня, не ныл, поэтому решила взять себя в руки. Погода была солнечная–это поднимало настроение. Данил нам объяснил маршрут. Он постарался на славу: лес, горы, озеро–всё, что можно было обойти, учёл. Мы деловито засобирались и пошли, разбившись на пары. Я пристроилась к Данилу. Мы с ним дружили в универе и не виделись, казалось, сто лет, мне было интересно, как он живёт. Внешне он почти не изменился. Среднего роста, русые волосы, добрые серые глаза. Взгляд всё такой же лучистый, правда, с оттенком грусти. 

–Данил, как ты живёшь? Я еле твои контакты нашла.

Долгая пауза. Вздохнул.

– Дарин, столько всего произошло. Даже не знаю, с чего начать.

– Дорога длинная, давай сначала, мне всё интересно. Если честно, не думала, что ты вообще согласишься пойти.

–Сейчас я использую любой повод, чтобы занять чем–нибудь свои мысли. И поход оказался очень кстати, реально отвлечёт на пару дней.

–Да что же у тебя такое случилось? 

–Развёлся с Мариной. И отсюда все проблемы.

Я слушаю и не верю своим ушам. Кто угодно, но только не эта пара.

–Я не верю. Данил, как ты мог?

–Мог, и совсем не жалею. Наши отношения изжили себя, мы абсолютно разные люди, нет никаких точек соприкосновения. А главное – нет любви. Я так не могу. Мне нужно, чтобы каждый день в радость и буря эмоций. Иначе жизнь пройдёт, и всё. Я не хочу потом ни о чём жалеть и кого–то винить. 

–Звучит немного эгоистично. 

Молчу и про себя осуждаю. Вслух не решаюсь высказать свои мысли, дабы не испортить отношения в начале пути. Наступила долгая пауза.

–Нет, Дарин. Всё не так. Это официальная версия. А на деле – гораздо банальнее. Она нашла себе другого, пока я ездил Москву и зарабатывал на квартиру для нас.

–Вот это да!

–Как узнал, сам долго не мог поверить в это, ожидал предательства от кого угодно, только не от неё. Мы постоянно ругались и вели всевозможные разборки.  Я пытался, но так и не смог её простить. 

–И давно это всё случилось?

–Да нет, только месяц назад был судебный процесс. 

Я молчала и не знала, что ему сказать. Для меня всё это казалось ужасным, и слов утешения найти не могла. Пожалуй, он прав – от всего этого хочется  убежать.

Тут с нами поравнялись Марго и Артём.

– Есть предложение устроить привал. Данил, как ты на это смотришь? У тебя когда запланировано?

– Марго, да мы только вышли, какой привал? Давайте хотя бы пару часиков пройдём, а то ещё дорогу видно, на которой нас высадили. Боюсь, если мы сейчас остановимся, то потом уже никуда не двинемся. Так что уж потерпите, надо пройти по максимуму, а потом сделаем серьёзный привал.

–Слушаюсь, шеф.

Марго, как ни странно, послушалась, и они с Артёмом опять пошли сзади. Я окинула его осуждающим взглядом, который автоматически появлялся при виде бабников  и ловеласов. В ответ  парень  посмотрел безразлично, будто я пустое место. Всегда он мне не нравился, как–то неприятно было его общество, казалось, ставил себя выше других. Но он постоянно с Марго, поэтому приходилось его терпеть время от времени. Однако мы с ним, даже когда учились, толком не разговаривали. Видимо, неприязнь друг к другу взаимная.

Мы шли с Данилом и молчали. За нами гуськом, меняясь то и дело парами, шли ребята. Всем хотелось узнать, что изменилось за эти пять лет, у кого как сложилась жизнь. Наш маршрут проходил по лесу. Высокие сосны стремились в бесконечную высь. Птицы стаями перелетали с ветки на ветку, заслышав людские голоса. И от весеннего соснового аромата кружилась голова. Вся эта красота умиротворяла, и я уже была счастлива, что выбралась, что не отказалась вслед за Романом. Жизнь была почти прекрасна, если не считать рюкзака за спиной. И если честно, то я бы уже тоже остановилась на привал и приложила все силы, чтобы припасов стало поменьше.

Через пару часов лес неожиданно закончился. Данил всех собрал и сказал:

– Ребята, вы просто супер! Всё, что нужно было пройти за сегодняшний день,  мы прошли, так что теперь можно приступить к следующей части. Сейчас за углом будет кемпинг для туристов, обустроимся и уже, наконец, отметим нашу встречу!

Раздались ликующие возгласы, все были рады, что совершили маленький подвиг. Теперь вдвойне приятно провести вместе время. 

Кемпинг представлял собой три небольших сруба. Там, к нашему счастью, никого не было, так что можно смело их занимать. А ещё рядом находилось два деревянных стола с лавочками. Даже не надо ставить палатки! Я была рада неожиданному открытию. Данил – то знал наверняка, он тут уже всё исследовал вдоль и поперёк.  Раздавал поручения, ну прям настоящий руководитель! Никто не спорил,  все выполняли его указания.

– Девчонки, к вам вопрос. Кто не любит готовить?

Я уверенно подняла руку. Данил удивлённо на меня посмотрел.

– Но это не значит, что не умею, – сказала я ему с улыбкой.

–Тогда ты с Артёмом отправляйся к роднику в разведку. Он недалеко, наберёте воды литров пять–десять. Вот вам карта и ёмкости. Саша, ты иди собирать дрова. Ваня, Андрей, вместе со мной давайте ставить палатки. Девочки, ну, а с вас вкусный ужин.

Мы бросили рюкзаки и отправились в путь. Нужно спешить, потому что было уже за полдень, а планировали все сходить к роднику по очереди. 

Настроение у меня заметно поднялось, потому что  избавилась от ноши, да ещё и готовить не нужно. Я не скрывала энтузиазма и даже подпрыгивала при ходьбе, чтобы побыстрее добраться до озера. Хотелось на него взглянуть. Артём, углубившись в свои мысли,  выглядел  крайне сурово. Ну, это не страшно, никто не мог мне испортить настроения.

–Чему ты так радуешься?

–Рюкзаки  оставлены, готовить не пришлось, а впереди, надеюсь, приятная прогулка и живописное озеро в горах. Представляешь?

Я была в предвкушении чуда. И от этого хотелось петь и плясать, испытывала какой–то  неожиданный подъём настроения.

Артём явно не разделял моего энтузиазма. Но мне было абсолютно всё равно. 

– Хочу сразу предупредить, по карте совсем не могу ориентироваться, зато запоминаю места, где мы были.

–Так давай определимся с маршрутом.

Мы достали карту и стали её рассматривать на медленном ходу. Было всё просто, надо двигаться прямо–прямо. Ну и отлично. Мы шли, и Артём, кажется, не произнёс больше ни слова. Я тоже не напрягала спутника разговорами, да и общих тем для обсуждения не было. Взбрело же Данилу меня отправить с этим человеком. Я нашла бы миллион тем для разговора с любым оставшимся там, а тут всё думала, что бы  такое сказать, чтобы не показаться глупой или легкомысленной. 

Солнце поднялось в зенит и здорово припекало, хоть мы шли в тени деревьев. До источника оказалось не так уж и близко. Уже через десять минут меня стало разрывать от желания хоть что–нибудь сказать. Ну не могу я долго молчать! Спросить у него про семью? Нет, не та тема. Они тут с Марго жмутся по всем углам, боюсь ляпнуть что–то осуждающее. Задать вопрос, как у него дела на работе? Не имею о ней никакого представления и не смогу поддержать разговор. Всё остальное – личное, которого не считаю вправе касаться. Что ж, остаются природа и погода.

– Как здорово, что мы отправились в поход! Сто лет не была в настоящем лесу.

Тишина. Вообще никакой реакции. Ну и ладно, я сделала всё, что могла, чтобы общаться как нормальные люди.

Наконец, показалось озеро. Я отметила, что настроение он мне всё-таки испортил, сам того не подозревая. Вообще–то, любой человек хотя бы пару слов сказал для приличия. 

Место было невероятным и оправдало все мои самые смелые ожидания. В тени деревьев прятался  родник, а рядом, в нескольких метрах, искрился в солнечных лучах водопад, наполняя озеро горной водой василькового оттенка. Казалось, это кусочек неба притаился в лесу. Прохлада озера манила, и так хотелось окунуться.

–Как же здесь здорово! Вот бы сейчас нырнуть!

– Так в чём же дело? – спросил Артём и пошёл к водоёму, на ходу снимая одежду.

Я смотрела на него и не могла оторвать взгляд. Через несколько секунд на нём не осталось абсолютно ничего!!!! Он ушёл в воду с головой. А я стояла, ошарашенная, не зная, куда девать глаза от такой бесцеремонности.  И одновременно очень ему завидовала в этот момент! Казалось, ещё чуть–чуть, и взорвусь от жары. Но не могу же пойти купаться голышом, да ещё в такой компании. Подошла к озеру, намочила ноги, поплескала на себя водой, и на этом мои освежающие процедуры закончились. 

Увидев, что Артём плывёт к берегу, я ушла набирать воду, чтобы не видеть ЭТОГО. Через три минуты он уже стоял рядом, и от него веяло прохладой и свежестью.

–Ну что, так и не решилась?

–Нет, – даже не скрывая сожаления, сказала я.

– Что ж ты так? 

–Купальника нет.

Он улыбнулся своей противной самодовольной улыбкой, как будто примерно такой ответ и ожидал услышать. Я сделала вид, что ничего не заметила. Набрали воду и отправились обратно. Шла и разглядывала окрестности, собирая букет из полевых цветов. Так жаль, что они не пахнут! Цветы – это моя страсть, я люблю их все, в любом проявлении: живые, искусственные, полевые и коммерческие. Они все прекрасны и безумно вдохновляют. Тут он резко останавливается и говорит:

– Дарина, ты можешь посмотреть? Кажется, меня кто–то укусил в шею.

Ловлю себя на мысли, что он, наверно, впервые меня назвал по имени, даже несмотря на то, что мы отучились 5 лет на одном потоке. Удивлена, что вообще знает его. Хотя, безусловно, знает, мы же с Марго подруги.

–Давай, конечно. Где?

–Да вот тут, на шее.

Смотрю. Огромное красное пятно, в середине торчит то ли жало пчелы, то ли ещё что–то похожее. Стараюсь не показывать свой шок и скрыть панику, но выглядит всё ужасно. Сама оцениваю, как выглядит Артём. И не вижу ничего утешающего: побледнел и покрылся капельками пота, непонятно, то ли от жары, то ли такая реакция организма. И кажется немного дезориентированным. Вот блин! 

–Надеюсь, у тебя нет аллергии на пчёл?

– Раньше, по крайней мере, не было.

Старается отвечать нормально, но чувствую, что отёчность перешла и на язык.

–Это радует. Правда, не факт, что это пчела. Так. Давай остановимся, попробую вытащить жало. Хорошо, что есть чистая вода. Полей мне на руки.

Я очень стараюсь не паниковать и сохранять самообладание. Дальше начинается ужас. Пальцы распухли от жары, ногти  короткие. Ничего не получается. Нужен бы пинцет. А пятно становится всё больше и больше, и начинает отекать шея.

–Короче, Артём, ложись. Сейчас я всё сделаю. Только не дёргайся и не шевелись.

Он покорно слушается. Видимо, ему уже не очень хорошо. Стал какой–то апатичный и вялый. Ложится. Решаю вытащить жало зубами. Нащупываю его языком и достаточно быстро получается. Потом высасываю прилагающийся яд. Конечно, часть уже начала действовать, но всё равно это должно помочь. И потом всё выплёвываю.

–Полежи ещё минут пять, посмотрим, как будет развиваться ситуация. Я видела, так надо делать при ядовитых укусах. Надеюсь, поможет.

–Хорошо.

Артём, по всему видно, офигевает от произошедшего. От чего больше, непонятно: то ли от яда, то ли от моих методов борьбы с ним. Но мне всё равно, что он обо мне думает, надеюсь, помогла ему и все эти манипуляции не напрасны. Лежит смирно и не делает лишних телодвижений. Я сижу рядом и наблюдаю за местом укуса. Артём кажется спокойным, наверное, это из–за того, что не видит себя со стороны. А вот меня очень тревожит это ожидание. Ведь может стать гораздо хуже. Вдруг прям тут умрёт, что тогда делать? Я стараюсь отгонять эти мысли, но план дальнейших действий уже выстраивается в моей голове. Так проходит минуты три–четыре, каждый из нас в своих мыслях.

–Мне уже лучше. Пойдём дальше.

Смотрю на место укуса, оно точно выглядит не хуже, может, даже чуть–чуть лучше. И говорит он более осознано, почти правильно выговаривая слова.

–Нет, подожди. Давай сделаем компресс из холодной воды, может, опухоль ещё немного спадёт, да и посмотрим, что будет дальше.

–Мне кажется, что это лишнее. Я уже нормально себя чувствую. В лагере и сделаем.

–Точно?

–Точно. Спасибо!

–Да не за что.

Вздыхаю с облегчением, кажется, ему и вправду уже лучше, жить, по крайней мере, точно будет.

–Ты так быстро среагировала, я даже опомниться не успел. 

–Просто ты не видел свою шею. Выглядело всё настолько страшно, что долго думать было некогда.

–Что – правда? А сейчас как?

–Ну, сейчас чуть получше, главное, не хуже. Я думаю, завтра всё пройдёт.

Десять минут, и мы на месте.

В лагере царит крайне  приятная и добродушная обстановка. Все адаптировались, уже выпили вина и, вспоминая пройденный путь, испытывали удовлетворение, что преодолели это небольшое испытание. Мы сблизились, лучше узнали друг друга, стали более открыты. Спать совсем не хотелось. Сидели и пели задушевные песни, вспоминали «первокурсник», преподавателей и разные смешные истории. Я так устала, что просто валилась с ног. И хотя люблю посиделки у костра, пошла спать. В одном домике разместились девочки, а в другом – мальчики, третий загрузили рюкзаками и всякой утварью. Закрылась в спальном мешке и, кажется, сразу вырубилась. Проснулась оттого, что жутко мутило. Вокруг все спали. Я аккуратно выбралась и рванула прямиком в лес. Меня стошнило. Наверно, выпила или съела что–то не то. Села, прислонилась к дереву, нужно было перевести дух и восстановиться. Пока руки и ноги тряслись. Я глубоко вздохнула, свежий воздух заполнил лёгкие, и стало легче. Вдруг услышала шорох. Кто–то пробирался сквозь кустарники. Только бы не какой–нибудь кабан или медведь. Старалась сидеть тихо и не подавать признаков жизни. 

Это были не дикие звери, а два человека. Прислушавшись, поняла, что это мужчина и женщина. Они шли прямо на меня, и я разрывалась между желанием убежать обратно в лагерь и просто сидеть, ничего не предпринимая. Сил на резкие движения совсем не было, боялась, что свалюсь где–нибудь по пути, решила понаблюдать. К моему облегчению, это оказались Марго и Артём. Но видя их настроение, я не решалась себя открыть. Они нетерпеливо целовались, и было очевидно, чем это должно было закончиться. Как назло, остановились очень близко от моего укрытия. Увидеть они меня не могли, я полностью была в тени, разве только наступят. Мне тоже их было плохо видно, только контуры, но вот слышимость была просто невероятной – каждое движение, каждый поцелуй и стон грохотом раздавались в моих ушах. И воображение уже дорисовывало картину происходящего. Ну, надо же мне было оказаться здесь именно в этот момент! 

Они очень быстро перешли от бурной прелюдии к активным действиям, и ритмичные стуки о дерево ввергали меня в краску даже в кромешной тьме. Марго, очень податливая на ласки партнёра, мурлыкала и стонала, как ненормальная. Казалось, это никогда не закончится. Старалась даже не смотреть в их сторону, но интерес подглядывающего был сильнее. И, конечно, адреналина добавляло то, что была в такой опасной близости. «Почти секс втроём, только моя роль – наблюдать», – подумала, улыбнувшись. Почему–то стало смешно.

Наконец всё закончилось, и я вздохнула с облегчением. Теперь ушли бы они поскорей, чтобы мне вернуться в тёплый спальник. Они тихо обменялись послесексовыми любезностями, будто боялись кого–то разбудить. Ушли тихо, совсем не так, как появились. Меня уже подтрясывало от холода, посидев ещё минуты две, решила, что пора возвращаться. Не спеша двинулась по направлению к лагерю, который был всего в нескольких шагах. Быстро скользнула в дом и легла.

–Ты где бродишь среди ночи?

–Блин, Марго! Кто бы говорил?

–Что?

Я ей рассказала, как всё было, и мы посмеялись от души, чуть не перебудив всех девчонок.

–Надо было сказать, что ты там.

Я вздохнула.

–Не хотела вам портить настроение. Но теперь смотреть на тебя не могу.

И я опять засмеялась.

– Ничего, это пройдёт. Давай спать.

Утром  мы встали рано, с первыми лучами солнца. Данил сказал:

– Выходим пораньше, потому что утром идти проще, пока солнце ещё невысоко. 

Он был в предвкушении похода.  Вершины и перевалы – его слабость. Сегодня нас ждал промежуток маршрута, проходящего по горной тропе. Быстрый завтрак, и в путь. Но так рано, как хотелось, выйти  не получилось. Пока все раскачались после вчерашних гуляний  и собрались, уже было около десяти. Шагали по узкой дороге гуськом, ещё не отошли ото сна, поэтому все в основном молчали. Каждый был сосредоточен на своих движениях. Я с удовольствием отметила, что рюкзак стал легче.

Погода стояла замечательная. Пока шли по тропе, кое-где видели на сырой земле следы зверей. Интересно, какие это животные? Кто здесь обитает? Но вокруг никого не было заметно, кажется, кроме нас, здесь нет ни одного живого существа. 

Идти  становилось всё сложнее, потому что склон сделался более крутым, тропа – не такой ровной и широкой. Скорость уменьшилась. Но мы и не торопились. Горы  необыкновенны, здесь ты как будто на краю земли, теряется чувство обыденности. Восхищённо глядя на вершины, поражались, насколько все они  неповторимы. Вот эта похожа на скалу, другая – на груду камней, покрытую скудной растительностью, а та, вдали, словно остров, полностью скрытый в зарослях.

Время близилось к обеду, и хотелось уже остановиться. Но тут погода резко начала портиться, и через минуту закапал дождь. Вначале это было даже приятно на фоне адской жары, которая разыгралась к полудню. Но потом, спустя каких-то десять минут, начался ливень. И мы моментально стали мокрые насквозь, несмотря на имевшиеся дождевики. Данил всё предусмотрел, но они не сильно спасали ситуацию. Под ногами образовалась грязь по щиколотку, что очень затрудняло передвижение. Рюкзаки намокли и стали опять неподъёмными. Приняли решение остановиться и переждать дождь. Наспех расставили в ущелье палатки. 

–Надо же, как резко испортилась погода. Боюсь, сегодня не доберёмся домой, придётся переночевать в горах, – произнёс Данил со знанием дела.

–Ты что? Как же так?! – воскликнула я.

– Мы даже не сможем сообщить о том, что не вернёмся вовремя. Телефоны разрядились ещё вчера вечером,  да и связи тут нет. К тому же дождь может закончиться, и мы продолжим путь.

Мне срочно нужно домой, не могу тут остаться на лишние сутки, поэтому хватаюсь за любую соломинку. Ощущение тревоги пронизывает, и становится как-то не по себе.

–Если быстро закончится, то да, есть шанс  вернуться сегодня, –ответил Данил.

–Но по опыту скажу – это надолго. Поэтому готовься к худшему варианту.

Я с тревогой смотрела на него и никак не могла взять себя в руки.

–Дарин, не переживай, завтра точно уже будешь пить кофе дома.

Я молчу, потому что очень расстроена.

–Прими ситуацию, ты же не можешь ничего изменить, просто плыви по течению.

Я смотрю непонимающим взглядом. Как это плыть по течению, когда меня ждут дома муж и ребёнок? Я им обещала вернуться сегодня вечером, а приеду только завтра? Они же сума сойдут от переживаний. Однако, конечно, понимаю, что  идти в дождь глупо. Возможно, Данил и прав, нужно принять ситуацию. В конце концов, что произойдёт? Наверно, нас начнут искать завтра, а может, и ночью. Найдут и сообщат родственникам, что всё нормально.

В мокрой одежде становилось  холодно. Казалось, уж лучше бегать под дождём, чем бездействовать. Посидев минут тридцать, мы поняли, что ливень  надолго. Сдвинув палатки так, чтобы можно было общаться, решили с пользой провести время. Выпили  остатки спиртного и перекусили сухими закусками, которые не нужно готовить, и настроение у всех заметно улучшилось. Мы принялись играть в карты и дурачиться. Когда напряжение  из-за изменившихся планов отпустило, кажется, все обрадовались, что будет ещё один день отдыха от семьи, работы и города.

Часа через  три  робко выглянуло солнышко, его сопровождала радуга, и, кажется, до неё можно было достать рукой. Энтузиазм и радость в нашей компании зашкаливали. Выйдя из своих укрытий, мы обнаружили, что расположились в живописном месте между горами. Почти напротив нас возвышалась  какая-то конструкция из камней.  Я бы даже сказала, что, возможно, это какая-нибудь историческая ценность. Она напоминала сооружения Стоунхенджа. Два вертикальных камня и один сверху, словно дверь. Но может, это никакая не ценность, а просто причуда природы? Стало любопытно. Мы обошли вокруг, рассмотрели. Вроде ничего особенного, просто булыжники, затейливо сложенные. 

–Данил, ты же исходил эту трассу вдоль и поперёк. Что это, просвети?

–А я вообще первый раз вижу, на этом отрезке тропы мы никогда не останавливались. Хотя зря, тут очень красиво и для кемпинга удобное место. Просто оно очень близко находится от предыдущей стоянки, поэтому, видимо, и не популярно.

Воздух был прозрачный и влажный после дождя, ощущалась приятная свежесть. Мы развели костёр и начали готовить ужин. Домой уже никто не спешил, единогласно  решили, что в путь  отправимся завтра.

Каждый знал свои обязанности. Всё происходило, как по сценарию: один готовил, другой приносил дрова, третий разжигал костёр, а кто-то накрывал на стол. Когда ужин был готов, мы сели кучкой, весело болтая. Как вдруг, начали происходить странные вещи. 

Из каменных ворот появилось яркое свечение, все сразу обратили на него внимание. Пришлось прищуривать глаза из-за ослепительного  света. Но он настолько притягивал взгляд, что уже невозможно было оторваться. В какой-то момент я почувствовала непреодолимое желание взглянуть, что там внутри. Казалось, что если этого не сделаю, то просто умру. Пронеслась аналогия с «плотоядным цветком», он меня заманивает, чтобы поглотить. Но не смогла себя перебороть и оградить от опасности, свет полностью завладел моим сознанием. Это было единственным правильным решением. Я встала и пошла, никого и ничего не видя, кроме манящего свечения. Словно мотылёк, на свет лампы. Шагнув в сияющий источник, я сразу же потеряла сознание.

***

Пришла в себя я от того, что в лицо мне плеснули холодную воду. Мне показалось, что я нахожусь в невесомости, может, я уже умерла? Ноги не чувствовали земли. Осмотревшись, увидела, что я действительно над землёй. Мои руки за спиной, и плюс туго обвязанная верёвка меня держит в районе пояса и колен. Попыталась пошевелиться, это было крайне проблематично. На улице ночь. Вокруг суета, бегают неизвестные мне люди в странных одеждах. На моих глазах так же, как и меня, привязывают к столбу Ивана и потом выливают на него воду, чтобы пришёл в себя. Осталось два человека: Аня и Артём, они просто валяются на земле без сознания. Когда Аню привязывают, то её столб вставляют в отведённую ему ячейку. Рядом со мной привязаны Андрей и Алина.

- Андрей, что они делают?

- Я не знаю, меня привязали первым, но пока всё происходит по одному сценарию.

Мы все составляем круг, в середине находится источник освещения. Это что-то типа высокой статуи. Кажется, что это ствол большого дерева, он внутри полый, и свет идёт изнутри, но это не огонь. Свет белый, дневной, как луч солнца пробивается сквозь тучу, так и этот поток света выходит из земли. По всей поверхности статуи вырезаны какие-то символы, узоры и орнаменты. Мне это напоминает гигантский ночник. Зрелище завораживающее, трудно оторваться от этой статуи, глаза всё пытаются рассмотреть узоры и хитрые переплетения, а свет в ночи притягивает взгляд. Есть какая-то надежда в этом свете. Все те, кто уже подвешен на столб, как загипнотизированные, смотрят на него. Хочется подойти и потрогать его руками, ощутить. Когда все привязаны и приведены в чувства, начинают бить в барабаны. Этот звук кажется раздражающим и отвлекающим, хочется, чтобы он поскорей закончился. Вокруг нас, на расстоянии около двух метров от круга, очень плотно друг к другу стоят люди. Ровно половину круга занимают мужчины, а половину – женщины. Мы развешаны на столбах по тому же принципу. Половина круга -  Андрей, Данил, Иван, Стас, Денис, Артём, и в другая - я, Алина, Марго, Аня, Олеся и Александра. Людей вне круга видно плохо, хорошо освещены только мы, остальные находятся в тени. Вдруг вся эта толпа завыла какими-то протяжными неестественными голосами. От этого песнопения стало жутко. Один парень вышел в середину, у него в руке был факел, он обошёл каждый столб, как бы обдымляя с ног до головы каждого. Запах дыма был странный и едкий, от чего сразу начало першить в горле. Когда человек закончил обход, наступила какая-то неестественная тишина. Утихли барабаны, люди перестали говорить, петь и, кажется, даже задержали дыхание. Моё сердце, напротив, билось так, что казалось, могло выскочить из груди, оно чувствовало, что сейчас что-то будет. В один миг стоящая статуя рассыпалась на мелкие частички, и эта пыль покрыла всё вокруг. На месте статуи оказалась просто огромная дыра с вырывающимся из неё светом, точно такой же манил нас войти в ворота. События развивались так быстро, что не было ни секунды, чтобы подумать и прийти в себя. Вскоре из образовавшейся дыры поднялся поток воздуха. Он быстро перерос в торнадо, которое подняло все эти мелкие частицы вверх, поэтому совершенно ничего нельзя было увидеть. Чтобы пыль не попала в глаза, я просто их закрыла. Потоки воздуха были так сильны, что моё привязанное тело ходило ходуном и казалось, что сейчас я улечу вместе со столбом. Глаза было открыть невозможно, оставалось только ждать, когда этот кошмар закончится. Это стихийное бедствие длилось минут пятнадцать, а потом всё улеглось, всю пыль резко засосало в дыру, и, когда не осталось ни единой песчинки от разбитого столба, свет погас. Наконец-то можно было открыть глаза. На улице уже наступили сумерки и вот-вот уже должно было начаться утро. Опять песни, барабаны. Нас по очереди отвязывают и куда-то относят, ноги и руки не слушаются, разум отказывается воспринимать происходящее. Меня взвалил на плечо какой-то человек, понёс в неизвестном направлении и сбросил на какое-то подобие кровати. В комнате было достаточно темно и было ещё несколько спальных мест. Как только я оказалась в горизонтальном положении, я просто закрыла глаза и стала молить Господа о том, чтобы весь этот кошмар был лишь дурным сном.

Совет состоял из пяти человек: Арманы, Оливии, Греко, Дамкара и старой Мессы. Они сидели вокруг священного огня, и им предстояло решить важный вопрос - «Что делать с жертвенниками?»

Армана: Какие предложения будут по поводу этих людей, которых даже не хочет взять себе дух племени?

Греко: Предлагаю их использовать в нашем священном ритуале.

Оливия: Я бы не стала подвергать такой опасности своих, потому что совершенно не ясно, что они представляют из себя. Этого обряда достоин только самый смелый охотник.

Армана: Я согласна, не будем смешиваться с нечистыми и неизвестными людьми. Я предлагаю их оставить в нашей деревне и заставить работать, чтобы они не просто так ели наш хлеб. А через три года, когда  будет явление священного духа, опять их предложить в качестве жертвы.

Дамкар: Мне нравится эта идея.

Армана: Дополнительные рабочие - это всегда хорошо.

Весь диалог со стороны наблюдает пожилая женщина - Месса. Она сидит и внимательно выслушивает каждого. Глаза её наполнены мудростью, мысли ясны и размеренны. Она является важным элементом обеих общин, к ней прислушиваются люди и Арманы, и Дамкара. Она повелевает духами, душами и является связующим звеном между богами и простыми смертными, помогает задобрить их. А главное, она обладает знаниями, которые позволяют ей читать книгу предков, где оставлены пророчества для всех поколений и предостережения.

Армана обращает свой величественный взор в сторону Мессы и спрашивает:

«Месса, что ты нам скажешь по поводу этих «чужаков»? Какое решение будет угодно духам?»

Месса: Мои великие вожди, я и боги вас благодарят за то, что вы в своём решении хотите угодить им. Но сразу скажу, что воля богов, возможно, вам будет сначала не ясна и разожжёт в ваших душах противоречивые чувства. Не бойтесь их. Чтобы получить хорошие угли - костру нужно прогореть. Ничего в жизни не случается без причины. Так и эти путники пришли к воротам, которые открываются раз в три года, не случайно. Это всё давно изложено в священном писании, там только не указано точной даты.

Берёт огромную потертую книгу и медленно читает:

«И придёт двенадцать белых, подобных вам. Но священный дух не тронет их, значит, пришло время. Нужно каждого сделать таким же как вы, принять в свою семью как равного и получить их потомство. Именно эти дети - дадут вам новую жизнь. Невыполнение воли влечёт неминуемое угасание рода».

Все растеряны, удивлены.

Месса: Тут есть над чем подумать. Помните - у нас всегда есть выбор.

Оливия: Откуда нам знать, что это предсказание относится именно к нашему поколению? Ведь дата не определена, Месса - ты сама сказала.

Месса: Всё верно, Оливия. Я лишь могу вам расшифровать записи этой книги, а решать - вам. Ещё я хочу сказать, что последние два ребёнка родились с отклонениями, которые несовместимы с жизнью, и нам пришлось их отправить в «долину смерти». Может, это и есть начало вырождения рода. Возможно, наши племена больше не способны воспроизводить здоровое потомство?

Дамкар: Месса, а почему вы не поставили нас в известность. Я ничего не знал об этом.

Месса: Я говорила об этом Армане, она мой вождь.

Месса с мягким укором посмотрела на Арману, а та сделала вид, что не обратила внимание.

Армана: Не вижу в этом никакой закономерности, поэтому и не доложила, такое случалось и раньше.

Дамкар: Очень на это надеюсь. Но если дело действительно плохо, то мы готовы выполнить волю предков, как указано в придании, до сих пор повиновение нам приносило лишь удачу.

Армана: Мы подумаем над этим вопросом, не будем торопиться. А пока предлагаю использовать их труд.

Дамкар почтительно кивнул в сторону Арманы, Оливии и Мессы, и они с Греко ушли.

Очевидно, Армана находилась  в неуравновешенном состоянии. Что-то ей не нравилось в предсказании. Вернее, ей не нравилось всё, начиная с того, чтобы сделать их такими же, как они, и заканчивая смешанным потомством. Их племя единственное и уникальное в своём роде, она всю жизнь гордилась своими корнями, и для неё это был вопрос не просто гордости, а глубокого принципа. Как по ней, так она бы сожгла этих чужаков без сожаления и продолжила бы свою размеренную жизнь. Лучше умереть, чем смешать кровь их священного рода с какими-то альбиносами. Но это всё эмоции. И Месса говорила именно об этом огне, который горел сейчас в её душе. А она - вождь, и думать  должна о своих людях, об их интересах. Армана ничего не сказала, жестом показала Оливии следовать за ней, они обе поклонились Мессе и ушли. Она в ответ улыбнулась своей загадочной старческой улыбкой, как будто  всё это предвидела. Да, в общем, так оно и было, Месса знала эту девочку с рождения - она была сильна духом и характером, но слишком горделива. Но уроки не прошли даром, и Армана стала мудра, не делала поспешных выводов, а вела борьбу внутри себя и лишь потом выдавала обдуманное мудрое решение. Она была самым молодым вождём, её назначение тоже описано в книге. При её правлении предки обещали большие перемены и процветание племени.

***

Сон был глубоким, провальным. Пробуждение не принесло облегчения. Когда открыла глаза, стало ясно, что кошмар продолжается. Я проснулась раньше остальных, тела  девчонок  лежали в неестественных позах. Комната казалась тёмной, из-за того, что не было окон или они был закрыты, свет попадал только сквозь щели стен. Неприятное воспоминание сразу ворвалось в голову, и стало нечем дышать. Вдох. Ещё вдох. Уже легче. Кроме подобия кроватей, в комнате нет никакой мебели. Я смотрю на стены и замечаю окна, они просто закрыты ставнями. Встаю, подхожу ближе и пытаюсь понять, как открыть. Окно открывается вовнутрь и поддаётся с первого раза,  прямо в лицо мне ударяет свежий утренний воздух. Вместе с ним врывается яркий свет, я стараюсь не делать слишком большое отверстие, чтобы не разбудить остальных. А сама смотрю через небольшую щёлочку и пытаюсь понять, где мы находимся и что происходит. На первый взгляд кажется, что это деревня, рядом стоят две похожие хижины. На улице нет ни одного человека, наверное, ещё слишком рано. Постояв немного у окна, я чувствую слабость в ногах, возвращаюсь на свою кровать и опять проваливаюсь в глубокий сон.

Следующее пробуждение наступило, когда солнце было уже высоко. В комнате стояли еда и вода. Я не могла прийти в себя от шока. Вокруг всё казалось каким-то нереальным, будто я сплю и мне это всего лишь снится.

—Кто-нибудь понимает, что происходит? Где мы? И почему с нами нет ребят?

Алина осторожно прошлась по комнате, заглянула в щелку между ставнями и шёпотом сказала.

— Понятия не имею, но надо отсюда срочно бежать.

 Аня еле поднялась с кровати и осматривала свои ссадины.

— Ну, и куда ты собралась? Мы даже не знаем, что нас ждёт за этой дверью?

— Может, мы и не знаем, но я точно не хочу здесь оставаться! 

Марго говорила громко и уверенно, казалось её вообще не смущало наше странное местонахождение.

Алина взяла инициативу на себя.

— Кто за то, чтобы бежать?

Поднимают руки я, Алина, Марго. Аня, Александра и Олеся сомневаются.

—Девчонки, вы что? Хотите здесь остаться?

Олеся, с опаской, выглядывая в окно.

-Дарин, надо выяснить обстановку. Где мы и куда идти? Глупо двигаться в неизвестном направлении.

Я не понимаю, как можно так рассуждать? Надо скорее бежать, пока есть возможность из этого места, а уж потом разберёмся куда.

-Как хотите, я не собираюсь ждать ни минуты.

Аккуратно выглядываю из дома. У дверей никого нет. Потихоньку выхожу, вокруг пусто, как будто все вымерли. Я машу рукой девчонкам, и мы выбираемся из домика. Идём сначала медленно, а потом, видя, что за нами никто не следит, бежим к краю поселения. Деревня огорожена подобием забора, но он носит чисто формальный характер. На выходе нет никаких препятствий, и мы по дороге мчимся из деревни. Потом, уже выдохнувшись,  переходим на шаг и идём медленно. Не думала, что сбежать окажется так просто.

— Куда мы идём? И что мы хотим там увидеть?

— Лично я надеюсь выйти из этой папуасской деревни к нормальным людям.

Марго,  резка и недовольна.

— Это ты сейчас о чём?

— Ты видела, как они выглядят и во что они одеты?

— Нет. Мне как-то не до этого было. А ты?

— А я видела. Они точно какие-то ненормальные и дикие, мне хочется вырваться отсюда. Я не удивлюсь, если они нас живьём съедят.

— Да ну, Марго. Ты что-то преувеличиваешь. Мы же не в каменном веке.

— Я их тоже не разглядела, но в их компании не хочу остаться. Как-то тут всё неспокойно.

Мы идём по хорошо протоптанной дороге, не встречая ни единого человека на пути. Судя по тропе, тут ходят достаточно часто, но, возможно, в другое время. Нам встречается развилка. Один путь используется нередко, а другая дорога почти заросла. Мы решаем выбрать непопулярное направление. Устали. Жарко. Хочется есть и пить. Но с собой ничего нет. Я уже начинаю сомневаться в том, что это была удачная мысль всё бросить и уйти. Хотя другого момента могло и не быть. К счастью, пошёл лёгкий дождик, который нас освежил, придал сил и дал возможность собрать воду с листьев и попить. Уже смеркалось. В лесу становилось как-то жутковато. И тут, когда надежда, казалось, уже была потеряна, вдалеке показались знакомые ворота. Мы, несмотря на полную вымотанность и потерю сил, почти бежали к ним. Казалось, вот оно, решение всех наших проблем. Там палатки, спички и спальные мешки, можно отдохнуть и придумать, что делать дальше. Обошли  ворота вокруг, и ничего. Там был такой же лес, как и спереди. Ходили, как возле новогодней ёлки, и всё пытались найти хоть какие-то признаки былого кемпинга. Но место было не то! Все это точно понимали. 

Алина постучала по булыжникам.

— Может, это совсем другие камни?

Я ходила взад и вперёд, пытаясь выявить подвох.

— Не думаю, что такие стоят на каждом шагу.

Марго уселась прямо на землю.

— Что делать? Ночь на дворе.

Я окинула взглядом девчонок.

— Кто-нибудь умеет разжигать костёр?

Алина была расстроена.

— Со спичками да.

Марго легла и равнодушно смотрела в небо.

— Не представляю, как нас угораздило так вляпаться.

— Ночевать нам тут по-любому. Я  бы, если честно, вообще отсюда не уходила и ждала, пока ворота нас затянут обратно. Ведь помните, вчера они тоже не сразу открылись.

Мы садимся спиной друг к другу, уже ночь, но не холодно. Здесь совершенно другой климат, не как в горах. Это скорее тропики, с ужасно влажным воздухом. Становится  темно, и везде вокруг, на фоне ночной тишины начинают доноситься разнообразные шорохи, кажется, что к нам кто-то подкрадывается. Я понимаю, что было полнейшей глупостью отправиться сюда без ничего, не подготовленными. Но уже поздно, а что делать — непонятно. Где-то в лесу виднеются зеленоватые огоньки: то ли это светлячки, то ли глаза диких животных. Такое впечатление, что нас видят все, а мы никого. Огонь однозначно отпугнул бы всех диких животных, но разжечь его нереально.

Кажется, даже Алина сдалась.

— Девчонки, мне хочется закрыть глаза и ничего этого не видеть.

Марго тоже выглядит апатично.

— Предлагаю так и сделать. Будь что будет.

— Да уж, легко сказать, но трудно сделать.

Постепенно состояние шока у нас прошло. Мы привыкли, как это ни странно, заснули прямо на траве, усталость взяла своё.

Утро обнадёживало, дарило ясность мыслей и свежесть взгляда на происходящее. Мы решили сидеть здесь и ждать. Из зверей нас никто не тронул, может, просто повезло. Ещё нужно было сделать более надёжное убежище. Обошли окрестности, за воротами был дремучий лес, который можно было и не рассчитывать перейти, по крайней мере, без соответствующей подготовки. Уже никто не говорил о том, что мы зря убежали из этого поселения. Была надежда на то, что мы скоро выберемся отсюда. Но часа через два нашей радости к нам пожаловали гости. Это были странные люди на лошадях, они нас застали в тот момент, когда мы возвращались к месту своей ночёвки, и мы были настолько ошарашены, что сразу даже не попытались убежать. Какое-то время  стояли и рассматривали их. Это были смуглокожие мужчины  высокого роста, всё тело у них было разукрашено и часть лица тоже, волосы были по плечи, и единственное, что было на них из одежды, это подобие штанов. Их тоже было трое, через плечо висел лук , а в руках было копьё. Несколько секунд нам  потребовалось, чтобы понять на кого собираются вести охоту. Надо бежать! Мысль пришла одновременно всем троим. С  криками мы рванули в лес, не зная куда, через чащу, поднимая ноги выше головы. Но нас это не спасло, ноги у аборигенов были длиннее и опыта, видимо, тоже было больше. Уже минут через пять мы были аккуратно связаны, перекинуты через лошадь. Но самое страшное началось, когда лошади поскакали рысью: в ужасно неудобной позе, содрогаясь от каждого скачка, глядя в землю и не имея возможности даже пошевелиться, мы куда-то мчали. За это непродолжительное время перед глазами пронеслась вся жизнь. Хорошо, что позавтракать так и не удалось, от такой тряски, казалось, все внутренности поменялись местами. Нас привезли к краю уже знакомого селения, бережно сняли и вручили женщине, стоявшей там. Её вид меня вверг в шок. Она смотрела  злобным взглядом, казалось, она готова была нас убить.

Рассадили нас в разные ямы, на этом в общем-то и закончился наш побег. Очень мудрое решение, в противном случае мы бы обязательно попробовали ещё раз сбежать. Яма была земляная и слегка застелена сеном, по характерному запаху, я поняла, что раньше здесь находились какие-то овощи. Было время всё обдумать, осмыслить и осознать свою ошибку. Нет ничего страшнее одиночества и голода. Есть давали, но очень мало, раз в день. Я, конечно, поняла, какую необдуманную глупость мы совершили. Как можно было сорваться и, ничего не узнав, куда-то пойти. С другой стороны, нам повезло с первого раза, мы нашли ворота, толку от них было мало, но одна задача была решена. Я всё думала, куда мы попали. В какое-то племя, очевидно, без каких-либо признаков цивилизации. И что будет дальше? Как там девчонки? Живы они? А ещё я думала, что вдруг меня не выпустят отсюда до конца жизни… И, как всегда, спасение пришло неожиданно, когда его совсем не ждали. Мне спустили подобие верёвочной лестницы, и я, недолго думая, вылезла. Было светло, солнце ослепило глаза от контраста, день или утро - у меня всё уже перемешалось. Радовало то, что Марго и Алина были здесь же. Они были все в грязи и очень неприятно пахли, видимо, как и я. Кроме нас, было ещё две женщины, наши смотрительницы. Это были высокие, хорошо сложённые смуглые женщины, обе в мешкоподобных туниках чуть выше колена, в районе талии подвязанных тонкой верёвкой, волосы собраны в длинные хвосты, а в них вплетены перья и ленты.

   Нас привели на поле, расположенное на противоположной стороне от прохода, через который мы хотели сбежать. Оно было покрыто зеленью, что-то типа вьюнка, кое-где росли цветы - белые, розовые и сиреневые, очень похожие на сорную траву. Но оказалось, что это какое-то специально посаженное растение, и наши проводницы показали, что надо найти корень, подкопать палкой, аккуратно вытащить и собрать плоды. Я не знаю, что это был за овощ, но клубни очень походили на картофель, только были более продолговатые. Нам нужно было собирать этот овощ. Вскоре сюда же привели Александру, Аню и Олесю. Они были очень рады нас видеть. Нас предусмотрительно развели по разным краям поля, и мы приступили к работе. Поговорить не удалось, как только мы приближались друг к другу, девушка, которая осталась с нами на поле, начинала недовольно ругаться и предупредительно помахивать палкой. Пришлось молчать. До обеда работа была даже в радость, два дня без движений заставляли радоваться любым манипуляциям. К полудню нам принесли еду. Она была гораздо лучше той, что  давали, пока я была в заточении. Была «картошка», которую собирали, я узнала её по форме, на вкус она сладкая, но по консистенции близка к нашей. Мне очень понравилось, к ней полагался соус, который делал её вкус ещё более экзотичным. После обеда работать стало тяжелее: растения путались, не давали двигаться, и корни разобрать удавалось с трудом. Еда расслабила, открытое солнце беспощадно палило голову, ни одного облачка. Хотелось только поскорее закончить это дело и свалиться спать. Когда стало вечереть, нас отправили домой. Дома девчонки показали, где можно умыться и искупаться, - это был ручей, его часть проходила совсем недалеко от нашей хижины. Дальше он шёл по кругу и огибал всё поселение, а затем устремлялся за его пределы. Когда мы искупались и постирали свои вещи, то жизнь стала почти прекрасна. Я почувствовала себя человеком, а не грязным и вонючим рабом, хотя бы ненадолго. Cил после столь насыщенного дня уже совсем не осталось. Мы лишь коротко поведали о том, что с нами было.

***

Алиса в розовом платье со смешными хвостиками (такие я ей делаю на праздники) бежит мне навстречу. На моём лице счастливая улыбка, иду к ней, чтобы сократить дистанцию. Она очень торопится, так быстро и смешно перебирает коротенькими ножками, что, кажется, вот-вот упадёт. Я ей кричу: «Алиса, не спеши, ты же упадёшь!» Она меня не слышит и продолжает быстро бежать. Когда вплотную приближается ко мне, хочу её схватить на руки и поднять. Но она проходит сквозь меня, словно через невидимую стену. Провожаю Алису взглядом и вижу, что Роман хватает её, как пушинку, и кружит. А потом они вместе идут по аллее в нашем любимом парке. Я не сдаюсь: бегу за ними, пытаюсь схватить за руку, кричу — но всё тщетно, они меня не слышат и не видят. 

Я вся в холодном поту. Сердце бьётся как сумасшедшее. Охватывает ощущение горечи, утраты и безысходности. Слёзы беспомощности текут по лицу. В полном неведении, где мы и что с нами происходит. Мы просто рабы. Как такое могло произойти? Мой мозг отказывается воспринимать новую действительность. Закрываю глаза. Вновь и вновь хочу вернуться к своему сну, но  видение уже испарилось. Просто апатично смотрю в потолок и нет никаких мыслей, как выбраться из этой ситуации.

На следующий день всё повторилось точь-в-точь и ещё через день тоже. Утро. Поле с «картошкой». Обед. Сон. Мы ходили, как зомби, ничего не спрашивая, просто делая, что нам указывали, никаких попыток к сопротивлению. Настроение хуже некуда. Нас окружала полная неизвестность, свобода была ограничена, да ещё нас принуждали работать. Наверное, примерно так же чувствовали себя рабы, только кнутом нас не стегали, но, я думаю, это до первого сопротивления. Мы почти друг с другом не разговаривали. Шутить не было сил, говорить очевидные вещи не хотелось, а больше никто ничего не знал. Это угнетало и пугало. Обсуждать мелочи бытовой жизни сейчас казалось неуместным и мелким на фоне тех проблем, которые перед нами стояли. Озвучить вслух никто не решался, но эти мысли витали в воздухе. Мы все понимали, что наши шансы на то, чтобы выбраться, сводились к нулю, без каких-либо компромиссов. Всё это не могло не вселять потерянность, пустоту и отрешённость.

Третий день на поле давался нелегко, хорошо хоть погода сжалилась и не было палящего солнца. Все мы пребывали в угнетённом состоянии и полной безысходности. Прошло часа два, и тут я слышу крик на другом конце поля. Там Марго села на землю и отказывается работать, а женщина на неё орёт. Я подбегаю к ней.

- Марго, ты что творишь, хочешь опять в яму?

- Я бы, если честно, не отказалась, у меня в печёнках сидит уже их поле, пусть делают, что хотят.

Тут женщина перестаёт орать и уходит.

- Вот видишь, не сильно-то они настойчивые.

    Тут подошли все девчонки узнать, что происходит. Мы обрадовались перерыву в работе и были счастливы отдохнуть. Может, они ушли и не хотят с нами связываться, мало ли что от нас можно ожидать. Прошло минут пятнадцать, и мы увидели целую толпу разъярённых женщин, идущих в нашу сторону, очевидно, на расправу. У них в руках были большие палки. Вариантов не оставалось, надо было бежать, в этот раз мы решили не кучковаться, а разбежаться в разные стороны. Мы пересекли поле и ринулись в лес, вся толпа рванула за нами. Моя душа ушла в пятки, я про себя проклинала Марго, опять она всё портит, мало нам неприятностей. Я бежала сломя голову, совершенно не представляла куда, высоко поднимала ноги и уклонялась от свисавших лиан. Тут раздался треск, земля ушла из-под ног, я провалилась. Когда встала, то увидела, что нахожусь в какой-то яме метра два-три в высоту и метра два в ширину. Я обрадовалась, что в этом убежище меня уж точно не найдут, если буду сидеть тихо. Забилась в уголок, боясь даже глубоко сделать вдох, а сердце «ушло в пятки». Потом, когда дыхание восстановилось и крики в лесу утихли - все разошлись, попыталась выбраться, но поняла, что попала в ловушку. Какое чудо, что я ничего не сломала! Яма точно для ловли зверей, так что рано или поздно её придут проверять. Меня в любом случае скоро найдут, а пока могу отдохнуть и насладиться уединением. Мысль оптимистичная, и главное, не надо работать на палящем солнце. Наступил вечер. Отдыхать надоело, энтузиазм мой гас на глазах, уже хотелось есть и пить, но никто так и не пришёл забирать добычу. За  неделю уже второй раз попадаю в яму, это какой-то рок. Как только стемнело, начался ад: неизвестные шорохи, светящиеся в темноте глаза диких животных, крики сводили с ума. Заснуть было невозможно. Расслабиться и закрыть глаза я смогла только с первыми лучами солнца.

Что-то свалилось мне прямо на голову. Я вскочила, ещё не понимая, сон это или явь, сердце бешено колотилось. Осмотревшись, увидела в противоположном углу «неведому зверушку», то ли белку, то ли зайца. Животное огромными испуганными глазами смотрело на меня. Я села напротив, привела мысли в порядок, осознала, где я и что со мной. Наблюдая за зверьком, я думала, что мне с ним делать? Мысли были следующие: можно выбросить его наружу или оставить себе для компании, ещё вариант - съесть на обед. Но пока я, видимо, не настолько голодна, и последний вариант не участвовал в рассмотрении. Решила оставить. Хотя он мог меня покусать, всё же рискнула попробовать. Зверёк сидел смирно и не внушал пока никаких опасений, я тоже не собиралась к нему приставать. Тем временем вовсю шёл новый день. Солнечные лучи, которые проникали в моё заточение, вселяли надежду, а работа, кипевшая наверху, дарила оптимизм. Лес был наполнен совсем другими звуками и ароматами, нежели прошлой ночью. Раздавались задорное щебетание птиц, жужжание насекомых, взмахи крыльев, вкрадчивые шаги некрупных животных. Я собрала все силы, спланировала траекторию так, чтобы захватить максимальное число корней, торчавших из ямы, и ринулась в бой! Говорят, если чего-то очень хочется, то это обязательно получится. Я очень хотела, чтобы у меня получилось: впивалась руками в землю, бывало, что и держалась зубами за корни, поднималась на метр и срывалась. Потом повторяла попытку за попыткой, но все они заканчивались, когда я не проходила и половину пути. Прошёл час, два, а может, и больше. Ничего не получалось, яма слишком глубокая и широкая, земля постоянно осыпалась, опереться и схватиться не за что. Я была вся в грязи, она проникла всюду - в рот, под ногти, всё тело было в земле. Села, обессиленная, на землю, и тут на меня навалилось жуткое уныние. Очень хотелось пить, есть и рыдать во весь голос. Еды и воды не было, ничего не оставалось как реветь от бессилия и жалости к себе. Знала, что, если стало жалко себя - это последняя стадия отчаяния, с этим уже сложно бороться. Была мысль, что так я могу тут и умереть в яме и никогда не увидеть своих близких и друзей. Был круговорот мыслей, но все безрадостные, одна негативнее другой. Я не заметила, как заснула, теперь никакие звуки меня не тревожили, их заглушила тоска.

В очередной раз утро не принесло облегчения, я открыла глаза, было больно даже пошевелить рукой. Сбоку от мня лежал пушистик и спал, прижавшись ко мне. Он был такой красивый и чистенький на моём фоне. Я решила просто лежать и ждать конца. К вечеру пошёл дождь. Моя апатия была настолько глубока, что первые несмелые капли не вызвали во мне никакой реакции, я просто открыла рот, чтобы получить хоть какую-то жидкость. Но когда начался ливень, он меня расшевелил и взбодрил. Пришлось встать и поработать. Это было моё спасение! Собрать воду было не просто, но я воспользовалась листьями, которые упали со мной в яму. Когда пить я уже не могла, решила смыть с себя грязь. К концу ливня грязная вода стекала в яму, и её было по щиколотку, бедный зверёк чуть не захлебнулся. Я решила попробовать взять его на руки, но он был дикий, начал царапаться и попытался меня укусить. Тогда я его выбросила из ямы, не умирать же животному. Прошёл ещё день или два, большую часть времени я старалась спать и экономить силы.

Открыла глаза и не сразу поняла, реальность это или видение. Стоял какой-то гул, напоминающий человеческий разговор, только разобрать слов я не могла. Тут надо мной мелькнула фигура, я сразу пришла в себя и хотела встать и кричать, звать на помощь. Вместо этого я еле-еле шептала, а встать даже не смогла. Между тем, в яму с нескрываемым интересом заглядывали незнакомые лица и что-то между собой обсуждали.

Мне кинули верёвку, но я не прореагировала,  знала - сил выбраться самой уже не осталось, пусть делаю что хотят, могут даже оставить умирать...

Через несколько минут один из них спустился разведать обстановку. В итоге, меня обвязали верёвками и общими усилиями подняли. Потом положили на землю, что-то обсуждали между собой и, совершенно не стесняясь, разглядывали. Я тоже смотрела на них, у некоторых были копья, у кого-то лук, ещё какие-то странные предметы, очевидно, для охоты. Один из них показался знакомым, возможно, он вёз меня от ворот, когда нас в прошлый раз поймали. Но я не была уверена, выглядели они примерно одинаково, так же, как и все женщины, были похожи между собой. Я хотела пить и есть, но не могла произнести ни слова, в какой-то момент их переговоры так меня утомили, что я просто закрыла глаза. Лежала ровно мгновение, и тут меня окатили водой. Я разозлилась и закричала, какой-то молодой человек протянул мне воды. Тут я поняла, чего мне так не хватало! Казалось, я ощущала каждую каплю живительной влаги, которая спускалась по моему пищеводу. Сразу стало легче. Теперь я смогла рассмотреть окружавших меня людей повнимательнее. Одни по-прежнему разговаривали, что-то обсуждали, другие суетились, что-то искали. Лошадей рядом не было, значит, они пришли пешком. Тут ко мне сзади кто-то подобрался и бесцеремонно надел мешок на голову. Я принялась орать и пыталась вырваться, но вскоре меня очень умело связали, так что я даже не могла пошевелиться. Было трудно дышать через мешок и совершенно ничего не видно, полная дезориентация. Я оказалась в невесомости и начала перемещаться. Два человека несли меня на палке, которая проходила через мои связанные руки и ноги.

Перенесли в хижину, очень похожую на ту, в которой я жила до этого, и только тогда развязали и сняли мешок, аккуратно положили на кровать. Она состояла из досок, а сверху было насыпано сено. Что ж, «уютненько». Рядом стояли сосуд с водой и какая-то еда. Сил бунтовать не было, да и, что говорить, я была безумно рада, что меня нашли люди. Просто расслабилась, повернулась на бок и заснула. Опять голоса: то ли сон, то ли явь. Я открываю глаза и вижу - чуть в стороне стоят мужчины, их трое: один лысый, у другого волосы средней длины и длинноволосый, все тёмные. Они стоят и что-то обсуждают, им не видно, что у меня открыты глаза. Мужчина с волосами средней длины мне кажется очень знакомым. Я всматриваюсь, всматриваюсь, напрягаюсь изо всех сил. Уже темно, а слабость по-прежнему во всём теле. Но вот, этот парень или мужчина повернулся и посмотрел прямо на меня. Тут уж я не смогла его не узнать. Это был Артём. От удивления я часто заморгала, пытаясь понять, может, это всё же сон. Мне кажется, я так была рада его видеть, что улыбка расплылась на моём лице. Он точно понял, что я его узнала, потому что сразу отвернулся, начал торопить остальных, и они вышли из комнаты. Мне же ничего не оставалось как продолжить свой беспробудный сон.

Наконец-то выспалась, отдохнула и уже от бездействия не находила себе места. Всё ждала, когда же ко мне придёт кто-нибудь из наших и расскажет, как тут всё у них. Но прошли уже сутки, а никто так и не появился, и меня не выпускали тоже. Было очень скучно, даже в яме среди леса я не чувствовала себя так одиноко. Дом стоял, видимо, на таком отшибе, что никто даже не проходил мимо. В качестве охранника мне дали молодого мальчика. Его звали Ламинар, на контакт он не шёл, меня полностью игнорировал. Вскоре я бросила попытки с ним поговорить, да и всё равно не могла толком ничего ему сказать.

  Ламинар   очень ответственно подходил к своему посту и больше чем на пару минут меня не оставлял. Но я решила все-таки рискнуть. Вечером, когда уже достаточно стемнело, он отошёл в очередной раз. Я быстро выскочила из окна и спряталась за куст. Когда он вернулся, то даже не посмотрел, на месте я или нет. На всякий случай я на кровати оставила тряпки, которые можно было принять за спящую меня. Убедившись в том, что тревогу не забили, отправилась на экскурсию. Убегать я не собиралась, потому что не знала куда. Мне хотелось посмотреть, где я нахожусь. По виду деревня очень была похожа на нашу, прямо точь-в-точь. И как-то странно, но вокруг никого не было, или все уже были дома, или где-то было какое-то собрание. Я всё же соблюдала осторожность и медленно перемещалась от дерева к дереву. Тревожила мысль об обратной дороге, лишь бы не заблудиться и незаметно вернуться в свой домик. Я прошла уже около шести домов, но ничего интересного так и не встретилось. Решила пройти вглубь, может, там, будет какое-то движение. И оно здесь было. Пройдя ещё чуть-чуть, я услышала какой-то шум и отправилась на звуки. Картина меня поразила. Горел огромный костёр. Вокруг костра сидели люди, вернее, там сидели Артём, Данил, Ваня, Стас, Андрей, Денис и ещё четыре человека из местных. Они что-то курили, передавая друг другу по очереди огромную трубку, длиною, как минимум, метр, а может, и больше. Наши ребята выглядели очень довольными. Я не сразу поняла, чему они так радовались. Присмотревшись получше, увидела, что перед ними недвусмысленно и призывно выплясывали полуголые девицы. Лица и тела девушек были разукрашены красно-чёрными и жёлтыми узорами, и, вообще, выглядели они очень нарядно, на них были украшения, возможно, даже из золота. Что ни говори, было на что посмотреть. Мне это всё очень напомнило стриптиз-бар. Правда, здесь пока не раздевались, но если честно, то снимать уже особо было и нечего, единственным подобием одежды были гавайские юбки. Моё укрытие располагалось сбоку, и мне очень удобно было подсматривать, при этом никто на меня не обращал внимания, я была в тени. Да и сложно оторваться от такого зрелища. Я принялась рассматривать мужчин: наши выглядели отдохнувшими, полными сил и даже похорошевшими, в отличие от нас, всех грязных и замученных. Все были с голыми торсами, одеты в штаны по колено. Посередине с важным видом сидел «лысый» мужчина, видимо, главный. Почти весь его торс был в татуировках в виде замысловатых узоров. Местные были тоже все разукрашены орнаментами, правда, поскромнее, чем у главного. У наших ребят были только небольшие узоры на правых скулах. Они сидели и даже переговаривались с местными. Не представляю, что они могли там обсуждать? Девушки были не молоденькие, было им уже лет по тридцать пять, а может, и больше, но танцевали они отменно, видно, что не первый раз. Рядом сидели три девушки в гораздо более скромной одежде и играли на барабанах. Они были почти незаметны. Вообще, было видно, что женщины уже мудрые, знают, что нравится мужчинам, и прекрасно это делают. Каждая из семи старалась показать своё мастерство. Впечатление было, что я в борделе, где выбирают себе девушку лёгкого поведения. Ваня и Стас обалдевали от зрелища, это читалось на их лицах, на самом деле, я думаю, что остальные тоже, только они скрывали свои эмоции. Местные казались абсолютно равнодушными, в их взглядах было какое-то пренебрежение и скука, как будто они видят это каждый день. В принципе, возможно, так и есть. Я не могла оторваться от этого зрелища. И уже не знала, куда же мне смотреть. Глаза разбегались, а от количества полученной информации мозг взрывался.

Вдруг сзади кто-то мне закрыл рот и крепко схватил, так что я не могла пошевелиться и произнести ни одного звука. Меня медленно потащили. Не в силах обернуться, я покорно шла. Так, к удивлению, меня довели до дома, в котором я жила последние два дня, и аккуратно завели в хижину. В помещении меня отпустили, а человек спокойно вышел, так и не сказав ни слова. Это был Ламинар. Я пребывала в шоке и оцепенении от увиденного. И от того, что явно недооценивала своего охранника, оказалось, он был очень сильный и умный. Я всё думала, расскажет он кому-нибудь про мою ночную прогулку или мы сохраним наш маленький секрет в тайне. В эту ночь было не до сна. Мысли сменяли друг друга, и я была в предвкушении того, как расскажу всё девчонкам.

Из наших ко мне так никто и не пришёл. К вечеру третьего дня меня отправили домой. О, способ был мне знаком. Аккуратно надели мешок на голову - и на коня. Я уже почти привыкла. Ехали мы действительно недолго, поселение находилось от нас совсем близко.

По пути в свой новый дом я думала, какое наказание мне грозит за побег, и возвращаться хотелось всё меньше.

Зашла в свою хижину и, пожалуй, впервые за время, проведённое здесь, была в отличном настроении, полна оптимизма, я соскучилась по своим девчонкам. Увиденное меня ужаснуло. Все мои соседки были в синяках и ссадинах, их, конечно, догнали и в этот раз не стали сажать в яму, а очень сильно избили. Особенно много синяков было на лицах. Прошло около недели, а раны до сих пор не заживали, даже страшно представить, как всё это выглядело раньше. Сразу же за мной зашла девушка, которая позвала на работу, и всё началось заново.

Но пришла ночь, и я всё рассказала девчонкам. Информация вызвала противоречивые чувства. Очевидно, мы находились в разном положении. Почему - было не ясно. Мы долго не могли уснуть, всё рассуждали на эту тему.